- -
- 100%
- +
Глава 1. В царстве демонов себау
В шатре стоял тяжёлый запах зелий, смешанный с дымом благовоний. Худощавый юноша в переднике с изображением золотого скарабея бездвижно лежал в центре шатра. Его гладко выбритая голова покоилась на высоком подголовнике из кедра в форме полумесяца. Мягкая подушечка под затылком юноши пропиталась потом и кровью, сочащейся из ссадины на виске. На его глазах проступили слёзы.
– Ох, – простонал юноша. – Вот же угораздило. Анхесенамон будет в ярости, когда узнает.
– Крепись, мой друг. – Подбодрил его молодой человек, сидящий у изголовья. – Всё будет хорошо.
– Приготовьтесь, Ваше Величество, сейчас будет больно! – предупредил один из врачей, занимающихся сломанной ногой Владыки Юга и Севера.
Костоправ сделал резкое движение. В шатре раздался душераздирающий крик. Юноша крепко сжал руку своего друга, сидящего у изголовья, едва не потеряв сознание от боли.
– Заворачиваем! – скомандовал врач, и ногу юноши быстро обмотали несколькими слоями льняных бинтов.
– Рамессу, – закатив глаза и тяжело дыша, обратился к другу юный владыка. – Пожалуйста, не говори ничего Эйе.
– Почему? – возмутился молодой человек. – Он должен знать, кто это сделал!
– Не надо, – сглотнул обессилевший юноша. – От этого не будет лучше никому. Поверь мне.
– Он ведь не отступится.
– Теперь я буду осторожен, – вымученно улыбнулся царевич. – Да и ты ведь не дашь меня в обиду.
– Не дам, – уверенно ответил Рамессу, хотя в его глазах отразился страх.
– Не волнуйся, – заметил это юноша. – Я знаю, что делать…
В этот момент в шатёр ворвались вооружённые люди и окружили ложе владыки Юга и Севера. Вперёд вышли двое статных мужчин. Один из них был облачён в богатое льняное платье, а его шею украшало широкое двухцветное ожерелье. Лицо мужчины было покрыто морщинами, а виски – редкой сединой. Он бросил на юношу растерянный и испуганный взгляд.
– Тутанхамон, во имя Ра, что произошло? – воскликнул мужчина и припал к ложу.
Второй гость в боевой кирасе с мечом на поясе грозно посмотрел на Рамессу, и тот резко отстранился от друга.
– Всё в порядке, дядя, – ответил юный владыка, не поворачивая головы. – Жить буду.
– Рамессу! – обратил внимание богатый вельможа на второго молодого человека. – Ты видел, как это произошло?
– Да, господин, – склонился перед ним Рамессу. – Мы преследовали добычу на колесницах. Его Величество вырвался вперёд. Я увидел, как колесо налетело на кочку, и ось сломалась. Мы ничего не могли сделать. Господин упал.
– Какой ужас! – схватился за голову вельможа. – Как вы могли это допустить? Нужно было девять раз проверить колесницу! Неуклонно следовать за Его Величеством. Хоремхеб!
– Да, господин, – подошёл мужчина с мечом на поясе.
– Это же твои люди! Разберись!
– Мы немедленно доставим Его Величество во дворец и найдём виновных, – послушно ответил воин и жестом указал Рамессу на выход из шатра.
Воины приготовили для юного Тутанхамона повозку и аккуратно его уложили, зафиксировав повреждённую ногу. Лекари дали выпить обезболивающий отвар. Эйе со свитой отправился во дворец, чтобы предупредить слуг о случившемся, пока Хоремхеб и Рамессу с воинами сопровождали повозку с раненным царевичем.
Солнце клонилось к горизонту, с запада задул сильный ветер, но жара не спадала. Процессия двигалась медленно и осторожно, чтобы не навредить владыке Юга и Севера.
– Это серьёзное происшествие, будет разбирательство на высшем уровне. – Сказал Хоремхеб, ехавший на статном чёрном коне в голове колонны.
– Я понимаю, господин. – Опустил голову Рамессу.
– И ты готов взять всю вину на себя?
– Да.
– В шатре, при господине Эйе, ты слукавил, но со мной можешь быть откровенен. Чего ты боишься?
Хоремхеб воспитывал Рамессу с ранних лет и знал его лучше, чем другие. От него нельзя было ничего утаить.
– Его Величество попросил меня не говорить господину Эйе. – Признался ученик.
– Но мне ты можешь сказать. – Заметил беспокойство юноши Хоремхеб. – Это очень важно, Рамессу. Что случилось на самом деле?
– На нас напали. – После недолгого молчания ответил молодой воин. – Эти люди знали, где будет Его Величество во время охоты. Они всё спланировали и ждали, когда господин оторвётся от остальных. Его Величество оказался в окружении трёх колесниц, но я успел помешать им. Всё, что они смогли – перевернуть экипаж Тутанхамона и умчаться за холмы.
– Ты понял, кто это был? Узнал кого-то из них? – нахмурился Хоремхеб.
– Да, Сменхкара. – Выдавил из себя Рамессу.
– Сменхкара мёртв! – не поверил ушам Хоремхеб.
– Мои глаза не обманули меня, господин. Это был он, живой и невредимый. Поверьте мне.
– Ты понимаешь, что это значит?
– Да, – потупил взгляд юный воин, – господина предал один из самых близких ему людей.
Каменистая саванна, по которой ехала колонна, вдруг начала растворяться. Стук копыт и колёс царской повозки исчез в шуме песчаного вихря, окружавшего Анху. Мальчик увидел, как в песчаной воронке показался огромный чёрный силуэт с сияющими красными глазами, услышал голос, взывающий к нему изнутри.
– Зачем ты показал мне это? Разве это не картины минувших лет? – обратился к духу Анху.
– Прошлое, настоящее, будущее – всё едино. – Прогудел голос из потустороннего мира. – Это – вечность. Меняются лишь оболочки. Люди умирают, но их души, чувства и желания продолжают жить. Я хотел предупредить тебя. Иногда предают даже самые близкие люди. Ты всегда должен быть начеку. Моя сила охраняет тебя в Дуате, но в мире людей ты сам по себе.
– Но твоя жизнь неразрывно связана с моей! Ты слышишь, видишь и чувствуешь то же, что и я. Почему не можешь помочь? – воскликнул Анху.
– Ты не понимаешь! – грозно заскрежетал голос. – Чем сильнее становлюсь я, тем слабее становишься ты. Если я буду использовать свою силу в мире людей, ты иссохнешь, как родник в пустыне. Мы не сможем быть вместе вечно. У нас осталось очень мало времени, Анху, и чем чаще я буду помогать тебе, тем меньше его останется. Запомни это и поспеши исполнить предначертанное!
Песчаный вихрь рассеялся, чёрный силуэт проник в Анху и вновь наполнил его силой. Мальчик открыл глаза и прищурился. Яркие лучи солнца пробивались сквозь ветви кустарника, под которым он лежал. Неподалёку журчал ручеёк. Над каменистым склоном, заросшим можжевельником и баобабами, стрекотали насекомые. Анху почувствовал тёплую руку матери на плече. Вдалеке послышался голос отца, спорившего с низкорослым кушитом1, одетым в рваную грязную накидку.
– Как ты? – спросила мать. – Удачно?
– Нет, – привстал Анху и обнял руками свои колени. – Он не станет помогать.
– Почему? – удивилась женщина.
– Потому что у нас осталось мало времени. Чем сильнее он, тем слабее я. – Повторил слова духа Анху.
– Что это значит? – напряглась Сентимат.
– Я не знаю, – буркнул мальчик и отвёл взгляд.
У можжевелового куста вдруг появился ещё один чернокожий носильщик и протянул ладонь с горстью тёмно-красных ягод.
– Жевать, – показал жестом кушит. – Бодрость. Бегать, прыгать, сильный.
– Спасибо, Кашта, – улыбнулась Сентимат и приняла дар. – Ты очень добр.
Носильщик улыбнулся во весь рот, повесил на спину пустые бурдюки и умчался в сторону ручья. Группа кушитов присоединилась к отряду всего две недели назад, когда тот покинул Напату2 и пересёк Великую реку в районе четвёртого порога.
Окрестности Напаты были последним рубежом перед царством демонов себау. Жизнь в пограничье была суровой. На каменистой почве плохо культивировались злаки, рыбу здесь не ели из религиозных соображений, снабжение с севера доставляли лишь раз в месяц, а единственный торговый маршрут вёл через засушливую пустыню к берегам страны Пунт. Большинство рудников приходили в упадок из-за нехватки рабочих. На юге заросшие лесами нагорья кишели демонами себау, и только Великая река защищала людей от их набегов.
Много веков назад Напата была столицей одного из крупнейших септов Та Мери, который назывался Куш. Кушиты наводили мосты через реку, устраивали лагеря и даже крепости дальше на юге, где находились рудники, чтобы добывать золото и другие драгоценные камни. Южные леса были богаты качественным красным деревом и дичью. Семьсот лет назад всё изменилось. Произошла ужасная катастрофа. По неизвестным причинам тысячи себау устремились на север из областей за пятым порогом Великой реки и смели сотни поселений, рудников и ферм по западному берегу, дойдя даже до Кермы. Демонов удалось остановить ценой жизни нескольких тысяч храбрых воинов. В последней битве у Напаты были обрушены мосты через Великую реку, и навсегда установилась граница владений Та Мери. Это было время великой беды и великого истребления. С тех пор никто не отправлял экспедиции на юг, а Напата стала бедным разрушающимся городком на краю света.
Многие жители городка едва сводили концы с концами. Такие как Кашта и его товарищи считали, что лучше славная смерть в рискованном походе в Диких Землях, чем медленная гибель от голода. Они с радостью нанимались сопровождать караваны и военные экспедиции, трудились добросовестно и ответственно, вели себя добродушно и заботливо по отношению к тем, на кого работали. Они не были рабами и не позволяли относиться к себе как к рабам ни вельможам с севера, ни высоким воинским чинам.
– Что это? – внимательно осмотрев ягоды, спросил Анху у матери.
– Кофейные плоды, – ответила она. – Помню, наши люди выращивали их в Долине Вечности. Сверху плоды горьковаты, но внутри есть немного мякоти. Их зёрна обжаривали или мололи и делали из них ароматный горячий напиток. Ах, какой запах стоял утром в округе…
– Мы ведь теперь можем и не увидеть Долину Вечности, да? – грустно вздохнул Анху.
– Брось! Мы что-нибудь придумаем, – Сентимат погладила сына по голове.
Внизу, в долине, окружённой каменистыми холмами, раздался протяжный рёв. Птицы испуганно слетели с пышных крон деревьев, которые зашевелились словно живые. Взгляд Сентимат застыл в испуге. Камес активно жестикулировал, указывая на движение в долине, и что-то объяснял кушиту.
– О чём спорит отец с проводником? – спросил Анху, никак не отреагировав на пробирающий до костей рёв.
– Проводник говорит, нам нужно идти на ту сторону хребта, обогнуть его и возвращаться обратно к реке. Камес не согласен. Он считает, что в долине мог кто-то остаться.
– Они ещё там, – произнёс Анху и встал на ноги. – Я чувствую.
– Значит, они тоже нашли убежище и прячутся. Если мы спустимся, то только привлечем внимание себа… – Сентимат вдруг запнулась и посмотрела на Анху. – Привлечём внимание! Точно! Камес, сюда! – подозвала женщина мужа.
– Что случилось, Сенти? – тут же примчался он. – Анху проснулся? Что с духом?
– На него нам надеется не придётся, – ответила за сына Сентимат. – Но у меня есть план. Нам нужно забраться на вершину и развести огонь.
– Что? Но это же сразу привлечёт себа! – недоуменно воскликнул Камес и указал на шевеление в кронах деревьев.
– Именно, – подтвердила женщина. – И отвлечёт от тех, кто остался в низине. Мы сможем незаметно пробраться мимо себа и найти их!
– Это невозможно, он почует нас, – отмахнулся Камес. – Здесь мы в безопасности, но запах огня разнесется по всей округе, и ящер сразу пойдёт сюда.
– И пройдёт мимо. – Сентимат схватила небольшой камень с земли и начала растирать кофейные плоды. – Аромат этих ягод хорошо перебивает все остальные запахи. Мы натрёмся кофейной массой и затаимся.
– Это хороший план, – почесал подбородок Камес. – Может сработать, но хватит ли этих плодов на всех? Что думаешь, Анху?
– Откуда мне знать, я же не ясновидящий, – вздохнул мальчик и вдруг просветлел. – О! А что если мы смешаем кофейную массу с этим?
Он ринулся к своему рюкзаку и достал целый пакет табака.
– Анху? – взгляд отца стал строгим. – Ты куришь эту дрянь?
– Нет, это мне дала Тия на счастье. Я подумал, может пригодиться.
– Ещё как пригодится! – обрадовалась Сентимат. – Такой запах перебьёт всё что угодно.
– Тогда я скажу кушитам, – мимолётная улыбка коснулась лица Камеса, – будем спускаться.
***
Речной поток бурлил и создавал водовороты. Он обходил мелкие каменистые островки, заросшие колючим кустарником, нёс за собой сухие ветки и речной ил. Анукет3, дочь Великой реки, была не настолько полноводной, как её мать. В некоторых местах речушку можно было перейти вброд. На берегах раскинулись тонкие полоски леса, зажатые с двух сторон каменистыми нагорьями. Много лет сюда не ступала нога человека. Здесь не было удобных стоянок, речных причалов и безопасных укрытий от огромных ящеров. На каждом шагу подстерегала опасность. Природа не хотела, чтобы люди вмешивались в дела её созданий, даже если эти создания – кровожадные монстры, истреблявшие всё на своём пути.
Командир лучников Джедефхор сидел в небольшой тростниковой лодке со своим слугой, который проверял дно реки длинным деревянным шестом. Они искали мель для удобной переправы на западный берег. Горстка воинов, жрецов и носильщиков-кушитов ждали их на восточном берегу, опасливо поглядывая в сторону леса.
Когда лодка причалила к западному берегу, слуга обмотал один конец крепкого каната вокруг ствола могучей ивы. На восточном берегу его второй конец прикрепили к деревянному шесту, глубоко вбитому в рыхлый песок. Канат как можно сильнее натянули над рекой. Джедефхор вернулся к отряду на восточном берегу и подозвал к себе Аха:
– Берег чист, собирайте всех, начинаем переправу. Мулов придётся оставить здесь.
– Тоже оставить? На съедение этому чудовищу? – возмутился воин.
– Мы не заставим их пойти в воду. Слишком сильное течение. Выполняйте приказ! – грозно рявкнул командир.
– Странные у вас приказы, господин Джедефхор. – Насупился могучий воин и скрестил руки на груди.
– Я пытаюсь спасти жизни людей, подчинённых, боевых товарищей. Предлагаешь рисковать ими из-за этих упрямых мулов? – командир лучников подошёл вплотную к громиле и задрал голову. На фоне могучего невозмутимого воина он выглядел скорее комично, чем гордо.
– Нет, я про мальчика, от которого зависит гораздо больше жизней, – укорил Джедефхора воин.
В этот момент рядом с ними появился Кеми. За время похода он обзавелся пышной бородой и длинными волосами. В его взгляде таилось беспокойство и нетерпение.
– Господин Джедефхор! – доложил Кеми. – Разведчик, следивший за себа, заметил дым на вершине одного из холмов на востоке. Дым отвлёк чудовище и…
– Вот видите, господин! – улыбнулся Аха. – Анху, Сентимат и Камес живы! И мы обязаны спасти их!
Командир понял, что его приказ о переправе на другой берег был слишком поспешным и умерил пыл.
– Хорошо, – ответил он. – Кеми, берите с собой десять человек и попробуйте отыскать выживших. Мы переправим на другой берег нашу поклажу и будем ждать вашего возвращения.
– Разрешите мне пойти с ними? – вопрошающе взглянул на Джедефхора Аха.
– Как будто тебе нужно моё разрешение, – нервно ухмыльнулся Джедефхор.
– Опять перечишь командиру? – спросил Кеми у брата, когда Джедефхор ушёл.
– Не нравятся мне такие командиры, братец. – ответил Аха, – Он собирался шкуру спасти ценой чужих жизней!
– Ты сам видел монстра, – вздохнул Кеми. – Это тебе не папин гусь. Мы против него словно букашки малые. Если бы Джедефхор не приказал разделиться, себа сожрал бы нас всех.
– Не нравится мне наш командир, Кеми. – Повторил Аха и скорчился, словно сушёный финик.
– Давай поговорим об этом позже, сейчас надо найти наших друзей, – Кеми похлопал по плечу брата, и они отправились собирать воинов для спасения выживших.
Тем временем Анху и его спутники натёрлись смесью из кофейных плодов и табака и медленно стали спускаться по каменистому обрыву. Сильный запах должен сбить с толку огромного хищного ящера. Себау больше полагались на обоняние и слух, чем на зрение, которое едва способно различать силуэты людей, скрывающихся в зарослях кустарника или в каменистой расщелине. Почуяв запах дыма, чудище тут же направилось на вершину каменистого холма. Оно уже знало этот запах и двигалось в сторону своей добычи, треща ветками можжевельника и ломая кустарники. Из-за своего размера чудовище двигалось медленно и осторожно, принюхиваясь к окружению.
Когда себа оказался возле ручья, текущего с вершины холма, то резко остановился. Зрачки рептилии сузились, ноздри размером с кокосовый орех судорожно втянули воздух. Чудовище склонилось ближе к земле и протянуло зубастую морду к корням одиноко стоящего баобаба. В груди себа клокотало, из пасти несло гнилью, неестественно маленькие передние лапы шевелились, словно жвала скорпиона, кожистые наросты над глазами наполнились кровью и побагровели.
Сентимат задержала дыхание и закрыла глаза, вцепившись мёртвой хваткой в Анху. Пасть монстра была в одном локте от неё. Камес не потерял мужества, хотя впервые видел это огромное чудовище в опасной близости. Он сжал рукоять меча, готовый нанести удар в любой момент.
«Какой урон можно нанести такой громадине обычным мечом?» – пронеслись беспокойные мысли в его голове. – «Мой меч для него что зубочистка. У него от пасти до кончика хвоста не меньше двадцати локтей, чешуя плотная, как у крокодила. Одним ударом он свалит быка, что уж говорить о человеке. Если схватит пастью, то сразу сломает все кости. Остаётся надеяться лишь на ловкость. Но куда бить? Глаза! Нужно бить точно в глаз!»
Себа вдруг поднял голову и повернулся вправо. Его отвлек шум ветвей неподалёку. У кушитов не выдержали нервы. Они выскочили из укрытия и понеслись прочь. Себа прорычал и ринулся на звук. Вместо того, чтобы остановиться и притаиться, один из кушитов издал крик ужаса и помчался вверх по склону. Внешне неуклюжий Себа пригнулся к земле и в два шага приблизился к жертве. Раздался душераздирающий крик и звук схлопывающейся челюсти. Камес схватил Сентимат за руку и, не произнеся ни звука, потащил вниз. Себа недолго забавлялся со своей жертвой. Увидев Кашту, ящер помчался за ним, не заметив Анху, Сентимат и Камеса. Огромная лапа чудовища едва не раздавила их. Кушит не растерялся и начал петлять между деревьев. Бросившись в атаку, чудовище зацепилось задней лапой за корень и упало. Издав оглушительный рёв, оно покатилось по склону. У кушита хватило времени скрыться. Себа с трудом встал. Он чуял лишь запахи кофе, табака и дыма, горящего на вершине холма костра. Ящер взревел от безысходности, заметался по склону, ломая деревья, а потом поплёлся к уже тлеющему костру.
Анху, Сентимат, Камес и Кашта мчались, что было сил. Вскоре они оказались у тропы, вытоптанной чудовищем. Сначала она была одна, а потом начала разветвляться и уходить в разные стороны.
– Что, если он здесь не один? – закричал запыхавшийся Камес, бегущим впереди Сентимат и Анху.
– Вряд ли, – обернулась на ходу женщина. – Просто бежим! Мы должны добраться до берега.
– Постой, мама! – вдруг остановился Анху и потянул её назад.
– Что милый?
– Посмотри туда! – Анху указал на небольшую поляну, куда вела одна из троп себа.
На поляне, среди нагромождения веток и сухой листвы, белели огромные кости и странные полукруглые обломки.
– О, Амон, это гнездо себа? – заворожённо произнёс Камес, когда они вышли на поляну.
– Это яйца, – взглянула Сентимат на разбитую скорлупу со зловонной жижей. – Но кто их разбил?
Кашта вдруг завопил и потянул Камеса за собой:
– Бежать, господин! Быстрее! Демон вернуться! Быстрее!
Анху и его родители вняли мольбам кушита и помчались дальше. Через мгновение они услышали чьи-то шаги и лязг оружия. Это Кеми и Аха во главе отряда воинов пробивали себе путь через заросли.
– Помогите! Мы здесь! – закричала Сентимат.
Могучий воин и его брат выскочили вперёд и встретили беглецов.
– Живы! – радостно воскликнул, Аха. – Слава Амону!
– Господин Камес, госпожа Сентимат, как же мы рады! – схватил их поклажу Кеми. – С вами был ещё кто-то?
– Да, – пытался отдышаться Камес, – но их всех сожрали. Только нам удалось спастись.
– Что же, – опустил глаза Кеми, – в таком случае искать наших людей дальше нет смысла. Мы наткнулись на трупы по пути к вам. Этот мерзкий демон растерзал их, словно поиздеваться хотел. Мы даже не сможем похоронить то, что от них осталось, как подобает.
– Мне очень жаль. – Опустил голову Анху. – Не беспокойтесь. Я помогу им упокоиться, если у вас остались их личные вещи.
– Спасибо, малыш, но нам сейчас нужно не об этом думать. – Вздохнул Кеми. – Джедефхор приказал переправляться на западный берег реки. Там себа нас не найдёт. Идём!
Кеми приказал выдвигаться к берегу. По канату через реку тянули дорожные тюки и раненных людей. Лучники прикрывали переправу с обеих сторон. Командир Джедефхор внимательно следил за своими людьми с небольшого пригорка и громко отдавал приказы. Он увидел, как из леса показался отряд Кеми и Аха со спасёнными людьми. Среди них командир разглядел маленького мальчика.
– Небамон! – подозвал к себе Джедефхор одного из жрецов, укутанного в мокрую льняную накидку.
Зубы жреца стучали от холода. Костлявые руки крепко держали котомку с личными вещами. Ему не очень повезло при переправе. Рука слуги бога соскользнула с каната, и его едва не унесло течением. Жрец с головой окунулся в холодный поток, промок насквозь и потерял одну сандалию. Его макияж размазался по лицу, а парик стал похож на мочалку. Несмотря на это, Небамон быстро примчался на пригорок и предстал перед командиром лучников.
– Я здесь, ваша светлость, – просипел он, стараясь удержать дрожь.
Джедефхор убедился, что никто не подслушивает их и спросил:
– Скажи Небамон, почему я до сих пор тебе доверяю?
– Почему? – опешил жрец. – Ну я в-в-едь в-в-верный слуга. В-в-ваш, и сами з-з-знаете кого. Я никогда не подводил.
– Неужели? – недовольно зыркнул на жреца Джедефхор.
– В-в-воистину! – прозвучало из уст испуганного слуги.
– Тогда скажи мне, почему я смотрю на противоположный берег и опять вижу этого мальчишку? Живого и невредимого.
– Проклятье, – прошипел жрец. – Я ненавижу его! Как он мог остаться в живых?
– Сначала ты предложил отравить его, – напомнил Джедефхор и злобно оскалился. – Прекрасная идея. Простая и элегантная. Правда, отравленная пища почему-то оказалась не в его тарелке, а в кормушке верблюдов, и мы потеряли нескольких животных. В Напате я вновь доверился тебе, когда ты предложил нанять бандитов. А они просто забрали наше золото и испарились! Потом ты разлил возле палатки мальчишки зелье. Оно должно было приманить к нему ядовитых гадов. Зелье то их приманило, только утром змеи лежали возле палатки мёртвые с отгрызенными головами. Я уже молчу о том случае, когда ты предложил замуровать мальчишку в пещере. Теперь ты решил натравить на него себа. «Ему не спастись», – сказал ты. В итоге несколько воинов погибли, мы оставили мулов, а мальчишке хоть бы что. Твои идеи губят кого угодно, но только не его.
– Смилуйтесь, господин! – склонился Небамон. – Этого ребёнка защищает дух мерзкого Последователя Сетха, не иначе.
– И что я скажу госпоже? Что мальчишка добрался до логова этих Рамессидов, а мы не смогли его остановить из-за какого-то духа?
– Не гневайтесь, господин, я знаю, что нам делать. – Схватил за руку командира жрец. – Если мальчика охраняет магическая сила, то её нужно обмануть.
– О чём ты? – отдёрнул руку Джедефхор.
Небамон покопался в котомке и достал деревянный тубус, в котором находился свёрнутый кусок ткани и маленькая фигурка человека из воска. Когда жрец развернул свёрток, командир увидел письмена, написанные на внутренней части красными чернилами.
– Мы тоже используем магию, – загадочно улыбнулся жрец. – Я знаю заклинание, к которому прибегают лишь в крайних случаях. Благодаря ему смерть придёт к мальчику оттуда, откуда он меньше всего ждёт.
– И что же нужно для этого заклинания? – усмехнулся Джедефхор. – Зуб мертвеца, крыло летучей мыши или жало скорпиона?
– Нужна только жертва. – Коварно улыбнулся жрец. – Тот, кто исполнит нашу волю. Кто ближе всего к мальчику.
– Я последний раз тебе доверюсь, Небамон. – Резко схватил за одежды жреца командир лучников и грозно навис над ним. – Если и на этот раз ничего не получится, я лично тебя скормлю демонам себау.
– Я в-в-всё понял. Не сомнев-в-вайтесь. – Съёжился жрец.
Супруга Солнца скормила бы его крокодилам после первого же провала, но Джедефхор был снисходителен, значит, всё ещё доверял. Небамон никогда не прибегал к столь опасной магии, но ненависть к мальчишке наполнили его сердце решимостью.
***
Последние лучи солнца коснулись крон деревьев, из глубины леса раздались трели насекомых. Земля быстро остыла, на листьях появилась роса, реку окутал густой туман. Воины окружили лагерь частоколом, огня не разводили, благовоний не жгли. На территории демонов себау любое действие, способное привлечь внимание, было под запретом. К счастью, самые крупные и опасные ящеры ночью спали, а мелкие боялись подходить к людям.