Синдром

Синдром.

Опять поплыл. Опять.

– Дмитрий! Дима, вы в порядке?

Она держала его за руку. Безумно глубокие голубые глазки беспокойно бегали под очками. Видимо, он здорово напугал её.

– Да, простите. – Дмитрий тряхнул головой и несколько раз моргнул. – Снова нахлынуло, простите пожалуйста.

Анна Юрьевна, которая просила называть её просто Анна понимающе поджала губы и отвела взгляд. Даже ей, профессионалу, видавшей, безусловно, многое, стало не по себе от его состояния.

– Не извиняйся. Так бывает. – она снова перешла на «ты».

Дмитрий виновато опустил глаза. Взрослый мужик, а ведёт себя, как испуганный ребёнок. Хотя, на то она и психотерапевт, врач, она и обязана избавить его от подобных приступов, и ему не должно быть ни за что стыдно. Он просто болен.

– Как часто у тебя такие приступы случаются?

Анна положила ногу на ногу и снова удобно разместилась в своём кресле. Дмитрий мгновенно переключился со своего видения на сногсшибательные формы врача в гладких чёрных колготках, бессовестно уходящих под полы халата в неизвестную, и от этого ещё более манящую даль. Это его немного расслабило.

– Нечасто. Я же говорил в прошлый раз. Но несколько раз в день – обязательно.

– Скажи, эти видения приходят неожиданно, или после каких-то событий? Может, когда увидишь какой-то предмет, или услышишь какие-то слова?

– Не знаю. Не замечал ничего такого. Просто приходят, и всё.

Дмитрий зачем-то схватился рукой за подлокотник кресла. Это был не приступ, ему внезапно стало некомфортно находиться здесь. Анна, казалось, заметила это и снова поджала губы.

– Хорошо, Дима. Я думаю, на сегодня мы можем закончить. Вижу, вам не приносят удовольствия наши встречи. К сожалению, по-другому я не смогу вам помочь. Потерпите. Очень скоро вы вернётесь к нормальной жизни, я вам обещаю.

Анна Юрьевна поднялась со своего кресла. Дмитрий сделал то же самое.

– Самое главное – принимайте лекарства, которые я вам прописала, – Анна поучительно потрясла авторучкой, которую никогда не выпускала из пальцев, – и не пропускайте наши беседы. Вместе мы справимся с недугом. Вы, вообще, спите нормально, не просыпаетесь ночью?

– Иногда. Но не из-за видений. Пропадает сон.

– Это как раз и является одним из проявлений вашей болезни. Если хотите, я могу выписать вам снотворное.

– Спасибо, это уже лишнее. Это не является для меня проблемой.

– Как скажете. – Анна улыбнулась и протянула руку. – До свидания. Встречаемся послезавтра.

Покинув здание клиники, в которой располагался уже ненавистный кабинет психотерапевта, Дмитрий, как обычно, направился к автобусной остановке. Зайдя в автобус, он плюхнулся на заднее сидение и уставился в окно. Впереди его ждало увлекательное часовое путешествие по всему маршруту следования автобуса практически через весь город. Потом то же самое – в обратном направлении, или же по другому маршруту. И так до конца дня, или пока не начнёт тошнить. Других дел у него не было, а сидеть одному в ставшей в последнее время неуютной квартире было попросту невыносимо.

Он нигде не работал. Ему прямо сказали, что пока он не избавиться от преследующих его фобий, ни о какой работе не может идти и речи. До недавнего времени он был водителем-экспедитором на продуктовом складе, очень много сам был в разъездах, поэтому без дороги уже попросту не мог жить. Она его расслабляла. Пусть даже и не за рулём, но всё же в движении ему становилось легче, немного очищались мысли, и голова начинала думать совсем по-другому, именно поэтому он выбрал для себя в качестве досуга продолжительные прогулки на автобусе. Это его немного успокаивало.

Автобус остановился, открылись входные двери, и в салон зашло несколько пассажиров. Дмитрий грустным взглядом встретил всех зашедших, задержав свой взгляд на одной девушке, которая вошла последней.

«Не может быть» – зачарованно прошептал Дмитрий. – «Валя!»

Конечно же, это была не она. Её никак не могло быть ни здесь, ни в каком-либо другом месте на этой земле, а эта девушка всего лишь чем-то на неё похожа. Оглядев её основательно с ног до головы, Дмитрий застыл. В глазах снова вспыхнула картина того злосчастного вечера. Снова тот же дом, тот же подвал и тот же человек в чёрном балахоне, с полностью закрытым лицом, с особым удовольствием и остервенением кромсавший ножом уже бездыханное тело его Валентины. Та же лужа крови, и та же безысходность – он сам не мог пошевелить и пальцем, маньяк что-то вколол ему перед своей экзекуцией над его беззащитной девушкой. Но он был в сознании – ублюдок хотел, чтобы Дмитрий видел всё в деталях, и он своего добился.

Понимая, что начинается приступ, Дмитрий дрожащими руками вытащил из кармана лекарство и, выломав из блистера две капсулы, отправил их в рот. Немного отпустило, но ему пришлось отвернуть голову, чтобы не смотреть на ту девчонку, напомнившую ему его покойную Валю. Дождавшись следующей остановки, Дмитрий, опустив глаза в пол, выскочил из автобуса. Сегодня продолжать свою автобусную прогулку он уже передумал.

Вечер и ночь прошли как в тумане. Поминутно вскакивая от внезапно и не вовремя обострившегося простатита, Дмитрий никак не мог уснуть. Он уже пожалел о том, что отказался от снотворного, которое ему предлагала Анна, но теперь уже было поздно. Кое-как дождавшись рассвета, парень выскочил из квартиры с намерением сходить в магазин. Если нет лекарств, облегчения стоит искать только в алкоголе – только так у него будет шанс хоть немного поспать.

Летнее солнце ярко освещало лестничную клетку, Дмитрий, закрыв на ключ входную дверь, уже спустился на этаж ниже, как вдруг услышал приятный женский голос. Он остановился и повернул голову к двери одной из квартир, откуда звучал голос. За открытой дверью стояла молодая женщина приятной наружности. Она, улыбаясь, смотрела на него.

– Ещё не проснулись, наверное? С третьего раза только обернулись!

– Да, тяжёлая ночь была. Долго не мог уснуть.

– Сочувствую. Вы не поможете мне диван передвинуть? Он тяжёлый до ужаса, я одна не справлюсь.

Дмитрий внимательно осмотрел девушку. В последнее время у него очень сильно обострилась паранойя, и поэтому в каждом человеке он пытался увидеть убийцу, извращенца или вымогателя. Анна Юрьевна говорила, что это свойственно его болезни, но ему от этого легче не становилось.

Девушка имела плотное телосложение, но без лишнего веса, была довольно высокой и подтянутой. Стало быть, она занимается спортом, или же просто хорошо следит за своим телом. Симпатичное личико лоснилось от проливающегося с подъездного окна солнечного света, а карие глаза блестели, словно два маяка в бескрайней пучине тёмного моря. На первый взгляд, никакой опасности для него она не представляла, поэтому, немного помявшись, он шагнул в сторону открытой двери.

– Я только переехала, не обращайте внимания на беспорядок. Не разувайтесь, тут грязно.

Женщина, увлекая Дмитрия за собой, прошла в зал. Квартира была не в лучшем состоянии – практически все обои были ободраны, старые грязные паласы валялись как попало и во всём помещении витал затхлый запах – стало быть, здесь давно уже никто не жил. Дмитрий проживал в своей квартире выше уже четыре года, и, действительно, за всё это время ни разу не видел, чтобы сюда кто-то заходил или выходил. Из всего подъезда на двадцать восемь квартир всё время пустовала только эта, и у него уже не было надежды, что он кого-то здесь когда-нибудь увидит.

– Вы купили квартиру?

– Что? – девушка обернулась. – Ах, нет, что вы! Я сняла её. По доброй воле такую конуру я вряд ли когда согласилась приобрести.

Девушка улыбнулась. Дмитрий, увидев это, мгновенно растаял. Уже давно, с тех пор, как случилось нападение, в результате которого погибла его девушка, он практически ни с кем не разговаривал. Улыбнувшись в ответ, Дмитрий потёр ладони.

– Где диван?

– Диван? – девушка всплеснула руками. – Да, простите, я совсем забыла! Голова кругом идёт от этого переезда. Вот он.

Девушка рукой указала на старый громоздкий диван, стоявший почему-то прямо посреди зала.

– Хочу его к стенке поставить, мешает. Думала, что справлюсь, но силы не рассчитала. Становитесь с той стороны.

Девушка взялась руками за диван и немного наклонилась, выпятив прямо перед Димой шикарные бёдра в облегающих светлых джинсах. Парень мгновенно растерялся. Не отрывая взгляда от пятой точки незнакомки, он подошёл к дивану с другой стороны и схватился за подлокотник. Сознание пришло спустя несколько секунд. Девушка, улыбнувшись, посмотрела на него. Она прекрасна видела, куда именно смотрит её новоиспечённый сосед.

– Молодой человек, мы будем двигать, или нет?

– Да, простите.

Дмитрий тут же покраснел и отвёл глаза. Одним резким движением они поставили диван вплотную к стене. Девушка, отряхнув рукава, выпрямилась и снова блеснула своей ворожащей улыбкой.

– Я Ира.

– Дима. Очень приятно.

Парень ещё раз осмотрел девушку. Внутри него что-то кольнуло, он давно уже не общался с людьми так близко, ещё дольше ни с кем не знакомился, и в этот самый момент он испытал облегчение. Была в этой девушке какая-то изюминка, которая заставила Дмитрия проникнуться к ней, и он решил проверить, насколько серьёзно в данный момент он готов к общению с незнакомым человеком и насколько сильно он может раздвинуть свой внутренний барьер, который в данный момент не давал ему быть нормальным членом общества. К сожалению, ощущение лёгкости не продержалось в сознании долго – после непродолжительного диалога, где он даже вынудил себя немного пошутить, снова пришёл страх. Ирина предложила чай, но, по одной только известной Дмитрию причине, он отказался, сославшись на неотложные дела. Уже переступив порог квартиры парень всерьёз пожалел о своём решении, но, тем не менее, возвращаться уже не стал. Хорошего понемногу – подумал он. Девушка его зацепила, а значит, всё не так уж и плохо, как кажется. Он объяснил, в какой квартире его можно найти в любое время, а, значит, эта встреча однозначно не была последней. Дело было лишь в том, что он захотел возвращаться в нормальное русло жизни постепенно, и на сегодня общения с незнакомым человеком ему было достаточно.

В душе похаяв себя за нерешительность, Дмитрий отправился в магазин. Как ни странно, желание выпить пропало напрочь и, чтобы не идти домой пустым, он взял себе сок и фрукты. Уже на обратном пути он задержался на какое-то время у дверей квартиры Ирины и замер в раздумьях. Ему, вдруг, стало неуютно: он будто почувствовал, что девушка именно сейчас стоит за дверью и слушает, пытаясь предугадать его действия. Дверь не была оборудована «глазком», поэтому не стоило волноваться, что Ира его сейчас видит. Но ему было достаточно того, что она могла улавливать звуки его шагов, слышать его дыхание и даже примерно представлять, о чём именно он сейчас думает.

«Да, какого же чёрта!», – Дмитрий дёрнулся. С какого перепуга она вообще должна стоять сейчас за дверью! С чего он взял, что он интересен Ирине настолько, что она действительно сейчас будет прислушиваться к его движениям, стоя за дверью! Это паранойя! Он снова накрутил себя подозрениями, нелепыми догадками и сам себя тем самым выставил дураком. Сам перед собой. Громко чертыхнувшись, Дмитрий быстрыми шагами поднялся в свою квартиру. Злость кипела в его груди, он не мог себя простить за то, что снова так легко поддался собственной слабости, и снова испугался несуществующей опасности. Он уже сильно пожалел о том, что согласился помочь будущей соседке, и зарёкся впредь действовать более аккуратно. Охватывавшее его не так давно ощущение лёгкости было нещадно растоптано суровой реальностью, и он понял, что эта минутная слабость – не более, чем игра его умученного терзаниями мозга, и относиться к ней серьёзно не имеет никакого смысла. Не раздеваясь, он лёг в свою кровать, с головой укутавшись пледом. Спустя минуту он уже спал.

Следующий сеанс беседы с психотерапевтом Дмитрий настоял провести в нейтральном месте. Он уже достаточно много времени провёл в стенах клиники для того, чтобы всеми фибрами души их возненавидеть. Они его давили практически в прямом смысле. Приближаясь к дверям заведения, Дмитрий, понимая, что сейчас нужно будет с кем-то разговаривать, тут же уходил в себя, мгновенно погружаясь в неприятные воспоминания, отчего, понятное дело, терапевтический эффект от сеансов был практически нулевым. Он не мог нормально расслабиться и не думал ни о чём, кроме как о своей глупо и страшно покинувшей мир девушке. Выслушав его доводы, Анна Юрьевна пошла навстречу и назначила сеанс в кафе на набережной, в то время, когда посетителей будет минимальное количество.

Неспешной походкой приближаясь к открытой платформе кафе, Дмитрий уже издалека приметил знакомую фигуру в строгом деловом платье (господи, а такие бывают вообще?!). Анна улыбнулась, увидев осторожно приближающегося к ней Дмитрия. Парень, подойдя вплотную к столику, где сидела Анна, полез в карман за телефоном.

– А я что, опоздал?

– Здравствуйте, Дмитрий. Нет, что вы. Я закончила свои дела, поэтому решила приехать чуть раньше. Правда ваша – стены клиники меня тоже сильно угнетают.

– Вам стоит подумать о переносе вашего кабинета на открытый воздух. От клиентов, таких, как я, отбоя не будет.

Дмитрий присел на стул напротив Анны.

– Ну, помимо Вас, я занимаюсь и такими пациентами, которые, напротив, на улицу бояться лишний раз нос высунуть. Таких, к сожалению, большинство. Поэтому, придётся терпеть.

Анна улыбнулась.

– Я заказала вам кофе. Вы, может, перекусить что-то хотели?

– Нет, я дома позавтракал, спасибо.

Он соврал. После вчерашней встречи с незнакомкой в рот не лезло ни куска. Женщина поправила причёску и сложила руки на столе.

– Начнём?

– Да. Конечно.

– Итак, вы неспроста решили перенести место нашей встречи, я поняла это сразу. Что-то случилось?

– Не знаю, даже, как объяснить. В – общем, я вчера кое-что понял.

– И что же это?

– Я боюсь людей.

Дмитрий виновато опустил глаза в пол и несколько раз глубоко вздохнул. Анна ждала, когда он соберётся с мыслями, не смея что-то сказать, чтобы не сбить его настрой.

– Понимаете, раньше, ещё две недели назад, я думал, что это обычная замкнутость в себе. Мне казалось, что я попросту не хочу абсолютно никого видеть, у меня нет никакого желания ни с кем общаться лишь в данный момент. Мне было комфортно наедине с самим собой, но я думал, что это пройдёт.

Анна встревоженно повернула голову и нахмурилась.

– Так, Дмитрий, с этого места подробнее, пожалуйста. Я вас не совсем понимаю.

– Извините. Может, я немного не так сформулировал. Я хотел сказать, что в самом начале моя нелюдимость имела более слабую природу, если можно так выразиться. Я так думал по крайней мере. Но вчера я осознал один факт – я боюсь людей. Причём всех. В каждом я пытаюсь увидеть убийцу, насильника или ещё какого-нибудь злодея. По моему мнению, каждый человек на этой планете представляет для меня опасность.

– И даже я?

Анна усмехнулась. Но, увидев серьёзный взгляд Дмитрия, снова стала внимательным слушателем.

– Я не думал, что всё окажется настолько серьёзно. Знаете, вчера соседка попросила помочь ей переставить диван, я помог. Она даже предлагала чай, пыталась заговорить.

– А ты… – помогла ему доктор.

– А я испугался. Понимаете, Анна, я даже сообщил ей номер квартиры, в которой живу, но, ступив за порог её жилища, тут же об этом пожалел. Я думал, что мы могли бы с ней стать хотя бы друзьями, но вместо этого… я начал её бояться. Сейчас я не хочу, чтобы она меня видела, не хочу слышать её слов. Мне становиться страшно даже от одних только мыслей о ней. Понимаете меня? Это не обычное отклонение, я начинаю воспринимать жизнь таким образом, что все окружающие меня люди – сплошь и рядом враги. Боюсь, это становиться моим жизненным кредо.

Анна поджала губы. Она была профессионалом, и для того, чтобы поставить точный диагноз, ей требовалось всего лишь услышать несколько предложений. Собственно, того, что сейчас сказал её пациент, было достаточно, чтобы понять, насколько всё серьёзно. Она сталкивалась с подобным явлением бессчётное множество раз, но всё это время данное отклонение наблюдалось либо у женщин, либо у подростков. Первый раз в жизни она видела зрелого мужчину, который смог дойти до подобной стадии. Она осмотрела Дмитрия. Довольно симпатичный, среднего телосложения, с красивыми натруженными руками, сейчас он представлял собой очень жалкое зрелище. У него отсутствовала та мужская стежка, которую так любят женщины, которая порой сводит с ума представительниц прекрасного пола от одного только их мимолётного взгляда на объект своей симпатии. Перед ней сейчас сидел жалкий трус, который мог вызвать лишь жалость и даже в какой-то степени отвращение.

– Аня, скажи мне, это ведь серьёзно? – Дмитрий отсутствующим взглядом посмотрел на блики солнца в её очках.

– Да, Дима, к сожалению! – Анна выпрямилась и заговорила более жёстким тоном. – Я вынуждена тебя расстроить. Тебе придётся пройти лечение в стационаре психиатрической клиники.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.