Надежда и Николай

Глава 5. Человек в черном

Ацтекская метаморфоза: Ученый собрал грибы, где жили древние ацтеки, пригласил туристов, накормил их ими и те стали рисовать те же рисунки, что рисовали ацтеки только много лет назад. Эксперимент был бы не полным, если бы он не заставил их петь. Они пели те же песни, что пели древние ацтеки, выглядели и даже пахли, как древние ацтеки. Но только один турист молчал, не пах и оставался прежним.

Случалось ли вам грустить? В каком-нибудь месте, в котором вы, может и не были никогда, и ничего вас с ним не связывает, а нападает тоска, как будто тут потеряли что-то важное и дорогое. Есть у меня такое место, это Садовая улица в районе Никольского собора. Я там не жил и был то проездом пару раз, а вот как вспомню домики, мостовую и плакать хочется. Думаете плакса я? Ничуть не бывало. Думаете дурик психованный? и тоже мимо, и справка имеется. Целиком и полностью здоров и ко всяким службам пригоден. На самом деле человек не все помнит, и мне в отношении вышеупомянутого места, похоже, память отшибло напрочь.

Зовут меня Дмитрий, можно Димон, по профессии я водитель трамвая, жил всегда один в своей пусть однокомнатной, но отдельной квартире на Тучковом переулке Васильевского острова, в самом центре Санкт-Петербурга. Хоть Адмиралтейский и хороший район, ничего не могу сказать, но меня угораздило родиться и прожить всю жизнь на Васильевском острове, о чем нисколечко не грущу. По характеру, да и по комплекции я никогда выдающимся не был: средний рост, средний вес, средний мозг. Для противоположного пола я кроме квартиры больше ничем привлекателен не был. По части озорства и игры я тоже не сильно увлекался, откуда и друзей ни со школы, ни с курсов водителей трамвая не завел. Про справку я говорил, на этих курсах и получил. До 30 лет мы прожили с мамой вдвоем, но неизлечимая болезнь оставила меня дальше жить одного в отдельной квартире.

Я и жил ровно размеренно и даже в какой-то степени безмятежно, пока один раз, прогуливаясь от нечего делать по городу, не набрел на грусть. С тех пор я возвращался на вышеобозначенное место на Садовой улице все чаще, грустил все больше. Каждый день я часами медленным шагом исхаживал этот коротенький ничем не примечательный кусочек улицы, пока, однажды, в один погожий летний день не заметил, что за мной следит какой-то мужчина лет сорока роста чуть выше среднего, крепкого телосложения в дурацкой широкополой шляпе и твидовом пальто. Настораживало то, что он и не пытался скрыть свой интерес в отношении меня. Я в свою очередь решил не скрывать, что обнаружил его и мы, наверное, в течение минуты, смотрели друг другу в глаза. Не знаю, что прочитал он в моих, я в его увидел усталость. Человек в шляпе чуть кивнул головой, видимо, поприветствовав меня, подошел ко мне неторопливо произнес:

– Здравствуйте Дмитрий. Меня зовут Михаил и мне надо с вами поговорить.

– Здравствуйте. Я не припомню, чтобы мы встречались, – настороженно бросил я, ручеек тревоги начинает свой путь где-то глубоко внутри меня.

– Разговор может затянуться, предлагаю переместиться и продолжить в … Я не стал возражать и через пять минут мы сидели в … в неловком молчании ждали, пока нам принесут капучино. Вам что-нибудь известно про цивилизацию дроп?

– Это в Китае в начале 20 века нашли следы внеземной жизни?

– В общем да. Все, что дальше вы услышите и увидите не должно стать достоянмем гласности.

Сколько раз он говорил эту фразу? подумал я. Жизнь холостяка при всей размеренности и однообразии имеет необычайную ценность, по крайней мере, для самого холостяка и любые потрясения и неожиданности воспринимаются им с, мягко скажем, неохотой. Маленький ручеек приобрел очертания полноценной реки.

– Вы участник одноименного эксперимента и хотя и не помните, но уже довольно давно. Кто то из-за врожденной лени из директора крупного холдинга слетает до уровня пьяницы подзаборного, а иной, наоборот, растет: сегодня он машинист трамвая, а завтра…– и Михаил закатил глаза к потолку.

– Кем был раньше я? И кого вы представляете?

– Раньше вы были юристом, я работаю в секретном правительственном проекте, суть которого сейчас вам и передаю.

– Прямо как в фильме «люди в черном». Почему мне в этом месте города так грустно?

– Об этом чуть позже. Начну с самого начала. В тридцатых годах прошлого века на территории Китая обнаружили захоронения 716 непонятных существ. Многие признаки указывали на то, что это инопланетная цивилизация из созвездия … Рядом с каждой инопланетной могилы нашли круглый камень, назначение которого до сих пор осталось загадкой. Китайские спецслужбы засекретили всю информацию в отношении этого дела: инопланетные тела и камни исчезли, как, впрочем, и практически все, кто хоть как-то был связан с их нахождением. Наше правительство получило доступ к изучению всех материалов и результаты оказались поразительными. Камни при воздействии на них магнитным полем передавали энергию телам и те оживали, при этом в зависимости от силы и продолжительности воздействия тела принимали различные формы. Я рассказываю все вкратце, чтобы не отвлекаться на детали. Так вот, ожившие инопланетяне проявили абсолютное внешнее сходство с реальными земными людьми, живущими где-то в настоящий момент. Наши ученые работали несколько десятилетий, чтобы понять закономерность выбора конкретного человека и наконец им удалось: теперь мы можем создать любого существующего человека. При прекращении воздействия поля на камень, инопланетянин обратно превращается в «заготовку». Однако, как мы заметили это воздействие не проходит бесследно для выбранного человека и как именно и что с ним происходит мы пока не понимаем.

Река превратилась в бурный мощный поток. – Я по всей видимости и есть такой выбранный человек.

– Да. Вы он. Раньше вы были юристом жили недалеко отсюда с женой и дочкой. Работали в адвокатской конторе, но с момента воздействия на заготовку начали проявлять странную активность не свойственную обычным юристам и вас обнули в первый раз.

– Странная терминология: заготовка, обнулили. Стерли память, что ли мне?

– Точно. Одну стерли, другую записали. У нас это называется обнулением.

– А есть в вас что-нибудь человеческое?

– Есть, наверное, подумав, ответил человек в черном, – но сейчас не об этом.

– Где сейчас мои настоящие жена, дочь, родители? Или вы и их обнулили.

– Нет, их мы не обнуляли. Они живут, как и жили, но для них вы умерли, в прямом смысле слова. Вы легли в больницу с аппендицитом, но что-то пошло не так и уже через три дня ваше тело, которое не ваше, похоронили.

– Вы, наверное, ну не лично, а ваш работодатель много таких похорон организовали?

– Достаточно. Не отвлекайтесь, пожалуйста, я продолжу. Вас тоже изготовили два года назад, и мы стали наблюдать за вами. Вы продолжали свою жизнь, но что-то стало происходить, видимо, галлюцинации или вы стали видеть какие-то необычные вещи.

– Вы сказали, со мной что-то происходило, что именно?

– Вы иногда исчезали, потом появлялись. Нам пока не удалось понять, как это происходит.

– Что вам от меня нужно сейчас?

– Вы отлично справились со вторым заданием, и мы решили поменять ваш социальный статус: из водителя трамвая сразу в вице-премьеры, выше только сам Президент.

– А если я против?

– Странный вы человек. Вам предлагают жизнь из других измерений, а вы дразните свой шанс. Смотрите так и останетесь водителем или чего хуже придумаем для вас.

– Мне можно хотя бы посмотреть на свою семью, как растет дочь, с кем живет жена.

– Слишком вы положительный человек Дмитрий, от того и несчастный. Я похлопочу, мы это вмиг вылечим, есть у нас один метод воздействия на камешек, после этого вся эта розовая соплятина оставит вас навсегда. Мы абы кого туда, – и Михаил во второй раз многозначительно закатил глаза в потолок, – не пускаем.

– А может вам самому туда? – И Дмитрий тоже закатил глаза к потолку.

– Просто возвращайтесь домой и не паникуйте, когда увидите в квартире нашего сотрудника с оборудованием. Ляжете, заснете, а проснетесь другим человеком.

– Я теперь могу идти?

– Идите. И еще. Раз уж вам так семью хочется, то будет вам и жена и ребенок в новой жизни.

Ошибка. Человек суть ошибка. Он не просто не может не ошибаться, а ему жизненно необходимо это делать. Он представляет себя героем, когда негодяй, спортсменом, когда дрыщ, великим благодетелем, когда самый упырь он и есть. На встрече школьных друзей по прошествии 25 лет нередко можно увидеть «я с триндоболами не разговариваю» и от кого это мы слышим? От главного трындобола. Да где ж тебе великий садовник для любимой своей розы (по Фиджеральду) найдет другого собеседника, не трындобола, когда все тут собрались одни трындоболы. Или вот тоже пример, «он увидел как я была одета, какая у меня прическа и какая я без него счастливая, он даже цокнул от восхищения». А на самом деле он мяса поел только что, застряло оно у него, вот он и цокнул, а совсем не из-за прически своей бывшей. И на какие человек не готов пойти подлости и негодяйства лишь бы только свою ошибку материализовать и превратить в действительность. Любовь, преданность и благодарность все забудет в один миг перед искусным змием.

Я шел по каменной мостовой, что на Тучковом переулке Васильевского острова и думал о двойственности своего положения: с одной стороны какие у меня роскошные перспективы. Могу стать первым человеком в стране, а семью свою я и не помню, так что и грустить не о чем. Мне казалось, что в мир стал другим, как будто раньше все было разукрашено красками фирмы Ладога, а теперь какая-то иностранная, совсем отличная краска использовалась. И еще пространство раньше исходило откуда-то со стороны, наверное, солнца, или еще более мощного объекта, но теперь пространство исходило от меня. Это исхождение, видимо, чувствовали встречные прохожие, одни с завистью смотрели на меня, другие не смотрели, но, все-равно, конечно же, тихо завидовали, не выдавая себя. Я даже распрямился как-то весь и побыстрее устремился домой, пока что-нибудь не случилось и не сорвало так удачно складывающуюся в мою пользу картину. С другой стороны

Дело можно убить его незаконченностью и только так. Харуки Мураками писал удивительно, но с одним изъяном – не заканчивал. Или у Гоголя Мертвые Души, это же какая подлость, так завлекать читателя и оставлять его с самим собой в самый не подходящий момент. Лучше бы и не писали вовсе. Или, например, решили вы прибраться или починить что-нибудь, достали необходимый инвентарь, инструмент, замесили раствор, налили воды с порошком и вдруг, отвлеклись. Нашлись дела поважнее. Это самая подлость и есть человеческая. Не надо было и начинать. Другому никакой пользы от такого дела нет. У меня было такое начатое дело. Пару лет назад я случайно в интернете наткнулся на видео «генератор Серла». Там говорилось о том, что при соблюдении пропорций в размерах манитных полей и при правильном ориентировании их по отношению к полю Земли можно получать энергию из ниоткуда. Сам, прости господи, Сёрла, слава богу жив здоров, и продает за 5000руб. инструкцию по сбору своего безтопливного чудо-генератора, которая и была благополучно немедленно куплена мной после просмотра видоса. В квартире сначала стали появляться провода, конденсаторы, резисторы и чуть позже всякие электро-псевдонаучные заготовки. Чтобы проверить мой генератор оставалось буквально месяц другой, я уже заказал из Китая блок питания с соответствующей частотой. И теперь мои тайные изыскания могли стать достоянием «людей в черном». Наверное, раки и рыбы в аквариуме себя чувствуют так, как я сейчас. Может еще скотина, которую ведут на убой. Хотя, если взять систему координат пошире, то все мы скотины, раки и рыбы и всех нас ведут кого на убой, кого, на сервированный стол. Вильгельм Райх в 40ые годы изобрел оргонный аккумулятор, смысл которого энергиию жизни, включая секс, концентрировать, а болезни и негативные гадости соответственно отталкивать. Очевидно, что для опытов приглашались красивые молодые девушки. Представляю ученого: «Голубушка, вы уж постарайтесь родимая, а то опыт никогда не закончится». Старикашка прожил долгую и, по-видимому, счастливую жизнь. Завещал черный ящик открыть только через 50 лет после смерти, а значит в 2057 году. Ну почему на меня этот генератор не произвел должного впечатления, и я, в свое время, не начал его изготовление.

С этими открытиями мирового масштаба все наоборот. Люди говорят лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, а тут вам скажу по-другому: лучше понять и не увидеть, чем увидеть и не понять.

Испытывая такую двойственность чувств, я осторожно открыл дверь квартиры и под приятный аромат свежезаваренного кофе, которого никогда не заваривал, вошел внутрь.

Глава 6. Поход Нади, Стикс, Самаэль и Митра

Зарница «батистого пламени жару» укутывала впереди расстилающееся пространство, песчаный берег, вполне напоминавший пляж, манил, если бы не полное отсутствие отдыхающих и надо было спешить толи, потому что так пропел кот, толи по какой-то другой причине. Два знакомых нам уже персонажа приблизились к скучающего вида монаху, который и не подозревал о надвигающейся на него беде. Чёрная ряса, закрывающий все лицо капюшон, горделивая осанка и внушительное весло в его руках придали бы картине пугающий вид, если бы травинка торчащая, по всей видимости, изо рта и звуки напеваемой оттуда песни «Танцуй» группы Звери, совершенно не дискредитировали всю возможную зловещность картины. Надя недолго удивлялась метаморфозе окружающего мира, взяла за руку Свету и подошла к дуреющему от скуки Переправщику.

– Здравствуйте любезный. – Мы же из культурной столицы и надо ей соответствовать подумала Надя. – Не переправите ли Вы нас с дочкой на тот берег. Нам очень нужно.

– Травинка выпала изо рта, песня прекратилась, Палач что-то пробормотал типа: – Да, да, конечно, какие глазки, сию минуту. Он жестом пригласил женщину с ребенком сесть, столкнул ладью в воду, которая сама, несмотря на сильное течение, потихоньку поплыла на другой берег и начал ловко управляться одним веслом, при этом ни на секунду не сводя своего невидимого взора с Нади.

– Что-то не так? Вы все время на меня смотрите.

– Какой взор, какие глазки. – Продолжал монах.

На речке типа Дон наблюдалось не только сильное течение, но и приличные волны, и так неосмотрительно было Харону увлечься пассажиром: в очередной набег волны он выронил весло и сам упал в воду. Лодка по-прежнему направлялась к другому берегу, так что было и не понятно какую роль играло весло. Монах барахтался позади, но и при этом не сводил одурманенного взгляда с Нади.

– Странный какой-то тип, – пробормотала Света и ее мама согласилась.

Лодка с силой встретилась с берегом и по инерции проехалась немного вперед, так что Наде с дочей не пришлось, вылезая мочить ножки. Впереди дорожка, усыпанная мелкой галькой, плутала более или менее, вдоль прозрачного ручейка, впадавшего в основную реку, формируя небольшое устье, манила нашу героиню. Деревьев особо не видно, лишь вдоль речушки наблюдался полноценный лес, но горы, с маленькими кустарниками, местами кривыми, полупустые, как будто без земли совсем, образовывали каньоны, и если бы Надя была в Черногории, то она подумала, что она попала в те места, либо какой-то смешной художник набросал с них эту картину. Картины, пейзажи всё это хорошо, но пора было найти Митру и откушать лимона, апельсина или какого другого цитрусового фрукта, как напел кот.

Надя со Светой двинулись вперед, но откуда-то возник симпатичный лысеющий человек, преклонных лет, немного испугавший девчат неожиданным появлением, и сказал:

– Позвольте представиться. Я Самаэль, начальник здешних демонов. Что такие два очаровательных создания делают тут? – При этом дед немного принюхивался и смотрел куда-то поверх Надиной головы, как будто слепой. Вместо глаз были тёмные пятна с неестественными блестящими точками, как будто из них кто-то пускал солнечного зайчика в каждую точку пространства.

– Нам пропел черный кот, чтобы мы нашли Митру, а вообще нам нужен наш муж и папа, в смерть которого мы поверить не можем.

– Кратко и честно, за это спасибо. Буду и я с вами честен. Пройти не дам. Мне потом за это знаете, что будет? – И старик многозначительно поднял указательный палец вверх, подразумевая, что именно оттуда и будет.

– Что?

– УУУ. И потом я плохой. Мне может даже нравится убивать там, пугать, всяких смертных, да и бессмертных тоже, если получится. Ещё люблю обманывать, да, очень даже люблю. Хотите вас обману сейчас. Вы куда идёте?

– Я уже говорила к Митре нам надо.

– Да, да, склероз. Не могу даже простые вещи запомнить. Проходите, пожалуйста.

Как только мама с дочкой тронулись, старик стал превращаться в трёхметровую змею с головой льва агрессивного настроя.

– Ладно, дед, обманул, не пустишь, я поняла. Превращайся обратно в нормального вида Самаэля и смотри сюда, что у меня для тебя есть.

С этими словами она протянула очки, которые были все время в правой руке прямо к морде льва. Любопытство не только человеческий порок. Дед после некоторой паузы принюхался больше обычного и логично спросил:

– Что это?

– Модная вещь, самые продвинутые боги носят сейчас такие, очень рекомендую. Дед нащупал «модную вещь», надел. Неестественный блеск пропал, вместо него на мир смотрели обычные человеческие глаза. Это наш ответ за Адама и Еву, подумала Надя.

Попробовал в трёх образах очки, одинаково видит. Остался в образе крылатого ангела и рассуждает.

– Я порассуждать люблю. Иногда убиваю раньше времени и уже не с кем порассуждать. Вы люди сами свой мир скатываете по всем показателям вниз, намного ближе к аду, чем раю. Заметила, ты всё время поднимаешься вверх по ручейку? Но до рая ещё очень далеко. Это потому что стартовала с самого почти низа. Порядок во всем должен быть. У вас никакой конкретики: ребенок кричит при родах, старик выдыхает перед смертью о чём? Ни о чём. Вот я и говорю никакой конкретики. И весь мир ваш катится псу под хвост. Никакой стабильности и основательности у вас нет. Жильё, машина, мебель всё напрокат, на время. Вы и сами напрокат: в то же место на кладбище, куда вас хоронят, уже через 25 лет подселяют следующего. Харэ рожать, кричу я вашему неокрепшему мозгом поколению, но оно, конечно, меня не слышит, оно смотрит мерзость, которую вы называете телевизором, слепнет, глохнет, ленится и гордится. Потом появляется тут и боится, потому что, только это и умеет по-настоящему делать. Да, страх, голубушки мои, ваш самый главный и почетный гость, которого не сумели ваши современники выпроводить во время за дверь, и он уже хозяйничает в вашем доме. Такие вы запуганные с огромными зарплатами, рейтингами, с ленью и гордынею приходите ко мне и что мне с вами делать? Против Самуэльчика всё это вздор, анекдот это супротив меня. О чем будем разговаривать, спрашиваю я незримое поколение? О Доме-2, или об обманутых кредиторах (я в широком смысле кредиторов имею ввиду)?…

Надежда немного, а Света совсем заскучали и им уже не терпелось идти дальше. Самаэль еще долго рассуждал, задавал вопросы невидимому «поколению», сам на них отвечал, но, как у моря есть берега, так и у ангелов заканчивается поболтать и начинаются трудовые будни.

– Ладно, мне пора, еще многих надо убить, напугать, обмануть.

– Вы нас не будете убивать, пугать и больше обманывать?– Спросила маленькая Света, так как кое-что из ангельской лекции и она уловила.

– Вас нет. У твоей мамы в глазах есть что-то такое замечательное, такое благодатное, не люблю этого слова, что мне перехотелось. С другими как бог даст, а с вами у меня не получится как раньше.

С этими словами, под громкое шуршание огромных крыльев Самаэль, с комичными очками на челе, поднялся и улетел, потихоньку уменьшаясь вдали, пока не исчез совсем.

День еще не закончился и солнце пока еще не село. Петляя между гор, генеральным направлением, ручеек с дорожкой выбрали закат, туда и идут два наших персонажа. В прозрачной и прохладной на вкус воде все видно и камни с водорослями и рыбы, похожие на земную форель, может она и есть. Через небольшое количество времени показалась огромная трёхэтажная изба из крупного бревна, тёмно коричневого цвета. Внутри располагалось много столов, сколоченных из досок скамеек на которых сидели люди, создающие шум, типа гомон. Все напоминало ширпотребский, в хорошем смысле, ресторан, где пришел, поел, отдохнул и побежал по свои делам дальше. Надя подошла к парню за стойкой:

– Здравствуйте, мне Митру надо найти.

Парень поздоровался и указал на свободное место у окна. Девчата уселись, причём напротив и справа от них сидели люди и громко что-то обсуждали, а через некоторое время к ним подсела Митра, потеснив соседей. Ей оказалась спортивного телосложения, милая седовласая женщина бальзаковского возраста с короткой мальчишеской стрижкой.

– Добрый день девочки. Меня зовут, как вы догадались Митра, кушать, пить что-нибудь будете?

– Я Надя, это Света. Ты будешь что-нибудь кушать?

– Нет, – отозвалась доченька.

– Нет, спасибо, нам не хочется, – Надя переадресовала Митре.

– Рекомендую заказать лимон, как раз для вас привезли.

– Лимон я съем, всё поняла, конечно, давайте лимон.

После заказа наладилась пауза. – Кто эти люди вокруг? – Спросила Надя. – Это просящие, молящиеся и просто достойные люди. Мы боги им помогаем, как можем.

Надя уставилась на Пушкина, сидевшего напротив неё. Он увлеченно разговаривал с мужчиной по имени Велес, громко торгуясь, за какие-то деньги, кто-то что-то должен был предоставить.

– О чем Пушкин разговаривает с этим мужчиной? – По возможности тихо шёпотом спросила Надежда у Митры.

– Он просит позаботиться о его семье, оставшейся после его неудачной дуэли. Велес не даст просто так денег и требует у поэта предоставления – стихов. В этом мире или в том Пушкину все равно придется писать.

– Смотри Света и на этом свете нужна профессия, а ты только мультики свои смотришь.

Света согласилась и ещё она подумала, что будет писать стихи, а мультики совсем смотреть не будет.

– Ты можешь не есть. Николаю сейчас не плохо, я должна тебе рассказать, где он и чем занимается, прежде чем ты примешь решение.

– Мне это лишнее. Мне даже все-равно хорошо ему или плохо без нас. Важно как нам без него, а нам без него никак. Так что я съем лимон, заберу своего Колю, и мы пойдем своей дорогой.