Битва Света и Тьмы. Фризский Волк

Рагнар Кожаные Штаны: Песнь о Змеиной Яме

Слушайте, воины! Слушайте, девы!

О Рагнаре Лодброке, чья слава нетленна!

Не о золоте и землях я буду петь,

Но о смерти, что ждёт, и о том, как встретить её!

Я, Рагнар, сын Сигурда, рождённый бурей,

В кожаных штанах, что меня защищали,

От змеиного яда, от жала смерти,

Я правил, сражался, и жил без оглядки!

Я грабил Нортумбрию, Францию жёг,

И страх вселял в сердца королей и богов!

Я видел Вальхаллу, слышал зов Одина,

И знал, что придёт мой час, как приходит зима.

Король Элла, змеиной ямой меня встретил,

Змеи клубились, шипели, смертью дышали.

Но страх не коснулся моего сердца,

Я смеялся в лицо смерти, я её презирал!

«Как хрюкали бы мои поросята,

Если бы знали, как страдает старый кабан!»

Так я крикнул, и змеи впились в мою плоть,

Но дух мой остался силён, как скала!

Я видел своих сыновей, мстящих за меня,

Я слышал звон мечей, крики битвы и ярость!

Их гнев, как огонь, охватит Англию,

И кровь Эллы смоет мою боль и позор!

Я умираю, но не сломлен, не побеждён!

Моя слава живёт в ваших сердцах, воины!

Помните Рагнара, помните его смех,

И идите в бой, как он шёл, без страха и греха!

***

Ивар Бескостный: Сага о Костяном Змее

Ветры Нортумбрии воют, как псы голодные,

Над берегом, где драккар пристал, закованный

В лёд и отвагу. Из чрева ладьи, как тень,

Явился Ивар, сын Рагнара, змеиный гений.

Бескостный Ивар – прозвище, словно проклятье,

Но в нём таилась сила, что не подвластна

Ни боли, ни страху. Его разум – клинок острый,

Пронзал планы врагов, как молния в небе звёздном.

Не мог он стоять, как воины крепкие,

Но ползал, как змей, по полю битвы, цепкий.

На носилках его несли, словно бога древнего,

И каждый его шёпот – приказ, повеление.

Он видел сквозь стены, читал в сердцах людских,

И знал, где слабость, где трещина, где миг

Решающий. Он плёл интриги, как паук сети,

И королевства падали к его ногам в трепете.

В Йорке он правил, как король без трона,

Его слово – закон, его воля – законна.

Он мстил за отца, за Рагнара Лодброка,

И кровь англосаксов лилась, как река глубокая.

Легенды гласят, что в битве он был неуязвим,

Что духи берсерков шептали ему мотивы.

Что кости его – не плоть, а сталь закалённая,

И воля его – как буря, неукротимая.

Ивар Бескостный – не просто воин, не просто вождь,

Он – символ хитрости, силы духа, что не дрогнет.

Он – змей, что ползёт к вершине власти,

И его имя навеки вписано в саги страсти.

Так слушайте, скальды, и пойте о нём,

О Иваре Бескостном, чьим именем гром

Гремел над землями, чья слава жива,

Пока помнят викингов, и их слова.

***

Сага о Сигурде Змееглазом: Песнь о Воине с Глазами Дракона

В чертогах Асгарда, где Один пирует,

И валькирии девственно-чисто поют,

Родился герой, чья слава грядущая

Затмит даже подвиги древних вождей.

Сигурд Змееглазый, сын Рагнара Лодброка,

Чей взгляд, словно пламя, пронзал темноту.

В глазах его, словно осколки дракона,

Сияла отвага, презрение к смерти.

Когда мать его, Аслауг, пророчица мудрая,

Носила под сердцем дитя неземное,

Предрекла она: «В глазах его будет

Знак змея, что мудрость и силу несёт!»

И сбылось предсказание, словно по слову,

Родился Сигурд, с глазами, как у змеи.

Не страшился он бури, ни ярости моря,

И меч его пел в бою, словно ветер.

В юности ранней, он плавал с отцом,

Грабил он земли, богатства добывал.

Но жажда познаний его не покидала,

И мудрость он черпал из древних рун.

Когда Рагнар погиб, в змеиной яме,

Сигурд поклялся отцу отомстить.

Собрал он дружину, отважных викингов,

И двинулся в Англию, кровь проливать.

В бою он был яростен, словно берсерк,

Меч его крушил, не зная пощады.

Враги трепетали, увидев Змееглаза,

И падали ниц, перед мощью его.

Он правил землями, справедливо и мудро,

Защищал свой народ от врагов и невзгод.

Но слава отца не давала покоя,

И жажда приключений звала его в путь.

И снова он в море, на драккаре быстром,

Плывёт он на запад, к землям далеким.

И там, в битвах жестоких, он славу куёт,

И имя его гремит по всему миру.

Сигурд Змееглазый, герой легендарный,

Чья жизнь – это подвиг, чья смерть – это слава.

Он в Вальхаллу попал, к отцу своему,

И там, с богами, пирует он вечно.

Так помните, люди, о Сигурде смелом,

О воине с глазами дракона, горящими.

И пусть его дух вдохновляет вас в битвах,

И мудрость его освещает ваш путь!

***

Сага о Хальфдане, Змеином Глазе

В землях Норвегии, где фьорды темны,

Родился Хальфдан, сын Рагнара, войны.

Змеиный Глаз звали его, взгляд остёр и зорок,

Наследник берсерка, судьбы жестокий урок.

Отцом был Рагнар, Лодброк прославленный,

Чей меч пронзал щиты, чья слава не сломлена.

Мать Аслауг, провидица, мудрая дева,

Вложила в Хальфдана отвагу и веру.

Рос Хальфдан в тени великого отца,

Учился владению мечом, не зная конца.

В походах викингских, юный и смелый,

Он кровью врагов землю щедро омывал.

Когда Рагнар погиб, в змеиной яме,

Хальфдан поклялся, сжимая меч в длани:

«Отомщу за отца! За боль и за муки!

Кровь короля Эллы прольётся в мои руки!»

С братьями вместе, Ивар и Бьорн Железнобокий,

Поплыли на запад, с яростью жестокой.

Флот викингов, словно стая волков,

На Англию пала, не зная оков.

В Йорке сражались, рубились отважно,

Хальфдан в битве был страшен, неустрашим и важен.

Меч Змеиного Глаза сверкал в алом свете,

Круша черепа, не зная о смерти.

Король Элла пал, в муках ужасных,

Отомщён Рагнар, в битвах опасных.

Земля Англии кровью врагов оросилась,

И слава Хальфдана в веках утвердилась.

Но жажда власти, как пламя горела,

И Хальфдан в Ирландию войско повелел.

Дублин захватил, город богатый,

И стал там править, как викинг знатный.

Но судьба изменчива, как море бушует,

И смерть подкралась, когда её не чуют.

В битве жестокой, от стрелы вражеской,

Пала душа Хальфдана, храброго и дерзкого.

Так кончилась сага о Змеином Глазе,

О воине смелом, в кровавом экстазе.

Но имя его, как гром, прогремело,

И в песнях скальдов навеки запело!

***

Песнь о Гутруме Старом: Шёпот Ветров и Молот Судьбы

В тумане веков, где спят великаны,

Где горы вздымались, как спины драконов,

Родился Гутрум, Старый Воин,

Чей взгляд был, как лёд, а сердце, как камень.

Он вышел из сумрака, сын бури и ночи,

Вскормленный волчицей, закалённый морозом.

В его жилах текла кровь древних героев,

И шёпот ветров нашептывал тайны.

Гутрум Старый, чьё имя гремело,

Как гром над долиной, как треск льда весеннего.

Он правил землями, где солнце скупилось,

И каждый его шаг отмерял судьбу.

Его молот, Мьёльнир-подобный, ковал не железо,

А волю народа, что в нём видел опору.

Он сражался с троллями, с духами лесов,

И каждый поверженный враг укреплял его славу.

Он видел падение звёзд, слышал плач сирен,

И знал, что конец неизбежен для всех.

Но страх не коснулся его каменного сердца,

Лишь мудрость и сила в нём крепли с годами.

Гутрум Старый, мудрый советчик,

Чьи слова были весом золота, чьи решения – законом.

Он учил народ чтить предков и землю,

И верить в себя, даже в час самой тёмной ночи.

И когда пришёл его час, он встретил его стоя,

С молотом в руке, с улыбкой на устах.

Он ушёл в Вальхаллу, к богам и героям,

Оставив потомкам лишь эхо своей славы.

Но помните, люди, песнь о Гутруме Старом!

В его подвигах – сила, в его мудрости – знание.

И пока жива память о нём в ваших сердцах,

Гутрум Старый будет жить, как шёпот ветров, как молот судьбы.

***

Песнь о Уббе, Костеломе

Ветры Балтики выли, как псы голодные,

Когда Убба родился, сын Рагнара славного.

Не знала земля покоя, не знало море тиши,

Ибо в жилах младенца текла ярость берсерка.

Рос Убба, как дуб у скалы, крепкий и мощный,

Взор его был, как сталь, а голос, как гром небесный.

Он учился владеть мечом, щитом и секирой,

И в битвах с братьями ковал свою славу.

Первый поход его был в земли франков богатых,

Где кровь лилась рекой, а золото текло в ладьи.

Убба рубил без жалости, не зная страха и боли,

И имя его гремело, как молот Тора в небесах.

В Ирландии он высадился, жаждущий власти и славы,

И город за городом пал под натиском его воинов.

Но встретил он там отпор, достойный и яростный,

И в битве у Клойнмакнойса нашёл свою смерть.

Предательский меч пронзил его сердце отважное,

И рухнул Убба, как дуб, сраженный молнией.

Но даже в смерти он был велик и ужасен,

Ибо имя его осталось жить в сагах и песнях.

Говорят, что дух его бродит по полям сражений,

И слышен его крик в бурю над морем бурлящим.

Убба Рагнарссон, Костелом, сын Рагнара Лодброка,

Навеки в памяти людской, как символ ярости викингов.

И пусть помнят потомки о силе его и отваге,

О том, как он бился и как он умер в бою.

Ибо слава викингов живёт в их подвигах вечных,

И Убба Рагнарссон – одна из ярчайших звёзд в их сонме.

***

Песнь о Гутфриде, Фризском Волке

В тумане северных морей, где волны бьются о скалы,

Родился Гутфрид, сын ветров, чья ярость буре под стать.

Фризский волк, его прозвали, за силу, что в костях таилась,

За взгляд, что льдом горел в ночи, и волю, что не покорилась.

Он вырос в племени суровом, где меч ценился выше слова,

Где кровь врагов – священный дар, а слава – лучшая награда.

Гутфрид учился у отцов, как строить драккары из дуба,

Как копья метать в цель, как щит держать, и как врага рубить без страха.

И вот, когда пришла пора, он стал вождём фризского рода,

И повёл свой народ на юг, искать богатства и свободы.

Он грабил франкские земли, огнём и мечом проходя,

И имя Гутфрида гремело, как гром над спящею землёй.

Он взял в полон прекрасную Гелу, дочь франкского короля,

И красота её пленила, как солнце зимние поля.

Но сердце Гутфрида было твёрже, чем северный гранит,

И он не отпустил Гелу, хоть франки золотом манили.

Он правил Фризией железной рукой, и страх внушал соседям всем,

Но мудрость в нём жила, и справедливость, хоть и скрыта под стальным шлемом.

Он строил крепости на берегах, чтоб защитить свой народ от бед,

И торговал с чужими землями, чтоб процветал фризский след.

Но боги завидовали Гутфриду, его силе и его славе,

И послали на него проклятье, что смерть придёт к нему во сне, в кровавой лаве.

И вот однажды, ночью тёмной, когда луна взошла над морем,

Гутфрид уснул, и сон его был полон огня и боли.

Его убил охотник, что подкуплен был врагами,

И кровь фризского вождя пролилась на каменные ступени.

Но память о Гутфриде жива, в легендах и в сказаниях,

О фризском волке, что правил твердо, и умер в страшных страданиях.

И до сих пор, когда бушует море, и ветер воет в парусах,

Фризы вспоминают Гутфрида, и видят его лик в небесах.

Он – символ силы и свободы, он – гордость фризского народа,

И песнь о нём звучит веками, сквозь бури, штормы и невзгоды.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.