Наследие Древних. Отверженный клан. Книга седьмая
- -
- 100%
- +
Но вот в один из дней мне пришёл образ искомого, а именно металлического борта корабля с двигателем, присланный одним из разведчиков, который копал проход в самом низу. Глубина залегания была не меньше километра, и идти до находки пришлось по узким коридорам практически в полной темноте. Сам десантный бот выглядел не сильно пострадавшим, но это ещё ничего не значило, что интересно, внутри находился мощный источник энергии, который продолжал работать. Это значит, что кто-то постоянно активирует его. Сам бот не обладал штатным реактором такой мощности, а все переносные, тем более армейские, отключаются через год. Раз так долго работает, то кто-то должен продлевать его работу, но выжить в таких условиях просто невозможно. Нет, будь это космический корабль, то я мог поверить в нахождении там стазис-камеры, но не на небольшом боте. Разумной жизни не обнаружил, хотя проверил несколько раз, а вот некоторые системы корабля продолжали работать. Прежде чем продолжать расчистку корабля, решил подключиться к бортовому компьютеру и узнать, что происходит с ним.
При мне муравьи расчистили участок с одного борта, давая доступ к инженерному разъёму. Пять минут работы специальной отвёрткой, и вот я получил доступ к инженерному разъёму, к которому подключил инженерный планшет. А вот дальше начались странности, и они мне не понравились. Системы десантного бота начали посыпаться, корабль оживал после многолетней спячки, активизируясь. Попытки доступа сразу заблокировались на базовом уровне, затем была попытка взлома его изнутри, а когда это не удалось, планшет чуть не сгорел от мощного скачка энергии. Пришлось возвращаться к контейнеровозу и рыться в запасных частях, чтобы соорудить специальный предохранительный блок и запитать ещё два планшета, создав в них виртуальные копии, на что потратил ещё сутки, не понимая причину беспокойства, возникшего у меня. От попыток общаться с членами экспедиции всячески уклонялся, хотя и разрешил им обжить пещеру, где стоял контейнеровоз с прицепом.
Постоянно анализируя, с чем пришлось столкнуться, моё чувство опасности просто вопило о новой, неизвестной доселе угрозе. Больше всего беспокоила попытка взлома инженерного планшета, так как он у меня особенный, с собственной программой безопасности, доработанной мной и загруженной ещё в первые дни появления на планете. Не сработай тогда моя паранойя о возможной слежке и удалённом взломе, я бы не стал заморачиваться такими мерами безопасности, но сейчас мои действия были полностью оправданы. Кто-то, а правильнее сказать, что-то, пыталось взломать мой планшет, прождав десятки лет на заблокированном космическом корабле для десанта.
Признаться, я не слышал о таком, ведь такие программы не активируются без контроля человека, а выживших на корабле нет. Да и этот десантный бот слишком мал, чтобы иметь настоящий искин, способный саморазвиваться и поддерживать сознание личности. В нём должен быть установлен стандартный компьютер для таких кораблей, и он не подразумевает создание личностных параметров, как у долгоживущих искинов, да и будь там искин, я бы почувствовал части живого организма, а именно мозга, на основе которого всё и строится. Корабль был абсолютно мёртв и не имел никаких живых форм жизни, именно поэтому от осознания возможной угрозы холодок пробежался по моей спине при обнаружении подозрительной активности.
Вторая попытка подключения происходила не менее странно, чем первая. В этот раз при подключении я смог пробиться через простой пароль и войти в систему, только вот функционал был очень ограничен, и выглядело это практически так, как действовал я. Кто-то проанализировал попытку взлома моего планшета с виртуальными помощниками защиты, прошитыми мной, и создал нечто подобное, пытаясь замаскировать свою деятельность.
Единственная возможная версия того, с чем я мог столкнуться, – это оговорка королевы о встрече арахнидов, контролирующих этот сектор, с угрозой в виде механоидов, квазиживых организмов без белковой формы жизни. Поэтому действовал я предельно осторожно, как при разминировании сложного взрывателя.
Два часа диагностики и попыток проникнуть за созданные ограничения привели меня к уверенности, что я борюсь с виртуальным противником, поэтому решаюсь действовать очень грубо, благо к этому успел подготовиться. Хорошо, что муравьи наткнулись на данный участок корпуса и не расчистили весь десантный бот. Здесь имелся рядом дополнительный люк для инженерного доступа к сетям корабля. Пришлось брать специальный резак и вскрывать бронированную обшивку в доступном месте. Зная подробную схему этой модели кораблей, переданную Дредом, я без проблем получил доступ к некоторым сетям и начал отключать их. Обесточил часть шин, проложенных к внешним плазменным турелям с этой стороны борта, шины аварийного питания и разные системы управления, отключая целые сектора. И в какой-то момент прятавшийся внутри разум предпринял активную попытку атаки. Первая защита слетела, прежде чем я успел что-либо предпринять, вторая сработала как надо, но и здесь неведомый противник ломал защиту, как очищал кочан капусты, слой за слоем снимая её, а она не так и многочисленна. Наличие живого оператора в моём лице позволило правильно блокировать попытки взятия планшета под контроль и попытки вписать неизвестный код в его программу. Первый виртуальный планшет помог разобраться в алгоритме действий и блокировать подобные действия на втором виртуальном компьютере. В принципе оба виртуальных помощника и создавались для подобных целей, по ним было видно, как действует противник и как происходит взлом.
Ещё несколько часов непрерывных попыток, и вот связь через разъём опять отключилась, заблокированная изнутри, вот только всё это время я не сидел без дела, а параллельно искал возможность взломать защиту моего оппонента, и мне это удавалось. Конечно, без нейросети мне бы это не удалось, ведь нейросеть у меня стояла не простая, а производства Древних. Именно она указала мне на прорехи в системе защиты и помогла подключиться к системам корабля. Собственно получение контроля и спугнуло противника, заставив его прекратить попытки, оборвать связь и затаиться.
Когда я прогнал быстрый тест по всем системам корабля, что и заставило отключиться от моего планшета, то понял, что с бортовым компьютером точно не всё просто. Обнаружилась сеть из трёх десятков кластеров одинаковой модификации, которые используются в бронированных штурмовых скафандрах десантников, несколько модулей двух боевых дроидов и двух ремонтных. Нечто за долгие годы в изоляции пыталось развить свои вычислительные возможности, и не похоже, что сделал это человек.
Поняв примерно, с чем я столкнулся, начал планомерно разбирать обшивку корабля в нужных местах и отключать целые секторы от управления. Муравьи помогали мне отслеживать деятельность на самом корабле, своими сенсорами улавливая малейшие колебания, и это помогло мне вовремя среагировать на опасность. После снятия одной из панелей внутри что-то пришло в движение и направилось к месту, где я отсоединял разъёмы, физически разрывая доступ к системам корабля.
Дроид-ремонтник, пролезший в технологическое отверстие, попробовал атаковать меня плазменным резаком, но пять муравьёв отвержено бросились на мою защиту, почувствовав угрозу в дроиде. Они замедлили его, а я метким выстрелом из игольника, бронированными пулями, поразил блок управления. После чего отсоединил внешнее управление, полностью очистил память и заново перепрошил, после чего восстановил работоспособность и, нацепив камеру, отправил обратно внутрь корабля, управляя по прямому кабелю, как до этого делал неизвестный противник.
То, что я увидел внутри десантного отсека, поразило меня. Три десятка фигур в бронированных скафандрах были мертвы, а их высушенные тела проглядывались из открытых шлемов, из которых выходили провода, уходящие в сторону кабины пилотов, где и были основные органы управления и располагался компьютер. Ещё заметил следы взрыва двух плазменных гранат, запечатавших основной и аварийные люки. Было очень сложно понять, что происходило внутри, но все они умерли явно не своей смертью, и кто-то воспользовался вычислительными мощностями броне скафандров для своих целей.
Вот только далеко пройти ремонтному дроиду не удалось, выскочившая в углу плазменная турель метким выстрелом уничтожила его, но я примерно понял, что стало с членами экипажа и с десантом.
В принципе я и так понял, что мне делать дальше, успокоившись, что контролирую ситуацию, приказал муравьям продолжить посекционную расчистку корпуса десантного бота для дальнейшего отключения бортовых систем.
Глава 6
Наследник. Красная планета.
Чтобы подтвердить свои подозрения, загрузил все данные в искин нейросети и приказал проанализировать ситуацию. Нейросеть Древних, встроенная в мой мозг, совершенно неожиданно для меня решила, что вычислительных мощностей ей мало, и использовала все функции моего мозга, отчего я вначале испытал сильную головную боль, постоянно усиливающуюся, затем отказало зрение, а следом и моё тело, отчего я погрузился в темноту, полную боли.
В себя пришёл лежащим в коридоре рядом с десантным ботом, а рядом стояли несколько муравьёв, охраняя меня. Головная боль постепенно отступала, а перед глазами высветилось сообщение.
– Обнаружена небиологическая форма жизни, создающая потенциальную опасность всем живым организмам. Рекомендуется её немедленное уничтожение со всеми носителями.
Ну, чего-то подобного я и ожидал, только вот впервые искин нейросети воспользовался всеми доступными функциями мозга, и это меня пугало. Вообще, нейросеть слишком сильно влияла на поведенческие мотивы человеческого тела, сильно ограничивая, а часто и манипулируя сознанием. Но в то же время наделяла человека невероятными возможностями, поэтому приходилось мириться с некоторыми недостатками нейросети Древних.
Пришлось вызвать на планшете схему Десантного бота, которую переслал мне Дред. Если снять все крупные процессоры и компьютеры, то взлететь он не сможет, однако можно часть из них заменить на новые или снятые с других кораблей, но для этого нужно понимать, что есть в наличии, иначе не имеет смысла этим заниматься. Проще тогда просто уничтожить взбесившийся искин вместе с кораблём. Для сеанса связи мне пришлось выбираться на багги за две сотни километров, благо район был спокойный, да и я уже прекрасно чувствовал себя на этой планете. Передав сообщение, что нужны запчасти, отправил их список и аналог, если не Дред не найдёт требуемого. Через два часа, как и условились, я опять включил телефон и связался с Дредом посредством короткого сообщения. Он смог найти запчасти, только забрать мне их придётся самому и в сотне километров от места передачи сигнала, что вполне устраивало, но сами запчасти доставят туда через сутки, поэтому вернулся к боту и продолжил потрошить его, разрушая внутреннюю энергетическую сеть и ставя специальные контроллеры, которые смогу активировать дистанционно. То, что корабль может взбунтоваться, даже после того, как я заменю все процессоры и основной искин, меня не радовало, поэтому я и придумал систему контроллеров, способных обесточить корабль по первому требованию.
Ещё трое суток потребовалось на вскрытие, демонтаж и замену вычислительных процессоров и искинов, которые были на десантном боте. Уже на вторые сутки после связи с Дредом я смог полностью обесточить его и приступить к уничтожению необычной формы жизни. Был, конечно, инцидент с одним из спрятавшихся ремонтных дроидов, запитанных от автономного источника питания, но муравьи, постоянно сопровождавшие меня, вовремя заметили опасность и разобрали его на запчасти, откусив своими жвалами все конечности, отчего он превратился в большой шар, лишённый возможности что-либо сделать. Он, конечно, пытался подключиться к моему планшету, но я заранее заблокировал такую возможность, оставив лишь сигналку на подобный случай.
Эта необычная форма жизни стремилась выжить любой ценой, проявляя необычайное стремление к самовоспроизводству. Когда я руками другого восстановленного ремонтного дроида вскрыл корпус напавшего на меня, то удивился, насколько сильно изменилась его внутренняя структура. От старой схемы управления не осталось ничего, а самое интересное – так это кристалл, который был внедрён в эту систему управления, и самое, что интересное, сам ремонтный дроид продолжал функционировать даже после отключения питания, что в принципе невозможно.
Моя нейросеть неожиданно подала сигнал, и её искин потребовал от меня провести тестирование кристалла или, правильнее сказать, симбиоза кристалла и процессора. Внешне это выглядело наростом на кристалле, от которого шли провода к процессору и силовой шине. Судя по тому, что я увидел, это действительно было необычно. Сам кристалл – это многогранная объёмная фигура, напоминающая природный кристалл кварца, от каждой грани которого отходили тончайшие линии, похожие на узоры. Чем-то это напоминало простейший процессорный блок, на основе которых строится вся архитектура стандартных процессоров. Только если в стандартном процессоре идёт наслоение таких архитектурных построений одно на другое, то здесь всё выглядело намного сложнее. Пришлось доставать большой мультитестор из контейнеровоза размером с большой ручной контейнер и доставать сканирующее оборудование. Выводить всё на экран и масштабировать в тысячи раз. Под многократным увеличением становилось видно, что сам кристалл претерпел изменения, став пористым и чем-то похожим на процессор, только вот способ передачи информации в нём был непонятен. Ни одно из стандартных архитектурных построений не распознавалось, а значит, это что-то совершенно новое, если не сказать, чуждое нашей цивилизации. К сожалению, у меня не сильно профессиональное оборудование, поэтому заглянуть глубже в структуру кристалла не получалось. Но и это ещё не всё, если обычный сигнал передачи содержал в себе три варианта: 0, 1 и 2, то есть сигнал, отсутствие и триггер – двойной сигнал, то здесь сигнал улавливался в десятеричной системе. Это давало возможность увеличить передачу информации в тысячи раз компактнее, чем при нашей системе передачи данных. Помимо этого, если у нас использовалось два вида передачи информации, то здесь было задействовано как минимум шесть, но их явно больше, я просто не обладаю достаточно мощным оборудованием, чтобы зафиксировать все сигналы. Если всё подытожить, то стандартный кристалл, который добывают на этой планете, превратился в суперкомпьютер. Единственное, что его сдерживает, это упрощённые технологии обратной связи и исполнительные механизмы, которые стоят на десантном боте. Попади такая форма жизни на крупную станцию, то неизвестно чем бы всё могло закончиться.
Этот кристалл я решил забрать с собой и изучить впоследствии все его возможности. Страшно представить, что будет, если эта форма жизни завладеет тысячами кристаллов, во что она может развиться, даже страшно представить. Поэтому я запустил мелких муравьёв внутрь корпуса, и они изучили все закутки десантного бота с целью найти такие кристаллы или иные признаки небиологической формы жизни. К счастью, больше ничего не нашлось, а все собранные носители памяти и то, что могло содержать в себе вирус, я собрал в одну кучу и расплавил, использовав плазменную гранату, в одном из туннелей нового муравейника, который очень быстро стал разрастаться.
Съездив за запчастями, заказанными у Дреда, я приступил к восстановлению бота, стараясь вернуть все его функции. Конечно, достать весь список не получилось, да и часть аналогов с трудом подходили, но за несколько дней я полностью справился с поставленной задачей и даже смог провести пробный запуск реакторов, предварительно заменив расплавленные решётки ионного катализатора, забитые песком и оплавленные. Испытания производил в небольшую песчаную бурю, что гарантировало полную незаметность на радарах орбитальных станций и спутников-шпионов. Довольный проделанной работой, вернулся в контейнеровоз и сразу нарвался на скандал, устроенный двумя девушками.
– Кирилл, как это понимать? – возмутилась Елизавета, встретив меня на входе в пещеру, где я оставил контейнеровоз. Ведь сам я расположился на глубине в километр, обустроив там мастерскую и только изредка наведываясь к контейнеровозу.
– Что случилось? – спросил я.
– Мы не подписывались сидеть в этой пещере, сколько прошло времени, а мы даже нормально помыться не можем, здесь практически нечем заняться, а ты просто бросил нас здесь, занимаясь своими делами, и не уделяешь нам время, – возмутилась девушка, поймав меня, когда я выходил из душа.
– Да, Кирилл, так больше не может продолжаться, ты обещал нам поход к базе Древних, а не сидение в пещере. Уже скоро месяц, как мы здесь, и ты совсем нас не замечаешь. Может, ты вообще завёл себе кого-то и проводишь время с другой девушкой или вообще живёшь в поселении, а сюда являешься проверить нас? – неожиданно вмешалась подруга Елизаветы.
– Успокойтесь, все работы я завершил, и мы можем отправляться в дорогу, – прервал я их претензии ко мне.
– Ты хочешь сказать, что починил десантный бот и мы сможем покинуть на нём планету?
– Да, если Дред не соврал насчёт кодов системы свой-чужой, – ответил я.
– Ему нет смысла нам врать, ведь он полетит с нами и сам заинтересован добраться до орбиты без приключений, – произнесла Елизавета, посмотрев на меня.
– Тогда собираемся и выезжаем, сюда вернёмся уже с добычей, чтобы покинуть планету, – ответил я.
– Нам бы в город съездить, нормально отдохнуть, проветриться, принять нормальную ванну, разные процедуры, – произнесла Елизавета, подойдя вплотную и взяв меня под руку, а с другой стороны меня взяла Эльмира, и обе посмотрели мне в глаза.
– Сейчас не получится, но выбравшись на орбиту, посетим орбитальную станцию и уже там сможем отдохнуть. Дред обещал, что всё сделает как надо и документы у нас будут в порядке, поэтому сейчас мы едем в закрытую зону, за артефактами Древних, он сам присоединится к нам на границе зоны, – ответил я и пошёл собирать вещи, разбросанные по пещере.
Выехали мы через пару часов, под самый вечер, отправив перед этим послание компаньону и получив ответ, что всё в силе, можно выдвигаться. На самой границе тёмной зоны, где температура была около нуля градусов, нас ждал большой контейнеровоз с охраной в виде трёх броневиков. Остановив свою машину, я выбрался из кабины и отправился навстречу вышедшей фигуре в знакомом скафандре.
– Как добрались? – спросил я, открыв забрало шлема и подставив лицо холодному ветру.
– Потеряли два броневика, трижды попадали на мигрирующих насекомых, будь они проклятыми. В последний раз с трудом выбрались, бросив две машины, но мы здесь и это самое главное, как я понимаю, вы добрались без потерь? – спросил Дред, открыв лицевой щиток и поморщившись от холодного ветра.
– Были сложности, но нам не привыкать, что дальше, идём все вместе или как? – спросил я.
– Нет, со мной пойдёт трое, как я понимаю, с тобой те две девицы, больше не нужно. Пойдём своим ходом, чтобы не засекли со спутника, а машины спрячем под специальными навесами, которые скроют почти от всех систем слежения. В остальном поможет мой человек на орбитальной базе, но нам нужно поторопиться, через час будет пролетать спутник, нужно успеть замаскировать машины, поэтому ставим их плотно, специальный тент один, он подключается к специальному генератору помех и, если не знать, где точно искать, их не найдёт, – произнёс Дред.
– Хорошо, а когда выдвигаемся?
– Через три часа будет самое большое окно в спутниках, поэтому успеете отдохнуть, – ответил компаньон, закрывая лицевой щиток, после того как я согласно кивнул ему.
До пролёта спутника мы справились, а я даже успел поспать пару часиков перед выходом. В назначенное время семь человек с большими рюкзаками за спиной, выстроившись в колонну, направились строго на юг, в сторону южного полюса планеты. Компас на тыльной ладони указывал немного правее, но пока решил идти по заранее обозначенному маршруту, согласовывая дорогу с Дредом, который следил за пролётами спутников, расписание которых знал. В моменты, когда нас могли заметить с орбиты, мы накрывались специальным тентом и включали переносной генератор помех, скрываясь от систем слежения.
Так как вокруг отсутствовали насекомые и опасность, да и сама поверхность была достаточно ровной на этом участке, двигались очень быстро, пять километров в час, устраивая привалы, ориентируясь по пролетавшим спутникам. Если изначально планировали добираться на транспорте, то без прикрытия полковника приходилось действовать очень осторожно. Однако по шестьдесят километров в сутки мы проходили, а иногда и больше. Конечно, путешествие в специальных скафандрах – удовольствие не из приятных, поэтому раз в сутки устраивали привал, поставив небольшую палатку, где могли провести гигиенические процедуры. Можно, конечно, и без этого, но так намного комфортнее, да и не нужен специальный гель, которым многим не нравится, защищающий от потёртостей и убирающий пот с тела.
На третий день свернули в сторону, куда указывал мой компас, который показывал, что двигались мы в правильном направлении. Прямо к базе я не вёл, периодически немного меняя маршрут, так как не доверял компаньону, да и его сопровождающие выглядели теми ещё головорезами. Во время наших привалов, когда все спали, проверил наши с девушками скафандры, ведь их предоставил Дред, и в одном, у Елизаветы, обнаружил небольшой жучок. Убирать его не стал, но, определив, где он находится, знал, как его быстро отключить. Конечно, это не добавило доверия к нему, но пока он был нужен, да и выбраться с планеты без него будет проблематично.
В принципе, свою функцию с легализацией я выполнил, и если на этой базе Древних я ничего не найду, нужно попытать счастье в Эдеме, а попасть туда смогу с помощью девушек. Да и от псиона точно никто не откажется, главное, вовремя сменить личину и поменять документы, – размышлял я о будущих планах.
Только на шестой день мы подошли к нагромождению камней или небольшим скалам, местами покрытые корками льда.
– Привал, – объявил я на общей волне микропередатчика, действующего на расстоянии до ста метров.
– Пришли? – спросил Дред.
– Почти, дальше мы пойдём вдвоём, пока осмотримся, а дальше решим, как действовать, – ответил я.
– Это место далеко от базы Древних, мне полковник примерно указывал место, а до него ещё сутки пути.
– Вот я и говорю, что пусть все отдыхают, а я прогуляюсь, но так как одного вы меня не отпустите, мы пойдём вместе, – ответил ему, скидывая тяжёлый рюкзак со снаряжением и запасными батареями.
– Хорошо. Ждите нас, никуда не уходить и накройте лагерь тентом, – приказал своим Дред, и мы направились между скал.
Место, куда вёл меня компас, было не там, где располагался вход в базу Древних, во всяком случае, это заявил Дред через три часа пути, но я верил компасу, поэтому промолчал и продолжал движение. И вот мы достигли места, где компас засветился и стал показывать мигающую точку, что, вероятно, должно указать нам, что мы достигли цели. Осматриваясь вокруг, я не заметил ничего примечательного, только не очень ровная площадка с десятком небольших камней, расположенных хаотично. Однако, когда я думал продолжить движение, вначале замер Дред, а потом у меня в голове взорвалась вспышка боли, парализовав меня.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.