- -
- 100%
- +
Утро. Андрей проснулся рано, за окном было еще темно, но совсем не хотелось спать, сказывалась армейская привычка. Андрей месяц назад пришел из армии. Он прослужил на турецкой границе почти четыре года. За годы службы на заставе ему пришлось не раз ловить нарушителей. При одном таком задании его ранили в плечо, но, раненый, он всё же задержал преступника. За это его наградили орденом Красной Звезды. После армии жизнь как-то не складывалась, Андрей не находил себе места на гражданке. Любимая девушка не выдержала долгой разлуки и вышла замуж за его друга. После этого предательства он как-то озлобился на весь женский пол, стал с ними дерзким и грубым, он уже не искал себе спутницу жизни, а довольствовался разовыми свиданиями.
Заиграло радио, сделанное руками Андрея. Послышался голос Левитана.
–Сегодня двадцатое мая 1951 года,– голос диктора был, как всегда,твердым и чётким.
Андрей не понимал, почему в жизни творится одно, а по радио говорят другое. Там, на границе, на их заставу из двадцати человек напало больше ста диверсантов. Пограничники отважно защищали свой клочок земли, большинство из них погибло. Но они не пропустили врага на свою землю. Им, молодым парням, было не понятно, зачем чужаки пришли, зная заранее, что они обречены на смерть. Даже если бы они перебили всю заставу, то что дальше… Дальше Россия, а в ней большая армия, которая победила фашистов, а уж этих просто растопчет. После боя вся застава сидела у радио, всему личному составу хотелось услышать про свой подвиг. Но ни на этот день, ни на следующий герои не услышали ни слова о себе.
На кухне послышались шаги, это проснулся отец Андрея, Иван Савкин, ему скоро идти на работу. Трудился он машинистом на паровозе и до службы сына в армии часто брал его с собой на работу, хотел с детства привить ему любовь к этой профессии, но Андрей не хотел идти на паровоз. Он и до сих пор не мог найти себе дело по душе.
Андрей не спеша встал, оделся опять в свою армейскую форму. На ней висели орден и медаль «За отвагу». Но, по чести сказать, у него и не было другой одежды. Отец хранил в шкафу те вещи, в которых он ходил до армии. Но все ему стало мало, широкие плечи Андрея не входили в старую одежду. Да и вырос он за четыре года прилично.
– Сынок, иди кушать, – послышалось из кухни.
Отец с сыном жили в однокомнатной квартире, было тесно, но все же не коммуналка. В этом доме было много коммунальных квартир, откуда всегда доносились крики и ругань. В кухне стоял маленький диван, на нем спал отец. Рядом раковина с краном. Андрей умылся и сел за стол.
–Сынок, у меня с тобой сегодня будет очень серьезный разговор. Постарайся быть дома, когда я приду с работы.
–Хорошо, пап, я буду дома.
Андрей проводил отца, посидел немного, потом достал армейский альбом с фотографиями и долго перелистывал его. Рассматривая фотографии, Андрей очень жалел, что не остался в армии, там был привычный порядок, начальник заставы предлагал ему остаться, но вдалеке от родины Андрей сильно тосковал по отцу, по друзьям, которые остались на гражданке.
В дверь постучали. Андрей положил альбом, неторопливо подошёл к двери и открыл её. Перед ним стоял друг детства, Колька Жуков, худощавый парень двадцати лет, с летящей походкой. Он с порога стал быстро говорить, не совсем понятно, о чем.
– Коль, давай по порядку, – попросил Андрей.
–По порядку тебе, – психанул Колька, поправил маленькие, слегка заметные усы и продолжил, – ну, слушай, тупоголовый, у меня на работе есть знакомый мужик, у него есть брат, а у брата свояк купил себе телевизор. Нас приглашают посмотреть, но надо купить что-нибудь поесть, это их условие, и еще водку.
Андрей почесал затылок, посмотрел вокруг.
– Коль, у меня дома из еды одна картошка, а ты мне предлагаешь еще туда нести, но все же телевизор посмотреть хочется. Давай посмотрим.
Немного пошарив на кухне, Андрей положил в мешок несколько картошек. Осмотрев все шкафы на кухне и ничего не найдя, вышли на улицу. За углом их уже ждали ребята с Колькиной работы, у них тоже было немного еды и бутылка самогона. Быстро сложив все в один мешок, они пошли на назначенный адрес.
Дверь открыл мужчина лет сорока, сначала взял мешок, бутылку, потом пропустил всех в комнату. Там кроме них было еще человек десять, они сосредоточенно смотрели на ящик, перед которым стояла большая линза.
В комнате кроме телевизора был старый перекошенный шкаф и стол. На окнах висели очень старые, во многих местах порванные занавески. Наверное, хозяин долго собирал на телевизор.
–Самогон – дерьмо, – деловито сказал хозяин, – я сказал приносить водку.
–Дерьмо? Ну, ладно, давай все назад, мы домой пошли, – заявил Андрей. – У тебя тоже телевизор не новый, с линзой еще.
–Ладно, смотрите!
Они прождали почти час, пока закончится балет, потом диктор рассказывал, как хорошо здесь всем живется. Андрею сильно хотелось выругаться, но он не знал всех людей, кто-нибудь может сдать, и все – прощай, Томск, здравствуй, Магадан, десять лет без права переписки. Андрей внимательно всматривался в лица людей ему не знакомых и старался понять их мысли, что они думают по поводу всей советской власти. Но ничего он не смог уловить, ему казалось, что все собравшиеся просто смотрели в телевизор и не слушали, что говорит диктор. За эти годы сталинской власти люди научились не выражать свои эмоции, а держать их в себе, не показывать свои чувства.
Друзья просидели у телевизора весь день. Андрей посмотрел на часы, отец собирался о чем-то поговорить, надо идти. Андрей незаметно вышел, оставив всех досматривать фильм. Дома он отварил картошку, достал соленые огурцы с капустой и стал ждать, пока придет отец. Отец пришел раньше, чем обычно, очень серьезный, он о чем-то думал, наверное, о предстоящем разговоре.
После ужина, присев рядом с сыном, начал разговор.
– Сынок, настало время рассказать тебе про нашу семейную тайну. Но это очень секретно. От нашего молчания зависят судьбы тысяч людей. Мы ведем свой род Савкиных от староверов. Когда стали вводить новую веру, многим не захотелось ее менять, несогласные уходили семьями в леса. Вот так и мой прадед со своими товарищами ушел в тайгу, и там они до сих пор живут.
–До сих пор? – удивился Андрей.
–Да, сынок, до сих пор. Я здесь выполняю их секретные задания. Мой
долг один раз в год взять у них золото и продать его. На вырученные деньги они покупают себе ружья, патроны, все необходимое для охоты.
–Папа, ты продаешь их золото? Но почему мы так живем? – Андрей обвел руками комнату и стол, на котором стояла скудная еда.
–Это золото мне не принадлежит, и я не имею права взять хоть грамм.
Андрей встал, прошелся по комнате, посмотрел в окно.
–Пап, расскажи мне поподробнее, я хочу про них знать все.
–Я надеюсь, ты понимаешь, что про это нельзя рассказывать никому. Эту тайну поведал мне мой отец, а ему его отец, и все они продавали золото, и, скажу тебе, жили в нищете. Чтоб не привлекать к себе внимания. Деревня старообрядцев стоит глубоко в тайге, это настоящий рай на земле. Их там тысяч пять-шесть, не больше. Управляют всем они сами, любой, кто хочет, может внести предложения, и если его поддержат остальные, то, значит, предложение принято. У них есть волшебник, он исцеляет больных и прячет их деревню от злых людей, уже никто не знает, сколько ему лет, но самый старший житель деревни помнит его с детства стариком. Вся жизнь у них строго по распорядку: в девять часов подъем, затем завтрак. Идут работать, но работают они не больше трех часов в день, такой у них порядок. И за этим следят смотрящие, нельзя работать больше трех часов. Они сами себе шьют одежду, сами выращивают себе скот. Там самые красивые девушки, там самые сильные парни. В войну деревня дала почти три тысячи бойцов, они храбро воевали, громя фрицев. Пятьсот человек не вернулись с войны, остались лежать в чужой земле. Среди тех, кто вернулся, двенадцать были удостоены звания Героя Советского Союза. Трое дважды. Мой брат Устин Савкин там как командующий, он дважды Герой Советского Союза, полковник, дошел до Берлина. Он человек-легенда. Я, правда, его никогда не видел. Сюда приходят одни и те же. Но они всегда мне подолгу рассказывают, как живут и трудятся. Я им так завидую.
Иван встал, прошелся по комнате, по радио заиграл Гимн Советского Cоюза. Он подошел и выключил радио.
–Слушать не могу. С утра до вечера только врут и врут.
–Пап, не волнуйся, тебе нельзя, опять осколок зашевелится.
–Хорошо, сынок, не буду. Пойдем спать.
–Папа, мне кажется, ты не договорил?
Иван подошел к окну, сквозь ночь кое-что проглядывалось, но он только делал вид, что смотрит, на самом деле он думал, как лучше рассказать.
–Сынок, через три дня у нас будут гости. Нам с тобой придется ехать
в Новосибирск – повезем золото, – почти шепотом сказал Иван, – я тебя должен познакомить с людьми. Теперь ты будешь выполнять мою работу.
А мне на покой. Сам знаешь, сердце у меня, проклятый осколок стал часто шевелиться, помру – пропадет дело.
–Пап, а я могу с ними поехать?
–Нет, твоя работа быть здесь. Ладно, Андрей, завтра поговорим, пора спать. Хозяин разделся и лег на диван.
–Пап, я очень хочу поехать посмотреть на этот рай на земле.
–Посмотрим, вот приедут, и поговорим, но сразу тебе скажу: не возьмут они тебя, конспирация, ты для них чужой.
– Ага, чужой, мы-то больше ихнего рискуем.
–Ладно, сынок, иди спать, сказал же, поговорю, мне и самому хочется, чтоб ты туда съездил, может, невесту себе подберешь, там самые лучшие девушки, не испорченные нашей цивилизацией.
–Пап, а почему их никто не может найти?
–Они верхом почти месяц едут по тайге до деревни, это очень далеко, охотники туда не ходят, дорог там нет.
–А самолеты летают?
–Ой, да не знаю! Я же там не был, иди спать.
Андрей зашел в комнату, постелил кровать, разделся и лег. Ночью ему приснился сон, он на самолете летел над тайгой, кругом расстилался дремучий лес, но потом вдалеке деревья стали расступаться и появилась большая поляна. Медленно снижаясь, он вдруг увидел большую деревню: бревенчатые дома стояли вокруг огромной поляны, посередине которой стоял человек с длинной седой бородой. Он развел руки в разные стороны и так стоял, подняв лицо к небу. Самолет летел все ниже и ниже, подлетая ближе к седому старцу, Андрей вдруг понял, что он летит без самолета, просто разведя руки в стороны, он планировал прямо на старика. Когда до старца оставалось несколько метров, Андрей увидел его глаза и от ужаса проснулся. В его глазах было что-то колдовское и страшное. Послышались шаги, в комнату вошел отец, включил свет.
–Ты что, сынок, кричишь, приснилось что?
–Да, пап, приснилось, я летел над деревней и там посередине большой поляны стоял очень старый дед с длинной седой бородой. Он развел руки в стороны и так стоял. Я увидел его глаза, мне почему-то стало очень страшно.
Иван прошел, присел на край кровати, взял сына за руку.
–Андрюш, расскажи, как ты видел деревню. Только подробно.
Андрей до малейших подробностей пересказал весь свой сон.
–Это был вещий сон, ты видел деревню такой, какой она и есть
по рассказам тех, кто приносит золото.
– Значит, все-таки я поеду туда.
–Потерпи, дай приедут, потом посмотрим. Спи.
Утром Андрей проснулся, как всегда, в шесть утра. Сразу вспомнил рассказ староверов про деревню. И чем больше он думал, тем больше убеждался в том, что они его не возьмут. Служа на границе, он хорошо знал, что такое конспирация. «Я непроверенный человек,– рассуждал он, – мне нет веры, но надо что-то придумать». Утро прошло, как обычно, проводил отца на работу, сделал дома генеральную уборку. Удовлетворенный собой, подошел к окну. По улице шел своей летящей походкой Колька Жуков. Колька работал сантехником, часто калымил, и небольшие деньги у него были всегда.
–Привет, Андрюха! – с порога крикнул он и, не разуваясь, вошел в комнату.
–Колюха, куда ты прешь? Я только что полы помыл, имей совесть.
Колька обиженно встал, подошел к двери, снял ботинки и опять прошел в комнату.
–Сидишь дома, уборкой, как баба, занимаешься. Пошел бы на работу.
–Куда? Дерьмо, как ты, чистить?
Колька обиженно встал, запрыгал по комнате своей неизменной походкой.
Потом подошел к столу выложил все деньги, что у него были в кармане,
совсем немного, но у Андрея не было ни копейки .
–Вот видишь, я хоть в дерьме ковыряюсь, но у меня есть деньги, а у тебя
деньги есть? – Колька смотрел внимательно на Андрея и ждал ответа.
–Блин, Колюха, ну куда ты сыплешь, я же только что помыл все.
–Вот видишь, нет у тебя денег, – Колька важно достал папиросы,
спички.
–Курить на улицу иди.
–Ну что, куда пойдем? – спокойно сказал Коля, пряча папиросы в карман.
–Мне все равно, куда хочешь, но телевизор смотреть мне уже не хочется.
–Да там сегодня вся наша бригада сидит кино смотрит. Места нет.
Пойдем на танцы к сталеварам.
–Пойдем, – согласился Андрей, быстро оделся и уже через минуту
он шел по улице рядом с прыгающим Колькой. У сталеваров был свой клуб, там часто устраивали танцы. Собиралось много молодежи, весело проводили время. Колька был скромным с женским полом, и Андрею приходилось знакомить его с девушками. Но у друга больше, как подержать девицу за руку, ничего не получалось. В этот вечер друзья познакомились с двумя девушками, Катей и Любой. Танцы закончились.
–Ну что, девочки, пошли, мы вас проводим, – сказал Колька. – Вы где живете?
–На Сталинской, – ответила Люба.
Сталинская улица была на другом конце города. И друзьям совсем не хотелось так далеко провожать девушек, да и парни в том районе были
злые, своих девок никому не давали. А кто чужой появлялся на их территории, всегда битым уходил. Но отказываться было уже неудобно. Вчетвером они сели в автобус, но скоро кондуктор заметил зайцев и прогнал из автобуса. Пришлось идти пешком целых две остановки. Это была уже Сталинская улица, они шли не спеша и слушали, что им рассказывала Катя. У нее было веселое настроение, друзья внимательно слушали ее смешные рассказы. Издалека послышался чей-то громкий смех.
–Ой, ребят, вам дальше идти опасно, спасибо, что нас проводили, идите домой, мы здесь уже недалеко живем.
–Ничего, мы не из трусливых, – сказал Андрей, показывая на свои награды.
–Андрюша, я прошу тебя: иди домой, эти ребята очень плохие, побьют.
Андрей посмотрел на друга, тот в нерешительности стоял, не зная, что ему делать. Но Андрей шагнул прямо и, сделав несколько шагов, увидел приближающихся молодых парней, человек десять, которые сразу обступили компанию, со злобным видом засучивая рукава для драки . Катя и Люба умоляли не трогать ребят, но самый здоровый из них с большой наколкой на груди достал большой нож и стал водить им перед лицом Андрея .
–Ну что, придурки, наших девок захотели? Теперь все, хана вам.
–Хана, говоришь? – спокойно переспросил Андрей. – Не пойму я вас, блатных, вот сейчас пыжишься, корчишь из себя крутого, а завтра у меня в кабинете будишь прощения просить. И говорить, что у тебя ножа в помине не было.
Парень с наколкой спрятал нож за спину. В его глазах появился страх.
–Что, сучки, ментов привели? – злобно закричал он, пятясь назад.
–Мент следователю не кент, понял? А теперь валите отсюда, и вам повезло, что я не на службе, – строго сказал Андрей.
Ребята, недовольные, ушли, пройдя подальше, они остановились и стали наблюдать издалека за непрошенными гостями.
–Андрей, ты правда работаешь в милиции? – спросила Катя серьезным
тоном, заглядывая в глаза.
–Да, а что? – Андрей улыбнулся и хотел взять Катю за руку.
–Не трогай меня! – крикнула Катя. – Люди твоей профессии без суда и следствия расстреляли моего отца. А он был не виновен. Убирайся отсюда и больше никогда не попадайся на мои глаза!
Катя плакала и в истерике кричала, нанося оскорбления Андрею. Он пожалел, что выдал себя за милиционера. Но теперь было поздно что-то объяснять. Друзья молча развернулись и пошли, не оглядываясь. Шагая домой, друзья размышляли, почему в стране, победившей царское иго, фашистов, так боятся милицию. Почему наши простые граждане боятся тех, кто должен защищать порядок и покой мирных граждан. Андрею очень захотелось уехать в тайгу, в райский уголок, и прожить там свою жизнь в мире и согласии, где нет милиции и наказания, где правит любовь и вера в Бога. Андрей думал, что бы придумать, чтоб его взяли в деревню.
Вскоре подошел автобус, и друзья быстро добрались домой.
Весь следующий день Андрей провел дома, он нашел книгу электрика и внимательно перечитывал ее. Изо всех профессий, которые были ему доступны, электрик понравился ему больше всех. И он немного разбирался в этой области, мог легко починить утюг, провести свет себе, соседям. Электрики нужны были на каждом предприятии, но в депо, куда он хотел устроиться, электрики не требовались. Да и работа уже больше его так сильно не интересовала, он думал о тех, кто придет из тайги, как их уговорить, чтобы его взяли, может, рассказать, что он может провести свет во всей деревне. Но то, что несло свет, было настолько громадным, что он не мог все это поместить в маленькой деревне, да еще с соблюдением маскировки. Мысли путались в голове и заходили в тупик.
Вечером отец с сыном долго разговаривали про власть Советов, про веру в Бога. Это была тема, на которую они могли разговаривать подолгу, наглухо закрыв окна и перейдя на шепот.
В дверь тихо постучали, отец встал и пошел открывать. Андрей тоже быстро оделся и вышел в коридор, там стояли трое высоких широкоплечих мужиков в длинных тёмных плащах, окладистые бороды скрывали их настоящий возраст. Один, увидев Андрея, строго и оценивающе посмотрел на него.
–Это мой сын, – торопливо произнёс отец, успокаивая ночных гостей.
–Отслужил? – протягивая руку, спросил рослый мужик с бородой под два метра роста, его широкие плечи едва прошли в дверной проем. Но больше всего поражала добродушная улыбка на его могучем лице, какая-то детская, непринужденная, приветливая.
–Отслужил, – Андрей пожал руку. Он всегда считал, что у него большая рука и кулак, но гость зажал его руку, как ребенку, кисть Андрея просто скрылась в большой ладони здоровяка.
–На, держи, – здоровый мужик легко снял с плеча вещмешок и протянул Андрею, который, приняв ношу, от неожиданности со страшным грохотом выронил его из рук на пол. В нем было не меньше двух пудов.
–Можно посмотреть?
–Смотри, – разрешили гости, снимая плащи.
Андрей развязал сложный узел, открыл мешок. В нем лежали большие куски желтого металла, они не блестели, как блестит золото в магазинах, они было матового цвета. Пошарив в мешке, Андрей вытащил самый большой кусок, подбросив его на руке, определил примерно килограмма два.
От гостей сильно пахло костром и болотом. Запах был настолько едким, что пришлось открыть окно. Андрею этот запах показался знакомым с детства. Маленький Андрей их никогда не видел, но запах оставался в квартире надолго. Даже если открыть все окна.
Отец поставил на стол большую кастрюлю с картошкой. Гости сели за стол и принялись с аппетитом кушать.
–Пап, у нас есть водка, предложи гостям!
Один из трех гостей посмотрел на Андрея, потом на Ивана. В его глазах
застыло недопонимание, про что говорят хозяева.
–Андрей, они не знают, что такое водка, – спокойно пояснил Иван.
Гости поели, умылись, легли спать. Андрею хотелось с ними поговорить
про деревню, но мужики от усталости быстро уснули.
–Собирайся, сынок, нам пора в дорогу. Через два часа поезд на Новосибирск, нам надо успеть. Вот надень форму железнодорожника. В ней к нам не будут приставать с проверкой. И вот еще что. Иван внимательно посмотрел в глаза сына, потом достал из кармана маленькую коробочку и протянул ее Андрею.
–Здесь яд. Если ты согласен ехать со мной и не побоишься свести счеты с жизнью, возьми. Если ты боишься и в случае опасности не сможешь принять яд, лучше скажи сейчас и останься здесь. Я тебя не осужу, это твой выбор.
Андрей без промедления взял коробочку, открыл, в ней лежала маленькая таблетка.
–Работает мгновенно? – весело спросил Андрей.
–Мгновенно.
–Это хорошо.
Отец и сын пошли одеваться. Андрей надел новую форму железнодорожника, она была немного великовата. Утянув её ремнем, он взял рюкзак с золотом, одел его на плечи. Ноша была очень тяжелой, острые края самородков больно врезались в спину.
–Может, тебе помочь?
–Ничего, пап, мне не тяжело.
–Ну, тогда пошли, – спокойно сказал Иван.
Андрей шел впереди, гордо неся тяжелый груз, за то время, что он был на гражданке, впервые ощущал себя нужным обществу, людям. Он понимал, что это очень опасно, что в случае опасности придется съесть яд. А опасность могла возникнуть просто из-за ничего при проверке документов . Могли проверить и его мешок, и тогда все пропало . Но все ровно на душе у Андрея было весело, он сейчас был нужен людям, от него зависела целая деревня. И он точно знал, что выполнит до конца свой долг.
– Здорова, Иван,– крикнул с паровоза мужчина лет сорока в очень грязной одежде, пропитанной маслом, наверное, это был моторист.
–Привет, Серега, подбросишь нас с сыном до Новосибирска?
–Да нет проблем, заходи в комнату для машиниста. В тесноте, да не в обиде. Иван, а что, сын уже у нас работает? – продолжал допрос Сергей
–Да нет пока, это я ему дал, чтоб за билет не платить.
–Андрюха, ну что ты не хочешь к нам идти, ведь нормальная профессия.
И калым бывает, – перешел на шепот Сергей.
Андрей зашел в комнату для машиниста, где стояло две кровати и небольшой столик. Снял рюкзак, затянув узел потуже, положил под кровать. Сев сверху, Андрей, как наседка, охранял груз, не вставая до самого Новосибирска. Немного не доезжая до города, поезд остановился, отец и сын сошли с паровоза. Машинист сделал несколько прощальных гудков, и паровоз, пуская пар, тронулся в путь.
–Сынок, давай вдвоем понесем? Тяжело.
–Нет, пап, иди вперед, показывай, куда идти.
Дорога сильно петляла, то поднималась вверх, то спускалась. Уже давно скрылись из вида все населенные пункты, уже не слышны были гудки паровоза, но они все шли вперед и вперед. Вскоре показался сосновый лес, воздух в нем был очень чистый, вдали от заводов и фабрик дышалось совсем по-другому. Справа у тропинки возвышался большой кедр, на нем весело прыгали белки. Поражало то, как эти проворные животные прыгали с ветки на ветку, будто показывая людям, какие они ловкие. В глубине леса Андрей увидел небольшой деревянный дом.
– Пришли, копай, сынок, здесь, – Иван достал маленькую сапёрную лопатку и протянул сыну. Андрей сначала снял слой дерна, потом выкопал землю и
сложил ее на свою куртку. Положив в яму рюкзак, засыпал его землей и сверху прикрыл куском дерна, хорошо заровняв.
– Сынок, спрячься вон в те кусты и наблюдай за всем, что здесь происходит. Если появятся люди, то сразу уходи домой, меня не жди, понял?
– Понял!
Иван направился к бревенчатому домику, окружённому высоким деревянным забором, из-за которого слышался чей-то разговор. Открыв дверь, Иван увидел большой хозяйственный двор. В сарае громко ревела корова, хрюкали поросята. По всему двору ходили утки, гуси. Увидев чужого, злобно залаяли собаки. Хозяйка дома, повернувшись к гостю, строго на него посмотрела, взяла ведра и пошла в сарай. Корова перестала мычать, затихли поросята. Это был условный сигнал: если голодная скотина кричит, значит, можно заходить.
В дверях показался дюжий мужчина лет пятидесяти, его голову уже давно тронула седина. Он широко открыл дверь, приглашая гостя в дом.
Иван перешагнул через порог, низко наклонив голову в дверной проем.
–Здорова, брат, – сказал хозяин, обнимая гостя.
–Здорова, Кузьма. Как живете-поживаете?
–Да, слава Богу, ничего. Попить- поесть хватает, и на том спасибо.
Весь дом был одна большая комната, в углу на кровати лежал парень в тельняшке, он встал, молча надел штаны-клеш. Было видно, что он бывший моряк. Тельняшка во многих местах порвалась, но он ее не снимал. Парень вежливо поздоровался и вышел. Прошло часов пять, пока он появился вновь, но уже не один, его сопровождали двое мужчин. Они были хорошо одеты, вели себя культурно, но брезгливо, один долго вытирал о ковер ноги, приговаривая:
– Как вы тут живете среди этого дерьма?
Хозяин промолчал. Он также брезгливо посмотрел на гостей.
Иван вышел, увлекая за собой интеллигентов. За забором стоял автомобиль «Победа», Савкин с завистью посмотрел на него. Он даже не мечтал иметь такой автомобиль, он велосипед не мог себе позволить.
Интеллигенты осмотрели Ивана и кивком пригласили сесть в машину