- -
- 100%
- +
«Если я пойду и долиною смертной тени,
не убоюсь зла, потому что ты со мной;
Твой жезл, Твой посох
– они успокаивают меня.»
Библия, Псалтирь 22:4
Часть 1
Глава 1
Михаил сидел в приемной генерал-майора Шулепова Виктора Николаевича, ожидая вызова. Рассматривая противоположную стену, он представлял в общих чертах, почему такая срочность. Даже из отпуска отозвали. Появилось новое серьезное задание, которое не терпит отлагательств. В свои 29 лет Михаил уже был майором и руководил группой специально обученных специалистов диверсионного подразделения, решающих различные проблемы по всему миру. Женат он не был и только-только познакомился с хорошей девушкой, которая отвечала всем его критерием будущей жены и матери. Но внезапный вызов из Большого Дома снова стал на пути к его счастью. Пришлось откланяться, насколько возможно, тактичнее, выразив надежду на скорую встречу. Звали ее Дана. Девушка давно жила с родителями в России, поэтому восточная красота отца была перемешена с русскими традициями ее матери. Она была еще совсем молоденькой и поступила на первый курс университета, когда встретила Михаила. Это была любовь с первого взгляда. Дану покорила уверенность парня в себе, его забота и отношение к ней. Он красиво ухаживал и окончательно покорил ее. И хотя они встречались всего несколько дней, она влюбилась до беспамятства и, как ей казалось, раз и навсегда. Михаил не рассказывал ей о себе ничего. Он боялся, что своим занятием он может спугнуть эту красивую девушку, а сердце уже принадлежало ей без остатка. Сегодня утром он лишь позвонил ей и сказал, что уезжает в командировку по работе на несколько дней. Сказал еще, что в тех местах будет большая проблема со связью, поскольку тайга очень сильно глушит сигнал, а сопки окончательно сводят на нет его силу. Дана очень расстроилась такому событию, но вида не показала, сказала только, что будет ждать его возвращения и попросила сразу позвонить, как вернется.
Миша посмотрел на руки и усмехнулся, вспомнив этот телефонный разговор с ней: «Хорошо бы вернуться. Думаю, как всегда, с этим будут большие проблемы». Он откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу и положил на них руки. Минуты ожидания текли неимоверно долго. Парень закрыл глаза, откинув голову на стену. Где-то далеко всплывали в памяти обрывки его прошлой жизни : детство в военном гарнизоне, отец полковник, мать воспитатель в детском саду, потом армия, поступление в военное училище, знакомство с Сергеем Герасимовым– другом и соратником на долгие годы – распределение в ГРУ, подразделение ССО, диверсионная школа при ФСБ РФ, начало работы, Южный Судан, Сомали, Йемен, Латинская Америка, два ранения. Сколько же всего уже произошло в этой жизни? Сколько еще произойдет?
Где-то далеко прозвучал зуммер телефона на столе адъютанта генерала. Он поднял трубку и сказал: «Есть!» Потом встал и обратился к Михаилу.
– Товарищ майор, генерал ждет!
Михаил встал, одернул форму одежды и, открыв дверь, привычно сказал;
– Разрешите, товарищ генерал?
– Заходи!
Михаил прошел в просторный кабинет, посреди которого был длинный стол буквой «Т», а у окна стоял его непосредственный начальник.
С генералом Шулеповым Михаил был знаком уже 4 года. На этом посту он сменил своего проворовавшегося предшественника, которому влепили 10 лет за взятки в особо крупных размерах и конфисковали имущество. Сейчас подход к коррупции был особо жестким и беспощадным, поэтому головы генералов и полковников летели налево и направо. Не везло России с Министрами обороны никогда. Не повезло и в этот раз. Только вот жаль, что ни один из них, начиная с разгула демократии в 90-х, так и не освоил тюремные нары до сих пор. Об этом часто думал Виктор Николаевич. Он был человеком прямым и принципиальным. Пройдя несколько горячих точек, генерал презирал «паркетных» военачальников. Когда его назначили на эту должность, он несколько раз отказывался, не желая менять кресло командира своей боевой дивизии ВДВ на штабное кресло. Ходили слухи, что с ним разговаривал сам Директор ФСБ и он в конце концов согласился.
– Присаживайся, Миша, есть задание, не требующее отлагательств.
– Я так и понял, Виктор Николаевич.
– Молодец, что понял. Отпуск потом догуляешь. Быстрее решишь проблему, быстрее вернешься к своей девушке.
Михаил немного удивился. Не то чтобы он не думал о том, что за ним постоянно следит Большой Брат. Он это знал. Но чтоб настолько?
– Как ее зовут-то?
– Дана
– Хм, из Азии что ли?
– Нет, из России. Отец араб, мать русская. Больше 20 лет живут в России.
– Ладно, давай о деле.
Михаил сел за стол. Генерал расположился напротив него и начал посвящать в курс дела.
– Есть определенные заинтересованные лица, не жалеющие средств на разрастание конфликта в государствах, которые, так или иначе, входят в сферу наших интересов. Волнения и дестабилизация в них угрожает нашей национальной безопасности. Эти люди обладают большим влиянием как за океаном, так и здесь, в Европе. Сами они всегда остаются в тени, но их лобби очень заметно в парламентах некоторых государств и на президентов республик. Понятно и почему – деньги правят миром. А уж с этим у них все в порядке. «Кому война, а кому мать родная»– это про них! На пороге 2014 год. По мнению аналитиков, он станет отправной точкой для событий, которые вовлекут нашу страну в конфликт, возможно, даже военный. Но речь сейчас не об этом.
Генерал дотянулся рукой до своего стола и взял папку. Положив ее перед Михаилом, он продолжил:
– Здесь, майор, очень серьезные люди, которые угрожают нашему государству в той или иной степени. Да, не открыто, да, через определенные структуры, но это не умоляет их вины и не добавляют спокойствия.
Михаил хотел открыть папку, но генерал положил сверху руку.
– Потом посмотришь. Слушай задачу: эти люди должны быть устранены! Все должно быть естественно! Срок исполнения – чем быстрее, тем лучше, в идеале-2 недели, но я не хочу тебя торопить. Лучше потрать еще несколько дней, но сделай все чисто, чем начнешь торопиться и наследишь! Состав группы определяй сам, исходя из того, что прочитаешь в этой папке. Забегая немного вперед, скажу: целей две! Личное пожелание одно…
Генерал снова встал и, пройдя к своему столу, сел в кожаное кресло, подчеркивая, что хотя он и говорил с Михаилом по-дружески, но все равно остается генералом и его непосредственным начальником.
– Я не случайно спросил тебя про твою девушку. Постарайся с ней расстаться! И это не просьба! Все участники операции не должны быть обременены ни женами, ни детьми, а лучше – вообще любыми родственниками. Это в целях вашей же безопасности!
Михаил опешил и посмотрел на генерала таким взглядом, будто он сейчас приказал ему застрелиться, при этом немедленно.
– Товарищ генерал… Виктор Николаевич…
Шулепов поднял руку и остановил будущую предсказуемую тираду майора, о невозможности любви и прочих «не могу», которые сейчас и попытался сказать Михаил.
– Это приказ, Миша! Тебе будет еще хуже, когда внезапно узнаешь, что твою девушку украли или, еще хуже, убили. А ведь она совсем ни при чем в нашем деле! Будь мужчиной, отпусти ее, не бери греха на душу! Закончится все, года через 3—4 найдешь другую. Но сейчас ты будешь подвергать ненужному риску и Дану, и ее родителей! Дело очень серьезное, и не стану скрывать, скорее всего, последнее в твоей карьере. Если все пройдет успешно, жизнь у тебя уже будет совсем другой: в другом месте, на другой работе, с другими документами, а также друзьями и девушками!
Парень явно не был готов к такому повороту событий. Да, он знал, что будет задание, что будет срочное и опасное, но не знал, что цену за это придется заплатить очень высокую, если не сказать немыслимую! Михаил опустил голову, потом встал, одернул китель и уверенно посмотрел генералу в лицо.
– Я отказываюсь! Можете увольнять! Я не сделаю того, о чем вы просите!
Генерал хлопнул ладонью по столу.
– А ну-ка, сядь!!!
Парень безропотно сел на стул, снова опустив голову.
– Ишь ты, «я отказываюсь»!!! Ты что, забыл, сука, что тельник носишь!! Я тебе сейчас напомню! «Никто, кроме нас!» – это кровью написано в горячих и холодных войнах!! Только благодаря самопожертвованию мы переломили хребет многим, кто хотел нас унизить и сделать своим экономическим придатком! Без сожаления десантники отдавали свою жизнь с Великой Отечественной, потом во Вьетнаме, Корее, Афгане, Чечне, Молдавии, Карабахе!! А он сидит тут и херню мне порет с умным видом: «Я отказываюсь!» Ну-ка, встать, товарищ майор! Ты тут не на «Поле чудес», и 2 шкатулки тебе не выносили! Здесь есть 2 цели, и ты должен их ликвидировать, чтобы такая, как Дана, как ее родители, как миллионы в нашей стране, могли знать, что завтра наступит, что они встретят Новый Год, что смогут отметить юбилей и дождутся радости стать родителями, а потом дедушками и бабушками!! И сейчас от тебя это зависит!! Ты меня понял, майор?
Михаил снова взглянул на генерала твердым взглядом и сказал:
– Не слишком ли многое от меня зависит, товарищ генерал??
Виктор Николаевич увидел во взгляде парня непреклонность и, опершись на стол двумя руками, тихо сказал:
– Ты даже не представляешь, насколько много, сынок…
Виктор Николаевич выпрямился и медленно прошел к окну. Михаил внезапно понял, что сейчас генерал не преувеличивает и многое поставлено на кон.
– Пойми, Миша, есть в жизни главное и неглавное, и мы часто размениваемся на мелочи. Но приходит момент, когда все брошено на чашу весов и от нескольких человек зависит будущее. Наше с тобой будущее и миллионов других людей, которые сейчас идут вон там по улице, спешат на работу, к семье, к родителям, к любимым… Вон тот парень точно с букетом цветов наверняка спешит к девушке, о чем-то мечтает и надеется, что все у них будет хорошо, что родится у него сын и род его не остановится, что жизнь не замрет.
Он повернулся к парню и посмотрел на него уже не как генерал, а как отец.
– Мы все очень надеемся на тебя, сынок…
Михаил скрипнул зубами, взял со стола папку и четко сказал:
– Разрешите выполнять, товарищ генерал?
– Иди, Миша…
Михаил вышел из кабинета и посмотрел на вопросительный вид адъютанта майора Самохвалова. Поймав на себе пристальный и испытывающий взгляд парня, Самохвалов медленно встал из-за стола, невольно чувствуя за собой какую-то непонятную вину, которой вроде бы и не было. Миша, как и генерал, не любил таких «паркетных» служак, как Самохвалов, и при случае всегда пытался их зацепить едким словом или действием. И сейчас у него тоже было такое желание. «Сейчас я отыграюсь на твоей психике, крыса штабная!» – подумал парень.
Глядя на адъютанта, он тихо произнес:
– Все, Петя, закончилась твоя спокойная жизнь при штабе. Сегодня отправляешься на спецзадание в Колумбию! Нужно ликвидировать одного из наркобаронов. Генерал сказал, что очень страшный человек. Ты единственный, кого он не знает в лицо! Так что готовься, вечером самолет!
Парень с удовольствием увидел, как прямо на глазах бледнеет лицо Самохвалова. Решив, что нужно окончательно добить «паркетного», Михаил подошел к нему и протянул руку:
– Наверное, уже и не увидимся больше! Прощай, Петя!
Адъютант протянул влажную ладонь, с надеждой пожирая глазами Михаила, который вот-вот должен был сказать, что это шутка, чтобы он расслабился. Но на этот раз Михаил решил играть до конца. Он вытащил свою ладонь из мокрой руки Самохвалова и, вытерев её о плечо адъютанта, направился к выходу, в душе смеясь над незадачливым парнем, который сейчас, вероятно, очень жалеет, что вместо стула никто не разместил под его задницей унитаз!
Глава 2
Михаил зашел в свой кабинет, закрыл дверь и бросил папку на стол. Впереди были часы кропотливой работы по составлению плана выполнения задачи, изучения целей, их сильных и слабых сторон, привычек, слабостей и всего того, что сейчас для себя можно прояснить. Все основное будет уже на месте. Там начнется слежка, вычисление маршрутов, мест постоянного пребывания, мест возможной ликвидации, путь отходов и много чего такого, что нормальному человеку в голове не уложить.
Парень закурил и открыл папку. На первом листе на него смотрела фотография мужчины лет 55, плотного телосложения. Фото было сделано явно не в полицейском участке, а где-то на улице. Объект выходил из машины. Несколько фото, сделанных в панорамной съемке, запечатлели этого человека в движении. Он входил в стеклянные двери какого-то здания, возможно, офиса. Михаил вытащил снимки, разложил их в линию перед собой и начал всматриваться в черты лица и внешности объекта, запоминая, насколько это возможно, все детали. На это ушло несколько минут. Потом он взял листок с описанием цели и стал читать:
«Антонио Карера, 58 лет, выходец из Италии, город Палермо, спонсор и меценат. Владелец нескольких металлургических комбинатов в Европе и США, подрядчик Пентагона, состояние получил в наследство от отца, который был поставщиком снарядов и военной техники Германии во время войны, имеет интересы в сфере углеводородов, несколько урановых рудников спонсировал в Намибии, состояние счетов превышает 91 миллиард долларов, однако не засвечен ни в одном журнале и рейтинге, последнее время щедро спонсирует цветные революции. За счет размещения на ключевых постах различных правительств европейских стран своих людей имеет прямое влияние на их политику. В начале тысячелетия было несколько покушений на него, говорят Ми6, но, возможно, и Моссад. Безрезультатно. Очень ревностно относится к достижению своих целей, жене и охране. Есть двадцатилетняя дочь, учится в Англии. Офис его, как ни странно, находится в Бухаресте. Хобби – скульптура и архитектура 17—19 веков, она серьезный коллекционер подлинников картин эпохи Ренессанса. Не пожалеет нескольких миллионов на покупку очередного шедевра, если это оригинал. Обожает настоящий ирландский виски. Никогда не был замечен в компании других женщин, кроме жены. Ходят слухи, что у него есть двойник, который трахает других женщин вместо него, чтоб поддерживать статус. Но, по другим источникам, этот слух распустил сам Карера, чтобы не выглядеть импотентом, которым, кстати, и является. Имеет собственный островов в Индонезии, где они иногда отдыхают с женой. Любит подводную охоту. Имеет несколько яхт и большое количество недвижимости в престижных районах Европы, США и Бразилии.»
Михаил откинулся в кресле и закрыл глаза. Он в голове отмечал главные моменты жизни этого человека. «Значит, что нас сможет заинтересовать? Офис в Бухаресте, разведслужбы, жена, дочь, скульптура, виски, остров, подводная охота. Пожалуй, это все!»
Парень записал все на бумагу и положил рядом с фотографиями Кареры. Он вытащил из папки очередную порцию фотографий и лист описания цели. Разложив вторым рядом фото, он внимательно посмотрел на них. Это была женщина, лет 35, достаточно красивая и очень привлекательная, с короткой стрижкой, брюнетка с темно-зелеными глазами и спокойным взглядом. Снимки были сделаны в каком-то кафе, где она сидела с мужчиной явно не из охраны. Михаил усмехнулся и погрузился в описание предстоящей жертвы:
«Анна Виннер, 38 лет, уроженка России, живет в Мюнхене, владелица 350 магазинов парфюмерии и косметики по всему миру и 140 магазинов собственной линии одежды для женщин от трусов до шуб. Состояние оценивается в 78 миллиардов долларов. Есть мнение некоторых осведомленных лиц, что появление женщин на высоких постах в Европе, это лоббирование ее интересов. Активно участвует в выделении средств для проведения различных акций в странах Большого Юга по смене правящих режимов, есть определенные интересы в протекции нужных политиков в странах Европы. Владелица ряда финансовых фондов, которые имеют прямое отношение к вооруженным конфликтам. Невероятно скупа на эмоции. Ее даже прозвали „Железная леди 2“. Не замужем. Детей нет. С уважением относится к идеалам феминизма и считает мужчин эмоциональными узурпаторами. Но это не точно. Из увлечений – коллекция ретроавтомобилей с открытым верхом. За последний она выложила 50 миллионов евро, при этом наличными. Иногда приобретает эксклюзивные драгоценности на различных аукционах. Но это скорее вложение денег, чем реальная страсть. По непроверенным данным, спонсирует черный рынок трансплантологии. Имеет огромное влияние на несколько телевизионных каналов и газет, выкупив крупные пакеты акций, не без помощи влиятельных правительственных лиц. Отдых проводит в различных местах. Никогда не бывает в одном месте дважды. Слабое место – алкоголь. Любит выпить, иногда увлекается, но при этом всегда знает, когда не нужно пить последний бокал. Напиток – шампанское. По марке ничего не известно. Любит своего ротвейлера, по кличке Зевс.»
Михаил взял листок бумаги и прокрутил в голове информацию: «Здесь посложнее будет. Из слабостей только машины и алкоголь. Собака – зацепка! Здесь есть над чем подумать. Смерть по естественным причинам одна – перебухала, как бы это смешно не выглядело. Но это будем решать на месте.»
Парень записал мысли на бумагу и положил на фото женщины. Положив перед собой листки с полной информацией об объектах, он выбрал наиболее подходящие фото обоих, остальные сложил в папку и убрал в стол, оставив на столе эти фотографии и свое описание под каждым. Нажав на кнопку селектора, он сказал:
– Серега, зайди ко мне!
Михаил закурил и посмотрел на лежащие фото объектов на столе заседаний, перед его креслом. В кабинет постучали, и на пороге появился мужчина лет 30, высокий, с серым проницательным взглядом, короткой стрижкой черных волос и доброжелательной улыбкой.
– Разрешите, гражданин начальник?
Михаил глубоко вздохнул, будто очень устал от чего-то. Сейчас это относилось к объекту, который нарисовался в дверях.
– Слушай, я понимаю, что субординация – это не твое, но ты когда-нибудь проникнешься уважению к погонам? Ну хотя бы к ним?
– Не, Миш, это без меня! Да и нет же никого, чтобы тебя как начальника ставить в неловкое положение!
Михаил вспомнил фразу из бессмертной комедии и решил отомстить зарвавшемуся капитану.
– Иди сюда!
И через секунду добавил:
– Иди, придурок!
Сергей, ни капли не обидевшись, прикрыл аккуратно за собой дверь и, озираясь, на цыпочках, пробежал к столу.
– Что, командир, супостаты разбушевались??
Миша покачал головой и еще раз вздохнул.
– Сядь и засохни… клоун, блин!
На самом деле, Сергей был самым близким другом Михаила и в одной из операций 7 лет назад закрыл его собой, получив 3 пули из автомата. Тогда он с трудом выжил и потом никогда и никому об этом не говорил. Но знал об этом. Знал и Михаил и был ему обязан по гроб жизни. Сергей был детдомовским парнем, хотя в некоторых источниках говорилось о каких-то родственниках, но, видимо, они не захотели его приютить! И для Сергея в такой ситуации важнее дружбы в его жизни ничего не было, а Михаил был для него не только другом, он был всей его семьей. Они познакомились в учебке ВДВ, когда вдвоем отметелили 4 дедов, да так сильно, что чуть было не присели на нары. И это бы случилось, но его величество случай вмешался, и вместо дисбата их направили на обучение борьбе с внешними врагами на невидимом фронте. Почти 10 лет они проводили операции плечом к плечу и никогда не изменяли ни себе, ни своей дружбе. Год назад Сергей женился, и у него родилась дочь. Сейчас Михаилу предстоял очень сложный разговор с другом, который должен узнать, что на задание Михаил уходит без него. Это еще как-то надо объяснить ему и доказать, что для него это будет лучше. Зная, что Сергей обладал взрывным характером и невероятным даром убеждения, Миша предчувствовал эту бурю эмоций и нецензурного сарказма, который сейчас на него выльется. От этого на него накатило уныние. Он сам не хотел идти на это, возможно, последнее задание, без Сергея. Но аргументы генерала сверлили мозг, и Миша знал, что это правильные аргументы.
Сергей сел за стол и стал рассматривать фото и описания к ним на столе.
– О, какая женщина!! Мечта поэта! Кто это, Мишань? Новое задание? Я согласен!!! Вот эту сучку лично ликвидирую, чтобы моя жена не чувствовала конкуренции и оставалась для меня всегда самой прекрасной женщиной в мире!!
Михаил закурил и начал без долгих предисловий:
– Серега, ты не участвуешь!!! И не надо мне тут причитаний и криков твоего возмущенного разума!!!
Сергей медленно положил фото, как будто оно было заминировано и также аккуратно отодвинул его к центру стола. Потом посмотрел в глаза другу. В этом взгляде было все, чего боялся Михаил больше всего. Он не мог выдержать этот взгляд. Сейчас он чувствовал, словно предал своего друга, что обещал и не сделал, что будто бросил его в трудную минуту. Это было невыносимо.
– И нехер на меня так смотреть, Серега! Это приказ генерала! Ты женат, у тебя ребенок!! И, короче, ты не участвуешь!! Это все!!!
Сергей перевел взгляд на стол и сказал в сторону:
– Ты бросаешь меня, командир, да? Ты с генералом думаешь о моей семье, да??
Сергей схватил со стола стакан и с размаху кинул его в стену. Посуда разлетелась на миллион мелких кусочков.
– А вы обо мне подумали, психологи хреновы??? Ты что сейчас мне сказал??? Ты как вообще мне мог такое сказать??? Ты мой друг!!!
Сергей медленно сел на стул и тихо сказал:
– Ты мне жизнью обязан…
Этой фразы Михаил боялся всегда. Все 7 лет. Он знал, что в какой-то ответственный момент Сергей использует ее, но не знал, когда. И вот этот момент настал. Этот самый неподходящий момент! Всегда так происходит. Что-то возвращается к нам всегда. Слова, поступки, жесты, движения, действия! Все то, чего боимся. Оно возвращается и перемалывает душу, пока выбор не будет сделан. И именно тот выбор, которого меньше всего хочется.
– Серега, это дорога в один конец… даже если выживем, на службу больше не вернемся! Зачем тебе это?
– Знаешь, Миш, тогда в Судане, я не думал, зачем мне было закрывать тебя от автоматной очереди. Я это просто сделал! Это было важно! Это было нужно! Это было все, что я мог сделать для тебя и для себя прежде всего. Я не смог бы жить, зная, что ты погиб из-за меня, из-за того, что я мог тебя спасти и не спас! И ты сейчас снова стреляешь в меня какими-то непонятными аргументами, которые ломают всю мою жизнь, которая после этого вообще не будет стоить ничего! Ты хоть подумал, как я людям в глаза буду смотреть?? Или говорить всем, что Миша меня не взял, потому что было опасно???
Парень немного помолчал и добавил, глядя Михаилу в глаза:
– Тебе не стыдно, братишка?
Михаил знал способности Сергея к убеждению, а также талант проводить допросы без применения спецсредств. Он ломал психику человека словами четко, методично, страшно, при этом не прибегая к силе. Но сейчас он видел перед собой человека, которого самого пытаются сломать, оставив в «обозе». Сломать, якобы заботясь о его будущем и его семье, но при этом не заставляя выдать какую-то секретную информацию, а убеждая предать самого себя.
– Зачем ты тогда меня вызвал?
В кабинете Михаила воцарилось молчание. Сергей вдруг встал и молча вышел из кабинета. Он понял, для чего его вызывали. Дверь хлопнула. Михаил вздрогнул, словно сейчас закрылась не дверь, а все, что ему было дорого, осталось за хлопнувшим куском дерева и больше никогда не вернется.
Михаил схватил второй стакан со стола и со всей силы кинул в стену напротив. Упав в кресло, он обхватил голову руками. Впереди еще был разговор с Даной. И сейчас уже было непонятно для Михаила, что будет труднее для него лично.
Глава 3
Дана сидела напротив и взволнованно смотрела на Михаила, который мешал ложкой кофе, не зная с чего начать. Это томительное ожидание его слов после короткого по телефону «надо встретиться» сжимало сердце все сильней. Дана чувствовала приближение чего-то ужасного, но не могла понять, откуда эти чувства. Еще утром все было хорошо и не предвещало никаких изменений. Но час назад будто все начало скользить в ее жизни по отвисшей гладкой стене. Все ее надежды, чувства в Михаилу, все яркие эмоции, которые он в ней пробудил, сейчас неумолимо начали движение к краху. Она это предчувствовала все яснее.
– Миша, может ты скажешь хоть слово? Что случилось?
Парень посмотрел на нее и сказал:
– Дана, мне сейчас очень трудно тебе это сказать, еще труднее объяснить. Я уезжаю в командировку, возможно, надолго. Это не месяц, это несколько лет. Я не могу заставлять тебя ждать моего появления все это время только потому, что я могу не вернуться. Ты должна строить свою жизнь, а не провести ее в постоянных томительных ожиданиях. Забудь меня, пожалуйста. Это будет трудно и для меня тоже, но другого выхода нет!