В долине смертной тени 2

«Боже мой! На Тебя уповаю,

да не постыжусь,

да не восторжествуют

надо мною враги мои…»

Псалом 24, Библия

Часть 1

Глава 1

Михаил шел по утренней улице окраин Мюнхена. В голове смешались звуки, крики и мысли, завывающие сирены скорой помощи. Он точно знал, что Анна Виннер устранена, как он и планировал когда-то с Сергеем. Много чего изменилось, только цель для него осталась прежняя.

Он помнил, что Карера начал охоту на его близких, и теперь главное – Дана. Нужно было вернуться и вывести ее из-под удара.

К сожалению, Миша не знал, что Карера уже мертв, что помимо него появились новые проблемы, но главное – он не знал, что только что руками Джоанны убил родную сестру своего бывшего лучшего друга. На данном этапе для него было ясно только одно: Шулепов мертв, Сергей- предатель, Дане угрожает опасность! Все остальное для жизни Михаила пока оставалось «за кадром».

Был и еще один сложный момент, который предстоял парню: через несколько минут сказать Сьюзи, что она потеряла мать. Кот был полностью уверен, что автоматная очередь, которая прозвучала за забором усадьбы Виннер, была сделана охранником. К тому же, прозвучала она после трех одиночных выстрелов из пистолета, которые сделала Джоанна в Виннер.

Сложность ситуации была в том, что если погиб бы ее отец, это сказать девушке было бы гораздо проще, к тому же, он уже подготовил ее к этому. Но тут мать – единственно любимый человек для Сьюзи. Здесь нужно подбирать слова, говорить осторожно, чтобы не сломать психику молодой девушке окончательно. Ей и так досталось за эти пару дней, а тут еще и гибель матери.

Что Кот думал о своем бывшем друге? Это был сложный вопрос для парня. Он не мог понять причины его поведения и поэтому отложил свою месть за предательство. Кот пытался понять, почему он так поступил, но не мог найти объяснений. Пытаясь выстроить цепочку событий с момента отъезда Севера в Мюнхен до последних слов, которые он сказал ему, Миша не мог понять причин такого демарша своего бывшего друга.

Солнце поднималось над горизонтом, растворяя туман утренних улиц пригорода, вырисовывая взору парня красивые загородные дома столицы Баварии. Первые теплые лучи осторожно щекотали небритое лицо Миши. Это было приятно и напоминало о родине, когда он с отцом ходил на рыбалку на утренней заре, когда еще первые отблески зари приближались к горизонту и даже летом было на берегу реки довольно прохладно.

Парень немного щурился, и легкая улыбка от детских воспоминаний блуждала на его лице. Он сейчас отбросил мысли о том, что скажет Сьюзи. Его больше интересовал вопрос о том, как и с кем выходить сейчас на связь, сообщил ли кому-нибудь Шулепов, что Сергей предатель, и что с ним, с Сергеем, вообще делать? К сожалению, Миша не знал и еще одного момента во всем этом. О том, что Сергей- предатель, оставалось известно только Дане, когда за ужином Виктор Николаевич об этом сказал. Но насколько ей сейчас было до этого, помнила ли она вообще об этом, и что происходило в ее жизни, ему оставалось тоже только догадываться.

В данной ситуации можно было действовать только через их нелегального агента Антона. Больше вариантов не было. Только через него можно было что-то узнать и понять, что сейчас вообще происходит в кабинетах Комитета. Возможно, что его, Кота, уже давно слили вместе с Севером, возможно, охота на него уже началась. Ведь проще ликвидировать обоих диверсантов и не разбираться, кто предатель, почему предал, зачем, отчего и прочие квадратные вопросы, на которые отвечать дольше, и никому это не нужно. Проще все решить радикально и без всяких сантиментов. Об этом Миша тоже знал и несколько раз даже участвовал в таких операциях. Теперь он сам мог стать целью для такой операции.

Парень остановился в сквере перед гостиницей и, закурив, сел на лавочку. Он вспомнил свои размышления по поводу возвращения из этой командировки еще там, в Москве. Еще тогда Миша предполагал, что возвращение это будет сложным, но сейчас оно было просто призрачно! Единственный человек, кому он верил, мертв, в Комитете – «крот», лучший друг предал, задание провалено и жизнь любимой девушки под угрозой. Тут было, о чем подумать. Не то, чтобы парня пугала ситуация, ему было важно сделать правильный ход и не ошибиться. Возвращение в тайне на Родину было опасным мероприятием. Значит, нужно найти способ связаться с Даной. Но как? Куда звонить? Если у нее и остался телефон, то он наверняка на прослушке!

Миша докурил, выбросил окурок в урну и, встав, направился в отель.

Сьюзи еще спала, и парню показалось, что даже позы во сне не изменила. Видимо, нервные потрясения последнего дня окончательно ее вымотали.

Миша прошел к холодильнику и достал 50-граммовый шкалик виски. Вылив в стакан, он разбавил его колой и выпил залпом. Закурив, он крикнул в соседнюю комнату:

– Подъем! Для тебя есть новости!

Девушка слегка зашевелилась, но, перевернувшись на другой бок, опять затихла, погрузившись в очередную порцию сна.

Миша осмотрелся вокруг и, не вставая со стула, взял с дивана маленькую подушку, размахнувшись, кинул через дверной проем в соседнюю комнату, точно попав в спину девушке.

Она зашевелилась, перевернулась на спину и начала протирать глаза. Потом, откинув руки, она посмотрела через комнату на Мишу.

– Ну что там, опять… только уснула…

– Ты спишь уже почти 10 часов, вставай и иди сюда!

Девушка села на кровати, потянулась и, встав, прошла к столу, за которым сидел Михаил.

– У меня для тебя плохие новости, ты уж извини! Твоя мама погибла. Ее убили охранники одной очень серьезной женщины, после того как она ее убила.

Девушка слушала парня с широко открытыми глазами, не веря в то, что он говорит. Ее губы пересохли и в сочетании с бледным лицом, «рисовали» не лучший пейзаж всего образа девушки. Миша налил ей воды и протянул. Сьюзи сделала пару глотков, и руки ее затряслись. Опустив на дрожащие плечи девушки свои ладони, Миша сказал:

– Прошу тебя, только без истерики. Здесь уже ничего не исправишь, а твой визг и крик ни к чему хорошему не приведут!

Девушка взяла себя в руки и, выдохнув, спросила немного срывающимся на всхлипы голосом:

– Как это случилось? …

Миша не знал, что ей ответить. Либо его ответ приводил к еще более сложному вопросу, на который ему пришлось бы отвечать, либо просто пристрелить Сьюзи на месте.

– Я отвечу тебе только с одним условием: больше никаких вопросов, согласна?

Девушка вытерла нос и кивнула. Слезы тихо текли по ее щекам, но она держалась изо всех сил.

– Мама узнала, что твой отец ей изменяет, и решила проблему радикально, выстрелив в соперницу три раза, после чего получила автоматную очередь от охранника. Это произошло пару часов назад, и я это видел.

Девушка взяла салфетку и вытерла нос и несколько капель слез на щеках. Она молчала, и парню стало немного не по себе оттого, что он поставил ей такие условия, когда речь идет о единственно любимом для нее человеке.

– Прости, что пришлось сказать тебе об этом… Но ты должна взять себя в руки и жить дальше. Как бы ты не относилась к отцу, но он тебя любит. Может, по-своему, но любит. Возвращайся в Палермо, к нему. Тебе нечего бояться. Я провожу тебя в аэропорт и посажу на самолет. Вот твой телефон, можешь позвонить отцу, чтобы он тебя встретил.

Девушка покачала головой.

– Я не хочу туда возвращаться… теперь мне совсем будет плохо в этом доме…

Миша внимательно посмотрел на Сьюзи и сказал;

– Поверь, у тебя сейчас нет выхода. Давай так договоримся – мы сейчас поедем в аэропорт, ты подумаешь хорошенько обо всем и на месте уже решишь, что делать. Я дам тебе денег на первое время. У меня хоть и немного средств, но тебе помогу. Захочешь вернуться в Лондон – возвращайся, захочешь лететь к отцу – позвонишь ему! Договорились?

Девушка некоторое время молчала, обдумывая слова Миши, а потом кивнула головой.

– А зачем ты мне помогаешь? Ведь у тебя даже денег нет на это? Что с тобой будет? Куда ты поедешь?

Михаил усмехнулся.

– А ты думаешь, я это делаю безвозмездно? Ты, когда-нибудь мне поможешь!

Сьюзи покачала головой.

– Скорее всего, нет! От меня в этой жизни сейчас совсем ничего не зависит. Раньше была мама… а сейчас…

Девушка закричала в голос, и слезы брызнули из глаз уже не в силах сдерживаться. Миша бросился к девушке, а та кричала как сумасшедшая:

– Мамаааа… мамочка… как же я останусь тут… без тебя…

Он прижал ее к своему плечу, а та била его руками по спине и плечам, не переставая кричать, заливаясь слезами. Сейчас чувство вины заполнило все его сердце и все его мысли. Он был виноват в смерти Джоанны и в этом горе ни в чем не повинной девушки. Зачем он это сделал? Все просто – у него было задание и была цель! Он ликвидировал Анну Виннер. Каким образом он это сделал – второй вопрос! Победителей не судят. Цель достигнута! Возможно, он сломал жизнь нескольким людям, но это второстепенно.

По крайней мере, так он думал до этой секунды, пока голова девушки не уткнулась в его плечо. Он почувствовал, как горячие слезы, проникая через ткань рубашки, собираются в капли на его коже, обжигают его грудь и начинают медленно пробираться под перевязку раны на груди, начиная неимоверно жечь и снаружи, и внутри!

Он осторожно обнял девушку и прижал ее голову к своей груди.

– Ты уж, пожалуйста, найди в себе силы все это пережить… и еще… прости меня…

Еще несколько минут продолжалась истерика девушки и Мише приходилось исполнять роль «жилетки».

Когда Сьюзи немного успокоилась он сказал:

– Собирайся, нам нужно в аэропорт.

Девушка, вытерев слезы, сказала:

– Я хочу увидеть свою маму… в последний раз…

– Это невозможно, в твоем случае! Я не дам ломаного цента за твою жизнь в такой ситуации. Тебя могут убить в порыве мести, а оно надо? У тебя еще вся жизнь впереди, какой бы она не была! Жить надо! А тут тебя просто убьют и сожгут в печи, чтоб даже следов не оставалось.

Сьюзи помолчала и сказала:

– А как я ее здесь брошу? Кто позаботится о ее… похоронах… если не я?

Парень усмехнулся.

– Не волнуйся, такие люди не будут похоронены в неизвестной могиле! Твой отец позаботится сам, чтобы тело жены забрать! Главное другое – как он на это отреагирует? Начнет мстить, и ты попадешь под удар, это точно.

– Так, может, мне и не надо домой? Может, мне куда-то в другое место?

– Я думаю, что места для тебя в этом мире не будет, если последователи Виннер решат отомстить! Как и твоему отцу. Поэтому тебе нужно ему позвонить и сообщить обо всем. Давай сделаем это прямо сейчас. Звони! А уже после этого будем решать, что делать. Только обо мне ни слова! Скажи, что сбежала от меня или я тебя отпустил, и случайно узнала о …ну короче, ты знаешь, что сказать! Пусть пришлет за тобой охрану сюда, чтобы ты смогла безопасно вернуться.

– А ты, не сможешь меня поохранять немного?

Кот посмотрел на девушку, встал и прошел за свой стул напротив нее.

– Мне сейчас самому бы в живых остаться, и оттого, что я буду рядом с тобой, твоя жизнь совсем повиснет на волоске. Скорее всего, я тоже уже под колпаком, и со мной очень небезопасно.

Миша протянул девушке телефон.

– Звони!

– У тебя же есть телефон охранника, позвони сам и расскажи все? А хочешь – позвони с моего?

Девушка помолчала и, опустив голову, добавила:

– Я не смогу с ним говорить… мне и так очень плохо… еще и с Карерой говорить и просить о помощи… пожалуйста, поговори с ним сам? Ты сумеешь ему все объяснить по-мужски… он поймет тебя… а я … я не смогу… я ненавижу его…

Миша посмотрел на девушку. Сейчас им уже руководило чувство вины, и он не мог ей отказать. Так или иначе, он виноват во всем, что произошло в ее жизни за эти несколько часов. Отказать ей было можно как профессионалу и человеку, которому не свойственна сентиментальность. Но по-человечески парню не хотелось еще больше угнетать ее, требуя то, чего девушке меньше всего хотелось. Что оставалось делать?

– Ладно, так и быть… давай свой телефон! С телефона охранника нет смысла звонить. Все равно, что звонок с того света! Он поймет и может не взять трубку.

Девушка с благодарностью в глазах посмотрела на парня и протянула обратно свой сотовый телефон.

Глава 2

Сергей сидел на коленях на булыжной мостовой, глядя вслед удаляющейся фигуре своего бывшего друга. Сейчас ему казалось, будто Кот узнал, что Анна- его сестра, и специально сделал это, чтобы навредить прежде всего ему, своему другу. Все из-за мести… Сделал ответный ход на его выстрел ему в спину! Сергей думал именно так и даже не допускал, что Кот действовал исключительно в рамках задания. Сейчас Сергея охватили и поглотили только мысли о Мишкиной мести. Он уже забыл о том, что здесь он не просто для воссоединения с давно забытыми родственниками, а на задании.

Вдали раздались звуки сирены скорой помощи. Парень медленно встал с колен и в последний раз посмотрел в сторону медленно испаряющегося тумана, куда ушел его друг. Солнце поднималось, и сизая дымка неизвестности таяла, при этом растворяя силуэт мужчины не только на утренней улице, но и в его жизни, последнего родного человека по кличке «Кот».

Север развернулся и пошел к дому, к которому уже подъехала карета скорой помощи.

Из машины выбежал врач с чемоданом и по указанию охранника направился во двор. Еще двое достали носилки и побежали за ним. Сергей шел медленно, зная, что там уже никто не поможет. Вся эта суета уже была бесполезна и только добавляла какого-то медицинского лицемерия, что сейчас очень нервировала парня. К чему вся эта беготня? Он потерял сестру, самого близкого человека, который только мог быть. Не успев начать свою новую жизнь, она оборвалась, и сделал это его лучший друг, пусть и бывший. Да, Сергей понимал, что Миша имел на это право. Но он мог убить его, но не сестру! Может, нужно было все рассказать сразу, и не было бы ничего этого сейчас. Возможно, все были бы живы, и они нашли бы выход из этой ситуации. Но Сергей этого почему-то не сделал. Испугался? Возможно! Боялся, что Миша его не поймет? Не исключено! Но он сделал то, что сделал, а сейчас пришла расплата! Винить в этом друга, может, и можно, но только с той точки зрения, чтобы не винить себя. Должен быть виноватым кто-то другой, но только не ты! Понимал ли Сергей, что он этими обвинениями Мише пытается себя отгородить от того, что смерть сестры прежде всего на его руках? Возможно, и знал! Но эти знания были слишком болезненны сейчас, и он не мог их принять! Хоть и понимал, что это жестокая правда!

Войдя во двор, он увидел, как на носилки кладут Анну, при этом один из медиков держал на вытянутой вверх руке капельницу. Они быстро направились к машине скорой помощи. У Сергея пробежали мурашки по коже. Он внезапно ощутил, что еще, наверное, не все потеряно.

Когда мимо него проезжали носилки, он схватил за руку одного из врачей.

– Что?

– Она едва жива, но шанс есть…

Сергей кивнул Эрику, и тот перевел ему, что сказал доктор.

– Эрик, организуй эскорт до лучшей больницы, куда скажут, я с вами!

Потом посмотрел на доктора и сказал:

– Спасешь ее – будешь главврачом!

Из дверей дома вышла Маша с дочкой на руках. Она была очень испугана, по щекам текли слезы.

– Господи, Сереженька, как же так?

– Не волнуйся, она жива, я поеду с ней. Будь дома! Все будет хорошо! Я позвоню!

Потом обратился еще раз к Эрику:

– Усиль охрану втрое! Никого не пускать в дом, пусть хоть сам канцлер приедет!

Карета скорой помощи включила мигалки и сирену. Впереди нее выскочила машина охраны Виннер, сзади добавились еще две машины, и весь этот кортеж помчался в центр Мюнхена. В данной ситуации вызывать вертолет было неосмотрительно. Дорога была каждая секунда, и машины неслись по центральным улицам города на максимально возможной скорости, пытаясь обогнать смерть человека.

Сергей сидел в машине скорой помощи и держал руку сестры в своей руке. Он смотрел на безжизненное, бледное лицо сестры, и слезы наворачивались на его глазах.

– Аня, не покидай меня… У меня больше никого нет в жизни… Ты не можешь так… Вот так найти меня и бросить…

Слезы уже перекатывались через нижнее веко и капали вниз на руку парня, которая держала бледную руку сестры. Он посмотрел на доктора, который непрерывно проверял пульс и давление по компьютеру. Давление было очень низкое, и пульс едва прослушивался и отображался на экране.

Сергей с надеждой посмотрел на врача, а тот надел фонендоскоп и начал слушать тоны сердца. Внезапно на экране появилась прямая линия. Он быстро сбросил «наушники» и начал делать массаж сердца и искусственное дыхание.

Парень сидел, боясь пошевелиться, лишь смотрел на прямую линию монитора. К реанимации подключился второй врач и вытащил чемодан с электрокардиостимулятором. Установив разряд и смазав контакты, он скомандовал:

– От стола!!

Разряд. Ничего. Прямая линия, лишь только на секунду вспыхнула острием удара сердца и снова затихла, выпрямив линию. Доктор увеличил разряд и снова сказал:

– От стола!!

Опять разряд и снова прямая линия. Доктор медленно опустил руки и, посмотрев на часы, сказал отрешённым тоном:

– Время смерти…

Сергей каким-то внутренним чувством понял, что доктора прекратили реанимацию и фиксируют время смерти. Он этого не мог принять и закричал на чисто русском языке:

– Отошли от нее все!!!

Он снова взял ее за руку и, склонившись над бледным лицом сестры, начал говорить:

– Аня, ты слышишь меня… не уходи, слышишь? Я прошу тебя, не бросай меня снова… меня в этой жизни уже много раз бросали… все… не делай этого, слышишь?? Не делай этого!!! Я не могу снова терять… я не могу… живи, слышишь, Анька, живи!!!!

Последние слова он уже кричал в безжизненное лицо сестры и в бессилии уронил голову на ее грудь.

Доктор положил руку на его плечо и что-то начал говорить, как вдруг на экране монитора появились слабые тоны сердца, вздернув прямую линию жизненным конусом вверх.

Доктора откинули Сергея в сторону и принялись делать поддерживающие уколы адреналина. Парень смотрел на это и не верил во все, что сейчас происходит. Сердце его сестры снова начало биться слабо и неуверенно, но она вернулась к жизни. Аня его не бросила и вернулась к своему брату.

Машина остановилась возле приемных покоев больницы. Там их уже ждали полная команда реаниматологов, хирургов, анестезиологов и прочего персонала во главе с главврачом.

Каталку из скорой помощи вынесли и бегом покатили в помещение больницы. Сергей вышел и побежал за ней.

На входе в операционный блок его остановили. Парень сел на кушетку и стал ждать окончания операции и «приговора» врачей.

Минуты ползли, как караван черепах, в некоторых моментах просто останавливаясь на месте. Сергей встал и медленно стал ходить по коридору, вспоминая события прошлых дней с момента посещения кафе, где они первый раз встретились с Аней. Сейчас он думал о проведении судьбы и о том, что те люди, которые должны встретиться в жизни, все равно встретятся, где бы они не находились. Ведь только подумать о том, что он, детдомовский парень, найдет свою сестру в Германии, при этом не имея никакого отношения к этой стране и ее языку, уже говорило о том, что все события предначертаны свыше.

Парень прошелся по коридору и остановился напротив зеркала. Он расстегнул рубашку и посмотрел на три отметины от пуль на своей груди. Сейчас у сестры такие же. Вот тоже знак судьбы, непонятный знак родственных душ. Будто кто-то сверху пометил их обоих.

Парень снова сел на кушетку, облокотился на стену и закинул ногу на ногу. Сейчас ему показалось, что вот именно сейчас с его сестрой будет все хорошо. Почему-то эта уверенность проникла и укоренилась в его сердце, высвободив мысли и логику, для того чтобы начать действовать, не обращая внимание на эмоции. Сергей встал и прошел в кабинет к главврачу. Стучаться в дверь он не стал, а просто открыл ее и вошел к пожилому мужчине лет 60 немного полноватому, с залысинами и в очках с золотой оправой.

– Простите, доктор, я без стука с очень важным вопросом!

Главврач начал подниматься не из-за уважения к вошедшему, а скорее, из-за удивления. Сергей махнул ему рукой, чтобы тот сел. Тут было непонятно из-за чего – может, уважение к возрасту, а может, парню было все равно, что хочет сказать этот старичок в ответ на его внезапный визит.

– Не вставайте!

Главврач покорно сел обратно, и Сергей неторопливо начал:

– Вы, безусловно, знаете, кого к вам привезли, поэтому я не стану подбирать слова и скажу напрямую!

Сергей наклонился над столом и посмотрел в серые глаза врача, убавив децибелы голоса и сказав оставшиеся фразы ему в самое сердце:

– Про то, что Анна Виннер осталась в живых, не должен знать никто! Скажу больше, мне нужно, чтобы вы сделали заявление о ее смерти!

Сергей достал из кармана пачку банкнот и бросил их на стол.

– Здесь 100 тысяч евро! Получите еще столько же, если сделаете так, как я вас прошу. В противном случае, умрете вместо нее! Надеюсь, мы поняли друг друга?

Сергей выпрямился и сел в кресло напротив главврача, который в великом недоумении продолжал на него смотреть, не проронив ни слова. Парень достал сигареты и, закурив, не стал спрашивать на это разрешение. Доктор наконец пришел в себя и сказал:

– Вообще-то тут не курят!

Сергей выпустил дым и ответил:

– Вообще-то я вас не спрашивал об этом! Вы хорошо поняли, что я вам сказал про Анну Виннер? Вы же понимаете, кто она и что сейчас на нее было совершено покушение? Определите ей отдельную палату и ограничьте количество персонала, который будет к ней допущен. А для всех остальных она должна умереть!

Сергей, помолчав, выпустил клубы дыма в потолок, потом встал и сказал:

– Надеюсь, мы поняли друг друга и сохранение медицинской тайны для вас не пустой звук!

Доктор внимательно посмотрел на Сергея, спрятал деньги в стол и сказал:

– Хорошо, я постараюсь вам помочь!

Сергей усмехнулся и сказал:

– Постарайтесь, это в ваших интересах! Влияние Виннер очень серьезно в политике. Если она для недоброжелателей выживет, покушение будет организовано снова. Хотя бы на время она должна фиктивно покинуть мир живых!

– Но операция еще продолжается, и неизвестно, чем она может закончиться!

– Не волнуйтесь, доктор, теперь я точно знаю, что все будет хорошо и операция пройдет успешно!

Он вернулся на свое место дежурства и снова опустился на кушетку. Подошел Эрик.

– Мы проверили отдельную палату реанимации. Там все в порядке. Сколько охраны будем оставлять?

– Не знаю, я бы нисколько не оставлял!

Эрик вопросительно посмотрел на Сергея.

– Что ты смотришь? Уверен, что это было не покушение, а какая-то женская месть, возможно, ревность. Карера мертв, мстить за него не будут. Во-первых, потому что никто таких нежных чувств к нему не испытывал, чтобы мстить, во-вторых, единственный человек, кто мог бы это сделать, Отто, но тот знает, что сам Карера хотел его завалить, поэтому руки марать точно не будет из-за вендетты, а скорее, нагадит Тони на могилу. К тому же, нам лучше не светить статус человека, который находится в палате. Я договорился с доктором, чтобы Анна на время исчезла из мира живых, при этом оставаясь живой. Больше скажу, он распространит информацию о ее смерти и ограничит вход персонала в эту палату. Теперь понял?

– Теперь понял. Информация все равно просочится со временем.

– Знаю, нам хотя бы месяц выиграть, поднять сестру на ноги!

Эрик в сомнении поморщился и растянуто, будто в размышлении, сказал:

– Думаю, что основная опасность остается, и это Михаил! А тут даже охраны не будет…

Север посмотрел на начальника охраны и сказал с некоторым презрением:

– Вы бабу не смогли остановить, неужели ты мог подумать, что Кота сможете?

Эрик опустил голову. Сергей посмотрел на него и добавил:

–Вот именно! Поэтому, если Михаил узнает о том, что Аня выжила, к сожалению, ее ничто не спасет и никто, кроме меня. Мне придется круглые сутки сидеть здесь в течение месяца или того больше! Как ты себе это представляешь? Вот и я никак. Нужно управлять бизнесом, отвечать на звонки, успокаивать акционеров, нивелировать проседание акций на бирже, еще политики начнут вой поднимать. Тут вообще непонятно, что говорить и кому! Да если бы я еще что-то во всем этом понимал!!

– Серега, у меня есть одна мысль, хочешь поделюсь? Это нам точно поможет!

Север недоверчиво посмотрел на Эрика и сказал: