- -
- 100%
- +
Каждый раз, так на всякий случай, девушек предупреждали, что среди пациентов госпиталя мало найдется тех, кто желал бы завести серьезные отношения с кем-то из них, так как у многих раненых были свои семьи. Но вот некоторые, когда идут на поправку, и сила возвращается в их израненные тела, не прочь завести короткую любовную интрижку. Поэтому, как павлины, распушив свои хвосты, старались обратить на себя внимание и добиться к себе благосклонности молоденьких медсестер и санитарок.
И не дай Бог, если на пути новоявленного влюбленного появлялся соперник. Страсти бушевали и переходили все допустимые границы. Порой, не смотря ни на что, отношения между соперниками доходили от простого, банального рукоприкладства, до настоящей дуэли.
Подобные конфликты чаще всего разгорались там, где находились на излечении офицеры, представляющие элиту царской армии. Правда, госпитальное начальство смотрело на такие стычки сквозь пальцы. А вот в отделениях для низших чинов, подобные волнения не допускались. Там строго следили за исполнением дисциплины и не допускали никаких вольных отношений к женскому персоналу. Эта несправедливость объяснялась довольно просто. Солдат – есть обычный расходный материал, которого было достаточно в России, а вот офицер – это уже другой материал, голубая кровь, которую надо беречь.
Все раненые из офицерского состава, которые поступали именно в этот госпиталь, были представителями только дворянского рода из числа самого высшего сословия. Всегда, когда в губернский город прибывали царственные особы, они, первым делом, наведывались, с благотворительными целями, именно сюда.
Поэтому, начальник госпиталя в первую очередь требовал от своих подчиненных постоянно поддерживать соответствующий порядок. Он готов был приставить к каждому офицеру персональную сиделку, лишь бы исключить возможные жалобы и даже смотрел сквозь пальцы, если отношения раненого с девушкой из младшего персонала не соответствовали некоторым этическим нормам.
Еще при организации госпиталя, его начальник считал, что женский персонал должен не только оказывать раненым квалифицированную медицинскую помощь, но всем своим видом благотворно влиять на настроение раненых. В этой связи, еще тогда, по всей губернии был брошен клич о наборе молодых девушек, которые пройдут специальные курсы медсестер и санитаров и будут работать в различных медицинских военных учреждениях. При их отборе кандидатов на должность медсестер и санитарок учитывалось не только их способность к обучению, но больше всего обращалось внимание на их внешние данные.
И надо отдать должное, многие девушки, свободных от брачных уз, отозвались на этот призыв. В назначенный день у ворот госпиталя уже стояла толпа, желающих поступить на курсы и посвятить себя делу спасения защитников Отчества. У большинства претенденток, особенно из глубинки, было стремление получить хорошее образование, а вместе с ним и специальность, а у некоторых желания были проще, найти для себя надежного или выгодного во всех отношениях спутника жизни, выйти за него замуж и завести своих детей.
Отбор первых курсисток в свой госпиталь, начальник проводил лично, по своим критериям и не ошибся, выбрал, на зависть другим, самых настоящих красавиц. Правда, с некоторыми позднее приходилось расставаться, ибо в их головках царила только одна сплошная пустота.
Когда девушки приступили к работе, то было такое ощущение, как будто в палатах солнце взошло. При виде красавиц, раненые, как по команде переставали кричать и стонать от боли, быстрее шли на поправку. Ожидаемый эффект, превзошел все ожидания.
Однако со временем, как только пошли первые раненые, число медсестер и санитарок вдруг стало сокращаться. Сначала никто не задумывался, почему это происходит, только потом догадались. К сожалению, не у всех раненых была возможность вернуться обратно в строй, многим из них предстояло доживать свой век инвалидом, порой просто беспомощным. Понимая это, кто-то из них воспринимал свое новое состояние, как трагедию и искал способы прервать свое нахождение на этой земле.
Вывести из депрессии помогла только постоянная забота об израненных душах, и надо отдать должное милосердию юных особ, это помогало. Они отвлекали раненых от мрачных мыслей, давая им надежду на будущее. У некоторых отношения укреплялись настолько, что те уже не могли представить себя друг без друга.
Как только состояние раненого стабилизировалось, его выписывали из госпиталя и отправляли домой. Не редки стали случаи, когда бывшего раненого добровольно сопровождала домой его медсестра, и оставалась у него там, навсегда. А как складывалась дальше их жизнь, уже никто не знал. Свято место, пустым не бывает, на место выбывших девушек приходили новенькие, и все, как и прежде, продолжало идти своим чередом.
2.5. новое отделение
В связи с весенней распутицей на фронте несколько снизилась активность боевых действий, уменьшилось число раненых, но вместо этого увеличилось число пострадавших от переохлаждения, инфекционных заболеваний, включая и кожно-венерологические заболевания. Пришлось создавать срочно специализированные отделения и в этом госпитале.
Был объявлен новый набор добровольцев для заполнения свободных вакансий во всех военных госпиталях. Дуня в числе добровольцев пришла на сборный пункт и ее, вместе с другими девушками, зачислили на курсы медсестер. После обучения, направили в губернский госпиталь, а там, по распределению, сразу попала в только что открытое, новое кожно-венерологическое отделение. Она хотела было отказаться, но завотделением уговорил остаться, заверив, что это направление очень перспективное и будет востребовано и после окончания войны.
Конечно, завотделением понимал, что таким молодым особам, притом красивым, в отделениях подобного типа не место, но с другой стороны считал, что только они, милые создания, способны напоминать грешникам, как те губят мир.
Надо отдать ему должное, он бескорыстно опекал юную особу, посвящал во все тонкости и секреты данной профессии, но главное, оберегал ее от всех назойливых, похотливых, домогательств пациентов, в том числе и мужского персонала госпиталя. Когда-то у него была своя семья, жена и дочка, почти невеста. Но однажды, в одночасье, остался один, сначала потерял жену, сгорела как свечка от лихорадки, а потом распрощался и с любимой дочерью, она трагически погибла от рук насильника.
Жениться второй раз не захотел, женский пол его уже мало интересовал. Он сам себя добровольно записал в клуб закоренелых холостяков. Отсутствие женского внимания компенсировал тихими одиночными посиделками, и пил горькую, пока не отключится сознание. На следующее утро измученный тяжелым похмельем, проклиная все, зарекался, что больше в рот не возьмет эту гадость, но проходило несколько дней, и зеленый змий снова напоминал о себе.
Как только прошла весенняя распутица, на полях сражения снова возобновились военные действия. Можно было не читать сводки, достаточно было только взглянуть на нескончаемые обозы, направляемых в сторону госпиталей, и становилось понятным, что войне опять нужны огромные человеческие жертвоприношения.
В этот раз в госпиталь поступило огромное число раненых офицеров, мест в палатах уже не было, приходилось размещать раненых, где только возможно, даже в подсобных помещениях и в коридорах. Чтобы решить эту проблему, пришлось сокращать и уплотнять отделения, в которых лежали нижние чины. Освободившиеся палаты тут же приводили в порядок и только после этого размещали там вновь прибывших раненых офицеров.
Вскоре все свободные места опять были полностью заняты, а поток раненых не прекращался. В начале осени, в коридорах опять появились дополнительные койки. Госпитальное начальство было вынуждено пойти на крайние меры – прекратили у себя прием, всех нижних чинов.
Глава 3
Не все, что блестит – есть
Золото
3.1. Пациенты
Однако и этого было недостаточно. Оставалось одно помещение, точнее отдельно стояще небольшое здание, в котором располагалось кожно-венерологическое отделение. Начальник госпиталя был уже готов закрыть и это отделение, как непрофильное, и отдать его для размещения настоящих героев, получивших ранения на поле брани. Но такое отделение, с таким профилем, в округе было единственным, и закрытие его могло вызвать непредсказуемые последствия. Губернское и госпитальное медицинское начальство ломало свои головы над этой проблемой, рассматривая различные варианты.
Однако, нежданно-негаданно, проблема нашла свое разрешение. На имя генерал-губернатора поступило высочайшее распоряжение, в котором предписывалось принять на излечение в губернский военный госпиталь трех офицеров, представителей ставки Верховного Главнокомандующего, во главе со штабс-капитаном, бароном фон Кохом. Они должны быть размещены отдельно от всех пациентов госпиталя. Обслуживание, питание и лечение должно быть организовано по высшему разряду.
К распоряжению были приложены амбулаторные медицинские карты на каждого высокопоставленного пациента, на основании которых был сделан вывод, что в ближайшее время именно это отделение не будет менять своего основного профиля. Так что осталось только поменять мебель, постелить новое постельное белье, приодеть медицинский персонал и можно принимать столичных гостей.
Те, кто постоянно интересовался столичной жизнью, знали, что старший группы штабс-капитан барон фон Кох принадлежит к древнему германскому обрусевшему роду, который верой и правдой служил Российской короне еще задолго до Петровских времен.
Его друзья, представители различных, достаточно известных, но обнищавших древних дворянских родов, были также представлены при императорском дворе. Было понятно, что они, не имевшие за душой ни гроша, примкнули к штабс-капитану, в надежде, что тот поможет им занять достойное положение в высшем обществе. Именно этот союз помог им завоевать расположение великих фрейлин, а потом через них войти в окружение самой императрицы и получить ее монаршее покровительство.
Служба не была для них обременительной. На первом этапе, им приходилось выполнять различные поручений великих дам, затем доверили их сопровождение на все светские мероприятия, а позднее, им уже позволили играть при них роль милого друга. Вскоре они стали своими при дворе, успели обзавестись необходимыми связями, и теперь уже другие искали возможность обратиться к ним с просьбой по тем или иным щекотливым вопросам.
Но через какое-то время великосветская жизнь для друзей становилась скучной и противной, их души требовали перемен. Как только выдавалась свободная минута, эта троица, в поисках приключений, буквально вырывалась на свободу и стремительно объезжала все злачные места северной столицы. Несмотря на то, что империя находилась на военном положении, а в столице был введен комендантский час, эти ограничения не касались самих молодых людей. Они, находясь вдали от линии фронта, вели распутный образ жизни. Практически любой великосветский скандал не обходился без их участия. Об их похождениях ходили разные слухи и легенды
Через какое-то время они доходили до самого двора и ушей самой матушки императрица. Молодых людей незамедлительно приглашали на ковер в царские покои, где она и стыдила, и грозила строгим наказанием. Те сразу бросались к ногам императрицы, искренне каялись в своих грехах, обещали, что это в последний раз и молили о пощаде. Александра Федоровна была отходчивой женщиной и прощала молодых людей. Потом обращалась к своим фрейлинам с просьбой взять над ними опеку и помочь им встать на путь исправления.
Через какое-то время все повторялось вновь, их журили и тут же прощали. При дворе многие удивлялись такой безнаказанности. Других бы за такое поведение сразу бы заковали в кандалы и отправили на каторгу, или изгнали бы на вечное поселение, где-то в Сибирь. Однако этим молодым повесам опять все сходило с рук.
За время несения службы при дворе им все так опостылело, и чтобы выпустить пар, искали и находили для себя новые приключения. Сначала все шло на уровне шутки, или безобидного розыгрыша. Но постепенно им хотелось уже других, более острых ощущений, вплоть до кровавых игр. Старшие товарищи предупредили, что такая шалость, исполненная здесь, в столице, им выйдет боком, и рекомендовали выехать на фронт, где можно найти массу развлечений, в том числе сыграть в русскую рулетку и принять участие в какой-нибудь войсковой операции.
Это гениальное предложение молодые люди встретили на ура! Договориться в Генеральном штабе о выезде на фронт для них не составляло особого труда. Им предложили осуществить инспекционное обследование одного из участков Южного фронта, там в последнее время Российские военные части ведут более активные и успешные боевые действия. После поездки они должны будут представить военному совету свой доклад о положении дел.
Правда, слова «Осуществить инспекционное обследование одного из участков фронта» не прибавили им бодрости, но их успокоили, сказав, что доклад для них уже подготовлен. Для убедительности, им надо только немного помелькать в окопах, а об остальном не беспокоиться. Необходимые поручения на места уже отправлены.
И действительно, как обещали, слово «инспекция», в данной ситуации, было просто прикрытием. На самом деле, для них устраивали обычные пьяные оргии. Каждый день, обозами, привозили различные спиртные напитки, фирменные блюда из местных ресторанов, но помимо этого, им каждый день доставляли еще и девочек из близлежащих приличных публичных домов.
Однажды, на одном из участков фронта, утром допрашивали пленного австрияка, который назвал имя своего командира. Штабс-капитану оно показалось знакомым. В юности, когда учился еще в кадетском корпусе, у него был товарищ, с которым он устраивал различные проказы, и доводил тем самым своих преподавателей и воспитателей до смертельного удара. Ему захотелось встретиться с ним, да и попировать, как бывало тогда.
Но как узнать, что это он. Докричаться, не получится, далековато, на той стороне не поймут. Пройти через нейтральную полосу тоже не получится, как только он посмеет высунуть свою голову из окопа, так какой-нибудь снайпер обязательно выстрелит ему точно промеж глаз. А это, естественно, не входило в его планы.
Пока думал, да гадал, день начался, как и другие дни, с шумного застолья, которое продолжалось без перерыва до поздней ночи. Но этого оказалось мало. Хотелось свершить что-то такое, героическое. Штабс-капитан позвал к себе своих верных собутыльников и предложил им прогуляться до австрийских позиций и узнать тот ли у них командир, с которым он когда-то дружил в кадетском корпусе.
Никто не ожидал от столичных гостей, что они по-настоящему собрались идти в окопы врага. Пока доложили по инстанции, что делать и ждали указаний, три «героя», держа в руках, как гранаты» бутылки с вином, без звука, пошли к вражеским окопам.
Командир батальона, который держал оборону на этом злополучном участке, понял, что пока он будет согласовывать свои действия с вышестоящим начальством, офицеры ставки точно окажутся в плену и тогда скандала ему точно не избежать. Дело точно трибуналом пахнет, во всем обвинят его.
Инстинкт самосохранения сработал быстро. Комбат приказал командирам первой и третьей рот незамедлительно выдвинуться к вражеским окопам, и, не поднимая шума, блокировать штабных офицеров и не дать австриякам возможность взять их в плен.
Поскольку операция проводилась спонтанно, задача до ротных подразделений была доведена не совсем ясно. Командиры взводов и солдаты восприняли эту команду, как ночное наступление на австрийские позиции. Стремительно, не поднимая шума, прошли нейтральную полосу и неожиданно для противника оказались в его окопах.
Австрийцы не ожидали такого подвоха от своего противника, тем более знали, что в последние дни русские на этом участке не вели никаких активных действий, а отмечали у себя какое-то событие. Еще днем доложили по инстанции о действиях русских, но им приказали сидеть тихо и не обострять ситуацию.
Таким образом, бездействие австрийцев обернулось для них внезапным, позорным поражением. В ходе неожиданного наступления русских, были взяты в плен солдаты и офицеры Австро-Венгерской империи, верной союзницы Кайзеровской Германии, большое количество оружия и боеприпасов.
Кроме того, в ходе успешного наступления русских войск, был захвачен также и солдатский бордель. Были попытки тут же воспользоваться услугами жриц любви, но полковой фельдшер сразу остудил горячие головы, объяснив необходимостью проверить их сначала на наличие кожно-венерологических заболеваний.
Но это никоим образом не устроило виновников ночной атаки. Они считали, что бордель это их законный приз, и они вправе первыми решить, как с ним поступить. Что и кому они пытались доказать, но с пьяных глаз заключили пари, что переспят со всеми немецкими жрицами любви. Сказали и сделали, а после этого продолжили пьянство с новой силой.
Через несколько дней молодые люди почувствовали проблемы со здоровьем. Им бы сразу собрать свои вещи и обратиться к специалистам, но понадеявшись на советы бывалых людей, оттягивали визит к врачу. Первое время все неудобства заглушали алкоголем. Какое-то время это помогало, но потом поняли, что без медицинской помощи им уже не обойтись.
Быстро собравшись, отбыли в столицу, но там, в узком кругу, об их подвигах уже знали и каким безрассудным подарком они себя сами наградили. Там, в верхах, назревал колоссальный скандал, поэтому, чтобы избежать наказания их отправили как можно дальше, с глаз долой. Так они оказались в Орловском военном госпитале.
Для губернского и госпитального начальства это поручение свалилось, как снег на голову. Кроме указания принять новых пациентов по высшему разряду, предупредили, что это дело находится на особом контроле самой императрицы.
Несколько дней суеты, волнений и отделение, по местным стандартам, было готово принять важных пациентов. Возмущался и противился только один человек, завотделением. Он не мог понять, зачем этих придворных щеголей направили именно к ним, в глушь, а не оставили у себя там, в столице, где полно подобных учреждений и именитых специалистов в этой области. Но ему никто не ответил, так как такие приказы не обсуждаются, а исполняются.
Вскоре специальный правительственный поезд прибыл в губернский город Орел и доставил высокопоставленных пациентов, ради которых был поднят весь этот шум. Вместе с ними прибыли и их денщики. Они деловито выгружали из вагона хозяйский багаж и аккуратно грузили его на телеги.
На встречу с делегацией вышел сам генерал-губернатор. Он лично, как было ему предписано, сопроводил высоких гостей до госпиталя и передал их в руки самого начальника военного лечебного учреждения, а тот, не мешкая, проводил новых пациентов до самого отделения и передал гостей в руки завотделения, который тут же пригласил их в свой кабинет. С первого взгляда ему было понятно, что их болезнь стала следствием обычной половой распущенности.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.