Агрессия и воля. Как люди управляют людьми
- -
- 100%
- +
Неопределенность «тихого» омута
Одним из недостатков интуитивного подхода к анализу человеческой психологии видится интерпретация поведения другого на основе самопознания и выведенных в его процессе закономерностей, в какой-то степени собственной психологической «теории», которую в той или иной мере вырабатывает каждый, не всегда осознавая, что он «говорит прозой», то есть судит других по себе.
Пытаясь понять другого, мы, как осознанно, так и неосознанно, примеряем на него своё «отражение в зеркале», и по количеству совпадений и отклонений оцениваем (ведь каждый считает собственный психологический автопортрет эталоном), объясняем, ставим диагноз, поскольку ничего более подходящего, как наложить человеческую психику на кошек или собак, чтобы хоть как-то понять, о чём они думают, глядя на нас таким умным, таким «человеческим» взглядом, под рукой нет.
Правда – это то, во что труднее всего поверить. Многие, как умышленно, так и неумышленно, склонны заниматься самообманом, чтобы сохранять «хорошее настроение», «душевное равновесие», баланс чёрного и белого, доверяя своим органам чувств, ибо принятие иного взгляда разрушило бы стройную картину сложившегося мировоззрения, а самое главное – веру в то, что все люди разные или, наоборот, одинаковые, хорошие и плохие, умные и глупые и т. д. Неплохо бы присовокупить сюда ещё и домашних животных, и вообще, весь окружающий мир и наделить их человеческими качествами, чтобы окончательно снять неопределённость «тихого омута».
Данная книга предлагает изменить «точку обзора», отказавшись от привычного, удобного, «замыленного» взгляда, обозначенного в общих чертах выше. Одна из идей, заложенных в предлагаемую теорию, – гуманитарную, психологическую повестку в общественном дискурсе формирует, в основных своих посылках, только один психотип, который всех остальных пытается смерить меркой, снятой с себя. Отсюда отсутствие универсальности в существующих моделях психологии себе подобных, ибо кажущееся подобие ведёт по ложному пути «принятия желаемого за действительное».
Представленная здесь теория позволяет объяснять и предсказывать поведение людей на основе любой наличной, доступной здесь и сейчас информации, хотя бы косвенно относящейся к объекту исследования: фотографии, комментария в соцсетях, двух слов в мессенджере, анкеты с сайта знакомств. Конечно, чем более полными будут входные данные, тем детальнее будет психологический портрет, но в рамках рассматриваемой теории существуют маркёры, наличие которых может однозначно указать на тот или иной психотип, а его знание даст профиль (канву) поведения, определяющий внешние, наблюдаемые, данные в ощущениях воплощения того или иного индивида, которые можно конвертировать в мотивы по представленным здесь «формулам». Для того чтобы повысить «практическую ценность» психотипы рассматриваются максимально подробно как по отдельности, так и в парах, которые они образуют между собой.
Основные положения
Предметом рассмотрения данной книги является первичный уровень власти – власть человека над человеком, которая обусловливается реализацией садистского и мазохистского запросов.
Утверждается, что человеческую популяцию можно разбить на две равные группы: носители садисткой потребности (запроса) и носители мазохистской потребности (запроса). Взаимодействие двух этих групп формирует властно-подчинённые отношения, где садисткой запрос определяет власть, а мазохистский – подчинение. В свою очередь, каждая из этих групп подразделяется ещё на две равные группы, в итоге образуя четыре психотипа или профиля поведения, на основании комбинации двух качеств: агрессии и воли. Таким образом, выделяются следующие психотипы: 1) агрессивно-волевые (сокращённо АВ), 2) неагрессивно-неволевые (НН), 3) агрессивно-неволевые (АН), 4) неагрессивно-волевые (НВ). Каждый психотип в количественном отношении составляет долю в 25 % от общей популяции. Эта пропорция всегда постоянна и неизменна. В любой стихийно образующейся группе будет примерно по 25 % каждого типа.
Психотипы используют раз и навсегда заданный генетически алгоритм поведения, инвариантный к полу, возрасту, расе, среде обитания, воспитанию, образованию, культурным традициям общества и другим переменным параметрам. То есть дети обоего пола и любого возраста обнаруживают ровно те же признаки, что и взрослые, и пожилые. Трансформация одного типа в другой не возможна ни при каких обстоятельствах.
Под агрессией здесь понимается врожденная (генетически закреплённая) потребность отбирать ресурсы у других и аккумулировать их, под волей – врождённая потребность ставить цели и добиваться их достижения, преодолевая любого вида препятствия. Ресурсы – всё, что поддерживает существование индивида и способствует распространению его генетического материала.
Психотипы образуют пары: устойчивые – АВ+НН и АН+НВ, и неустойчивые – АВ+НВ и АН+НН. В парах возникают властно-подчинённые отношения на основе взаимного удовлетворения садистского и мазохистского запросов. Носители агрессии АВ и АН, неагрессивные НВ и НН, а также представители одного типа не образуют пары между собой – между ними возможны лишь случайные, временные сочетания.
Устойчивость пары означает её равновесие (сбалансированность) по агрессии и воле, обеспечивающее её существование на длительных отрезках времени. Неустойчивость пар связана с избытком (АВ+НВ) или с некомпенсированным отсутствием воли (АН+НН).
Между волевыми психотипами АВ и НВ неизбежно происходит конфликт-противостояние, который есть магистральный конфликт человеческих отношений, одна из основных движущих сил эволюции. Он может быть разным по форме, содержанию, интенсивности, продолжительности, количеству вовлечённых в него участников, но он всегда присутствует в любой человеческой группе, если в ней наличествуют АВ и НВ.
Основные понятия
Ниже раскрывается содержание основных понятий микропсихологии власти. Более детальное их наполнение будет дано по ходу изложения при описании психотипов и их особенностей.
Агрессия
Агрессия не обязательно выражается в нападении с оружием в руках, избиении слабого сильным или битве непримиримых самцов за самку, хотя она вбирает в себя все эти проявления. Громкий разговор в общественном транспорте и в целом – желание различными путями стянуть на себя внимание окружающих, в том числе через интервенцию в личное пространство, как и стремление обладать ресурсами за пределами необходимого для удовлетворения основных потребностей, также будет следствием агрессии.
Агрессия реализуется в форме так называемого садистского запроса, который есть базовая потребность агрессивных типов. Садистский запрос можно определить как постоянное, неотступное желание причинять физические и психологические страдания неагрессивным типам, хотя сознательная дифференциация при этом не проводится, и под действия агрессии могут попадать все психотитпы, в том числе и «родственные» АВ и АН. Он, наряду с голодом, жаждой, половым влечением, может достичь лишь временного насыщения, являясь постоянной движущей силой поведения агрессивных типов.
Агрессия проявляется активно за счет воли в случае агрессивно-волевых типов (АВ) или пассивно в отсутствии воли у агрессивно-неволевых (АН). Именно эти два типа являются носителями власти.
Агрессия направлена на присвоение энергетических ресурсов, извлекаемых из окружающей среды неагрессивными типами НВ и НН. Энергетические ресурсы – всё то, что обеспечивает существование и воспроизведение человека как биологической субстанции: прежде всего, еда, вода, кров. АВ захватывают их напрямую через утверждение власти, АН опосредовано, за счёт демонстрации слабости.
Агрессия во всей полноте присущих ей свойств, определяющих особенности поведения, не может возникать у неагрессивных типов НВ и НН ни при каких условиях, состояниях и обстоятельствах и не может исчезать у агрессивных типов АВ и АН. Агрессия либо есть, либо нет – промежуточные состояния невозможны.
Воля
Под волей здесь понимается генетически обусловленная потребность ставить цели и достигать их, преодолевая любого рода сопротивление: своего организма, других индивидов, окружающей среды в целом. Безволие есть врождённое отсутствие этой потребности и вытекающая из него неспособность к преодолению препятствий без внешнего приложения воли: либо в форме принуждения (для НН), либо через затраты энергии (для АН).
Как и агрессия, воля во всей полноте определяемых ей особенностей поведения не может возникать у неволевых типов ни при каких условиях, состояниях и обстоятельствах. Безволие не может проявиться всем своим поведенческим комплексом у волевых типов. Воля либо есть, либо нет – промежуточные состояния невозможны.
Воля проявляется тогда и только тогда, когда преодолевается сопротивление при опоре на собственные ресурсы. Дождь может стать препятствием для АН, чтобы не пойти в магазин, но не может для НВ, которые сходят за них. Отказ подрядчика может затормозить или вовсе прекратить деятельность НН, но АВ найдёт для них другого. Неопределённость не может стать преградой для НВ и АВ, но остановит АН и НН.
Неволевые типы АН и НН не способны брать на себя любого рода ответственность и всегда действуют, тем или иным образом полагаясь на волевых НВ и АВ соответственно.
Власть
…Из двух друзей всегда один раб другого…
М. Ю. Лермонтов. «Герой нашего времени»
Власть здесь понимается как реализация агрессивных побуждений, выраженная в стремлении удовлетворять садистский запрос посредством как активного, так и пассивного (опосредованного) принуждения к подчинению с целью изъятия энергетических ресурсов.
Предполагается, что межличностные отношения строятся только на базе власти-подчинения. Все кажущиеся отклонения считаются вариациями данной бинарной оппозиции с той или иной степенью подстройки под конкретные условия.
Стремление к власти, как порождение агрессии, неизменно дополняется стремлением к подчинению, обеспечиваемому мазохистским запросом – выраженной у НН и невыраженной у НВ потребностью испытывать физические и психологические страдания.
Агрессивные типы АВ и АН осуществляют власть над неагрессивными НН и НВ в парах: АВ+НН (устойчивой), АВ+НВ (неустойчивой), АН+НВ (устойчивой), АН+НН (неустойчивой).
Власть в лице агрессивных типов создаёт вокруг себя миф, который условно можно определить как системное введение в заблуждение агрессивными типами неагрессивных ради их подчинения за счёт создания и поддержания ложного образа-оболочки, при помощи которого АВ и АН взаимодействуют с внешним миром. При этом НВ и НН готовы в него верить и обманываться, хотя НВ могут подвергать его сомнению и обличению, создавая тем предпосылки к его совершенствованию.
Представляется, что изначально агрессивность была связана с физическим доминированием. По сути, она такой и осталась, поскольку АВ и АН в среднем превосходят НН и НВ по физическим параметрам (более крупное, массивное тело, большая голова и т. д.), но в современном мире подобное превосходство имеет, как кажется, значение только в спорте и то не всегда. Когда интеллектуальные способности большей частью определяют условный жизненный успех, физическое превосходство должно попадать в разряд второстепенных конкурентных преимуществ, но закрепленные генетически в далеком прошлом механизмы восприятия крайне устойчивы, не исчезли и по-прежнему ключевым образом определяют власть – обобщённо как власть сильных над слабыми.
Неагрессивные воспринимают агрессивных как источник силы, силы принуждать, и уже не важно, что от агрессивных исходит: жест, взгляд, действие или слово – всё это составляющие властных сообщений, которые считываются неагрессивными типами на подсознательном уровне и декодируются как однозначное утверждение: «Я сильнее тебя – подчинись». Условная сила может проявляться даже в таких неочевидных формах, как обида, каприз, что воспринимается большинством как проявления слабости. То есть любые действия, приковывающие, замыкающие внимание на себя и исходящие от агрессивных типов, есть агрессия, желание подчинить, утвердить свою власть, а положительный отклик на них со стороны неагрессивных типов есть подчинение.
Агрессивно-волевые (АВ)
Единственный движитель существования АВ – стремление к доминированию над как можно большим количеством людей, сдерживаемое лишь сопротивлением.
Профиль поведения АВ складывается мозаикой из присущих им черт характера и особенностей взаимодействия с другими психотипами, которые далее подробно разбираются.
Внешность
Типичное для АВ телосложение лишено «крайностей» (возможных у НВ и АН): не полное, не худощавое, воспринимаемое со стороны цельным, гармоничным (нередко наличествует приобретенная полнота, к которой они склонны). У них, как правило, довольно крупное, «мясистое» лицо, средний или выше среднего вес и рост, необходимая и достаточная, чтобы не выглядеть слабыми, мышечная масса. В целом, у АВ располагающая к взаимодействию внешность: «уравновешенные» черты лица, не вызывающая отторжения мимика, аккуратная стрижка и прочие атрибуты «нормы». Тем не менее, во всём внешнем облике АВ сквозит легко считываемая жесткость, в первую очередь, в выражениях лиц, улыбка на которых может резко сменяться гримасой недовольства или даже ненависти, и наоборот – в угоду преследуемой цели: поощрению или наказанию.
АВ не прикладывают чрезмерных усилий по уходу за собой, но и не пренебрегают им, стараясь всегда выглядеть ухоженными, скрывая любые изъяны в том, что видно со стороны. Они избегают следования сиюминутной моде и не бросают вызов устоям. Маловероятно, что их можно встретить с условными синими волосами, татуировками, пирсингом на лице и теле и другими признаками маргинальных субкультур. Но и казаться воинствующими ретроградами они также не желают, придерживаясь принятого здесь и сейчас среднего, следуя за большинством, но ориентируясь (у них отсутствует так называемое чувство стиля) на верхние страты того общества/группы, где хотят себя позиционировать.
АВ, в противоположность НН, не придают своей внешности решающего, определяющего судьбу значения – для них это один из атрибутов «правильного» поведения, когда нужно скрывать слабые стороны и демонстрировать исключительно сильные (в понимании большинства), в том числе искусственно созданные. Видимое физическое совершенство используется ими как один из элементов формирования доминирующей позиции – крупное, пропорционально развитое телосложение подкрепляет доминирующий статус у большинства животных. Слабые, уязвленные физическими недостатками индивиды на почве осознания своей неполноценности становятся более податливыми властному воздействию.
Особенности поведения
Уверенность
Сила должна быть внушена, донесена до «потребителя» в максимально понятной и легко усвояемой форме, и самая оптимальная форма для неё – не демонстрировать никаким образом слабости. В этом АВ нет равных среди других психотипов.
Уверенность – проводник силы, основа позиционирования АВ. Она проявляется во всём: тоне, тембре, позах, стилевых особенностях устной и письменной речи, в поведении в целом и считывается, декодируется «целевой аудиторией» как инстинктивно, так и вполне осознанно, но почти всегда однозначно: «Им можно и нужно доверять».
Прямой взгляд глаза в глаза, улыбка, громкий голос, внятная речь, чистая, опрятная одежда, приятный запах – всё это притягивает людей, размягчает, делает их более податливыми. АВ не колеблются, не подбирают слова, всем своим видом внушая, что можно расслабиться – они всё знают, обо всём позаботятся, всё решат (и за вас в том числе). Это упоительное и успокоительное ощущение, которому вначале поддаётся всякий, кто имеет с ними дело. Можно назвать это обаянием – после первой встречи с ними часто остаётся приятное послевкусие, желание повторить и даже угодить им, сделать то, о чём договорились.
АВ обольщают, применяя максимально действенные, проверенные методы. Демонстрация позитивного настроя, возможностей решать любые вопросы, преодолевать любые препятствия редко находит противников, порождает недоброжелателей и вообще, отталкивает. Пренебрежение трудностями, лёгкая надменность, цинизм, понятный, без всяких «выкрутасов» язык, дорогой автомобиль и часы по цене квартиры буквально вынуждают верить, ибо если человек может подвезти, то подвести уж никак не способен. А обильное добавление во все подаваемые ими блюда лести, которой АВ владеют в совершенстве, стимулирует аппетит подчинения не хуже глутамата натрия.
В поведении АВ всё рассчитано на первое впечатление, которое должно быть максимально положительным. Часть людей хотят уверенности, исходящей от другого, иначе нужно брать инициативу в свои руки, что сопряжено с энергетическими затратами, и всех, кроме АВ, это отталкивает (по крайней мере, на постоянной основе). И тут появляются АВ, которые с улыбкой на лице, опрощая безвыходные, казалось бы, ситуации или «выдавая» серьёзное выражение лица, когда и ожидаешь серьезности, обещают всё взять на себя, то невольно хочется отдать им вожжи и задремать в уютной карете, которая, может, никуда и не доставит, но, по крайней мере, умчит от проблем.
Не всем (в частности, НВ) вышеописанное необходимо, не на всех оно производит впечатление, и ещё меньшее количество готовы открыто это высказывать, навлекая тем на себя санкции со стороны АВ. Выражающих недовольство меньшинство, а АВ всегда работают с большинством, с массами, с толпой, в которой неподатливые теряются и не слышны.
Ложь
АВ лгут. Лгут постоянно. Лгут изобретательно. Лгут самозабвенно. Лгут активно, с целью нападения, с целью обороны, которая также превращается в нападение. Для них не существует внутренних тормозных механизмов – препятствий в виде совести, этических и моральных принципов. Ложь – естественное состояние АВ, поэтому сомнительно, что их можно обличить даже на детекторе лжи по изменению сердечного ритма и других физиологических параметров.
В какой-то степени ложь вложена во все проявления АВ. Чтобы как-то охватить все её виды, оттенки, способы, методы надо пройти по всем качествам их характера, поскольку ложь составляет самоё суть этого типа и является основным подручным средством для утверждения и удержания их власти.
АВ всегда действуют с позиции выгоды для себя, и если выгоднее лгать, они будут лгать, не принимая в расчет ни чьих интересов, кроме своих. Даже если им предложить неопровержимые доказательства их лжи, уличить в ней – они уверенно будут продолжать стоять на своём, т. е. на лжи. Они никогда не признаются, что лгали, они никогда не признают свою вину, они никогда не сдадут свои позиции.
Ложь АВ выступает в нескольких основных обличиях: 1) ложь в рамках никогда не прекращающегося проекта по созданию, поддержанию и обновлению мифа о себе; 2) ложь с целью наказания непокорных (оболгание); 3) ложь с целью самозащиты и оправдания; 4) ложь-обещания. Каждый пункт насыщен разнообразием форм внешних проявлений, механизмами действия и воздействия.
Ложь АВ эффектна и эффективна. Они используют разнообразные средства усиления воздействия лжи на адресатов (индивидуумов или группы): театральность, эмоциональную избыточность, убеждение (уверенность – мощный двигатель лжи).
В ложь легко поверить, и чем она значительнее, тем больше в неё хочется верить и тем устойчивее её позиции. Ложь упрощает механизмы достижения условного счастья, – если понимать его как полное удовлетворение потребностей, – поскольку всегда старается предложить человеку то, в чём он нуждается, за ту цену, которую он может заплатить, не прибегая к дополнительным условиям. Так действует алкоголь и наркотики, так действуют и АВ. Их ложь-обещания принимают, отчасти даже понимая, что это ложь, чтобы самим не заниматься планированием и делегировать принятие решений другому. Также принимают и зрелище: чтобы расслабиться, не знать или не думать, кто или что тебя угнетает, эмоционально выхолащивает, вызывает эту самую жажду расслабления, которая тебя и принуждает его созерцать. АВ создают как бы круг, цикл: выматывают и расслабляют, выматывают и расслабляют, выматывают и расслабляют.
Театральность, избыточность
Многочисленные и разнообразные театральные приёмы и средства выразительности – различного рода драматические, комедийные эффекты, патетические жесты, экзальтация – всегда в ходу у АВ, причём воспроизводятся они с завидным алгоритмическим постоянством, точно в те моменты, когда входящие данные программы достигнут заданных параметров.
АВ хорошо владеют драматургией момента, которую они осваивают «по учебнику жизни», копируя и воспроизводя виденное и слышанное, т. е. сугубо внешнюю сторону поведения в тех или иных ситуациях, и делая упор на создание яркого, запоминающегося шоу. Но неспособность к эмпатии у АВ ведёт к «искусственности» и компенсирующей её избыточности их представлений.
Для АВ «театр» – ни в коем случае не развлечение, увеселение масс и приятное времяпрепровождение. Это средство достижения вполне определенного результата – мифа. Их театр может иметь целую труппу из зависимых и покорных «актёров» (в основном, типа НН), у каждого из которых свой «репертуар»; за саму же постановку в качестве режиссёров и драматургов отвечают сами АВ.
Люди падки на предельные состояния психики, но ввиду редкости «оригиналов» их заменяют копии разной степени правдоподобия. АВ мастера создавать заменители и убеждать, что они лучше оригиналов. Суть их «театра» – имитирование выгодных здесь и сейчас предельных состояний: радости, боли, скорби. Ничего среднего, никакой размытости, допускающей двойное толкование.
Чрезмерность – маскирующий эффект для лжи и мощный усилитель её воздействия, повышающий проникающую способность обмана. Искусственно возносясь на вершины, предельные состояния удаляются от пристального оценивающего взгляда, который возможен только вблизи. Когда нет эмоционального равенства между источником и потребителем, возникает дистанция, на преодоление которой анализ затрачивает энергию.
АВ всегда избыточны. Доводя эмоции до экстремальных значений, они выводят защитную систему психики – прежде всего, критический анализ – из состояния равновесия, делая её неустойчивой, податливой к случайным и не случайным воздействиям.
Увлажнение смехом
АВ обильно добавляют в свою речь смех (улыбки, смешки, хохот, хихиканье), предполагая, что с ним подаваемая ими «пища для размышлений» будет приятнее на вкус, «съедобнее», легче усвояема. Главное, чтобы те, кого «кормят» АВ, проглотили и не выплюнули, а смех – лучшее средство обмануть рецепторы.
Смех, сопровождающий дискурс АВ, – не смех-смягчение, не смех-защита, как у неагрессивных типов НН и НВ, и не смех-нападение, как у них самих. Это именно что усилитель вкуса, воздействующий на вкусовые центры, провоцирующий выброс дофамина и в целом, доставляющий удовольствие. Хотя он может применяться и как симптоматическое обезболивающее для купирования недовольства и неприятия инициатив АВ.
Поскольку существует устойчивый запрос на радость, веселье, юмор со стороны НН и большинства в целом – «целевой аудитории» АВ, – то предельное насыщение смехом речи АВ оправдано и находит постоянный сбыт в «оптовых» объёмах. Они прекрасно чувствуют потребности масс, и прежде чем навязывать им свою власть, ублажают её вкус, желая понравиться как леденец.
Смех-смягчение также сопровождает угодливость, подобострастие, заискивания перед высшими в иерархиях, к которым прибегают АВ на начальных этапах карьерного роста, т. е. утверждения своей власти, или в рамках лести ради привлечения временных и постоянных подвластных.
Смех-смягчение отличается от высмеивания как уничижения, наказания неугодных, к которому часто прибегают АВ. В отличие от него, он не имеет направления, чётко выраженного адресата и подстроенного под него содержания.
В любом случае, смех АВ никогда не бывает искренним, всегда решая определенную задачу.
Превосходные степени