Ду Га

«Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать. Так… Под кроватью, на диване, под столом и даже в ванне… Никого нет. Хм… Уже везде посмотрела. А! За занавеской! И здесь никого… Постойте-ка, а с кем же я играю? Кого я ищу? Нигде никого нет… Я играю с самой собой? Да, точно, я ищу себя! Ой… А как же мне себя найти?..»

Зазвонил будильник. Звук серебряных колокольчиков ворвался в сон и, как будто цепляясь пальчиками, потянул Дугару из его объятий.

Открылся один глаз: «Семь часов утра. Как всегда, нужно идти в школу». Открылся второй глаз: «Сегодня пятница». Глаза снова закрылись.

«Искать себя… Какая интересная мысль! После завтрака обязательно ее подумаю опять», – решила про себя Дугара.

– Дугарушка, просыпайся, – совсем близко послышался голос мамы, – пора собираться в школу.

Сегодня поднять себя с кровати было особенно трудно, потому что накануне девочка долго смотрела телевизор – мультик был такой интересный, что непременно хотелось досмотреть его до конца.

Дугара открыла глаза и, как обычно, увидела на потолке нарисованных птичек, бросила взгляд на стену – тут ее привычно встречали нарисованные папой человечки, – посмотрела на коника.

– Доброе утро, коник, – вслух сказала она.

По обыкновению лошадка-качалка, которую девочке подарили на годик, была привязана к стулу-стойлу, а на спине у нее лежал коврик. Коник был с поломанным ухом, на правом боку и на спине облезала краска. Дугара давно на нем не каталась, но он все равно оставался ее любимой игрушкой.

Рядом с коником стоял вигвам. Когда в гости приходил Данила, друг и одноклассник Дугары, живущий в доме по соседству, они играли в индейцев и прятались в домике: вдвоем там было тесновато, но очень интересно. Они вместе представляли, как сражались бы с хищниками, добывали огонь, готовили на костре еду.

Справа от вигвама и ближе к окну стоял игрушечный домик. Он больше походил на виллу на берегу океана – здесь жили Дуга́рины куклы. Или просто дугари́ны, как ласково называли местных жителей в семье. Вместе с мамой девочка шила платья, из бусин изготавливала украшения, делала прически дугари́нам – в таком нарядном виде им предстояло отправляться в путешествие.

– Дугара, вставай! – мамин голос прозвучал куда настойчивее, чем раньше.

– Да, мам, – пробормотала девочка, вылезая из-под одеяла и садясь на кровати. Собравшись с силами, она встала и направилась в ванную. Не проснувшиеся ножки заплетались, спотыкались о разбросанные игрушки – вечером не хватило сил их убрать, – но все-таки доставили Ду до ванной. «Только холодная вода и освежающая зубная паста по-настоящему будят», – Дугара вспомнила, как папа говорил, что именно с этого начинают свой день отважные индейцы.

Тема индейских племен была… Папа рассказывал, что, когда ему было столько лет, сколько ей сейчас, дедушка подарил ему книгу про индейцев, и он очень увлекся рассказами о жизни племен. С тех пор он коллекционировал книги об индейцах. Это было нетрудно, потому что дедушка работал в книжном магазине. Папа мечтал быть антропологом – человеком, который изучает особенности разных народов, как тех, которые существуют сейчас, так и тех, которые вымерли. Но обстоятельства сложились иначе: дедушки не стало, когда он отправился в далекое и очень опасное путешествие. Дугара его не знала, и папа унаследовал его дело. Однако он не оставил свое увлечение и в свободное от работы время продолжил исследовать. И когда выдавалась возможность, он ездил в археологические экспедиции и изучал жизнь тех малых народов, которые населяют землю. В его кабинете хранилось множество книг и старинных карт. Иногда это были старые, пожелтевшие от времени фолианты с черно-белыми картинками, иногда – скучные, без картинок, а иногда – новые книги с фотографиями и рисунками людей из разных частей света почти на каждой странице. Воображение Ду рисовало далекие волшебные страны, полные чудес и загадок, уносило ее в сказочные захватывающие миры.

Книги хранились в папином кабинете, который располагался в небольшой башенке, пристроенной к дому. Башенка была круглая, и такой же круглой была комната, в которую снизу вела лестница, ступеньки на ней были расположены по спирали. Потолок был очень необычный и конусом сходился в центре, из которого на длинном проводе свисала люстра. Со всех четырех сторон были окна, и потому в ясный день здесь всегда было солнце. Папа либо что-то читал, либо печатал на своем ноутбуке, стоящем на деревянном письменном столе, покрытом зеленым сукном, сидя на стуле. На столе всегда лежало много бумаг и стояла старинная зеленая лампа. Ду любила устроиться в большом кожаном кресле и полистать книгу, наблюдая, как папа работает, время от времени встает, подходит к книжным шкафам, достает книги, бумаги и идет обратно к столу. Шуметь, играть и разговаривать не разрешалось, поэтому, когда Дугаре надоедало читать и рассматривать картинки, она тихонько уходила. Когда папа уезжал в командировки, дверь в кабинет закрывалась. И все, что оставалось девочке, – это довольствоваться теми книжками, которые были у нее в комнате.

Взбодрившись, Дугара вышла из ванной и направилась к маме.

– Мам, я умылась!

– Вот и умница, – мама улыбнулась, посмотрела на табуретку и затем снова на дочь. Та все поняла без слов. Девочка переставила четвероногую штуковину на середину зала, уселась на нее, и мама начала расчесывать волосы и заплетать косички.

Но пока мама вплетала ленточки в косы, на Ду опять нашла дремота.

– Все, готово! – сказала мама, – иди, одевайся! Завтрак уже на столе.

Дугарусю одолевала лень: еще бы поспать, но надо в школу. Таков порядок, как говорит мама. И еще там намного интересней, чем сидеть одной дома.

Собираясь, Дугаруся пошла по комнате в поисках школьной формы и рюкзака, наткнулась на блокнот заданий, открыла его и обнаружила несколько строк стихотворения, которые надо было выучить наизусть к сегодняшней репетиции спектакля. Нашла школьную форму – на юбке пятно от ручки. Попыталась оттереть его – не получилось, взяла блузку – она оказалась неглаженая, открыла платяной шкаф – полный бардак… И почему не подумала вчера о том, что сегодня наденет?

Быстрей, быстрей. Дугаруся нашла утюг, погладила кое-как рубашку, оделась. Собирая рюкзак, подумала: «Стихотворение как-нибудь потом выучу – выпускной же не скоро. Ну и что, что сегодня репетиция, по бумажке прочитаю. Сегодня какой-то особенный урок рисования обещали, просили взять карандаши. Где же мои карандаши? Ах, они все поломаны». Настроение ухудшилось, Дугаруся начала злиться. Слышно, что мама зовет к столу. Покидав все в рюкзак и еще запихнув все для плавания, Косичка Ду наконец спустилась в кухню.

Мама наливала горячий чай в кружку для Дугарушки, а папа уже заканчивал свой завтрак ароматным кофе и просматривал утренние газеты. Заметив дочку, он на пару мгновений оторвался от газеты и произнес:

– Погода в прериях солнечная, но ветреная. Дух Ждидо[1] может разгневаться и к вечеру нагнать туч, возможно, с тяжелой водой.

Дугара любила вместе с папой посочинять что-нибудь на тему индейцев, но сегодня ей этого делать не хотелось. Она даже не стала спрашивать, кто такой Ждидо.

– Опять каша, – протянула она, когда заглянула в тарелку. – Ну почему? Почему всегда одно и то же?

Мама от неожиданности замерла, а папа попытался умерить недовольный тон дочки.

– Вовсе не одно и то же. Вчера, например, была гречневая каша.

Но Ду не успокаивалась:

– Не хочу кашу, хочу торт с шоколадом! – девочка знала, что к ее дню рождения родители уже подготовились, и о покупке торта говорили еще вчера.

Мама продолжила попытку папы и старалась объяснить:

– Торт будет завтра. И не только торт, но и другие сюрпризы. А сегодня надо кушать кашу, чтобы были силы.

– Не хочу завтра, хочу сейчас! – капризничала Дугара, – Я знаю, что он уже готов и стоит в холодильнике!

Папа опустил книгу, посмотрел на перечащую Ду поверх очков.

– Сейчас тебе нужно поесть просто каши, а в школу с собой возьмешь коробку сладких «дугарусиков».

– Просто, просто, – передразнила папу Дугаруся.

– Да, просто, так же просто, как дышать и бегать, – настойчиво продолжил папа. Дугаруся зло скорчила мордашку, сжалась вся и закричала:

– А я торт хочу! Хочу! Хочу!

И хлоп рукой по столу. Чайник опрокинулся, заварка вылилась прямо на кошку, та от неожиданности завизжала и прыгнула на занавеску. Карниз упал на аквариум, стеклянный шар не устоял, вода вылилась на розетку – засверкали искры, разлетелись осколки, а рыбки оказались на полу в луже.

– Да что же это творится! – воскликнула мама и ринулась спасать рыбок и наводить порядок.

Папа посмотрел очень строго. Дугара знала, что ничего хорошего ожидать не следует. Но тут же спасительно загудела машина – это за ней. Пора выходить в школу.

Школа находилась в полутора километрах от дома. И поскольку Дугара и Верн жили рядом, то родители по очереди отвозили ребят в школу с утра, а возвращались они, как правило, вместе со старшим братом Верна Андреем пешком или на автобусе, либо Ду до вечера оставалась на продленке, откуда ее забирала мама. Сегодня была очередь Вернушиных родителей. Его папа уже подъехал с ним к дому Дугары и посигналил, чтобы та поспешила выйти.

Ду наспех обулась, надела курточку, нацепила на спину рюкзак и провожаемая строгим и пристальным взглядом папы и напутствиями мамы, на ходу дожевывая кекс, вылетела за дверь.

Когда Дугара садилась в машину, то нечаянно зацепилась рюкзаком за дверь. Не до конца застегнутая молния расстегнулась, и на землю посыпались учебники, тетрадки, пенал.

– А-ай! – громко крикнула Дугара.

И тут же спохватилась, потому что папа Верна обернулся на ее возглас, чтобы посмотреть, что случилось, а сам мальчик молча смотрел на нее.

– Давай помогу! – предложил он.

– Я сама! – резко заявила Дугара и удивилась тому, как грубо прозвучал ее голос. Украдкой посмотрела на папу Верна, ожидая, что он, подобно ее родителям, поставит ей это в укор, но тот ничего не сказал. Собрав рюкзак, она влезла в автомобиль и всю дорогу до школы молчала.

Первый уроком была физкультура.

После разминки у края бассейна класс разделился. На этот раз Рыбке Ду досталось плыть с девочкой Светой, которая в начале года совсем не умела плавать, потому что часто болела. Она приходила заниматься дополнительно и сейчас была уже в группе умеющих. Дугаруся пожалела худенькую Свету и решила, что будет плыть потихоньку. По команде они оттолкнулись от бортика и поплыли. Зазнайка Ду плыла не спеша, брасом, глядя вперед, и вдруг увидела обгоняющую ее Свету. От удивления даже остановилась – соперница, словно русалочка, легко скользила по воде. Дугаруся собралась с мыслями, догнала и плыла вровень до самого финиша и даже запыхалась. Это заставило задуматься Дугарусю, которая плавала с тех пор, как себя помнит. Света, над которой смеялись, потому что она даже мячик не могла кинуть дальше двух метров, не могла повиснуть на турнике, не отрывала ноги от дна в бассейне, боясь утонуть, сейчас чуть не обогнала Рыбку Ду.

Наступила переменка, Дугара посмотрела по сторонам в раздумьях. Чем бы ей заняться? Да, ей надо бы выучить текст своей роли и стихотворение, ведь сегодня очень важная репетиция! Но делать этого не хотелось. «А, ладно, репетиция начнется в три часа, еще успею», – решила она и задумалась над тем, с кем и во что бы ей поиграть. Ее любимая подружка Алина заболела, почему-то не было в школе и другой – Карины. Все остальные девочки разделились на две группки: одна образовалась вокруг «звезды» Маши, вторая – вокруг Нади. Эти девочки были тихие и спокойные, хорошо учились. Дугара к ним относилась нормально, но не очень-то жаловала своим вниманием, потому что считала себя и своих подруг способнее и лучше них.

Подошел Верн.

– Давай с тобой поиграем?

Ду насупилась: несмотря на то, что они ходили друг к другу в гости, весело играли вместе и вместе ездили в школу и домой, в классе она старалась общаться с другом как можно меньше – водиться с мальчишками считалось чем-то постыдным.

– Нет, не хочу, – пробурчала она и направилась к девочкам.

– А что вы тут делаете? – спросила Ду как можно доброжелательнее, обратившись к Наде и ее подружкам, склонившимся над партой.

– Мы проверяем домашнее задание по математике. У Кати получился другой результат, у Насти тоже. И мы выясняем, кто из нас ошибся. А что получилось у тебя?

Дугаре хорошо давалась математика, и она была уверена, что решила правильно. Посмотрев решения девочек, она сказала, что у Нади и Вари решено правильно. И тогда девочки начали объяснять тем, кто ошибся, как надо решать. Ду было скучно.

– Пускай они просто перепишут решение у вас, а мы с вами поиграем во что-нибудь интересное, – обратилась Дугара к Наде и Варе.

– Нет, надо, чтобы девочки поняли, чтобы не ошибиться в следующий раз.

– Фу, какие вы зануды!

– Мы просто помогаем тем, кто не все понял.

– Ну, они поймут, когда будут списывать, – уговаривала Ду. – Давайте поиграем во что-нибудь! В крестики-нолики хотя бы, или в колечко, или…

И тут Дугаре пришла гениальная мысль. Она вспомнила папины книги. Совсем недавно она прочитала про африканское племя.

– Давайте поиграем в зулусов, которые живут в Зимбабве, ходят в набедренных повязках, а на голове делают необычные прически из трав и воска, – воодушевленно отчеканила она.

После небольшой паузы девочки дружно рассмеялись.

– Не-е-ет, мне нравится колосок, который мне заплетает мама, – сказала Лена.

– А мне мое платьице. Ни за что бы не променяла его на набедренную повязку, – добавила Дина.

– Из трав и воска получилось бы гнездо, где могут жить птицы, – предположила Лера.

Девочки еще громче засмеялись, а Ду разозлилась.

– Смейтесь, смейтесь. Вот превращу всех вас в лягушек! – она вспомнила какое-то заклинание из книг и пробубнила его, колдуя руками в сторону одноклассников:

Девочки перестали смеяться и попросту отвернулись от нее, занявшись своими делами. А затем зазвенел звонок, и начался урок математики.

Учительница, как обычно, вошла в класс со стопкой тетрадей и журналом. Она отличалась строгостью и немногословием, и у нее были пронзительно голубые глаза.

– В течение года каждый из вас хорошо потрудился, – окинула она класс своим пронзительным взглядом голубых глаз, – кто-то для четверки, а кто-то и для отличной оценки. Труд и старания каждого в любом случае ценны. Сегодня последний урок математики, – тихое «ура» прогудело в классе, – и финальное задание будет необычным. Эта задача не из учебника. Необходимо разбиться на команды по четыре человека. Сколько получится команд?

– Четыре! – Дугаруся громко объявила результат своих вычислений.

– Правильно, – ровно и спокойно произнесла учительница, усаживая холодным взглядом вскочившую Знайку Ду, и, обращаясь к классу, продолжила: – Сгруппируйте столы, чтобы сидеть лицом друг к другу и не мешать другой команде.

В классе начался галдеж, беспорядок и дележ отличников по математике.

– Тихо! – по команде ученики замерли как статуэтки. – Никто никуда не перескакивает, как в рядах сидели, так и группируйтесь.

Движение в классе стало более организованным.

– Во времени вы не ограничены, – начала учительница объяснять, подходя поочередно к командам. – Вместе внимательно прочитайте условие, – раздавала она листки с заданием, – посоветуйтесь друг с другом. Если кто-то что-то не понял, не бойтесь, спросите, проясните все до конца. Потом выберете одного человека, и пусть он расскажет у доски о вашей задаче: пути ее решения и финальный ответ. После того как ваш представитель выйдет к доске, обсуждения заканчиваются, подсказывать запрещено.

И учительница раздала листочки с задачей: «Есть два ведра емкостью 4 и 9 литров. Как с их помощью принести из речки ровно 6 литров воды?»

Кто-то уже читает задачу, кто-то уже принялся чего-то объяснять, поднялся шум, гам. Учительница, довольно кивнув головой, вернулась за свой стол. Дугаруся схватила листок с условием задачи, быстро прочитала.

– Ха! Да тут делать нечего, и так все ясно. Все, я решила! Я иду отвечать!

Дугаруся встала и пошла к доске. Ребята за столом и учительница молча, удивленно проводили ее взглядом. Она схватила мел и начала быстро писать. Оказалось, что что-то не сходится. Дугаруся замешкалась, оглянулась на ребят, на учительницу. Еще раз прочитала задачу, что-то стерла, написала снова…

«Из полного девятилитрового ведра нужно вылить в реку 8 литров воды, пользуясь ведром в 4 литра. Затем литр, оставшийся в большом ведре, нужно перелить в пустое четырехлитровое ведро. Если в него теперь добавить 3 литра из полного большого ведра, то в девятилитровом ведре как раз останется 6 литров воды…»

В это время из-за другого стола, после бурного обсуждения, вышел мальчик, начал решать, рассказал, что сначала было одно решение, потом предложили другое, пришли к выводу, что третий ответ правильный. Учительница одобрительно кивала головой, говорила, что все правильно, хвалила ребят. Дугаруся-непруся растерянно слушала, потом еще пыталась что-то написать, поняла, что не знает ответа… пошла к столу учительницы положить мел и листок.

Бесконечным показался этот путь от доски до стола. На фоне радостно прыгающих ребят из другой команды Дугаруся шла, опустив глаза. Крики радости, бурное обсуждение происходящего будто пропали, стали неслышными. Только голос учительницы звучал в этой звенящей тишине.

– Это была задача для коллективного решения, на внимание и рассудительность, где главное – понять условие и проанализировать все возможные варианты вместе, потратив некоторое время, а не на скорость, кто быстрее выскочит к доске.

Девочка была настолько раздосадована случившимся, что, когда шла обратно к своей парте, не заметила стула, преградившего ей путь. Малышка Ду-упаду споткнулась, с шумом грохнулась на пол, потянув за собой какой-то ярко-красный цветок, мирно стоявший на школьном подоконнике. Класс разразился громким смехом. Учительница испуганно посмотрела в сторону бедняги Ду и разлетевшегося вдребезги горшка для растения. Дуга раскраснелась ярче алого цветка, извинилась перед преподавателем и быстро вернулась к своей парте, недовольно бормоча себе что-то под нос. «Дурацкие стул и цветок! Заплетают ноги и путают руки», – подумала Ду.

Прозвенел звонок, все сорвались с мест и высыпали из класса в коридор.

Рисование.

В классе рисования было по-другому: сегодня их не сажали за парты, а как старшим ребятам поставили мольберты.

Пригласили нового учителя рисования. Учитель был полноватый, седой, с бородой, в очках. Он начал объяснять, чем будут заниматься ребята в следующем году. Каждому на мольберт положил различные средства для рисования (уголь, сангину, пастель, перья, простые карандаши), дал возможность порисовать, чем нравится. Рассказал про разные жанры: пейзаж, портрет, натюрморт. Поставил простую композицию из кувшина, кружки и яблока на блюдце. Дал задание нарисовать выбранными средствами, кто что может. Глядя на румяное восковое яблоко, Дугаруся вспомнила о своем сочном зеленом яблоке. Ей пришло в голову пером для туши выковыривать маленькие конусы в яблоке и вставлять их обратной стороной. Получился яблочный ежик.

Дугаруся сидела последняя, и никто не видел, чем она занимается. Когда учитель подошел к ней, она увлеченно продолжала ковырять яблоко.

– И что, так вкуснее? – прозвучал в тишине голос учителя.

Микеланджело-по-ежикам Ду подняла голову, оглянулась – весь класс смотрел на нее.

– Нет. Красивее. Хотите попробовать? – и протянула яблоко учителю. Тот двумя пальцами вытащил одну «иголочку» и съел.

– М-м-м, да! Действительно красивее!

– А мне? – сказала сидевшая рядом девочка.

– И мне, и мне, – сбежались одноклассники попробовать красивое зеленое с белыми иголками яблоко. Все согласились, что так на самом деле красивее. Дугаруся удивилась: оказывается, так приятно угощать и делиться. Почувствовав себя доброй феей, исполняющей желания, она постаралась разделить «колючее» яблоко на максимально бесконечные дольки и раздала их проголодавшимся одноклассникам.

После уроков Ду отправилась на продленку. Вместе с другими учениками она пошли гулять. На школьной территории в клумбах росли цветы, подрастали деревья, осенью посаженные старшими ребятами, а вдоль забора непроходимой стеной поднимались кусты.

Раздался визг. Толпа девочек сорвалась с места и побежала к учительнице с криками: «Жаба! жаба… а-а-а!». «Где?» – выскочила из кустов Дугаруся и побежала всем навстречу в надежде увидеть пучеглазое чудо. Девочки наперебой рассказывали учительнице, какая там огромная жаба. А в это время Охотница Ду осторожно ступала среди грядок и высматривала, где же, ну где же она.

– О, привет! Ты, наверное, принц, только заколдованный.

Дугаруся присела, протянула руку и дотронулась до зеленой головки, жаба насторожилась, но осталась на месте.

– Какой же ты хорошенький! – и жаба даже уркнула в ответ на эти слова, как показалось Дугарусе.

– Тише, тише девочки, успокойтесь, это всего лишь Жабо Квуаколос, – успокаивала всех учительница естествознания, – она обитает в средней полосе на хорошо увлажненных почвах, богатых гумусом. Это хороший знак. Значит, на этой территории экологическое равновесие.

– Посмотрите, какая прелесть, – Дугаруся подошла к классу, держа жабу за лапку. – Это заколдованный принц, просто он заболел. Его надо поцеловать, и случится чудо. Кто смелый?

По брезгливо скорченным лицам Дугаруся поняла, что к ней никто не приблизится ни на шаг, по крайней мере до того, пока она не вымоет руки.

После прогулки ребята пообедали и разошлись по своим делам – свободное время для того, чтобы тихонечко читать книги, делать уроки или заниматься рукоделием. Уроков уже почти не задавали, оставалось только выучить текст роли к спектаклю. Она достала блокнот, прочитала стих. Попробовала повторить его наизусть. Пока повторяла, увидела на полке новый номер детского журнала, который ей нравился. И, взяв его с полки, погрузилась в чтение и разгадывание ребусов, забыв о том, что репетиция будет совсем скоро.

Еще чуть позже настало время подвижных игр, и вместе с другими девочками и мальчиками она принялась играть в салочки в школьном коридоре.

По традиции ученики год учебы в школе отмечали представлением. Это были небольшие сценки из известных всем сказок. Дугаре дали отрывок из сказки «Снежная королева», тот, где Герда приходит в царство Снежной королевы и находит Кая, пытающегося из букв собрать слово «вечность». Ей дали роль Герды. Кая играл мальчик из параллельного класса. Со своими белыми вьющимися волосами он был больше похож на одуванчик, но его все равно утвердили на роль.

На сцену им было нужно выходить после того, как Матвей с Катей выступят с отрывком из «Фионы и Шрека», и быть готовыми сразу после того, как со сцены уберут декорации.

Еще раз режиссер позвала Дугару. Оторвавшись от заучивания, вместе с ребятами она отыграла сцену с разбойниками, постоянно заикаясь и путаясь, а потом опять уткнулась в свой блокнот.

Вот пришло время той сцены, что они еще не репетировали, и именно к ней надо было выучить стихотворение.

Режиссер всех расставила по местам, объяснила кому куда двигаться.

«Кай» сидел и переставлял ледяные фигуры, Дугаруся подошла и на вздохе замолчала. Все время повторяя про себя слова стихотворенья, позабыла простые фразы.

– Кай, мой милый Кай… – прошептала режиссер.

– Кай, мой милый Кай, как долго я тебя искала, – громко повторила вошедшая в образ Ду, и слова начали постепенно вспоминаться. «Значит, и стихотворение возникнет так же легко», – подумала Дугаруся, успокоилась и начала отвечать на реплики своими словами. И вот уже появилась «Королева», и пора читать заклинание.

– Сюда дорогу подсказало сердце… сюда мне сердце подсказало… – девочка замешкалась, а потом начала снова, услышав шепот подсказки:

Громким хохотом разразились все, кто был на сцене, за кулисами и в зале. Режиссер спрятала лицо в ладони, а когда опустила руки, стало ясно: ей совсем не смешно.