Ночь Ватерлоо

Пьеса в двух действиях

Действующие лица:

Вор

Проститутка

Дочь прокурора

Следователь

Два милиционера

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Двухтысячный год. Комната в городской квартире. Диван, комод, на котором стоит статуэтка Будды, журнальный столик и стул. Где-то вне комнаты несколько раз звонит телефон, потом трижды – дверной звонок. Щёлкают три замка и чуть слышно хлопает дверь. Входит вор – в костюме, перчатках, с набором отмычек в руке. Окинув комнату быстрым взглядом, идёт в соседнюю. Там, судя по доносящимся звукам, начинает неторопливо рыться в шкафах. Вскоре раздаётся его насмешливый возглас: «Ну что это за сундук Пульхерии Ивановны? Ужас, ужас!» Слышится гулкий удар в металл, потом – звон отмычек, лязг отпираемого замка, восторженный присвист и быстрый шелест пакета. Спустя короткое время вор возвращается в основную комнату, пряча отмычки в карман. В руке у него – полиэтиленовая сумка, чем-то набитая. Он подходит к комоду, берёт статуэтку Будды и начинает её разглядывать. Тишину прорезает короткий дверной звонок. Вор от неожиданности роняет фигурку Будды. Та падает с громким стуком, но остаётся цела.

Проститутка. (с другой стороны двери) Откройте! Откройте дверь! Умоляю! (рыдает, колотит в дверь кулаками) Спасите! Сжальтесь! Я погибаю! Откройте!

Вор. (бросаясь в прихожую) Кто там? Вы что, рехнулись? В чём дело?

Проститутка. Если вы не откроете, я… О, господи боже мой! Если вы не откроете, я покончу с собой! Впустите меня! Пожалуйста!

Вор. Объясните, какого чёрта вам надо? Зачем вы кричите так?

Проститутка плачет без слов, колотит и скребёт дверь.

Вор. Немедленно уходите! Сейчас милицию вызову! Через пять минут с работы вернётся моя жена! Она вам устроит! Я прокурор! У меня собака! Злая овчарка! Ко мне, Джульбарс! Фас! Звоните к другим!

Проститутка. Я вас умоляю! Я не хочу в тюрьму! Пожалуйста, ради бога, откройте дверь!

Вор. И я не хочу в тюрьму! Пожалуйста, ради бога, захлопни пасть и вали отсюда к чёртовой матери!

Проститутка. Неужели он умер? Это убийство!

Вор. Прокурора нет дома… то есть, меня нет дома! Если ты замочила кого-то, иди в милицию! Будет хуже, если они за тобой придут!

Проститутка. Так ведь они уже здесь!

Вор. То есть как – они уже здесь?

Доносится нарастающий вой сирен.

Вор. Ну какого чёрта ты прилепилась к этой двери? Подойди к другой!

Проститутка. Клянусь, я не виновата, я защищалась! Если вы – прокурор, помогите мне! Когда они меня схватят здесь, я скажу, что я к вам бежала, чтобы признаться во всём, а вы подтвердите! Пожалуйста, что вам стоит?

Сирены разом смолкают. Вор злобно стонет и отпирает дверь. Проститутка с плачем вбегает в комнату, падает на колени и закрывает лицо руками. Обуви на ней нет. Её светлая рубашка и белые облегающие штаны заляпаны кровью. Вор, торопливо заперев дверь, бросается в комнату, где находится сейф. Несколько секунд там пробыв, уже без пакета подходит к рыдающей проститутке. Та громко стонет, заломив руки и колотясь головой об пол.

Вор. Быстро прекрати выть!

Проститутка сразу стихает и опускает руки, хлюпая носом. Смотрят в глаза друг другу.

Вор. Кого ты зарезала, идиотка?

Проститутка. Я защищалась! Он меня бил! Два раза ударил! Он сумасшедший! Я ничего плохого ему не сделала! Он… он бы меня прикончил!

Вор. Там, у подъезда, пять милицейских машин. Кого ты зарезала, шизанутая?

Проститутка. Депутата! Я умоляю, поймите…

Вор. Где? Ответь одним словом – где?

Проститутка. В его квартире, в соседнем доме! Он меня бил! Я схватила нож! Не помню, как я очутилась на улице – босиком, в крови… Помню только, что какая-то женщина заорала на весь этаж, когда я выскочила из той квартиры! Внизу охрана была… Как я мимо них прошмыгнула? На улице за мной погналась милиция. Я нырнула в этот подъезд – из него выходил мальчишка. Я еле-еле успела захлопнуть дверь перед ними! В лифте нажала верхнюю кнопку…

Вор мучительно кашляет, приложив ко рту носовой платок. Отдышавшись, нервно ходит по комнате.

Проститутка. (молитвенно сложив руки) Это была самооборона!

Вор. Не сомневаюсь. Теперь послушай меня внимательно, дорогая. Эта квартира принадлежит прокурору. Но я – не он. Я – не прокурор. И не адвокат. Я – квартирный вор. Я здесь на работе. Так что, сама понимаешь, моя компания тебе ни к чему. Мне твоя – тем более. Я помог тебе. Сделал для тебя всё, что мог. Теперь ухожу! Выпутывайся, как знаешь.

Делает шаг к другой комнате.

Проститутка. (вскочив) Ты квартирный вор? А где прокурор?

Вор. Слушай, успокойся! Один упырь – самооборона, два упыря – уже браконьерство.

Проститутка. Квартирный вор? Я тебе не верю! Этого быть не может! Ты не имеешь права меня бросать!

Вор. Почему? Ты мне, слава богу , никто!

Проститутка. Потому что здесь – четырнадцатый этаж! И мне терять нечего! Я не сяду на десять лет!

Вор. А мне… мне есть что терять! Я сидел двенадцать. Один раз – пять, а другой раз – семь. А мне всего тридцать шесть! Я точно не выдержу третьей ходки. Через полтора месяца меня вынесут из СИЗО ногами вперёд!

Проститутка. (громко) Вали!

Вор показывает ей носовой платок, испачканный кровью.

Проститутка. (тихо) Иди…

Вор. (поколебавшись) Ты свободный художник или на сутенёров работаешь?

Проститутка. Слушай, ты! Иди! Собрался – иди! Я хочу побыть здесь одна, понятно?

Вор. Утихомирься. Мне надо знать ситуацию. Где тебя подцепил этот депутат?

Проститутка. А тебя это не касается! Это не твоё дело! Нечего тут благородную рожу корчить, я и так верю, что ты герой! Уматывай быстро! Чеши отсюда! Когда они на этаж поднимутся, поздно будет!

Вор. Ты что, учить меня собралась? Вот это уж точно не твоё дело. Я ведь тебя не учу играть менуэты на саксофоне.

Проститутка. Уйди отсюда, скотина! Не отравляй мне остаток жизни! У меня – пять минут, и я не хочу делить их с тобою! У меня есть с кем их разделить! Быстро убирайся отсюда на хер!

Падает на диван, рыдает. Вор вновь уходит в другую комнату и приносит оттуда женский халат.

Проститутка. (плача в диван) Сволочь! Сволочь! Я ничего плохого тебе не сделала! Что ты мне суёшь свой платок? Ведь я не могу вернуться на двадцать минут назад и всё изменить! Я пойду в тюрьму! И я теперь знаю, что когда выйду, буду с ввалившимися щеками давиться кровью! Это ужасно! Я не хочу! Убейте меня, убейте! Я не смогу сама дойти до окна! Мне страшно! Мне очень страшно!

Вор. Перестань орать! Раздевайся.

Проститутка. (приподнимаясь) Это ещё зачем?

Вор. (швырнув ей халат) Не могу смотреть на чужую кровь. От своей тошнит.

Проститутка, всхлипывая, встаёт, снимает рубашку и брюки. Вор их уносит в другую комнату, возвращается с коньяком и двумя бокалами. Проститутка, тем временем, надевает халат. Вор ставит бокалы на столик. Присев на стул, откупоривает бутылку.

Проститутка. (утирая рукавом нос) Ты что, больной на всю голову?

Вор. Почему?

Проститутка. Тебе срочно нужно бежать, бежать со всех ног! По подъезду твоя смерть рыщет! В любой момент они могут сюда ворваться, и тогда – всё, конец! А ты тут коньяк собрался хлестать, чахоточный идиот?

Вор. Коньяк того стоит. Я эту марку ещё не пробовал. ( наполняет бокалы)

Проститутка. Значит, ты не уйдёшь?

Вор. Нет.

Проститутка. Почему?

Вор. Потому что дождик пошёл, а я без зонта.

Проститутка. (завязав пояс халатика и присаживаясь на край дивана) Тогда говори, что делать?

Вор. Ты меня спрашиваешь?

Проститутка. Конечно! ведь ты же меня втянул во всё это!

Вор. Да?

Проститутка. Да. Если бы ты мне не открыл дверь, я точно нашла бы какую-нибудь лазейку и убежала бы, а теперь уж поздняк метаться! Так что, весь этот ужас – только из-за тебя!

Вор. (примирительно) Если невозможно изменить ситуацию, нужно изменить своё отношение к ней! Для этого люди изобрели спиртные напитки.

Проститутка. Ты меня идиоткой-то не считай! Ишь, сволочь – дров наломал, а теперь выкручивается! Ответь, что мы будем делать, когда прокурор… Ах! (вскакивает)

Вор. Чего ты распрыгалась?

Проститутка. Ты не слышишь? Шаги за дверью!

Вор. Соседи.

Проститутка. (панически оглядевшись) Я пить не буду!

Вор. Тогда иди посмотри, что там происходит на улице. Из окна той комнаты подъезд виден. Но не высовывайся!

Проститутка уходит. Вор торопливо и тихо кашляет в носовой платок.

Проститутка. (вернувшись) Перед подъездом – толпа обычных людей и толпа ментов с автоматами! Стоят, курят. Ихних машин там – не пять, а семь! Среди них – крутой «Мерседес». Дверь подъезда открыта настежь!

Вор. Сволочи, не торопятся! А куда им спешить?

Проститутка. С какой целью ты мне велел на это смотреть?

Вор. Чтоб ты своими глазами увидела, как ты влипла.

Проститутка. Я это без тебя знала!

Вор. Но ты на что-то надеялась, поэтому суетилась. А вот теперь – дрожать, гляжу, перестала!

Проститутка. (сев на диван) Да, я была в шоке. И непонятно, куда он делся. Я ж человека зарезала!

Вор. Так ты же сказала, что депутата!

Проститутка. Иди ты куда подальше! Мне не до смеха! Я не дрожу, ты прав, но если они ворвутся сюда – им придётся везти меня либо в Кащенко, либо в морг! Другого не будет.

Пьют. Некоторое время молчат, прислушиваясь к неразборчивым голосам за дверью.

Вор. Это соседи.

Проститутка. Уверен?

Вор. Да.

Проститутка. Почему?

Вор. Потому, что лифт не гремел.

Проститутка. Но они могли подняться по лестнице, чтоб её осмотреть!

Вор. Они бы по ней спускались.

Проститутка. (чуть помолчав) Ты куришь? Ой, извини…

Вор. Да нет, все нормально. Не все бросают.

Проститутка. Ты бросил?

Вор. Да.

Проститутка. (сев по-турецки) Когда этот прокурор с работы вернётся?

Вор. Он, насколько я знаю, тоже не курит.

Проститутка. (смеясь) Слушай, ну почему ты такой спокойный? Ты что-то знаешь? Пожалуйста, не терзай меня, расскажи!

Вор. Сперва – ещё по одной!

Проститутка. Немножко.

Вор наливает. Пьют.

Проститутка. Ну?

Вор. Прокурор со своей женой за границу уехал, в отпуск. Вернутся через неделю. У них есть дочь двадцати двух лет. Но она живёт со своим бойфрендом, в его квартире. Не знаю, есть ли у неё ключи от этой.

Проститутка. Если есть – плохо! Считай, кранты! Опера быстро её найдут, и она откроет им дверь.

Вор. Едва ли они сочтут вероятным, что ты голыми руками справилась с такой дверью. В ней- три швейцарских замка. Я с ними возился почти минуту!

Проститутка. Что ты чушь несёшь? Они идиоты, что ли, по-твоему? Все квартиры проверят, а эту – нет, потому что замки крутые? Почешут репы и уберутся? Я из подъезда выскользнуть не могла! Возможно, эту квартиру обыщут после других, но её обыщут, кому бы она ни принадлежала – хоть прокурору, хоть президенту!

Вор. В подъезде – двести квартир! Половина из них пустые, лето в разгаре. Менты не будут двери ломать. Они будут искать хозяев. Так что, не беспокойся – раньше, чем прокурор вернётся, никто сюда не войдёт.

Проститутка. Так ты предлагаешь неделю здесь проторчать? Какой в этом смысл?

Вор. Других вариантов нету.

Проститутка. У тебя есть другой вариант! Дождь кончился – не начавшись, кстати.

Вор. (наполняя бокалы) Но коньяк-то не кончился! Там ещё три бутылки. Вполне достаточно, чтоб увидеть какой-нибудь позитив в сложившейся ситуации. Для тебя-то он очевиден. Какая женщина не мечтает несколько дней пробыть взаперти с красивым мужчиной, который будет ей угождать, чтоб она вела себя тихо?

Проститутка. Если ты слишком сильно мне угодишь, тишины не будет! Я очень громко кричу.

Вор. Хорошо. Учту.

Доносится вой ещё одной приближающейся сирены, который вскоре смолкает.

Проститутка. Ты идиот или притворяешься?

Вор. Притворяюсь. Ты, как я вижу, умная девочка. Вот тебе реальный расклад. У нас – часов шесть. Не больше. Но я за это время точно придумаю что-нибудь. Абсолютно точно. Я – профи. Клянусь тебе, мы уйдём отсюда не под конвоем.

Проститутка. Расслабься. Я успокоилась. Хочешь знать, почему?

Вор. Идея с мужчиной тебе понравилась?

Проститутка. Нет, просто я осознала печальный факт-никто по мне не заплачет, кроме моей ближайшей подруги, которой я должна двести долларов.

Вор. Не отвертишься!

Пьют.

Проститутка.(ставя бокал на столик) Ты правда вор?

Вор. А что, не похож?

Проститутка. Похож! Мне поэтому и не верится. Воры, как правило, на воров не похожи!

Вор. А на кого же они похожи?

Проститутка. На кандидатов наук. На маразматических старичков. На бравых военных. А на тебя посмотришь – и сразу хочется взять что-нибудь тяжёлое!

Вор смеётся, потом начинает кашлять, достав платок. Проститутка с волнением наблюдает. Как только вор убирает платок, она сразу вскакивает, становится перед ним на колени и берёт его за руку.

Вор. Отстань!

Проститутка. Прошу тебя, уходи! Даю тебе слово, что я не выпрыгну из окна! Я пойду в тюрьму. Ничего ужасного в этом нет! Не я первая, не я последняя… Посижу немножко и выйду. Слово даю!

Вор. Слово проститутки?

Проститутка. Слово дочери офицера! Мой папа был замполитом! Иди! Пожалуйста! Умоляю! Ты ещё можешь уйти!

Вор. Не могу.

Проститутка. Почему не можешь?

Вор. Ты сама сказала, что я ужасно похож на вора. Я задумался над твоими словами, хотя мне всегда казалось, что у меня рожа интеллигентная. Но тебе виднее. Так что менты, скорее всего, меня тормознут внизу. И обыщут. А уходить без добычи я не хочу.

Проститутка. А что ты добыл?

Вор. Неважно. Честно говоря, мелочь. Но я – предельно мелочный человек. Это моё свойство отступает только перед красивыми бабами.

Проститутка. (встав). Размечтался! Так я тебе и дала! Лагерный петух! Тубик! Ты мне противен! Спасать он меня собрался! Тоже мне, Робин Гуд нашёлся! Я знаю, зачем ты хочешь меня спасти! Чтоб потом изводить меня своим благородством! Катись отсюда, придурок! А ну, пошёл! Ты неинтересен!

Вор. (поднявшись). Хорошо, уйду, если ты так сильно боишься туберкулёза.

Идёт к прихожей. Проститутка стремительно догоняет его, и, обняв, целует взасос. Вор стоит, не двигаясь. Поцелуй прерывается звонком в дверь.

Вор. (чуть повернув голову) А вот это уже они!

Проститутка. (шёпотом) Ради Бога, прости меня.... Я должна была… Ты не уходил по-хорошему! А теперь уже поздно.

Звонок звучит ещё дважды. Вор с проституткой стоят, прижавшись друг к другу. Раздаётся мощный стук в дверь, голоса снаружи, а затем крик: «Откройте! Полиция!»

Проститутка. (шёпотом) Они слышали, как я на тебя орала! О Боже! Что я за дура! Прости меня....

Вор. Замолчи.

Четвёртый звонок. Вор тихонько кашляет, лезет в карман за платком. Проститутка выхватывает платок из его руки, прикладывает его к губам вора. Опять голоса за дверью. Пятый звонок. Вор перестаёт кашлять. Проститутка, утерев ему рот, запихивает платочек в его карман. Голоса удаляются, пропадают.

Вор. Кажется, обошлось. Пока.

Проститутка плачет, уткнувшись в его плечо. Он её обнимает. Идут к дивану, садятся. Вор наполняет бокалы. Пьют. Проститутка всхлипывает.

Вор. Теперь расскажи с самого начала, как было дело. Но только быстро. И без соплей!

Проститутка. Я работаю на Тверской…

Вор. Давно?

Проститутка. На Тверской – недавно. А так, вообще, три года. Если б ты знал…

Вор. Я просил тебя без соплей!

Проститутка. Этот депутат меня на халяву взял. Мамаша и пацаны стелились перед ним, как суки последние! Посадил он меня в «Ауди-А8» с мигалкой, привёз сюда…к соседнему дому, то есть. Водитель с охранником проводили нас до двери квартиры. Всю ночь я мучилась! Как я мучилась! А он мучился ещё больше. Виагру жрал, орал на меня. Я думала, сдохнет от нервного напряжения! Утром я не сдержалась и говорю ему: «Извините, но в ваши годы надо на лавке с бабками в домино играть, а не с девками кувыркаться!» Он завизжал как боров, дал мне пощёчину и заснул. Я тихонько встала, оделась, пошла, пардон, в туалет. Выхожу, гляжу – он, сука, не спит, в бумажнике своём роется! Увидел меня и давай орать: «Где мои две тысячи баксов?» Я говорю: «Ты чего, дедуля? Свихнулся, что ли, от расстройства? Валерьянки попей!» Он набросился на меня. А дальше – ты знаешь…

Вор. Куда ж его две тысячи баксов делись?

Проститутка. Не знаю! Я их не трогала.

Вор. Ты уверена?

Проститутка. Да! Почти. Я была расстроена! Плохо помню. Возможно, я эти деньги взяла нечаянно, а потом вернула на место. Но вряд ли я их брала. Зачем они мне нужны? А ты бы что сделал на моём месте? Да, вот скажи мне, если ты такой умный – что бы ты сделал на моём месте?

Вор. На твоём месте я убегал бы в ботинках. Куда ты так торопилась? Мёртвые не кусаются.

Проститутка. (встав) Упырей это не касается! Если ты до сих пор этого не понял – значит, только сегодня освободился. Если вчера – ты, значит, тупой! Здесь уже давно всё не так, как было семь лет назад. Я поддалась панике, потому что было чего бояться. Мёртвые упыри уже не встают! Им необязательно это делать, чтоб получить любого из нас! Мы встали с колен, чтобы упасть рылом! В общую яму! Этот четырнадцатый этаж – твой последний взлёт, петушок!

Вор. Политчас окончен?

Проститутка. Окончен!

Вор поднимается, приближается к проститутке. Она пытается ударить его, но он уворачивается, хватает её, и, взвалив на плечо, начинает сильно шлёпать по заду. Она рычит, извивается и активно машет ногами.

Вор. (шлёпая) Орать не рекомендую, они за дверью стоят. Они на всех этажах дежурят!

Проститутка. Ты лупишь громче, чем я ору!

Вор наносит ещё несколько шлепков, ставит проститутку на пол.

Проститутка. (повернувшись к вору спиной и нагнувшись) Мало! Ещё разок, посильнее! Только сними перчатку.

Вор. (снимая перчатку) Ты мазохистка?

Проститутка. Женщины делятся только на две категории – лесбиянки и мазохистки. Стать лесбиянкой я не смогла, сколько ни старалась.

Вор бьёт наотмашь. Проститутка взвизгивает, бежит к дивану, прыгает на него, садится на пятки. Показывает язык. Вор неторопливо натягивает перчатку, берёт бутылку. Сделав глоток из горлышка, ставит бутылку на пол. Подсаживается к проститутке. Она его обнимает. Целует в щёку.

Вор. Ответь на один вопрос.

Проститутка. На какой?

Вор. Твой паспорт у сутенёров?

Проститутка. Нет, у меня. В кармане рубашки.

Вор. Они твою фамилию знают?

Проститутка. Нет, только имя.

Вор. А знают, где ты прописана?

Проститутка. Нет. И подруги не знают – я врала всем, что я из Питера, чтоб боялись.

Вор. Тогда я вижу только один повод для беспокойства – твои отпечатки в депутатской квартире.

Проститутка. Но у меня ни разу нигде отпечатки пальцев не брали! Как же поймут, что это мои?

Вор. Никак, пока не возьмут.

Проститутка. Мы выберемся отсюда?

Вор. Где ты живёшь?

Проститутка. Я снимаю комнату на Варшавке. А вообще я из Нижневартовска. Но я лучше сяду в тюрьму, чем вернусь туда!

Вор. Почему?

Проститутка. Я, кажется, говорила, что мой отец – замполит в отставке.

Вор. Но, может, он поумнел, пока тебя дома не было?

Проститутка. Если бы это произошло – об этом бы сообщили по телевизору, как, например, вчера сказали о том, что какая-то обезьяна заговорила! Ты представляешь? В Америке обезьяна заговорила!

Вор. И что же она сказала?

Проститутка. Да чушь какую-то! А, вот, вспомнила…(басом) Покупайте прокладки «Олвейс»! (смеётся) А в Токио живёт английский бульдог, который катается на скейтборде! Прикинь? Реально! Он сам встаёт на скейтборд, правой задней лапой отталкивается и едет! Если впереди стенка – спрыгивает. Зачем? Мне кажется, его роже уж ничего не страшно!

Вор. Видимо, у него несколько иное мнение на сей счёт. Скажи-ка мне, ты этого депутата, случайно, не клофельнула?

Проститутка. Ты что, дурак? Я этим не занимаюсь! Если бы я его траванула, как бы он бросился на меня? Он был бы в отключке.

Вор. Виагра резко повышает давление. Если у человека оно зашкаливает, один флакон клофелина его не свалит. Наоборот, взбодрит.

Проститутка. Я не понимаю, зачем ты мне это говоришь? Сказала – я этим не занимаюсь! Или ты думаешь, я чудовище?

Вор. Нет, ты – чудо.

Некоторое время молчат.

Вор. А деньги-то где?

Проститутка. У него остались, в руке. Он их у меня отнял! (чуть помолчав) Кстати, о бульдогах! Ты собак любишь?

Вор. Нормально к ним отношусь, несмотря ни на что.

Проститутка. Просто я забыла тебе сказать… Неделю назад я видела этого депутата по телевизору. Он давал интервью первому каналу.

Вор. что говорил?

Проститутка. Он не говорил, а орал! Я его вчера узнала по ору. И по очкам с золотой оправой.

Вор. О чём орал?

Проститутка. О духовно-нравственном воспитании школьников и о том, что нужно стрелять бездомных собак.

Вор. (задумчиво) За такого святого тебя до самых райских ворот проведут в наручниках!

Проститутка. (соскочив на пол) А где бухло?