Синдром неизвестности. Рассказы

Альберт и Вики

Над ними уже стали посмеиваться.

У Альберта постоянно быстро разряжался смартфон, и он приходил к Вики, чтобы взять у него кабель для подзарядки. У Вики тот всегда был в наличии, и Альберт не был единственным, кого сисадмин выручал.

Смартфон у Альберта был под стать ему самому – такой же крупный, с большим дисплеем, потому и разряжался довольно быстро. А может, просто уже был не очень новым, так что и аккумулятор держал заряд не как раньше. Впрочем, с батареями смартфонов, будь то андроид или IOS, всегда проблема, два-три дня, а то и меньше, потом что хошь делай, но ты уже без связи.

Вики в этом смысле был самый предусмотрительный, кабель всегда под рукой. Звонили ему часто, а разговаривать иной раз приходилось подолгу. Он ведь как скорая помощь по компьютерам, на него и спрос соответствующий. Что делать, не все с этим чудом техники в ладу. Вики же мог проконсультировать, объяснить, подсказать, подправить что-то, благо не просто кумекал во всяких таинственных чипах, но и в разных программах.

Альберт к нему частенько заглядывал. И всегда образцово вежливо, даже немного церемонно: «Вам кабель сейчас не нужен?»

Именно так уважительно, на «вы», несмотря на то что Вики лет на десять младше и вообще выглядел мальчишкой, совсем несолидно: в катышках зеленый свитерок, потертые, кое-где разодранные джинсы, черно-белые кроссовки с постоянно развязанными и болтающимися шнурками. Никакого дресс-кода. Но ему дозволялось, поскольку незаменимый человек, компьютерный гуру, золотая голова, а за это многое можно простить.

Вики никогда не отказывал, даже если кабель нужен был ему самому. Запросто мог отключить подзарядку от собственного смартфона и отдать, несколько раз так уже бывало.

– Я скоро верну, – говорил Альберт, будто Вики мог в этом усомниться.

– Угу… – кивал тот, не отрываясь от дисплея ноутбука.

– Так я приду? – на всякий случай уточнял Альберт.

На это ответа могло и не последовать. Вики работал. Он всегда работал. Что уж он там делал, впечатывая в свой лэптоп какие-то буковки и циферки или черкая что-то в своем блокнотике, тоже циферки и буковки, реже черточки и какие-то схемы, – это уже одному Богу известно. Но без дела точно не сидел.

Альберт уходил.

Альберт возвращался.

И уже в дверях:

– Если будет нужно, можно опять к вам обратиться?

Китайские церемонии.

Немного об Альберте. Альберт – охранник, или, более пафосно, служба безопасности – высокий, с широченными плечами и мощными бицепсами, почти квадратный. Сидит он обычно за конторкой при входе в офис, но бывает что и прогуливается по небольшому коридорчику, заглядывая в приоткрытые двери или забредая на кухню, чтобы нацедить из кулера воды или сжевать приготовленный женой толстенный сэндвич. Пол под его тяжелыми шагами мерно и глухо постанывает.

Обычно он сумрачен и молчалив, но иногда ему хочется поговорить, и тогда он затевает что-то вроде беседы с кем-нибудь из офисного планктона – про погоду, про спорт или вообще про жизнь, которая, по его словам, легче не становится, а только все труднее и труднее.

– Что ж у нас за страна такая? – не в первый раз во всеуслышание задается вопросом Альберт. – У других все в ажуре, живут себе в свое удовольствие, порядок полный, а у нас постоянно какой-то бардак. И всегда на одни и те же грабли наступаем…

В общем и целом Альберт вполне себе – короткая стрижка, густые темные брови над серыми глазами и широкий мясистый нос с вдавлиной на переносице, наследие боксерского прошлого.

Агентство, где работают Вики и Альберт, небольшое, но довольно известное и авторитетное. Сюда обращаются разные организации и люди за экономической, юридической и даже политической информацией, за всякими консалтинговыми услугами. Конечно, это не банк и не какая-нибудь инвестиционная компания, но информация, известно, денег стоит, причем немалых, так что безопасность тут тоже имеет значение. Между тем именно под присмотром Альберта, прошедшего, надо полагать, специальную подготовку, народ чувствует себя более спокойно.

Вики, он же на самом деле Виктор, Витя, сисадмин, в отличие от Альберта, задохлик – плюгав, очкаст, рассеян, но зато в компьютерах шарит как никто. Настоящий ас, палочка-выручалочка. И главное – никогда не откажет, даже если у кого-то компьютер забарахлит не на службе, а дома. Подрулит на своем скутере, привезет в рюкзачке необходимое, если надо что-то поменять, и будьте уверены, все заработает, даже если техника старая и дышит на ладан. В конторе же благодаря ему компьютеры, сеть, почта – все функционирует как часы. Вики тоже в определенном смысле служба безопасности, только по своей части, причем не менее, а может, даже более важной.

А еще у него есть небольшой черный кабель для подзарядки мобильного телефона. Очень востребованная штуковина, потому что смартфоны, даже самые продвинутые, имеют, как уже было сказано, неприятное свойство разряжаться, причем как раз тогда, когда позарез нужны. Копеечная вещь, но опять же, как это обычно бывает, именно ее в критический момент и не оказывается под рукой. А у Вики она есть, и он готов ею поделиться.

Иногда они пересекаются на кухне, где Вики пьет цикорий, добавляя в него молоко. Цикорий – его любимый напиток, потому что от кофе у него краснеют глаза и начинает болеть голова, а от цикория ничего такого не происходит.

Альберт тоже здесь с огромной чашкой крепчайшего кофе, аромат на всю кухню. Голова у него от кофе не только не болит, но, как сам он говорит, даже после трех чашек на ночь он может спать сном младенца. Природа создала его неуязвимым для такого рода пустяков. Это не значит, впрочем, что он не чувствует, как кофейное зелье проникает в самые недра мозга, к самым тайным нервным окончаниям. Он это чувствует, поэтому ему хочется рассказать Вики о своей жизни, о том, как он участвовал в разных чемпионатах по боксу, что во время схватки важно ни о чем не думать и ничего не бояться, главное – не бояться проиграть, а просто боксировать.

– Это как жить ради жизни, – с пониманием откликается сисадмин, отхлебывая свой странный напиток.

Альберт морщит лоб, задумываясь, и потом кивает:

– Ну да, вроде того…

Еще он рассказывает, как во время службы в армии ему не раз приходилось выступать за армейскую команду, поэтому перед соревнованиями его освобождали от ежедневной рутины, чтобы он мог тренироваться, лучше кормили и давали выспаться, а после награждали увольнительной. У них был хороший командир, майор, так он иногда приходил в спортзал, садился на скамейку и смотрел, как Альберт работает с грушей. Интеллигентный такой, совсем не похож на других начальников. Однажды Альберт заступился за паренька-новобранца, которого прессовали деды, был среди них один, с садистскими наклонностями, его все боялись, потому как совсем безбашенный, так вот Альберту случилось с ним серьезно разобраться, не хотел, но пришлось. А майор после этого инцидента не только взял Альберта под защиту, но и того отморозка по его указанию перевели в другую часть, куда-то в тмутаракань.

– Да, хороший мужик был, – вздыхает Альберт, – жить давал нормально, причем не только мне, но и другим. Как родной был…

Еще Альберт рассказывает про сына, который тоже увлекается спортом, в волейбол играет, про деревню под Рязанью, где живут его престарелые родители и где они выращивают, вы не поверите, арбузы. Маленькие такие зеленые арбузики с черными полосками, почти как настоящие, круглые, с сочной сахарной мякотью и красноватыми зернышками. А еще они заготавливают моченые яблоки, вкуснющие, ох, слов нет, иногда с медом, иногда с корицей, с рябиной, капустой или даже с горчицей, надо только правильное количество сахара и соли добавить. Лучше, конечно, в деревянной кадке, но и в обычных трехлитровых стеклянных банках с пластиковыми крышками нормально.

– А как землей пахнет, когда весной грядки перекапываешь! – закатывает глаза Альберт. – Почва как пирог, жирная, мягкая, особенно если на солнышке разогрелась. Дух от нее идет такой – аж хмелеешь.

Возможно, он ждал, что на арбузы или моченые яблоки постоянно витающий в виртуальных мирах Вики как-то откликнется, но Вики вроде как слушает, а на самом деле… И что ему арбузы?

Когда Альберт заходит к Вики за кабелем, то встает чуть наискосок у него за спиной (комнатушка маленькая, вроде чуланчика, узкое окошко почти не пропускает света) и с любопытством, смешанным с восхищением, наблюдает за шустрыми пальцами Вики, быстро барабанящими по клавиатуре, и за тем, как на черном экране одна за другой вспыхивают белые циферки вперемежку с латинскими буковками и еще всякими закорючками, выстраиваются в цепочки, перескакивают со строки на строку, – короче, что-то там происходит загадочное, ведомое только одному Вики, ни дать ни взять колдуну-чародею, магу и иллюзионисту.

Альберт стоит молча, чуть накренившись вперед могучим торсом, чтобы лучше видеть, говорить в это время он не решается. Однажды он попытался задать вопрос: «А как вы?..» – и тут же осекся, поскольку плечи Вики дернулись, как от вздрога. Наверно, он и вправду вздрогнул от неожиданности, с головой уйдя в свои вычисления и давно уже позабыв про стоящего позади Альберта.

Впрочем, на кухне он у Вики иногда что-нибудь и спросит, вполне отвлеченное, ну вроде: а правда ли опытный хакер может подключиться к любому, даже самому защищенному компьютеру? На что Вики неопределенно пожмет плечами и равнодушно пробурчит:

– Смотря насколько и чем защищенный…

Согласитесь, не всякому будет приятно, когда у него стоят за спиной и дышат в макушку, тем более во время требующей максимальной сосредоточенности работы, но Вики, погруженный в свои таинственные манипуляции, вроде не обращает на это внимания, стоит и стоит, к тому же Альберт все-таки не совсем посторонний, именно он отвечает за безопасность всего офиса и за безопасность Вики в частности.

Какая опасность может грозить Вики и почему, знает, вероятно, только Вики, ну, может, и сам Альберт, поскольку наверняка ему даны соответствующие инструкции.

Между тем нельзя сказать, что Вики совсем уж в других сферах.

Однажды он сам затевает весьма странный разговор. Вот, мол, какой замечательный Альберт, когда такой рядом, чувствуешь себя вполне комфортно. Но ведь это только здесь, в офисе, а случись что там, за стенами, как тогда? Ведь Альберта это не касается. Здесь ему за работу деньги платят, а там хоть трава не расти. Случись что неприятное, к нему и не обратишься. Он вовсе и не обязан рисковать из-за чьих-то проблем. Там он, ясное дело, ни за что не отвечает. В конце концов, у него своя жизнь, которая ему так же дорога, как и любому другому.

Впрочем, Вики не так уж и уверен, что нельзя обратиться. Для него это вроде как вопрос, над которым он всерьез задумывается, будто решает сложную компьютерную задачу. Что уж его так сильно озаботило – неизвестно. Но отчего-то же он об этом думает, что-то волнует его.

Кое-что, однако, всплывает. Некие люди вдруг очень захотели, чтобы Вики поработал на них. Хакером, крекером или еще кем-то по айтишной части. Деньги обещали несоразмерные с его нынешней зарплатой. Но что гораздо хуже – вроде как и отказ не принимался. То есть Вики не мог от этого предложения отказаться, хотя сразу твердо сказал «нет». Он и вправду не хотел. Ему это, по его словам, вовсе не надо было. Во-первых, не в деньгах счастье, а во-вторых, самое главное, известно, что нередко бывает в таких случаях: и денег можно не получить, и с жизнью распрощаться.

Судя по всему, Вики это так отчетливо себе представлял, как будто с ним уже однажды было. Вероятно, триллеров насмотрелся, до коих был большой охотник. Понятно, Альберт тут бы наверняка ничего не смог. Да и никто, пожалуй, не смог, разве что какая-нибудь могущественная спецслужба.

Вики многозначительно смолкал, прищуривался и поджимал губы, из чего становилось ясно, что те люди, которые сделали ему столь заманчивое (в кавычках) предложение, очень серьезные и опасные.

Бог уж знает, как они на него вышли: в цифровых мирах, в которых обретается Вики, все загадочно и неисповедимо. Не исключено, и отказаться он не мог, поскольку… ну, в общем, сам куда-то не туда ткнулся, не там, где надо, засветился, не туда, куда надо, проник. То есть так это можно было трактовать.

Но ведь, с другой стороны, циферки и буковки на черном экране могут жить и своей автономной жизнью. Даже несведущий человек способен сообразить, что поставь какую-нибудь сигнатюрку не туда, куда следует, ошибись равнодушно брякнувшей клавишей – и все пойдет наперекосяк, не как задумывалось. А там уж, в сети, где все переплетено и все со всем связано, вообще туман. Паутина, одним словом.

С некоторых пор Вики тоже стал отвлекаться от работы и пускаться в досужие рассуждения. Причем именно в присутствии Альберта, вроде даже как обращаясь конкретно к нему. И знаете о чем? О вольной естественной жизни на лоне природы, без всяких там заумных технологий. Вполне тривиально: техника закабаляет, все эти новомодные гаджеты, телефоны, планшеты, телевизоры, игровые приставки, ну и так далее.

И компьютеры?

Да, и компьютеры, они прежде всего. Тот же смартфон – это что? Компьютер, только очень маленький. Человек незаметно для себя превращается в придаток машины, это, увы, уже не научная фантастика, не Герберт Уэллс… Компьютер, как и телевизор, подменяет жизнь информацией, виртуальностью, суррогатом. А человеку кажется, что он живет полной, насыщенной событиями жизнью. Самообман, причем очень опасный.

Господи, да Вики ли это?

Разве не он еще совсем недавно вещал про красоту виртуальных миров, цифровой космос, который человек выстраивает сам по законам логики и эстетики? А теперь вдруг вспоминает (запомнил, однако же!) про арбузы, которые выращивают родители Альберта в своей деревне под Рязанью.

– Арбуз – это же прекрасно, – говорит Вики, отчего на лице Альберта появляется благостная торжествующая улыбка, как будто ему орден вручили. – В арбузе есть сладость и есть форма, над которыми поработала сама природа, словно позаботившись о человеке и предназначив этот плод ему в дар. И сколько таких даров еще, если задуматься. Надо только понять и увидеть, что это дар. Лучок на грядке – дар, редисочка, огурчики, не говоря уже про цветики-цветочки луговые и садовые.

Имеет ли этот неожиданный поворот в мировоззрении Вики отношение к кабелю подзарядки? Вряд ли.

И тем не менее их отношения с Альбертом приобретают новые тона. Зайдя в очередной раз к Вики в каморку, Альберт застает его откинувшимся на спинку крутящегося кресла и смотрящим куда-то в сторону от мерцающего дисплея. Затем, повернув задумчивое худое лицо к Альберту, он неожиданно начинает расспрашивать того про хозяйство под Рязанью, что еще растет на грядках, есть ли поблизости река и лес, водятся ли там какие-нибудь звери и растут ли грибы, далеко ли до станции, ну и так далее.

Он любопытствует об этом так, словно открывает для себя совершенно новую, незнакомую, загадочную жизнь, как будто спустился с другой планеты, где ни лесов, ни полей, ни рек, ни тем более арбузов и моченых яблок. На лице неподдельный интерес, зрачки за толстыми стеклами очков кажутся расширенными. Если раньше он разговаривал с Альбертом, почти не глядя на него, то теперь его близорукие глаза с уважением оглядывают мощную монолитную фигуру охранника, похожую в темно-сером строгом костюме с металлическим отливом на статую Командора.

В свою очередь Альберт не скрывает интереса к тому, как это Вики удается разбираться в этих циферках и буковках. Сколько ни вглядывается, никак он не может связать циферки с той красотой, которая потом нарисуется на экране компьютера, для него это такое же чудо, как, вероятно, для Вики растущие на рязанских грядках арбузы.

– М-да… – озадаченно качает он массивной головой, имея в виду всю эту Викину головоломную каббалистику.

Словом, им есть чем обменяться.

И тем не менее в конце концов визиты Альберта, судя по всему, Вики наскучивают. Ну хотя бы просто потому, что все повторяется, как в дурном сне.

– Что, опять кабель?

Или:

– Вот, возвращаю, – и сильное дыхание могучего мужского организма за спиной, отчего, как от ветра, шевелятся светлые невесомые волосики на темени рано лысеющего сисадмина.

…В один прекрасный день незадолго до Нового года Вики приносит с собой точно такой же кабель для подзарядки, только не черный, а серый, и кладет на конторку перед Альбертом.

– Сюрприз от Деда Мороза, – улыбаясь, говорит он, с удовольствием наблюдая за реакцией охранника.

Тот явно приятно удивлен, большое лицо его расплывается в улыбке, обнажающей крупные, немного скошенные зубы. Он выходит из-за конторки и протягивает Вики широкую ладонь с толстыми узловатыми пальцами.

– Ну спасибо!– говорит он, крепко пожимая руку Вики.

– Не за что, – слегка морщась от боли и осторожно пытаясь высвободиться из железного зажима, буркает тот.

Через несколько дней, во время очередного дежурства, Альберт снова появляется в комнате Вики, в руках у него коричневый бумажный пакет, из которого он извлекает пол-литровую пластиковую бутылку виски «Джемисон».

– Подарок от Деда Мороза, – торжественно говорит он, водружая сосуд рядом с компьютером.

Но и это еще не все. Из пакета появляется еще один, прозрачный полиэтиленовый, в котором что-то темнеет.

– А это моченые яблоки, те самые… – многозначительно произносит Альберт, кладя пакет на стол рядом с бутылкой. И добавляет: – Антоновка…

Теперь уже очередь удивляться Вики.

– О, яблоки! – восклицает он и некоторое время рассматривает бутылку с бледно-золотистой жидкостью, даже трогает зачем-то указательным пальцем, словно пытаясь убедиться в ее реальности. Он явно озадачен и не знает, как реагировать.

– Ну зачем?.. – наконец выдавливает он. – Совершенно не нужно. Только если вместе…

– Нет, это вам. Я ее в тире выиграл. – Лицо Альберта выражает непреклонность.

– Правда? – спрашивает Вики. – Вы так хорошо стреляете?

– Ну да, вроде неплохо. – По лицу охранника пробегает снисходительная ухмылка.

Альберт абсолютный трезвенник, во всяком случае, на службе, да и Вики не назовешь пьяницей. И все-таки сисадмин иногда позволяет себе, подобно многим айтишникам, отдавая предпочтение именно виски. Даже в шкафчике у него, где хранится всякая компьютерная мелочовка, стоит давно початая бутылка, правда не «Джемисон», а «Тичерс», из которой он, притомившись или для вдохновения, делает пару глотков. Так что Альберт не просто позаботился о подарке, который, оказывается, достался ему даром благодаря меткой стрельбе, но все основательно продумал.

Кабель и «Джемисон» – разные весовые категории и разные ценовые сегменты (несмотря на выигрыш). Вики это почему-то не по душе, хотя, с другой стороны, экая разница? Не все измеряется деньгами. Тем не менее, собираясь домой в конце рабочего дня, он прихватывает подаренный сувенир, снова скоромно упакованный им в бумажный пакет, и по пути возвращает его Альберту, не так чтобы демонстративно, но решительно. Он ставит сосуд на конторку охранника и, натянув поглубже на глаза черную шерстяную шапочку, быстро ретируется.

У самой двери он оглядывается и бросает через плечо, как бы между прочим:

– А яблоки правда вкусные. Сочные такие…

Здесь начинается новый этап этой незамысловатой истории.

Альберт уже не так улыбается при появлении Вики или при встречах на нейтральной территории, то есть на кухне, он вообще не улыбается, вид у него сумрачный и скучный, он молча заваривает себе крепчайший чай или не менее крепкий кофе, от которого другого наверняка хватила бы кондрашка. На Вики он почти не смотрит, а если и поглядывает, то искоса и украдкой. Не забудем сказать и о том, что кабель для подзарядки, тот самый серый, который был ему подарен, он кладет Вики на стол.

Это уже жест, иначе не назовешь.

Короче, обратный обмен сувенирами состоялся. Дед Мороз в шоке.

С этой минуты Вики старается проскользнуть мимо Альберта как можно быстрей и незаметней. И без того низкорослый, он словно становится еще меньше. На душе у него скребут кошки.

С чего вот только? Что он такого учинил? Вернул культовый напиток Альберту, не пожелав принять его в подарок? Ну и вернул, поскольку посчитал его не очень уместным.

Он, правда, начинает сомневаться в правильности своего решения – исключительно потому, что как-то не по себе, ведь не хотел никого обижать.

Альберт же, судя по всему, обиделся, причем серьезно. Это сильно напрягает Вики, саднит, колет, словно застрявшая под кожей заноза, отчего и вокруг все воспаляется. Он не знает, что делать, ему постоянно мерещится огромная фигура Альберта за спиной, тело его сжимается, пальцы промахиваются мимо нужных клавиш, так что приходится по нескольку раз совершать одну и ту же манипуляцию, работа стопорится и не приносит прежнего удовлетворения.

Все это, конечно, странно. Если бы Альберт проявлял какую-то враждебность, тогда б понятно, однако ничего похожего не наблюдается. А что к Вики он теперь относится иначе, чем прежде, ну так и что ж? И пусть!

Только все-таки не пусть. Когда Вики неожиданно подал заявление об увольнении, все были абсолютно убеждены, что компьютерного гения просто переманили, посулив большие деньги. Не исключено даже, что как раз те самые таинственные люди. В конторе его, разумеется, пытались отговорить, убеждали, вроде даже что-то обещали в самой ближайшей перспективе, ну и прочее. Однако он был тверд и ни на какие посулы не поддался.

Так и не стало Вики, о чем долго сожалели, при нем все проблемы решались быстро, без заминки и без лишних разговоров.

Альберт же, добавим, по-прежнему на своем месте, арбузы на грядках в его деревне под Рязанью произрастают, как и раньше, а моченые яблоки все так же вкусны, особенно с медом.

Искусство заваривания кофе

Когда я готовлю себе кофе, а делаю я это не так уж часто, то всякий раз почему-то вспоминается та наша с приятелем поездка в Сухуми и женщина, у которой мы переночевали, чтобы на следующий день отправиться дальше. Она-то и учила нас варить кофе с пеночкой. Фантастический кофе – ароматный, мягкий и одновременно крепкий, так что организм сразу взбадривался и был готов к подвигам.

Как она его варила? В принципе, ничего особенного. Сначала молола зерна в электрической, громко гудящей белой кофемолке. Потом высыпала в обычную серебристую турку, чуть разогревала на маленьком огне, отчего по всей кухне распространялся роскошный аромат, и только потом вливала туда горячую воду (не кипяток), постепенно доводя ее до кипения. При этом она несколько раз помешивала ложечкой, не давая напитку вспениться, и лишь в третий раз отпускала его на волю. Тогда и возникала сверху та самая вкуснейшая и нежнейшая пенка, которая придавала кофе особый шарм.

Признаться, мне так и не удалось вполне овладеть этим искусством. Много раз пытался, но увы! То ли заливаемая вода была не той степени горячести, то ли неправильно помешивал, то ли не так подогревал, то ли еще что-то, хотя, казалось бы, ничего сложного. Часто казалось, что вот-вот получится, вроде действительно похоже, а в итоге все равно не так. Даже обидно. Не исключено, что кофе у нее был какой-то особый, очень хорошего сорта – деталь не последней значимости. Или с каким-то особым настроем она его варила, потому что, как сама говорила, при приготовлении таких напитков, как кофе или чай, кофе в первую очередь, нужен особый настрой, особое расположение духа, потому что напитки это чувствуют. Тут ведь целый ритуал, именно что искусство.