- -
- 100%
- +
– Себастьян, – шепотом позвал он и указал острием меча на отдыхающее чудовище.
Риос плавно, стараясь не делать резких движений, поднял арбалет на уровень плеча и нацелил его на рептилию. Без лишней необходимости он не собирался стрелять, экономя запас болтов, но в случае агрессии сразу убил бы это страшилище.
От носа до кончика хвоста длина игуаны примерно равнялась росту человека. Длинные пальцы на лапах заканчивались кривыми когтями. Окраска рептилии была зелено-оранжевая, очень яркая и хорошо заметная. Длинное тонкое тело сверху украшал высокий колючий гребень, тянущийся от головы и постепенно уменьшающийся к концу хвоста. Кожа на боках собиралась в заметные складки. Голову покрывали бугры, выросты и шипы. Снизу на горле виднелся большой и заметно провисающий кожаный мешок, увешанный своеобразной бородой из колючек.
Неподвижно сидя на сером валуне и бесстрастно глядя на застывших в изумлении людей, она казалась мифическим драконом. Испанцы ничего подобного в жизни не видели. Фернан осторожно двинулся в сторону камня. До рептилии оставалось несколько шагов, меч на всякий случай он занес для удара.
– Фернан, не трогай ты эту тварь, ради бога! Дева Мария, ох и чудовища здесь водятся! Храбрые рыцари давно истребили подобных драконов в Европе, так они, похоже, расплодились в Новом Свете.
– Интересно, каких же размеров бывают эти драконы.
Фернан не собирался убивать встреченную рептилию, но желал понять, насколько она опасна. Игуана, увидев непозволительное любопытство со стороны людей, приподняла рогатую голову. Она подалась немного вперед, с громким шипением раздула свой мешок на горле и несколько раз резко взмахнула хвостом. Потом сделала быстрый выпад мордой в сторону людей.
– Ты меня еще пугать будешь?! – вскипел Фернан.
Он мягко шагнул навстречу приготовившейся к бою игуане, нацелив острие меча на раздувшееся горло рептилии. Тварь, по представлению Гонсалеса, вполне могла одним махом откусить ему руку. Он никогда не встречал ранее подобных существ, а потому не знал, какие части тела “дракона” наиболее уязвимы. Но колющий удар в горло был, разумеется, верным способом победить в любой схватке. Риос, удерживая арбалет одной рукой, второй вцепился в плечо Фернану.
– Уймись, что ты делаешь? Кто знает, а вдруг эта тварь ядовитая!
Игуана тем временем решила больше не испытывать судьбу. Проворно спрыгнув с камня, она быстро убежала, шелестя попадающимися под лапы растениями и взмахнув на прощание хвостом. Фернан несколько мгновений смотрел ей вслед, затем мрачно покачал головой.
– Как думаешь, это был детеныш?
– Кто знает, – пожал плечами Себастьян. – Трудно даже представить, каких еще чудовищ мы тут встретим. Нам бы не помешало хорошее копье.
Неоднократно конкистадорам попадались на глаза попугаи ара. Они не казались такой уж диковинкой, поскольку налюбоваться ими оба успели еще на Кубе. Но все же количество и разнообразие этих птиц поражало. Крупные попугаи, красуясь пестрой раскраской, сидели на ветвях, перелетали с места на место, деловито чистили и ели плоды и почти непрерывно кричали. Многоголосый хор ара, некоторые из которых с любопытством следовали за людьми, ошеломил Фернана. Он засмотрелся на одну из птиц, как будто покрашенную красными, желтыми и синими полосками. Она перепархивала с ветки на ветку, то опережая двоих путников, то давая им уйти вперед и провожая их взглядом, а затем расправляла крылья и догоняла людей. При этом попугай непрерывно вопил во все горло, демонстрируя завидное разнообразие звуков. Крики, скрежет, какое-то бульканье и клокотание.
– Можно подумать, что эти птицы обсуждают нас между собой, – сказал Фернан.
– Почему бы и нет. Им таких людей видеть уж точно не доводилось.
Крохотные колибри порхали по лесу, совершенно не обращая внимания на испанцев. Попадались под ноги ящерицы, которые проворно убегали, не давая возможности даже толком себя рассмотреть. Фернан и Себастьян внимательно глядели под ноги, поскольку знали, что в любой момент они могут повстречаться со змеей. В зарослях то справа, то слева раздавалось шуршание и хруст веток, что неизменно заставляло насторожиться, но увидать тех, кто там копошился, путникам не удавалось.
Они шли долго, не делая пока перерывов для отдыха. Хотя солнце и скрывалось за густой растительностью, но все же доспехи быстро нагрелись, еще больше изнуряя воинов. Фернан и Себастьян устали стирать пот со лба. По некоторым участкам леса можно было пройти с легкостью, а кое-где приходилось пробираться в густых зарослях, иногда буквально прорубая себе дорогу. Все виденное вокруг казалось столь поразительным и непривычным, что вскоре они слишком устали от богатства красок и разнообразия растений. Сил удивляться уже не осталось. Весь окружающий мир был сплошным потоком сменяющихся ярких пятен, они сливались в бесконечную вереницу, которую конкистадоры предпочли бы вовсе не видеть. Вскоре их стали донимать жажда и голод. У Себастьяна оказалась на поясе небольшая фляга с водой, но ее хватило ненадолго.
Мысль о возможной погоне подстегивала, но и она не могла даровать бесконечного запаса сил. После нескольких часов испанцы решили сделать привал у ближайшего же ручья или озера. Вскоре впереди они услышали журчание воды. Фернан хотел устремиться туда как можно быстрее, но Себастьян его придержал:
– Не стоит спешить. Неизвестно, что нас там ожидает.
– Думаешь, мы можем встретить дикарей?
– Кроме индейцев здесь могут оказаться и другие неприятные сюрпризы.
Фернан спохватился, что рукоять меча лежит во вспотевшей ладони не слишком надежно, потому стал активно вытирать руку об штаны. Себастьян же поднял арбалет и, приготовившись к любым неожиданностям, они стали пробираться вперед.
Выйдя из зарослей, испанцы увидели перед собой речку. Она была не особенно широка, около двадцати шагов в ширину. На дальнем берегу сидел ягуар и ловил рыбу. Фернан застыл от неожиданности. Он никогда не встречал кошек, которые по размеру были бы куда крупнее волка, столь причудливо раскрашенных, к тому же совершенно не боящихся воды. В памяти всплыли рассказы преподавателей из университета о том, что далеко на Востоке водятся гигантские кошки, силой и свирепостью превосходящие медведей.
Фернан прошептал:
– Себастьян, смотри.
Риос окинул взором открывшуюся картину и знаком приказал Фернану отступить. Зверь их не услышал. Джунгли были полны звуков: играла рыба в реке, кричали попугаи на ветках, ветер невесомыми ногами пробегал по верхушкам деревьев. Они скрылись в зарослях, стараясь не шуметь.
– Господи, что это за страшилище? Тебе приходилось видеть таких тварей раньше?
Фернан подозревал, что Себастьян немало побродил по свету, а потому мог встречать самых диковинных зверей.
– Это леопард, – авторитетно заявил Себастьян. – И лучше ему на глаза не попадаться. Я видел этих хищников, путешествуя по Востоку. Похоже, что здесь нам воды не набрать.
Встреча с подобной угрозой не то чтобы придала сил, но подхлестнула их пройти подальше. Теперь они шли куда осторожнее, внимательно осматриваясь по сторонам. Фернан даже снова повесил щит на левый локоть. Себастьян же продолжал рассказывать:
– Леопард – зверь исключительно опасный. Быстрый, сильный, свирепый, подкрасться может совершенно незаметно. Такому хищнику по силам завалить даже быка. Правда, я раньше не видел, чтобы они с такой охотой лезли в воду.
Так прошло некоторое время. Вскоре испанцы все же решились выйти к берегу. К реке испанцы подходили крайне осторожно, но все же подняли какую-то птицу. Она взвилась в воздух, шумно хлопая крыльями, испуганная не меньше, чем сами конкистадоры. Фернан уж приготовился пустить в ход меч, не успев даже сообразить, что за опасность им грозит. Но «опасность» упорхнула, издавая какие-то крякающие, совершенно непривычные звуки.
– Черт! – выругался Себастьян. – Еда улетела…
Они вышли на берег и обнаружили, что голодными все-таки не останутся. Птица сидела на гнезде, так что теперь на ужин у них было полдюжины яиц. Испанцы напились и наполнили флягу, после чего Себастьян умудрился разжечь костер и они испекли яйца. Деревья на берегу снабдили их фруктами, совершенно незнакомыми для Фернана, но Себастьян уже пробовал такие на Кубе и сказал, что они вполне съедобны. Плоды оказались очень вкусными.
Испанцы поели и решили сделать привал. Отдыхать пришлось чутко – встреча с ягуаром научила их осторожности. Если не знать, что поблизости бродят такие хищники, можно было подумать, что они находятся в райском месте. От воды несло прохладой. Многочисленные цветы придавали местности нарядный вид. Воздух наполняли трели птиц, из которых особенно выделялась одна. Средних размеров птаха, немногим крупнее самого простецкого голубя. Тело черное, зато голова, лапы и хвост были весьма пестрыми. Красные, синие, зеленые полосы и пятна образовывали причудливую палитру. Но самым удивительным оказался гордо выставленный вперед клюв, размером почти не уступающий длине тела. Это был тукан, совершенно незнакомый европейцам.
– Как они только такую ношу на голове несут, – удивленно пробормотал Себастьян.
Немного отдохнув, конкистадоры снова двинулись в путь. Тащиться по густым джунглям, особенно после еды, было крайне обременительно, но надежда догнать корабль не покидала их. Они двигались прямо на восток, не удаляясь при этом от реки, которая, по счастливой случайности, бежала в том же направлении. Фернан с сомнением поглядывал на флягу и думал о том, что они станут делать, если их пути с рекой разойдутся. Фляга совсем невелика и много воды в нее не поместится.
Увидев, что солнце скоро спрячется, испанцы решили устроиться на ночлег. Себастьян развел костер. Вскоре совсем стемнело и конкистадоры сидели, жуя собранные фрукты и размышляя.
– Учитывая, какие милые существа здесь водятся, я бы вообще не ложился спать, если бы это было возможно, – проворчал Риос.
– Будем спать по очереди, – предложил Фернан. – Хочешь, можешь ложиться, а потом я тебя разбужу.
Себастьян не заставил просить себя дважды, но перед сном несколько раз напомнил Фернану, чтобы тот глядел в оба, ведь еще неизвестно, какие опасности, кроме леопардов, могут их подстерегать. Вскоре он уснул, а молодой Гонсалес остался сторожить. Он сидел у костра, не переставая время от времени крутить головой по сторонам. Рукоять меча он крепко сжимал в правой руке, рядом на земле лежал заряженный арбалет. Фернану казалось, что он готов к любым неприятностям. Гонсалес сидел и прислушивался к ночным звукам, удивляясь тому, как его товарищ умудряется спать под такой шумный хор. А ведь скоро и ему самому нужно будет попытаться уснуть.
Себастьян негромко храпел, но это был лишь малый вклад в общую какофонию звуков. Гонсалес с легкой завистью глянул на него. Вот сразу видно, что человек имеет солидный опыт походов – ничто не может прервать его сон! Звуковой ансамбль поражал как громкостью, так и разнообразием. Фернану казалось, что где-то совсем рядом то ли стонет, то ли плачет чей-то голос. Резкие, неожиданные крики, раздававшиеся как будто прямо за спиной, заставляли его вздрагивать. Он вытащил из костра тлеющую ветку и неустанно обмахивал ею себя и спящего Себастьяна, спасаясь от тучи насекомых, привлеченных огнем.
Свет луны пробивался сквозь переплетение веток мягким рассеянным сиянием. Внезапно над головой пронеслась тень. Фернан тут же вскочил и вскинул меч, готовый вогнать острие в любую подкрадывающуюся тварь. Но это оказалась всего лишь летучая мышь, правда, удивительно больших размеров. Ему раньше не доводилось видеть таких, в Испании эти зверьки были куда мельче. Вскоре он уже перестал их замечать, поскольку мыши шныряли туда-сюда постоянно.
Слева захрустели ветки. Судя по громким звукам, там пробиралось через заросли какое-то крупное животное. Привлечет ли его свет? Фернана охватило любопытство, вперемешку с охотничьим азартом. Он стоял, вглядываясь в окружающую темноту, и старался представить себе существо, с которым ему сейчас, возможно, предстоит столкнуться. Но хруст веток стал удаляться и Фернан разочарованно опустил меч.
Молодой человек задумался о том, как же ему повезло со спутником. Риос умел безошибочно ориентироваться на местности, без труда разводил костер, обладал тем самым опытом, которого так не хватало самому Фернану. Да, Гонсалес хорошо владел оружием, но ведь голод и жажду мечом не зарубишь! К тому же у Себастьяна оказалась с собой фляга, которая в этих условиях стала не менее ценной, чем лучший клинок из толедской стали. Не говоря уж о том, что именно Риос успел прихватить оброненный кем-то из стрелков арбалет.
В этот миг Себастьян заворочался, затем встал и сказал:
– Ну что, твоя очередь отдыхать.
Видимо, для опытного солдата было привычно отмерять время, отведенное для сна, а затем вставать для несения караула. В этот момент многоголосый хор животных и птиц перекрыл мощный рев. Фернан помимо воли покрепче ухватился за рукоять меча.
– А вот и леопард подал голос! – радостно заявил Себастьян. – Хорошо, что мечи и арбалет у нас под рукой. Ложись спать.
Хотя Фернан и сомневался в том, что он сможет уснуть посреди этого шума, но стоило ему лишь коснуться головой земли, как он тут же провалился в сон. Усталость взяла свое.
Себастьян же сидел, столь же чутко вслушиваясь в таящие кучу опасностей звуки ночных джунглей. Настроение его лучше не становилось. Все было так, как он и предполагал. Фернан оказался совсем «зеленым». По лесу передвигался неумело, слишком беззаботно глазел по сторонам, как будто ему здесь не грозила никакая опасность. Во время разбивки лагеря и разведения костра он крутился под ногами, скорее мешая, чем помогая. Сам Гонсалес этого, наверняка, не осознавал, но Риос, опытный солдат и путешественник, понимал, что толку от юноши в походе совсем мало.
И все же Себастьян скорее язык бы себе откусил, чем стал попрекать в чем-то Фернана. Он понимал, что здесь, посреди дикого и враждебного леса, нужно любой ценой сохранить дружеские отношения. Лучше такой товарищ, чем вообще никакого. Кто другой прикроет спину и посторожит сон? С кем еще, в конце концов, можно перекинуться парой слов?
«К тому же следует признать, что мальчишка хорошо владеет оружием, – думал Себастьян. – Когда дикари на нас кинулись, Фернан показал себя молодцом. Да и вообще… Сколько я видел таких аристократов, которые только и могут, что кичиться древностью рода и подвигами предков, а сами проводят жизнь в полной безопасности. Гонсалес, по крайней мере, не побоялся приплыть в Новый Свет и пожелал сам чего-то добиться»
А время шло. Комариный гул навевал дремоту. Риос вставал, разминал затекшие ноги, таращил глаза во тьму и ждал, когда же закончится эта ночь и можно будет продолжить путь.
Утром Гонсалес проснулся не только от яркого света, но еще и от ароматов готовящейся на костре пищи. Себастьян успел набрать фруктов и теперь сосредоточенно что-то жарил.
– Мы с тобой спали совсем рядом с гнездом, в котором было несколько яиц. Похоже, в ближайшем будущем это и будет основой нашего рациона. Ну еще вот это, – Себастьян подал Фернану палочку, на которой были нанизаны кусочки фруктов. – Пытаюсь их запечь. Может, это привнесет разнообразие в наше меню.
После завтрака они двинулись в путь. Фернан чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. Кираса, шлем и оружие пока не казались слишком тяжелой ношей, но что будет до вечера?
– Как думаешь, сколько мы вчера прошли?
– Сложно сказать точно, – пожал плечами Себастьян. – Учитывая то, что мы немало пропетляли, то, думаю, немного. Миль пять. В лучшем случае, семь.
После этой фразы каждый из них погрузился в размышления. Даже неопытному Фернану стало понятно, что шансы догнать корабли ничтожно малы. Хоть флот и идет по большой дуге, но и они сами движутся совсем не по прямой. К тому же, экспедиция Кордобы не останавливается ни днем, ни ночью, а они вынуждены делать привалы для ночлега.
– Себастьян, а тебе не кажется, что мы можем и не найти Остров Женщин? Даже если мы доберемся до восточного побережья, то куда идти дальше? Этот остров невелик, да и вообще, их там наверняка десятки.
– Да, найти его будет трудно. Но я не вижу другого выхода. Оставаться здесь нельзя. Никаких испанских поселений рядом нет. Дикари нас уж точно не пощадят. Нужно в любом случае уходить. На восточном берегу мы хотя бы окажемся поближе к Кубе. К тому же, Остров Женщин – единственное место, где нашу экспедицию встретили радушно.
– Это потому, что дикарей там оказалось слишком мало, чтобы напасть на сотню солдат, – рассмеялся Фернан. – Думаешь, они будут та же дружелюбны к двум потерявшимся путникам?
Идея Себастьяна была, возможно, и не слишком хороша. Но ничего лучше они придумать не смогли, а потому пришлось идти прежним курсом. Буквально через пару часов судьба подкинула им очередную дилемму – река сворачивала на юг. Фернан растерянно проследил взглядом за уносящимся в неведомые дали потоком.
– Что делать будем? – спросил он.
– Нужно идти на восток, – раздосадованно развел руками Себастьян. – Я не знаю, что есть на юге, но испанских колоний там уж точно нет. Ты же не хочешь остаться здесь навечно?
– А вода?
– Думаю, что это не последняя речка в джунглях. Наполним флягу. Если будем расходовать воду экономно, то на пару дней ее должно хватить.
Испанцы с тяжелым сердцем расставались с рекой. Никто не мог сказать, что ждет их впереди. На такой жаре содержимого фляги, на самом деле, не хватило бы даже на сутки. Если через пару дней они не обнаружат источник, то останется только умереть от жажды.
Так они и шли дальше на восток. Дорога более удобной не становилась. Приходилось пробираться через все те же заросли, да еще и внимательно осматриваться по сторонам. Ведь кто знает, что здесь может водиться? Через несколько минут Фернан чуть на наступил на огромного паука. Черный, с толстыми волосатыми ногами, он вскинулся, угрожающе подняв передние лапы вверх. Гонсалес помимо воли попятился.
– Господи, ну и твари здесь водятся!
Фернан мог сразу же зарубить паука, но его внешний вид вызывал у испанца настоящее омерзение. Не хотелось даже меч марать об это чудовище. Гонсалес в очередной раз отметил, что в Испании таких крупных пауков он не видел. Себастьян тут же предупредил товарища:
– Будь осторожнее. Я, конечно, не знаю, насколько оно опасное, но в Африке и Малой Азии мне доводилось видеть, как люди умирали от укусов подобных тварей.
– И куда нас только занесло, – невольно поежившись, пробормотал Фернан. – Как будто мало нам прочих неприятностей!
Паук, тем временем, скрылся в траве. Конкистадоры продолжили свой путь. Всматриваясь в окружающие их заросли, вслушиваясь в многоголосый шум джунглей, они не знали, с какой стороны к ним подбирается опасность. Чьего нападения ожидать? Крадется ли за ними какой-нибудь хищник или, может быть, уже притаилась поблизости змея. Не говоря уж о том, что они постоянно оборачивались, пытаясь понять, не идет ли по следам погоня. Но время шло, а местных жителей вокруг видно не было.
– Похоже, что проклятые индейцы, чтобы их чума выкосила, то ли вовсе не стали за нами гнаться, то ли потеряли наш след, – заметил Себастьян. – Наверное, мы уже покинули земли, которые населяет это племя.
– Думаю, индейцев здесь хватает, так что рано или поздно встречи с ними не избежать.
Птиц вокруг по-прежнему было столько, что путники уже совершенно перестали обращать на них внимание. Большие и маленькие, поголовно все пестрые и очень шумные. Иногда по пути им попадались обезьяны, удивляя испанцев своей невероятной ловкостью. Завидев людей, они не подпускали их к себе, с легкостью перескакивая с одной ветки на другую, карабкались по деревьям, следили за бредущими друзьями и оглашали воздух резкими неприятными криками.
– В Испании такую можно было бы продать за неплохие деньги, – мечтательно произнес Себастьян, глядя на очередную обезьяну.
Та, будто сообразив, что речь идет о ней, издала оглушающий крик.
– Чертовы твари совсем меня достали! – не выдержал Фернан. – Ты можешь подстрелить хотя бы одну?
– Остальные не станут от этого менее шумными, – с философским спокойствием ответил Риос, который шел на несколько шагов сзади. – К тому же, болтов у нас не так и много.
Фернан задумчиво посмотрел на спутника.
– Похоже, тебя не слишком удивляют окружающие нас чудеса. Наверное, нечто подобное ты видел на Кубе?
– На Кубе я пробыл не многим больше тебя, – сказал Себастьян. – Но мне действительно пришлось попутешествовать и довелось видеть разные диковинки. До приезда в Новый Свет я более десяти лет проплавал по Средиземноморью.
– Ну и чего тебе дома не сиделось?
– Но ведь и ты не остался в Испании, – бросил в ответ Риос. – У меня два старших брата. Сам знаешь, по нашим законам наследство достается первому сыну. Так что я мог рассчитывать только на себя. Отец и братья прилежно занимались со мной, обучая благородному искусству владения мечом. Вот так в шестнадцать лет я взошел на палубу боевого корабля. Хотя мы и изгнали мусульман из Испании, но в Средиземноморье они чувствуют себя как дома. Немало пришлось мне с ними повоевать. Восемь лет назад десант испанских храбрецов захватил порт Оран в северной Африке. На следующий год мы покорили Триполи. Но там война идет с переменным успехом. Турки опасаются чрезмерного усиления Испании и прикладывают немало сил, чтобы нам помешать.
– Да уж, много испытаний выпало на твою долю, – с уважением заметил Фернан, а затем с любопытством спросил. – А в Италии тебе пришлось повоевать?
Италия, в то время раздробленная на десятки больших и маленьких государств, уже лет двадцать была главной военной ареной Европы. Испания и Франция рьяно старались вытеснить друг друга с земель Апеннинского полуострова.
– Да, сражался я и там. Испанский солдат должен уметь биться и на суше и на море. Но ты тоже молодец. Не побоялся пересечь океан и присоединиться к экспедиции.
– Ну, я все-таки потомок героев, которые изгнали мавров, – слегка смутился от похвалы Фернан. – Разве я могу уступить в чем-то предкам…
– Ну и что?! Знаешь, сколько я таких людей видел, которые с гордостью твердили: «Мы изгнали мавров из Испании!». И они без стеснения причисляли себя к героям, несмотря на то, что родились уже после победы над мусульманами. А сами меч с трудом в руках могли удержать. Ты вот решил лично испытать свою отвагу…
В этот момент они услышали треск веток и увидели, как сквозь заросли в их сторону несется какое-то крупное животное. Оно бежало, не разбирая дороги и нельзя было понять, собирается ли оно на них напасть или же вообще их не видит.
Фернан отскочил вбок и тут же нанес зверю удар мечом. В голове засела мысль, что этой тварью, кем бы она ни оказалась, неплохо бы и закусить. Но удар, нанесенный вскользь по убегающей туше, не смог ее остановить. Лишь раздался возмущенный визг. В этот момент Себастьян хладнокровно прицелился из арбалета и спустил тетиву. Болт промелькнул совсем рядом с Фернаном и попал в бок бегущему животному. Оно споткнулось и упало, ломая кусты и дергая лапами.
Фернан, оценив траекторию полета болта, разразился проклятиями. От такого выстрела и кираса бы не спасла.
– Себастьян! Пролети болт на локоть в сторону и ты обедал бы сегодня мной, а не этим зверем!
– Я метко стреляю из арбалета, – с невозмутимой ухмылкой ответил Себастьян, перезаряжая свое оружие.
Они подошли и стали рассматривать свою добычу. Это был крупный тапир. Массивное тело, покрытое короткой темно-бурой шерстью, на загривке густая щетина. Вытянутая вперед морда, с небольшими ушами, маленькими глазками, к тому же украшенная самым настоящим хоботком.
– Ну и что это за животное? – Фернан легонько коснулся туши острием меча, как будто сомневаясь в том, что оно убито. – То ли толстый пони с головой свиньи, то ли вообще что-то непонятное.
– Похоже, это что-то сродни нашим кабанам, – задумчиво изрек Себастьян. – Вот только хобот я раньше видел исключительно у слонов. У них он, правда, куда длиннее. На этой чертовой земле все не такое, какое привычно видеть доброму христианину. Но клыков у него нет, вряд ли он столь же опасен, как разъяренный вепрь. Не думаю, что он мчался на нас, скорее всего, его что-то испугало, вот он и кинулся бежать, не разбирая дороги.
– Лучше нам приготовиться к встрече с тем, что могло так его напугать, – хмуро заметил Фернан.
Мысли его неоднократно возвращались к леопардам, тем более что Себастьян за время их путешествия успел немало рассказать о силе и свирепости этих хищников. А кто может знать наверняка, что еще за опасные животные тут водятся? Осторожно обойдя окрестности с оружием наготове, они убедились, что на их добычу никто больше не претендует.
Понимая, что такую тушу им не унести, путники решили сделать привал прямо здесь. Под руководством Себастьяна тапира освежевали и разделали. Немного мяса они тут же зажарили, а часть забрали с собой. Пообедав, испанцы продолжили свое путешествие. Запасы воды подходили к концу, и надежда была пока только на сочные плоды, в изобилии растущие на деревьях. Они без устали шли несколько часов, но затем Себастьян, посмотрев на солнце, сказал: