- -
- 100%
- +
Раскаленный воздух, полный угольной гари и густо пропитанный запахом раскаленного металла, при каждом вдохе обжигал нещадно саднящее горло и выжимал слезы из покрасневших глаз. Струйки пота, смешивающегося с копотью и пылью, расчертили обнаженные торсы черными узорами, и его брызги, попадавшие на раскаленную дверцу топки, то и дело добавляли короткое отрывистое шипение к общей какофонии оглушительного лязга и скрежета механизмов, дополняемых гулом огня и свистом вырывающегося пара. Пробивающиеся через щели в защитных жалюзи лучи солнечного света пронзали задымленную кабину подрагивающей светящейся гребенкой, только оттенявшей окружающий багровый полумрак.
– Давай еще одну ракету! – хрипло крикнул Лажонн, перекрывая грохот работающей на пределе машины.
Его молодой помощник, закрыв дверку топку и отложив в сторону лопату, распахнул небольшой шкафчик на стене и достал длинную картонную трубку с красной полосой на одном из ее концов.
– Без толку все это, – хмыкнул он, срывая обертку. – Они еще слишком далеко.
– Предлагаешь опустить лапки и сдаться? – капитан схватил его за плечо и развернул к ведущей на верхнюю палубу лестнице. – Не рассуждай, а делай, что говорят!
Протопав тяжелыми ботинками по скрипучим железным ступенькам, парень откинул крышку люка и поднял над головой картонную трубку. Он намотал на палец свисающую из ее нижнего конца бечевку и резко за нее дернул. С резким хлопком из нее вырвалась маленькая алая комета, которая устремилась в небо, оставляя за собой белый дымный след.
– Теперь смотри внимательно, ответ не прозевай!
– Мне бы ваш оптимизм! – бросив пустую трубку в подающий лоток с углем, помощник капитана поднялся еще на одну ступеньку и осторожно высунул голову в люк.
– Ну? Есть что-нибудь? – мучимый нетерпением, Лажонн и сам прильнул к смотровой щели, но крайне узкий угол обзора позволял окинуть взглядом только маленький кусочек горизонта.
– Но не так же быстро! Им ведь тоже требуется какое-то время, чтобы… Черт!
Послышался звонкий щелчок, от которого крышка люка загудела, точно колокол, и парень кубарем скатился с лестницы, упав прямо в кучу угля. Встревоженный Лажонн бросился к нему.
– Тебя зацепило?
– Да нет, промазали, – его помощник сел, осторожно ощупывая левое ухо. – Только рикошетом слегка…
– Дай гляну! – капитан повернул его голову к тусклому багровому свету, пробивающемуся из-за дверцы топки, и облегченно вздохнул. – Ничего страшного, всего лишь царапина.
– Так я и говорю – рикошетом, – парень поднялся на ноги и взял в руки лопату. – Но в следующий раз лезьте туда сами.
– Ладно, договорились.
Лажонн прильнул к забранному стальными жалюзи окну, пытаясь через оставшиеся щели рассмотреть, что же происходит снаружи. Перед его глазами промелькнул быстрый парусный челнок, где рядом с мачтой стоял пустынник, наставивший на их эшелон взведенный арбалет. Развеваемые ветром космы хлестали его по плечам и частично заслонили лицо, но даже так оставалась видна его довольная ухмылка. Им удалось загнать хорошую дичь, и он уже предвкушал торжество победителя, делящего богатую добычу.
Здесь, посреди бескрайней Вендейской Плеши, их стаи налетали на заплутавшие эшелоны, подобно внезапному самуму, и точно так же они оставляли от своих жертв только голые белоснежные кости. Ровная как стол земля, покрытая коркой засохшей соли, и постоянно гуляющие тут ветра обеспечивали их легким челнокам абсолютное превосходство в скорости, что позволяло атаковать тяжелый неповоротливый эшелон с любого удобного направления.
Их стрелы не могли причинить огромной машине сколь-либо серьезного вреда, но челноки являлись лишь разведчиками, указывавшими путь куда более серьезно вооруженным драккарам. А вот когда к охоте подключатся и они – жди беды!
– А я говорил, что соваться на Плешь – неудачная идея, – словно прочитав его мысли, буркнул помощник, методично закидывая в топку порции угля.
– Что ж, ты был прав, а я ошибся, – хмыкнул капитан. – Тебе полегчало?
– Не особо, если честно.
– Наша жизнь устроена крайне просто. Ты либо рискуешь и срываешь куш, либо продолжаешь барахтаться в грязи, – Лажонн обернулся к юному помощнику. – Что бы ты предпочел?
– Да вы зажрались, капитан! – фыркнул тот, на самом краю смерти утратив последние остатки робости. – То, что вы полагаете за грязь, для очень многих – предел мечтаний! Тут речь идет уже либо о безмерном тщеславии, либо о банальной жадности. Ваш дед, во всяком случае, никогда бы не пустился в подобную авантюру!
– Да что ты знаешь о моем деде?! – вспыхнул Лажонн, которого вполне справедливые упреки откровенно задели за живое. – Он еще и не такое… Черт!
– Что еще? – очередная лопата с углем застыла на полпути, предчувствуя недоброе.
– Драккар, будь он проклят! – капитан поспешно отступил назад. – Теперь держись подальше от стен и окон.
– Спасибо за совет, – с неизменным оптимизмом ответствовал его помощник, закинув уголь в раскаленное жерло топки.
Признаться честно, Лажонн не ожидал, что тяжелая артиллерия подтянется так скоро. По-видимому, драккары пустынников дежурили где-то неподалеку, явившись на зов разведчиков в течение считанных минут. До воссоединения с основным караваном его эшелону оставалось еще очень далеко, и у слетевшихся на добычу хищников имелось в запасе более чем достаточно времени, чтобы расправиться с жертвой неторопливо и обстоятельно.
Тем не менее, пустынники решили не затягивать с весельем, и не успел парень зачерпнуть очередную порцию топлива, как корпус эшелона сотряс мощный удар.
– Вот дерьмо! – выругался Лажонн и подскочил к панели управления, изучая показания датчиков.
– Гарпун, что ли? – обеспокоенно нахмурился его напарник.
– Ну да, что же еще! – капитан пристально всматривался в мерные и манометрические трубки, выискивая первые признаки проблем.
Огромный, тяжелый, пышущий дымом и паром эшелон только со стороны казался несокрушимым монстром, от которого любые атаки отскакивают, точно дробины от слона. На самом деле Лажонн знал, что иногда достаточно перебить всего одну тоненькую трубочку, чтобы все это устрашающее нагромождение поршней, колес и шатунов превратилось в бессмысленную груду железа. И пустынники тоже это знали, намеренно целясь в самые уязвимые его места.
Однако пока все выглядело нормально. По-видимому, гарпун не задел каких-либо важных узлов, и Лажонн рискнул выглянуть в щель между жалюзи. Все равно нового выстрела с этого направления прямо сейчас можно было не опасаться.
Всего в паре десятков метров от эшелона параллельным курсом несся драккар пустынников. Спицы его бешено вращающихся колес слились в мутное пятно, отчего казалось, что он парит в воздухе. Стоявший на верхней площадке бандит энергично дергал тянущийся за гарпуном канат, пытаясь вытащить его из пробитого бока эшелона, но толстое оперенное копье, похоже, засело крепко и никак не поддавалось.
Простые стрелы являлись обычным расходным материалом, но вот тяжелые гарпуны с острым металлическим наконечником ценились у бандитов весьма высоко, и они использовали все возможности, чтобы после выстрела их вернуть и использовать повторно.
Лажонн недобро ухмыльнулся и положил руку на штурвал.
– Ай-яй-яй! Нельзя быть таким жадным! – он повернулся к напарнику. – Держись там! Мы сейчас немного повихляем.
Капитан резко крутанул рулевое колесо влево, отчего вся многотонная махина эшелона вздрогнула, заскрипела и, слегка накренившись, начала отдаляться от впившегося в нее драккара. Пустынник был вынужден ослабить хватку, и канат заскользил в его руках, разматываясь с барабана.
Управлявший драккаром бандит, спохватившись, скорректировал курс, но уже в следующую секунду Лажонн так же быстро вернул штурвал в исходное положение. Провисший канат упал на землю и немедленно начал метаться и скакать, загребая песок и цепляясь за камни. Будучи не в силах удержать взбесившуюся веревку, пустынник полностью ее отпустил, и волочащаяся в пыли петля начала стремительно удлиняться, хаотически мотаясь из стороны в сторону и распугивая остальные челноки пустынников.
Рулевой драккара, предчувствуя беду, что-то закричал и начал уводить свою машину в сторону от эшелона, но было уже поздно. Лажонн налег на штурвал, поворачивая за ним следом, и в следующий миг мечущийся канат оказался под огромными зазубренными колесами эшелона и немедленно на них намотался.
Рывок получился столь мощным, что резко натянувшийся жгут, ударив пустынника по ногам, подбросил того вверх. Бедняга, пару раз перевернувшись в воздухе, упал на землю и обернулся кувыркающимся клубом пыли, который вскоре остался далеко позади. Опасно накренившийся драккар все быстрей поволокло к эшелону, прямо в его огромные, в два человеческих роста колеса и бешено мельтешащие стальные шатуны. Миг – и чей-то полный ужаса крик потонул в громком треске безжалостно перемалываемого дерева. Снаружи по кабине забарабанили полетевшие во все стороны щепки.
Эшелон изрядно тряхнуло, перед смотровой щелью промелькнуло искореженное колесо, точно огромный паук размахивающее лапами уцелевших спиц, и довольно осклабившийся Лажонн крепче вцепился в штурвал, чтобы не упасть.
– Ну что, шакалье, съели?! – гаркнул он. – Не на того напали!
Сквозь щели в жалюзи он видел, как остальные челноки отошли чуть в сторону и продолжали преследование, держась на безопасном расстоянии. Потеря драккара изрядно спутала их планы, но отступаться они, похоже, не собирались.
– Эй, капитан! – окликнул его помощник, указывая на одну из мерных трубок. – У нас проблема.
– Что там такое? – Лажонн подошел к нему и всмотрелся в колышущийся за мутным стеклом водный столбик. – Вот черт!
Уровень воды прямо на глазах полз вниз, и, хотя до полного опустошения оставалось еще далеко, становилось очевидно, что финал гонки может состояться куда раньше, чем их эшелон успеет выбраться с Плеши и воссоединиться с основным караваном.
– Они все-таки пробили нам бак, – констатировал парень.
– Видимо да, – Лажонн поскреб в затылке. – Поначалу, пока гарпун сидел в пробоине, течи не было, но теперь, когда его выдернуло…
Он подошел к окну и, откинув жалюзи, на секунду высунулся наружу, чтобы осмотреть пробитый борт, и немедленно отпрянул назад. Он едва успел снова захлопнуть ставни, как в них тут же ударилась выпущенная кем-то из пустынников стрела.
– Так и есть, – он отер с лица брызги, размазав сажу по щекам, – хлещет будь здоров!
– К пробоине как-то можно подобраться?
– Для этого нужно боковую панель снимать, так что на ходу мы ничего сделать не сможем.
– Дело дрянь.
– Давай еще одну ракету. Вдруг увидят и нам навстречу выдвинутся, тогда будет хоть какой-то шанс.
– На Плешь караван почти наверняка не сунется, – помощник капитана открыл уже знакомый шкафчик, – никому неохота лишний раз рисковать.
– Я могу починить, – послышался вдруг тоненький детский голосок.
Мужчины обернулись, обнаружив, что в дверях, придерживаясь за косяк, стоит маленькая рыжая девчушка в потертом комбинезончике. Она вытянула руку, указывая на злополучную мерную трубку и повторила:
– Я могу починить.
– Траська! – рявкнул Лажонн, но как-то осторожно и даже немного нежно. – Я же велел тебе сидеть в каюте и не высовываться!
– И дождаться, что у нас вытечет весь конденсат, и пустынники порежут нас на тонкие ремешки? – девчонка шагнула в кабину.
– Откуда ты знаешь про бак конденсата? – капитан удивленно вскинул косматые брови.
– Но… – Трасси скосила глаза на мерную трубку, – это же очевидно! Я это просто… чувствую.
– Этого нам еще не хватало! – Лажонн мученически закатил глаза.
– Так вам нужно пробоину заделать или нет? Я могу.
– Каким образом?! – фыркнул помощник.
– Дайте мне какую-нибудь тряпку, и я заткну дыру. Полностью течь так не устранить, но этого хватит, чтобы дотянуть до своих.
– Гениально, ага! А мы-то не догадались!
– Пойми, Траська, – простонал капитан, – как только ты высунешься, тебя немедленно нашпигуют стрелами! Нас со всех сторон обложили!
– Да не собираюсь я наружу лезть! – возмутилась девчонка. – Я же не дурочка и не самоубийца! Я через мотор проберусь.
– Через мотор? – опешил помощник. – Это как?
– По стыку поддона и основного блока. Там есть небольшая полочка, по которой можно проползти на ту сторону. Я же маленькая – я протиснусь. Да и пробовала уже.
– Вот же чертовка! – всплеснул руками Лажонн. – Во все щели свой нос засунуть уже успела! Что ты там забыла-то?!
– Но интересно же! Должна я понимать, как все устроено и работает, или нет?
– Ты залезала прямо в работающий двигатель?! – глаза молодого парня распахнулись еще сильней.
– Говорю же – я не самоубийца. На одной из стоянок заглянула, пока вас тут не было.
– Так вот где ты свой комбинезон в масле извозила! – Лажонн указал на покрывающие ее костюмчик темные пятна.
– Ну… да.
– Но сейчас-то он работает! – почти крикнул помощник, пытаясь вернуть остальных с небес на землю. – Тебя там попросту на валы намотает, и все!
– А он, кстати, прав! – помрачнел Лажонн, качая головой. – Там шатуны сейчас так и летают… да еще и масло горячее…
Короткий всплеск энтузиазма угас, даже не успев толком разгореться. Парень забросил в топку еще пару лопат угля, и все снова молча уставились на злосчастную трубку с ползущим вниз столбиком воды.
– Если я не попытаюсь, то мы точно все сдохнем! – продолжала настаивать упрямая девочка. – А так у нас есть хотя бы небольшой шанс.
– Тебя там просто по стенкам размажет! – простонал капитан, мучимый пониманием правоты дочери и, одновременно, страхом за ее жизнь.
– Я буду очень осторожна, – Трасси шагнула к кожуху двигателя и положила руку на ведущий в его недра люк. – Только дайте мне какую-нибудь тряпку. Чтобы пробоину заткнуть.
Отставив лопату в сторону, помощник заглянул в шкафчик и выдал ей большой клок ветоши, используемой обычно для протирки механизмов во время обслуживания. Трасси затолкала его за пояс и дернула за запирающий люк рычаг.
Ей в лицо сразу же дохнуло горячим воздухом, пропитанным запахами машинного масла и раскаленного железа. По ушам ударил грохот бешено мечущихся механизмов. Открытый лаз чем-то напоминал вход в преисподнюю, где грешников сперва поджаривают, а после перемалывают в аппетитный дымящийся фарш.
Однако отступать было уже поздно. В конце концов, она же сама вызвалась.
– Будь осторожна, Траська! – на прощание Лажонн обхватил маленькую щуплую девчонку своими мозолистыми лапами.
– Обязательно, пап! – малышка присела на корточки перед черным зевом технического лаза. – Вы только люк не закрывайте, чтобы мне хоть что-то видно было.
– Да-да, конечно! – капитан хлопнул себя по лбу и закрутился на месте, соображая, что можно придумать. – Тебе фонарь с собой дать?
– Не надо, у меня и так руки заняты будут. Вы мне отсюда посветите.
Сделав глубокий вдох, словно перед прыжком в воду, Трасси нырнула в люк.
Ее немедленно окатило волной жара, а лязг и скрежет шатунов и шестерней буквально впился в ее худенькое тельце, заставляя его вибрировать в такт своему ритму. Она хорошо помнила внутреннее устройство машины, изучив его в свои предыдущие вылазки, а потому первые метры она преодолела быстро, но вот дальнейшее продвижение существенно осложнялось.
Позади что-то замельтешило, и в люк просунулся Лажонн, поставивший на железный пол зажженный фонарь. Его желтоватый свет выхватил из темноты тускло поблескивающие сочленения шатунов, в бешеном темпе вращающих главный коленвал. Они едва не задевали протянувшуюся сбоку узкую полочку, по которой девчонке и предстояло проползти, чтобы добраться до пробитого бака конденсата.
Трасси потуже перехватила свои непокорные огненно-рыжие волосы, чтобы не топорщились, и осторожно двинулась вперед. Умом она понимала, что конструкция машины гарантирует достаточный зазор между молотящими горячий воздух стальными суставами и корпусом, но вот донести это понимание до заходящегося в животном ужасе сердца было не так-то и просто.
Она вжалась в промасленный железный пол и медленно, сантиметр за сантиметром, поползла по узкому уступу, постепенно приближаясь к бешено мечущимся огромным железякам. На каждом обороте они обдавали ее лицо порывами горячего воздуха, которые становились все плотней и осязаемей. Трасси зажмурилась, продолжая, тем не менее, ползти дальше.
Девчонка невольно вздрогнула, когда на ее лицо брызнули капли горячего масла, но, стиснув зубы, только зашипела и продвинулась еще немного. Судя по всему, она уже добралась до первого цилиндра.
Не в силах удержаться, Трасси приоткрыла один глаз и тут же об этом пожалела. И не столько по причине немедленно попавшего в него масла, сколько из-за вида проносящегося прямо перед ее носом огромного блестящего шарнира, способного в один миг превратить ее в размазанный по стенкам отсека кровавый фарш.
Трасси поспешила снова зажмуриться и поползла дальше. Что ни говори, а некоторых вещей лучше не видеть.
Чуть погодя она почувствовала, как кто-то или что-то словно прикасается к ней в районе поясницы. Оглянувшись, девочка обнаружила, что кусок ветоши выбился из-под комбинезона, и пролетающий мимо шатун начал его задевать. Причем с каждым разом ветошь вылезала наружу все дальше, и толчки становились все сильней, грозя сдернуть Трасси с узкой полочки и бросить вниз, в поддон с плещущимся маслом.
Девчонка испуганно пискнула и энергичней заработала локтями, отползая от приставучего шатуна, но ему на смену пришел следующий, еще более настырный. По-видимому, его поверхность оказалась более шершавой, потому как уже на втором рывке он выдернул ветошь у Трасси из-за пояса и с размаху зачерпнул ею изрядную порцию горячей темной жидкости. Описав быстрый оборот, промасленная тряпка щедро оросила маслом стены и в довершение с громким шлепком больно ударила Трасси по бедрам.
Девочка вскрикнула и непроизвольно вздрогнула, и в тот же миг перед ее глазами взорвался фейерверк ярких искр, когда соседний шатун, улучив момент, заехал ей по правой щеке…
По всей видимости, Трасси слегка оглушило, поскольку несколько последующих секунд просто выпали из ее мира. Она обнаружила себя лежащей все на той же полочке, уткнувшись лицом в грязный металл. По подбородку ползла тонкая теплая струйка, а копна ее рыжих волос ритмично вздрагивала, когда ее касалась проносящаяся мимо железка.
Сообразив, что она уже некоторое время не дышит, Трасси решилась сделать осторожный вдох. Она все еще жива – и это главное, а с остальными вопросами сейчас разберемся.
Девочка плотнее вжалась в стену и продолжила ползти вперед, благо до конца оставалось уже совсем немного. Несколько секунд спустя она уже смогла подняться на четвереньки и обернуться, оценивая пройденный путь, в дальнем конце которого тускло мерцал поставленный отцом фонарь. Метров пять, не больше, но казалось, что она там прожила еще одну жизнь. Второй раз Трасси на подобное безрассудство уже не решилась бы, воспоминаний о пережитом страхе ей теперь до гроба хватит!
Но довольно лирики! Ей же пробоину как можно скорей заткнуть надо, иначе их эшелон просто встанет, и пустынники, дополнительно разъяренные потерей драккара… Нет, об этом даже думать не хочется, лучше сосредоточиться на деле.
Трасси дернула за рычаг, отпирающий технический люк, и ей в лицо немедленно ударил упругий порыв ветра, смешанного с брызгами воды. Пробивший бак гарпун попутно оторвал еще и изрядный кусок внешней обшивки, который, повиснув на уцелевшем замке, теперь мотался за бортом и громко лязгал о вращающееся чуть ниже колесо.
Выглянув в образовавшуюся дыру, Трасси увидела мчащиеся на некотором отдалении челноки бандитов. Они понимали, что раненый железный зверь рано или поздно неизбежно выбьется из сил, и тогда они смогут взять его голыми руками. Достаточно немного подождать, и добыча сама упадет к их ногам, дополнительно рисковать уже не нужно. Что ж, остается надеяться, что с такого расстояния они не заметят маленькую дерзкую девочку, вознамерившуюся сорвать их планы.
Впереди, буквально на расстоянии вытянутой руки Трасси видела днище бака и пробитую в нем дыру, из которой хлестала теплая вода. Однако выданная ей тряпка осталась кувыркаться где-то в недрах мотора, а надежно зажать такую дыру детской ладошкой представлялось абсолютно нереальным.
На размышления ушло не более секунды. Извиваясь втиснутым в узкую щель червяком, Трасси стянула с себя перепачканный в масле комбинезон, скомкала его и с размаху вогнала в дыру. Утечка воды прекратилась, оставив только стекающие по рукам тонкие струйки, но радость была недолгой. Напор остававшегося в баке конденсата оставался еще довольно сильным, и импровизированная «пробка» вылетела обратно, едва Трасси отняла от нее руку. Мокрый грязный комбинезон плюхнулся ей прямо на голову, и вода хлынула вновь.
– Да чтоб тебя! – девочка скомкала одежду и повторно заткнула ею дыру.
В принципе, можно вот так ее и держать, но вряд ли ей хватит сил делать это достаточно долго. Поднятые вверх руки очень скоро затекут, и что дальше? Кроме того, торчать вот так на виду у пустынников просто опасно. Рано или поздно они ее обязательно заметят и расстреляют из арбалетов. Но вот если…
Исполнив еще один акробатический этюд, Трасси улеглась на спину, подперев затычку ногой. Так ее не могли видеть снаружи, да и ногу можно время от времени менять, чтобы не уставала. Да и вообще, вполне удобно получилось. Только вода на лицо капает, но так это даже к лучшему – можно и умыться заодно…
– Эй, капитан! – окликнул Лажонна помощник, изучавший мерную трубку.
– Что там еще?
– Похоже, конденсат больше не убывает, – парень постучал пальцем по желтоватому стеклу. – Вода уже некоторое время держится на одном и том же уровне.
– Траська! – охнул бородач, утерев рукавом набежавшую слезу. – Ты просто чудо!
– Ладно, с этой проблемой мы вроде бы разобрались. Что дальше?
– Давай еще одну ракету!
Донесшиеся снаружи крики отвлекли Трасси от вдумчивого изучения ржавого днища бака и раздумий о необходимости его покраски. Она приподнялась на локте и осторожно выглянула из-за края проема.
Челноки пустынников, до этого момента двигавшиеся параллельными с эшелоном Лажонна курсами, внезапно начали суетиться и лихорадочно маневрировать. Бандиты энергично орудовали такелажем, перекладывая паруса и спеша лечь на обратный курс. Они определенно увидели нечто, что их здорово испугало.
Поскольку до ее скромной персоны теперь никому не было дела, Трасси решилась высунуться наружу, чтобы выяснить, что же там стряслось.
Впереди, прямо по курсу вздымались несколько густых пыльных шлейфов, в основании которых кое-где проглядывал поблескивающий на ярком солнце металл.
Караван!
Они все же увидели выпускаемые Лажонном красные ракеты, и, получив сигнал бедствия, немедленно отправились на выручку. Поскольку в здешних краях источником проблем могли быть только шайки пустынников, то капитаны, верно оценив ситуацию, расцепили эшелоны и перестроились в боевой порядок. И вскоре кому-то предстояло испытать на собственной шкуре весь гнев и всю ярость несущейся на полном ходу стали. Неудивительно, что пустынники так занервничали.
Трасси даже вздрогнула, когда по ее ушам ударил оглушительный рев гудка, в ответ которому разноголосым хором запели трубы приближающихся эшелонов. Возмездие явилось на зов!
Их эшелон резко накренился, выполняя крутой разворот, и Трасси пришлось покрепче ухватиться за шпангоут, чтобы не вывалиться наружу. Из-под мерзко скрежещущих колес полетели камни и целые отвалы песка. Лажонн снова дал полный ход, и уже через минуту их машина оказалась в окружении других эшелонов, выстроившихся в длинную цепь, что могучим стальным гребнем катилась по пустыне.
Прекрасно осознавая, что с такой силой лучше не связываться, челноки бандитов пустились наутек, но теперь им требовалось идти против ветра, закладывая один галс за другим, что не позволяло развить достаточную скорость, и шеренга эшелонов стремительно их настигала. Не так уж часто выпадает возможность поквитаться с пустынными налетчиками, и капитаны были решительно настроены сполна использовать выпавший им сегодня шанс.
Лихорадочно мечущиеся паруса пустынников мелькали все ближе, и уже скоро стальная шеренга настигла их улепетывающую стаю. Трасси услышала короткий хруст, словно от попавшего под ботинок сухого осеннего листа, и перед ее глазами промелькнуло изодранное полотнище паруса. Девочка злорадно ухмыльнулась. Что ни говори, а некоторые старые долги отдавать чертовски приятно…
Через минуту все было кончено. Зазвучал гудок головного эшелона, и стальная армия начала маневрировать, формируя оборонительный порядок. Эшелоны последовательно выстраивались друг за другом, образовав длинную змею, которая свернулась в кольцо и, в завершение, вцепилась в собственный же хвост. Шипение, лязг и скрежет стихли, и караван замер, встав неприступным лагерем.