Белогор. Миротворец. Том 2

Глава 1

За спиной потрясённо вздохнул маг Агель, а барон Прет витиевато выругался. Надо отдать должное – выругался восхищённо. Даже мои бойцы, высыпавшие на окраину леса, смотрели благоговейно на бывшую столицу людей. И обалдеть было от чего. Энийский лес расступался вокруг столицы уходящим вдаль кругом, не посягая при этом на огромную чашу, в которой и раскинулся древний город. Даже отсюда, от края леса город поражал. Каменные здания, выстроенные чёткими, стройными улицами, частично были разрушены. Но минимум треть зданий стояла нетронутой, гордо возвышаясь двумя-тремя этажами над грудами камней менее удачливых строений. А вдалеке, видимо, в центре города, торчали три огромные башни из белого камня. То ли дворцы, то ли храмы.

– Маг, ты уверен, что полторы тысячи лет прошло? – мне пришлось коснуться плеча Агеля, чтобы вывести его из состояния, близкого к ох… медитации.

Маг обернулся на меня, глянул диковатыми глазами и мелко закивал:

– Тысяча шестьсот лет, герцог!

Я пожал плечами:

– За это время всё должно было зарасти и разрушиться.

Агель так затряс головой, что я думал, в какой-то момент шея не выдержит, и просто оторвётся:

– Охранные заклятия, герцог! – восхищённый маг даже присвистывать начал от удовольствия: – Это как с вашим замком. Тот тоже стоял много столетий, а нашли вы его практически не тронутым. Не забывайте, что мощь магов древности была в разы выше!

Я махнул рукой на восторженного мага и, повернувшись к бойцам, рявкнул:

– Что рты раззявили, дуболомы? Вы какого Меррала сбились в кучу, как стадо баранов? Элита, вашу дивизию! Любого зазевавшегося лишу годового жалованья!

Мои десятники сразу встряхнулись, и, смущённо переглядываясь, стали быстро отдавать команды. Два десятка, выдвинув щиты, стали в авангарде, ещё столько же в арьергарде, то есть, с тылу. По десятку рванули в боковое охранение. Отлично, когда отряд как хорошо отлаженный часовой механизм. Задача командира лишь вовремя всех озадачить и направить в нужное русло. Что я и сделал, поручив немедленно выдвигаться к окраине столицы. Эны, выступавшие с нами провожатыми – Айя с братом Уйром, почтительно шли рядом. Они за время нашего путешествия прониклись ко мне каким-то мистическим ужасом. Мне это не мешало. Главное, чтобы с бестолковыми разговорами не лезли. В конце-концов, я, как единственный представитель хомо сапиенс на данной планете, давно взвалил почётную обязанность вести глупые разговоры лично на себя. Вот и сейчас стал выспрашивать у Айи, почему эны не заселили столицу. Ведь так много домов, крыша над головой. Тротуары.

– Этот город проклят! – испуганно зашептала Айя: – Много раз эны пытались поселиться здесь, или просто обыскать развалины, и никто не вернулся!

Я озадаченно хмыкнул, и приказал удвоить бдительность. Впрочем, до первых домов – вполне себе целых, мы дошли без происшествий. Один из них – двухэтажный, с узкими длинными окнами, похожими на бойницы, я приказал занять. Солнце клонилось к закату, и нужно было располагаться на ночлег. А ложиться спать посреди улицы в мёртвом более полутора тысяч лет городе – удовольствие то ещё. Итак звенящая тишина выматывала.

– Яг! – позвал я своего заместителя. – Что у нас по припасам?

– Гранат всего два десятка! – бодро отрапортовал мой помощник, – Болтов для арбалетов полторы тысячи. Лечебных амулетов заряженных три десятка.

– Один «десяток» отправь на крышу здания – пусть дежурят. Сменять каждые два часа! Ещё «десяток» пусть забаррикадируют дверь, и дежурят возле окон первого этажа. Гранаты отдай тем, кто на крыше. Внизу обойдутся арбалетами. Мне, магу и барону Карильону постелить в комнате на втором этаже, поем и будем над судьбами мира размышлять, закрыв глаза. Будить в самом крайнем случае.

Яг бодро отрапортовал, что сейчас всё будет сделано и ушуршал к десятникам. А мы с Претом и Агелем стали прихлёбывать кофе, заедая его вяленым мясом.

– Герцог, – голос Прета Карильона был сладок, как патока: – Как думаете действовать дальше?

– Думаю поспать до утра, барон, – мило улыбнувшись, ответил я первому советнику Тайной канцелярии, и, не обращая внимания на его кислый вид, добавил: – Вам рекомендую то же самое. Завтра предстоит интересный день. И, наверняка, очень насыщенный.

– Прет имел в виду ваши планы на будущее, – улыбнулся Агель, будто не поняв моей издёвки, – Что вы думаете делать завтра?

– То же, что и последние недели – бодро идти вперёд, – расхохотался я. – Что нам найти-то надо, маг? А то темните вы, ох, как темните! А между друзьями разве могут быть недомолвки?

Агель быстро взглянул на Прета и тут же отвёл взгляд. А Прет, улыбнувшись так, что щёки чуть не треснули, воскликнул ненатурально-бодро:

– Серж! Друг мой! Ну, какие от вас могут быть недомолвки? Мы ж с вами как на духу всегда!

– Да-да! Чисто прогуляться вышли главный маг королевства и первый советник Тайной канцелярии, – покивал я, и спросил у барона: – Рога у меня не растут?

– Какие рога? – растерялся Прет.

– Бараньи, бл..! –я зажёг трубку и с наслаждением стал раскуривать: – Я же баран, по-вашему. Значит, и бараньи рога должны расти.

Карильон гулко расхохотался:

– Герцог, вы невыносимы! Но этим мне нравитесь ещё больше! – и, оглянувшись на мага спросил: – Агель, может, расскажем?

Маг смущённо кивнул, и Карильон, подмигнув мне, продолжил:

– Главная задача – найти императорскую корону! По преданию она осталась здесь, в главном дворце. Ну и записи магов прошлого. Ведь многое было утеряно.

– Если, конечно, они остались, – проскрипел Агель, – Но, учитывая сохранность города, шансы у нас есть, и шансы неплохие!

– Вон оно что, – задумчиво покивал я, – Ну раз нужно – отыщем.

– Я в этом теперь даже не сомневаюсь, – ответил Карильон, – С вами, герцог, даже невозможное возможно.

– Не говорите «гоп», дружище, чтобы не сглазить, – я с наслаждением затянулся, – А теперь – спать! Завтра отправимся смотреть на три башни, которые так заманчиво торчат в центре города. И, надеюсь, теперь если сюрпризы и будут, то только хорошие.

В это время Яг доложил, что постели готовы, и мы бодро поднялись на второй этаж. Здесь окна тоже были узкими, и свет угасающего солнца практически не проникал внутрь комнаты. Я укутался плащом и провалился в сон. А под утро был выдернут и из плаща и из сна самым бессовестным образом.

– Тревога! – орал кто-то сверху. И я услышал свист спускаемой тетивы. Раз. Другой. Третий. И чей-то рык, переходящий в злобный вой.

Ещё не проснувшись, я скатился по лестнице вниз, на ходу выхватывая меч. Внизу мои бойцы выглядывали из окон-бойниц наружу, и время от времени стреляли в темноту из арбалетов.

– Яг! Что случилось? – просипел я.

– Нападение, милорд! – мой заместитель был собран и спокоен. – В дверь кто-то стал ломиться, а дозорные наверху заметили внизу какие-то тени. Нападавшие на дверь незнакомцы на окрики не отвечали, потому, согласно вашего устава, по ним открыли стрельбу. Видимо, в кого-то попали, вот они и воют на улице. По голосам явно не люди.

– Да ладно? – сделал я удивлённое лицо я, – А кто?

– Да не видно в темноте, – смущённо развёл руками Яг. – А наружу выходить не велено!

Глава 2

За дверью слышалась возня, но больше в окованную и отлично сохранившуюся за полторы тысячи лет дверь никто не ломился. Я почесал голову, и решил:

– Яг, пойду наверх, попробую всё же рассмотреть, кто к нам в гости пожаловал. Что там сверху часовые докладывают?

– А ничего, милорд, – пробасил Яг, шагая за мной по лестнице.

– А вас, Штирлиц, – я ткнул пальцем в Карильона, пошедшего было за нами, – Я попрошу остаться!

– Это чего вдруг? – возмутился барон.

– Друг мой, – развёл руками я, и чуть не смахнул мечом, зажатым в правой руке голову Ягу. Хорошо, что тот успел испуганно отпрянуть, – Если вдруг нападение, то кто возглавит оборону?

– Ну, если только так, – сдался первый советник Тайной канцелярии.

– Только так! – пафосно воскликнул я, и поспешил наверх.

На крыше десяток дозорных грамотно расположились по периметру. И, несмотря на то, что крики и вопли шли снизу, двое бойцов с арбалетами смотрели настороженно вверх.

– Яг, – восхитился я, – Чей десяток?

– Зорра, вашество.

– За отменную выучку Зорру десять золотых вручи. Дружинникам по пять!

– Рады стараться, – шёпотом рявкнули дружинники, не переставая при этом так же пристально пялиться в темноту.

Я подошёл к краю стены, и аккуратно выглянул вниз, туда, где находилась входная дверь и слышалась возня. Выглянул, и сразу же отпрянул назад. Хорошо, что дружинники в темноте не видели. А меня-то Агель давно ночному зрению научил, и то, что я увидел, мне категорически не понравилось. На земле возле двери стояли два десятка полупсов-полуобезьян. Лучше я, пожалуй, и не опишу. Задняя часть туловища прямо псиная. А вот передние лапы больше похожи на руки, да и голова как у примата, за исключением пёсьей пасти, растущей будто из человеческого лица. И что самое странное и пугающее, мне показалось, что эти псобезьяны разумные, и даже о чём-то переговариваются, сбившись в кучку. А когда я вниз посмотрел, одна из тварей наверх голову подняла, вот я и отпрянул от греха подальше. Если они по ночам шастают – где гарантия, что они в темноте хуже меня видят?

Тут на крышу Агель выбрался и тоже подошёл к краю стену. Глянул вниз и удивлённо присвистнул:

– Залызы! А я думал – это легенда!

– Кто? – я поморгал глазами, – Какие такие залызы?

Агель спокойно развернулся ко мне, будто и не было под домом десятков тварей, и стал объяснять менторским тоном, так меня бесившим:

– В давние времена залызы были выведены волшебниками как помощники. Они неутомимы. Быстры. Невероятно ловкие. И при этом обладают разумом! Не совсем как люди, но на уровне десятилетнего ребёнка соображают.

– Генная инженерия? – удивлённо спросил я.

– Что? – в свою очередь удивился Агель.

– Неважно, – махнул я рукой, – Жгите дальше, ваше магичество!

– Да больше и жечь нечего, – пожал плечами уже привыкший к моим выражениям Агель. – Упоминаний о них мало. Как их выводили, и подавно никто не помнит.

– Как их выводили – хрен с ним, – вмешался в разговор Яг, – А вот как их заставить уйти? Если вы говорите, что они очень сильны и быстры – не хотелось бы мне дружинников на этих тварей кидать.

– Яг, – восхитился я, – Ты говоришь редко, но когда говоришь, то стóишь всех философов этого мира!

Яг расцвёл улыбкой, а Агель мучительно закашлялся.

– По спине постучать? – участливо спросил я мага, но тот лишь истошно замахал руками, показывая, что и так всё пройдёт. Вскоре и правда справился с кашлем и просипел: – Не знает никто, как заставить их подчиняться!

– А как заставить их уйти? – продолжал гнуть своё Яг, одобренный моей похвалой.

– Да откуда я знаю? – разозлился вдруг Агель.

– Так вы же маг! – в свою очередь вскипел мой помощник.

– Маг! – уже заорал Агель. – Потому тебя превращу в самую страшную жабу и брошу вниз. Залызы испугаются и разбегутся!

– А почему меня-то сразу? – уже примиряюще пробурчал Яг, и забормотал себе под нос: – Прямо вам, магам,слово не скажи. Чуть что – превращу! Лучше б залызов ваших превращали!

Агель сердито засопел, а я примиряюще положил ему руку на плечо:

– Ваше магичество, а они в темноте видят хорошо?

– Отлично видят! – оживился маг, понимая, что знает ещё что-то полезное. – Они ж создавались, как универсальные слуги!

На крышу, грохоча доспехами, выбрались гномы Стамп и Суркул.

– Вашество, – засопел Стамп.

– Что там внизу? – спросил Суркул.

– А вот вам маг Агель сейчас и расскажет, – злорадно сказал я, а сам принялся смотреть вниз.

А один из залыз поднял голову и горящими глазами уставился на меня. Остальные, глухо ворча, принялись обнюхивать дверь и входную стену, аккуратно обходя окна. Я посмотрел на это дело и подозвал Яга:

– А принеси-ка мне, друг мой, кости, оставшиеся после ужина!

Яг посмотрел на меня как на умалишённого, но, привыкший беспрекословно исполнять все приказы, бодро потопал вниз. Через пару минут он притащил ворох костей. Я взял одну из них и бросил вниз, прямо под ноги глядящему на меня залызу. Тот вначале отпрыгнул. Затем нерешительно подошёл к кости. Взял её пальцами, обнюхал, рыкнул что-то и метнул кость наверх, чуть не угодив прямо в моё сиятельнейшее лицо. Хорошо реакция у меня хорошая – успел увернуться.

– Меррал тебя забери! – выругался я. Агель в это время с интересом смотрел на мои манипуляции. Даже болтуны гномы затихли, и лишь восторженно пискнули, когда кость пролетела в сантиметрах от моей головы. – Ладно, приручить с помощью косточки не удастся. Будем искать другие пути.

– Это не совсем животные, – напомнил Агель, но я лишь досадливо отмахнулся. Сам не предлагает ничего, и другим не даёт инициативу проявить.

На крыше мы просидели ещё минут двадцать, но ничего интересного не произошло. Залызы спокойно прохаживались вокруг дома. Некоторые уходили вглубь улицы. На их место приходили другие. Можно было, конечно, перестрелять эти два десятка арбалетными болтами сверху, но сколько их ещё в городе – не известно. Да и тратить драгоценные стрелы, находясь в безопасности, не хотелось. Итак боезапас наш изрядно поубавился за время путешествия по Энийскому лесу. Я плюнул на всё и пошёл спать, посчитав, что утро вечера мудренее. И оказался прав. С первыми лучами солнца залызов будто корова языком слизнула, и перед нами опять были пустынные улицы великого когда-то города. Только теперь, выйдя из дома, мы были ещё аккуратнее, и продвигались по улицам настороженно, тесно сомкнув щиты. А время от времени заходили в наиболее уцелевшие дома, чтобы вволю помародёрств… изучать культуру и быт ушедшего поколения. Подбирали золотишко, каменья всякие. Видно было, что жители столицы либо сгинули, либо покидали дома в огромной спешке – поживиться было чем. Правда, я сразу предупредил, чтобы много не набирали. Тем не менее, к обеду через пару кварталов у каждого был хороший узелок с разного рода побрякушками. А на обед я решил опять же остановиться в здании, на этот раз одноэтажном.

Глава 3

После скромного обеда я дал приказ на часовой отдых, и тут же, по старой солдатской привычке, хотел завалиться подремать. Из угла, куда я кинул свой плащ, поднялась куча пыли и два маленьких огонька, похожих на светляков. Я попытался смахнуть искорки, и вскрикнул от боли и удивления. Огоньки ужалили не хуже ос. Отдёрнув руку, я посмотрел на ладонь и увидел два маленьких ожога.

– Что за бл…ство? – заорал я. – Я-а-а-а-а-аг!

Яг подскочил, и тоже с удивлением уставился на огоньки, размером с солдатскую пуговицу, которые реально казались маленькими кусочками пламени. И один из них вдруг запищал:

– Мы не бл…ство! Мы грозные элементалы огня!

Мы с Ягом переглянулись и захохотали. Летающие кусочки пламени уж чем-чем, но грозными точно не казались.

Говоривший элементал злобно зашипел и бросился мне прямо в лицо. Я уклонился, подумав, что это уже становится привычкой, и примиряюще поднял руку, пытаясь остановить хохот:

– Ув… уважаемые, – мне опять пришлось уклоняться, потому как промахнувшийся элементал развернулся и вновь нацелился на моё лицо, – Уважаемые элементалы! Давайте не будем ссориться!

Грозный элементал остановился в воздухе и задрожал:

– Как смеете вы, смертные, смеяться над стихией? – злобно пропищал он, и мы с Ягом, не удержавшись, опять захохотали. Но теперь уклоняться пришлось Ягу, так как своей следующей жертвой букашка-огонёк выбрал именно его. Другой огонёк, пару секунд спустя, кинулся на меня.

Другие дружинники, не понимая причину смеха, но видя, что мы постоянно мечемся из стороны в сторону, опасливо приблизились, прикрываясь щитами. Я замахал руками, показывая, чтобы уходили, и опять попытался взять себя в руки:

– Уважаемые элементалы! – наконец смог произнести я, – Остановитесь!

Огоньки замерли в воздухе.

– Поверьте, мы совсем не хотели вас обидеть! Просто мы никогда не видели стихию, потому у нас такая реакция.

– Какая реакция, – прошипел огонёк, и мне в его голосе послышалась обида.

– Нервная, и немного испуганная, – постаравшись придать лицу самое искреннее выражение, произнёс я.

Лицо Яга только начало растягиваться в улыбку, но я сунул ему кулак под рёбра, и помощник, охнув, согнулся.

– Видите? – воскликнул я, – Мой заместитель весь почтение!

– То есть, вы смеётесь, потому что боитесь? – недоверчиво прошелестел огонёк.

– Иногда да! – кивнул я. – Так что не злитесь!

– Первозданная стихия не может злиться! – пропищал второй элементал, и я огромным усилием воли сдержался, чтобы вновь не захохотать. Надоело уклоняться, честное слово. А жалили «грозные» элементалы очень даже болезненно.

– А заместитель – это имя? – спросил первый элементал.

В некотором отдалении от нас скопились Агель, Карильон, и пара десятков дружинников, и с интересом наблюдали за нашим разговором с огоньками, пытаясь понять, что же происходит.

– Заместитель не имя, – покачал головой я. – Заместитель это должность. А имя у него Яг.

– Хорошо ему, – пропищал второй, – У него есть имя!

– А у вас разве его нет? – спросил я элементалов.

– Нету, – пропищали хором два осколочка первозданной стихии.

– Так придумали бы себе давно.

– Не можем, – один из огоньков приблизился поближе. – Имена нам может дать только маг. Но тот маг, что нас вызвал, сразу же погиб. И вот мы сидим в этом доме уже огромное количество времени.

– И ждём того, кто даст нам имена, чтобы выйти отсюда! – пропищал второй.

– Это вы полторы тысячи лет сидите здесь? – поразился я. И мне вдруг стало безумно жалко крохотулек, запертых в доме.

– Мы не знаем, сколько ваших лет прошло, но солнце всходило и заходило пятьсот восемьдесят девять тысяч восемьсот сорок раз! – зажужжал первый элементал.

– Если я дам вам имена, вы сможете отсюда вылететь и лететь в любую сторону? – спросил я у элементалов.

– Если ты маг, то да! – пропищал осколочек первозданной стихии.

– Ваше сиятельство! – пытался что-то прокричать Агель, но я лишь досадливо отмахнулся от него рукой.

– Я маг, что надо сделать?

– Ваше сиятельство! Серж! – ещё громче закричал маг.

– Потом, Агель! – ответил я магу. А огонёк вещал:

– Всё просто! Выставляешь вперёд палец, выпускаешь искру, и говоришь имя! Когда искра касается элементала, имя закрепляется.

Я пожал плечами, отмахнулся в очередной раз от Агеля, строящего мне какие-то непонятные рожи, выставил палец, и, выпустив искру, произнёс:

– Шибздик!

Почему-то ничего другого мне в тот момент даже на ум не пришло. Но произошедшее дальше заставило меня удивиться. Оба элементала кинулись на мою искру одновременно, и, на секунду слившись, распались в стороны.

– Я Шиб! – восторженно заорал первый.

– А я Здик! – запищал второй.

Тут захохотали даже стоявшие в отдалении дружинники. А Шиб, подлетев ко мне, строго спросил:

– Это они от страха смеются?

– От страха, – стараясь сохранить максимально нейтральное выражение лица, произнёс я.

Яг развернулся и, похрюкивая, бросился прочь, на всякий случай, прикрывая лицо ладонями. А ко мне, укоризненно качая головой, подошёл Агель.

– Ваше сиятельство! Как вы могли так бездумно привязать к себе элементалов?

– В смысле? – удивился я. – Я просто дал им имена и свободу!

– Если маг даёт имена элементалам, то они оказываются привязаны к нему, и служат вплоть до развоплощения! – строго произнёс Агель, поджав губы.

Я развернулся к Шибу и строго спросил:

– Это правда?

– Правда! – пропищала первозданная нано стихия.

– И вы что, должны всё время находится рядом со мной?

– Как пожелает хозяин! – пропищал Здик.

Я присел на пол и вздохнул:

– Ну, вещайте, подлецы.

– Если имена у нас есть, то подлецы – это должность? И что вещать? – пропищал Шиб. А может это был Здик. Кто их разберёт, этих светляков?

– Что такое быть привязанными. И что вы умеете, – немного разозлившись, ответил я.

– Мы обязаны служить магу, который дал нам имена. И мы всегда его чувствуем, где бы он ни находился. И должны быть рядом!

– А если я не захочу?

– Как это не захочешь? – изумился элементал. – Нас и вызывают для этого, чтобы мы служили…

Глава 4

Весь час, отведённый на отдых, я разговаривал с двумя каплями первозданной стихии. Кое-что понял, и решил подытожить:

– Итак, если я захочу, чтобы вы были в соседней комнате, или за лье от меня, то вы там и будете?

– Совершенно верно, – пропищали элементалы.

– Чтобы вас позвать, мне достаточно произнести ваши имена? И вы услышите?

– Да, господин маг.

– Меня называть Серж, и никак иначе. Ясно?

– Да, Серж! – бодренько пропищали Шиб и Здик.

– Вы умеете зажигать. Умеете летать. Не боитесь воды, хотя вам и неприятно к ней касаться. Так?

– Так, Серж! – элементалы висели на уровне моего лица и бодро рапортовали.

– Ну, тогда всё отлично. Будете разведчиками и диверсантами!

– Как скажешь, Серж!

Агель, внимательно слушающий наш разговор, только неодобрительно покачал головой:

– Серж, ну зачем использовать золото для того, чтобы замостить дорожку? Элементалов надо беречь и изучать их. Ведь уже более полутора тысяч лет их никто не вызывал!

– Ну и замечательно, – улыбнулся я, – Раз никто не вызывал – у меня эксклюзив.

– Но как же наука? – спросил Агель. Прет Карильон в это время только ехидно ухмылялся над попытками мага отжать у меня элементалов.

– Наука? – изумился я, – А какое отношение наука имеет к магии?

Агель аж задохнулся от возмущения, а Карильон гулко захохотал.

– Ваше магичество, – мило улыбнулся я Агелю. – Я вам расскажу, что такое наука. Обязательно. А пока отстаньте от МОИХ элементалов.

Маг демонстративно обиделся, и стал усиленно дуть на кофе, приготовленный бессменным телохранителем и ординарцем Рузером. Я с наслаждением прикурил трубку, затянулся и примиряюще ответил:

– Вернёмся, обещаю подумать над наукой!

Агель сразу заулыбался, сделал большой глоток, и блаженно зажмурился.

– Шиб, а вас можно убить? – спросил я элементала.

Агель поперхнулся, Карильон от неожиданности икнул, а элементалы возбуждённо закружились.

– Серж, обязательно отвечать на этот вопрос? – пропищал Шиб.

– Ну, должен же я знать, насколько вы уязвимы, – я развёл руками. – Впрочем, тонкости и нюансы просто можно опустить. То есть, как вас можно убить, если это вообще возможно, не нужно знать никому.

– Убить нас нельзя, – загудел Шиб. Хотя, может, это был Здик. – Если нас выкинет из этой реальности, мы вновь станем частью первозданной стихии. И вновь будем ждать вызова.

Я махнул рукой, и стал распоряжаться:

– Шиб, летишь впереди отряда и смотришь любую опасность. Здик, летишь сзади отряда и следишь за тем же. В случае опасности сразу предупреждать меня.

Элементалы улетели в разные стороны, а мы с отрядом вновь выдвинулись в пеший марш по старым улицам столицы. Уже через тридцать секунд ко мне подлетел Шиб и пропищал:

– Опасность!

– Отряд стой! К бою! – проорал я. Бойцы сразу закрылись щитами и ощетинились копьями. Шиб висел рядом. Я ждал. Ничего не происходило.

– Какая опасность, Шиб? – спросил я элементала.

– Посреди улицы лежит бревно. Представляет опасность для тех, кто ходит по земле. Можно споткнуться! – довольно пропищал недоумок.

В течение последующих десяти минут я рассказывал элементалу всё, что думаю о его умственных способностях. И уточнял задачу, объясняя, что опасность это движимое, либо недвижимое, но затаившееся, и которое могло бы задвигаться. Потом это же я объяснял Здику, и, наконец, мы вновь двинулись дальше.