Игра в дурака. Поэтический сборник
- -
- 100%
- +
Елена Евгеньевна Студницына Иллюстратор
© Александр Александрович Студницын, 2024
© Елена Евгеньевна Студницына, иллюстрации, 2024
ISBN 978-5-0062-2168-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
в путь
Инсценировка
По логике ночного кошмаране сплю, но не подам вида.Тот, кто идёт за мной,стучится,а наяву дверь открыта.У моего страхаглаза велики,но ему не на чтопосмотреть.Мне снится,что я Агата Кристи.Во сне я инсценирую свою смерть.Астральный выход,а может, секс?как способуйти из тела.С видуженскую комнатуодеждав мужскую переодела.В стёклах моихлуна,лицом разрезанная на две.Как мёртвыена загадку,смотрю, будто знаю ответ.Мне снится,что я расчесалв кровьлестницы-лабиринты.Мне снитсясвет маяка,и кажется,что любим ты.Знакомых в своих преступленияхобвиняет Эркюль Пуаро.Тот, кто идёт за мной,инсценируетсмерть на Таро.Наутро в моём пальтокарты лежат,как улики.Голос из книгне звучитв экранизации любимой книги.Мне нужно сойти с ума,гнать птици накинуть рваньё.Мне нужно смотреть на жизнь,как на женщину,и потерять её.Агнософобия
Я сын серийного убийцы?Ну ладно.Мой отец пропал без вести,за это у меня естьгосударственная награда.И надо, не надо,никто не спросит меня об этом.В цирке глаза соблазнам не устоят.День пахнет волосами из раковины туалета.Ты скажешь, что понимаешь меня.Ну да.Ты та,кто смотрит в лицо, чтоб увидеть бездну.Моя работа не терять лица.Говорят,ты пережила конец света,прелестно.По всей видимостииз-за моего отца.Осенью небо становится жирным,как пальцы слуги Сатаны.Канатоходецне смотрит в бездну,бездну видят со стороны.У меня есть документы, очки и маска,в цирке холодный приём.Ты убила родных в Ковид-19,Маска – это не твоё.Глаза у собаки с отливом красным,когда от бойни есть ключ.Ты смотришь в бездну, смеёшься над бездной,Ты думаешь, я смеюсь?Мне нравится быть для тебя кошмаром,бежать за тобой в страшном сне.Для видевших дьявола,он в деталях,Для тех, кто не видел,дьявол во мне.Я не смотрелсериал«Люцифер» и да,не смотрел в глаза.Если тебе суждено жить долго,мне было бынечего рассказать.За глазавсё, что ты видишь во мне, —добровольнопоказыватьне захочется.Я видел людей, похожих на моего отца,у тебя с ними ничего общего.У меня – имя отчества.Тебе лучше пропасть навсегда.Ты знаешь, что это конец.Я презираю всё,что можно найти,потому что не знаю, как будет выглядеть мой отец.Проснуться
В телефонной книге мёртвых меня нет.В свой дом я попадаю через окно.Мои горящие книги не защитить на войне.О народной тропе через поле маковочья-то вдова заплакала.Да, плевать. Я не понимаю, кто я,как не понимают во сне.Тебя никто не любил, если не сделал больше,чем третья жена Михаила Булгакова.Мне снится поле, ручей, в рукетри головки репья.Мой свитер до лета ничей, репьивысохшие на мне спят.До осени меня здесь нет.До раскаянья Льва Толстого не дожил бог.Когда в будущем сладок стыд,я, как Максим Горький, кажусьсвятым с адописной иконой своего прошлого.Не ждите меня, друзья.В тихом доме не любят гостей,я здесь, кого ищете вы?Мне пришлось бы разводить мух,чтобы узнать, вы живы или мертвы?Есть некие вещи в штанах,говорят, красивые, когда твёрдые.Репейники высохли без любви.Есть вещи красивые, когда мёртвые,моя империя.Распадается…Щекотно, от Евгения Онегина во мнеостался только Пушкинский язык.Меня разрушает, что я годами вижутолько минутную стрелку, смотря на часы.Впереди у меня было всё,а теперь тишиной обрывается.Император внешнего мира выпустил куклу из рук,а я сам? Выпустил душу во тьму,как выпускает её человек,когда просыпается.Игра в дурака
Мёртвой бабочкой на подоконникепакетик незаварившегося дня.Ты смотришь в искусственное окнои видишь искусственного меня.Он улыбается, здоровается,лениво машет рукой.Откуда же это чувство,что он здоровается не с тобой.Откуда же эта мысль,что ты живёшь, как во сне?А потом ты делаешь выстрел,думая, что в рукахигрушечный пистолет.Снег омерзителен на обочине,как человек в говне и крови.Ты боишься, что мир закончится,его страшно остановить.Из тебя ничего не вышло,и ты создал себя сам.Отчего же тебя не видятдругие кукольные глаза?Отчего же они смеются,как будто бы ты слепой?А потом ты стреляешь в трупы,думая, что ониговорят с тобой.Это не снег, а так,в окне что-то белое падает.Носками в глотке стихи,выученные от «а» до «я».Больничным запахам коекдышать в своём доме, какНа фото, где ты был молод,увидеть лицо врага.Чудовище, что ты создал,его глаза голодны.Ты умираешь от выстрела,думая,что от чувствавины.Мешок
Мне стыдно, что в концемоего предложения у тебя стоит троеточие.У нас, как у ошибок, ничего общего,потому что прошлое общее.Ты не посадишь меня в мешок,но я слышу крики котят.Мне придётся с тобой говорить,иначе котята не замолчат.Дети увидели призрака,отцы – ничего волнующего.В фильме о проклятом домепризраки были из будущего.Ты помнишь, как мне написалао мёртвых смешные стихи?В мешке, как японские девочки,из темноты: хи-хи-хи!В глазах литературного вечераТы плач утопила в критике.Здесь лица почти не меняются,не знают, как быть и кем.Трагедия в утробе таланта,как сестра, поглощающая род Бронте.Из неудач я влюблялся в большееиз провалившегося в декольте.У друга на телефонезвонки человека без будущего.Неотвеченные вопросы,к примеру: «Живу для чего?»С тех пор, как ты выносиламешок, где болталась рука,у меня страх носить нечто мёртвое,как у носителя языка.На интервью из моей головыты сбрасываешь не чешую.Тебя сохраняют в памяти,как врач – сумасшедшую.Мне стыдно, что я предложил,а ты не взяла ключа.Мне больше не о чем говорить,мои котята – молчат.Круги на полях
У поля – острее взгляд,у леса – острее слух.В прятки играют в тепле,что лес не горит солгу!Ты будешь смеяться, считатьс завязанными глазами.Сорви мне ядерные цветы с неба,когда меня не станет!На поле есть огненный круг,а у тебя снег на слуху.Чтобы играть с тобой,мёртвые в поле встают,а я не смогу.Есть игры и пули,редкие,как множественные ножевые.Есть прятки,в которые не играют живые,ты и я.У поля – горят глаза,а у тебя в горле – крик!Есть непонятая красота —дома, когда он горит.Тебе, как нелепая кукла,ребёнком брошенная в угол,мой поцелуй —здесь ничего не осталось,кроме уродливых кукол.
Пуговицы
Раскрываю ракушку, а там что-то жидкое,как хлеб из блокадного Ленинграда.У тебя на лице черви и муравьи,ты говоришь, волноваться не надо.Ну да, не надо, на губах эротично алеет помада.Утром наступит ничто, ты рада.Мне грустно и хочется ещё раз поговоритьпро хлеб из блокадного Ленинграда.По-моему бояться нечего.По-моему искусство воскреснет.По-моему лучше искусства есть пиццу без алого кетчупа.Ты скажешь, что это губная помада.В конце концов, она ала.И то, что я вижу на унитазе, не значит, что ты его целовала.Мне тоже гордиться нечем.Я по всему городу скупаю аромасвечи и не чувствую запах.Вчера снилось, что сгнила луковица.Переворачиваюсь набок.Во сне ты хитро застёгиваешь ленивую пуговицу.Ты не чувствуешь запах.Наяву мне улыбается человек, а рядом ребёнок куксится.«Мама, у тёти вместо глазика пуговица».Хорошо, что не луковица.Что шляпа не набок. Так-то ладно. Запомни что ли!То, к чему мы привыкли, меняется,как мидия или устрица.Я закрываю глаза на все пуговицыи умираю, как просыпаюсь.Дорогая, не видеть, как прыгнуть в море!Я расстёгиваю глаза и чувствую себя голым.Я расстёгиваю глаза, как ширинку, меня просят застегнуть обратно.В Ленинграде нет моря.А если есть, то со вкусом блокадного Ленинграда.Танец Шивы
Самое страшное, ты не боишься чудовища,у него нелеп вид.Ты забыл, не красота опасна,а то, о чём она говорит.Мне нужно уйти в темноту,я собрал её в себе сам.Мои любовницы тебя найдут,как вестники апокалипсиса.Чтобы идти над пропастью,нужно убить в себе стыд.Смотреть в глаза дьяволу,пока вопрос не закрыт,Играя на раздеваниев карты, дама, валет?Раз на пути стоит стыд,меня это не останавливает.То, что на свету прячут,в темноте – напоказ.Когда сгущаются тучи,молния бьёт на счёт раз.Пирсинг, тату – искусство?покажи его мне, но не им.Пирсинг издаёт звукперед ударом молнии.Танцующему танец Шивынужен высокий рост.Ницше не видел пропастьили ошибся всерьёз.Тебя приучило чудовищек солнцу за два часа.Бездна смотрит в того,кто от неё отворачивается.Теперь мои строчки голые,как детям ответ на вопрос.Учителя прячут ноги,под юбками варикоз.Мне нужно идти ко дну,маяк не для нас, прости.Обо мне говорят потому,что не могут сказать об опасности.Спиритизм
Лето уходит, оставляя запахгари и трупы птиц.По дороге скошенная трава,которую некому разгрести.Говорят, так мало нынче в Подмосковье русских,что мы сломали русскую деревню.Да, это так. Вдоль дороги старикистоят, как привидения,то есть привидения, как старики стоят.Лето уходит, а лес разграблен,как мой опустевший дом.Всё, что я потерял в квартире,здесь – перевёрнутое вверх дном.Осенью лес мне напоминает о смерти,как выпотрошенные кресла,как пятна алые в пустом луна-парке,где дочь у соседей исчезла.Лето ушло, а мода из детстваостанется в этих домах.Я не уверен, что узнаю соседа,но уверен, что узнаю впотьмахв штанах из моего детства,из моего гардероба.Мне нравится девушка, одетая чтобыостановить моё вымираниеили сердце.Сегодня у магазинау неё кинопроба на раздеваниеили бегство.Лето вернётся, как возвращаютсяводы, как возвращаются водымоей реки.То есть они стоят, и возвращаются,как повершенные враги —в гробах в другие деревни.Мне захотелось ночью тайкомпроследить за девушкой в русском селении.Привидения в сущности – грустные люди.Она подводит глаза,как будто говорит с привидениями.Мне нравится, что здесь на природевсе думают о чём-то своём.Твоя смерть в России не вызывает эмоций,как бездарный художественный приём.Моя мама плачет по осении тусит на даче отца.Говорят, старики заперты в осени,для них она не кончается.Вечером у магазинадолго никого нет.У Девушки с кинопробыв руке железнодорожный билет.Она так похожа на осень,уходит почти раздетая.Она думает, что говорит с мёртвыми,а это я, это я…говорю с ними всё лето.
Пожалуйста
Как мысли о скором бегстве, квартира не заперта.Кажутся незнакомыми – чашки сменили места.«Ты в целом кому-то мешал» – мама проблему озвучила.Из тебя неудобного сделают удобное чучело,чего ты ждал?Передо мной зубы – тридцать два зуба в ряд.Это улыбка, по крайней мере, так говорят.Тебе рады здесь, скажу, чтоб совесть не мучила,Тебе были рады здесь, потому что искали чучело,и ты им стал.Звонок и шаги на лестнице, квартира не та.О мёртвом заплачет женщина, случится беда?Чучелу человека со мной говорить не наскучило.У меня с ним общее детство, не делай из меня чучело,пожалуйста!Жемчуг
Ракушка, где в озере скрылся Урал,треснула, как на яблоке кожура.Улиткой надгробия сносит оползень,время бьёт не точечно, а по всем!Ещё год назад я в будущее верил сам.Трещиной расползаются голоса.Детский смех слышат мёртвые в озереи тоскуют о море, как о себе.Я в улыбке родителей эхо струнвзял с поездкой на море к себе в нору.Где границы заката захлопнутся,вспоминаю лицо своего отца.Он от моря не смог отыскать ключа,этот ключ у меня, хочется кричать!Ракушка в руке рассыпается,что мне жемчугом кажется, то я сам.Завтра оползень, значит, закат погас.Мимо нас проплывают гробы без нас.Как ребёнка от мёртвого отделитьсреди тех, чья улыбка от матери?Поднимаю ракушку, она молчит,ожерелье из жемчуга, где ключи?Дети заплакали, верить каксмеху моря с дальнего берега?Хоррор
За стеной кто-то умер, и мне трудно не думать об этом.Ты не сможешь уйти, все знают, что мы сделали прошлым летом.Чтобы шоу продолжалась, стань улыбчивым и простым.Мне жаль тех, кто не хочет всерьёз умереть молодым.Для памяти комикс, гостям, как открытая книга.Я тот, кто узнает в тебе королеву крика.Ты не актриса, я тоже играть не привык.Жаль, что с рождения им нужен был только твой крик.За словом «заткнись» звук костяного хруста.Самое страшное – предать не себя, а своё искусство.Режиссёр снимет бойню, а скажут – хороший фильм,Где в роли актёров умрут все, кого ты любил.О чудовищах прошлого знает библиотека!Чтобы тебя прочитали, убей в себе человека!Я накрываю на стол и чувствую в комнатах дым.Подпол кто-то поджёг, я надеюсь, что это ты.Фильм не будет доснят, основа сгнила сырая.Мне приснятся слова, записка: «Я всё ещё знаю».С червяками из дыма у неба знакомый вкус.Вкус дома и слёз, которыми я захлебнусь.Ты улыбаешься, это другой сценарий.Дебют в новом жанре, у критика – комментарий.Фильм не удался, мы снимем ещё один.Ты со мной, ты разделась и будешь кричать, прости.Натура
Россия – натурщица смерти, её тело красиво!Нам так хорошо на закате, либо мне кажется, либо…На скатерти плоских берёз солнце блюёт синевой.Мой город прожёг на скатерти нимб над своей головой.В глазницах моих современников темно, как в горящей хате.Зато лучшие фотографии делают на закате!На будущем и могилах церковь поставила крест.В России не любят бога, потому что не любят лесть.Из жести и проволоки, из брёвен и хвои.Мне стыдно сказать, что я создал что-то живое.Критика здесь не нужна, растащат своё на куски.Моя любовь к Родине останется вопреки.Чтобы кровь не пролить, раньше точили вилы.Чтобы остаться в земле, мёртвые роют себе могилы.Какого врага или бога ты любишь больше всего?Я не ревную, только здесь больше нет никого.Ценители одиночества – это русские люди.Если себе на уме, дружбы с тобой не будет.Не прижилось стукачество, лучше словом убей!Здесь не бросают друг друга, но в волосы бросят репей.У смерти тоскливый почерк, её картины – гравюры.В России ночь не кончается, потому что рисуют с натуры.Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.