Договор простого товарищества в гражданском праве России: исторические традиции и современность. Монография

1.1. Правовое регулирование товарищеских объединений в Древнем мире. Сравнительная характеристика

Для более детального изучения процесса возникновения отношений простого товарищества в России представляется целесообразным выявить основные особенности товарищеских объединений, существовавших в различных древних обществах. ДПТ является одним из соглашений, наличие которых в законодательстве многих государств есть явление закономерное. Однако понятие «договор простого товарищества» появилось в отечественном законодательстве относительно недавно. Проект Гражданского уложения Российской империи 1913 г. впервые в истории нашей страны включал нормы о простом товариществе. Но в силу известных (по большей части политических) причин данному проекту так и не суждено было стать действующим законодательным актом. Ряд идей Проекта был положен в основу Гражданского кодекса РСФСР 1922 г. Следовательно, необходимо сразу же указать, что на протяжении тысячелетий имеют место предпринимательские и иные объединения, не называемые представителями власти и участниками простым товариществом, не называемые также договорами о совместной деятельности, а лишь являющиеся до некоторой степени прообразами современных объединений, обозначенных данными юридическими терминами. Многие исследователи справедливо отмечают, что известные законодательствам различных древних государств торговые, земледельческие и иные объединения были предшественниками именно простого товарищества прежде всего потому, что долгое время соответствующие законодательства не знали института юридического лица. Это подтверждается хотя бы тем общеизвестным обстоятельством, что на протяжении тысячелетий в качестве субъектов гражданских правоотношений фигурировали только лица физические, т. е. люди. Юридическое лицо окончательно было признано субъектом права лишь в XIX в. Именно в данный период произошло окончательное оформление различных теорий происхождения юридического лица. Соответственно, по мере оформления такого сложного и фундаментального понятия, как юридическое лицо, происходило и отграничение его от объединений, создаваемых довольно часто с целями, аналогичными тем, для достижения коих создавались юридические лица, но при этом не являвшихся самостоятельными субъектами правоотношений.

В контексте нашего исследования необходимо отметить, что деление различных групп, компаний и иных объединений на торговые, купеческие и иные, создаваемые с целью, отличной от получения прибыли, возникло практически сразу после становления древних государств. Большинство авторов (Е. М. Щукина, И. П. Грешников, К. К. Лебедев и др.) довольно обстоятельно характеризуют договор товарищества, имевший большое значение в организации жизни римлян, причем исследователи отмечают, что именно данный вид договора являлся предшественником современного простого товарищества. Никоим образом не отрицая справедливость многих суждений данных ученых, представляется целесообразным рассмотреть отношения по совместной деятельности различных субъектов права более широко даже в географическом смысле. Е. М. Щукина пишет, что «товарищеский договор встречается в истории всюду, куда достигает глаз исследователя». А. Б. Савельев резюмирует высказывание цивилистов начала XX в. В. Шретера и А. Л. Федорова: «…Товарищеское объединение нескольких лиц для совместного достижения определенной хозяйственной цели встречается уже в самой глубокой древности. Самая идея товарищеского соглашения там, где сил одного не хватает для разрешения какой-либо жизненной задачи… настолько проста и естественна, что всюду, где мы встречаем человека в общежитии, мы встречаем и договор товарищества»1. Действительно, сама мысль об организации совместной деятельности людей там, где усилий одного человека (одной семьи) явно недостаточно, являлась закономерной. Более того, объединение людей в Древнем мире, например, перед лицом общей опасности (угроза войны, стихийного бедствия и т. п.) было во многих случаях просто неизбежным. Исключительно важной нам представляется одна деталь, которая относительно слабо освещается в научных трудах. И. А. Покровский называет товарищество «простейшей и древнейшей» формой гражданско-правового соединения лиц для совместной деятельности. Практически аналогичным является мнение Е. А. Суханова: «Договор простого товарищества (о совместной деятельности) является одним из древнейших правовых институтов… В самом далеком прошлом нет такого законодательства, которое не знало бы подобных договоров». Из суждения Е. А. Суханова очевидным становится такой факт, как разнообразие договорных отношений, по существу являвшихся товарищескими. При характеристике товарищеского договора многие специалисты говорят почти исключительно о законодательстве Древней Греции и Древнего Рима. Действительно, именно там, особенно в Древнем Риме, данное соглашение именовалось товарищеским договором и получило наибольшую степень завершенности. Ряд условий данного договора (например, условия об общей цели, о вкладах в общее дело) и в настоящее время не подвергается сколько-нибудь серьезным изменениям. Однако подобные соглашения присутствовали не только в греческом и римском праве. Существование объединений, в юридической плоскости представленных порой довольно своеобразными, если не сказать уникальными юридическими конструкциями, характерно для различных государств Древнего мира. Практически все специалисты по теории и истории государства и права выделяют в древнюю эпоху в целом два типа цивилизаций. Цивилизации первого типа представляли собой общества с явным превалированием частных интересов, когда все силы государства были поставлены на службу частному собственнику. При этом частный собственник вступал в различные объединения, к которым государство не имело никакого отношения, за исключением сбора налогов и разрешения судебных споров, возникавших между участниками таких объединений. Договор товарищества здесь означает создание объединения, где участники преследуют различные цели. Такие товарищества имеют место и в Древней Греции, и в Древнем Риме. Они носили либо торгово-ремесленный характер, т. е. преследовали цель извлечения прибыли, либо цель была иной – совместная обработка земли, совместный наем пастуха для выпаса общего скота, совместное строительство путей сообщения и т. п. Существование товариществ, основанных на соответствующем договоре, было характерной чертой вышеуказанных цивилизаций – даже в Древней Спарте были периэки и существовали их объединения, во внутреннюю жизнь которых государство не вмешивалось. Несмотря на то, что законодательное регулирование данных объединений, особенно в Древнем Риме, было весьма детальным, оно имело, однако, известные границы. Во главу угла, несомненно, ставилось волеизъявление самих частных собственников – товарищей. Именно они решали все вопросы в рамках совместной деятельности. Е. М. Щукина отмечает, что «в Древнем Риме существовали две формы союзов, созданных для достижения общей цели: корпоративное учреждение (universitas) и общество (societas). Современные законодательства взяли из римского права в качестве прообраза современных простых товариществ именно societas с неполным объединением имущества, с объединением лишь части имущества, которая выступала в роли вклада участника в товарищество»2. С данным утверждением полностью согласен К. К. Лебедев. В римском праве фигурируют некие прообразы юридических лиц – коллективные образования. Гай упоминает об объединениях для «совместного ведения дел, общего погребения и совместных священных трапез». Данные объединения назывались коллегиями, и их создание разрешалось «особыми законами, сенатусконсультами и конституциями принцепсов»3. Современные исследователи истории римского общества, в частности Е. М. Штаерман, а также цивилисты, например И. П. Грешников, констатируют факт существования в Древнем Риме объединений, в сущности представлявших собой товарищества. Данными авторами выделяются такие признаки товариществ, как общие вещи, общая казна и представитель, ведущий общие дела4. Весьма показателен вывод, который делает И. П. Грешников по итогам характеристики товариществ эпохи Древнего Рима: «Во времена республики societas (товарищества) не считались “лицами”. Это были в основном объединения (общества) по ведению совместной торговли, строительству кораблей, проведению торговых караванов и другой деятельности. Участники societas заключали между собой особый договор, согласно которому они объединялись для ведения совместной торговли. Но societas, в отличие, скажем, от universitas, не составляло нового самостоятельного субъекта права, и по сделкам, совершенным сообществом, права и обязанности возникали у всех участников лично. Ряд общих черт делают societas похожим на известный нам договор простого товарищества или договор о совместной деятельности». Исследователи выделяют в классическом римском праве два типа товариществ: 1) товарищества по совместному проживанию и совместной деятельности по управлению общим имуществом возникали, как правило, между сособственниками (сонаследниками); 2) производственные товарищества, участники которых занимались совместной хозяйственной деятельностью. Они стали объединениями купцов и участников различных промыслов. Товарищи, объединив имущество для достижения общей цели, совместно извлекали прибыль и участвовали в общих расходах, сообща несли убытки. Среди римских юристов были разные мнения относительно возможности неучастия какого-либо товарища в убытках: «Существовало… большое сомнение, можно ли так составить товарищество, чтобы кто-либо получал выгоды в относительно большей степени, а в убытках участвовал в меньшей. Квинт Муций считал, что это противно природе товарищества. …Но Сервий Сульпиций… считал что его можно составить даже таким образом, чтобы кто-либо вообще не участвовал в убытках, но имел долю в прибыли, если его труд считается настолько ценным, что было справедливо допустить его в товарищество на таких условиях»5. Римские юристы выделяли не только договор товарищества, но и товарищество как таковое, т. е. объединение людей на основе соответствующего договора. В Дигестах Юстиниана детально освещаются вопросы создания и прекращения товарищества. Ю. С. Любимов обоснованно полагает, что «римская юриспруденция, стремясь преодолеть ограниченность возможностей отдельного человека в достижении целей, использует две диаметрально противоположные конструкции». Ю. С. Любимов констатирует полную противоположность неправоспособных товарищеских объединений (societas) корпорациям (universitas). Если первые являются «разрозненными», то во вторых «союзная идея превалирует над личным фактором». Товарищество «не существует вне своих членов», а корпорация «не разрушается выходом из ее состава даже всех ее членов и безразлична к перемене участников»6.

Специалисты особо отмечают то обстоятельство, что наибольшее развитие и распространение товарищеские соглашения получили в римском праве, носящем до известной степени космополитический характер и являющемся первоосновой, фундаментом современной цивилистики». Товариществом в Риме признавался консенсуальный контракт, по которому двое или несколько лиц объединялись для осуществления «известной общей дозволенной хозяйственной цели», участвуя в деле имуществом или личной деятельностью либо их сочетанием с тем, что прибыль и убытки от ведения общего дела распределяются между всеми товарищами в предусмотренных договором долях, а при отсутствии в договоре указаний – поровну. В Древней Греции товарищество являлось также распространенным правовым институтом. «В Афинах были весьма распространены различного рода объединения граждан, связанных между собой договором товарищества. В. Мельгунов также называет ДПТ «древнейшим правовым институтом, дошедшим до нас из римского права». Договор этот, как правило, оформлялся в виде письменного акта. Участники договора делали вклады для образования общего имущества товарищества. Товарищи несли ответственность друг перед другом за убытки, причиненные умышленным или небрежным ведением дела»7. Товарищеские объединения обладали самостоятельной правосубъектностью. «Товарищества в Афинах пользовались правом приобретать через своих представителей недвижимость и прочее имущество. Доходы и убытки делились между членами товарищества согласно условиям договора, а при отсутствии [специально оговоренных условий] – пропорционально ценности их вкладов. Особо важную роль в жизни Афин играли многочисленные торговые товарищества – корабельные, банковские и др.», – констатирует П. Н. Галанз основную цель образования товариществ в Афинах8. Н. И. Клейн справедливо указывает, что ДПТ «послужил прообразом всех современных организационно-правовых форм предприятий, включая акционерное общество. Простое товарищество было первым юридическим инструментом, позволившим объединять имущество и капиталы для совместной хозяйственной деятельности двух или более лиц, каждое из которых рассчитывало таким образом сократить издержки и увеличить свою прибыль»9.

Учитывая отсутствие такой категории, как юридическое лицо, представляется верным утверждение, что все вышеприведенные примеры характеризуют объединения, в той или иной мере являвшиеся предшественниками современного простого товарищества.

Но если существование таких объединений и активная деятельность их участников не вызывает сомнения в отношении цивилизаций западного типа, то в отношении второго типа цивилизаций – восточного типа само существование подобных объединений выглядит на первый взгляд сомнительным. Эти цивилизации преимущественно являли собою пример всепоглощающего, самодовлеющего государства. Все отношения в таком государстве были подчинены в большинстве случаев одному источнику власти – воле единственного правителя. Круг приближенных был, как правило, довольно узок, институтов рабовладельческой демократии, которые имели место в Греции и Риме, не существовало. У подданных верховного правителя (царя в Древнем Вавилоне, фараона в Древнем Египте) не было того объема прав в сфере частной жизни, который позволял бы свободно распоряжаться своими способностями в деле управления собственным имуществом. И все же, несмотря на строгую централизацию материальных ресурсов, да и всей жизни, в законодательстве государств данного типа присутствовали нормы, закреплявшие если не договор товарищества как таковой, то соглашения, имевшие с товарищескими весьма значительное сходство. Так, в Законах Хаммурапи выделяется ряд правил о различных видах договоров в области частных отношений. Уже одно это обстоятельство позволяет утверждать, что в Вавилоне существовал слой относительно независимых от верховной власти царя частных собственников. Данные собственники вели самостоятельную торговую деятельность и вступали в различные объединения. Договоры, аналогичные по содержанию, встречаются и в Древнем Вавилоне: «Договор товарищества, как видно из дошедших до нас документов, заключался для различных целей, например для совместного предоставления займа, совместной покупки животного (вола, овцы)». П. Н. Галанз упоминает о долевом характере обязательств, вытекающих из участия в договоре товарищества: «Каждый товарищ полностью отвечал перед третьими лицами, если другой или другие не выполняли обязательства в своей доле». Судя по тому, что в соответствии со ст. 99 Законов Хаммурапи прибыли и убытки распределялись между товарищами поровну, можно предположить, что договор товарищества реально заключался между представителями одной социальной группы или равноправных социальных групп. «По-видимому, предполагалось, что взносы товарищей равны по своей ценности»10. Распределение полученного богатства происходило в храме, и это, несомненно, придавало еще большую силу договору. Кроме договора товарищества Законы Хаммурапи содержат своеобразный договор, который заключался между представителями двух групп населения, – договор тамкара с шамаллу. В системе (здесь данный термин применяется весьма условно) договоров выделяется договор тамкара с шамаллумом (шамаллу). Тамкар был обязан, в свою очередь, содействовать шамаллуму – давать советы, предоставлять сведения о возможностях торговли в той или иной местности. Таким образом, налицо если не совместная деятельность в ее классическом понимании, то определенный элемент таковой. Целью этих соглашений являлось извлечение прибыли. Шамаллу (шамаллумы) были мелкими торговцами, которые не только вели свои дела, но и на договорной основе выполняли поручения тамкара. Последние же являлись торговцами и владельцами капитала, который передавался во временное пользование шамаллу. В соответствии с Законами Хаммурапи «если тамкар даст шамаллуму хлеб, шерсть, масло или любое другое имущество для продажи, то шамаллум должен подсчитать серебро [прибыль] и вернуть тамкару. Шамаллум должен получить документ с печатью о серебре, которое он отдает тамкару». Вышеуказанный договор нельзя отождествлять «ни с договором товарищества, ни с договором поручения», но в нем очевидно наличие элементов, сходных с данными соглашениями11.

Н. Рулан в исследовании сообществ Черной Африки также называет отдельные договоры, имеющие признаки совместной деятельности. Общинная модель уже сама по себе предполагает некие совместные начала многих видов экономической деятельности человека. Одним из видов договоров, которым данный специалист дает характеристику, является договор о совместном труде: «Будучи заключены между родственниками или неродственниками, они представляют собой временное или постоянное соглашение, предусматривающее временное использование рабочей силы и инструмента для осуществления сельскохозяйственных, строительных и других работ». Н. Рулан отмечает, что договоры в сообществах Черной Африки практически всегда являются реальными. В качестве примеров он упоминает кооперативный договор и договор о торговой экспедиции. Н. Рулан выделяет и момент заключения договора – начало работы над вещью (начало похода). Данный момент характерен для кооперативных договоров, а также договоров о торговых экспедициях12. О том, что договоры о совместном труде и иные соглашения, имеющие сходство с договором о совместной деятельности, имели место в архаичных обществах, говорит также А. И. Ковлер.

Многочисленные источники свидетельствуют о существовании подобных договоров, предполагавших совместную деятельность и в других древних государствах. Так, в Древнем Египте «имели место… договоры товарищества, т. е. договоры, по которым участники объединяли свои средства для достижения какой-либо общей материальной цели»13. По другую сторону Атлантического океана на протяжении столетий существовали цивилизации, которые большинство ученых относит также ко второму типу, где публичные интересы превалировали над интересами частными. Но и в данных государствах (империя ацтеков, Тауантинсуйу, государство чибча-муисков), как отмечают многочисленные источники, основанные на свидетельствах конкистадоров, существовали объединения профессиональных торговцев. В государстве ацтеков, по свидетельству Бернардино де Саагуна, профессиональные торговцы (почтека) организовывали экспедиции, причем порой на весьма значительные расстояния. Очевиден совместный характер экспедиций – торговцы совместно распределяли между носильщиками товары, нанимали охрану, составляли маршрут движения каравана. В источниках отмечается также наличие совместных ритуалов религиозного характера, совершаемых перед торговыми экспедициями. Корпорации ацтекских купцов, существовавшие в каждом городе ацтекской конфедерации, создавались явно не по указаниям правящей, как правило военной, знати, а были результатом волеизъявления самих торговцев, совместно преследующих цель извлечения наибольшей прибыли. Некоторые источники позволяют также представить, что объединения, содержащие признаки товариществ, возникали независимо от связей между различными регионами планеты, так как в древности торговых связей (и вообще никаких связей) между, например, Старым Светом и государствами доколумбовой Америки не было. Объединения торговцев в государстве ацтеков характеризовались следующим образом: «Судьи и контролеры были выходцами из особой социальной группы профессиональных торговцев, почтека. В их число не входила огромная масса уличных торговцев, лоточников, держателей прилавков. Почтека были странствующими купцами, занимавшимися весьма выгодной торговлей с так называемыми Жаркими землями на юго-востоке… В каждом из 10 городов ацтекской конфедерации имелись свои почтека, их корпорации управлялись несколькими престарелыми купцами, которые больше не ходили в торговые походы (цель договора). Караваны вели опытные торговцы… Их сопровождали молодые ученики… В долгих экспедициях, занимавших несколько лет и достигавших территории современной Панамы, решающую роль играли… переодетые торговцы. Они могли говорить на языках отдельных народностей и, таким образом, играть роль шпионов…», о развитии торговли у ацтеков свидетельствует Бернардино де Саагун. Очевидно, что речь идет о договорах, которые заключались для организации торговых экспедиций, отправлявшихся на весьма значительные даже по современным меркам расстояния. «К длительной экспедиции необходимо было тщательно подготовиться. Ацтекские товары, предназначенные для обмена… собирали вместе и распределяли между носильщиками, которые за день могли переносить тяжелый груз на 30–40 миль…» – описывается множество совместных действий, и, несомненно, что каждый участник похода извлекал выгоду из общего дела. Примечательно, что сложность таких соглашений у ацтеков увеличивалась еще и в связи с многочисленными совместными ритуалами, которые должны были выполнять торговцы перед походом и после него. Источники, повествующие о развитии торговли у ацтеков, свидетельствуют о совместной деятельности по организации торговых караванов (экспедиций), и цель получения дохода от данных предприятий не вызывает сомнения14. Но главным признаком, позволяющим провести некоторую аналогию торговых экспедиций почтека с современными товариществами, является добровольность создания таких экспедиций. Торговые объединения создавались не по указаниям вождей, а исходя из волеизъявления самих почтека.