- -
- 100%
- +
– Понимаю, Валера, спасибо, что поддерживаешь.
Что могла еще сказать Элла, чем успокоить, как удержать, чтобы он не успел произнести то самое слово, готовое в любой момент сорваться с его языка. Да, она понимала, он ее любит и потому оберегает, не хочет, чтобы она попала в тяжелейшую ситуацию. Это обстоятельство лишало ее покоя.
После того, как Артем признался, что она очень ему нравится, Элла оказалась перед ответственным выбором. Фактически двое мужчин выразили ей большую симпатию и от этого она чувствовала себя виноватой. Конечно, можно было оставить все как есть и продолжать «дружить» с обоими, не смотря на их противодействующее положение, но в глубине души она уже выбрала того единственного, кто мил ее сердцу.
Стремительное сближение с Артемом началось с поездки в Кемерово, когда они оказались на похоронах Мироновых, но сдвиг в отношениях произошел намного раньше, когда они начали присматриваться друг к другу, изучать. Что скрывать, этот парень определенно ей понравился, и когда сравнивала его с другими, находила принципиальные отличия. Ощутимым толчком в отношениях послужил случай на дне рождения Ларисы, когда Артем доказал, что дорожит ею. В ту сумасшедшую ночь, на кухне, она прильнула к нему и почувствовала, как было легко и надежно в его объятиях. Когда между людьми возникает взаимная симпатия, неосознанным поступком назвать это нельзя. Она уже чувствовала к Артему свое расположение и во время ночной прогулки по скверу поняла, это взаимно. В теории, по представлениям спиритов, Элла ознакомилась с формулой флюидов, как они действуют на сознание людей, но на практике эти «электрические» импульсы влияли гораздо активнее, пронзая сердца.
Артем и Элла остановились в отеле и сняли два отдельных номера. Парни разместились в других комнатах. Планировалось вернуться в Новосибирск вечером, в день похорон, но дела заставили задержаться в Кемерово на два дня. После обеда состоялись поминки в кафе, а затем были встречи с близкими знакомыми Адвоката. Поговорили о совместных делах, ведь Салтыкова владела разными сведениями. Разошлись уже поздно и условились встретиться еще раз на другой день перед отъездом. Перед тем, как вернуться в отель, Артем отпустил всех парней и пригласил Эллу в ресторан.
Они много говорили о личной жизни, принципиально не затрагивая текучие дела, так как это заставляло их мыслить в другом направлении. Уютная обстановка, немногочисленная публика, приятный, милый разговор и уже смелые взаимные взгляды, все это сказывалось на душевном состоянии. Красное вино слегка кружило голову. После ритмичной мелодии с эстрады по залу поплыла спокойная музыка. Артем пригласил Эллу на танец. Она скрестила свои руки на его шее и, слегка прижавшись, почувствовала, как его ладони нежно коснулись ее спины. В обычных условиях такая близость могла возникнуть только при желании довериться друг другу, но сейчас они оба чувствовали другое влечение. Она опустила голову ему на плечо и, закрыв глаза, плыла по кругу, полностью доверившись своему партнеру. Вдруг она почувствовала его легкое дыхание, источающее аромат вина и в тот же миг его губы прикоснулись к ее губам. Чтобы продолжить приятное ощущение, она сильнее обвила его шею, и Артем, уловив ее желание, снова прильнул к ее губам.
Вернувшись к столику, он не отпускал ее руки. Нежно сплетая пальцы, они, молча, сидели и умиленно смотрели друг другу в глаза. Пришло время, возвращаться в свои номера. Артем довел Эллу до двери и, взяв в ладони ее лицо, поцеловал в губы. Она открыла дверь и, взяв его за руку, потяну в темный коридор. Рука Артема шарила по стене, ища выключатель.
– Не нужно, не включай свет… – услышал он ее шепот и, идя за ней в комнату, в полумраке заметил кровать.
Рано утром, когда все еще спали, Вавилов тихо прошел в свою комнату. Они оба прекрасно понимали, кто-нибудь из парней, заподозрив их в близости, обязательно доложит Мерабу, поэтому любовное свидание они решили сохранить в тайне.
Они возвращались в Новосибирск в одной машине, за рулем неизменно сидел Виктор Культя. Элла сообщила Артему о своем решении, она примет предложение Мераба и останется в группе, но действовать ей придется совместно с Арканом.
Вавилов отреагировал спокойно и попросил объяснить, зачем доверяться двум нелюдям, если понимаешь, что они готовы на все, вплоть до убийства.
– Артем, я не могу бросить сейчас братву. С годами я все отладила, каждого проверила и доверяю им. Они обучены и знают свое дело. Если я уйду, все порушится, вместо меня Аркан поставит Татарина, и он сломает всю группу, а ты уже убедился, что это за «отморозок». Ларису они снова превратят в путану, а я не хочу, чтобы «специалистка», работающая строго по профилю, очутилась на панели. И потом… – Элла сделала небольшую паузу, – я всегда буду знать о разных планах, и в отношении тебя, кстати, тоже. Пусть только попробуют утаить что-то, я им таких прокладок54 наставлю, мало не покажется.
Артем вздохнул тяжело и сказал:
– Эленька, какое бы решение ты не приняла и, в какой бы ситуации не оказалась, я всегда буду рядом. Обещаю твердо, я никому не позволю притронуться к тебе, если ты сама этого не захочешь.
Они крепко обнялись. Элла немного отстранилась, благодарно взглянула Артему в глаза и склонила голову на его плечо. В этот миг ей было приятно ощутить себя милой, ласковой девушкой, а не жесткой и бескомпромиссной «бандаршей». Виктор Культя подмигнул им в зеркало заднего вида, он был рад за свою подругу, она нашла себе достойного парня.
Элла с сожалением посмотрела на Валерия, и опять в ней проснулось чувство вины. Как он только выдерживает, не срывается, продолжает помогать, оставаясь в неведении, ответит ли ему взаимностью эта девушка.
Да, он был действительно терпелив и, что характерно, не давил на нее, требуя скорейшего решения, хотя, по всей видимости, это давалось ему с трудом.
Нет, она не может сейчас признаться и твердо сказать ему – нет, и не потому, что знает его недостаточно, она видела в нем мужчину, не способного снизойти до мелочей и опошлить дружбу.
– Ты занята в следующий выходной? – спросил Морозов, надеясь получить положительный ответ.
– Валера, нам нельзя так часто встречаться.
– Я должен передать тебе сведения об экспертизе, – лукаво улыбнулся Морозов.
– Ох, и хитрец, – прищурилась Элла, – я позвоню тебе.
– Хорошо, но только не раньше среды.
– Ладно, Валера, до следующей встречи. Была рада тебя увидеть, – Элла улыбнулась на прощание и, прикрыв пушистые ресницы, приветливо кивнула.
Судебный процесс по рассмотрению уголовного дела Анатолия Языкова состоялся в здании суда Железнодорожного района. Ему инкриминировали обвинение по двум статьям: превышение допустимой самообороны и незаконное хранение, и применение огнестрельного оружия, в данном случае охотничьего ружья. Поначалу, государственный адвокат, назначенный Вавилову, пытался доказать следователю, что сам факт защиты его семьи от «бандитов», это вынужденная мера и требовал переквалифицировать статью о нанесении телесных повреждений на самооборону. Но следователь настаивал, что Языков применил оружие из хулиганских побуждений, потому как состоит в ОПГ и, не вызвав милицию, совершил тяжкое преступление. Тогда Вавилов посоветовался с Салтыковой, и она порекомендовала обратиться к бывшему адвокату, умеющему собирать качественные улики и, обходя препоны следователей, добиваться положительных результатов. Неофициального защитника-консультанта звали Сергеем Брагиным. Слухи о нем, как о принципиальном и умелом защитнике, ходили не только среди обычных людей, но и среди криминала. Как ему удавалось вести свое расследование и находить разные улики, для кого-то оставалось загадкой, ведь профессиональный опыт у него накапливался не только в теории, а больше на практике, когда он умело, раскрывал преступления. Если судить по слухам, то Брагин уволился из адвокатуры по собственному желанию, не разделив с руководством точку зрения, касаемо принципиальной защиты граждан. Оставив официально практическую деятельность юриста, он продолжал консультировать в частном порядке и оказывал помощь людям, нуждающимся в защите от уголовных преследований.
В процессе судебного разбирательства, судья пригласила в зал свидетеля, отца обвиняемого Языкова. В деле значилось, что на момент преступления паспорта на ружье у обвиняемого не было. Зато отец принес его с собой и передал для ознакомления судье. Естественно, председательница удивилась и взяла на заметку, чтобы потом разобраться со следователем. Затем отец Языкова объяснил, как оружие оказалось в доме. Частное строение раньше принадлежало родителям, затем они переехали в квартиру, предоставив дом сыну и его семье. Ружье находилось в чулане, а так как отец перестал заниматься охотой, то совсем про него забыл.
В зале суда собралось много людей, как со стороны Вавилова, так и сторонников Мераба и Аркана. Возглавлял компанию Татарин-Наиль. Во время процесса судья несколько раз делала замечания по поводу шума, а когда это не действовало, выдворяла в коридор.
В перерыве между заседаниями обе группы вышли на улицу и, провоцируя друг другу угрозами, чуть ли не сошлись в драке. Лидеры успокоили их, приняв решение закончить «прения» после оглашения приговора. Но когда все вернулись в зал для заслушивания приговора, то возмущенные парни опять подняли дебош. Оказавшись снова на улице, они затеяли между собой драку, и закончилось тем, что нескольких парней с обеих сторон задержали и закрыли в специальной комнате до приезда наряда милиции.
Три года условно, таков был приговор Языкову за превышение допустимой самообороны, статью за хранение оружия с него сняли. Судья, разобравшись в уголовном деле, выявила, что со стороны истцов был нарушен закон, она заявила претензию следственным органам, почему по факту злостного хулиганства не было заведено уголовное дело на лиц, напавших на Анатолия Языкова и его семью.
Только спустя время, Салтыкова, поговорив с Сергеем Брагиным, узнала, что Гебанидзе «подмазал» следователя, и он утаил факт о наличии паспорта на ружье и не стал возбуждать уголовное дело на бандитов, напавших на Языкова.
Именно с этого дня начались настоящие распри между двумя группировками Вавилова и Гебанидзе, а буфером между непрекращающимися конфликтами послужила Элла Салтыкова. Только потом Артем разгадал план своей возлюбленной, которая в определенной степени, умело гасила пламя разгорающихся разбирательств.
Глава 14
«Черная молния» против Шаронова
Который раз друзьям не удавалось встретиться с Сергеем Брагиным, оперативники Шаронова, меняя друг друга, следили за ним постоянно и где бы он ни появлялся, за ним тащился «хвост».
Воробьев Александр заблаговременно пришел на место встречи в Заельцовский лесопарк и, осмотревшись, сел на одну из лавочек, недалеко от колеса обозрения. По поводу «наружки» у Александра сложилось мнение, что проводят его высококлассные профессионалы, прошедшие спецподготовку. Взаимодействуя друг с другом, они появляются внезапно. В своем арсенале дети «Николая Николаевича» имеют массу «премудростей» и дилетантам засечь их практически невозможно. Но, по-видимому, сотрудники Шаронова не были таковыми профессионалами и, работая в направлении по раскрытию экономических преступлений, в плане наружного наблюдения функционировали грубо. Александр за время своей нелегальной деятельности уже изучил и применял разные методы на практике и был готов побороться с оперативниками Шаронова. Важно обмануть их и сделать это так искусно, чтобы они не поняли, кто их оставил в дураках. Как подсказывал Портников, у оперативников, проморгавших «объект» появится лишний повод оправдаться, а Шаронов терпеть не может, когда его команда допускает ошибки. У полковника видимо имеются свои способы наказания, взять и сократить им левую зарплату или лишить «премии» за некачественную работу.
Через некоторое время появился Сергей Брагин, он шел по аллейке со стороны центрального входа и присел на свободную скамейку, держа в руках свернутую в рулон «Литературную газету», что на условном языке означало: «Осторожно, за мной ведется наблюдение». Сергей вел себя непринужденно, оставаясь спокойным во всех отношениях.
Выявить «шпиков» теперь предстояло Александру. На площадке перед «Чертовым колесом» людей было немного, в основном они выстроились в очередь за билетами в кассу. Александр находился недалеко и что-то обсуждал со светловолосым парнишкой. Брагин, развернув газету, изредка бросал взгляд на сына. Видимо договорившись, Александр протянул парнишке свой фотоаппарат и, подойдя к людской очереди, принял соответствующую позу. Паренек, приготовившись фотографировать, громко крикнул:
– Эй, отойди чуть в левее, я тебя сфотаю.
На этот оклик многие из очереди повернули головы и в этот момент были зафиксированы. Александр переместился правее и снова принял позу. Паренек снова крикнул и произвел несколько снимков.
Воробьев во время съемки внимательно присматривался к людям. Понятно, когда человеку скрывать нечего, он ведет себя спокойно, но когда кому-то важно, чтобы его не заметили, естественно отвернется или прикроет лицо. Александр засек двоих мужчин среднего возраста, они как раз стушевались во время фотографирования.
Через пятнадцать минут Сергей Брагин резко поднялся с лавочки и направился к густым кустарникам и, подойдя, стал озираться вокруг. По его виду не трудно было понять, что он присматривает место, где бы справить нужду. Александр, стоя в очереди за билетом, наблюдал за двумя подозрительными типами и когда отец скрылся за кустами, один из них пошел по аллейке в его сторону, а другой, обойдя колесо обозрения, остановился, видимо подстраховывая своего напарника.
Встреча друзей опять срывалась, а ведь нужно было срочно обсудить массу вопросов, которые по телефону нельзя поднимать. Александр понял отца, когда он направился к кустам, и надо было срочно придумать какую-то хитрость, чтобы Брагин оторвался от «наружки», ведь ему предстояло пересечь парковую зону и выйти к гаражному обществу «Навигатор». Там, на главной дороге, припарковав машину, его ожидает брат Анатолий.
«Странная какая-то слежка, – подумал Александр, – они как будто и не особо прячутся. Ведут себя, как дилетанты, а еще кагэбисты. Конечно, им важен Сергей и с кем он должен войти в контакт, но почему эти придурки так нагло себя ведут? Один, так вообще подошел к кустам, где скрылся отец. Смотри-ка, и второй к нему направился. Совсем что ли олухи?» И тут на глаза Воробьеву попались три парня, по их неопрятному виду и хмурым физиономиям было заметно, что ночь у них прошла в пьяном угаре. Они маялись с похмелья, и бездельно шатаясь по аллеям парка, кого-то высматривали. В голову пришла оригинальная мысль и Александр, усмехнувшись, направился к парням.
– Здорово парняги! Чего у вас вид такой, будто вагон с углем разгружали, – пошутил Александр. Видимо кряжистому парню сейчас было не до шуток и, сплюнув сквозь зубы, он грубо ответил:
– Здоровей видали. А ты что, хочешь полегче работенку предложить?
– Блин, как ты угадал. Ладно, братва, я вижу, вы все с бодуна мучаетесь, я вам помочь хочу, – Александр сжал кулак, оттопырил мизинец и, подняв большой палец к верху, показал жест, знакомый всем собутыльникам мира.
– Что земляк, бабки55 есть? – обрадовался здоровяк, – давай сгоношимся, а то жабры горят, я щас малого за ваксой отправлю.
– Деньги есть, но только и вы мне помогите.
– Ты говори, что надо и гони бабки, а остальное мы сработаем.
– Видите двух чуваков возле кустов, они смотрят в нашу сторону. Надо к ним прицепиться, пасут они меня, а мне свалить надо отсюда по-тихому.
– Тебе что, базар нужен, давай филки и мы щас им устроим, – здоровяк даже не поинтересовался, кто эти «чуваки» и почему следят за «заказчиком», у троих парней сейчас было такое состояние, что они готовы броситься на танк без гранаты. Александр протянул парню два бумажных червонца, и все трое, быстро пошли отрабатывать деньги.
Воробьев обошел «Чертово колесо» и сквозь листву заметил, как отец уже пересек небольшую лощину. Ускорив бег, он затерялся между сосен. В кустах послышался шум борьбы, крепкие ругательства и пронзительные крики. Один за другим парни выскочили из кустов и бросились по аллее к главному выходу. Вдруг им наперерез выскочили двое мужчин. Предположительно, как подумал Александр, это были люди из команды Шаронова.
Воробьев заспешил к выходу и, выбежав на асфальтированную дорожку, через несколько минут уже был на главной дороге. Буквально через минуту его подсадил к себе в машину Анатолий Брагин. Сергей принял сына на заднем сидении и, пожав ему руку, спросил:
– Саша, как там «наружка» себя чувствует?
– Они вообще какие-то придурки, я им сейчас такое устроил, – и Александр рассказал братьям о своих выдумках с фотоаппаратом и парнями.
– Ну, ты и артист! – рассмеялся Сергей Брагин, – филигранно сработал, молодец что загримировался и парик надел, если парней задержат, то по крайней мере, они обрисуют не того Сашку. А вообще ты не корректно высказался, оперативники Шаронова не придурки, они просто дилетанты. «Наружка» не дешевое занятие, это считай круглосуточное сопровождение, они не сильно-то скрываются, даже дают мне понять, что не отстанут ни на секунду. В общем, так, друзья, теперь строго о деле: мне удалось встретиться с Портниковым, есть хорошие новости: один офицер из комитета взялся ему помогать, сейчас они готовят компромат на Шаронова. Нашей группе тягаться открыто с командой Шаронова невозможно, значит, переходим к следующим актам, это слежка и добыча информации. Не забывайте о конспирации, старайтесь заранее продумывать все действия и сильно не увлекайтесь. Помните, мы не одни, о родных тоже надо думать. Кстати, Саша, ты виделся с Аленой?
– Нет, – мрачно ответил сын.
– Что случилось? – удивился Сергей.
Александр нахмурил брови и молча, замотал головой, показывая, что эта тема ему неприятна.
– Что у вас произошло? – опять спросил отец.
– Мы расстались с Аленой.
В разговоре наступила длительная пауза, первым нарушил молчание Анатолий:
– Саня, можешь особо не объяснять, мы вас с Аленкой понимаем. У меня с Леной такая же история.
Сергей тяжело вздохнул и удрученно произнес:
– Катя, Катя, как ей-то удается такое выдерживать?
– Отец, мама уже в возрасте и понимает больше нас всех, и к тому же принципы у нее твердые, закалку в жизни получила что надо.
– Алена с дочкой сейчас, где живут? – спросил Анатолий.
– У Елизаветы Петровны. Мне жалко их, я скучаю по ним. Не знаю, чем все это закончится, Алена устала, и я понимаю ее. Что будем делать, отец?
– Саша, при случае я поговорю с Аленой и Катю подключу, надо немного переждать. Видеться тебе с родными категорически запрещаю. За мной следят, сами знаете, не дай бог, еще и родственников засветим. Разберемся с Шароновым, отправим вас с Аленкой и Лизой подальше, хоть заживете спокойно.
– Знать бы еще, какие ответные меры предпримет Шаронов на действия Портникова, – в разговор включился Анатолий.
– Может, нам не ждать, а самим устроить слежку за Шароновым, – предложил Александр.
– Обязательно устроим, Саша, но в первую очередь нам нужны доказательства вины Шаронова в трех убийствах, а может быть и больше. Итак, что мы имеем? Следователь КГБ Шипулин, ведущий дело об убийстве замначальника «Ювелирторга» Котинова продолжает стоять на своем: преступник Яликов, побывавший у Котинова на квартире и человек, убивший его, одно и то же лицо. Но в этом деле странно другое: Яликов при перевозке в спецмашине в изолятор, вдруг внезапно умирает. Я раздобыл один важный документ, сглаживающий все странности, это заключение медэксперта, выявившего причину смерти вора-рецидивиста, в его крови обнаружен препарат «строфантин», то есть сильнодействующий яд, при попадании в кровь он вызывает остановку дыхания, и человек умирает буквально в течение двух-трех минут. Возможно, Яликову сделали укол или по-другому ввели яд, потому что следов прокола кожи эксперт не обнаружил.
– А почему Шипулин не придерживается этой версии твердо, ведь в деле есть заключение эксперта? – спросил Анатолий.
– Видимо потому, что он обеспокоен подмоченной репутацией полковника Шаронова, но официально к нему не придерешься. Дело в том, что Шаронов в своем рапорте указал, будто Яликов являлся внештатным агентом и действовал на свое усмотрение, то есть в целях наживы ограбил махинатора и убил. А Шаронов остался в стороне и к смерти обоих преступников не имеет никакого отношения. Заключение эксперта, это прямое доказательство смерти Яликова, но… – Сергей выдержал паузу, – в целях изучения данного дела, Шаронов получил разрешение у начальства для ознакомления с некоторыми документами, якобы Яликов, хоть и был агентом, но находился в оперативной разработке его отдела. Следователь Шипулин, получив информацию от Портникова, заподозрил что-то неладное и скопировал часть документов и оказался провидцем, когда ему вернули папку с делом, он обнаружил изменения в акте экспертизы, на первый взгляд оно было незначительным, но в определенных обстоятельствах отводило подозрения от Шаронова.
– Выходит, заметая следы своих преступлений, сотрудники Шаронова убрали Яликова как серьезного свидетеля, – подытожил Александр.
– Когда мотивы преступления становятся очевидными, мы с легкостью можем так рассуждать, – поддержал Сергей, – но нам необходима информация по Яликову. Толя, поручаю тебе это дело, раздобудь данные, где он отбывал последний срок, с кем больше всего общался, сколько времени находился на свободе? Узнай что-нибудь о его родственниках. А теперь перейдем к другим темам, – Сергей загадочно посмотрел на друзей, – а у меня две новости, одна хорошая, другая плохая, даже не знаю, с какой начать. А, начну с плохой, угадайте, кто объявился в городе?
– Отец, хватит интриговать, говори прямо.
– Это наш старый знакомый, которого мы считаем погибшим.
– Вроде все живы, кроме одного, – недоуменно произнес Александр.
– Так кто же он, по-твоему, – продолжал вызывать любопытство Сергей.
– Неужто Аркан?!
– Конечно же! Я виделся с Морозовым, он передает тебе привет и по секрету сказал, что бывший вор снова начал плести свою паутину в городе.
– Вот это в натуре поганая весть, – не сдержавшись, выругался Александр, – выходит, мы опять оказались между молотом и наковальней. А как же решение воровской сходки, ведь Громов однозначно дал всем понять, что Аркану заказали крышку на гроб?
– Я думаю, воры не смогли полностью доказать вину Аркана и приговор, вынесенный Громовым, потерял силу, «палач» не выполнил заказ, – высказался Сергей.
– Что-то мне подсказывает, скоро здесь еще один «друг» объявится, – скептически сказал Анатолий, – помните, как Рыжков – Пархатый в Новосибирске появился.
– Ты о Крутове говоришь, – догадался Сергей, – да, действительно, в этой стране все что угодно может приключиться. Этот ворюга постарается свести с нами счеты, появись у него такая возможность.
– Поражаюсь, как нынче менты работают, у них под носом такой кадр разгуливает, а им хоть бы что, – съязвил Александр.
– Саша, не спеши с выводом, если Морозову стало известно об Аркане, значит, существует причина, почему его нельзя арестовывать. За Арканом кто-то стоит, ведь где-то же его прятали все это время. Валера многого не договаривает, и это понятно, важные сведения нужно держать в тайне, но, тем не менее, он предупреждает нас об Аркане и просит, не предпринимать никаких шагов. А что это может означать? – спросил Сергей.
– Наверное, Валерка взял в разработку бывших членов Аркановской банды, – ответил Александр.
– Собственно, а почему бывших? Садовников в розыске и продолжает свою деятельность и почему бы ему не подтянуть к себе верных дружков.
– Нет, Толя, это невозможно, Крутов находится в спецзоне и оттуда выход ему закрыт, – возразил Александр, – а вот Мераб, точно Аркану помогает, ведь он ему как брат. Кстати, отец, ты упоминал о хорошей новости, давай выкладывай.
– Морозова перевели в областное управление в отдел угрозыска, которым руководит подполковник Скурихин, это он помог Валере перебраться.
– Тогда ясно, почему Валерка тянет с арестом Аркана, в управлении мыслят масштабнее, им нужна вся цепочка, которая потянется к организованной преступности.
– Правильно мыслишь, Саша, – похвалил отец, – и поэтому нам придется подключиться к Морозову, либо встреча с Арканом не сулит нам ничего хорошего.
– Опять все заново начинается, – тяжело вздохнул Анатолий.
– Отец, может тебе залечь, чтобы ты больше не светился перед Шароновской бандой, – предложил Александр.
– Не стоит, пусть Шаронов продолжает думать, что я один живу. Саша, а может к лучшему, что у вас с Аленкой получилась размолвка, посуди сам, сейчас такая катавасия начнется и, не дай бог, наши родственники окажутся заложниками в этой ситуации. Чтобы этого не случилось нужно соблюдать правила конспирации, мы должны тщательнее готовиться и засадить этого зверя в клетку.