Хостел

Хостел

Новость от Вики застала Артёма врасплох. Он, конечно, улыбнулся, попытавшись изобразить спокойствие, но не был уверен, что это вышло убедительно. Со дня их первой встречи Вика не ставила его перед столь серьёзным выбором.

История, в конечном счёте приведшая Артёма к Вике, началась шесть лет назад. Ему тогда было девятнадцать, и он начал своё дело: занял у родственников денег и открыл маленький обувной магазинчик. Товар ему мелкими партиями привозила знакомая, по работе часто бывавшая в Китае. Качество обуви было, прямо сказать, так себе, но низкие цены и серьёзный подход позволили через год выйти в прибыль. Китайская обувь сменилась финской, магазинчик переехал в более просторное помещение, а потом Артём рискнул и открыл второй. За три года бывало всякое, но бизнес стабильно рос и разросся до сети из четырёх магазинов. А потом его пришли закрывать.

Конечно, проверки органов добрых дел бывали и раньше. Иногда они проходили безболезненно, иногда назначались предписания, а один раз Артём просто отдал пухлый конверт, чтобы их оставили в покое. Но теперь всё было по-другому. Проверки посыпались одна за другой, и каждая находила массу нарушений. Пока Артём, хватаясь то за одно, то за другое, пытался разобраться с претензиями, счёт ООО заморозили и временно запретили вести деятельность. Компьютер главбуха забрали на проверку, и работа встала.

Позже Артём узнал от адвоката, что стал жертвой рейдерского захвата. Ему пришлось вникнуть в тему и выложить кучу денег, пытаясь спасти бизнес, но момент был упущен. Была начата процедура банкротства, конкурсный управляющий стремительно провёл аукцион и продал активы в пользу другой организации, которая, в свою очередь, перепродала их одной из крупнейших обувных сетей Москвы.

Адвокат прямо заявил: судиться можно, но шансы на успех минимальны. Говоря юридическим языком, контора, купившая активы, являлась «добросовестным покупателем». Даже если Артём доказал бы, что банкротство было инициировано незаконно, что само по себе было почти невозможно, – добросовестный покупатель был в своём праве, а промежуточный уже растворился в воздухе. Артём остался без бизнеса и почти без денег.

Он чувствовал себя потерянным, и всё же какой-то частью своего сознания ощущал странную бродяжническую лёгкость и лихость. Весна вступала в свои права, слякотный московский апрель сменился ветреным маем, и Артёму хотелось, чтобы этот ветер подхватил его и унёс куда подальше: пусть история с бизнесом подошла к концу, а жизнь как-никак продолжалась.

У него оставалось около сотни тысяч – мало по меркам бизнеса, но вполне достаточно для осуществления его новой задумки. Чтобы подготовиться, Артём решил сходить на собрание путешественников, посвящённое автостопу по Норвегии и Исландии. Проводил эту встречу путешественник из московской АВП1. Артём пока не планировал ни Норвегию, ни Исландию, но здраво рассудил, что многие советы универсальны, да и хотелось набраться смелости и вдохновения от опытных скитальцев.

Во дворике в Хохловском переулке, в настоящем кирпичном гараже, было оборудовано место для проведения встреч: ковёр и подушки на полу, вешалки для одежды, проектор. Здесь Артём впервые и увидел Вику: она сидела, прислонившись к подушке у стены. Босые ноги в лёгких брезентовых штанах она скрестила перед собой, а в смуглых худых руках держала книгу и блокнот. Длинные чёрные волосы были забраны назад, оставляя открытым высокий лоб. Глаза у Вики были большими и тёмными, губы – довольно полными. Артём некоторое время наблюдал за её мимикой. Когда Вика была спокойна, уголки её губ были чуть опущены, а подступающую улыбку можно было распознать по тому, как более чётко очерчивались её скулы.

Позже Артём узнал, что необычная внешность Вики получилась при смешении русской и узбекской кровей, но тогда он думал совсем не об этом. Черты её лица нельзя было назвать правильными, и всё же Вика казалась Артёму невероятно красивой. Но не только красота манила его: Вика символизировала собой мир настоящих путешествий, знакомства с которым Артём так жаждал.

Семинар вёл Влад – парень лет двадцати семи с загорелым обветренным лицом и волосами, собранными в хвост. Изначально Артём планировал вести конспект, но Вика частично нарушила эти планы, оттянув внимание на себя. Наблюдая, как она смеётся или сосредоточенно морщится, переводя взгляд с лица Влада на стену с проекциями, он не мог сдержать улыбки.

После семинара начались вопросы. Тема Норвегии и Исландии отошла на второй план, теперь все обсуждали всё: волонтёрские программы в Мексике, пересечение границы Никарагуа, путешествия на товарняках по США. Обсуждение длилось и длилось, многие собирались и уходили, а Артём стойко ждал, набираясь знаний.

Вика живо участвовала в общей беседе и часто и подолгу смотрела на Влада. Артёму вдруг представилось, что Влад – её парень, и после окончания лекции она так же легко и непосредственно подойдёт и поцелует его.

Но нет – не поцеловала. Все натянули кеды и вышли на свежий воздух. За то время, что они провели внутри, прошёл лёгкий дождик, и на улице было прохладно и влажно. Продолжая разговаривать, все двинулись в сторону метро, а Артём приблизился к Вике. Весь последний час он настраивался на разговор и уже заготовил несколько вопросов. Вика посмотрела на него, скулы её очертились от зарождающейся улыбки, и она весело рассмеялась. Слова застряли у Артёма в горле.

– Что?.. – начал он.

– Ладно-ладно, – она подняла ладонь и опустила голову, точно пытаясь успокоиться. – Извини. Ты что-то хотел сказать?

Странное поведение. Хотелось ответить: «Нет, ничего». Но было бы глупо показывать обиду. Он пожал плечами и сухо проговорил:

– Хотел поподробнее расспросить про каучсёрфинг2 – как тебе удалось найти там столько друзей. И не считаешь ли ты, что это обусловлено тем, что ты девушка.

– Да, нормальная тема, – кивнула Вика. – Судя по тому, как ты вглядывался в меня на встрече, она тебя и впрямь интересует! Можем обсудить за кофе.

Вика говорила серьёзно, но Артём уже заметил, что она снова сдерживает улыбку.

Они прошли по Лубянскому проезду и засели в кофейне неподалёку от Кузнецкого моста. Артём слегка волновался, а Вика, похоже, была абсолютно спокойна. Артём расспрашивал её о жизни, и она отвечала – достаточно подробно.

Вике было двадцать три, как и Артёму, и в этом году она заканчивала ГУЗ по специальности «Архитектура». Родители запрещали ей работать до окончания учёбы. При этом у неё было всё, чего она желала – денег у семьи хватало, – но только в том случае, если это одобряли родители. И путешествия они одобряли лишь в самом цивилизованном виде: с самолётами, отелями и такси. Вика брала максимум от такого подхода, объехав половину Европы и насладившись шедеврами архитектуры в Барселоне, Риме и Афинах, но мечтала о большем. Ей хотелось по-настоящему окунуться в атмосферу путешествия: общаться с местными жителями, разделять их быт, с туристических площадей нырять в переулки, оставлять города и вырываться на бескрайние просторы дикой природы.

Спорить с родителями было бесполезно, и Вика вскоре прекратила и пытаться. Но она готовилась осуществить свою мечту в будущем: читала книги и статьи и даже завела полезные знакомства. Её уже знали ребята из АВП, а в разных частях света у неё появились друзья на каучсёрфинге. Она откровенно ответила на вопрос Артёма, что девушке действительно легче начать разговор, но вот чтобы завязать настоящую дружбу по переписке, мало быть девушкой – надо интересоваться и собеседником, и культурой его страны, и самой предлагать интересное общение.

Из карманных денег, которые родители выдавали Вике в весьма скромных объёмах, она откладывала часть – каждый месяц на протяжении пяти лет. И теперь их скопилось достаточно, чтобы предпринять пару цивилизованных поездок – или полгода путешествовать дикарём!

Через две недели, после защиты диплома, Викина мечта должна была стать явью. Она собиралась отправиться автостопом из Москвы в Ригу, а оттуда через Литву, Польшу и Германию добраться до Дании, по пути останавливаясь во всех значимых городах. Из Дании на пароме можно было достичь Исландии – жемчужины холодного Атлантического океана с её бескрайними северными равнинами, невысокими, кряжистыми горами, горячими гейзерами, бьющими из земли на несколько метров, ливнями и величественными китами.

С родителями Вика разругалась: они были резко против такой авантюры. Главным образом их волновали водители-маньяки. Но отказываться от своего плана Вика была не намерена.

Они немного помолчали. Вика выглядела довольно печально, но снова улыбнулась:

– Что ж, зря я старалась, такую историю рассказывала? Давай, твоя очередь!

Артём заговорил. Он хотел вкратце рассказать про развал бизнеса, но Вика уточняла каждую деталь, стараясь разобраться в экономических и юридических хитросплетениях, и ему приходилось делать новые и новые отступления. Рассказывал он целый час; у него даже горло заболело, и пришлось заказать ещё чай. Когда он закончил, Вика немного помолчала, а потом спросила:

– Поедешь со мной?

Она всегда старалась докопаться до сути. Вначале Артёма это удивляло, но потом он привык. Где бы они ни были – ждали машину на трассе под палящим солнцем, отгоняя мух, лежали палатке в глубине городского парка или шагали под дождём в гору, – они постоянно рассказывали друг другу истории. Вика любила поспорить, и её напористость порой становилась неприятной. Артём пытался возражать, но быстро понял, что этим лишь распаляет её. Тогда он просто замолкал, и вскоре Вика остывала сама, брала его за руку и, привстав на носки, целовала в небритый подбородок. После этого недавний спор казался сущим пустяком.

Пасмурным августовским днём Артём и Вика, держась за руки и дрожа на ветру в мокрой одежде, стояли у водопада Гюдльфосс в Исландии. Внезапно выглянуло солнце, над водопадом пробежала радуга, и Артём понял, что счастлив.

* * *

С первой их встречи прошло два года. Новый бизнес Артём не основал, а вместо этого занялся фрилансом. Вика проработала год в архитектурном бюро и тоже перешла на удалёнку, что позволяло им путешествовать и даже жить в разных частях света: так они провели три месяца в Индии и пять – во Вьетнаме.

В этом ноябре у них не было настроения испытывать себя, хотелось просто отдохнуть и развеяться. Они долетели до Казани и, исследовав её, отправились обратно на попутках и электричках. И вот, по прибытии во Владимир, Вика и огорошила Артёма. Он знал, что у неё задержка, но не сильно волновался, а она решила сделать тест – и тот показал положительный результат. Когда-то давно Артём читал, что тесты могут ошибаться, и естественно, в Москве Вике предстояло УЗИ. Но верилось в такие ошибки с трудом, и Артём серьёзно задумался.

Пока Артём учился и делал бизнес, его не сильно волновал вопрос отношений, и к своим подружкам он относился не слишком серьёзно. Он знал, что впереди ещё долгая жизнь. А затем появилась Вика. Они путешествовали и узнавали новое, не будучи привязанными ни к одному месту на земле, и вместе их удерживало чувство, а не обязательства. И вот – ребёнок. Артёму казалось, что его рождение разом уничтожит не только всю свободу и лёгкость, но и шанс серьёзно поменять свою жизнь в будущем. До сих пор он не стоял перед выбором, где ставка была бы столь высока.

Артём решил не торопиться. В любом случае, УЗИ они собирались делать только в Москве, и до этого момента он мог воздерживаться от комментариев, говоря Вике, что лучше подождать результата. А за те пару дней, которые они собирались провести во Владимире, у него была возможность всё хорошенько обдумать.

2

Увидев баннер на сайте компании «Окиба», Стёпа едва не сплюнул от злости. «Настроим рекламу, которая гарантированно приведёт вам новых клиентов». Набирая номер, он подумал, что не откажет себе в удовольствии спросить, в чём же заключается эта гарантия. Последовала пятиминутная перепалка с девочкой на том конце провода, а удовольствия он так и не почувствовал. Весьма ожидаемо девочка не знала, что означает слово «гарантия», вопроса о материальных обязательствах не понимала и лепетала что-то вроде: «Посмотрите наши отзывы, мы давно на рынке». О нет, разумеется, компания «Окиба» не давала никаких гарантий прихода новых клиентов, и по уму стоило бы сделать скриншот с их сайта и идти в суд с иском о невыполнении обязательств публичной оферты. Только вот Стёпа знал, как работают суды и приставы: приходилось уже ему судиться.

Заказчик тогда кинул его, не оплатив работу. Все документы были на руках, и Стёпа отсудил в арбитраже свои сто тысяч. Только вот дальше его ждало интересное открытие: оказалось, приставы в принципе не брались за дело без существенного отката. Телефон они, естественно, не брали. Стёпа отправил одну жалобу в ФССП и две – в прокуратуру. Первая осталась без ответа. На вторую ответ пришёл через два месяца (вместо положенного одного) и сообщалось в нём буквально следующее: «Мы направили предписание в такой-то отдел ФССП».

Когда в Москве под окнами его дома начали строить дорогу, на всех подъездах развесили объявления, что поставят новые окна за счёт бюджета. Это было три года назад – естественно, с тех пор так и ничего не произошло. Стёпа звонил и писал жалобы во все инстанции, которые хоть как-то были связаны с этим вопросом, и везде его или игнорировали, или кормили «завтраками».

Каждый такой случай буквально вытягивал из Стёпы силы. Он с детства знал, что главное – это честность. Или честь. Это ведь одно и то же, по сути. Дал слово – держи. В России же все разбрасывались словами впустую, но ни для кого это не было странно. Никто не бил тревогу, что что-то не так с этим народом, ох не так!

Что с этим поделать, Стёпа не понимал. Если общаться и работать только с теми, кто безукоризненно держит слово, то общаться и работать становилось попросту не с кем. Вдоволь побесившись от пустозвонства на сайте «Окибы», Стёпа уже пробовал найти что-то получше. Из шести компаний, в которые он обратился, на заявку на звонок откликнулась всего одна – и про неё писали в интернете, что работают там мошенники, исчезавшие после предоплаты.

* * *

Открытие филиала в Нижнем затянулось на неделю с лишним и вышло крайне напряжённым. С инфраструктурой они разобрались достаточно быстро, а вот разъяснить сотрудникам, как ей пользоваться – это была задачка посложнее. Девочки из отдела продаж смотрели пустыми глазами, кивали и ничего не понимали. Стёпа злился, потел, отбрасывал со лба волосы и тут же приглаживал их: нельзя было забывать о двух прыщах, дискредитирующих серьёзного двадцативосьмилетнего специалиста.

Затхлый офисный запах первым встречал Стёпу на работе. Ноябрь был слякотным и ветреным, окна целыми днями держали закупоренными, и люди варились в духоте. И всё же именно здесь, в офисе, была его вотчина, его «территория силы». Как хищная белая птица, он парил в своей рубашке по помещениям, вызывая страх у девочек и совершая действия, для них равносильные магии.

Стёпа не обязан был торчать на работе допоздна, но уходить он не спешил. После работы его ждала гостиница – классическая совковая, простецкая, с вездесущим едва уловимым запахом хлорки. Закрыв на ключ тонкую деревянную дверь комнаты (тут их никто не называл номерами), он снимал рубашку, смотрел в зеркало на своё щуплое тело с начинавшим обозначаться животиком и чувствовал, как исчезает вся его значимость.

* * *

Директор филиала решил, что работы по запуску окончены, и шеф из Москвы дал добро. Он позвонил Стёпе и предложил отдохнуть денёк.

– Сгоняй во Владимир – как раз по дороге, – предложил шеф. – Мы с Машкой были недавно, на денёк самое оно. Только давай без шика.

– Конечно, – ответил Стёпа.

Уже положив трубку, он подумал, что стоило узнать, насколько без шика. Но перезванивать шефу и уточнять было неловко.

Зайдя в интернет, Стёпа купил билет на поезд и забронировал хостел: не самый дешёвый, но всё же дешевле, чем номер в гостинице. Ему пришла в голову мысль: праздников сейчас нет, все работают, погода дрянная, так может, он окажется в общей комнате один? Или с какой-нибудь девушкой, а это вообще было бы сказкой. На несколько минут его захватили фантазии о приключении в незнакомом городе. Когда-то такие мечты посещали его часто, и Стёпа даже пытался воплотить их в жизнь. Хотя бы раз в месяц он ездил куда-то на выходные, но, сколько бы он ни гулял по городам, никто не подходил к нему и не хватал за руку, чтобы утянуть за собой в приключения.

Оставались стандартные, надёжные впечатления, приобретаемые за деньги. Стёпа отсмотрел несколько сайтов с гидами по Владимиру. Один из сайтов принадлежал экскурсоводу-девушке, и Стёпа написал ей в чат.

Несмотря на множество разочарований, надежда на чудо так и не оставила его до конца.

* * *

Провести весь день в поезде и приехать в город под вечер – то ещё удовольствие. Несмотря на то, что Стёпа целый день лежал или сидел, выйдя на перрон, он почувствовал себя совершенно разбитым. Похоже, сейчас был тот самый случай, когда стоило раскошелиться на такси.

Первое, что бросилось ему в глаза во Владимире – не разбитые дороги (они были такими же, как в большинстве провинциальных российских городов), а большие проблемы с освещением. Через десять минут рывков по тёмным улочкам, от которых Стёпу начало подташнивать, такси свернуло в совсем уж глухой переулок и едва не утонуло в канаве. Лобовое стекло стало мутным от грязи, размазываемой дворниками.

За окном потянулись железные заборы, за которыми можно было разглядеть старые деревянные дома и более новые, но безликие кирпичные строения, многие из которых казались брошенными. Рядом с очередным забором из цельных листов алюминия таксист тормознул. Прижав лицо к стеклу, Стёпа увидел что-то вроде частного дома из бетонных блоков. На его стене горел одинокий электрический фонарь, позволявший разглядеть грязную облупившуюся побелку. Это и был его хостел.

Стёпа нажал на кнопку рядом с массивной железной дверью, дождался пиканья и вошёл в полутёмное помещение. Оглядевшись, он изумился: после грязной и разбитой улицы он никак не ожидал увидеть что-то приличное, а тем более – атмосферное. Стены были выкрашены в чёрный цвет. На правой стене белой краской изобразили лицо Че в окружении лозунгов на испанском. Посередине комнаты стояло несколько кресел, а телевизор на стене без звука гонял новости, отбрасывая на стены синие отсветы. Слева обнаружилась стойка ресепшена, переходящая в барную. Двое парней, болтавших за стойкой, вначале смотрели вопросительно, но, увидев распечатку бронирования, быстро вошли в курс дела.

– Откуда сам? – дружелюбно спросил один из парней – высокий и худой, с непослушными чёрными волосами и впалыми скулами. Щёки его покрывала едва наметившаяся щетина, а глубоко посаженные глаза смотрели с весёлой искоркой. По виду он был ровесником Стёпы.

– Из Москвы.

– О, Москва! Садись, – он показал на высокое кресло у стойки, покрытое потрескавшимся кожзамом, а сам прошёл с другой её стороны и взял из бара бутылку водки. – Будешь?

Они опрокинули по стопке, и у Стёпы навернулись слёзы. Внутри потеплело.

Парня звали Димой, и он оказался администратором хостела. Он стал расспрашивать Степу, чем тот занимается, надолго ли приехал, и какие планы.

– Город посмотрю, уже нашёл гида.

– Почём?

– Три тысячи.

Дима расхохотался и смеялся так долго, что Стёпа начал за него опасаться. Со слезами на глазах он стал стучать Стёпу по плечу. Тому захотелось как-то оправдаться:

– Слушай, ну всё же экскурсия три часа идёт.

– Да я тебя бесплатно свожу! Или вон Вася сводит.

Димин друг (или коллега?) покосился на него с сомнением, но ничего не сказал.

– У тебя же работа, – ответил Стёпа.

– Когда сам хочу, – Дима даже приосанился. Стёпа подавил усмешку: да, свободный график – это сильно!

У Димы зазвонил телефон.

– Да… – ответил он. – Пока работаю. Пока не знаю, когда! Я позвоню. Да-да, я помню.

– Слушай, я не хочу мешать, – сказал Стёпа. – Пойду спать, устал…

– Да сиди… Это жена, ей надо привыкнуть уже, что у меня работа!

– Если хочешь, можешь со мной сходить на экскурсию. Плачу всё равно я.

– А пошли! Хотя бы не дам ему тебя обдурить.

– Ей.

– А-а-а, вон почему ты так хочешь идти! – осклабился Дима.

– Да нет, я просто уточнил…

– Да всё нормально, братан! А я не буду тебе мешать?

Договорившись с Димой о завтрашней встрече и поднявшись на ноги, Стёпа почувствовал некоторую нетвёрдость. Дима крутанул ручку на музыкальном центре, и из мощных колонок вырвались звуки клубной музыки. Он подмигнул, пританцовывая, а Стёпа понадеялся, что в этом хостеле хорошая звукоизоляция.

Вася провёл Стёпу вглубь зала. Пригнув голову, они прошли в арку.

– Здесь душ и туалет, – Вася ткнул пальцем влево и стал спускаться по металлической винтовой лестнице. Внизу неожиданно обнаружилась ещё одна довольно массивная деревянная дверь, и Вася свободной рукой потянул ручку. Они попали в просторный зал с приглушённым светом. Вдоль стен стояли двухъярусные кровати со шторками, а в углу – пара электрических обогревателей. По центру расположились два круглых столика и кресла, в которых сидели двое ребят лет двадцати пяти – парень и девушка. От Димы Стёпа уже знал, что гостей в хостеле всего двое – значит, это они. Девушка показалась Стёпе очень красивой. Парень держал её ладонь в своих руках, и, склонившись, что-то тихо говорил ей на ухо. Он посмотрел в глаза девушке, слегка кивнул, будто приободряя её, а потом уже вежливо поздоровался со Стёпой.

* * *

В 10:30 Стёпа уже сидел в кресле у ресепшена. Вчера они с Димой договорились встретиться в 10:40 – за 20 минут до начала экскурсии. До улицы Дворянской, откуда она начиналась, можно было дойти за полчаса, но Дима настоял, что они поедут на машине.

Через пятнадцать минут Стёпа встал и подошёл к дежурному – сегодня это был не Вася – и попросил связаться с Димой. Парень сделал звонок и ответил, что Дима будет с минуты на минуту. Стёпа вернулся в кресло.

Время убегало, и он всё больше нервничал. Следующий заход он сделал в 10:57. Набрав Диму, дежурный сразу передал трубку Стёпе.

– Братан, что там у тебя? Я скоро буду! – прокричал Дима. На заднем плане играла громкая музыка, и это мешало разбирать речь.

– Мы опаздываем, я с гидом договаривался, нехорошо!

– Да всё-всё, я скоро буду! Мы же на машине, успеем!

Стёпе оставалось только ждать: пешком всё равно было уже не успеть. Он позвонил гиду и объяснил ей ситуацию. Та обещала подождать.

Машина подъехала в 11:15. Стёпа пулей выскочил на улицу. За рулём сидел незнакомый ему мужик, а Дима расположился рядом. Залезая на заднее сиденье, Стёпа слышал, что они спорят, но вникать в суть ему не хотелось.

– Дим, нам надо ехать, время! – сказал он.

– Подожди минуту…

– Сколько ещё ждать? Гид нас ждёт уже давно!

– Макс хочет сейчас в бар ехать, там все наши собираются. Хочешь с нами?

– В смысле, с вами? Пусть он просто подбросит нас на экскурсию.

– Братан, к нам приехал друг из Казани. И он скоро женится.

– Меня подвезите тогда.

Макс угрюмо смотрел перед собой, ничего не говоря. Похоже, они с Димой это уже обсуждали. Дима наклонился между сиденьями, придвинул лицо к Стёпе и заговорил тихо, доверительно:

– Стёп, Егор Максу как брат, и он женится. Мы и так опаздываем, Макс нервничает. Твоя экскурсия – это совсем в другую сторону. Давай потом сходим?

– А что с гидом? Она нас ждёт вот уже… двадцать минут.

– Да забей. Скорее всего, она уже ушла. И в баре будут девушки, если ты об этом.

Стёпа втянул носом воздух. Если бы он умел драться, то ударил бы Диму. Это был обман, обман и предательство. Причём неоднократное: ведь Стёпа звонил Диме, и тот подтверждал договорённость! И ведь он не просто подставлял Стёпу, а подставлял ещё и девушку-гида. И хотя было бы справедливо послать Диму и всех его друзей к чёрту, Стёпа понимал, что это вряд ли как-то поможет.

Если исправить ситуацию нельзя, то, может, стоит ею воспользоваться? Сам Дима обращал на своё предательство так мало внимания, как будто его и не было. Можно было сделать вид, что ничего страшного не произошло, и отправиться в бар. Если не встреча с гидом, так может, эта вечеринка сулит новые неожиданные знакомства?

– Диман, давай быстрее! – громко сказал Макс.

Стёпа молча кивнул. Дима повернулся вперёд, махнул рукой, и Макс нажал на газ.

Стёпа вытащил телефон и написал смс гиду: «Простите, я не приду. Это не по моей вине. Напишите номер карты – я переведу вам оплату».

* * *

В баре собралось человек пятнадцать. Дима с криками кинулся обнимать Егора из Казани и моментально забыл про Стёпу. Все пили и травили анекдоты, и Дима, втиснувшийся рядом с Егором, быстро стал душой компании. Стёпе, усевшемуся с краю, оставалось только вежливо улыбаться, потягивая пиво. Он прислушивался к разговору и время от времени хотел вставить реплику, но не мог: никто не смотрел в его сторону, а кричать он не умел. Надо было дождаться паузы, чтобы вставить своё слово, и Стёпа ждал, но пауза всё не наступала, а тема разговора уже менялась на другую.