Королева

От автора

Дорогие друзья. Вы держите в руках продолжение романа «Лекарство».

Хочу еще раз напомнить, что все изложенное далее является всего лишь фантастикой, придуманной мной для приятного времяпрепровождения. И хотя, вся научная база, некоторые исторические моменты, а также географические данные имеют место быть в реальной жизни, тем не менее, действия романа происходят на вымышленной планете Земля. Не имеющей к современным, действующим политическим и религиозным строям ни малейшего отношения.

2139 год. Бывшая Республика Ирак. Бывшая провинция Анбар. Русло реки Евфрат. Плотина Хадиса.

Спусковой курок старой американской автоматической винтовки поддался движению пальца. Коротко отбила удары очередь. Бежавший впереди на кривых конечностях симбионт споткнулся, но скорость не потерял. Водитель проржавевшего багги крутанул руль, забирая влево, и легкий автомобильный гибрид вылетел на ровную каменистую поверхность. Педаль газа ушла в пол, и багги сорвался вперед, быстро сокращая расстояние между ним и раненным симбионтом.

– Жми! – крикнул водителю Аюб Салеем, занявший место стрелка.

Услышал тот крик Салеема или сам сообразил, что нужно делать, но автомобиль прибавил скорости. Его старый корпус мелко задрожал: машина шла на пределе своих возможностей. В следующую секунду переднее колесо багги поравнялось с бежавшим симбионтом, и Аюб перевел оружие на стрельбу одиночными. Вскинул винтовку, целясь в боковую поверхность собакообразной головы чудовища, захватил цель и вдавил спусковой курок. Симбионт дернулся в сторону, резко меняя направление, и пуля прошла мимо.

– Ублюдок! – Салеем в бешенстве ударил кулаком в металлическую опору, ограждавшую место стрелка. – Расул!

Но водитель уже вывернул руль. Машину резко занесло в сторону. Два правых колеса угрожающе задрались вверх, и людям пришлось в спешке наваливаться на противоположный борт. Равновесие было восстановлено, но из-за опасности быть перевернутыми Расул все-таки сбросил скорость. Симбионт оторвался от преследователей, и водитель вновь вдавил педаль газа, стараясь поскорее нагнать его.

– Не сможет. – Габай Йосеф оторвался от стационарной подзорной трубы. Посмотрел уже невооруженным взглядом в сторону поднятого багги облака пыли. Затем сплюнул густую вязкую слюну на потрескавшийся бетон обзорной площадки и добавил: – Не побить ему рекорд Хадида, клянусь Аллахом всемилостивейшим и милосердным.

– Еще две минуты. – Зариф Халил настороженно посмотрел на стоявшего рядом военного. Взгляд вновь прошелся по знакам отличия второго лейтенанта, расположенным снизу от нанесенной арабицей фамилии. Первый день на новом месте службы после перевода, а знает уже обо всех достижениях их взвода. Надо меньше болтать: вдруг окажется, что он подослан сюда Первым муллой, выслуживающимся перед послом Великого Халифата?

Халил повис на ограждении площадки и, так же, как и Габай, стал безразлично наблюдать за погоней экипажа багги за случайно забредшим сюда симбионтом.

– Он его не уложил с первого выстрела. Я видел. Так что, две минуты или не две, а пари он уже проиграл. За две минуты он может только не проиграть всю сумму. Оставить себе пятнадцать процентов. Как раз хватит, чтобы возместить расход топлива. – Второй лейтенант вновь решил заговорить с капитаном.

– Скорее бы уже час прошел. – Зариф решил сменить тему. Он выпрямился и размял руками ноющую от длительного пребывания на ногах спину. Хорошо, что проверка уже была и можно не носить броню, каску и не оттягивать себе шею ремнем автомата. Если бы майор увидел, в каком виде эти четверо несут службу, не поздоровилось бы всем, включая этого засланного шакала. Он тоже стащил с себя все, что можно, чтобы тупо не сдохнуть от жары на самом солнцепеке. А с другой стороны…

Халил скривился.

Разве тут, на плотине, можно с кем-то еще воевать? Никто из сорока тысяч человек, живущих на развалинах Эль-Хадита, не станет в здравом уме пытаться лишить себя воды и энергии. На этих двух составляющих тут держится все. Из-за них, из-за этой плотины около девяноста лет назад тут все и завертелось.

Когда сюда пришла Катастрофа, многие поняли, что единственным надежным и долговременно безопасным местом станет плотина и примыкавшая к ней гидроэлектростанция. Только благодаря надежности ее конструкции и простоте обслуживания город будет на протяжении не одной сотни лет получать электричество. А электричество – это все: тепло и свет, возможность обеззараживания воды и пищи, а также сохранения минимальных технических и производственных мощностей. Это жизнь.

И хорошо, что к такому мнению раньше всех пришло командование сухопутных войск. Дислоцируемые возле Багдада пехотные и механизированные дивизии, совершив марш-бросок в триста километров, взяли под контроль плотину Хадиса и окрестности города Эль-Хадита. И сделали это, надо отметить, вовремя, поскольку ненавистный Иракский Курдистан уже выдвинул к ГЭС все имеющиеся у него силы. Шестнадцать объединенных пехотных батальонов Пешмарга вышли к окраинам Эль-Хадита, стараясь разбить правительственные войска в самом узком месте растянувшегося вдоль берега Евфрата города, отрезать противника от ГЭС и захватить жизненно важный центр.

Сражение было продолжительным и упорным. В течение месяца плотина и разрушенный до основания город двенадцать раз переходили из рук в руки. Каждая из сражающихся сторон понимала, что отступление есть отход в один конец. Свою роль сыграло численное превосходство регулярных частей и наличие большего количества единиц тяжелого вооружения и техники. Упорство и кровопролитность этого исторического сражения были вызваны еще одним обстоятельством. Это была вторая по величине ГЭС в бывшей республике Ирак. Ее более мощная сестра Мосул находилась на севере страны, в русле реки Тигр. По слухам, за два месяца до начала Хадиского побоища она уже была захвачена военизированными формированиями, пришедшими то ли из Сирии, то ли образовавшимися на территории самого Ирака. Катастрофа уже шагала по планете семимильными шагами, и разбираться в достоверности сведений просто не было времени. Со всем этим стоило разобраться потом, уже после того, как будет достигнута первоочередная цель.

Вооруженные силы Курдистана в итоге были безжалостно перебиты. Оставшиеся в живых иракские военные перемешались с местными жителями Эль-Хадита, стараясь организовать новую жизнь на новом месте. В первые несколько лет еще случались попытки захвата плотины и гидроэлектростанции различными военным отрядами суниитов и езидов, но все это не несло в себе какой-то существенной опасности.

За прошедшие с тех времен десятки лет местные жители смогли частично восстановить разрушенный город, частично выкопать обширные подземные помещения, в которых можно было весьма эффективно поддерживать относительную бактериологическую безопасность. Жить, в общем, можно было, да хранит их всех Аллах, всемилостивый и милосердный.

Единственное, что тревожило жителей города, это постепенно уменьшающийся водяной поток Евфрата. Причиной было наличие выше по течению плотины Илису, расположенной на территории бывшей Турции. Еще в середине двадцатых годов прошлого столетия вопрос о снижении объема воды в Ираке на двадцать процентов из-за строительства плотины чуть не закончился очередной войной за ресурсы. Тогда в разборку влезла ООН и все закончилось, как всегда, непонятно чем. Но ситуация ухудшалась с каждым последующим годом. И решение о военном походе для уничтожения плотины является основным политическим лозунгом на очередных выборах Первого муллы.

– Да когда же ты устанешь! – Аюб резко повернулся, провожая взглядом симбионта, вновь сменившего вектор движения почти на сто восемьдесят градусов. Тварь, резко остановившись, пропустила мимо себя багги и что было сил рванула назад, стараясь уйти как можно дальше от плотины.

Преследующий ее враг был хоть и неповоротливым, но быстрым. Он всякий раз настигал ее на своей пропахшей дымом и ржавчиной грохочущей штуке. И каждый раз к этим запахам добавлялся кислый запах резкого звука, от которого всегда наступает жуткая боль. Кровожадные двуногие, ненавидящие всех их непонятно за что, вновь догнали ее. Но на этот раз сил почти не осталось и уйти в сторону ей уже не удалось. Слишком много крови она потеряла при первой встрече, когда им удалось достать ее.

Раздался короткий, громкий звук – и ее окружила молчаливая пустота…

Почти мгновение пришлось потратить на то, чтобы найти новую цель. И опять она отметила, что это все еще слишком долго. Еще недостаточно быстро для того, чтобы добиться своей цели. Но, тем не менее, она уже могла ощущать свою новую цель. Сознание окрасилось тошнотворными, мерзкими образами, которые так свойственны многим из них. Разбираться во всем этом не было ни желания, ни необходимости. Это всего лишь маленький человек, считающий себя сильнее тех, кто продолжает развиваться.

– Достал все-таки! – Габай вновь прилип к подзорной трубе, наблюдая за охотой экипажа багги на симбионта. В тот момент, когда второй лейтенант прильнул к окуляру, машина наконец смогла в очередной раз догнать мерзкую тварь. Стрелок поравнялся с симбионтом и выстрелил, угодив одиночным выстрелом точно в мозг. Голова твари дернулась в сторону, и тело на всей скорости завалилось на бок, даже не дернувшись.

– Отличный выстрел. – Габай отошел от трубы, глянул на Зарифа. – Жаль, что не с первого раза. Но в две минуты уложился.

Тот поднял голову и еще раз внимательно посмотрел на второго лейтенанта. Ох и подозрительно все это! Не хватало, в самом деле, заиметь тут шакала от Халифата, который будет стучать Первому мулле из мечети обо всем, что тут происходит. Видите ли, многим не нравится, что здесь, на плотине, слишком спокойно проходят вахты. Пусть вознесут молитву Аллаху за то, что все именно так и что их ГЭС стоит в пустынной местности. Где-то на севере или юге, где леса с джунглями, города вообще обнесены сплошной стеной, так как из этих зарослей на жителей постоянно нападают всякие мерзкие твари. Говорят, что многих даже пули не берут и единственное средство против них – огнемет и горячая молитва.

Халил украдкой снял респиратор и сплюнул вязкую слюну. Воды бы сейчас, а то после курева, которое раньше давало расслабиться мозгам, теперь только дикий сушняк долбит.

И вообще, пусть всех этих недовольных шайтан раздерет. Со времен последней битвы за город эта плотина была и остается важнейшим постом. И не только самым важным, но и самым безопасным. С высоты ста пятидесяти метров вся прилегающая территория видна как на ладони. Служить тут – это не в городе среди развалин ведьм ловить. Хоть этих тварей и отлавливают постоянно, но каждый год хоть в какой-нибудь из семей рождается проклятый ребенок. И сразу его не отличишь от обычных людей, особенно, если глаза нормального темного цвета. Только с возрастом, когда окружающие замечают, что это шайтаново отродье ничем не болеет.

– Что с ним? – Крик стоящего рядом Габая выдернул Зарифа в реальность. Тот бросил на второго лейтенанта встревоженный взгляд. Последний, продолжая смотреть в окуляр подзорной трубы, махал рукой, подзывая капитана к себе.

Зариф торопливо подбежал, задев по дороге прислоненную к ограждению винтовку. Процедил сквозь зубы проклятие и, оттолкнув Габая, занял его место.

Пару секунд пришлось покрутить винты для отладки линз фокуса под свое зрение. Когда картинка приобрела четкость, стал виден багги и лежащий мешком возле него Аюб. Водитель, к тому моменту выбравшийся из машины, склонился над телом. Затем он поднял голову и стал торопливо озираться по сторонам, видимо, не понимая, что произошло.

– Что случилось?

– Не знаю. Он убил симбионта, вылез из багги, подошел к нему. А затем схватился за голову и упал.

– Ничего не понимаю. – Зариф раздраженно ударил открытой ладонью в боковую поверхность подзорной трубы. Защитные очки мешали как следует рассмотреть детали. – Сукин сын!

В подзорную трубу было видно, как водитель багги схватился за голову. До слуха оставшихся на наблюдательном посту людей донесся далекий крик боли. Расул завалился на бок, его тело забилось в судорогах и вскоре затихло.

– Что там происходит? – Стоявший рядом второй лейтенант с тревогой всматривался вдаль, стараясь невооруженным глазом оценить обстановку.

– Я не знаю, но мне это все не нравится! Надо сообщить майору. Беги в дежурку, поднимай остальных. Пусть свяжутся с городом и… – Внезапно Зариф замолчал. – Твою мать…

Изменившаяся интонация в голосе капитана заставила Габая застыть на месте. Он почувствовал, как сердце в груди болезненно заныло в предчувствии надвигающейся неотвратимой беды. И если бы Зариф был без очков и респиратора, можно было бы увидеть, как за секунду меняется выражение его лица.

Габай посмотрел в сторону замершего багги и оторопел. Его нижняя челюсть отвисла, а глаза вылезли из орбит, когда он увидел, как серо-желтая линия горизонта тронулась вперед, стремительно приближаясь и рассыпаясь вблизи на отдельных симбионтов, неудержимо рвущихся к плотине. Пятнистое море всевозможных тварей за считанные минуты накрыло багги и тела мертвых солдат. Взметнулись вверх разрываемые голодными чудовищами куски человеческой плоти, на которых еще продолжали держаться лоскуты камуфляжа. Передняя волна монстров уже приближалась к плотине.

– Мотострелковую дивизию к окраинам города! – Генерал Кафиль Асад с остервенением швырнул трубку проводного телефона. – Где связь с блокпостом Ульшафт? – Глаза Асада с ненавистью и злобой смотрели на вытянувшегося по стойке смирно бригадного генерала.

– Связи нет, господин генерал! – доложил тот срывающимся от страха голосом.

– Заткнись! Ты идиот! Здесь хоть кто-нибудь может объяснить, что происходит?

Бетонный потолок и стены расположенного под землей командного центра сильно затрясло. Освещение замигало и погасло, погружая комнату в темноту.

– Господин генерал! – Судя по приглушенному респиратором голосу, это был один из охранников. – Вам необходимо срочно покинуть помещение! Бункер может обрушиться!

– Что вообще происходит! Почему трясет город?

– Не могу знать, господин генерал. Вряд ли это взлетел на воздух склад с боеприпасами. Я не слышал взрыва. Возможно, плотина…

– Что за чушь вы тут несете! Какой склад? Какая плотина? Ее невозможно разрушить! Кто-нибудь включит здесь свет? Где ручные фонари?

– Мы все выясним незамедлительно!

Дальняя лампочка мигнула несколько раз ослепительно ярким пятном и засветилась ровным светом. Кафиль Асад несколько раз моргнул, адаптируя глаза к резкой смене освещения, и окинул помещение быстрым взглядом.

Возле него столпилось несколько человек из генералитета и трое бойцов гвардии Халифата, исполнявших роль личной охраны. Форма у всех была покрыта тонким слоем осыпавшейся пыли и мелкого крошева из потолочного перекрытия.

Душу порадовало осознание того, что, несмотря ни на что, охрана свою работу знала. Как только погас свет, трое натасканных профессионалов взяли его в кольцо, отодвинув всех прочих, находящихся на расстоянии, непреодолимом для руки с ножом, и заслоняя его своими телами так, чтобы максимально снизить успешный шанс применения огнестрельного или метательного оружия.

– На улицу! – коротко приказал генерал.

Стоявший возле двери один из штабных торопливо дернул на себя дверь. Та затрещала, но не поддалась.

– Не открывается, господин генерал. Видимо, стена просела.

– Так сделайте же что-нибудь, во имя Аллаха! – Асад закатил глаза. – Выломайте ее, в конце концов!

Один из телохранителей, быстро подойдя к двери, отодвинул в сторону стоявшего рядом с ней штабного офицера и несколькими ударами приклада винтовки разнес дверь. После этого жестом подозвал к себе Асада. Как только генерал начал подъем по лестнице, ведущей наружу, за его спиной двумя тенями сомкнулись оставшиеся два бойца Халифата.

Вот единственные, кто тут не зря ест свой хлеб. А все это засидевшееся и отожравшееся стадо бесполезных прихвостней оказалось ни к чему не готово. Они не только не способны внятно оценить меняющуюся обстановку, но и вообще оказались полностью некомпетентными. И они еще называют себя профессионалами с многолетним стажем! Нет, как только тут все закончится, он лично обратится к Первому мулле и заменит в своем личном окружении всех.

В голову предательски закралась тревожная мысль о том, что не заменит ли в первую очередь Великий Халифат лично его, когда дело дойдет до разборки сегодняшнего происшествия. Но генерал торопливо отогнал от себя эту мысль. Это все потом. Сейчас необходимо выбраться из этого бетонного гроба. Затребовать себе транспорт и переместиться в запасной командный центр на противоположный берег Евфрата. И уже там спокойно оценить обстановку.

Каких-то полчаса назад с дальнего блокпоста Мутахми, расположенного на плотине, дежурная смена наблюдателей доложила об атаковавшем их позиции отряде симбионтов. Он потом еще разберется, кого именно эти тупоголовые поставили нести вахту на такой ответственный пост. Вместо четкого доклада, в штаб сухопутных войск пришли обрывочные истерические крики, которые вскоре оборвались. После нескольких неудачных попыток установить связь с блокпостом Мутахми, дежурный связался с командующим сухопутными войсками и получил от него приказ связаться с блокпостом Ульшафт для отправки на плотину разведки и сбора данных. После этого командующий связался уже с ним, генералом Асадом.

Пробираясь через разломанный выход, он разогнулся слишком рано и въехал макушкой в бетонный блок перекрытия. В глазах мгновенно потемнело, голову прошила острая боль.

Да чтоб вас всех!

Они ничего не могут! Не могут даже до конца выяснить, какое количество этих проклятых тварей понадобилось, чтобы навести такую панику. Сто? Двести? Воины Аллаха, разорви их шайтан! Трусливые шакалы! Они стада овец испугаются и разбегутся по своим домам!

Срочно на другой берег. Там расположен взвод тяжелой артиллерии и минометные расчеты. Они недоступны для атаковавшего город отряда тварей. Как только он доберется до связи, по этим симбионтам, сколько бы там их ни было, ударят из всех стволов. Главное, чтобы мотострелки перекрыли центральную улицу, ведущую к мечети города. Свою голову от гнева Первого муллы лучше прикрыть заранее.

Идущий впереди боец Халифата вышиб дверь, ведущую на улицу. В коридор незамедлительно ворвался многоголосый шум города. Какофония криков, топота ног, гула и лязга проезжающих гибридов. В образовавшемся светлом прямоугольнике освещенного солнцем пространства было отчетливо видно, как телохранитель, вскинув штурмовую винтовку, быстро осмотрел прилегающую к выходу территорию. Убедившись, что опасности для генерала нет, боец подал знак продолжить движение, и Асад наконец-то выбрался на поверхность.

Мимо него, беспрерывно сигналя, с грохотом пронеслись два проржавевших бронеавтомобиля. Следом за ними проехал грузовик с открытым верхом, с сидящими в кузове солдатами. Замыкало автоколонну три широкоплатформенных багги, ощетинившиеся крупнокалиберными пулеметами и поблескивающими жалами стационарных дальнобойных огнеметных установок.

При виде их генерала в очередной раз охватило бешенство. Эти умственно отсталые уже давно должны были выстроить оборону как можно ближе к границе города, там, где сейчас должен быть этот самый отряд симбионтов, с которым не смогли справиться отряды солдат на двух блокпостах.

– Свяжитесь с автоколонной, – приказал он бригадному генералу, продолжая глядеть в сторону удаляющихся военных. – Мне необходимо переправиться на другой берег. Восстановить связь с…

Головной бронеавтомобиль достиг параллельной улицы, выехал на перекресток и был смят таранным ударом. Гигантский рогатый симбионт своим мощным телом ударил в борт тяжелой машины. Автомобиль развернуло, и машина замерла. В лобовом грязном стекле мелькнула фигура водителя, дернувшаяся куда-то вбок. Мчащийся позади второй автомобиль, только благодаря невысокой скорости и соблюдению дистанции, смог вовремя затормозить. В крыше незамедлительно открылся люк, из которого появился солдат, схватившийся за станковый пулемет. Позади него, мимо остановившегося грузовика, стали проезжать вперед багги. Кто-то из командующих автоколонной запоздало понял, что в случае нападения врага использовать огнеметы невозможно, если не отвести пехоту в тыл.

Из-за угла выскочил второй гигант, взбежал по трупу первого симбионта, умершего от полученных повреждений в результате тарана бронеавтомобиля, и оказался на крыше машины, которая мгновенно стала проседать вниз. Раздался треск металла и сгибаемых опор. Стрелок на втором автомобиле вдавил гашетку станкового пулемета, целясь в рогатую голову чудовища.

В следующую секунду из-за угла хлынул поток монстров. Пулеметчик, мгновенно сориентировавшись, перевел огонь на более быстрые цели. Очередь трассирующих пуль пролегла наискось через передние ряды симбионтов. Кто-то из них, рвущихся вперед, свалился, но остальные продолжали бежать. Позади бронеавтомобиля дробно застучали крупнокалиберные пулеметы, высекая в волнах симбионтов тонкие полоски смерти. Высунувшийся из люка боец, заметив поравнявшегося с ним наиболее крупного зверя, развернул ствол в его сторону. Но тотчас же острая боль вгрызлась ему сзади в шею. Солдат закричал, выпуская оружие и стараясь схватить руками оказавшегося позади симбионта. Тварь все сильнее сжимала свои отвратительные, как будто вывернутые наизнанку челюсти, заливая свою морду и человека ярко-алой кровью. Кто-то из пулеметчиков на багги увидел гибнущего товарища, и тело твари прошила очередь разрывных пуль. Монстр умер мгновенно, так и не разжав челюсти, и свалился вместе с трупом бойца в люк. За ним, воспользовавшись открытым проемом, в салон машины влетели еще несколько небольших симбионтов.

И в этот момент багги ответили стеной огня. Люди поняли, что уже ничем не могут помочь гибнущим экипажам бронеавтомобилей, и занялись вплотную обороной своих позиций. Три лавины, выпущенные из дальнобойных огнеметных установок, перекрыли внахлест все улицу. Взметнувшуюся стену огня во многих местах пробили автоматные очереди пехоты, выстраивающейся позади багги. В беснующемся рукотворном аду были отчетливо видны лохматые, изувеченные симбиозом с бактериями тела бывших животных. Было видно, как многие из них падают на землю, сраженные пулями автоматчиков. Но на их месте мгновенно появлялись новые симбионты, старающиеся ценой своих жизней прорвать постоянно обновляемую людьми огненную границу.

Земля задрожала. Часть стены наполовину отстроенного дома рухнула плашмя позади рассредоточившейся пехоты. В то же мгновение на противоположной стороне улицы землю рваным зигзагом прочертила глубокая трещина. Большой пласт земли стал проваливаться внутрь. Со всех сторон в образовавшуюся полость начало засасывать грунт. Два колеса одного из багги оказались в трещине, и машина резко завалилась на бок. Стоявший за огнеметом солдат инстинктивно вцепился в оружие, стараясь сохранить опору, и в следующую секунду повис на нем. Извергающий пламя ствол орудия развернулся, заливая напалмом соседнюю багги.

– Симбионты!

Крик телохранителей вывел Асада из ступора. Генерал обернулся на крик. Один из бойцов Халифата, вскинув винтовку, открыл огонь по кривым зеленоватым спинам симбионтов, замелькавших на крышах соседних домов. Одна из тварей, перемахнув через ограждение, спрыгнула на землю позади выбравшейся из подвала группы людей и, не обращая никакого внимания на них, рванула дальше по улице. Телохранитель, быстро прицелившись, срезал убегающую тварь очередью. Лапы монстра подкосились, и мертвый симбионт рухнул на землю, проехав по инерции еще пару метров. Его место тут же заняло еще две твари. С крыши противоположного дома к ним спрыгнуло еще несколько зверей. Один из них, замерев на месте, повернул к людям кривую морду. В свете разгорающегося за спинами солдат пламени на обтянутом кожей черепе блеснули зеленым огнем два глубоко ввалившихся глаза. В следующее мгновение очередь из винтовки разворотила морду симбионту, и во все стороны полетели ошметки раздробленной пасти. Тварь, коротко взвизгнув, свалилась. Еще несколько спрыгнувших с крыш монстров развернулись в сторону опасного противника… и бросились в атаку.

Ближайший к Асаду телохранитель мощным толчком отпихнул опешившего генерала в сторону, рванул из подсумка ручную гранату и метнул снаряд в толпу приближающихся тварей. Раздался оглушительный грохот ближнего взрыва, смешавшийся с визгом и воем посеченных осколками симбионтов.

Землю под ногами вновь сильно качнуло. Не удержавшийся на ногах генерал упал, ударившись головой о кусок обвалившейся стены. До меркнущего сознания еще доносились крики разрываемых на куски пехотинцев, позиции которых за огнеметными точками захлестнула лавина прорвавшихся через стену огня симбионтов.