Кто ты?

Я вижу: Время не таит свирепость,

Столетий гордость превращает в прах

И рушит исподволь любую крепость,

И даже медь – у Времени в руках.

Я вижу, океан прожорлив: катит

На царство суши сонм взбешенных вод,

То океан, то суша подать платят,

И чередуются доход-расход.

Я вижу пышных королевств крушенье

И новых государств внезапный взлет,

Живет все в мире лишь одно мгновенье, —

Вот-вот и Время друга заберет.

Как счастье хрупко – жизнь полна угроз:

Неможно удержать невольных слез.

Уильям Шекспир

«Сонет 64»

Пролог

Вы верите в судьбу или чудо? Многие скажут нет…Жизнь -это всего лишь стечение обстоятельств, дело фортуны или же случая. Человек имеет выбор, он стоит в исходной точке и видит перед собой сотни дорог и возможностей. И каждая выбранная дорога имеет свой исход. Предрешён ли он? Я не знаю. Но я верю, что каждый поступок, каждая новая встреча – это не случайность. Судьба слепа, но не безжалостна, и казалось, когда ты просто стоишь на обрыве, опустив руки и приготовившись ощутить привкус полёта и принять поражение, судьба даёт новый неожиданный поворот, и дарит чудесное спасение. Это история моей жизни. Эта моя история спасения…

Новое утро и солнечные лучи, падающие мне прямо на глаза, заставили меня проснуться. Я зажмурился, мне пришлось сделать огромное усилие, чтобы, наконец, открыть глаза. Делаю глубокие вдохи и кроме мерзкого шума в голове и своего дыхания ничего не слышу. Интересно который сейчас час? Пытаюсь нащупать рукой на тумбочке будильник, но никакого будильника найти не могу. Я снова закрываю и открываю глаза, и какое-то время прихожу в себя, тупо уставившись в потолок. Приподнявшись на локтях, я безучастно осмотрел комнату, в которой находился. Светлые стены, две кровати, тумбочка, капельница, запахи каких-то лекарств смешались в воздухе. Как я сразу этого не почувствовал? Но что я тут делаю? Я не помню, как попал сюда.

      На мгновение, забыв про головную боль, я вышел из палаты. Шаги получались неуверенными, а по телу шёл озноб. Узкий, слабо освещённый коридор, как в типичных фильмах ужаса. Не хватает только удара грома и молнии. Пройдя коридор, я зашёл в просторный зал, видимо это приёмная. Как ни странно, я не видел ни одного пациента. Так тихо, что даже стены начинают давить. Увидев дежурного врача, я направился к нему. У меня множество вопросов, которые мне необходимо задать, но я сдержал себя.

– Добрый вечер! – сказал я чуть слышно, но сказать громче мне просто не хватило бы сил.

Дежурный врач по-прежнему был занят своими делами, не обращая на меня никакого внимания. Я же не мог стать невидимым?

– Добрый вечер! – я предпринял попытку сказать чуть громче, и, наконец, врач отрывается от своих бумаг, окидывая меня пристальным взглядом, осматривая от головы до кончиков пальцев.

– Джексон? Ты что здесь делаешь? Почему ты не в постели?

–Я не знаю, что я здесь…

Договорить мне дали

–Тебе лучше не вставать. Как ты себя чувствуешь?

– Я..мм. Я не знаю, просто голова болит.

– Пойдём обратно в палату. Раз ты уже встаёшь, то видимо дело идёт на поправку. Я понимаю, ты слишком много пережил, но тебе нужно отдыхать. Вот возьми эти таблетки, тебе нужно выпить их, они помогут тебе успокоиться.

– Я не понимаю вас, – отрешённо сказал я, пока доктор пристально следила, чтобы я вернулся в постель.

На мгновение доктор наклонила голову, будто стараясь подобрать правильное выражение. В её глазах отразилось сочувствие, но она лишь мягко сказала:

– Тебе что-то ещё нужно?

– Нет, нет ничего, – я сидел на кровати, сжимая пальцами простынь.

Врач развернулась и стремительно направилась к выходу, только её рука коснулась дверной ручки, я решился спросить

– Доктор…– я опустил взгляд на бейджик, на халате доктора, – Доктор Холл, можно спросить?

– Да, конечно.

– Как долго я уже здесь?

Доктор Холл громко вдохнула, приподнимая подбородок и на несколько секунд охваченная сомнением:

– Дорогой, ты здесь уже неделю. Не забудь выпить таблетки.

Дверь захлопнулась, доктор Холл ушла, и я остался один, наедине со своими мыслями. Я сидел на кровати, упираясь ладонями в изножье. Мои глаза беспорядочно бегали по комнате, пока взгляд не остановился на маленькой коробочке с таблетками. Моя рука дрогнула, и таблетки в коробочке издали такой противный звук, от которого голова раскалывалась ещё больше. Я глубоко вздохнул, и почувствовал боль у ключиц, будто в меня медленно втыкали маленькие иголочки, а перед глазами, вспышкой, возникали мутные картинки из воспоминаний: крик, кровь, кинжал…Я зажмурил глаза, но картинки становились только чётче, пока все вспышки не застыли в одном образе девушки, до боли знакомом мне. Я сжимал её обмякшее тело в своих руках, чувствуя, как сквозь пальцы сочиться кровь. Её кровь…

Глава 1

Старый каштан

Цветущие каштаны, словно храмы

открытые, сияют вдоль реки.

Их красоту задуют ветерки

задорные, но в этот вечер – самый

весенний из весенних вечеров –

они чудесней всех твоих даров, незримый Зодчий!

«Каштаны» В.В.Набоков

Новое утро… я просыпаюсь от рассветных лучей, проникающих в комнату сквозь приоткрывшуюся штору. У меня ещё достаточно времени, чтобы полежать в тёплой кровати и подумать о планах на день. Вместо этого я выбираю холодный ободряющий душ, а после горячий ароматный кофе и тосты. Надеваю заранее подготовленную рубашку и чёрные джинсы, беру всё необходимое и вот я уже готов к новому дню. Спускаюсь на кухню, где вижу маму, уже во всю орудующую кухонным венчиком. Время за кофе и утренним разговором пролетает незаметно, и часы показывают, что пора уходить. Попрощавшись с мамой, которая неторопливо заканчивала свой завтрак, я вышел из дома…Хорошо было бы однажды начать своё утро именно так, но в реальности всё совершенно иначе…

На часах уже восемь тридцать, будильник разрывался, и, по всей видимости, не первый раз. Я как обычно опаздывал, и толком не успев открыть глаза, быстро умылся и наспех схватил первое, что попалось в шкафу.

– Джексон! Джексон Хэллиарк! Если ты не поторопишься, то опоздаешь и на второй урок!

Голос мамы слышен даже с первого этажа, она сегодня явно была не в духе, видимо опять проблемы на работе. Мама молча вошла в комнату. Она выглядела серьёзной и немного раздражённой, но взгляд становился мягче, по мере того, как её глаза скользили по мне с ног до головы, оценивая мой помятый вид.

– Ты снова вернулся поздно? – но предсказывая ответ, мама вздохнула и продолжила, – Я понимаю, ты хочешь помочь, но мы отлично справляемся, правда. Сконцентрируйся на учёбе, я не хочу, чтобы у тебя были проблемы.

– Всё хорошо, можешь не переживать подработка никак не влияет на успеваемость. Это занимает немного времени, – сказал я, оторвавшись от рюкзака.

Мама лишь вздохнула и посмотрела на маленькие часики на её запястье.

– Завтрак подгорел немного, совсем чуть-чуть. Я не лучший повар, перекуси лучше в школе.

– Ты всегда прекрасно готовишь, – улыбнулся я и закинул рюкзак на плечо.

Мама улыбнулась в ответ и посмотрела в мои глаза. Она выглядела совсем как юная девушка, когда начинала улыбаться. Её глаза глубокого зелёного цвета, как цвет хвойного леса, мне же достался цвет глаз моего отца – светло-карие. Мама говорит, что в лучах солнца мои глаза приобретают золотой оттенок. У нас редко бывают такие моменты, когда мы можем просто помолчать рядом, вообще мы редко остаёмся наедине. Мама работает не покладая рук после смерти отца. Папа умер, когда мне исполнилось двенадцать. Я часто вспоминаю его, он был самым лучшим другом. Никогда не забуду, как он водил меня на футбол. В детстве я мечтал стать звездой футбола, и папа как никто верил в меня. Всегда приходил на игры и сидел в первом ряду трибун. Он купил шапку болельщика, убеждая меня, что она счастливая.

Я никогда не забуду, как он смотрел на маму, они были безумно влюблены друг в друга. Смотря на них, я понимал, что любовь не подвластна времени. Каждое утро мама вставала пораньше, чтобы приготовить ему завтрак, правда он часто подгорал, но папа, будто не замечал этого. После завтрака папа целовал маме руку и перед тем как уйти они ещё долго смотрели друг другу в глаза. Мама долго приходила в себя после случившегося, ей до сих пор очень не хватает мужа, а мне – отца.

Сейчас многое изменилось и, часто, когда я вспоминаю какой счастливой улыбкой светилось лицо мамы, я сожалею, что не обладаю возможностью вернуться в прошлое. Я бы изменил один единственный день, который стал отсчётом новой жизни для нашей семьи. Удивительно как в один день судьба может разделить жизнь на «до» и «после».

– Увидимся вечером, дорогой.

– Хорошо – я соглашаюсь, хотя понимаю, что увидимся мы только следующим утром, – Я сегодня поздно вернусь, не жди меня и ложись спать.

– Опять работа?

– Нет, мне нужно появится на репетиции, скоро важное выступление, обещают даже неплохой гонорар.

– Что же мне с тобой делать? Хотела бы я быть лучшей матерью, – вздохнула мама.

– Лучшая у меня уже есть,– поцеловав маму в щёку, я в спешке выбежал из дома.

На завтрак времени совсем не было и мне оставалось лишь набрать номер лучшего друга Алана, который мог подкинуть меня до школы, если конечно он сам ещё не уехал.

К счастью, Алан не отличался пунктуальностью и только собирался выезжать. Он быстро примчался и, кажется, приобрёл новую машину.

– О, привет! Новая тачка? – спросил я, глядя на сияющее лицо друга, который, кажется, по этому поводу одел синюю рубашку в цвет машины.

– Ага, купил недавно, – приподнимая чёрные солнцезащитные очки, ответил друг и кивнул, чтобы я поторопился. Его голубые глаза казались светлее, чем обычно, а солнечные лучи, преломляющиеся сквозь лобовое стекло, добавляли его русым волосам рыжеватый оттенок, из-за чего лицо его выглядело ещё более сияющим.

– А где же предыдущая? Я думал вы с ней родственные души.

– Не все души бессмертны, – улыбнулся Алан, довольный своей шуткой. Я лишь хмыкнул и покачал головой, – Продал, потом немного добавил, и вот у меня новая. Знакомься это «Лара» – Алан давал машинам имена, словно они были чем-то одушевлённым, и относился к ним с огромным трепетом. Предыдущую машину называл просто «Малышкой».

– С чего вдруг такой скачок креативности?

– Потому что это не машина, это расхитительница моего сердца, – сказал Алан, с особой нежностью.

Я улыбнулся и молча посмотрел на друга, удивляясь его фантазии и крайней привязанности к машинам. И эта привязанность касалась любых близких ему материальных вещей, он видел в них какое-то спокойствие и умиротворение. С самого детства Алан был одним из тех людей, которые либо закрываются в себе и предпочитают остаться в полном одиночестве наедине со своим материальным миром или напротив безрассудно бросаются вниз головой с обрыва в поисках новых эмоций. «Из крайности в крайность» – девиз жизни Алана и за многие годы дружбы я точно убедился в этом.

– Слушай, так у «Лары» с твоей предыдущей «Малышкой» разница приличная. Ты где такие деньги взял? Только не говори, что с ланчей сэкономил.

Я знал семью Алана очень хорошо, у него обеспеченные родители и они бы с радостью подарили сыну новую машину. Но я также знал Алана, который на удивление знал цену деньгам и старался заработать их сам, несмотря на возможность продолжить бизнес отца. Правда по мнению Алана в вопросе зарабатывания денег все методы хороши.

– Где взял, там уже нет, – ответил Алан, пожав плечами, – У меня есть прибыльное местечко, но не бери в голову.

– У меня сейчас ситуация с деньгами напряжённая сам знаешь, может скажешь, что это за местечко?

– Да, только давай не сейчас, – поморщившись ответил Алан и сделал такой сосредоточенный вид, что стало понятно – дальнейшие расспросы бесполезны.

– Ладно, – кивнул я, отворачиваясь к окну, и всю остальную дорогу мы ехали молча.

– Вот мы и на месте, удачного тебе скучного дня в школе – с улыбкой пропел Алан.

– А ты идти не собираешься? В последнее время ты бьёшь мои рекорды, – спросил я, выходя из машины.

Друг посмотрел на меня с лёгким удивлением и усмешкой на лице:

– Нет, у меня сегодня есть дела поважнее, – сказал Алан и кинул мне мой рюкзак.

– Что ещё за дела? – Алан обычно не отчитывался мне куда идёт, но часто результаты его походов были не самыми радужными.

– Босс позвонил, сказал, что для меня есть работёнка. А прочие обстоятельства, это не твоё дело, – сказал Алан с таким видом, будто представлял, что в чёрных очках и лучах света выглядел как голливудский актёр, – Кстати, я сегодня могу поговорить с ним может на работу возьмёт, если тебя, конечно, наш график не смутит, – в последнее время всё больше какой-то напыщенности появлялось в поведении Алана, всё больше изменений происходило в нём: его жесты, его манера общения, даже мимика его лица менялись. И невозможно предсказать к чему ведут эти изменения, наверное, в этом одна из трудностей долгой дружбы – наблюдать, как неизбежно меняется человек сквозь годы и как расходятся ваши мировоззрения.

– Ты так и не сказал, что это за работа, – не отреагировав на резкость друга, сказал я.

– Пусть это пока тебя не волнует, главное прибыль приличная, на твоём месте я бы задумался, не всегда ведь барменом и официантом подрабатывать, – с каким-то равнодушным тоном и нечитабельным выражением лица произнёс Алан, но чуть подумав, уже мягче добавил, – Тем более я твой друг, Джей, я бы не стал советовать другу какую-то ерунду.

– Ладно, узнавай. Пришлось уйти с подработки вчера, так что мне сейчас любая работа сгодиться, особенно хорошо оплачиваемая.

– Вот и отлично. Я поехал. Пока, унылый школьник, – Алан махнул рукой, захлопнул дверцу машины и уехал, посигналив напоследок.

      Второй урок, ну что ж я почти вовремя и тут фортуна мне улыбнулась я подошёл к перемене, и спокойно мог зайти в класс, не придумывая этих дурацких оправданий. За всю свою школьную жизнь, кажется, я выдумал столько историй, сколько не было всю историю существования нашей школы, да и других школ тоже. Хотя мне, кажется, в моём арсенале оправдания школьных опозданий найдётся ещё парочка правдоподобных причин.

Совершенно забыв о том, какой сейчас урок, я подумал, что доставать учебники просто нет смысла, и мой рюкзак с грохотом полетел на парту. Однако наушники всё же стоит достать. Потому что без них ещё четыре урока я не выдержу. Пока я рылся в рюкзаке я и не заметил, как ко мне подошла Мэган.

– Привет, Джей, – голос Мэган был настолько приятен и мелодичен, казалось, что он может скрасить самый ненастный день.

– Привет, Мэгги, – сказал я, и поцеловал подругу в щёчку.

Мэган сегодня была в особенно хорошем расположении духа, и по её сияющим глазам было видно, что ей уже не терпится поделиться со мной чем-то особенно интересным.

– День только начался, а ты уже пропустил всё самое интересное.

– О нет, ну же не томи, говори всё, что знаешь – сказал я, приправив сказанное сарказмом, и сопровождался он подпрыгиваниями и жестами характерными для сплетницы, для которой каждая новость подобна дозе для наркомана.

Мэган рассмеялась и легко стукнула ладонью мне в плечо. «Хоть кому-то должно быть весело» – подумал я.

– Я серьёзно, Джей, – не прекращая улыбаться, Мэгги продолжила изливать мне все новости, – математичка рассталась с парнем и рыдала нам весь урок. А всё из-за того, что он назвал её кота глупым, бесполезным животным. Ну так ещё бы кому бы понравилось, каждое утро находить в тапочках «сюрпризы». В школьной команде по футболу произошла драка, между Эштоном Куппером и Брайаном Максвелом, представляешь черлидершу не поделили, даже не помню как её зовут, по-моему, Сьюзен Бранвел. Устроили драку прямо в столовой на глазах у учителей и директора. Это не первое их предупреждение и теперь их двоих отчисляют, а Сьюзен вышла сухой из воды, правда из команды её исключили. И самая главная новость, что теперь в команду по футболу и черлиденгу нужны люди. Я сразу подумала, что мы с тобой должны попробовать туда попасть. Я уверенна, нас сразу же возьмут

– Новости конечно содержательные, но времени на футбол у меня точно не найдётся, на группу еле хватает, так что попробуй одна. Да и пройденная эта история…

Перед глазами, будто наяву промелькнули воспоминания: стадион, трибуны, голос отца.

– Ты ведь не можешь вечно избегать этих воспоминаний, теперь даже на игры не смотришь, – сказала Мэган, словно читая мои мысли.

– Я знаю, но пока футболу нет места в моей жизни.

– Когда-нибудь ты позволишь себе оглядываться в прошлое, Джексон, – Мэган взяла меня за руку, а потом, чуть отодвигая нижнюю губу, прям как ребёнок, проговорила, – Ты хоть пойдёшь со мной на этот кастинг?

– Конечно, я обещаю. А ты что волнуешься? – шутливо спросил я.

– С чего бы мне волноваться? – чуть обижено спросила Мэган, наверное, не ожидая ни капли сомнения с моей стороны на её счёт – Я знаю, что они меня возьмут.

– В этом я не сомневаюсь. А с чего вдруг любовь к черлидингу? Ты же их называла глупыми, напыщенными девчонками, не умеющими даже танец робота танцевать.

– Вот я подумала, что пора что-то менять в своей жизни, да и школе помочь не мешало. Уверена, что мой приход в команду может многое поменять, я знаю, как добиться более высоких и успешных результатов даже в масштабных соревнованиях. Пора покорять новые вершины, – Мэги подмигнула и села за парту впереди меня.

Мы знакомы с Мэган уже три года, за это время я смог узнать её достаточно хорошо. На первый взгляд она кажется самовлюблённой стервой, но, узнав её поближе, понимаешь, что ошибался и недооценивал эту девушку. Мэган искренняя девушка и в глубине души за всей напускной и притворной холодностью, скрывается очень ранимый человек. Она относится к той категории людей, которые своей уверенностью и стойкостью притягивают окружающих. Эта девушка определённо знает себе цену и может правильно подать себя в любом обществе. Меня всегда удивляло, как она с лёгкостью и достоинством может выйти из любой ситуации. Многие девушки нашей школы хотят попасть в число подруг Мэган, она для них является неким эталоном красоты и женственности. Есть, конечно, те, кто попросту завидуют, а их собственная неуверенность в себе, злоба и «изобретательность» часто доходит до полнейшего абсурда. На прошлой неделе Мила Окс выбрала очень подходящее для подножки место – столовую, где всегда собирается большая половина школы. Конечно, падение такой популярной девушки как Мэган вызвало бы мощную волну смеха и бурный поток шуток, у завидующих и ничего не смыслящих в юморе школьных «красавиц» а следом за ними и всех остальных. Но Мэган не из тех кто не чувствует земли под ногами, она умеет контролировать каждое свое движение так, что эта подножка не вывела её из колеи, а вот поднос в руках Мэган полетел прямо на, сидящую в ожидании казуса, Милу. Правда казус она хотела подстроить для Мэган, а получилось наоборот. В итоге Мэган вышла из столовой с очаровательной улыбкой и напоследок со словами «Осторожней надо быть с подножками» для Милы, которая сидела вся красная от собственной злости и при этом вся в макаронах и сладкой воде.

– Добрый день! – вошедший в класс Спенсер Саливер, учитель истории, отвлёк класс от разговоров и последних нашумевших сплетен, – Как вы помните у вас скоро выпускной класс и вам надо приложить максимум усилий в этом году, чтобы не завалить экзамены в следующем и поступить. А история вам, несомненно, пригодиться, так что прекратили разговоры и внимательно слушаем новую тему, – каждый урок он неизменно начинал с напоминания о том, что мы скоро станем выпускным классом, и какая ответственность будет лежать на наших плечах.

– И какая же польза от истории, мне интересно. Зачем нам знать то, что было когда-то давно, ещё и даты ненужные учить, не легче жить сегодняшним днём? – Пит Робертс, один из главных и незаменимых спортсменов школы, не смог воздержаться от комментария.

– А история, Робертс, нам нужна для того чтобы не совершать ошибок прошлого, без истории мы не сможем построить будущего. Ты не можешь назвать себя образованным человеком, если не знаешь истории своей страны

– Невозможно знать всю историю, или вы хотите сказать, что все даты и всех деятелей знаете? Да конечно нет, – значит, и вы не можете назвать себя образованным. Тем более дат много, а я один.

– Всех дат может я действительно не знаю, но в истории разбираюсь побольше твоего. А ты действительно голову не забивай, а то вдруг история лишит мира звезды футбола, забудешь ещё из-за этих дат как мяч в ворота пинать, – после этих слов в классе разразился смех.

–Эй, Джей, – шепнула мне Мэган – Джексон! – чуть громче, повторила она.

– А, да, что такое?

– Какой-то ты рассеянный, Джей, сегодня в семь часов, возьми – Мэган аккуратно передала мне свой телефон.

На экране телефона был яркий оранжевый плакат с золотым переливом. На плакате красовалась группа черлидерш, выстроившись в пирамиду. По обе стороны от пирамиды стояли крепкие, мускулистые парни, выполняя не простые поддержки с остальными девушками. Один парень, стоявший чуть ближе к пирамиде, держал на вытянутых руках черлидершу. Кончики пальцев её ног слегка касались головы, спина изогнута, подобно кошке, образуя плавную линию, руки были вытянуты в стороны и сжаты в кулаки. Каждая мышца черлидеров была напряжена, по фотографии было видно, что это далеко не первый дубль. Обработка фотографии не как не могла скрыть усталость их тела, однако лица каждого на плакате сияли блестящей улыбкой, не оставляя никакого сомнения в том, что эти люди вкладывают не только всю свою силу, но и душу. Я никогда не презирал черлидинг, как вид спорта, как это делает Алан и многие другие мои знакомые. Это, как и футбол: требуется невероятное количество попыток и усилий. Это ежедневные тренировки, где девушки и парни оставляют все свои силы, прикладывая неимоверные труды, чтобы добиться успеха, при этом ни один из черлидиров (нашей школы) не обходился без травм. Тем более, как говорит Мэган, около пятидесяти процентов всех спортивных травм приходится на черлидеров. И все же миллионы девчонок и парней во всем мире мечтают попасть в престижную школьную или университетскую команду. Хотя, как бы я ни понимал их труд и как бы уважительно не относился, попасть в группу черлидеров точно не хотел бы – это явно не предел мечтаний, моих так точно.

Я остановил взгляд, чтобы посмотреть внимательнее. Что-то в этой девушке казалось мне столь притягательным, я не мог понять, что именно. Всё в ней было прекрасно, но ни изящная фигура, с тонкой осиной талией, ни её грация с которой она выполняла поддержку, ни длинные светлые волосы, ни ошеломляющая улыбка не привлекали так сильно, как эти глаза. Да, точно, глаза! Всё дело было именно в них! Они, казалось, искрились живыми изумрудными огоньками, но в то же время такие бездонные и глубокие. Пересилив себя, я перевёл взгляд на пару, стоявшую по другую сторону пирамиды. Не менее мускулистый парень, стоявший на одном колене, двумя руками крепко сжимал ногу девушки, которая стояла на втором его колене. Вторая нога черлидерши была высоко поднята, одной рукой она овивала шею партнёра, другая рука сжата в кулак и отведена в сторону, на лице, как и на лицах остальных черлидеров сияла ослепительная улыбка. Чуть выше на плакате огромными белыми буквами полу-дугой простиралось «Black Panther» – название команды, которое также было написано на всех майках черлидеров. В нижнем углу плаката была указана дата и время проведения кастинга.

– Посмотри, как пафосно, – минуту спустя Мэган шёпотом продолжила, не обращая внимания на рассказ мистера Саливера – Хотя форма у них и вправду красивая. Как думаешь, мне пойдёт?

– Ты же знаешь, что пойдёт – сказал я, не отрываясь от плаката, а точнее от девушки с изумрудными глазами – А как зовут эту девушку? Я её раньше не видел.

– Я не знаю её, – сказала Мэган, присматриваясь к изображению, – Похоже, она новенькая.

– Новенькая, и уже в команде?

– Да, не могу не заметить, что на фотографии она отлично вышла, – обычно Мэган не любила хвалить внешность или фотографии других девушек, но если это происходило, то значит, девушка действительно прекрасна.

– Хэллиарк! Кларк! Наверное, ваша дискуссия важнее лекции? Не переживайте я буду говорить тише, – Спенсер никогда не был строгим преподавателем, поэтому его слова прозвучали не очень внушительно.