Счастье всем, но не сразу: сверхпопулярная типология личности

Хотите жить долго и счастливо? Ничего не выйдет, если вы не понимаете себя и окружающих. Люди такие разные! КАКИЕ разные? Прежде всего, по ТИПУ ЛИЧНОСТИ. Нельзя требовать от себя (и окружающих) того, что типу противоречит: одни неприятности и крушение надежд. Зато если использовать свой (и другой) тип на полную катушку – будет вам счастье! Но сначала придется пройти ликбез. Он тут – причем в форме простой (но без примитива) и увлекательной (но без излишеств), то есть, ликбез в форме не просто популярной, а сверхпопулярной, с использованием любимых литературных героев. Зачем такие сложности? Чтобы было интересно: мне – писать, а вам – читать. Сначала я «прочитаю» лекции, а потом закрепим их кратким курсом практических занятий.

Предлагаемый Вам, дорогой Читатель, текст есть ТВОРЧЕСКОЕ ПЕРЕЛОЖЕНИЕ книги «Когнитивная классификация расстройств личности», сборника под редакцией Артура Фримена и Аарона Бека. «Творческое», потому что оставлена только голая суть – сама классификация (название типов, основные определения и признаки/симптомы), а основное пространство заполнено авторскими вариациями по теме. «Переложение», потому что написано ДЛЯ ВСЕХ, в том числе и людей, с любой стороны далеких от клинической психологии.

Если написано для всех, то и основа изложения должна быть ОБЩЕЙ. Эта основа – те книги, которые все мы читали в детстве. Ну, пусть не все мы читали, и не все книги (хотя бы потому, что в чьем-то детстве, например, еще не было Гарри Поттера). Но это неважно: книжки, о которых здесь речь, читаются в любом возрасте. Потому что хорошие детские книги насквозь психологичны – только тогда они становятся классикой и читаются поколение за поколением. Ребенку вся эта психология, конечно, до лампочки – просто интересно, увлекательно, смешно, грустно… В общем, здорово! Никогда уже не получишь от чтения такого чистого удовольствия, как в детско-юношеские годы. И отзвук этого удовольствия способен сделать удобоваримой самую сухую тему, такую даже как «когнитивная классификация расстройств личности».

Так, все собрались, ждут радости. Будет вам радость, но вы уже взрослые (надеюсь) и поэтому знаете, что за удовольствие надо платить. Нет-нет, спрячьте ваши деньги! Это все потом, если захотите. А сейчас придётся немного поработать мозгами, иначе просто не поймёте, о чём и зачем пойдет речь. Итак, слушаем сверхпопулярную ВВОДНУЮ ЛЕКЦИЮ.

Личностные расстройства – весьма распространенный вид заболеваний, требующих длительного общения с психотерапевтом. Они «произрастают» на почве определённой структуры личности, получаемой при рождении. Нет «плохих» типов личности – есть удачные или неудачные условия их развития, приводящие к гармонии и счастью, с одного конца шкалы возможностей данного индивида, или же к трагедии или психическому заболеванию, с другого конца. Обычным является некое промежуточное состояние, но если оно склоняется к «плохому» концу шкалы так, что Ваши гипертрофированные личностные особенности причиняют сильное беспокойство или вред вам и/или окружающим – это повод для визита к психотерапевту. И уж задача психотерапевта – поставить для начала диагноз, а потом, если это, действительно, личностное расстройство, правильно классифицировать его в целях эффективного лечения.

Одной из основных является когнитивная классификация расстройств личности [1], в которой выделяют 9 когнитивных профилей/типов и соответственно 9 расстройств. Только без паники! Помните, что: (1) чистых типов в природе не бывает; (2) тип – еще не расстройство; (3) личностные расстройства лечатся и, наконец, (4) личностное расстройство может быть только у личности, а быть Личностью – почётное право каждого Человека. Преодолейте расстройство (если оно есть) и извлеките максимум пользы из своего ТИПА личности. Но врага-расстройство надо знать в лицо. Итак:

1. Избегающее расстройство личности

Люди такого типа хотели бы сблизиться с другими, но боятся быть отвергнутыми.

Представление о себе: неприспособленный, некомпетентный. «Я плохой, никчемный, непривлекательный»; «Я не могу терпеть неприятные чувства.

Представление о других: потенциально критичные, незаинтересованные, унижающие.

Стратегия: избегать ситуаций, в которых их могут оценивать.

Эмоции: сочетание тревоги (по поводу возможной оценки) с печалью (поскольку результат избегания – отсутствие близких отношений и успехов).

2. Зависимое расстройство личности

Этим нужна «опора»: без неё они чувствуют себя слабыми и беспомощными. Таким образом,

представление о себе такое же, как у «избегающих» (слабый, некомпетентный), но

представления о других совсем другие: зависимая личность ориентирована на «опекуна» заботливого, одобряющего, компетентного. При наличии подходящего опекуна зависимая личность «расцветает» и способна действовать очень эффективно.

Стратегия, естественно, найти опекуна и привязать его к себе.

Эмоции: тревога из-за возможного разрыва с «действующим» опекуном, которому может надоесть эта роль.

3. Пассивно-агрессивное расстройство личности

Такой человек требует «свободы», но не справляется с ней; жалуется на «власть», но жаждет её одобрения.

Представление о себе: самодостаточен, но уязвим к внешнему воздействию. С одной стороны «невыносимо быть под контролем», а с другой – «мне нужно, чтобы власть защищала, одобряла и поддерживала меня».

Представление о других: надоедливые, требовательные и – одновременно – способные к заботе и приятию.

Стратегия: скрытая оппозиция.

Эмоции: сдержанный гнев при пассивном подчинении «власти» – тревога в ожидании ответных репрессий.

4. Обсессивно-компульсивное расстройство личности

Название происходит от слов obsession (одержимость, навязчивая мысль) и compulsion (принуждение). Представитель этого направления – серьезный человек, для которого слова «контроль» и «должен» перевешивают все остальные.

Представление о себе: ответственный – за себя и за других. Но за этой «сильной» установкой часто прячется страх некомпетентности и беспомощности, и единственное противоядие от этого страха – строгое следование своду правил, разрабатываемых на все случаи жизни.

Представление о других: если коротко – разгильдяи.

Стратегия: максимальный контроль над собой (разработка правил, самокритика) и над другими (требование соблюдения правил, и неодобрение/наказание в случае их невыполнения).

Эмоция: сожаление (о несовершенстве природы человека) и разочарование (из-за малой эффективности исправительных мер).

5. Параноидное расстройство личности

Не пугайтесь! Это не то, о чём вы подумали (бред преследования и так далее), это только цветочки… Параноидные личности пока только не доверяют другим, но делают это с размахом.

Представление о себе: добродетельный, но «со мной плохо обращаются».

Представление о других: заблуждающиеся, склонные к обману и подвохам (ну как таким доверять!)

Стратегия: будь начеку! (Во время сталинщины параноидальным мышлением была заражена вся страна; это пример наведенного, навязанного когнитивного профиля, причем в массовом масштабе).

Эмоция: гнев по поводу предполагаемых злоупотреблений.

6. Антисоциальное расстройство личности

Такая личность сама устанавливает «правила игры». Он (она) – одинокий волк (или волчица), и вполне доволен (довольна) этим.

Представление о себе: одинокий, независимый, сильный.

Представление о других: лохи (подавляющее большинство) или такие же хищники.

Стратегия: от хитроумного манипулирования и мошенничества до прямого грабежа и насилия.

Эмоция: гнев по поводу того, что другие имеют то, что он/она, несомненно, гораздо больше заслуживает.

7. Нарциссическое расстройство личности

Помните миф о прекрасном юноше Нарциссе, отвергнувшем любовь нимфы Эхо и погибшим над собственным речным отражением? Для «нарцисса», как и для «волка» тоже правила не писаны, но к людям они относятся гораздо мягче, коль скоро другие – зеркало, способное отразить всё великолепие нарцисса.

Представление о себе: я особый и уникальный, я выше общепринятых правил. Но в глубине – сомнение в своем великолепии, и поэтому нарциссам все время требуется подтверждающее восхищение других.

Представление о других: зеркало оно зеркало и есть. Помните, что сделала с говорящим зеркалом царица у Пушкина? Не злите нарцисса! Потому что его

стратегия – заставить вас восхищаться, и его основная

эмоция – гнев, если вы не восхищаетесь. Если вы делаете это настойчиво и обоснованно, сломленный нарцисс впадает в депрессию.

8. Шизоидное расстройство личности

И снова – не пугайтесь! Многие великие были шизоидами: до неких пределов отстранённость и замкнутость способствуют творчеству. Все дело в дозировке одиночества и во внутреннем богатстве отстраняющейся (на время!) личности. В случае же расстройства –

Представление о себе: самодостаточный одиночка.

Представление о других: навязчивые, ограничивающие.

Стратегия: держаться на расстоянии, поскольку попытки других приблизиться угрожают разрушением.

Эмоция. Шизоиды не склонны впускать в свой внутренний мир других, поэтому создается впечатление, что у них нет сильных чувств; но для всех, кого «впустили» очевидна печаль как следствие изоляции.

9. Гистрионное расстройство личности

А вот у этих основная эмоция – радость, потому что их

представление о себе: обаятельный, впечатлительный и заслуживающий внимания.

Представление о других: впечатляемые, чувствительные, восхищающиеся. Немного похоже на нарциссов, но «истерические» (hysterious) личности не холодны к окружающим: они вступают с ними в теплые отношения, хотя часто непродолжительные.

Стратегия: находиться в центре внимания, давать и получать радость. Если эта стратегия по объективным причинам не реализуется, тогда любым способом (вплоть до истерики) достигать желаемого, воздействуя на чувства. А чувства – материя нежная и трудно управляемая. Поэтому

сопутствующая эмоция у гистрионно-нарушенных личностей – затаённое чувство тревоги, которое сменяется гневом и печалью, когда срываются их планы немедленно осчастливить себя и все человечество.

Всё! Теперь, пока не забыли про особенности типов, быстренько проведем практические занятия с помощью Винни-Пуха и его друзей [2]. Итак, давайте разберёмся

Who is Who в Лесу?

ПЯТАЧОК – лучший друг Винни-Пуха – маленькое, слабое, боязливое существо. Способен, однако, к активным действиям, даже к смелым поступкам, но лишь при поддержке своего сильного друга, который с радостью воздает ему должное:

«О храбрый, храбрый Пятачок! / Дрожал ли он? О нет, о нет!» (из оды Винни-Пуха на героический «полёт» Пятачка к ящику «Для писем и газет» – см. историю о Буре в Лесу). Несомненно, зависимый тип, но какой симпатичный!

“ – Ой, сказал Пятачок. – Ведь я… мне кажется, я немножко дрожал. Конечно, только в начале. А тут говорится: «Дрожал ли он? О нет, о нет!» Вот почему я спросил.

– Ты дрожал про себя, – сказал Пух, а для такого Маленького Существа это даже храбрее, чем совсем не дрожать”.

КРОЛИК. Постоянно при деле: он отвечает за всё.

“Всё предвещало, что у Кролика будет опять занятой день. Едва успев открыть глаза, Кролик почувствовал, что сегодня всё от него зависит, и все на него рассчитывают. Это был как раз такой день, когда надо было, скажем, написать письмо (подпись – Кролик), день, когда следовало всё проверить, всё выяснить, всё разъяснить и, наконец, самое главное – что-то организовать.”

Конечно, обсессивно-компульсивный тип. Как, впрочем, и СОВА, в которой Кролик чувствует родную душу:

“ – Сова, – сказал Кролик деловито, – у нас с тобой есть мозги. У остальных – опилки. Если в этом Лесу должен кто-то думать, а когда я говорю «думать», я имею в виду думать по-настоящему, то это наше с тобой дело”.

Однако Сова, в отличие от Кролика, явно демонстрирует внутреннюю ущербность своего типа: она совсем не такая грамотная, как представляется:

”И вот он вымыл горшок и вытер его досуха, а Сова тем временем мусолила кончик своего карандаша и думала, как же пишется слово «Поздравляю».

– Пух, а ты умеешь читать? – спросила она не без тревоги в голосе”.

Однако неблагодарный народ не ценит усилий своих наставников. Кролик, например, из сил выбивался, выводя его из тумана, но от него отделались, а потом:

“ – Пух!.. – закричал Пятачок, дрожа от волнения. – Ты разве знаешь дорогу?

– Нет, – сказал Пух. – Но у меня в буфете стоит двенадцать горшков с мёдом, и они уже очень давно зовут меня. Я не мог как следует их расслышать, потому что Кролик всё время тараторил. Но если все, кроме этих двенадцати горшков будут молчать, то я думаю, Пятачок, я узнаю, откуда они меня зовут. Идем!”

Вспомнишь ТИГРУ – и рот до ушей. Верный признак гистрионной личности, которая поглощает и излучает радость. Правда, иногда столь активно, что возникает желание ее «укротить», чтобы не «выскакивал». Если помните, Кролик в целях укрощения Тигры потребовал «потерять» его в тумане – но потерялся сам и был спасён тем же Тигрой, который (конечно же!) не мог оставить друга в беде:

“И всё это время Тигра носился по лесу, громко рыча, чтобы скорее найти Кролика.

И наконец, очень Маленький и Грустный Кролик услышал его. И этот Маленький и Грустный Кролик кинулся на голос сквозь туман, и голос неожиданно превратился в Тигру: в Доброго Тигру, в Большого Тигру, в Спасительного и Выручательного Тигру, который выскакивал – если он вообще выскакивал – гораздо лучше всех Тигров на свете.

– Милый Тигра, как же я рад тебя видеть! – закричал Кролик.”

Маленький дружок Тигры, КРОШКА РУ, демонстрирует явные черты нарциссизма.

“ – Вы видели, как я плаваю? – пищал Ру в восторге, пока Кенга вытирала его. – Пух, ты видел, как я плаваю? Вот это называется плавать! Кролик, ты видел, что я делал? Я плавал! Эй, Пятачок! Пятачок, слышишь? Как ты думаешь, что я сейчас делал? Я плавал! Кристофер Робин, ты видел как я…”

Но ведь он так мал! Умеренный нарциссизм естественен для ребёнка; личность выходит за пределы нормы только если в процессе взросления не прощается постепенно с тенденцией ставить себя в центр Вселенной. И вообще, детям «взрослые» личностные диагнозы обычно не ставят.

ИА-ИА – самый сильный образ, неизменно трогающий детские сердца: бедный ослик! А бедный, потому что так одинок. А одинок, потому что шизоид.

“Старый серый ослик Иа-Иа стоял один-одинёшенек в заросшем чертополохом уголке Леса, широко расставив передние ноги и свесив голову набок, и думал о Серьёзных Вещах. Иногда он грустно думал: «Почему?», а иногда: «По какой причине?», а иногда он думал даже так: «Какой же отсюда следует вывод?» И неудивительно, что порой он вообще переставал понимать, о чем же он, собственно, думает”.

Но до серьёзного расстройства личности ему все-таки далеко. Во-первых, потому что умеет радоваться:

“Иа-Иа, увидев горшок, очень оживился.

– Вот это да! – закричал он. – Знаете что! Мой шарик как раз войдёт в этот горшок!

– Что ты, что ты, Иа, – сказал Пух. Воздушные шары не входят в горшки. Они слишком большие. Ты с ними не умеешь обращаться. Нужно вот как: возьми шарик за верё…

[…] Но Иа-Иа ничего не слышал. Ему было не до того: он то клал свой шар в горшок, то вынимал его обратно, и было видно, что он совершенно счастлив!”

Во-вторых, потому что – на свой лад – он общается и намерен совершенствоваться в этом направлении:

“ – Ты сам виноват, Иа. Ты же никогда ни к кому из нас не приходишь. Сидишь как сыч в своем углу и ждёшь, чтобы все остальные пришли к тебе. А почему тебе самому к нам не зайти?

Иа задумался.

– В твоих словах, Кролик, пожалуй, что-то есть, – сказал он наконец. Я действительно пренебрегал законами общежития. Я должен больше вращаться. Я должен отвечать на визиты.”

Но это будет непросто для Всех-Всех-Всех из-за параноидной составляющей личности Иа-Иа. Так, когда Сова нечаянно оторвала и унесла с собой хвост Иа, а Винни-Пух обратил его внимание на потерю, реакция ослика была такова:

“ – Это вполне естественно, – грустно сказал Иа-Иа. – Теперь всё понятно. Удивляться не приходится.

– Ты, наверное, его где-нибудь позабыл, – сказал Винни-Пух.

– Наверно, его кто-нибудь утащил… – сказал Иа-Иа. – Чего от них ждать! – добавил он после большой паузы”.

А когда Тигра, чихнув, нечаянно (!) сдул Иа в реку, тот оценил ситуацию так:

“ – Я сам об этом все время спрашиваю, медвежонок Пух. Даже на самом дне Реки я не переставал спрашивать себя: «Что это – дружеская шутка или обдуманное нападение?» И когда я всплыл на поверхность, я ответил себе: «Мокрое дело». Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду”.

Избегающая личность представлена второстепенным персонажем – САШКОЙ БУКАШКОЙ. Тем самым, который думал, что видел однажды ногу Кристофера Робина, но был в этом не вполне уверен. (См. также историю с открытием Северного полюса: тогда СБ на несколько дней зарылся в землю, потому что подумал, что это ему все говорят: «Тс-с»).

Пассивно-агрессивная и антисоциальная личности присутствуют виртуально – в образах злокозненной парочки БУКИ-БЯКИ и ужасного СЛОНОПОТАМА. Винни-Пух с Пятачком выслеживали их – но безрезультатно. Ясно, что такие типы плохо вяжутся с милым обществом, собравшимся в Лесу, где всем и так хватает забот с Тигрой и Иа-Иа.

Итак, остались три персонажа: Кристофер Робин, Кенга и сам Винни-Пух. Они, к счастью, не обладают личностными чертами, чреватыми патологией.

КРИСТОФЕР РОБИН – нормально взрослеющая личность, которая с естественной грустью вырастает из детства, но не прощается с ним:

“ – Пух, когда я буду… ну, ты знаешь… когда я уже не буду ничего не делать, ты будешь иногда приходить сюда?

– Именно я?

– Да Пух.

– А ты будешь приходить?

– Да, Пух, обязательно. Обещаю тебе”.

КЕНГА – нормальная мама, которая дарит своей любовью всех детей, даже не очень-то похожих на них внешне:

“И Кенга очень ласково сказала: «Ну что ж, милый Тигра, загляни в мой буфет и посмотри – что тебе там понравится». Ведь Кенга сразу поняла, что, хотя с виду Тигра очень большой, он так же нуждается в ласке, как и Крошка Ру”.

Наконец, ВИННИ-ПУХ. Нормальным его, пожалуй, не назовешь, хотя бы из-за склонности к нарушению пищевого поведения («Мишка очень любит мёд. / Отчего? Кто поймёт?»), а также к стихоплетению. Но Поэт – категория особая. Естественная рефлексия стихами – отличный способ сохранения душевного здоровья. Хорошо живет на свете Винни-Пух!

Всё! Теперь можно переходить к делу. Рассмотрим каждый из типов по отдельности. Предупреждаю: мы будем использовать когнитивную типологию [1], но она далеко не единственная – просто когнитивный подход мне нравится своей чёткостью, логичностью и относительной простотой. Другая распространенная типология – психоаналитическая – во многом повторяет те же типы, хотя есть и различия (например, в ней есть мазохистическая личность, но нет пассивно-агрессивной). Однако книга Нэнси Мак-Вильямс «Психоаналитическая диагностика личности» [3] мне тоже очень нравится, поэтому я буду использовать и её, в основном прямым цитированием в соответствующих местах. И последнее: читайте не торопясь, со вкусом. Не советую больше одной главы (типа) в день. Хотя бы потому, что в конце каждой главы будет домашнее задание, над которым рекомендуется поразмыслить не торопясь. Впрочем, никто не неволит: можно проглотить все сразу. За последствия умственного несварения автор ответственности не несет.

Из всех типов личности, рассмотренных выше во Введении, нарциссический тип пользуется наибольшей популярностью у посетителей психотерапевта. Возможно, дело в названии. Например, узнав, что «гистрионный» тип – то же, что «истерический», клиент теряет интерес к обсуждению этой составляющей своей личности: кому охота называться истериком (разве что мазохисту). Другое дело – нарциссом! Однако узнав, что нарциссизм – весьма тяжёлое и трудно корректируемое расстройство личности, клиент снова увядает.

Ребята, не надо бояться! Все мы немножко «нарциссы». Проблемы начинаются, когда нарциссический компонент составляет основное вещество личности, то есть, если формируется моно-тип, приятное название которого контрастирует с его сущностью. Вот с названия и начнем.

1. Откуда ноги растут?

Разумеется, от мифа. Того самого “греческого мифа о Нарциссе, юноше, который влюбился в своё отражение в зеркале воды, и в конце концов умер от тоски, которую его отражение никогда не могло бы удовлетворить”, как пишет Нэнси Мак-Вильямс в своей «Психоаналитической диагностике» [3, с.219] (в квадратных скобках – порядковый номер в списке литературы; страницы соответствуют указанному там изданию – большинство книг многократно переиздавались). Но миф-первоисточник заслуживает более подробного изучения – хотя бы потому, что именно он вдохновил великого Фрейда на название этой патологии (S. Freud. On Narcissism: an Introduction. 1914). Учитывая специфику нашего курса, рассмотрим миф о Нарциссе в рамках прекрасной детской книжки Куна [4], которую полезно перечитать в любом возрасте.

Нарцисс, сын речного бога и нимфы, был божественно прекрасен – и абсолютно холоден: он восхищался собственной красотой, но совсем не нуждался в восхищении других. Он вообще поначалу ни в ком не нуждался. Разбив множество сердец, в том числе и сердце нимфы Эхо (бедная девушка могла лишь повторять последние слова говорящего), Нарцисс разозлил-таки одну из нимф, которая воскликнула: «Полюби же и ты, Нарцисс! И пусть предмет твоей любви отвергнет тебя, как ты отвергаешь нас!»

Проклятье прошло по ведомству богини любви Афродиты, которая жестоко наказала гордеца, отвергавшего ее дары. Однажды на охоте, в жаркий полдень Нарцисс наклонился над лесным ручьём напиться – и пропал: он влюбился в прекрасного юношу, глядящего на него из водяной глади.

“В изумлении смотрит он на свое отражение в воде, и сильная любовь овладевает им… Наклоняется Нарцисс, чтобы поцеловать свое отражение, но целует только студеную, прозрачную воду ручья. Всё забыл Нарцисс; он не уходит от ручья; не отрываясь, любуется самим собой. Он не ест, не пьет, не спит [4, с.55].”

Естественно, организм не выдерживает, и Нарцисс умирает, предварительно как следует помучавшись и в результате сообразив, в какую ловушку он угодил – иначе наказание Афродиты теряет смысл. Нимфа Эхо, кстати, была с ним до конца; да и остальные нимфы оплакивали смерть Нарцисса. Но вот похоронить его они не смогли: ничего не осталось, только белый душистый цветок, цветок смерти – нарцисс, вырос на том месте, куда склонилась голова юноши.