- -
- 100%
- +
Самку устроили в одну из пустующих кают, медкапсула была сейчас занята. Один из харки, брат Мяла, был серьёзно ранен, а программа регенерации ещё не завершилась. Хар – хороший врач, он обработал рану, удивившись, что у самки плохая свёртываемость крови. Посетовал, что нет хорошего оборудования для выяснения причины. Продолжая сканировать её тело портативным сканером, он охнул, когда увидел результаты. Пара сломанных рёбер, сильный ушиб головы, порез на правом боку, но самое страшное – яд арахнов. Вот и причина того, что за то время как спасательный бот болтался в космосе, кровь так и не остановилась. Яд этих паукообразных условно разумных существ не давал в достаточной мере свёртываться крови в теле жертвы.
– Как она жива-то осталась? – в растерянности пробормотал док.
– Сильная самочка, жаль, что не моя истинная, – провёл по рыжим волосам девушки харки, – но если кто-то в ней признает свою…
– Сначала надо позаботиться, чтоб она выжила, медкапсула освободится только через несколько часов, – Хар грустно вздохнул, – что же это за раса? Скелет слабый, кости хрупкие, мышцы недостаточно развиты, но такая сила духа…
– Когда она очнётся, надо будет её успокоить. Ты же видел, на сколько это раса воинственна. Надо поговорить с парнями, я пока раздену и помою её, а потом пусть придут, посмотрят, вдруг, правда, окажется, что она истинная кого-то из наших. Тогда будет проще её приручить.
Через шесть часов предстояла стыковка с нанимателями. Для доставки груза минералов с планеты Усилия команду наёмников харки с планеты Ланч нанял высокородный арлеанец Эльм Саилиан Ларух. Надо сказать, довольно опасное задание. Эти минералы – богатая добыча для пиратов, и они охотятся на перевозящие их корабли. Из минералов производят топливо для межзвёздников. Добывают их на планете хорошо охраняемые старатели, а вот для доставки нанимают харки. Это раса воинов, способных к боевой трансформации, сильные и смелые их представители находились практически на любом корабле в качестве охраны. А нанять корабль с командой, состоящей только из харков, мог позволить себе не каждый. Единственное слабое место у них были женщины. Девочек на Ланче рождалось чуть ли не в пять раз меньше, чем мальчиков, из-за чего самочек всегда не хватало. Так что подобрать в открытом космосе бот с самкой на борту была поистине удача. Вот только вела себя она агрессивно, всё-таки что же это за раса? Док уже выяснил, что они совместимы и девушка способна выносить потомство харки, только бы поправилась, уж больно слаба, и этот яд. Мял решил, что всё равно заберёт её на Ланч, мужчины харки сильные и нежные по отношению к своим женщинам, относятся к ним как к сокровищу, дарованному богиней жизни, и сделают всё, чтобы она была счастлива и ни в чём не нуждалась. Такие добьются расположения любой женщины, даже такой воинственной как эта самка с рыжими волосами.
Сеанс связи с арлеанцами прошёл по графику, через несколько минут стыковка. Мял наблюдал, как к ним приближалась махина корабля арлеанцев, когда в рубку вошел Хар:
– Командир, она очнулась!
– Ты же говорил, что это произойдёт не раньше, чем через сутки!
– Вероятно, из-за наличия в крови яда всё происходит иначе, – быстро произнёс врач, – и она не понимает нашу речь, очень боится. У меня создалось впечатление, что она никогда не видела представителей нашей расы.
– Пойдём! – быстро кинув взгляд на монитор, произнёс харки, – надо попытаться хоть на пальцах объяснить, что ей ничего не грозит, а когда прибудем на Ланч, установим лимф-детектор. – Последние слова он уже говорил в коридоре.
– Она не сможет сейчас встать?
– Нет, большая потеря крови, травмы. Она и голову-то смогла повернуть с трудом, чтобы на меня посмотреть.
– Плохо, что очнулась именно сейчас. Я не могу встретить ура Ларуха, а эти господа не терпят непочтения, но, надеюсь, с девочкой мы быстро найдём общий язык.
Вопреки ожиданию, каюта, в которой устроили самочку, оказалась пуста. Мужчины ошарашенно переглянулись. Доктор прочистил горло и протянул:
– Как? Она же так слаба, и рана…
– Она могла пойти только в том направлении, – кивнул Мял и чуть не бегом кинулся по коридору.
Харки увидели её, пробежав несколько метров. Маленькая, хрупкая, босая, обёрнутая простынёй. Смотрит бесстрашно исподлобья, рыжие спутанные пряди лежат на голых плечах. Прижалась спиной к переборке, подняла глаза ясные, серые и смертельно уставшие.
– Зачем ты встала? Разве тебе не больно? – Мял медленно сделал шаг к девушке.
Проследил, как она, едва вздрогнув, отступила, скользя спиной по переборке. Она изо всех сил прижимала руку к ране и продолжала напряжённо смотреть в глаза харки. Мужчина не очень понимал, что сейчас стоит делать, самочке необходима была помощь, и срочно.
– У тебя опять идёт кровь! – он медленно, чтобы не напугать, поднял руку, указывая на пол возле её ног, где уже упало несколько красных капель.
Она проследила за взглядом, опустила глаза и безразлично хмыкнула, едва поведя худеньким плечом. Несомненно, самочка принадлежала к расе воинов, раз так пренебрежительно относится к ранам. Мял ещё обдумывал свои дальнейшие действия, а с другой стороны коридора появились их наниматели. Увидев полуголую женщину, они тоже остановились, не рискуя приближаться. Харки внутренне содрогнулся. Эти гуманоиды отличались от остальных присутствием в своём теле аумёб – своего рода энергетических щупалец. Эти аумёбы были способны высосать у живого существа энергию, за что за глаза их называли вампирами. Если они были особенно голодны, то подобное могло кончиться смертью для этого существа. Арлеанцы, конечно, в высшей степени разумны и не позволяют себе уничтожать других разумных, но их всё равно побаивались. А эти трое, что стояли сейчас с другой стороны от девушки, были голодны. Их глаза полностью закрывала белая непрозрачная плёнка – глиз. Видимо, они очень давно в космосе.
– Не знал, что харки способны истязать женщин, – скользнув по самочке взглядом, холодно произнёс Эльм.
Девушка посмотрела на арлеанца, перевела взгляд на харки и как-то обречённо усмехнулась.
– Мы подобрали её шлюп в космосе несколько часов назад, – поморщившись, с досадой ответил Мял. Плохо, что они увидели эту самочку, – никто не знает, к какой расе она принадлежит, языка нашего не понимает, на шлюпе был изображён неизвестный символ.
– Я видел его, – арлеанец заметил, что от слабости у женщины подрагивают ноги, – если она была ранена, почему не положили в медкапсулу?
– У нас капсула одна и пока занята. Док сделал всё, что возможно. Мы даже подумать не могли, что она не только очнётся, но и двигаться сможет.
– Ваш врач не смог остановить кровь? – бровь арлеанца удивлённо поднялась.
– В её организме яд арахнов, он не даёт крови нормально свёртываться.
– Эту женщину ранил арахн? – теперь обе брови арлеанца поползли на лоб, – и она до сих пор жива?
Щупальце уже поползло к девушке, она заметила это и в ужасе отшатнулась. Наступила в лужицу, которая натекла пока она стояла и прислушивалась к незнакомой речи, поскользнулась и упала, коротко вскрикнув.
Глава 4
Эльм Саилиан Ларух
Харки нас не встретили в ангаре, как это было раньше; я не привык, чтобы ко мне относились с подобным пренебрежением. Буквально час назад я лично разговаривал с командиром наёмников, выполняющих заказ, и всё было как обычно. Дав задание переправить груз на мой корабль, я обратил внимание на странный спасательный бот. Похоже, он побывал в серьёзной переделке. Осмотрев этот бот со всех сторон, не смог даже предположить, чьему флоту он принадлежит. Заглянул внутрь: судя по количеству крови, на полу тот несчастный, что был на борту этого бота, уже мёртв. Стало любопытно, я выпустил аумёбы, которые чуть тронули уже подсохшую поверхность. От неожиданности по моему телу прошла дрожь, кровь принадлежала гуманоиду женского пола. И эта женщина была удивительно притягательной. Рядом стал Бруссер, наш медик, он тоже прикоснулся к пятну на полу аумёбами.
– Женщина, скорее всего, мертва, у неё была вкусная энергия, – с печальным вздохом озвучил он мои мысли.
– Я всё равно хочу увидеть её, – сказал я жёстко и пошел к харки.
Пусть это их корабль, и я здесь нахожусь без приглашения, мы с капитаном всё рано должны были встретиться, а теперь ещё и такой повод. Когда в коридоре корабля наёмников увидел её, в первый момент растерялся. Прижавшись к переборкам, стояла девушка самая необычная (никогда не видел таких): невысокая, щуплая, с вьющимися оранжевыми волосами. Непонятно, к какой расе она принадлежала. Почти раздета, босиком, прижимала ладонь к правому боку, сквозь пальцы на пол капала кровь. Я не решился подходить ближе, опасался, что не смогу удержать свои аумёбы. Во время разговора с командиром Мялом я сморгнул, переключая зрение. И вздрогнул: её аура была тёмно-фиолетовой, почти чёрной, разорванной местами, почувствовал её боль и страх, а ещё толстую ледяную корку обречённости. Она решила, что умирает? Одна аумёба метнулась к ней, я хотел лишь убедиться, что она зря хоронит себя. Всё-таки напугал – поскользнувшись, она упала, ударилась головой. Я был уже совсем рядом и увидел, как в удивительных серых глазах гаснет сознание.
– Я заберу её на свой корабль, – произнёс, втягивая аумёбу. Бороться с искушением хотя бы немного попить её энергию было тяжело, но она и так серьёзно ранена, – у меня на корабле лучшая медкапсула, последнего поколения.
– Вы же выпьете её, прежде чем донесёте, – зло процедил харки.
– Ты знаешь, что мы ценим жизнь несмотря на нашу репутацию! И умеем терпеть голод!
– Вы, ур Эльм, возможно, но как насчёт ваших спутников? – он кивнул на моего медика и охранника.
Отчего такие намёки? Я обернулся к сопровождающим. Руки обоих были сжаты в кулаки, лица напряжены – они с трудом сдерживали свои аумёбы. Да, мы давно в космосе и давно не питались.
– Мои люди не ослушаются приказа! – я поднялся с девушкой на руках.
– Вы не сможете вечно защищать её, а на моей планете она найдёт пару, которая подарит ей счастье.
Спорить я не собирался, зло сверкнул глазами. Из моих рук вырвались аумёбы и рванули к харки, он успел отпрыгнуть дальше и выставил вперёд руки в примирительном жесте:
– Уважаемый ур Эльм, простите за непочтение к вам, – Мял опустился на колено, – я всего лишь надеялся получить самку для своего клана.
Я остановил аумёбы в нескольких сантиметрах от него:
– Поэтому она истекает кровью у тебя на корабле? – зло процедил я сквозь зубы.
– У нас был бой с пиратами, моего брата тяжело ранили. Я не могу прервать программу регенерации, – харки говорил тихо, не поднимая головы.
– Я забираю женщину на свой корабль, – повторил я жёстко, – сам устрою её в медкапсуле и вернусь за информацией о ней, заодно и рассчитаюсь за работу, – втянул аумёбы и, развернувшись, отправился на свой корабль.
Было слышно, как харки вздохнул. Нас боялись, мне это было хорошо известно. И у них была для этого причина. До того, как мы вошли в межгалактический совет, случилось несколько стычек с представителями других рас, решивших, что могут завоевать нашу планету, богатую и красивую. Те, кто решился объявить нам войну, уже никогда не увидят звёзд. Сила, скорость, неуязвимость, стремительная регенерация моего народа не давали шансов противнику. А наличие аумёб позволяло вытягивать энергию на расстоянии нескольких метров. Единственная слабость любого арлеанца – его женщина, наши женщины не являлись носителями аумёб. Они могли быть только донорами для своих мужчин. А такие как я, отмеченные блистательной Рулией, которые были сильнее прочих, не могли иметь жён. Сила проявлялась и в аумебах, всегда слишком голодных. Этот корабль я один при необходимости мог бы очистить от живых существ за несколько минут.
Капсула чуть загудела, сканируя тело девушки. Щелчок, я взглянул на показания приборов. Блистательная Рулия, как это существо ещё живо? Яд попал в организм четыре дня назад и сейчас присутствовал во всех органах.
– Ур Эльм Саилиан, я позабочусь о девушке, – тихо произнёс доктор, – будем надеяться, что снова произойдёт чудо, и она выживет.
– Моя кровь поможет ей? – я взглянул в глаза Бруссера.
– Мы почти два месяца в космосе без подпитки, – он удивлённо взглянул на меня, даже вы, ур, не можете голодать вечно и делиться остатками своей…
– Я задал вопрос, – перебил ледяным тоном.
– Поможет или убьёт её. Конечно, вы ослабли, но… давайте оставим этот вопрос на крайний случай. Узнайте о ней всё, что можно, – он запустил процесс детоксикации, и девушку опутали провода.
Спустя несколько часов я опять вошел в медотсек и снова остановился у капсулы, вглядываясь в лицо пациентки. То, что рассказал харки, было нереально. Какой из неё воин, такая маленькая хрупкая, с серыми удивительно тёплыми глазами. Агрессивна, но это, возможно, из-за того, что с ней случилось, а может, на её планете ведутся постоянные войны. Вот только в эту стройную теорию не вписывалась её встреча с арахном. Кто она, такая удивительная и вкусная? Веки незнакомки дрогнули, на лбу появилась страдальческая складка. Девушка застонала. Этого не может быть! Капсула не позволяет пациенту находиться в сознании.
– Уважаемый ур, если вы не передумали… – доктор не стал продолжать.
Я молча закатал рукав и позволил присоске закрепиться у меня на руке. По тонкой трубке потекла красная жидкость. Через минуту тело девушки выгнулось дугой, лицо перекосила гримаса боли, а из-под ресницы выкатилась слеза. Моя кровь, ослабленная долгим голодом, – это последнее, что могло дать шанс ей выжить. Она затихла, голова безвольно откинулась. На секунду мне показалось, что она умерла, но нет. Её аура была по-прежнему очень тёмной, но жизнь теплилась в ней. Если её организм сможет выделить из моей крови, то, что ему необходимо для восстановления, она довольно быстро пойдёт на поправку.
– О, глубины космоса! – доктор, что-то судорожно набирал на панели капсулы, – рана опять открылась. Придётся зафиксировать её, иначе она умрёт от потери крови, прежде чем программа детоксикации закончится.
– Моя кровь действует? – я чувствовал лёгкое головокружение.
– Будет ясно позже, а пока хватит, – врач отсоединил трубки, – я как врач настаиваю, что вам необходимо немедленно лечь.
– Я должен знать о малейшем изменении в её состоянии.
– Конечно, ур, ведь теперь она принадлежит вам, – доктор с почтением поклонился, прижав ладонь к груди.
Глава 5
Какой ужасный сон. Конечно, я никогда не страдала отсутствием фантазии, но присниться такому… Захотелось потереть виски, чтобы отогнать остатки такого реалистичного сна. Руки были привязаны, я дёрнулась и распахнула глаза. Прямо надо мной находился красный шар, в голове шквалом пронеслись воспоминания. Пауки, переломанные тела, ребята, Светка… Показалось, что сейчас этот шар развернётся, и из него выдвинется острый хобот, который воткнётся в грудь и станет высасывать меня. А я даже двинуться не могу, потому что связана, снова в отчаянье дёрнулась. Паника накрыла с головой, я чувствовала, как от лица отлила кровь.
– Тебе нечего бояться здесь, – раздался спокойный приятный голос.
Шар отплыл в сторону, а прозрачная крышка спустилась вниз, я с трудом проталкивала в лёгкие воздух. Повернула голову в направлении звука голоса и неожиданно осознала, что понимаю незнакомый ранее язык. В нескольких шагах от меня стоял высокий черноволосый мужчина, лишь белая прядь была заведена за ухо и… глаза у него тоже белые. Одежда напоминала военный китель, если бы не сиреневый цвет и длина, практически до колен с разрезами по бокам и серебряным узором по переду. Я видела его раньше, он разговаривал с людьми, напоминающими мне котов, в том коридоре… Я метнула взгляд на красный шар, нет, он вовсе не был похож на паука, теперь определённо было видно, что это какая-то техника. Я снова посмотрела на мужчину. Я жива, у меня ничего не болит, я понимаю незнакомый язык. Но почему связана? Растерянно обвела взглядом помещение. И снова вернулась к мужчине. Он стоял неподвижно, не отводя от меня белых глаз, и чего-то ждал.
– Почему я связана? – голос оказался хриплым, и очень хотелось пить.
– Тебя зафиксировали, чтобы не навредила себе, и потом, я хотел бы поговорить с тобой.
– У вас принято говорить со связанными? Вы что, боитесь меня? – спросила я с издёвкой.
Мужчина положил голову на плечо, рассматривая моё лицо, его губ коснулась лёгкая усмешка. Постоял так ещё несколько секунд. Он глядел мне в глаза, было жутковато, но я не отводила своих. Наконец он подошёл ближе, что-то нажал, и мягкие фиксирующие ремни исчезли с моих рук и ног. Я сразу же села, мельком оглядев себя: была одета в мягкую одноразовую рубаху. Прикоснулась ладонью к боку, ничего, ни боли, ни даже шрама, который могла почувствовать сквозь тонкую ткань. Мужчина вернулся туда, где стоял изначально, и снова замер, заведя руки за спину. Было неуютно под его слепым взглядом. Наверное, надо было, что-то сказать. Я попыталась облизать пересохшие губы. Спустила ноги вниз и упёрлась руками в край капсулы, уставилась взглядом в пол.
– Спасибо, – выдавила с трудом, пересохшее горло засаднило, и я потёрла его. Слюны, способной смочить не было.
Видимо, мужчина понял, он повернулся к столу за своей спиной, а потом сделал ко мне шаг, протягивая стакан с водой. Я схватила его дрожащими руками и моментально осушила.
– Спасибо, – повторила уже нормальным голосом, возвращая стакан.
– С какой ты планеты? – голос действительно был приятным.
Я спустилась на пол, выпрямилась, прямо посмотрела в его белые глаза:
– Я с планеты Земля!
– Странное название для планеты. Скажи, а на твоей планете все женщины такие воинственные?
Вопрос застал меня врасплох, честно говоря, я не знала, как на него ответить, но пока думала, прозвучал ещё один:
– Как тебя зовут?
– Лада, – секунду помолчала, а потом решилась спросить, – а вас?
– Я Эльм Саилиан Ларух, моя родная планета – Арлеания. Ты находишься на моём корабле, – он секунду смотрел мне в глаза, прежде чем задать следующий вопрос, – чего ты испугалась, когда открыла глаза?
– Показалось, что это один из тех пауков… – я запнулась, поморщившись, горло перехватило от воспоминаний, – которые…
– Арахн, ранивший тебя, был не один? И как тебе удалось спастись?
– Арахн? – я вскинула глаза, перед внутренним взором калейдоскопом замелькали картинки, – а я не спаслась, меня друзья спасли, ценой своей жизни, – почувствовала, как по щекам потекли слёзы. Лица собеседника я уже не видела, всё расплывалось в радужных лучиках, – их было много, они разрывали станцию и убивали людей, а их так сложно было уничтожить… Один задел меня, я всё видела, видела, как умирали дорогие мне люди, потому что не могла закрыть глаза и пошевелиться не могла… я видела…
Ноги вдруг стали ватными, а стены вокруг принялись вращаться, я вцепилась в край капсулы, но пальцы тоже ослабли. И пол стремительно понёсся навстречу.
– Лада, – голос звучал, откуда-то сверху.
В плечо что-то кольнуло, я вздрогнула, открыла глаза. Снова встретила белые глаза.
– Ты не можешь быть воином, – задумчиво произнёс Эльм, стоявший сейчас передо мной на коленях.
– А с чего вы взяли, что я воин?
– Харки рассказывали, что ты, теряя сознание, пыталась стрелять в них, они были поражены.
– Харки, это те, э… коты?
– Да, это они подобрали твой бот.
– Я ничего не видела тогда, только красные пятна… больно было. Я думала, это пауки, то есть эти… арахны.
Губ коснулся стакан, и я с удовольствием обхватила его вместе с державшей рукой. Жадно пила, пока не почувствовала, что рука мужчины дрожит. Подняла взгляд на белые глаза.
– Лада, ты не должна прикасаться ко мне или к другому арлеанцу, – голос мужчины почему-то стал хриплым.
Я разжала руки и отстранилась.
– У тебя, наверное, много вопросов? – чуть улыбнулся он, поднимаясь.
– Миллион, – я заторможено кивнула, следя за его плавным движением.
– Я отвечу на все, но позже, а сейчас могу проводить тебя в твою каюту и ответить только на некоторые, есть особенно важные?
– Ваши глаза, – я поднялась и тут же наткнулась на его глаза, – вам что-нибудь видно через эту пелену?
– Мы прекрасно видим, слышим и осязаем гораздо лучше, чем другие гуманоиды. А плёнка эта от голода, – он нажал на панель, и дверь отъехала в сторону.
– Как от голода? – я ничего не понимала.
– Ты ведь ничего не знаешь о других расах, населяющих космос?
– Знаю о планетах Пакши и Коста, немного об их жителях. Мы только недавно заключили соглашение о сотрудничестве. Вот теперь ещё знаю о пауках-арахнах, – добавила грустно, глядя себе под ноги.
– Ваша цивилизация ещё очень молодая. Могу предположить, что и космос вы начали осваивать совсем недавно. А цивилизация Арлеан насчитывает много миллионов лет. Мы в совершенстве овладели своим телом и всеми процессами, происходящими в нём. Но от других гуманоидов мы очень отличаемся.
Он замолчал, а я решила его поторопить:
– Очень?
– У нас есть аумёбы.
– Что это? Постойте, я видела там, в коридоре, белое щупальце… это и есть…?
– Да, – он грустно улыбнулся, – я не хотел напугать тебя, прости. Наши аумёбы выполняют ещё и исследовательские функции. Я просто хотел проверить физическое состояние, потому, что твоя аура… – он мельком взглянул на меня, – наверное, мне надо объяснить, что это такое?
– Не надо, я предполагаю, что значения этого слова у нас схожи. Это же некий цвет энергии, выделяемый живым существом?
– Верно, так вот твоя аура была почти чёрной и разорванной в нескольких местах. Это следы боли и страха, – он снова посмотрел на меня.
Я отвернулась, действительно боли и страха в последние дни было предостаточно. Но сейчас я по крайней мере чувствовала некую безопасность. Странно, этого человека, арлеанца, я увидела несколько минут назад, если не считать той встречи в коридоре корабля харков, а уже чувствую к нему какое-то доверие.
– Я не вижу здесь представителей других рас, тех же харков, – действительно, навстречу нам попадались только арлеанцы с белыми глазами, при встрече с которыми каждый из них останавливался, уступая дорогу, и опускал голову в знак приветствия.
– Ты на моём корабле, здесь представители только моей расы. Кстати, почему ты пыталась сбежать от харков, будучи даже в таком ослабленном состоянии?
– Вы же поняли, что я была напугана, – ответила я со вздохом, – и потом, они не догадались меня связать, – добавила уже тише, усмехнувшись.
– Они не в состоянии причинить вред любой женщине-гуманоиду, даже той, которая не совместима с ними генетически. Особенности их культуры не позволяют, – ответил он, оставив без комментария последнее моё замечание, – только губы его чуть дрогнули в намёке на улыбку.
– Вы хотели рассказать о аумёбах, они ещё что-нибудь делают, ну, кроме того, что исследуют?
– С помощью аумёб мы ещё получаем дополнительное питание, – энергию, необходимую нам для жизни. Когда этого питания мало, глаза покрываются глизом – белой плёнкой. Мы пришли, – Эльм нажал на панель, дверь отъехала в сторону, – на моём корабле нет женщин, но мы что-нибудь решим с твоей одеждой, а пока отдыхай. Рич принесёт тебе еду и будет в соседней каюте, если тебе понадобится помощь, – он развернулся, чтобы уйти.
– А можно ещё один вопрос? – спросила я очень тихо. Но он услышал, развернулся и вопросительно поднял брови.
– Зачем я вам? То есть… халки могли оставить меня дальше болтаться в космосе, а вы не забирать на свой корабль, не беспокоиться о моём физическом и эмоциональном состоянии… – я не надеялась на откровенный ответ и упёрлась взглядом в пол, – полагаю, что вы не собираетесь убивать меня, раз позаботились о том, чтобы я понимала вас и предоставили каюту, но… – я замолчала, не решаясь поднять глаза.
– В межгалактическом союзе не принято бросать терпящих бедствие существ, поэтому, узнав, что на борту бота есть биологически активная особь, харки подобрали тебя. Я забрал на свой корабль потому, что они вряд ли смогли бы тебе помочь, ты умирала. Ты понимаешь наш язык, оттого что тебе вживили обучающий лимф-детектор. А здесь ты для того, чтобы у нас была возможность изучать новую расу.
– А вернуться на Землю…? – я с надеждой посмотрела на арлеанца, но увидела, как он отвернулся. «Значит нет». Опустила голову и вошла в раскрытую дверь каюты.
Глава 6
Эльм Саилиан Ларух
Девушка пришла в себя спустя четыре дня. Моя кровь сделала своё дело. Когда стало ясно, что опасность миновала, я позволил себе выпустить аумёбы и коснулся её кожи, совсем чуть, только чтобы почувствовать её энергию. Лучше бы я этого не делал, она застонала, а моё тело как будто прошил разряд тока, на мгновение я потерял контроль над собой, и к девушке метнулось ещё с десяток щупалец. Я в панике отскочил от капсулы, упал на колени, потому что ноги отказывались держать, сжал кулаки, беря под контроль аумёбы и втягивая их. Не хватало ещё, что бы я своими действиями погубил это волшебное создание.