Сердце тайн. Книга пятая

Пролог

В Белокаменный замок пришла весна. Редкие для этого времени года студенты собирались в просторном зале столовой, где Лорд-директор предусмотрительно приказал открыть несколько окон, установил магическую вентиляцию и закрыл пузырчатый потолок светлой плотной тканью, дабы яркое «душное» солнце ни единым лучиком не проникало в помещение.

В этом году весна выдалась удивительно палящей и удушливой, морально давя на верхушку двух миров. А все потому, что это была третья весна со дня заточения Феликсиниана Вольтера в схроне-темнице, шёл второй год из тех, что дала сумасшедшая Агератум Алессе на подготовку и… приближался конец спокойной жизни самой Леди Вольтер.

Раскаленный Лиринтон засыхал и страдал от невыносимого удушья, а потому неожиданный взрыв на втором этаже центральной башни даже не заставил вздрогнуть редких учеников, будто наоборот введя их в ещё большее состояние уныния. Лорд Асгард же просто прикрыл от усталости глаза и остался сидеть в своем кабинете, полагая, что нерадивые студенты во главе с преподавателями разберутся со всеми «взрывающимися» проблемами сами, не тревожа и так взвинченного директора.

Однако, влетевшая в душный кабинет директора птичка-мирида смогла заставить своего Лорда не только поднять глаза, но и понять то, что взрыв не был проделкой учеников. Потому мужчина резко вскочил на ноги, но вдруг замер на месте.

В этот момент в восточном коридоре рядом с картинной галереей знаменитых учеников замка, опершись на стену, стоял Темный Князь. По его телу текли черные полосы-вены, челюсть была сжата с неимоверной силой, а из глаз по щекам стекали багряные ручейки крови. Мужчина едко усмехнулся, ощутив прилив сил и волнами покидающую тело боль, после чего разъярённо оттолкнулся от стены и зашагал в сторону кабинета Вильгельма. Четкие размашистые шаги отмерили пространство до нужной двери, окровавленная рука с легкостью коснулась ручки, потянула ее вниз, оставляя на ней след, а после отворила преграду. Лорд Асгард, ожидаемо для самого себя, сдержанно оглядел друга, а после кивнул, осознавая, что его ждет болезненная смерть. Но он был готов к ней, а потому противиться не стал.

Рывок!

И Вольтер одним взмахом перекидывает Вильгельма через стол, который в свою очередь отбросил в стену у окна. Усиленный быстротой курта шаг, и спина Асгарда разбивает выкрашенный белый бетон под метровой картиной. По стене тут же разбежались трещинки, объединяясь в одну большую паутинку.

– Где она?! – яростный рык Вольтера, в ответ на который директор только закашлял и сплюнул на пол сгусток крови.

Взгляд Князя вмиг стал стеклянно-ледяным, рука сбавила хватку, а Вильгельм смог вздохнуть.

– Мридиф… – хрип Лорда-директора уже с пола.

Феликс на секунду прикрыл тяжелые веки, глубоко вздохнул легкими накаленный горный воздух и сделал шаг назад.

Хлопок, переход, дом.

Он оказался стоящим у яркого серебристого купола, сквозь который можно было увидеть бескрайние засеянные поля Мридифа, окружающие замок по кругу. Черно-серебряные всполохи магии Алессы мерцали по периметру его купола, почти сливаясь в единую сетку магии. Это заставило его тепло улыбнуться, прикоснуться к барьеру и тут же отпрянуть, будто почувствовав, что его Лесси здесь нет.

Очередной хлопок, стягивающий тело вязкой болью изнутри и почти вырывающий кости. И шаг из вязкой грязи межмирового перехода в самую настоящую фобосовскую.

Её оболочка сидела на узком деревянном крыльце одноэтажного старого домика и красила ступени, периодически задумчиво поджимая губы и косясь на недовольного собеседницей Борислава.

– А не пошел бы ты тогда к своей Лесси, урод! – верещала Алиса Асгард, размахивая кисточкой и оставляя капли вокруг себя, – не подходи тогда ко мне, раз тебе она нужна!

Лорд остановился посреди дороги, разглядывая «спящую» черную точку магического источника, необычно переплетенного серебристыми линиями её магии жизни.

– А не пошла бы ты сама куда подальше, дурная! – завопил в ответ девушке Барсик, всплеснув руками для пущей эмоциональности.

Девушка же испуганно дернулась от него подальше, пискнув воробьем, боящимся рук людей. Глаза парня сузились от гнева.

– Знаете, что! – на крыльцо выскочила взмыленная Риайя в теле Королевы драконов и несильно жваркнула полотенцем сперва Алису, а затем и Борислава, отчего они зашипели как два подбитых кота и разбежались по разным сторонам, – заткнитесь оба! Я из-за вас двоих даже свои мысли не слышу, не то что Кармелиту!

Висталка обиженно шмыгнула носом, перевела взгляд на дорогу напротив дома и вскрикнула.

– Мммам! Я, кажется, краской надышалась! – услышал уже из закрывающегося портала Лорд Вольтер.

Он вновь сделал шаг вперед и ступил уже на кафельный пол поместья Кери.

– Наконец-то! – раздалось радостное от хозяйки, тут же вскочившей на ноги, – у меня уже язык молиться отсох!

– Так ты молилась Луне, а надо было против неё, – ответил ей ехидный голос старшего Вольтера.

Феликсиниан достал из подпространства меч.

01

Я тяжело вдохнула тёплый воздух Мридифа и открыла глаза. Здесь уже занимался ласковый теплый рассвет, в то время как в маленьком городке, оккупированном моим семейством на Фобосе солнце уже село за горизонт. Я потянулась, сев на жесткой постели, и недовольно закатила глаза. А все потому, что мне было кошмарно неудобно спать на настолько твердой поверхности, из-за чего мышцы болели, ныли, но… матрас менять я не хотела. Странно, да? Словно пыталась угодить незримому и несуществующему кому-то, кто ненавидел мягкие перины и спал со мной все это время.

На самом деле лежала я здесь всего пару часов – перед пробуждением Алисы и перед тем, как это сделаю я, но все равно раз за разом мысленно ворчала по этому поводу и проклинала этого самого «кого-то», кто подсознательно вселял в мою голову глупости.

Легко вскочив на ноги и прошлепав босыми ногами по ледяному кафелю, я оглядела свое немного помятое лицо в зеркале, включила воду и встала под прохладные капли, желая таким образом настроиться на продуктивный день.

Но ни вода, ни желание взбодриться уже не могли мне помочь – этому телу нужен был долгожданный отдых, который ни я, ни Алиса давать ему не планировали еще долго. У каждой из нас теперь была своя отдельная жизнь, разделенная частями суток и одновременными часами отключения нас двоих: так, она жила, работала и находилась на Фобосе в «дневную смену» самого Фобоса, а я планировала свои дни на Деймосе, управляя землями своего материка и заседая в Совете, который, кстати, удивительным образом проходил в извечную ночь по Магистрату, а так как я была на далеком от тех мест материке, то и попадала туда очень вовремя.

Моя жизнь не сильно отличалась от прошлой, пусть основных её моментов я и не помнила, но даже это казалось мне ощутимым плюсом – я смогла начать все заново, забыть прошлые прегрешения и вздохнуть полной грудью, лишь изредка забираясь в запыленную детскую с рисунками на стене или в Тритон, ощущая разрывающееся от скорби сердце. Это было чем-то сродни ритуала с жёстким матрасом – раз в день мельком и раз в месяц цунами-подобно, я скучала по всё тому же «кому-то», конечно же несказанно яростно коря себя за это.

Однако моя жизнь все ещё была счастливой: у меня был помогающий в делах папа, следящий и тренирующий мой ленивый зад, дед и няня, незримо машущая своим строгим пальчиком над моим лбом.

Что же касалось Раи, то… всё было сложно. Я лишь могла вспомнить собственные слова, отпечатавшиеся в голове два года назад. «Я вас ненавижу!». Необъяснимая моим сознанием фраза, заглушить в голове которую я так и не смогла, а потому обижалась на женщину с невероятной холодом, лишь изредка встречаясь с ней во время семейных посиделок, на которых мы с Алисой присутствовали одновременно.

Почему мы с ней были в одном теле? Хороший вопрос, ответ на который я не знала от слова «совсем». И не хотела знать. У меня была спокойная и интересная жизнь Высшей Леди, к счастью не обременённой браком, и собирающейся продолжать существовать в таком же режиме долгие годы. Пока меня не сожрет тоска, и не сгниет от пустоты душа, рвущаяся к более полным чувствам.

Вот и сейчас я прошла по коридору с легкой улыбкой, рассматривая задрапированные тканью стены второго этажа и представляя новенький ремонт, который планировала уже… года два, но останавливала себя не единожды, предположив в голове, что моему «маленькому привидению» точно это не понравится.

Нет! Все, решила. Начну ремонт сегодня же! Причем первым местом станет мой же кабинет, в котором точно следует отодрать от стены тот огроменный портрет над столом с черноволосой девочкой. Вот только… как?! Он же, блин, будто прирос туда и отлепляться не планировал. Ко всему прочему, видела его только я, а потому и отковырять пыталась самостоятельно. Может магией попробовать? На что вообще может быть закреплено настолько большое полотно, которое не берет даже острое лезвие агератового ножа?!

Это было из той же «серии», где я пыталась открыть верхний ящик собственного стола на котором стояло настолько мудреное плетение, что у меня на вторую неделю глаз уже дергался и волосы дыбом стояли. А все потому, что при каждой проваленной попытке вскрытия, вязаная «корзиночка» легонько пробирала разрядом тока. Едва ли мне помогло это «легонько», потому как попыток у меня было миллион и каждая из них провальная. Но я не сдавалась, каждый раз с каждой попыткой вздрагивая и проклиная того, кто оставил мне после себя подобную загадку.

– Дочь, ты готова? – дед, стоящий в дверном проеме и держащий одной рукой меч, а другой большущую чашку кофе, в очередной раз облокотился на скрипнувшую от его «наваливаний» дверь и сделал глоток.

Я стянула с руки ленту, вынула из собственного рта кончик уже доплетенной косы и завязала его. После чего улыбнулась мужчине и кивнула, радуясь теплой весенней погоде под барьером, что забегала в замок сквозь открытый дедом проём входной двери.

– За что ты её так? – я чмокнула зажмурившего глаза деда в щеку и выскочила на улицу, где сбежала по ступеням, взмахнула пару раз руками и взяла из рук Тодора свой коротенький меч.

Ну а после пошла на тренировочный полигон, где довольный жизнью дед планировал издеваться над выносливой, но неизменно проигрывающей «дочерью».

Сегодня был достаточно приятный день, в отличие от прорвы тех прошлых, которые хотелось просто выбросить из памяти и никогда за ними не возвращаться. Я бы сказала, насыщенный событиями день, под конец которого я сидела за небольшим столиком глав Деймоса и пыталась решить, в какой из оттенков серого красить стены собственного кабинета, дабы они сочетались с тем самым противным портретом на стене, на отдирание которого я потратила все своё свободное время в этот день. Результат на самом деле был очевиден, а потому я тяжело вздохнула и ткнула черным когтем в тот, что был темнее остальных.

– У тебя такой убитый вид, – Марконтьяр сделала глоток шампанского, что разносила здешняя прислуга.

Я пожала плечами и оглядела большой сад, пестреющий синими оттенками на зеленой листве обыкновенных магически выращенных кустов, которые Магистр расположил так, чтобы они образовывали огромный живой лабиринт. В нем уже пару лет Майкл проводит увеселительные игры для вечно скучающей знати на балах.

Не скажу, что меня подобное интересовало, однако сегодня был особенный день, потому как я намеревалась устроить подрывную деятельность в стане врага. А если точнее, молодой Магистр был отъявленным бабником уже… да почти все время, что я его знаю. И все бы ничего, но на его глаза попадались лишь едва вступившие в сознательный возраст девушки, даже не понимающие, откуда у подобного «внимания» Лорда ноги растут. Из-за чего я была в какой-то мере «спасителем» невинных душ, которые потом хоть замуж спокойно выйти смогут, не имея за плечами так называемого «позора».

Сегодня таковой оказалась Милли, весело щебечущая со своей мамой за соседним столиком… как раз о Майке и близившемся забеге с препятствиями по лабиринту. Мне от этого хотелось истерично засмеяться и надавать по шее довольной мамаше, только радующейся такому событию и не подозревающей о приближающемся крахе всего.

– Может прекратишь уже? – немного строго начала подруга, – я вижу, что ты устала от всей этой беготни! Чего ты вообще пытаешься этим добиться?

Я вновь пожала плечами и взглянула на Винсента, ища поддержки хотя бы в его глазах. Калнасар же только мотнул головой и провел по собственной шее пальцем, мол «Ты же знаешь, что она сейчас тебя убьет!». Мао взглянула на жениха, отвесила тому щелчок по носу и вновь удостоила своим вниманием меня.

– Лесс, ну сколько можно? – она забрала у меня лист с оттенками серого и тем самым заставила взглянуть на нее, – вы с Алисой последнее время совсем скисли. Только она себя мучает немного… по-другому.

Я хмыкнула.

Не то слово по-другому. Висталка отказалась жить в Мридифе и перебралась сперва к бабушке в её поместье, а затем сбежала со скандалом и оттуда, поселившись в Барсиковой квартире. Стоит ли говорить, что с ним она тоже не ужилась? А все потому, что посчитавший её своей девушкой принц Фобоса никак не мог смириться с её образом жизни. И я в кои-то веки понимала её настрой. Каждая из нас тушила печаль по-разному – она, вот, искала того, кто подарит ей хоть какие-нибудь чувства, а потому на одном мужчине задерживалась крайне редко. Я же была её противоположностью, а потому противоположного пола сторонилась так, будто в моём забытом прошлом меня кто-то обидел.

По рассказам и слухам, кстати, так и было: мне не раз говорили, что мой покойный муж был не очень хорошим человеком, нагоняющим страх на население двух миров. А потому, я закономерно радовалась тому, что его в моей жизни больше нет, пускай и ощущала, что с собой он унес что-то важное для меня и Алисы.

– Все более чем отлично, – соврала я, разглядывая опасливо озирающегося по сторонам Магистра, пытающегося разглядеть меня.

Причем делал он это каждый раз, когда планировал очередной рейд. Наконец, он нашел меня, когда я помахала ему пальцами и каверзно улыбнулась во все тридцать два.

– Хрена с два я отступлю! – заверила всех я, радуясь тому, как закатывает глаза этот извращенец.

А после поднимается на ноги и идет к нашему столику, неся с собой стопку каких-то бумаг. Магистр сел рядом, отчего ножки стула проехались по полу с противным скрипом, а все присутствующие поморщились.

– Знаешь, что, Вольтер?! – прошипел он, смотря исключительно на мой профиль, так и не повернутый к нему, – конец твоим хитрым планам!

Он довольно шлепнул по столу бумагами, свысока оглядел нас троих и усмехнулся.

– Ты так каждый раз говоришь, – я сделала глоток некрепкого вина из бокала и вновь взглянула на пятнадцатилетнюю Леди за соседним столиком.

Майк дернул щекой, поискал помощи в глазах Винсента и, не найдя там ни капли поддержки, продолжил сверлить меня. Причем, как взглядом, так и словами:

– Сейчас другое дело! – он хохотнул, – потому что твой муж вернулся!

Три обескураженных пары глаз обратились к его наглой харе, порадовав его гнилую натуру.

– Ты поднял лича? – недоуменно спросила я, вспоминая тот склеп, где должен был быть похоронен Лорд Вольтер.

По какой-то причине вспомнить этого я не смогла, лишь голова начала болеть от перенапряжения. Я потерла ладонью лоб и откинулась на спинку, внимая сбивчивой речи Магистра.

– Да какого еще лича! Я про живого и уже весьма злого Лорда Вольтера… который, кстати, сейчас во дворце!

Я свела брови в одну линию и предложила компромисс:

– Заканчивай свои бредни и зови всех к лабиринту. Я уже начала скучать.

Майкл недовольно поджал губы, бесясь от того, что я на его престранные выдуманные пугалки не отреагировала, и в самом деле махнул рукой глашатаю.

– Лорды и Леди! Прошу вас подойти к саду, где будет проводиться развлечение! – раздалось над головой.

Мы с Лордом поднялись одновременно, прожигая друг друга взглядами.

– Давай без перегрузок, Лесс! – прошипела Мао, остановив меня за руку в последний момент.

Я кивнула, пожелала ей хорошего дня и отошла к начальной линии, прочерченной краской прямо на траве.

Правила «игры» были достаточно простыми: Леди забегают в лабиринт, за ними бегут Лорды, и если тебя поймали, то ты должна исполнить любое (в пределах этикета) действие, назначенное мужчиной. Бесило то, что последние не гнушались загадывать желания, или унижающие достоинство, или противоречащие всем принципам морали. И я бы смогла понять такое развлечение, если бы здесь был возрастной рейтинг, строгие правила, за нарушение которых тебя ждало бы наказание, или же взрослые замужние Леди запрещали бы играть своим едва ли совершеннолетним дочерям. Но факт оставался фактом, а мы с Магистром – непримиримыми врагами.

– Леди Милли! – я приблизилась к девушке, встала рядом и с улыбкой произнесла, – а давайте вместе побежим!

Девушка восторженно оглядела мое лицо, хлопнула длинными светлыми ресницами и усиленно закивала, радуясь такому вниманию Высшей Леди. Мне это даже немного льстило. Майкл в этот момент с довольной улыбкой вставал рядом с высоким мужчиной и почему-то ехидно смотрел на меня. Моя бровь взметнулась вверх, взгляд переместился на Лорда рядом с Магистром, а по телу прошёл ощутимый электрический разряд.

– Леди Вольтер, с вами все хорошо? – спросила Милли, взяв мою ладонь в свою и заглянув в глаза.

Свои же я не могла отвести от черного пронзительного взгляда мужчины, на которого даже высокий Райдер глядел снизу. Рост два метра, черный кашемировый костюм с черной же рубашкой и невероятные глаза, которые он точно так же не отводил от меня. В сердце что-то кольнуло, я неожиданно даже для самой себя улыбнулась ему и показала «фак» донельзя довольному Магистру. Тот вмиг нахмурился, сказал что-то черноглазому мужчине и вновь удушающе меня оглядел.

В этот момент раздался легкий звон колокольчика, я схватила за руку засмеявшуюся девушку и припустила ко входу.

На самом деле эта «погоня» была удивительным образом похожа на свадебный обряд куртов. Единственное отличие заключалось в том, что невестам там давалась невероятная фора в пятнадцать минут, за которые они могли преодолеть варговский лес почти до середины, но… чего? Какой еще лес? Голову вновь сковала боль, виски напряглись, а я сжала зубы со скрипом. Но я не остановилась, потому как для выигрыша было необходимо добежать до выхода, схватить цветок с одной из клумб, с которым нужно идти обратно, и никто тебя «засалить» не сможет. К счастью, вбежав в лабиринт и пронесясь по первым нескольким ответвлениям, я привычно вспомнила в своей голове карту и потащила смеющуюся Леди вперед.

– Не знаешь, как зовут того Лорда, что стоял рядом с Магистром? – почему-то решила спросить я, до сих пор чувствуя его взгляд на себе.

Более того, в голове вдруг возникла мысль воспользоваться методом Алисы и… я представила осуждающие взгляды деда и Тодора на мне после того, как я приведу мужчину в Мридиф, и стушевалась. Они даже Барсика рядом со мной не переносят и начинают давить на мою правильность и пытаются убрать его от меня подальше!

– Нет, Леди Вольтер, – впопыхах процедила Милли, – я его раньше не видела. Он вам понравился?

Я сдержала улыбку, не желая сбивать дыхание и показаться неискренней на её непосредственный и детский вопрос.

– Если только немного, – выдавила я.

Девушка весело и добродушно рассмеялась и с горящим взглядом выкрикнула:

– Тогда вам лучше подойти к нему, Леди Вольтер! Я не увидела брачного браслета, – она стушевалась под моим взглядом и уже тише добавила, – вы выглядите такой несчастной.

Я махнула головой, отогнав непрошенные мысли, из ниоткуда взявшиеся чувства и неосознанное желание последовать её словам. Но я упрямо преодолела пространство до выхода, дошагала до широкой клумбы, придерживая шляпку от порыва несносного весеннего ветерка, и сорвала цветок, спустившись с бордюра и вручив радостной Леди жёлтый бутон. Та в ответ хлопнула в ладоши, поблагодарила меня и, попрощавшись, умотала к стайке таких же радостных девчушек, что столпились у противоположной стороны и шептались, звонко при этом хохоча.

– Леди Вольтер! – поприветствовали они меня хором.

Я улыбнулась и махнула им рукой в ответ, а после наставительно попросила:

– Не бросайте Милли, ладно? Мы с ней пришли вдвоем, но мне уже нужно идти, а бросать её одну совсем не хочется.

Мне усердно закивали и вразнобой начали заверять, что девушка теперь под зоркими взглядами, а мне можно спокойно идти. На прощание мне помахали ладонями и пожелали всего, что вообще можно было пожелать, а потому я шла по лабиринту со спокойной душей и пониманием, что моя жизнь не такая уж и плохая, раз я смогла помочь хоть кому-то. Не себе, ну и ладно.

Стоило мне ступить во второй «коридор» после поворота, как руку схватили, вызвав у меня неоднозначный вздох и осознанное удивление.

– Вы должны мне желание, Леди Вольтер, – на меня смотрели матово-черные глаза мужчины, заставившего меня вздрогнуть тогда у входа.

Я доброжелательно улыбнулась, разглядывая его огромную, по сравнению с моей, руку, которую стоило бы отпустить, но мне вмиг стало невероятно комфортно и приятно от этого, из-за чего я не смогла себя заставить. А потому положила вторую руку на шляпку, дабы она не упала, и задрала голову так, чтобы увидеть его лицо.

– Я уже иду обратно, Лорд, – я попыталась все же достать свою ладонь, отчего мужчина поджал губы, но позволил мне сделать это.

В его глазах появилась усмешка, после чего он шагнул вслед за начавшей семенить мной и с долей иронии в голосе напомнил:

– Цветка в руке нет.

Я взглянула на и в самом деле пустую руку и хмыкнула.

– А знаете, хорошо! – я кивнула самой себе, – говорите ваше желание.

Не знаю, что именно творилось в этот момент в моей голове и сердце, но спокойствия там не было совершенно.

– Поцелуй, Лесси, – он старался идти со мной в ногу, но с разницей в росте ему приходилось шагать вразвалочку.

Я подняла бровь, оглядела его лицо без тени сомнений и совести и остановилась.

– Это противоречит правилам игры, – почему-то произнесла я, смотря в его глаза.

По какой-то причине про моральные правила мне говорить не хотелось. В моем сознании, очевидно, не было настолько «неприятных» для меня доводов. Про его произнесение моего имени вообще думать не приходилось – в сердце стало необыкновенно тепло.

– Уверена? – смешливый вопрос, от которого по телу прошли предвкушающие мурашки.

А все потому, что настолько вкрадчиво, низко и… возб…горя… приятно произнести одно единственное слово было очень сложно. Как это удалось ему – загадка.

– Нет, – поспешно ответила вообще ни в чем теперь не уверенная я.

Мужчина прищурил глаза как особо довольный мартовский кот и сделал шаг ко мне. Я вновь схватилась за шляпку, запрокинула голову и взглянула на него полуприкрытыми глазами. Мужчина же, наклонившись непосредственно к моему лицу, неожиданно нахмурился. Крылья его носа раздулись, а уголок губ нервно дернулся. Вид у него при этом был взбешенно-брезгливым, будто пахло от меня не иначе как… невкусно. Моя бровь взлетела ко лбу, и я сделала шаг назад, ощущая себя очень странно.

– Семнадцать, Лесси, – ледяным тоном произнес Лорд, отчего к первой моей брови присоединилась вторая.

– Что семнадцать? Точнее… чего? – вопросила я, почему-то делая шаг назад.

Мужчина же наоборот – встал почти в плотную и добавил что-то, что было понятно только ему:

– Это не ты.

Его хмык заставил меня разъяренно развернуться и направиться вон из этого лабиринта, подальше от странных мужчин, вызывающих у меня странные чувства.

– Ты обещала мне желание, – напомнил тот, кто даже не старался за мной идти, оставаясь на прошлом месте.

Я резко обернулась и хотела было высказать ему все, что о нём думаю, но, противореча самой себе, яростно к нему зашагала, поднялась на цыпочки, заставила его наклониться и впилась в его губы своими. Ответил он мне с тем же рвением, а потому через секунду я обвивала его ногами и сжимала руками твердые как скала плечи. Его губы сминали мои, раскаленный живот требовал продолжения, а мысли уносились вдаль, не слушая доводы разума… который, кстати, тоже переключился на подбадривание сего действа.

Я призвала мгновенный портал, перенося нас в мою спальню в Мридифе. Шаг, и меня ставят на ноги, разворачивают спиной и почти разрывают корсетные крючки, попутно впиваясь немного болезненными поцелуями в шею, что вызвало неимоверные чувства и желания.

Его руки на моей груди, животе, бедрах… Я ощутила прохладу собственных простыней грудью и щекой, а после… движение и мой вскрик. И множество громких криков и стонов, последовавших за ним и сопроводивших болезненное желание осознавать его в себе сильнее. Хотя, казалось бы, куда сильнее?