Двойной соблазн для Евы

От автора

Внимание: только для читателей старше 18 лет!

Эта книга не про любовь с первого взгляда, а про ненависть. И про то, что иногда именно она оказывается началом чего-то большего.

Здесь есть девушка, которая всю жизнь считала себя ошибкой. Есть двое мужчин, которые любят её по-разному: один — тихо и терпеливо, второй — грубо и без права отказа. И есть мир, который с самого начала решил, что она недостойна ни того, ни другого.

В тексте есть откровенные сцены, насилие, нецензурная лексика, похищение и поступки, за которые героям придётся отвечать. Любовь здесь рождается не из нежности, а из желания доказать, что ты чего-то стоишь.

Если вы готовы к истории, где никто не идеален и никто не просит прощения, — добро пожаловать.

Если что-то из этого для вас тяжело — пожалуйста, поберегите себя.

Глава 1. Ева

Стоило переступить порог клуба, и тело сразу окутали запахи дорогого алкоголя, дыма и, конечно же, крови. Ритмичные басы вперемешку с заливистым смехом полупьяных девиц оглушали, но внутри я искренне испытывала удовлетворение.

Правила… Ненавидела их всей душой! Чувствовала себя по-настоящему живой лишь тогда, когда в венах бился адреналин, а в мозгу звучал строгий голос отца, который, несмотря на мой возраст, не собирался ослаблять удавку на моей шее.

Когда-то Марку Давыдову было плевать на правила. И он создал клуб под названием «Жажда», в стенах которого происходили немыслимые ужасные вещи. Люди сидели в клетках, и их тела продавали посетителям, как дорогое выдержанное вино. А в тёмных комнатах не смолкали звуки жёсткого страстного секса.

За деньги здесь можно было получить любое удовольствие, даже смерть… Посетить данное заведение хотели многие, но выпадала такая честь далеко не каждому.

Здесь можно было не скрывать своё истинное лицо и не стыдиться самых сокровенных желаний. Вампиры иногда приводили с собой людей, которые слишком поздно осознавали, что они лишь закуска. Способ превратить отдых в настоящее удовольствие.

Увы, время не стоит на месте. «Жажда» хоть до сих пор и считается самым развратным и опасным клубом, но нынешний хозяин этого места слишком труслив, чтобы нарушать законы, установленные трибуналом. А жаль. Я бы и сейчас некоторых людишек запихнула в клетки!

Например, вон тех мажоров, которые возомнили себя королями мира и довели официантку до слёз своими дебильными шуточками. Я бы порвала им глотки, не сделав и глотка мерзкой отравленной высокомерием крови! Просто бы смотрела, как их никчёмные тела трепыхаются в предсмертных конвульсиях и…

— Привет! — голос бармена отвлёк от кульминации сладкой расправы, и я одарила его ненавидящим взглядом.

К сожалению, я могла только это. Злиться и смотреть на всех с ненавистью, понимая, что сама из себя ровным счётом ничего не представляю.

Многие не знают, что дочь высшего вампира и демоницы… пустышка, поэтому опасаются меня. А я лишь могу пользоваться этим.

— Кровавый поцелуй, — оскалилась я, демонстрируя аккуратные клычки, которые являются лишь бесполезным дополнением к моему фальшивому образу опасной вампирши с демонической кровью.

— Простите, мисс, но я могу предложить вам лишь сок или минеральную воду, — с издевкой произнёс нахальный бармен и демонстративно выставил передо мной пустой стакан.

Папочка и тут преуспел…

— Охренел? Немедленно налей мне кровавый поцелуй или… — взвизгнула я, уже собираясь наброситься на парнишку с кулаками.

Но горячая ладонь легла на плечо, и моё тело грубым рывком усадили обратно на стул.

Давид… Его-то сюда каким ветром задуло?

— Девушка будет апельсиновый сок, — прозвучал тихий бархатный голос, от которого все мои внутренности в узел скрутило.

Всё в мире меняется, но не моя реакция на этого нахального демона. Сколько себя помню, всегда ощущала себя крайне дискомфортно рядом с ним.

Раньше, когда я была ещё ребёнком, Давид и его брат-близнец Джейс были частыми гостями в нашем доме. Но потом моего папашу резко перемкнуло, и он запретил Самаэлю и Малике привозить своих сыновей к нам в гости.

С Давидом я никогда не дружила, потому что он был противным мальчиком, который всегда надо мной смеялся. А вот по Джейсу я искренне скучала. Мне нравилось кататься на его спине, когда тот оборачивался в волка.

Был момент, когда я даже мечтала о том, что однажды темноглазый красавчик Джейс признает меня своей истинной парой.

У оборотней так принято. Союз заключается лишь в том случае, если между влюблёнными есть истинное притяжение. Тогда, в десять лет, я не совсем понимала, что это значит, и просто верила в любовь. Но папа, как всегда, всё испортил!

— Что ты здесь делаешь? — взяв эмоции под контроль, крутанулась я на стуле и, сложив руки на груди, пристально уставилась на Давида.

Красивый, сука! Не надо обладать сверхспособностями, чтобы почувствовать, как воздух наполнился густым запахом вожделения. Девицы потекли, как загулявшие сучки, стоило только сильному самцу войти в помещение. Бéсят!

— К моему огромному сожалению, сегодня я вынужден опуститься до роли няньки, — ответил он, глядя не на меня, а в сторону какой-то девки, которая, сидя за столиком, наклонилась так, что сиськи буквально вывалились из выреза откровенного платья.

— Что за чушь? Ты последний в списке тех, кого бы мой папочка нанял на такую должность.

— Потому что я опасно красив? — наконец-то перевёл он свой взгляд на меня и одарил обворожительной улыбочкой, от которой сразу затошнило.

— Нет, потому что трахаешь всё, что шевелится. А мой папочка очень пристально следит за репутацией своей непослушной дочурки, — отзеркалила я улыбку и поспешила отвернуться.

Лучше бы за мной послали Джейса, чем этого гада. Но я знаю, что у него сегодня важная ночь. Сегодня мой друг впервые отправится на забег в числе стаи оборотней. У нас не такая уж большая разница в возрасте, но Давид всегда заставляет ощущать себя глупой маленькой девчонкой.

Вырядился ещё… Нет, спорить не стану, что классический стиль Давиду к лицу. Но он же в клуб пришёл, в конце концов, а не на многомиллионную сделку!

Мог бы не нацеплять массивные часы, стоимость которых многим присутствующим здесь и не снилась даже.

Уверена, что и с выбором тачки наследник преисподней не заморачивался, а прикатил сюда на своём Bugatti noire.

— Не обольщайся, мелкая. Я тщательно отбираю кандидаток в свою постель. Тебе ничего не светит.

— Да пошёл ты! — огрызнулась я, хлебнула сока и, соскользнув со стула, поспешила затеряться в толпе танцующих.

Работай, Давид. Несмотря ни на что, ты сегодня моя нянька. А значит, придётся попотеть, чтобы вернуть меня домой в целости и сохранности. Ведь я давно перестала обращать внимание на возмущения инстинкта самосохранения.

Глава 2. Ева

Музыка приятно окутала тело, и я отдалась ей. Какой-то наглый парнишка пристроился сзади и по-хозяйски сжал пальцами бёдра, но мне было плевать.

Я давно поборола стеснение и робость в общении с парнями, чтобы не разрушать созданный образ развязной стервы. Я, конечно, не переходила грань дозволенного, потому что всё-таки не считала себя шлюхой. Но остальным знать об этом было не обязательно. Особенно Давиду.

Мой первый раз был лишён романтики. Но зато мало кто лишался девственности с новообращённым вампиром, которого рвало на части от жажды и который не сожрал меня лишь потому, что на его лице был надет намордник, как у Ганнибала Лектора.

Пришлось заплатить немалую сумму, чтобы провернуть подобное и утаить этот факт от отца.

— Веселишься? — насмешливо прозвучало над ухом, и вся лёгкость из тела испарилась мгновенно, как и стоящий позади парнишка.

— Отвали, Давид! Я поеду домой только после того, как утолю свой сексуальный голод, — толкнула я мужчину в плечо и повисла на шее у первого подвернувшегося под руку парня.

Симпатичного вроде парня, от которого пахло вполне приятно, но слишком уж слащаво. Я не планировала сегодня раздвигать ноги перед незнакомцем, но появление Давида кардинально изменило мои планы на вечер.

— Девушка, извините… Но я занят… — проблеяла выбранная мною жертва и, скинув со своих плеч мои руки, направилась в сторону сцены со стриптизершами.

Чёрт…

— Мелкая, ты хоть и по половому признаку девушка, но плоская как доска. А твой кавалер явно предпочитает более аппетитные формы, — заржал Давид и, подхватив меня под локоть, потащил в сторону выхода.

Мерзкий демон! Ненавижу его! И этих дур, которые смотрят нам вслед влюблёнными глазами, ненавижу!

Внешность порой бывает обманчива. Хотя, глядя на Давида, сразу можно понять, что перед тобой высокомерный мудак, в которого влюбляться опасно для здоровья.

Но демоницы готовы ноги ему целовать, лишь бы заполучить метку. А человечки… С ними дела обстоят ещё хуже, потому что они не знают, кому готовы отдать свою душу.

— Ненавижу тебя! Гори в аду, Давид! — с визгом пыталась я вырваться из стального захвата, но прекрасно понимала, что это всё бесполезно.

Демон не напрягался насчёт контроля своей силы, поэтому руку свело от боли. В уголках глаз начала скапливаться влага, но я всеми силами постаралась прогнать слёзы, потому что если расплачусь перед этим гадом, то окончательно перестану себя уважать.

И как два абсолютно одинаковых снаружи существа могут быть такими разными внутри?

Джейс — нежный, чуткий парень, который лучше руку себе отгрызёт, чем обидит беззащитную девушку. А этот же…

Ценард, Владыка мира демонов, всегда гордился своим внуком Самаэлем. Но после рождения Давида он, наверное, вообще пребывает в нескончаемом экстазе. Потому что этот мужчина — истинное зло, исчадие ада во плоти! Воплощение самого дьявола!

— Ненавижу… — прошептала я, наверное, раз в сотый, когда меня запихали в тесный салон спортивного авто.

— Мне похрен на твою ненависть, Ева. Как и на твои глупые попытки привлечь к своей персоне уйму внимания. Я не Джейс, сопли подтирать тебе не стану. У меня есть куда более важные дела, чем снимать дочь Марка с очередного члена.

— Ох ты ж важный какой, — огрызнулась я и вжалась по инерции в кресло, когда автомобиль резко стартанул с места. — Не смущает тот факт, что вся твоя крутость — это заслуга Ценарда и Самаэля, а? Сам-то ты чего добился?

— В чём твоя проблема, принцесска? — я ожидала всплеска гнева, но Давид задал вопрос без грамма злости и ехидства, что, конечно, немного озадачило.

Неужели он может быть нормальным? Да, бред! Мне точно показалось.

— У меня нет проблем. Кроме той, что мне надоело жить в стеклянном гробу, в котором меня заживо похоронил отец.

— Не думала, что он делает это, потому что переживает и не хочет, чтобы ты пострадала?

Я на секунду замерла. Его слова задели что-то внутри. Но я тут же отмахнулась от этого — потому что не хотела думать, что папа может быть прав. Это было бы слишком больно.

— Он делает это, потому что считает ущербной. А ещё боится, что кто-то узнает о том, что у него такая никчёмная дочь! — выпалила я на одном дыхании, будучи на сто процентов уверенная в своих словах. — Люди в двадцать пять лет уже имеют семью и кучу детей. А меня до сих пор стерегут няньки.

— Считаешь себя взрослой? А какого хера тогда ведёшь себя как малолетка? Все твои выходки на уровне детского сада.

И снова этот насмешливый тон…

— Давидик, тебе вряд ли под силу понять мои проблемы. И тебя не касается то, как я себя веду.

Лицо мужчины недовольно скривилось от подобного обращения, а я просияла от искреннего удовлетворения.

Ничего не доставляло мне такого удовольствия, как выводить из себя этого демонюгу. Мы давно не виделись, и я очень соскучилась. Нет! Не по Давиду, конечно, а по ощущениям рядом с ним. Воздух буквально искрился и густел вокруг от нашей взаимной неприязни. Неплохая встряска для организма, кстати.

— Какие у тебя могут быть проблемы, Ева? Ты просто избалованная принцесска, которой все без остановки в попу дуют. Поверь, сломанный ноготок — это ещё не конец света. Не стóит ради этого сбегать из дома и вешаться на шею всем без разбора. Мало ли какую заразу подцепишь.

Говорю же, мудак.

Отвечать демону не стала. Просто отвернулась к окну и постаралась насладиться дорогой. Мотор приятно урчал, а скорость, которую развил автомобиль, успокаивала.

Соседство Давида, конечно, напрягало неимоверно, потому что выбранный им парфюм мне не нравился, как и личный аромат этого демонюги. Всё в нём меня раздражало! Даже волосы, которые были слишком чёрные, слишком короткие и бесительно-шелковистые на ощупь.

Я дотронулась до головы Давида всего лишь раз — когда хотела оттаскать этого наглеца за волосы за то, что он превратил моего плюшевого медведя в горстку пепла.

Теперь рядом со мной находился не подросток, а взрослый мужчина. Но чёртовы волосы остались прежними. И мне, как и прежде, хотелось обрить его налысо, чтобы хоть немного испортить эту идеальную внешность.

К слову, у Джейса длинные волосы, тоже очень приятные на ощупь, которые я десятки раз заплетала в косички. Но ни единого раза это не вызвало во мне подобного желания.

В этом ничего странного, кстати. Потому что Джейса я люблю, а Давида ненавижу всем своим нутром! Причём это чувство возникло ещё в детстве, когда гадёныш обзывал меня заучкой или неженкой.

Всегда дёргал меня за косички. А я со слезами просила Малику сдать его в детский дом, аргументируя это тем, что женщине вполне будет достаточно и одного сына — доброго и воспитанного Джейса.

Жаль, что ко мне никто не прислушался.

Глава 3. Ева

Давид припарковался возле ворот, где меня уже ожидали двое охранников. Конвоиров, если быть точнее.

Отец, вероятнее всего, их уволит и наймёт новых в надежде, что хоть кто-то сможет натянуть цепь так, как ему хотелось бы. Но нет. Я слишком жаждала свободы, чтобы просиживать молодость в стенах шикарного особняка.

— Приятных снов, мелкая! — крикнул Давид, прежде чем умчаться прочь.

А я лишь тихо зарычала в ответ и стиснула пальцы в кулаки так сильно, что ногти вспороли кожу на ладонях.

Второй раз за сегодня захотелось разрыдаться. Но я смогла совладать с эмоциями, потому что слёзы — это просто вода, которая не способна решить никакие проблемы.

Слёзы не помогли мне, когда выходила замуж моя единственная подруга. А я даже не смогла её поздравить, потому что находилась в изоляторе департамента после очередного нервного срыва.

Майя, конечно, не обиделась. Но наше общение постепенно сошло на нет, потому что мой буйный характер и тяга к проблемам очень не устраивали её мужа.

Сейчас Майя наслаждается материнством. А я… Я возвращаюсь домой после очередной неудавшейся гулянки под конвоем, чувствуя внутри лишь одиночество и пустоту.

Я не вампирша и не демоница. По всем показателям мой организм схож с обычным человеческим. За исключением того, что в свои двадцать пять я до сих пор выгляжу как подросток.

И, по словам специалистов из магического отдела, долголетие я всё же унаследовала от родителей. Хотя я бы, наверное, предпочла иной вариант.

Я не могу нормально жить среди людей. Но и среди Сверхов мне места нет! Так и на кой хрен мне тогда сдалось это долголетие?

— Ева… Ну зачем ты опять сбежала? Зачем усложняешь и без того сложные отношения с отцом? — голос матери заставил вернуться к реальности и взглянуть ей в глаза.

Амалия… Прекрасная стройная блондинка с ярко-голубыми глазами. Немудрено, что даже холодное вампирское сердце растаяло, встретив на пути такую красотку.

Я бы очень хотела быть на неё похожей хотя бы внешне. Но даже этого предки меня лишили.

Мама внешне напоминает невинного нежного ангела. Но внутри её хрупкого тела таится огромная демоническая сила, из-за которой её боятся и, без всякого сомнения, уважают.

Даже дедушка Да́рткан, который занимает значимое положение в обществе, иногда не решается с ней спорить.

— Я не сбежала, а ушла веселиться. Сколько ещё отец будет меня позорить? Сегодня он послал Давида, а завтра за мной явятся псы преисподней? — гневно выпалила я и оттолкнула от себя родительницу, которая хотела меня обнять. — Хватит меня опекать! Я — взрослая женщина!

— Милая…

Я на секунду замерла, глядя на неё. В её глазах было столько всего — усталость, боль, желание помочь. И на секунду мне захотелось просто прижаться к ней, как в детстве. Но я тут же отогнала эту мысль. Потому что если позволю себе слабость, то потом будет только хуже.

— Не хочу ничего слышать. Достало.

Отмахнулась от матери и быстрым шагом направилась в сторону лестницы.

Огромный, полный роскоши дом. Но я его ненавидела всей душой. Ненавидела всё и всех вокруг себя. Ненавидела жизнь, которая у меня была. Лучше бы я совсем не рождалась, чем теперь своим существованием доставляю всем неудобства.

Почему именно я родилась такой? Даже полукровки-вампиры во много раз сильнее меня!

Чем я провинилась перед предками? Почему они не отсыпали мне хоть граммулечку сверхъестественной силы, чтобы родители могли без стыда смотреть в глаза родным и близким?

Войдя в свою комнату, лучше себя не почувствовала. Интерьер, созданный знаменитым дизайнером, дорогие гаджеты и шмотки… Разве заслужила я это? По ощущениям нет.

Даже когда окончила школу с золотой медалью и после получила свиток из академии с идеальной характеристикой, не стала считать себя достойной своих родителей и всего того, что они мне давали.

Многие игрушки так и остались лежать в шкафу нераспакованными. А украшения аккуратно убранными в сейф…

На моё совершеннолетие дед подарил мне кулон, к которому, чёрт возьми, прилагалась толстенная родословная! Дарткан никогда не скупился на подарки. Но в этот раз превзошёл сам себя и преподнёс мне очень ценный артефакт.

Я так и не смогла заставить себя примерить его, потому что Пустышка не может носить на шее столь великую вещь.

Подарок деда отправился в потайной ящик в шкафу. А я дала себе обещание, что надену его лишь тогда, когда смогу выдержать тяжесть ответственности и стану хозяйкой артефакта, а не жалким приложением к нему.

Я закрыла ящик и посмотрела на своё отражение в зеркале. Двадцать пять лет. Взрослая женщина. А выгляжу как подросток, живу как в клетке и не могу даже примерить подарок деда, потому что считаю себя недостойной.

Может быть, Давид прав. Может быть, я веду себя как малолетка. Но что мне ещё остаётся?

Если я перестану бунтовать, я просто сломаюсь, а так — хоть какая-то иллюзия жизни.

Глава 4. Давид

— Как ты с ней общаешься? Взбалмошная, избалованная принцесска! — рявкнул я в телефон, когда брат ответил на звонок.

У меня были другие планы. Но пришлось их немного отложить, чтобы доставить непослушную девку домой.

И чего с ней все так носятся? Ну слабачка, ну и что? Выдал бы её Марк замуж, и дело с концом! Не маленькая ведь уже.

Хотя кому она нужна?

— С ней всё нормально? — взволнованный голос Джейса лишь подогрел моё бешенство.

Бегал бы себе среди волков спокойно, сношая оборотниц, и не забивал голову ненужными проблемами.

— Она не ребёнок уже, а взрослая женщина!

— Да́ва, я задал вопрос!

— Цела твоя Ева. Погрузиться в мир разврата не позволил и отвёз домой, не ссы.

— Спасибо. Она… Она необыкновенная, просто не знает этого.

— Ну конечно… — сбросил я звонок и отшвырнул телефон на соседнее сидение.

Необыкновенная… Что в этой пигалице может быть необыкновенного?

Даже одевается как ершистый подросток. Шорты эти рваные по краям…

Разве молодая адекватная женщина станет так наряжаться в клуб?

Фигура как у анорексички. А на голове что? Вместо элегантной причёски какая-то рваная стрижка, как у бродячего пса. А вместо красивого шоколадного оттенка, дарованного природой, что-то яркое и разноцветное, напоминающее павлиний хвост.

Глаза, правда, красивые, тут спорить нет смысла. Большие и небесно-синие, как у Амалии. Жаль, больше ничего девчонка от матери не унаследовала.

Зря Марк с пеной у рта запрещал нам общаться, когда мы были подростками. Мой брат слишком благороден, чтобы променять дружбу на разовый секс. А у меня даже в голодный год член бы не встал на эту девицу.

Таскалась вечно за мной и Джейсом со своим медвежонком дебильным. Вся такая правильная была, отличница. Гордость семьи, блять. Слишком идеальная для такого, как я.

А теперь что? Превратилась в пугало и опустилась до спонтанного траха в ночном клубе!

Теперь Давыдову придётся тщательно постараться и поцеловать не один зад, чтобы найти хотя бы более-менее достойного зятя.

Хотя, может, в новой стае Джейса найдётся несчастный оборотень, которого предки накажут такой истинной?

Я на секунду представил это — Еву с каким-то оборотнем. И внутри что-то неприятно кольнуло. Но я тут же отогнал эту мысль. Не моё дело. Пусть Джейс с ней носится, если ему так хочется.

Телефон подал признаки жизни, и я снова выругался отборным матом, потому что знал, кто именно пытается со мной связаться. Из-за избалованной сучки мне пришлось задержаться, а опаздывать на важные встречи я не привык, поэтому вжал педаль газа в пол.

— Дава, твою мать! Где тебя носит? Бой через десять минут! — визгливо заорал Иван, стоило только поднести телефон к уху. — Зевс уже потешается, говорит, что несокрушимый Аид зассал выходить с ним на ринг. А я поставил на тебя кучу бабла! И не только я!

— Подъезжаю, — ответил я и сбросил звонок.

Слушать истерику менеджера желания не было. Как и знать, что там извергает из своего поганого рта мудак Зевс. Тупоголовый идиот, у которого нет своего мнения. Мне не составит труда его уложить, хоть по мышечной массе я и уступаю немного.

Давно понял, что в бою главное — мозги и, конечно же, отсутствие страха поражения.

Я припарковался у подпольного клуба, заглушил мотор и на секунду замер. Внутри всё до сих пор кипело, но не из-за боя, а из-за неё.

Я тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли, и вышел из машины. Пора работать.

Глава 5. Давид

Заброшенное здание фабрики снаружи выглядело пустым. Но это лишь видимость, чтобы любопытные не совали сюда свои носы.

Людям про это место знать не нужно. А служители порядка из мира Сверхов послушно закрывают глаза на подобные развлечения, заглушая муки совести шелестом банковских купюр.

Совет старейшин во главе с Власовым, конечно, в курсе всего происходящего. Но не торопится вмешиваться, пока безопасности людей ничего не угрожает. К тому же я заручился поддержкой Дикаева, который держит в своих лапах большую часть преступного мира.

Быстрым шагом преодолел узкий тёмный коридор и, толкнув дверь ногой, оказался в раздевалке. Иван сидел на лавке и, кажется, уже находился в шаге от того, чтобы начать рвать на себе волосы.

— Аид! — подскочил он на ноги, но тут же со стоном отлетел к противоположной стене, орошая пол брызнувшей из поломанного носа кровью.

Я на секунду замер. Сам не ожидал, что удар выйдет таким резким. Но Иван сам виноват. Он знал правила.

— Я предупреждал, что не стóит использовать при общении со мной подобные выражения, — пояснил я на случай, если вдруг оборотень не понял, за что отхватил. — Упомянешь мою мать в разговоре ещё раз, и я сверну тебе шею. Ясно?

— Ты долбаный псих! — гнусаво просипел мужчина и, поднявшись на ноги, направился к выходу. — У тебя три минуты на подготовку. И я не стану сообщать хозяину о нападении лишь потому, что ты приносишь клубу хороший доход.

За Иваном захлопнулась дверь. А я, усмехнувшись, начал торопливо стягивать с себя одежду.

Было бы любопытно посмотреть, как вытянется от удивления лицо менеджера, когда он узнает о том, что хозяином этого клуба является тот, кого оборотень обозвал психом.

Только я не намерен распространяться на этот счёт. Лишнее внимание и проблемы мне не к чему. К тому же отец точно не придёт в восторг от моего бизнеса. А уж мать и вовсе устроит тщательную многочасовую промывку мозгов.

Малике плевать на то, что её сыновья выросли. И она продолжает нас опекать. Особенно меня. Ведь я никогда не был послушным ребёнком и постоянно находил приключения на свою задницу.

Джейс не такой. Я много раз замечал, с каким восхищением и гордостью на него смотрит дед. Особенно после того, как произошёл его первый оборот. Я же в беготне по лесу не видел ничего занятного. Поэтому частенько гостил у прадеда, который и научил меня контролировать силу.

Не знаю, почему судьба распорядилась таким образом, что сыновья демонического волка не унаследовали его силу в полной мере. Но я вполне рад тому, что ни мне, ни Джейсу не пришлось выбирать, какая сущность нам ближе. Брат родился оборотнем. А я демоном. Одинаковые снаружи, но разные внутри.