Мое сердце в твоих руках

Пролог

Амалия еще раз взглянула в зеркало и подмигнула своему отражению. Белое платье-фонарик средней длинны, с рукавами три четверти делало ее образ таким невинным и воздушным, а нежно-алая помада на губах намекала на то, что маленькая белокурая девчушка выросла и стала красивой девушкой.

Сегодня Амалии исполнилось 18 лет, и именинница была на сто процентов уверена в том, что в этот день исполнится и ее самая заветная мечта.

Самаэль…

Больше всего на свете Амалия мечтала добиться внимания этого невероятно красивого и без сомнения опасного парня.

При одной мысли о нем у девушки сердце бросалось вскачь, а при встрече наоборот замирало в груди, заставляя голову кружиться, а ноги подкашиваться.

– Ты выглядишь потрясающе, – сказала вошедшая в комнату Дарья и нежно погладила Амалию по щеке. – Все уже собрались и с нетерпением ждут именинницу.

– Спасибо, мама. Я спущусь через минуту, – ответила девушка и постаралась унять колотящееся в груди сердце.

Сегодня она подарит его Самаэлю и не только его…

Амалия была в курсе того, что ведьмы имеют некую особенность и без специального обряда по уши влюбляются в мужчину, которому по собственной воле дарят свою девственность.

Дарья неоднократно говорила с дочерью об этом и слезно просила не торопиться, потому что в юном возрасте легко обмануться, легко принять обычную увлеченность за истинное чувство.

Амалия слушала наставления матери вполуха, потому что была на сто процентов уверена, что ее сердце уже давно принадлежит тому самому, единственному во всем мире…

Девушку не беспокоил тот факт, что Самаэль до сих пор не признал в ней свою истинную. Этому юная Амалия находила простое объяснение, ведь всем известно, что личный запах после совершеннолетия меняется и становится более насыщенным.

К тому же последнее время их общение с парнем практически сошло на нет, хотя раньше они проводили вместе всё свободное время.

Амалия спускалась по лестнице, не чувствуя ног. Казалось, за спиной выросли огромные крылья, которые несли ее в объятия любимого.

В гостиной толпились гости и взволнованно беседовали о том, как повзрослела Амалия и какой красоткой она стала.

Многие до сих пор сомневались, что вопреки пророчеству у огненного демона и белой ведьмы родилась такая милая и добрая девушка.

Когда именинница спустилась в гостиную, все замолчали и устремили свои взгляды на светящуюся счастьем Амалию, которая в свою очередь выискивала среди знакомых лиц родных и близких Самаэля.

Он не мог не прийти… Он обещал…

– Принцесса моя, ты просто красавица, – нежно улыбнувшись, сказал Дарткан и подставил дочери локоть, чтобы проводить ее и остальных к праздничному столу.

– Спасибо, папа, – смущенно поблагодарила Амалия, всегда краснея от того, как менялся огненный демон в ее присутствии, – А… а разве все уже собрались?

– Милая, все в сборе, – ответил мужчина, стараясь скрыть накатившее раздражение.

Дарткан надеялся, что после их разговора с Самаэлем и его родителями, парень понял всю серьёзность ситуации и сделал правильные выводы, поэтому на день рождения Амалии не сунется и вообще исчезнет из ее жизни хотя бы до тех пор, пока эта глупая одержимая влюбленность не пройдёт.

– Но я не вижу среди гостей Самаэля, папа. Нужно ещё подождать. Он обещал прийти, понимаешь? – Амалия посмотрела в глаза отцу таким взглядом, что сердце огненного демона сжалось в комок от сочувствия.

– Ами… – хрипло начал Дарткан, но замолчал, почувствовав запах вошедшего в помещение Самаэля.

Парень заявился все-таки на праздник, правда, сказанные накануне слова все же воспринял всерьёз.

Амалия, широко распахнув глаза, смотрела на своего любимого и не могла поверить в то, что он смог так с ней поступить.

Что осмелился притащить на ее день рождения какую-то девку, внешний вид которой отчетливо кричал об отсутствии воспитания и каких-либо моральных принципов.

– Привет, мелкая, – радостно воскликнул Самаэль, продолжая прижимать к себе за талию девицу, грудь которой практически не была прикрыта коротеньким топом.

– Здрасьте, – произнесла она, хлопнув пузырем от жевательной резинки, и оскалилась в ехидной усмешке, оглядев именинницу.

– Извините, мы слегка задержались, – протянул парень, открыто намекая на то, почему именно они опоздали и, шлепнув свою спутницу по заднице, подтолкнул ту к столу.

Брюнетка из числа полукровок с волчьей кровью подмигнула Амалии и шлепнулась на стул, не дожидаясь особого приглашения.

Все стояли неподвижно, находясь в легком шоке от происходящего, а отец Самаэля казалось, был на грани того, чтобы обернуться зверем и наброситься на позорившего его имя сына.

Амалии же было плевать на то, что думали присутствующие, потому что ее сердце в данный момент медленно умирало, образуя в груди огромную черную воронку боли.

Дура!

Наивная дура, которая считала, что ее ангельская внешность могла заинтересовать такого парня, как Самаэль.

Ему плевать на ее девственность и тем более на безумную любовь по отношению к нему. Сейчас девушка смотрела на внешний вид подружки молодого оборотня и понимала, как по-идиотки выглядела сама.

Это белое платье…

Белые волосы аккуратно уложенные в локоны…

Все это теперь казалось смешным и неуместным.

– Ами… – тихо сказала Дарья и коснулась напряженной, словно струна спины дочери.

– Простите… – единственное, что смогла выдавить из себя девушка и, не в силах больше терпеть разрастающуюся боль и ярость внутри, бросилась прочь от этих недоумевающих взглядов.

Амалия бежала вверх по лестнице, уже не чувствуя за спиной крыльев. Они опалились и осыпались пеплом от черного безразличного взгляда того, кому она хотела подарить всю себя без остатка…

Влетела в спальню, закрыла дверь на ключ и, злобно утирая слезы, вытащила из-под кровати небольшую коробку, в которой хранилась магическая книга – единственное, что осталось от бабки, которая в своё время поддалась тёмной силе и пыталась при помощи дочери возродить богиню Луны и ночи Гекату.

Книгу изъяли у Черного ковена вместе с остальными личными вещами Авениры, но, проверив ее несколько раз, магический отдел департамента подтвердил, что книга не опасна, и Дарья забрала ее себе в память о матери, которую никогда не знала. Позже она рассказала Амалии историю ее рождения и передала книгу ей.

Для всех книга была пуста, открывая взору лишь пустые пожелтевшие страницы, но еще в детстве Амалия поняла, что ей магия, хранящаяся в этом гримуаре, охотно отзывалась, открывая свои тайные писания и заклинания.

Поначалу девочка испугалась и побоялась рассказывать правду родителям, прекрасно зная, с каким ужасом многие ожидали ее рождения, а потом решила, что нет ничего страшного в том, что ей открыто чуть больше, чем остальным.

Многие пророчили ей будущее, в котором прекрасная Амалия станет преемницей злобной Авениры и продолжит ее дело, поэтому девушка вместе со своими родителями решили повременить с прохождением инициации, хотя бы на время обучения, но после последних событий Амалия была уверена в обратном.

Девушке захотелось стать кем-то значимым, доказать всем, что она сильная взрослая личность, показать предавшему ее чувства парню, что лишь она достойна быть рядом и плевать на эти бредни про парность и истинное притяжение.

Амалия достала из коробки Гримуар и, закрыв глаза, положила правую ладонь на книгу, прося ту показать нужное ей заклинание.

И магия охотно отозвалась своей новой хозяйке, открыв книгу на подходящей странице. По рассказам обряд инициации должен происходить под строгим контролем опытной ведьмы, которая в итоге и разбудит спящую внутри молодой девушки силу, но Амалия почему-то была уверена, что вполне справится самостоятельно.

Девушка хотела разбудить магию внутри себя, наплевав на то, что проснувшаяся в ней сила может оказаться тёмной.

– Милая, ты в порядке? Открой дверь, давай поговорим, – послышался за дверью взволнованный голос Дарьи, и девушка поняла, что медлить больше нельзя.

Либо сейчас, либо никогда…

Амалия сложила пальцы в нужном жесте и, закрыв глаза, начала быстро шептать магическое заклинание, которое отпечатывалось в голове без надобности видеть древние писания.

– Амалия! Что… что ты там делаешь? Открой немедленно! – стук в дверь стал более настойчивым, а голос истерично-испуганным.

Белая ведьма чувствовала всплеск черной негативной энергии и очень боялась за свою дочь, боялась потерять её навсегда.

Мощные потоки энергии пронзали тело Амалии, причиняя неимоверную боль, и девушка со стоном повалилась на пол.

Она чувствовала, что тело будто выгорало изнутри, а сердце билось на запредельной скорости, норовя пробить грудную клетку.

Магия просыпалась в теле молодой ведьмочки, и спустя пару секунд комната озарилась огненной вспышкой.

Дарткан влетел в спальню дочери, уже чувствуя от той силу огня, силу, которая текла в его жилах, и не мог поверить, что его маленькая принцесса унаследовала этот дар, что стала такой…

Девушка стояла посередине комнаты, раскинув руки в стороны, а вокруг бушевало пламя, превращая ее белокурые волосы в ярко-рыжие локоны.

В некогда голубых глазах танцевал огонь, радуясь своему освобождению.

– Ами… – ошарашенно пролепетала Дарья, выглядывая из-за спины своего застывшего, словно камень мужа.

– Всё хорошо, – улыбнулась Амалия и вобрала в себя весь огонь без остатка.

Прежний облик вернулся к девушке, но внутри она уже стала другой.

– Куда ты? Постой! Нужно обсудить то, что произошло… – растерянно просипел Дарткан, впервые за долгие годы не зная, что делать и как поступить.

Амалия же уверенно направилась к двери, уже твердо зная, как обезопасить свое сердце от очередных разочарований. Больше ни один мужчина не заставит ее плакать, никогда и ни за что!

– Я иду праздновать свой день рождения. Прошу, не пытайтесь мне помешать, – поцеловав отца в щеку и погладив маму по плечу, сказала огненная ведьма и вышла из комнаты, искренне надеясь на то, что родители поймут ее и позволят поступить так, как она считала нужным.

Девушка выбежала во двор и направилась в гараж, пока Дарткан не опомнился и не запер свою дочь в клетке лаборатории департамента.

Водить Амалия научилась давно, но своей машины у нее пока не было, поэтому девушка решила воспользоваться автомобилем Дарьи, в котором была установлена мощная защита от слежки.

Ожидаемо охрана отказалась открыть молодой хозяйке ворота, и Амалия, воспользовавшись недавно обретенным даром, просто прожгла себе путь на волю.

Про такое место, как «Жажда» девушка слышала лишь однажды из уст Самаэля, когда парень болтал по телефону с другом и говорил, как бы ему хотелось туда попасть.

Разврат, кровь и полное сокрытие личности благодаря амулетам, лишающим запаха…

Заведение, построенное вампирами пугало, но в то же время манило своей неизвестностью и опасностью.

Лучшего места просто не найти…

Глава 1

Семь лет спустя…

Возвращаться домой после стольких лет оказалось очень волнительно и немного грустно. Вздохнув, присела на кровать и провела кончиками пальцев по шёлковому покрывалу нежно-розового цвета.

В комнате ничего не изменилось с тех самых пор, как я поспешно собрала вещи и отправилась в магическую академию, чтобы ненароком не спалить своим даром половину людского мира.

Собственно выбора у меня не было…

Меня ждали долгие исследования в лаборатории департамента, но папа подключил все свои связи, и я избежала подобной участи, проведя без малого семь лет в изоляции от всего живого в замке, построенном среди скал в заброшенном пустынном мире.

Меня обучали контролю над магией и направляли на путь света, пытаясь искоренить из души тьму.

Обучение окончено, и в свитке указано, что я безопасна для окружающих, что древняя черная магия, переданная мне Авенирой, угасла, но иногда я чувствовала ее.

Сила не ушла, а просто спряталась в самых потаенных уголках моей души, и честно я не хотела, чтоб она оттуда выходила.

Я была такой глупой…

Ярость и обида затуманили разум, и я совершила самую большую роковую ошибку в своей жизни, благодаря которой навсегда лишила себя шанса на счастье.

– Можно к тебе? – тихо спросила мама, заглядывая в спальню, и я кивнула в ответ.

Я безумно скучала по ней и знала, что Дарья из-за меня выплакала много слёз, но исправить, увы, ничего уже нельзя.

– Амалия, мы с папой так рады, что ты, наконец, вернулась домой. Мне жаль, что твой приезд совпал с… – женщина запнулась и взволнованно сжала мою руку, боясь реакции на свои слова.

– Мама, всё хорошо. Это было так давно, что, кажется, и не было вовсе.

– Дар и я… мы понимаем, как тебе сложно и останемся с тобой. Даяна с Максимом поймут, да и Самаэль тоже…

– Прекрати. Союз соединения Самаэля и его истинной – это важное событие, и вы с папой должны на нем присутствовать. Не стоит из-за меня менять планы или в чем-то себе отказывать, – успокаивающе погладила родительницу по плечу, стараясь не думать о том, что внутри неприятно запекло от дикой тоски и боли.

Несмотря на радость родителей, чувствовала себя чужой в этом доме, да и в этом мире тоже.

– Я люблю тебя, Амалия, и уверена, что всё у тебя будет хорошо. Нужно просто подождать. Удержать в руках то, что тебе не принадлежит невозможно и…

– Мама, всё нормально! Я очень хотела бы больше не возвращаться к этой теме. Мне уже не восемнадцать, и я прекрасно понимаю, какой глупой и наивной была раньше, – одёрнула Дарью, не желая больше продолжать этот разговор.

– Ты обязательно встретишь того, кому захочешь подарить свое сердце, – смахивая слезу, прошептала мама, поцеловала меня в щеку и вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

– Нет, мамочка… не встречу… – произнесла, глядя ей вслед, и вспомнила холодные прикосновения незнакомца, который в ту роковую ночь стал моим первым мужчиной и навсегда забрал у меня способность полюбить кого-то снова.

Нельзя тосковать по тому, кого не знаешь, но я до сих пор помнила вкус его губ, ощущала на коже прикосновения холодных пальцев, которые вопреки температуре казалось, оставляли ожоги.

И жгучую боль в промежности от первого резкого проникновения, которая моментально заставила забыть о боли душевной, а потом и вообще обо всем, что происходило вокруг.

Чужие незнакомые губы хрипло шептали мне на ухо пошлости, а я отдавала свое тело властным рукам, мечтая хоть на мгновение вдохнуть запах мужчины, узнать какой аромат у прохладной светлой кожи, увидеть черты без сомнения красивого лица, услышать, как звучит его голос…

Папа неоднократно говорил, что вампиры пахнут лишь смертью, но я уверена, что тот мужчина, несмотря на своё происхождение, пах как сама жизнь, как счастье.

Не моё, чужое, но всё-таки счастье.

Глава 2

– Ты не будешь работать в департаменте и точка! – рыкнул как дикий зверь папа, и на столе после его удара кулаком остался обугленный след.

– А ты думаешь, я до ста лет буду безвылазно сидеть в этом особняке под твоей опекой? Я уже взрослая! – вскрикнула в ответ, ощущая, как ладони начало печь от ярости.

– Взрослая она… – усмехнулся Дарткан и сложил руки на своей широченной груди. – По демоническим меркам ты ещё девчонка совсем!

– Но мы не на Красной земле, папочка, а в людском мире, где я уже считаюсь взрослой женщиной! Я просидела в стенах академии семь лет и больше не намерена продолжать отшельнический образ жизни!

Вообще работать в департаменте не особо хотелось, но вариантов у меня осталось не так уж и много.

Магию использовать запрещено, а скакать по мирам через порталы я не умела.

Из-за моего родства с Авенирой мне вряд ли дадут разрешение на работу среди людей, поэтому стоило попытаться влиться в ряды тех, кто обязан этих людей защищать от всякой нечисти.

– Работай на здоровье, но не в этом гребаном департаменте! – остался непреклонен огненный и до бешенства упертый демон.

– Чем он плох?! Мама работает там много лет!

– И этого для меня вполне достаточно, – процедил сквозь зубы, и его черные значки вспыхнули пламенем, сообщая о рвущейся наружу демонической сущности.

– Ну, папуль… – быстро сменила тактику, вспоминая, как в прошлом могла выпросить что угодно. – Я навсегда останусь твоей маленькой принцессой, но время нельзя остановить. Ты же не хочешь, чтобы у меня со скуки снова началась депрессия?

Нежным котенком потерлась щекой о грудную клетку родителя, обнимая его за талию, и почувствовала, как сердце демона стремительно таяло, вытесняя беспокойство безграничной нежностью и лаской.

– Ами… – выдохнул и поцеловал в макушку, стискивая с своих объятиях. – Каждый день, каждый час все эти годы я не переставая переживаю за Дашу, пока она находится в стенах департамента. Ее я не в силах упросить или заставить уйти, но тебя на правах отца такой опасности не подвергну, уж извини.

– Но… но что же тогда мне делать?

– Можешь работать у меня в офисе, – предложил Дарткан, и я тут же отрицательно замотала головой.

Ну, уж нет… Хватит с меня и дома тотального контроля!

– Я просто хочу найти свое место в жизни.

– И ты его обязательно найдёшь, Ами. Только не спеши, пожалуйста, становиться самостоятельной и вычеркивать нас с мамой из основной своей жизни. Ты совсем недавно вернулась и позволь нам всем насладиться этим долгожданным воссоединением.

Понимала тревогу родителей, и их стремление снова стать семьёй, но я уже не маленькая девочка с косичками. И так очень много времени упущено.

Я больше не хотела стоять на месте.

Я хотела наконец-то начать жить!

Глава 3

Шла по коридору, крепко сжимая в одной руке ремешок от сумочки, а во второй, выданный в академии свиток, в котором подробно отображались все мои успехи, приобретённые знания и навыки.

Главное – не столкнуться по дороге с мамой, которая на удивление оказалась солидарна с отцом касаемо моей работы в департаменте.

Возможно, родители правы и мне, половину жизни прожившей в розовых очках, а вторую половину в скалистых горах, сложно самой решить какое будущее будет для меня лучшим, но ведь чтобы узнать, надо попробовать…

Лисаннела, преподавательница по бытовой магии всегда говорила, что не узнаешь об успехе задуманного дела, пока не совершишь его.

Хотя ее коллега по работе с внутренним контролем убеждала, что прежде чем делать что-то, нужно хорошенько всё обдумать, прикинуть все «за» и «против» и высчитать все возможные последствия, а уж потом…

Постучала в кабинет с табличкой «Власов Михаил Всеволодович», решив, что взвешивать и думать о последствиях буду после разговора с начальником департамента. Хотя тут и думать нечего… Папа будет в ярости!

Суровый голос оборотня позволил мне войти, и я вошла в кабинет, стараясь унять дрожь под коленками.

Наверное со стороны это выглядело смешно. Взрослая женщина, которая боялась подобно ребёнку, впервые оторвавшемуся от подола матери.

Внешне на данный момент я не особо отличалась от себя той, которая нацепила на свое 18-летие смешное платье-фонарик, но Михаил был в курсе, что я уже не девчонка малолетняя.

– Амалия? – настороженно спросил, сканируя меня взглядом шоколадных глаз.

Габариты начальника департамента поражали. Даже папа, которого я всегда считала огромным, теперь не казался мне таковым.

В детстве со мной и Самаэлем играл один оборотень медвежьего вида, но он скорее был пухлым и неповоротливым.

Фигура Михаила же полностью состояла из горы каменных мускулов, которые отлично просматривались даже сквозь плотную ткань пиджака.

В кабинете приятно пахло хвоей и кажется немного малиной… Улыбнулась своим мыслям, потому что всегда представляла медведей поедающими эту ягоду.

– Амалия?! – снова донёсся до меня голос Михаила, и я, покраснев, вернулась из раздумий в реальность.

– А… да-да. Это я. Здравствуйте, – сбивчиво заговорила, роняя из рук то сумку, то свиток.

– Рад, что ты вернулась. Присаживайся. Чем обязан? – указывая рукой на кресло, вежливо отозвался мужчина, слегка улыбаясь.

Его лицо благодаря улыбке стало менее суровым и еще более привлекательным. Кому-то повезёт или уже повезло заполучить такого самца в свои объятия.

– Я пришла к вам, чтобы поговорить о моих шансах получить в департаменте рабочее место, – выпалила на одном дыхании, и от дружелюбной улыбки оборотня не осталось и следа.

– Это шутка такая?

– Нет, с чего вы взяли, что я пришла сюда, чтобы шутить? – обиженно ответила, чувствуя, как огненная кровь демона начинала вскипать внутри.

Светлая магия, конечно, сразу потушила подобные всплески, но мне крайне не хотелось бы сорваться и спалить половину кабинета.

– А твои родители в курсе, что ты сейчас здесь? – прищурил свои медвежьи глаза, и я, покраснев, отвела взгляд. – Я так и думал. Амалия, я давно знаю твою мать и работаю с ней плечом к плечу ни один год, поэтому будь уверена в том, что я не стану ее единственную дочь принимать на службу без одобрения матери. К тому же мне совсем не к чему разногласия с Дартканом. Мне, знаешь ли, и так проблем предостаточно…

Мужчина выдохнул и потер лицо ладонями. Внешне он выглядел, как непробиваемая скала, но внутри был истощен и изнеможён морально.

Сердце оборотня пропиталось тоской, отображаясь в глазах печалью. В академии я научилась читать эмоции и чувства не только по личному запаху, но и по энергетике, поэтому сейчас мне легко удалось понять, чем именно вызвана тоска и боль у начальника департамента.

Подобное творилось внутри меня, только мне уже нельзя помочь.

– Михаил Всеволодович, я уже достаточно взрослая для того, чтобы самостоятельно выбирать свой путь. Уверена, мои навыки и знания, приобретённые в академии пустынного мира будут очень полезны департаменту.

– Амалия…

– Я не прошу какой-то значимой или серьёзной должности. Согласна на любую работу, даже самую нудную. Пожалуйста… – жалобно посмотрела на мужчину, с надеждой распахнув глаза, в которых уже начали скапливаться слёзы.

– Знаешь, девочка… одному отпрыску своего друга я уже однажды помог и ничем хорошим это для меня не закончилось! – рявкнул, не поддавшись на мои уговоры и девичьи слёзы. – И боюсь, следующий порыв помочь загонит меня в могилу или того хуже в рабство к Ценарду, но… я обещаю, что поговорю с Дарьей. Если она возьмет на себя всё негодование со стороны твоего отца, то милости прошу в наш дружный и разношерстный коллектив, но если нет, то советую больше не соваться сюда и найти другое более безопасное занятие.

Захотелось рассмеяться и расплакаться одновременно от данного высказывания.

Дарткан, конечно, сильный демон и за время пребывания в мире людей обзавёлся отличными связями, но то, что его опасался даже начальник департамента, который вообще-то должен напротив контролировать и диктовать условия Сверхам, а не трусливо дрожать от одного только имени мужчины, было немного странным.

– Вы слишком много думаете и анализируете! Боитесь потерять то немногое, что имеете и, думаю, поэтому внутри вас столько тоски и боли от неразделенной любви! – выпалила раздосадованная своей неудачей.

Мама вряд ли согласится пойти против решения отца, а Михаил не станет настаивать и уговаривать.

Всем будет проще, если я просто вернусь домой и буду там тихонько сидеть, не доставляя никаких проблем, пока спустя годы папа наконец поймёт, что я выросла и найдёт для меня подходящего по его мнению мужа.

– Я не позволю какой-то соплячке разговаривать со мной в таком тоне! – рыкнул медведем и указал на дверь пальцем, на котором вместо ногтя вытянулся черный коготь. – Проваливай!