Чехов – прав?

В оформлении обложки использована фотография с https://pixabay.com/ по лицензии CC0.

Миша давно был влюблён в неё, а она даже не знала о его существовании.

Что, довольно стандартная ситуация на первый взгляд? Увидел на улице, или увидел в интернете, или не увидел, а просто пообщался в каком-нибудь чате? Нет, Мише пока не доводилось её видеть, и общаться с ней тем более.

Девушка из сна? Персонаж книги?

Снова нет.

Вполне себе реальная девушка, ученица десятого класса Света Ерохина.

Как же вышло так, что он в неё влюблён, но ни разу не пересекался, а она и вовсе знать о нём не знает?

А вышло это так.

Мама Миши работала учительницей русского и литературы и всё мечтала, чтобы сын пошёл по её стопам. Она прекрасно знала, как не хватает мужчин дружному змееватому женскому коллективу педагогов в любой школе и, видимо, заботилась о тех, кто будет преподавать следующим поколениям. Наверно, даже сетовала в душе, что во времена её молодости никто так не позаботился о них и не отправил учиться на педагога своих сыновей.

Впрочем, Ольге Михайловне было грех жаловаться, поскольку муж у неё являл собой замечательнейшего мужчину. Только он работал на заводе в ОТК, а сына женщина всё равно мечтала пристроить в школу. Можно репетиторством подрабатывать, если что.

Миша всем своим видом на преподавателя или учителя похож не был: его плечи покрывали татуировках, а сам он обладал брутальной, но располагающей к себе внешностью, и вообще зачастую не знающим его людям было сложно поверить, что на самом деле он романтичный и добрый, и даже не пытается скрывать этого.

И всё же Миша не собирался идти на гуманитария, но и расстраивать мать раньше времени не стал, и потому изучил её предметы в совершенстве, а после школы отправился учиться на программиста.

И вот однажды осенью он впервые узнал о Свете Ерохиной.

В тот вечер у Ольги Михайловны болела голова, и она так тяжело вздыхала, проверяя сочинения 10 "Б", что сидящий и играющий за компьютером Мишаня не выдержал и предложил:

– Давай я допроверяю.

– Да ну, брось, – отмахнулась женщина, зевая.

– Да я ж нормально проверю, – настаивал парень. – Ты ж знаешь.

Она посмотрела на него с сомнением, но Миша был прав. Он действительно нормально проверит, так что стоило позволить ему помочь.

– Вот, – она уступила место за столом сыну и пояснила: – Тема сочинения была "Что важнее: свобода или путь к свободе?"

– Отличная тема, – буркнул парень. – Хорошо, мы такого не писали… – он сел на гимнастический мяч, который Ольга Михайловна всегда использовала вместо стула, поскольку это полезно.

Миша посмотрел на стопку двойных исписанных листочков и вздохнул, признавая, что поспешил с таким щедрым предложением помощи.

– А я в это время блинчиков к ужину напеку, пока отец не вернулся! – хоть немного порадовала его мама и суетливо скрылась в коридоре.

Миша почесал нос и принялся вчитываться в неровный почерк на первом листке.

Бедный парень и не предполагал, что бывают настолько глупые люди! Каждый человек привык находиться в своём слое общества, и потому порой бывает удивительно узнать, что рядом живут совсем другие люди. Вот и Миша не мог поверить, что могут быть столь недалёкие ученики, которые не в состоянии нормально написать что-то связное на заданную тему.

Кроме того, с ошибками. Парень и сам не заметил, как за годы, что он старался не разочаровать мать, приучился писать грамотно и считать, что ошибки – это не только неуважение к другим, но и к самому себе.

После третьего сочинения, на каждом из которых он готов был приписать много "ласковых" слов авторам, но лишь ставил низкие оценки, Миша поднялся и отправился на кухню за чаем.

– Ну как? – рассмеялась Ольга Михайловна, завидев кислую мину сына. – Увлекательное чтиво?

– Бредятина, – ответил Миша хмуро. – Просто параноидальный бред! Тема-то халявная! Там что, все такие тупые? Ты в школу для альтернативно одарённых, что ли, перевелась?

Женщина вновь звонко рассмеялась, заваривая Мише чай с имбирём. Парень со скучающим видом наблюдал, как женщина отрезает от кривого корня ароматный сочный кусочек и бросает в дымящийся напиток.

– Брось, там попадаются и нормальные работы, ты просто, наверно, не дошёл до них.

– Наверно, – ответил парень, взял кружку с ароматным напитком и побрёл обратно в комнату.

И почему сегодня дождь? Так бы гонял себе мяч с парнями на стадионе у общаги, а вместо этого самолично впрягся в нудную работу, от которой разочаровываешься в людях! Или прокатился бы с ветерком на байке… Или пофотографировал природу, пока золотая осень.

Он сел, глотнул чая и приступил к следующему сочинению, которое оказалось написано таким же ужасным почерком, как и многие предыдущие, так что ничего хорошего от него парень не ожидал.

Но он ошибся.

Эти неровные строки с некрасивыми буквами захватили его с первого предложения, и он не мог оторваться, пока не дочитал до самого конца, а потом ещё долго сидел и обдумывал то, что прочитал.

По всему выходило, что Света и сама не знала ответа на поставленный в теме сочинения вопрос, но как она рассуждала! Как здорово и увлекательно было следить за её мыслями, словно она говорила лично с ним через это неказистое на вид сочинение.

Он был ошеломлён. Не только тем, что по сравнению с прочими сочинениями Ерохина написала шедевр, но и тому, как за столь кривыми невзрачными буквами мог прятаться такой глубокий смысл.

Несмотря на противоречивость, каждая мысль девушки была логичной и доступно изложенной.

"Путь к свободе у каждого свой, и невозможно поистине оценить, насколько важна и значима она, если путь этот был лёгким или его вовсе не было. То, что достаётся без усилий, не ценится человеком, не ощущается, как что-то значимое и важное. "

" Важен итог. В любом деле важен именно итог, потому что путь – это начало. Говорят, что дорогу осилит идущий, но не каждый доходит до конца. Цели меняются, приоритеты пересматриваются, и потому важен только итог, и путь к свободе – ничто по сравнению с самой свободой."

Миша сидел, поигрывая шариковой ручкой в руке и не зная, что делать. Он не мог ни снизить оценку, ни промолчать, поскольку сочинение этой неведомой ему девчонки нашло живой отклик в его душе.

Он нерешительно коснулся листка с сочинением и склонился над ним, чтобы поставить оценку.

Безупречная работа. Нелогичная, но всё же безупречная.

Прежде он ставил лишь палочки на полях, правил ошибки и рисовал в итоге две цифры через дробную черту. Но сейчас этого казалось недостаточно.

Он хотел бы написать, как ему понравилось, но вовремя напомнил себе, что это, как бы, пишет не он, а его мама. Надо изъясниться сдержанно.

И он написал:

"Прочитай ещё раз. Ты противоречишь сама себе. Но так и бывает в жизни. 5/5"

***

Вечером он позвонил подруге, с которой учился и спросил у неё, поскольку ему очень хотелось понять, Света действительно столь удивительно рассудительна и мудра, или просто её сверстники-одноклассники отчего-то глупы. Ведь бывает, что жизнь помогает человеку взрослеть раньше времени, и потом этот человек осознаёт больше, чем те, кто рядом, хоть они и одного возраста.

Ксюша, чей номер набрал Миша, была отличным другом: прикольным, временами вредным, но верным и честным. С ней было интересно, можно было говорить обо всём на свете и обсуждать всё, что приходит в голову. Но как-то философских тем Миша с ней особенно не касался. Не потому, что избегал, а просто не было случая.

И вот случай появился.

– Ксюш, привет! – бодро поприветствовал он, на что получил в ответ невнятое сонное:

– А, это ты… Сова, тоже мне! Сплю я уже…

Она немного поворчала, а Миша подождал, потому что знал – сейчас она окончательно проснётся и ответит на любые вопросы.

– Чего хотел-то? – уже вполне спокойно и даже заинтригованно спросила она.

– Вот скажи мне, что важнее, свобода или путь к свободе? – задал он вопрос, на который Света Ерохина дала столь развёрнутый ответ в сочинении.

Ксюша задумалась, и несколько минут в трубке была тишина.

– Ты уснула, что ли? – усомнился Миша.

– Нет. Думаю. Ты ж сложный вопрос задал, – ответила девушка.

Он подождал ещё немного, и услышал ответ:

– Свобода.

Миша подождал ещё, ожидая, что Ксюша дополнит свой ответ какими-то аргументами, но она молчала.

– И всё? – удивился он.

– Нет, – ответила Ксюша. – Ещё дружба, любовь. Это всё тоже важнее.

– Про это я не спрашивал… – попытался объяснить парень, но девушка ответила:

– Тогда всё: свобода.

– Ладно, – вздохнул Миша. – А почему ты так считаешь?

– Да какая разница? – поразилась девушка. – Ты спросил – я ответила. Путь – это путь, а свобода – это свобода. Она – важнее. Разве не ясно?

– Ясно, – усмехнулся парень. – Вот не поговоришь с тобой на вечные темы!

– Это да, – рассмеялась Ксюша. – За то на любые другие можно! Цени это!

– Я ценю, – хмыкнул Миша. – Ладно, спокойной ночи!

– Спокойной! – отозвалась девушка, отключая телефон.

***

С тех пор он думал о ней. О Свете Ерохиной.

Не постоянно, но порой мысли неизменно возвращались к этой вдумчивой девушке. Он в тот вечер прочёл ещё несколько сочинений, и все они показались ему убогими на фоне Ерохиной.

Мысли о ней приходили к нему не каждый день, а порой и даже не раз в неделю, но, когда месяц спустя мама принесла домой стопку сочинений на листочках, парень сразу заинтересовался.

– Опять сочинения? – спросил он.

– Ага, – ответила Ольга Михайловна. – Уж которые в тетрадях, я там проверяю, чтоб не таскать домой, а листочки ладно, не такие и тяжёлые…

Мишаня лукаво посмотрел на маму и сказал:

– Давно блинчиков ты не пекла. Давай, я проверю, что твои хорьки понаписали, а ты напеки, ладно? – он заметил, что в этот раз мама не устала и готова проверять сама, и потому добавил веский аргумент: – Папа обрадуется!

Он и правда любил блинчики, особенно с ванильным сахаром.

Ольга Михайловна немного поколебалась, но согласилась.

Миша достал стопку и принялся читать по порядку, а, когда нашёл сочинение Светы, отложил его в сторону, чтобы прочесть самым последним. Стоило заканчивать проверку на позитивной ноте, тем более, он знал, что девушка обязательно напишет что-то, о чём ему будет интересно подумать.

Тема вновь была странной и перекликалась с прошлой. Звучала она так: "Что важнее: вера или предмет веры?"

Первой строчкой Светиного сочинения была цитата М. Горького: "Во что веришь, то и есть".

Уже над этой фразой парень задумался, глядя, как выведена она неаккуратным почерком.

Разве так бывает? Вспомнилась тоже цитата из школьных лет, на этот раз А.П. Чехова: " В человеке всё должно быть прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли…"

"И почерк…" – мысленно добавил Миша.

Почерк должен отражать характер, это же всем известно! Но Света была явно исключением. Неряшливые буквы складывались в ладные, поразительно глубокие философские мысли, и Миша, как и в прошлый раз, прочёл сочинение на одном дыхании.

На этот раз противоречий не было.

"Вера – важнее, – сходу заявляла Света. – Во что бы ни верил человек, это чувство помогает ему ориентироваться в жизни, знать, что всё впереди будет хорошо. Это, как маяк, что светит издали, но сам остаётся в собственной тени. Так и вера должна оставаться абстрактной, не становиться прикладной и не привязываться к каким-либо предметам или религиям. Она должна рождаться в душе, согревать и успокаивать сердце в трудные минуты и непременно быть светлым напоминанием, что мы все сами творцы своей судьбы, и во что бы мы ни верили, это обязательно случится, если вера сильна".

Сочинение было длинным, и Света подробно поясняла вою точку зрения, а Миша читал, вникал и полностью разделял её точку зрения.

Он ничуть не жалел о своём предложении прочесть сочинения. Света не разочаровала, порадовала его практически философским задушевным разговором… Да и на ужин ванильные блинчики были очень кстати!

***

– Прикинь, я влюбился! – сообщил он Ксюше, когда они сидели в кофейне и наблюдали за проезжающими за окном машинами.

На это признание Ксюша хмыкнула.

– И что? Это круто? Намекаешь, что и мне пора?

– Да, это круто… и не круто, – ответил Миша. – А тебе давно пора. Не надо было бросать Семёна.

– Антона, – раздражённо постучав пальцами по столешнице, поправила Ксюша. – Моего бывшего зовут Антон – неужели так сложно запомнить?

– Извини, – примирительно поднял ладони вверх Миша. – Просто имя Семён ему больше подходит. Серьёзно. Ты не замечала, что имена обычно подходят своим обладателям?

– Замечала, – кивнула Ксюша, вдыхая аромат кофе и свежей выпечки. – Но тебе вот твоё не подходит. Мишей должны звать милого парня, похожего на плюшевого мишку, а не брутального типа с татуировками, вроде тебя.

– Спасибо, – рассмеялся парень. – Тебе вот твоё очень подходит, кстати!

– Ладно, не соскакивай с темы, – подмигнула Ксюша. – Ну и кого ты там нашёл? Очередная красотка пришла на фотосессию?

Он был отличным фотографом, хоть это и не было его профессией.

– Я фотографирую только знакомых, – напомнил парень. – Так что не угадала. И не угадаешь.

Ксюша откинулась на спинку стула и пристально посмотрела на друга.

– Это ты сейчас меня на "слабо" берёшь?

– Нет, – улыбнулся Миша. – Просто говорю, что не угадаешь. Так что даже не стану мучить: я узнал о неё из сочинений… – он выдержал паузу, насладившись недоумением Ксюши. – Короче, мать принесла из школы сочинения, а я взялся проверить. Ну, она уставшая была… и блины пообещала испечь… В общем, я читал-читал, и там такая ересь, Ксюх, ты не представляешь!..

– Про свободу, что ли? – сразу догадалась она.

– Да, и про неё тоже, – подтвердил парень.

– Я б тоже ересь написала, – пожала плечами девушка. – А что ещё на такой вопрос можно написать?

– Вот, – поднял вверх указательный палец парень. – А она написала не ересь, прикинь? Нормально подумала и красиво написала! Умно написала, понимаешь?

– Ага, – жуя булочку, кивнула вновь Ксюша. – И каллиграфическим почерком небось, да?

– Нет, – мотнул головой Миша. – Почерк у неё похуже твоего…

– У меня отличный почерк, – заметила девушка. – Так что любой похуже моего.

Она улыбнулась наигранно, показывая, что шутит и признаёт свой почерк далёким от идеала.

– Но почерк – не важно, – продолжал Миша. – Пойми, не всегда всё идеально. Бывает, что светлые прекрасные мысли прячутся в голове…

– Криворукого человека, – закончила за него подруга. – Да-да, такое бывает. Всякое бывает, особенно с тобой. Так и что эта девушка? – потребовала продолжения истории Ксюша.

Она всегда спокойно относилась, если Миша с кем-то встречался. С иронией и совершенно без ревности. Он был её другом, а дружба – это не то, ради чего стоит жертвовать всем. Наверно, это её основное отличие от любви: дружба зависит от обстоятельств, а любовь превозмогает их. Так, если друг переезжает в другой город, за ним не поедешь, а если любимый – то и вопросов нет, надо паковать чемоданы.

К счастью, все отношения Ксюши не влияли на её дружбу с Мишей. Они, бывало, отдалялись друг от друга, но потом вновь сходились. Так что и новая пассия Михаила могла принести некоторые неприятности, но не более того.

– Я с ней не знаком, – огорошил Миша, и собеседница удивлённо приподняла брови.

– А почему? – поинтересовалась она.

– Не знаю, – пожал плечами парень. – Я просто читаю её сочинения, восхищаюсь её мыслями, и… вот недавно только подумал, что надо бы познакомиться. Но как?

– Соцсети, – предложила сходу Ксюша.

– Не хочу, – отрезал Миша. – Хочу увидеть, посмотреть…

– Ну да… – согласилась девушка. – Может, она страшная… – и призадумалась. – Твоя мама у них классная?

– Нет, она мелкоту ведёт сейчас.

Ксюша помолчала немного, и парень не мешал ей думать. Она была мастером выкручиваться из разных ситуаций, и Миша знал, что подруга придумает столько невероятных планов, сколько потребуется.

– Ладно, но твоя мама работает в той школе, а, значит, у меня есть план. Отличный просто! – и она загадочно улыбнулась.

Миша хмыкнул.

С этого момента он был уверен, что всё получится.

***

– Мам, – обратился Миша к Ольге Михайловне, когда та сидела за столом и читала книгу. – У вас экскурсий никуда не намечается?

Женщина оторвалась от чтения, отложила книгу и призадумалась, а потом достала из ящика стола ежедневник и стала листать.

Миша насторожился. Ксюшин план был отличным! Простым и гениальным! Напроситься с мамой на экскурсию с классом Ерохиной, там её невзначай нафоткать, а потом связаться с ней, чтобы передать фотографии. Простой, легко исполнимый план! Только на экскурсии не так часто и ездят… Если недавно десятый класс уже где-то побывал, теперь уж только зимой поедут, а до зимы ещё полтора месяца… Это очень долго!

– Так, посмотрим… – продолжала листать шуршащие страницы женщина. – Через три дня поедут седьмые классы в музеи народов севера… – Миша мысленно поторопил маму, но та никуда не спешила: – Через неделю девятые по достопримечательностям нашего города, у них игра-квест… А потом, через день, десятые отправятся по области, замки смотреть и крепости… Дальше…

Но дальше Мишу уже не интересовало.

– О, замки и крепости! – воскликнул он. – Я как раз хотел пофоткать их, потренироваться!

Ольга Михайловна, одобрявшая все увлечения сына от байка до фотографии, улыбнулась ему тепло и сказала:

– Хорошо, я договорюсь. Сопровождение всегда нужно. Они как раз едут во вторник, и мало кто из родителей сможет поехать с ними. Ты-то во вторник сам сможешь?

– Смогу, – уверенно ответил парень. – Уж поверь, у меня все прогулы под контролем! Чем хороши последние курсы, так это возможностью безнаказанно прогуливать!

– Ладно, я договорюсь завтра, – пообещала мама.

Миша был доволен. Во-первых, пофотографировать замки и крепости, да ещё на фоне золотой осени – это то, чего он давно хотел, а, во-вторых, он увидит Свету! Ведь романтичная, тонко чувствующая умная девушка не станет пропускать подобное мероприятие! Если только не заболеет, ведь на улице уже похолодало, и многие люди ходили с насморком.

Но парень, хоть и волновался, но верил, что всё пройдёт удачно!

– Главное, не знакомься! – напутствовала Ксюша накануне экскурсии. – Познакомишься – будет плохо.

– Почему? – не понял Миша, который планировал всё аккуратно разведать, а уж потом и познакомиться, если будет видно, что из одноклассников никто не является её парнем.

– Потому что тогда тебя увидят все её подруги, – пояснила Ксюша. – Может, ты им понравишься? Или не понравишься? И в любом случае, они могут всё испортить. Так что просто пофоткай, а потом свяжись и передай ей обработанные шикарные фотки. Она влюбится, стопудово!

– Брось, – хмыкнул Миша. – Мне не нужна такая, которая из-за шикарных фоток стопудово влюбится. И она – не такая, – он говорил уверенно, поскольку был убеждён в этом.

Ксюша издевательски улыбалась и нарочито размашисто кивала головой, а, когда парень замолк, спросила:

– Ты в этом так уверен, потому что она может на два листа расписать что-то там про свободу?

– Да, поэтому, – честно ответил Миша. – И не только про свободу. Я читал достаточно её сочинений.

– Например?

– "Что самое дорогое у человека?", – привёл пример парень и сложил руки на груди, ожидая скептической реакции Ксюши.

– И что же? – спросила правильный ответ девушка.

– Любовь. – Гордо ответил Миша.

– Ну да, – хмыкнула Ксюша. – Мне следовало догадаться. Ладно, понятно всё с ней… и с тобой. Не знакомься завтра, хорошо?

– Посмотрим… – неопределённо ответил Миша.

***

Он предвкушал встречу со Светой. Может, Ксюша права, и не стоит знакомиться? Сделать, как советовала подруга? Ведь она хорошо придумала с экскурсией! Она вообще молодец, когда надо что-то придумать хитрое…

Но познакомиться хотелось. Он так давно ждал её, представлял себе милой, хрупкой брюнеткой с длинными распущенными волосами, придающими романтичность образу. Представлял, как она сидит и пишет те строки, которые он потом читал, прикасаясь пальцами к тому самому тетрадному листочку, который она держала в руках и который пусть и не хранил тепло её рук, но отлично передавал теплоту её мыслей.

Он очень хотел поскорей увидеть её. Даже если у неё кто-то есть, будет приятно просто посмотреть на ту, кто так ясно мыслит, так точно передаёт свои чувства на бумаге и может размышлять на любые темы.

Миша не торопясь подошёл к высокому новенькому экскурсионному автобусу, что был припаркован напротив школы и возле которого толпились школьники. Парень не спешил, приближаясь к ним, а всматривался в незнакомые лица и фигуры, облачённые в разноцветные куртки и пальто.

Впрочем, один человек оказался знакомым. Мама.

К ней Миша и подошёл, удивлённо спросив:

– Что, ты тоже поедешь?

– Поеду, – ответила она. – Сама не ожидала. Виктор Сергеевич всё на больничном был, а тут вышел. И решили, пусть он свою алгебру проведёт вместо моей литературы, а то отстают по программе. А у меня как раз только первые уроки и были, потому что пятые классы сегодня в дильфинариум… – она посмотрела куда-то за спину Миши и крикнула строго: – Ну-ка прекратили!

Парень лениво обернулся. Там двое пытались сражаться сумками. Миша хмыкнул и вновь посмотрел на маму.

– Пофоткаю тебя заодно, – улыбнулся он, и женщина вернула ему улыбку.

Миша вновь стал разглядывать присутствующих, гадая, кто из них может оказаться Светой Ерохиной. Вообще, к его удивлению, в десятых классах не оказалось не крашенной брюнетки, которую он себе выдумал. Были рыжие, блондинки, черноволосые и какие-то полосатые… Были даже с синими прядями… Но той Ерохиной, которую он искал, не было.

Она могла опаздывать. А могла и вовсе не поехать, мало ли, по каким причинам.

Парень вздохнул, но на самом деле не очень-то и расстроился. Во-первых. пока не всё было потеряно, а во-вторых, крепости и замки он и сам хотел посетить.

Наконец, всех впустили в автобус.

Как водится, самые шумные выбрали себе задние сиденья, а на передних расположились учителя. И Миша.

Он с нетерпением ждал переклички, и радовался, что буква Е практически в начале алфавита.

Скучная на вид женщина в очках встала посреди прохода и начала зачитывать фамилии. Миша встал, делая вид, что снимает куртку и что у куртки этой заело молнию. Он старался не упустить из виду никого, кто поднимал руку и откликался.

– Ерохина! – услышал он, наконец, знакомую фамилию.

– Тут! – раздался звонкий бойкий голос с середины салона.

– Жданов! – беспристрастно продолжала женщина.

– Я за него! – отозвался какой-то парень и рассмеялся вместе со своими друзьями.

– Достал уже, – качнула головой женщина, но тоже улыбнулась.

Только Миша уже не видел этого и не слышал.

Он был в шоке.

Света Ерохина. Миша смотрел на неё и не мог поверить.

И это она?! А как же Чехов? Он что, ошибался? Или мир с тех пор так изменился, что красивые мысли не только оформлены кривыми буквами, но и обитают в выкрашенной ярко рыжей краской головушке?

Света тряхнула волосами и повернулась лицом к Мише. Вернее, не к нему, а к своим одноклассникам, но парень отлично разглядел её и недовольно поджал губы.

Нарощенные ресницы, практически алая помада, татуаж бровей, крашеные рыжие волосы…

Да ну и что? В целом, нормально смотрится! Да, Миша всегда ценил в девушках естественность, настоящую красоту, приправленную лёгким макияжем, призванным подчеркнуть достоинства, а не создать их. И на такую, какой оказалась Света, он бы в жизни не засмотрелся, но сейчас это было не важно.

Чехов точно обманул! В человеке не должно быть всё прекрасно! Прекрасных мыслей вполне достаточно, а внешность – обманчива! Нельзя просто так отказываться от знакомства с девушкой, чьи мысли так понятны и близки, лишь из-за того, что внешне она оказалась совсем не такой, какой он представлял её себе!

Следовало понаблюдать и… познакомиться! Ксюша всегда давала ценные советы, но Миша привык думать своей головой.

Он вернулся к реальности, стянув с себя куртку и сев на место. В сознание тут же ворвался голос скучной женщины в очках.

– Чтоб никаких ног в проходе не было, это ясно?!

Миша улыбнулся, вспоминая школьные годы. Весело было на экскурсиях, всегда! Даже жаль, что сейчас он здесь сторонний наблюдатель, который не сможет влиться в компанию и как следует повеселиться.

Впрочем, у него иная цель!

Миша включил вакуумные наушники, чтобы больше никого не слышать, и уставился в окно.