Зеркала. Книга 1. Хождение по кругу

– Ах, да. Совсем забыл. – Летор щелкнул пальцами и укоризненно покачал головой, уже стоя на пороге. – Передай остальным, что я в игре. Присоединюсь к вам в Ярре.

– Вдруг передумал? – усомнился Крафт, хотя его больше удивило, откуда Летор узнал, что они собирались отправиться именно в Ярру.

– Я же сказал, что просто люблю совпадения. А здесь их как раз предостаточно.

Крафт вернулся в судейскую комнату, придвинул кресло ближе к камину, устроился в нем, вытянув ноги на пуф, и положил на колени пухлую папку с документами.

Бумаги были пожелтевшими, мятыми от влажности кладовой, где хранились все время между слушаниями, а на самой папке стояла большая буква «Р».

Судья пролистал половину документов, размял затекшие плечи, встал, чтобы налить себе чай. Тот давно остыл, и Крафт выплюнул горькую жидкость с плавающими скрученными листьями в камин. Огонь зашипел, опал к потрескивающим веткам, но вскоре пламя вновь

выровнялось.

Крафт открыл неприметную с виду дверь, сделанную под гобелен. За ней оказалось прямоугольное отверстие с решеткой, через которое его кабинет соединялся с малым залом суда. Слушание, которое вел главный судья Гэрлона, уже подходило к концу. Приговор оглашался в небольшом помещении, где обычно рассматривались особо тяжкие преступления, к которым не допускались даже присяжные. Голос судьи в зале звучал как всегда монотонно, без единой эмоции. Крафт поморщился. При всем тяготении к судейской работе, такие дела он не любил. Ему нравилось играть с подсудимыми, но то, что обычно происходило здесь не забавляло.

Он не разделял решения Лиги отдавать демонам души преступников. Как опытный служитель закона Крафт знал, что человека с долей маниакальных наклонностей нельзя выпускать на свободу. А демоны, когда-то вынужденные подчиниться воле Соломона, были безумны. Главный судья Гэрлона понимал, что созданный учредителями механизм скоро придет в негодность. И никакой договор с тварями не заглушит их жажды. Чем больше овец шло на заклание, тем быстрее росли потребности Тьмы. Крафт испытывал настоящий азарт от судейства, но привлечение демонов, по его мнению, было крайней мерой.

Судья захлопнул окошко, услышав вскрик подсудимого, и вернулся к бумагам.

Ему не особо верилось найти в документах что-нибудь о Рениаке. Крафту не давало покоя другое. Прошлой ночью в приюте он разглядел интерес в глазах Алластара и удивление, так плохо прикрытое на лице Тресса. И если смазливый позер загорелся желанием выиграть, то изворотливый наемник о чем-то знал или, по крайней мере, догадывался. Крафт не хотел уступать кому-то из них.

К тому же, ему не нравился Летор. Больше всего судью раздражал наглый вид, с каким тот имел право к нему заявиться. Крафт привык различать ложь, а сейчас, сдерживаемый проклятием, чувствовал беспомощность. Ему казалось, что остальные шестеро определенно лгут.

Судья перевернул еще один лист, нервно постучал пальцами по отполированному подлокотнику кресла, наткнувшись на запись, сделанную своей же рукой.

Он судил этого человека дважды, каждый раз вынося обвинительный приговор. Мошенник был хитер, и в первый раз ему практически удалось обмануть присяжных, имея настолько крепкое алиби, в которое поверил бы даже убежденный скептик.

Крафт тоже не сразу почувствовал ложь, она пульсировала слишком тихо. Судья поначалу связал это с волнением, пока речь не зашла о том, куда обвиняемый мог спрятать деньги.

При упоминании о тайнике мошенник по-прежнему оставался спокоен и внешне никак не выдал причастность, но теперь ложь в его голосе оглушила главного судью Гэрлона. А он не любил, когда его пытались провести. Поэтому, когда тот же человек вновь оказался на скамье подсудимых, Крафт не слишком задумывался об его виновности. Ведь в справедливости судьи, различающего малейший оттенок лжи, никто не сомневался.

Улыбнувшись своим мыслям, он перевернул еще один лист и раздраженно захлопнул папку.

Имя Рениака действительно упоминалось в документах, но сама запись была уже кем-то вырвана.

***

После продолжительного плутания меж улочек, отчасти изменившихся за прошедшие годы, Летор наконец вывернул на мостовую и очень скоро оказался перед витым ограждением, сквозь кружево которого просвечивало одноэтажное здание.

Распахнутые ставни, на которые не потрудились поставить и обычной кованой решетки, наверняка, являлись в радужных снах местным воришкам. Однако наяву дело омрачнялось защитой куда большей, чем мог предоставить пудовый засов или дежуривший ночь напролет патруль. Магической.

Потоптавшись на крыльце, Летор решил не привлекать лишнего внимания и не применять способности среди бела дня. Поэтому, смирившись с ролью потенциального заказчика, он покорно ударил молотом по металлической обшивке двустворчатой двери и дождался, пока ему откроют.

– Что вам угодно? – Мужчина с красным, словно обгоревшим на солнце лицом, взглянул на него безо всякого интереса.

– Узнать, берется ли ваш хозяин за необычные заказы, – краем глаза рассматривая помещение, официальным тоном протянул Летор.

Мужчина прищурился, будто от яркого света, хоть на улице было довольно пасмурно, и отступил назад.

– Всякое случалось. Что конкретно вы хотите?

Летор обернулся, смерив пристальным взглядом редких прохожих, и поинтересовался:

– Можно мне войти?

Вдоль порога, у самых ног Летора, промелькнула синим бликом искра, снимая на время невидимую преграду, а заодно подтверждая статус стоящего перед ним человека. Либо Ритий был настолько обходителен, что сам привык встречать клиентов, либо настолько же мнителен, что не доверял никому из своих подмастерьев.

Внутри было довольно душно, так что распахнутые настежь окна оказались необходимой мерой, хотя до конца и не спасающей. С любопытством покосившись на панно, заполняющее практически всю стену до самого потолка, Летор кашлянул в кулак:

– Вижу, дела у вас идут неплохо.

Ритий молчал, не спеша подтверждать предположение Летора. Его напряженный взгляд все же о многом рассказал.

– О, нет! Я вовсе не сборщик налогов, нагрянувший с проверкой, – ободряюще отозвался Летор и повыше закатал рукав куртки. – Что скажете? Вы когда-нибудь видели метку, схожую с этой?

– Видел, – подтвердил Ритий, и его глаза пришли в движение. – Например, сегодня она пользуется большой популярностью.

Летор вскинул бровь, и золотарь, рассмеявшись, пояснил:

– Рано утром этой меткой интересовалась одна молодая особа.

– Девушка? Темно-русые волосы, серые глаза, одного со мной возраста?

Ритий безразлично передернул плечами, на мгновение отвлекшись на шум, донесший из глубины коридора:

– Возраст, может, и подходит. Только та, что приходила утром, была светловолоса, глаз, к сожалению, я запомнить не успел.

Летор многозначительно хмыкнул. Значит, не Лерия. Жаль. Вчера ему показалось, что сестра знает о метке гораздо больше остальных. Возможно, она могла помочь, если бы не была настроена самым решительным образом против него. Летор не сомневался, после случившегося Лерия и разговаривать с ним не станет.

– И что вы ей сказали?

– Тоже, что собираюсь и вам. За заказом раз в полгода приходит малец лет десяти, он же передает деньги. Забирает монеты с чеканкой в виде змеи и исчезает. Большего мне и знать не положено.

Золотарь испытующе посмотрел на посетителя, прикидывая, что заказ тот, похоже, делать не собирается. Летор, поняв намек, тут же выудил из кармана куртки рубин густо-красного цвета и перегнал его из ладони в ладонь, любуясь падающими от факелов бликами.

– Та девушка, она что-нибудь еще спрашивала?

– Ничего, что имело бы отношения к вашей метке, – с трудом оторвав взгляд от камня, качнул головой Ритий и, видя, что Летор собирается уходить, расплылся в холодной, похожей на оскал зверя улыбке. – Но кое о чем, что могло бы помочь вам ее разыскать, она все же сказала.

***

Сайлен выглядел испуганным.

– Быстро ты решения меняешь. – Виена, играя прядью волос, смотрела на него из-под полуопущенных ресниц. – Или расхотелось к богатенькому папочке возвращаться?

– Будь моя воля, я бы здесь не появился.

– Конечно. Зачем играть в героев, когда еще есть не растраченные сбережения? Привык жить на всем готовом, а тут пришлось по плохой погоде ноги помочить. – Тресс похлопал себя по карманам и, найдя искомое, вытащил флягу.

– Ты не понимаешь, о чем говоришь, – гневно прошептал Сайлен. – Сегодня ночью я уверовал в проклятие. Оно реально существует. Шердак не врал.

Виена звонко рассмеялась, глядя в перекошенное от страха лицо мальчишки.

– Естественно, не врал. А ты думал, что он ради забавы помимо горстки неудачников вытащил меня? – через плечо бросил Алластар, отвязывав лошадь от дерева, и повернулся к собравшимся посреди пролеска. – Так что случилось?

– Меня едва не убили. Не знаю, что им было нужно, денег или просто взыграла жажда крови, но смерть прошла от меня буквально в шаге.

Тресс скрутил пробку и втянул в себя кислый запах дешевого вина:

– А еще говорят, что это я слишком много выпиваю. Тебя папочка не предупреждал, что закладывать за воротник в столь юном возрасте небезопасно? – Он сделал глоток и, морщась, ухватил за шиворот подскочившего к нему Сайлена. – Не испытывай судьбу, щенок. Может, моя реакция уже не та, что была раньше, однако, я еще не так стар, чтобы хорошенько не навалять по шее какому-то сопляку.

– Отпусти, – совершая тщетные попытки вырваться, прошипел Сайлен.

– Таких как ты надо учить хорошим манерам.

Сайлен еще несколько раз дернулся, но, внезапно успокоившись, положил руку на плечо Тресса и произнес тихо и убежденно:

– Отпусти.

Виена, крепившая в этот момент кобуру, вдруг выронила ее из рук в самую грязь. Тресс растерянно пошатнулся, медленно разжимая пальцы, но тут же опомнился и еще крепче, до побеления костяшек, вцепился в ворот куртки:

– Что еще за выкрутасы?

– Это, мой дорогой Тресс, одна из семи возможностей, которыми мы отныне владеем. – Прозвучало сбоку, и из-за деревьев показался Крафт. – Раз мы вместе, то, полагаю, и способности теперь у нас общие.

– Ты ошибся в подсчетах, – хмуро произнесла Лерия. – Нас шестеро.

– К сожалению, я сказал все верно. Твой брат, по-видимому, слишком сентиментален, раз до сих пор дорожит родственными связями и не хочет отпускать сестренку одну. Впрочем, как раз здесь я могу и ошибаться, – окидывая взглядом остальных, сделал допущение Крафт.

– Не успел прочувствовать правду в его словах? – в темных глазах Алластара промелькнула насмешка.

Он кивнул Крафту, но ничего дружеского в этом жесте не было.

– Наоборот. Времени у меня было предостаточно. Летор заходил ко мне утром. Дело в другом.

– И в чем же? – отшвырнув Сайлена, приглушенно произнес Тресс и тут же приложился к горлышку фляги.

– А ты еще не понял? На тебя только что попытались воздействовать с помощью магии. В десяти случаях из десяти юному наследнику солидного капитала удалось бы заставить тебя не только отпустить его, но еще и припасть на колени, вымаливая прощение. Только хваленая на все лады магия неожиданно дала сбой, и причина тому – объединяющее нас проклятие. В пределах нашего тесного круга способности не действуют. Хотя, – Крафт перевел взгляд на Виену, – не бывает правил без исключений. Кто-то среди нас явно слабее. А слабые звенья из цепочки выбить легче всего.

– Не тебе говорить об этом, судья. – Виена отбросила косу назад. – Я выросла на улице и всегда смогу найти способ выжить.

– Даже, когда за тобой ходит сама смерть? – уточнил Крафт и, подойдя ближе, протянул руку растянувшемуся на грязной траве Сайлену. – Будь добр, расскажи-ка, что заставило тебя примкнуть к нашей замечательной компании в самый последний момент?

Сайлен поднялся и, исподлобья глядя на Тресса, вытер подбородок краем рукава.

– Я вернулся на постоялый двор после полуночи далеко не в лучшем расположении духа. Блок не поставил, дверь не запер, просто сразу же лег спать, посчитав всякую предосторожность излишней. А спустя какое-то время, ко мне с визитом решили нагрянуть нежданные гости, не забывшие прихватить с собой парочку заточенных клинков. Наверное, они выслеживали меня еще от дверей приюта.

– И все это из-за какой-то лени? – скептически протянул Тресс. – Быть не может.

– Я тоже так думал, пока стравливал их друг с другом. Только на этом история не закончилась. Наутро услужливому хозяину, посчитавшему, что все постояльцы давно разъехались, вздумалось промаслить полы. При этом он ненароком забыл затушить догорающие с ночи факелы. Не проснись я от жгучей боли, то вряд ли бы почувствовал запах гари. Меня спасла вспыхнувшая на руке метка, но я не уверен, что она оградит меня от проклятия и в следующий раз.

– Ты чересчур мнительный, – дернула плечом Виена.

Сайлен сжал кулаки. Крафт похлопал его по плечу, призывая реагировать на выпады воровки не столь болезненно.

– Не обижай мальчика понапрасну. Лучше скажи, что сама здесь делаешь? Или тебе надоело довольствоваться малым, таская мелочь по карманам богачей, и ты решила взять более крупный куш?

Виена дернулась, и Крафт на миг ощутил, как перед глазами промелькнула Тьма.

– Тише! От ваших криков у меня начинает раскалываться голова, – с тоской покачивая опустевшую флягу, Тресс прижал пальцы к вискам. – Если щенок прав, и по нашим следам действительно ходит смерть, следует быть более сплоченными.

– Зачем же?! Он сам сказал, что чуть не отправился погостить к праотцам. Первая жертва уже намечена, и пока Сайлен жив, нам не о чем волноваться, – язвительно заметила Виена, отворачиваясь от судьи.

– Ошибаешься. – Алластар запрыгнул на лошадь и натянул поводья. – Мальчишка пусть и на время, но переборол грех. Теперь очередь за одним из нас. И я уже начинаю думать, как совершить какой-нибудь благородный и не слишком позерский поступок.