Переходный возраст

Глава 26. Новый поворот

Сегодня у Андрея был день рождения. Мы уже заранее решили, что проведем этот день вместе, покрасней мере, этого хотел сам именинник.

Я приготовила вкусный ужин и подарок для Андрея. Я приготовила небольшой дневник. Дневник наших отношений с Андреем. На каждой странице этого дневника я нарисовала ситуации из наших отношений, места и города, где мы были вместе, а сверху были французские выражения о любви. Этот подарок был выбран мной неслучайно.

Вечером я ждала Андрея в нашей с ним квартире. Андрей приехал не очень веселый, так как это было написано на его лице. Хотя утром, мы ещё с ним созванивались, и всё было хорошо.

– Ты что виделась с моей женой?

– С Днём Рождения! – пыталась я обнять и поцеловать Андрея.

– Рита, хватит! Что это за шутки.

– Она сама приехала ко мне и попросила научить её рисовать. Я что должна была отказать?

– Да, ты должна была отказать, зачем это всё. Зачем ей знать к кому я ухожу.

– Не вижу в этом ничего такого…Что ты сейчас сказал?

– Я сказал, что ты должна была отказать.

– Нет, это я слышала, а после этого? Что ты сказал после этого?

– Что я ухожу от Насти. Я хочу быть с тобой. Я больше не хочу везти эту игру на два фронта. Я устал, я хочу быть с тобой. Всё! Надеюсь, ты тоже уйдешь от своего мужа.

– Андрей, я не хотела начинать этот разговор в начале твоего дня рождения, но раз ты сам его начал. Я хотела поговорить с тобой. Я уезжаю.

– Куда? На сколько?

– Боюсь, что навсегда. Возможно, и нет, но пока такие предпосылки. Я уезжаю в Питер вместе с Аней. Аня едет туда учиться. Я всё решила и поеду с ней. Не надо тебе уходить от жены и от семьи, сохрани хоть ты семью.

– Значит, ты всё-таки решила остаться со своим муженьком!

– Нет, ты меня слышишь! Я не останусь с Витей и не потому, что он плохой, а потому, что я не достойна его. Я поеду с дочерью. И уже прости, я не могу делать выбор между тобой и ей. Я всегда, при любых условиях, выберу её. Она моя дочь!

– Всё, что было между нами, это что? Это твоё очередное увлечение? Я же просил, чтобы ты сделала выбор. Я же просил! Ты же его уже сделала. Почему ты сейчас меняешь всё, думая только о себе. А обо мне ты подумала? Как будет мне?

– Вот именно, я не думаю о себе, и о тебе я тоже подумала, в первую очередь. Андрей, пойми, мы можем быть вместе, и какое-то время мы будем действительно счастливы, а потом, что потом? Ты думал? Про бытовуху я не говорю, здесь у нас есть опыт, мы справимся. А дети? Ты будешь скучать по своим детям, я по своей дочке. Мы не сможем быть рядом с ними в важные для них минуты жизни, и в этом мы будем винить сначала себя, потом друг друга. Мы потонем в болоте своей же вины. Лучше оставить наш роман незаконченным, на том этапе, на котором он сейчас, тогда мы сможем сохранить это трепетное чувство, которое так неожиданно возникло между нами.

– Я прошу тебя, уходи. Уходи! Убирайся! Пошла ВОН! – просто бешено кричал Андрей.

– Мой подарок! – спокойно произнесла я и протянула ему дневник наших отношений.

Андрей, не поднимая глаз, взял его. Я стала надевать куртку и сапоги.

Андрей крикнул мне вслед слова, которые никогда ещё мне не говорил:

– Je t'aime! (Я люблю тебя!)

Я быстро сняла куртку и подошла к Андрею. Я стала его целовать и целовать. Мы не могли насытиться друг другом. Я бешено снимала с него пиджак, он с меня платье, которое обтягивало меня. Платье было длинным и тяжело снималось, тогда Андрей разорвал его снизу.

Горячие губы Андрея обжигали всё моё тело. Сегодня они были очень горячими, огненными, они оставляли ожоги на каждом миллиметре моего тело, где поцеловал меня Андрей. Меня бросало в жар, затем был жуткий озноб, как при высокой температуре. Моё сознание было в полном помутнении, я не понимала, где я и кто я. Я и не хотела этого понимать, так как сознание моего «я» в данный момент, могло только ранить меня. Я полностью растворялась в Андрее, а он во мне. Мы оба понимали, что это наш последний раз. Ничего уже не исправить и не изменить. Эта история не может быть со счастливым концом. Хотя кто знает, какой конец счастливый, который сейчас или который мог быть, если мы всё-таки остались вместе.

– Пожалуйста, останься на ночь! – попросил меня Андрей.

Я, молча, согласилась с ним глазами. Мы лежали рядом и пытались каждую минуту посвятить друг другу.

– Что ты мне подарила? – начал разглядывать мой подарок Андрей.

Мы стали рассматривать наш альбом, вспоминали все наши моменты, смеялись:

– Я в тебя влюбился с первого взгляда.

– Да ладно. Ты мне этого не говорил.

– Чтобы не зазнавалась! – засмеялся Андрей. – Нет, правда. Я не знаю, что, но в тебе есть что-то такое, что притягивает. Не случайно ты вся такая творческая и необычная. Да, вот правильное слово – необычная. Ты не такая, как все. Хотя какие все, я тоже не знаю, но ты не такая!

– Настя догадывается, что у тебя есть кто-то. Сохрани семью. Она очень хорошая у тебя и искренне любит тебя.

– Вы что с ней даже успели подружиться? Я в шоке.

– Мы же не враги.

– Да, но вы конкурентки.

– Я думала, что у меня нет конкуренток.

– Ты права, у тебя их нет. По крайней мере, для меня ты одна такая. Ты единственная, – шепотом произнес Андрей и поцеловал меня.

Всю ночь мы не спали, то болтали обо всем, то растворялись друг в друге, то просто, молча, смотрели друг на друга, пытаясь, запомнить каждую черту лица друг друга.

Утром я обежала глазами нашу квартиру с Андреем, каждый уголочек, каждый квадратный метр я проводила взглядом. Я здесь была такая счастливая.

Выйдя на улицу, мы неосторожно и неловко обнялись.

– Я не прощаюсь.

– Я тоже, – ответила я и быстрым шагам пошла к своей машине.

Я отъехала метров 500, остановилась и слезы потекли по моему лицу. Это было не истеричный плач, это был просто тихий крик души. Сознание снова вернулось ко мне и махало головой, соглашаясь с моим решением. А душа и сердце просто плакало, принимая данный выбор как должный.

Я приехала домой, на пороге стояли Витя и Аня.

– Мама! – крикнула Аня и обняла меня.

– Рит, ты, где была? У тебя выключен телефон! Мы тебя везде искали. Маша тоже не в курсе. Что у тебя с платьем? Что случилось?

– Всё нормально, сейчас я тебе всё расскажу, пришло время правды. Анют, иди, пожалуйста, в свою комнату.

– Витя, пойдем, поговорим.

Мы прошли на кухню, закрыли дверь, и только я хотела начать свой откровенный рассказ о своих изменах, как меня перебил Витя:

– Ты мне изменяешь?! Ты, что думала, что я этого не вижу, что я совершенно слепой. Я всё знаю, Рит, и знаю давно.

– Как? Когда ты узнал? – в недоумении начала я свой допрос, стало ещё более стыдно от того, что Витя давно всё знал.

– Точно не помню. Но, мне всё стало ясно после нашего совместного отпуска. Первые дни ты была очень счастливой, потом всё, тебя, как подменили. Я уже стал подозревать, что ты там с кем-то познакомилась. Но хотя это на тебя совершенно не похоже. Ты постоянно где-то задерживаешься, такого раньше не было никогда. Какие-то звонки, смс. А твоя последняя выставка: «Первая любовь», самоназвание говорит за себя. Ты бы не стала такое рисовать, не переживая всё это. То, что ты нашла общий язык с Аней. Нет, всё это понятно было сразу. Про Париж вообще молчу, понятно с кем и зачем ты туда летала. Раньше ты не про какие конференции в Париже не говорила, а тут случайно узнала. Рит, я слишком хорошо тебя знаю, похоже, даже лучше, чем ты себя. Раз ты не догадывалась, что можешь спалиться на всех этих вещах. Ну и самое главное ты стала так холодна, я же вижу, как тебе противно, когда я к тебе прикасаюсь.

– Витя, прости меня. Я сама этого не хотела, всё вышло случайно. Только, пожалуйста, не проси меня рассказывать, как всё вышло, кто он и почему я на это пошла.

– Я и не хочу этого знать. Если бы хотел, то давно бы уже это узнал и проследил за тобой.

– Витя, я хочу уехать с Аней в Питер.

– Тебе не надо уезжать, я могу уйти. Сам уйти, живи здесь одна. Я ни на что не претендую. Зачем тебе уезжать в другой город? Тут твои картины популярны, а там, что ты будешь делать там?

– Там я буду с Аней. Для меня это важно.

– Он тоже туда едет?

– Кто он? А, нет, конечно, нет, что ты! Я не буду с ним. Между нами всё и это окончательно.

– Рит, тогда давай попробуем всё сначала? Я люблю тебя, я готов простить тебе всё это. В конце концов, я сам во многом виноват, я не уделял тебе нужного внимания, я сам постоянно был на работе. Я погряз в этих рабочих делах, а тебе, как творческому человеку, нужны эмоции, чувства. Я сам всё тебе это не отдал в нужном количестве. Ведь мы вместе прожили семнадцать лет, и не было никогда у нас с тобой такого. Это просто возраст. Бывает же такое у многих. – Витя подошел и взял меня за обе руки.

– Переходный возраст, – засмеялась я.

– Да, как у Ани. Вот ты уже смеешься, даже тебе всё это смешно!

– Витя! – вынула я свои руки из рук Вити. – Нет! Это не смешно. Я не просто изменяла тебе, я полюбила, полюбила другого человека. Я не буду с ним! Это точно! Но и с тобой я не буду! Не потому, что ты чем-то хуже его, нет, а потому, что я не достойна тебя. Витя, ты замечательный, ты достоин другого отношения к себе, ты достоин, чтобы тебя тоже любили и уважали. И не предавали, как я тебя предала. Прости меня, и отпусти, пожалуйста, отпусти.

– Я слишком сильно тебя люблю, чтобы удерживать рядом с собой. Я тебя отпускаю.

– Спасибо.

– Я поживу пару дней до вашего отъезда в Питер у мамы, а вы тут одни пока.

– Витя, спасибо.

– НЕТ! – вбежала Аня и обняла папу. – Не уходи, я не хочу жить с этой предательницей. Я ненавижу тебя, слышишь, ненавижу, ты такая же, как и Максим. Уходи ты! А папа останется.

– Аня, что ты говоришь? Ты зачем подслушивала нас? Маму нельзя обижать. В конце концов, это наши отношения с мамой.

– Нет, Витя, она права! Я уйду! Пока поживу у Маши или сниму квартиру. Вещи завтра заберу, сейчас только переоденусь.

Я зашла в комнату, переодела свое разодранное платье и уже собиралась уходить, как меня остановил Витя:

– Я поговорю с Аней. Всё наладится.

– Как можно быть таким, как ты, Вить? Неужели ты меня не презираешь?

– Нет, я люблю тебя, Рит, и всегда любил. Невозможно презирать человека, которого любишь, даже если он сделал тебе больно. Ты сделала меня счастливым, а это для меня важнее, чем всё то, что произошло сейчас.

– Я ещё раз убедилась, что никогда не была достойна тебя. Пока.

Я быстро выбежала из дома. Слезы уже наворачивались. Для меня было бы лучше, если Витя накричал, обозвал, выгнал. А его слова и поведение только ещё сильнее заставили меня чувствовать себя ничтожеством. Только сейчас я понимаю, что самое страшное в моей жизни – это потерять любовь своей дочери. Если она меня не простит, я не знаю, как смогу дальше жить. Моя жизнь будет похоже на безвыходное существование.

– Привет, можно у тебя переночевать?

– Привет, Рит, что случилось? Ты ушла от Вити? Заходи. Конечно, можно.

– Я приму ванну, потом поболтаем.

– Конечно, заходи.

Я принимала ванну и пыталась смыть всю ту грязь, которая накопилась у меня. Но смыть грязь с тела можно, а вот со своей души – нет. Я не знала, что делать, как себя вести дальше, чтобы помириться с Аней до её переезда. Иначе потом я никогда уже не смогу найти с ней общий язык. Тем более, если она будет жить в Питере с мамой Вити, которая сразу меня не возлюбила, наверное, сразу раскусила мою гнилую натуру.

Я не хотела смотреть на себя в зеркало, потому что отражение в нём было мне настолько противным, что хотелось разбить его.

– Что случилось? Выпей чай. Он с мятой, успокаивает.

– Ой, Маша. Я столько всего натворила, что даже говорить вслух стыдно. Таких, как я, все презирают, и ты тоже. Потому что такие как я, разрушают семьи, предают, делают больно тем, кто их любит, переступают через моральные принципы.

– Всё, понеслось. Хватит мне читать эти морали. Я всё осознала сама, и уже давно поняла, что виноват мужчина, которые изменяет, а не другие женщины. Хотя они тоже виноваты, но не если не ты, значит другая. Тем более, – взяла меня за руки Маша, – у вас были настоящие чувства. Я же видела, как вы друг на друга смотрели, это непросто интрижка. Вам не повезло, так как встретились вы не в то время, но так бывает. Не всё в этой жизни зависит от нас, и сердцу не прикажешь. Я вот тоже не смогла жить с Валентином, так как не любила его. Да, он хороший и благородный, но я не люблю его. Может быть, Стас пытался со мной быть из-за чувства благодарности, поэтому и изменял. Его тоже можно понять.

– Не надо только твоего Стаса оправдывать. Такие, как он, никого никогда не любили, кроме себя. И вряд ли полюбят.

– Не буду с этим спорить. Итак, уже два раза на одни и те же грабли наступила. Ну, что там у тебя случилось? Можешь, конкретнее рассказать?

– Я ушла от Андрея, я ушла от Вити. Самое страшное, когда я всё говорила Вите, это услышала Аня. Она меня выгнала из дома и не хочет больше видеть.

– Ты что?! Она отойдет. Хочешь, я с ней поговорю, всё объясню?

– Нет, Маша, я сама. Самое интересное, что Витя уже давно знал про мои похождения.

– Да ладно, и что он тебе сказал?

– Что всё равно любит и готов простить. Но я не могу быть с ним, потому что не люблю, потому что он слишком хороший для меня.

– Да, подруга, влипла ты. А почему решила от Андрея уйти?

– Он собрался уходить от жены ко мне. А его жена училась у меня рисованию. Долго рассказывать, но она очень хорошая и любит его. Я не хочу, чтобы их семья рушилась.

– Ты можешь подумать о себе? Если он не любит свою жену, что это будет за семья?

– Я хочу уехать в Питер вместе с Аней. Она порвала со своей первой любовью. У неё кризис. Максим её предал, сейчас ещё и я. Вообще мы с Витей хотим перевести её в школу при институте телевидения, бизнеса и дизайна. У Вити там друг работает, но не суть. Я уеду, что за отношения у нас получатся с Андреем?! Нет, всё решено. Для меня важнее всех и всего в этой жизни это моя дочь.

– С этим не поспоришь. У вас прямо так всё закрутилось. А как жена Андрея тебя нашла?

– По картине, которую я подарила Андрею. Она думала, что эту картину Андрею подарил Валентин, а Валентину ты предложила. Но, в общем, она ничего не знает про нас. Но то, что у Андрея кто-то есть догадывается.

– Ясно. Тут, похоже, чаем не обойтись.

– Я пойду посплю, пока твои не пришли из школы. Хочу спать.

– Ложись.

– А ты почему дома?

– Ой, у меня сегодня дела. Я сейчас отъеду, приеду и всё тебе расскажу.

– Хорошо.

Я легла спать и сразу вырубилась, хотя в голове было очень много негативных мыслях и все в мою сторону. Разбудил меня телефонный звонок:

– Алло?

– Рита, привет. Это Настя, можем с тобой увидеться?

«Что опять ей от меня нужно?!».

– Хорошо, давай. Где?

– Давай через час в кафе, где прошлый раз обедали? Через час, нормально?

– Да, в самый раз.

Я быстро собралась, хорошо, что у Маши в квартире есть запасные ключи.

Я приехала в кафе, села за столик и ожидала Настю. Я не знала, для чего она решила снова встретиться со мной. Но голова была забита сейчас другим: «Как помириться с Аней?!».

– Привет! – произнесла Настя, сажаясь за столик ко мне.

– Да, привет. Что случилось?

– А ты не знаешь?

– О чём ты?

– Хотела сказать тебе – спасибо, не знаю, почему ты решила уйти от него, в любом случае – спасибо.

«О чём это она? Причём тут она и Витя? Я вроде от него ушла! Или я что-то не понимаю?!»

– Я не понимаю. О чём ты, Настя?

– Хорошо, начну по-другому. Андрей принес домой картину, на которой были изображены девушка и парень. Картина была неоднозначная и наводила на мысль, что герои картины хотят быть вместе, но им что-то мешает это сделать. Сначала я не очень предала этому значение. Подарок, как подарок. Но, когда я стала протирать пыль с картины, я заметила внизу инициалы художника: «Маргарита Разумовская». В голове вертелась фамилия: «Разумовская, Разумовская». И тут я вспоминаю, что слышала эту фамилию в больнице. Разумовская, это та девушка, которая одолжила мне свой халат в больнице. Девушка, которая тоже спускалась с этажа, на котором лежал мой муж. Неслучайны ли эти совпадения? Конечно, это могло быть и совпадением. Я решила проверить свои догадки. И узнала адрес выставки твоих картин. Приехав на выставку, я посмотрела все твои работы. Но одна картина меня сразу натолкнула на мысль, что ты любовница Андрея. Картина, где изображен мужчина, который так сладко спит. Очертание, манера так держать подушку, когда спишь – это был Андрей. У администратора выставки я уточнила, где я могу видеть автора. На что администратор мне ответил, что автор уехал на пару дней в Париж. Андрей тоже уехал на пару дней в командировку. Мне он сказал, что не в Париж. Но я всё поняла. Приходить и устраивать скандал не в моих принципах. Тем более, это делу не поможет. Я знаю своего мужа, просто на очередную интрижку он не пойдет, значит, есть чувства. Мне нужно было познакомиться с тобой, войти к тебе в доверие. Я и придумала этот предлог по поводу – научиться рисовать.

«Я была в полном шоке. Все вокруг всё знают и молчат. Все играют в какую-ту игру. А я ещё её жалела».

– Ты мне понравилась. В тебе есть что– то, что притягивает. Необычная внешность, творческая натура и какая-то загадка. Я поняла, что в тебе нашел Андрей. Он не из тех мужчин, которые ведутся на длинные ноги и силиконовые губы. Пообщавшись с тобой ближе, ты мне понравилась.

– Ты мне тоже понравилась. Почему ты вела такую игру? Что тебе дало то, что ты узнала какая я?

– В войне все средства хороши. Мне нужно было влиться к тебе в доверие. Узнав, какой ты человек, хоть немного, я поняла, как с тобой нужно действовать. Я специально придумала эту историю про предательство лучшей подруги и молодого человека. Специально приехала, плача и рассказывая о том, что боюсь потерять Андрея. В итоге, это же помогло. Я хотела подарить Андрею нашу картину, которую мы вместе нарисовали, с намеком, что я всё знаю и что нужно с этим завязывать. Но с утра, когда я подарила Андрею картину, Андрей мне сказал не то, что я хотела услышать. Он сказал, что вечером нам нужно будет серьезно поговорить и что скоро всё поменяется. Он не пришел ночевать, я всё поняла. Я подумала, что мой план не сработал. Но, на следующий день он вернулся и сказал мне, что скоро он откроет свой дилерский центр и наша жизнь станет намного лучше. Я улыбнулась и не подала вида, хотя понимала, что не это вчера он мне хотел сказать. Значит, ты пожалела меня и ушла от него.

– Браво. Ты заслуживаешь аплодисментов. В тебе пропадает замечательная актриса, – с иронией отвечала я.

– Не надо этого. Я могла ничего тебе не говорить.

– Да, но теперь я знаю, какая ты на самом деле. Я уверенна, что и это ты мне рассказала сейчас специально. Для той цели, чтобы я уже не при каких обстоятельствах не возвращалась к Андрею. Ту сумму, которую ты мне заплатила за обучение, было своим родом откупом. Правильно, я понимаю?

– Совершенно правильно. Если нужно я ещё могу заплатить, только прошу тебя, уйди из нашей жизни. Лучше уезжай в другой город, иначе, я могу пойти на шантаж и всё рассказать твоему мужу.

– Ты что? Как мне страшно. Мне не нужны твои деньги. Я тебе их переведу на твой счет по номеру твоего телефона, так как с собой их у меня нет. Мой муж, итак всё знает, я ушла от него. И я действительно уезжаю в другой город, но из-за дочери. А ушла я от Андрея не из-за тебя, и твой план не сработал, я ушла из-за причины своего переезда в другой город. Чтобы не причинять ему боли из-за нашего расстояния. Мне было тебя жаль, и сейчас мне тебя тоже жаль, но уже по-другому. Жаль, что ты такая. Не я, так другая уведёт от тебя Андрея и никакой выкуп не поможет. У тебя нет души, раз ты играешь на чувствах. Я не святая, но ты хуже меня.

– Чем это я хуже тебя? Я не уводила ни у кого мужа, я не сплю с чужими мужчинами.

– Я в этом очень грешна, но всё это я делала от чистого сердца, я не пыталась получить выгоду, я никому не давила на жалость, я не пыталась лицемерить и дружить с тобой. Не знаю, после знакомства с тобой, я себя ненавидела. Теперь мне стало легче. Не бойся, я не вернусь к Андрею. Просто, почему ты не пришла и не поговорила честно?

– А, что это бы дало?

– Я может быть … Хотя тебе не понять. Раз ты на такое пошла. Нет, я себя не оправдываю. Но ты недостойна его. Вашу семью спасают только дети. И то не удивлюсь, если ты их рожала, чтобы удержать его. Прости, мне надо уйти. Надеюсь, это наша последняя встреча. Деньги переведу.

Я быстро встала и ушла. Мне было противно находиться рядом с ней. Когда любишь человека, не будешь так себя вести. Это эгоистично. Это любовь к своей персоне, но не к другому человеку. Милая обложка, а внутри такая гниль. Даже немного отлегло после встречи с ней, и ненависть к себе немного пропала. Она недостойна Андрея.

Глава 27. Ma fille! (Моя дочка!)

Мне нужно было побыть одной, поэтому я поехала к себе в мастерскую. Я понимала, что у Маши сейчас дома дети, и я не смогу сосредоточиться. Я хотела написать письмо Ане, всё ей объяснить, чтобы она поняла меня, простила и приняла. Иногда тяжело всё сказать в лицо, забываешь слова, не можешь подобрать нужных слов, теряешься, нервничаешь, и всё зря. А на листке бумаги ложатся строки, которые идут от самого сердца, от души. Слова, которые попадают в самую точку, и которые ты читаешь и понимаешь так, как нужно тебе. Сначала, может, не захочешь читать, но потом прочитаешь.