Последние цветы

Глава 1

Женя, с усталостью, въевшейся в каждую клеточку тела, тяжело шагала по фойе, стуча каблучками по кафельному полу. Замедлившись, она остановилась перед украшенным бумажными снежинками окном, подняла глаза. За окнами банка, в котором она работала больше двух лет и где провела очередной день, перебирая цифры и фальшиво улыбаясь клиентам, бушевал предновогодний снегопад. Снег крупными, пушистыми хлопьями укрывал город, стирая острые углы и превращая привычные улицы в сказочные пейзажи. Но для Жени этот снег был лишь фоном к её нескончаемому невезению. Казалось, судьба решила устроить ей персональный парад ударов, один за другим, не давая передышки. Сегодняшний вечер не обещал быть исключением. Измотанная, с тяжёлым сердцем и нехорошим предчувствием, она направлялась домой. По пути зашла в небольшой продуктовый магазин, чтобы купить солёных огурчиков для любимого салата своего жениха, Андрея.

«Устроим праздничный ужин. Репетицию перед Новым годом», – подумала она.

Хотелось хоть немного скрасить этот холодный вечер, который, как вор, прокрался в самую душу, и сделать его чуточку теплее. В магазине было людно, все толкались и хватали с прилавков всё подряд. Предпраздничная суета царила в воздухе. Женя с банкой огурцов, пробираясь к кассе между стеллажами, вдруг услышала знакомый голос. Это была её подруга и коллега Ольга. Та стояла у полки с вином, оживлённо разговаривая по телефону, совершенно не замечая Жени, которая оказалась всего в паре метров. «Да, да, он уже всё решил», – говорила Ольга, её голос звучал как-то нервно, но в то же время с оттенком удовлетворения.

«Андрей сказал, что больше не может ей врать. Ты же знаешь, как он не любит неопределённость. Да, конечно, я уточнила, когда он собирается сообщить Жене о своём решении. Невезучая она какая-то: мама умерла, должность, на которую она рассчитывала, досталась мне, да и жених теперь тоже мой», – довольно хихикнув, Ольга взяла бутылку с прилавка и положила себе в корзину.

Сердце Жени сжалось. Стало тяжело дышать. Грудную клетку сдавило от осознания предательства. Дальше слов Ольги она не слышала из-за звона в ушах. Женя замерла, словно вкопанная. Слова «подруги», как ледяные иглы, впивались в её сознание. Андрей. Решение. Разрыв. Она не могла поверить своим ушам. Неужели это правда? Неужели её жених, её Андрей, человек, который клялся в любви, собирается её бросить? Судорожно хватая ртом воздух, Женя сорвалась с места и побежала прочь из магазина, не обращая внимания на удивлённые взгляды покупателей, которых расталкивала локтями. Автоматическая дверь супермаркета бесшумно открылась перед ней. Выскочив на улицу и прижавшись спиной к столбу, чтобы не упасть от слабости, Женя глубоко дышала. Снег обжигал лицо холодными поцелуями. Она собрала все силы и, качаясь, побрела в сторону дома. Её охватило отчаяние. Остановившись посреди улицы, подняла голову к небу и, срывая голос, крикнула: «Да пошло оно всё к чёрту!»

И, словно по волшебству, её желание исполнилось...

Андрей позвонил в восемь вечера. Сидя на диване в пуховике, Женя смотрела на светящийся экран телефона, и слезы катились из глаз. Сбросив звонок, она трясущимися руками написала короткое сообщение:

«Я заболела, не приходи сегодня». Швырнула телефон на стол и вытерла слёзы.

Телефон тут же оповестил о новом сообщении, но, проигнорированный хозяйкой, остался лежать на столе.

«Моя жизнь похожа на карточный домик: кто-то вытащил нижнюю карту, и всё рухнуло. Как мне всё это пережить, я не понимаю».

Тяжело и прерывисто вздохнув, девушка встала с дивана. Слёзы продолжали бежать по щекам. Она не могла контролировать своё состояние, как ни пыталась успокоить мысли. Обида погрузила её в черноту - вязкую, засасывающую темноту, наполняя ненавистью.

«Почему со мной всё это происходит? Сначала мама: долбаный рак убивал её три года. Мне так тебя не хватает, мамочка! Теперь Андрей. Неужели я так и не узнала его за пять лет? Не понимаю, зачем нужно было скрывать. Полюбил другую- бывает. Как больно! Зачем врать и притворяться? Не понимаю я этого. Сколько у них продолжаются отношения? Ольга, тварь! Она же спит с директором. Все сотрудники банка знают, как она получила повышение. Интересно, знает об этом дорогой Андрюша?».

Погружаясь в тяжёлые размышления, Женя уронила свой пуховик на пол и прошла по сумрачной комнате. Свет она не зажигала. Остановившись у окна, отодвинула тюль и прижалась лбом к холодному стеклу. Замерла, наблюдая за падающим снегом под фонарём на парковке.

Он всё сыпал и сыпал.

«Вот бы он засыпал все дома под самую крышу! Похоронил, к чёртовой матери, весь этот лживый город под своим холодным телом. Что делать? Искать новую работу. Как пережить предательство близких людей?».

Пройдя на кухню, Женя включила свет и подошла к столу, на котором стояла баночка с огурцами. Усевшись на стул, придвинула банку к себе. С третьей попытки открутила крышку и пальцами достала один огурчик, сунула в рот и начала жевать. Затем ещё один и ещё. Её рот был набит огурцами, и солёно-кислый сок вытекал и капал на белую рубашку. Лицо щипало. Погрузив пальцы в банку, она искала очередной огурец, но, присмотревшись, поняла, что съела всё.

Опустив свой взгляд, потянула мокрую рубашку на груди в разные стороны. Ткань натянулась, и пуговицы начали отрываться одна за другой. Женя сняла рубашку и выкинула в мусорное ведро. Ей захотелось немедленно избавиться от всего, что связано с работой, Ольгой, Андреем, этой жизнью. Пройдя в спальню, включила свет и распахнула створки шкафа, где, помимо её одежды, хранились вещи Андрея: несколько рубашек и джинсы.

В мусорное ведро полетело всё, включая кольцо — подарок Андрея.

Как и когда уснула, Женя даже не поняла. Будильник заставил открыть глаза.

6:30 - мигающие цифры оповещали о том, что пора на работу. Женя протянула руку, взяла пищащую коробочку, размахнулась и кинула в стену. От удара будильник развалился на две части, упал на пол и замолчал. Она перевернулась на другой бок и закрыла глаза. Сон не шёл. Вернулись мысли. Ощущение одиночества, потерянности, ненужности.

Нехотя вылезая из-под одеяла и натянув флисовый голубой халат, Женя завязала пояс, воткнула ноги в тапки и побрела на кухню. Сидя за кухонным столом с чашкой кофе, набрала на компьютере «работа». Настроя найти эту самую работу не было, но нужно было заняться чем-то, что может отвлечь.

Листая объявление за объявлением, Женя поймала себя на том, что не читает предложения, а продолжает терзать себя обидой. Закрыв компьютер, посмотрела на часы. Зазвонил телефон. Номер незнакомый.

— Слушаю вас,— немного подумав, Женя ответила на звонок.

—Я не могу до тебя дозвониться! – раздражённо заорал знакомый голос. Андрей. Вспомнив, что заблокировала в телефоне и его, и Ольгу, Женя тяжело вздохнула. Хватает же совести звонить!

—Что тебе нужно?! Я всё знаю! Вы, вы, вы! – пытаясь подобрать слово, заикаясь, кричала Женя в ответ, чувствуя себя униженной, втоптанной в грязь и раздавленной. Повисла пауза.

—Давай встретимся и поговорим,— как-то без особых эмоций предложил Андрей. Голос звучал совершенно спокойно. Это ещё сильнее зацепило Женю. От возмущения в голове путались мысли. В таком состоянии невозможно продолжать разговор. Нажав отбой, тут же заблокировала очередной номер и бросила телефон на стол.

«О чём нам говорить? Пошёл ты, козёл!»

Сердце колотилось. Опять зазвонил телефон. Нервно схватив трубку, приготовившись сбросить очередной незнакомый номер, Женя увидела, что звонит Алена Бородина — коллега из банка.

«Отвалите всё от меня!» — не желая ни с кем разговаривать, Женя прервала звонок.

Алёнка продолжала названивать. Женя сдалась. Взяв трубку, тут же пожалела: ей пришлось выслушать тираду проклятий, сыплющихся в сторону руководства банка. Оказалось, что коллегу тоже сократили. В конце концов, после матерных возмущений, вываленных на Женю, Алёнке, видимо, полегчало. Она как-то оживилась, повеселела и предложила встретиться вечером в баре. Иногда они ходили туда с девочками из банка, чтобы расслабиться и отвлечься. Поняв, что коллега не отстанет, Женя согласилась.

Вечер начался бурно. Как только бывшие коллеги вошли в бар и сели за стойку, к ним тут же подкатил симпатичный парень и предложил угостить выпивкой. По его сверкающим глазам, скользнувшим с ног до головы, Женя поняла, что высокий, крепкий, обаятельный, светловолосый молодой человек с нескромной надписью на футболке — красавчик— положил на неё глаз. Нужно признать, что он и вправду был хорош собой.

«Наверное, оделась слишком вызывающе», - смущённо подумала Женя.

Кожаная короткая юбка, блуза с глубоким декольте притягивала глаза мужчин, предлагая взглянуть на прелести. Жене интуитивно хотелось привлечь внимание мужчин, чтобы доказать самой себе, что может нравиться. Андрей ещё будет кусать локти, потеряв такую девушку.

Паша, так звали красавчика, шутил весь вечер. Чем больше Женя пила, тем привлекательнее становился Пашка и тем смешнее звучали его шутки.

К часу ночи все трое еле стояли на ногах, но продолжали танцевать. Новый знакомый наклонился и шепнул на ухо Жене, что хочет продолжения. Тут же, нагло схватив девушку за талию, жадно поцеловал в губы. Они вызвали такси, завезли домой Алёнку и отправились к Жене, чтобы познакомиться поближе.

Голова - как чугунный котелок, в горле пересохло и тошнило. Открыв глаза по привычке в 6:30, Женя вспомнила сумасшедшую ночь. Такого откровения и разврата она не позволяла себе даже с Андреем. Медленно повернув голову вправо, увидела сопящего рядом Пашку.

«Бли-и-ин!»— схватившись ладонями за лицо, прошептала Женя.

Нужно было срочно что-то принять. Жуткое похмелье от смешения напитков убивало. Шагая на кухню и ощущая дрожь во всём теле, Женя заметила на полу красную корочку. Наверное, выпала из куртки красавчика. Наклониться она не решилась: присела и, подняв документ, побрела на кухню. Растворив в стакане с водой таблетку аспирина, выпила содержимое залпом.

«Опер? Неожиданно, Пашка!» — прочитала то, что написано на поднятом удостоверении.

Возвращаться в постель к оперу было как-то стыдно, девушка улеглась на диване и попыталась уснуть.

-Эй, Женька, у тебя кофе есть?

Приоткрыв один глаз, Женя увидела нависшее над ней улыбающееся лицо Паши. Чувствовала она себя немного лучше. По крайней мере, голова не болела.

-Кофе, да, есть.

- Ну так давай, вставай, угощай гостя!- На удивление бодрый опер после такой попойки потянул Женю за руку.

- Господи, зачем я вчера так напилась?

- Да ладно, Женек, не парься! – засмеялся красавчик и прижал еле поднявшуюся с дивана Женьку к себе.

- Отпусти меня,— Женя высвободилась из объятий новоиспечённого любовника и побрела на кухню. Проходя мимо зеркала, взглянула на отражение и ужаснулась: размазанная тушь и взъерошенные волосы. Похожа на Бабу-ягу.

Быстро плюнув на указательный палец, подтёрла глаза, собрала длинные тёмные волосы в хвост и вошла на кухню. Пока она варила кофе, Пашка наблюдал за ней с любопытством.

- Что ты кислая такая, Женек?

Судя по всему, гость совсем не болел, не то что хозяйка. Она чувствовала себя так, как будто танк на ней кружился всю ночь. Ещё ей было стыдно за то, что переспала с первым встречным. Не поднимая глаз на Пашу, она молчала и прихлёбывала горячий кофе.

Впервые в жизни Женя попала в такую ситуацию. Хотелось, чтобы он поскорее ушёл. Но опер, как назло, не спешил.

- Жень, да я всё понимаю, ты ведь от отчаяния. Я понимаю. Но ты классная! Я позвоню вечером.- Бесцеремонно Паша взял телефон смущённой Жени со стола, набрал свой номер , сбросил и тут же ответил на входящий звонок на своём телефоне.

- Да, Яна! Понял, понял. Я уже выезжаю!— Впервые Женя увидела, каким серьёзным может быть Пашка. Его дежурная обаятельная улыбка сползла в одно мгновение, густые брови сдвинулись. Лицо стало суровым и озабоченным. Вот теперь перед ней оперуполномоченный Павел Горин. Он внимательно слушал то, что ему говорила некая Яна по телефону.

— Жена? — вырвалось у Жени вместе с горькой усмешкой.Жена... Мысль о том, что у него есть кто-то еще, обожгла неприятным холодком. Что это? Откуда эта эмоция? Такая внезапная, такая неуместная... Она была ошарашена собственными чувствами.

Паша отключил телефон и залпом допил уже остывший кофе.

-Напарница. Мне нужно бежать!

Павел быстро попрощался, чмокнув Женю в щеку, и ушёл.

Женя продолжала сидеть за столом.

«Скатилась на самое дно!»— прошептала она и уронила голову себе на руки, лежавшие на столе.

Женя проспала весь день. Вечером пришлось выбраться из-под одеяла и пойти в магазин, так как продукты все закончились. Возвращаясь и проходя мимо подъездного почтового шкафа, Женя увидела, что из её ящика с номером 25 торчит уголок конверта. Пошарив в кармане, свободной от пакета рукой, достала ключи и вынула письмо.

На конверте был указан обратный адрес. Письмо от деда.

Внутри короткий, но ёмкий текст: «Приезжай. Дед».

Женя усмехнулась красноречию Ивана Семёновича, покрутила в руках листок, зачем-то понюхала и отложила.

Деда внучка видела последний раз на похоронах матери. Для отца, потерявшего дочь, он выглядел слишком спокойно. Не проронил ни слова, ни слезинки.

Иван Семёнович жил в глуши, в области. Женя всего несколько раз гостила у него в лесном доме, ещё маленькой. Последние годы они с мамой не общались с дедом. Мама говорила, что старый совсем одичал, живя в своей тайге. У него даже не было телефона. Когда что-то было нужно , звонил от соседей.

Наверное, она права. Зачем же теперь внучка ему понадобилась?

«Ладно, разберёмся! Я-то не брошу! Родных больше не осталось, только ты, дедуль!»— вслух размышляла Женя, почувствовав жуткое одиночество.

«Вот и встретим с тобой вместе Новый год!»

Зачирикал дверной звонок. Женя, отставив тарелку с макаронами и сыром, на цыпочках подошла к входной двери. Посмотрела в глазок, но звонивший прикрыл его рукой.

«Андрей, наверное?»

Женя неуверенно помялась и в нерешительности взялась за ручку. Ещё немного помедлила.

«Разговора всё равно не избежать».

Приняв решение, она глубоко вдохнула и, резко выдохнув, повернула замок и распахнула настежь дверь.

-Женек, это я! - расплылся в улыбке красавчик и протянул пакет.

-Неожиданно! Что это?- Заглянув в пакет, Женя поняла, что в нём джентльменский набор: шампанское, конфеты и свёрток из газеты. От вида шампанского её замутило, но белым хризантемам, аккуратно завёрнутым в газетку, Женя обрадовалась. Они как будто освежили, отбелили и дали надежду провалившейся во тьму душе девушки.

Да и то, что Павел пришёл к ней, доказывало её притягательность. Женя, конечно, не красавица, но её большие зелёные глаза замечали все.

- Паш, ты влюбился в меня?- наблюдая, как незваный гость залпом приговорил шампанское, спросила Женя. Пить она отказалась.

-Тянет меня к тебе, Женек! «У беды глаза зелёные»,— произнёс он нараспев и наполнил свой фужер.— Что планируешь на Новый год?- так же улыбаясь и легко спросил красавчик.

-Я завтра к деду уезжаю, в деревню. Только не плачь, любимый!- рассмеялась Женя. Так ей стало легко. Тьма отступила. Вот как с ним просто. Сам бог послал этого Казанову. Она, улыбаясь, смотрела в его захмелевшие, весёлые глаза и с большим интересом слушала какие-то невероятные истории, в которые он попадал вместе с напарницей. Потом он вдруг замолчал, серьёзно посмотрел в глаза Жене и произнёс низким голосом:

- Хочешь, я ему морду набью?

- Нет, Паш. Тебе нельзя, ты всё-таки опер. Честь и совесть нашего общества! Но я тебе благодарна, правда!

-Но, если что, Андрюшка у меня на карандаше! Розги замочены. Жду твоего приказа!— опер весело рассмеялся. - Хочешь, останусь?- положив свою руку, накрывая Женину, спросил красавчик вполголоса.

-Нет, не сегодня, Паша! Возможно, встретимся после праздников.

- Как скажешь, Женек! Тогда я пойду. Деду привет! Отдыхай! С наступающим!- Испарился гость так же неожиданно, как и появился, но оставил светлое и приятное чувство участия и заботы: словно он ушёл, но Женя так и осталась в объятиях его крепких, мужских, заботливых рук. Понятно, что с Павлом ничего серьёзного не случится, но именно в этот момент и именно он оказался Жене нужен.

Поезд в Сызрань отправлялся на следующий день вечером. Дед жил в селе, точнее на его окраине. Он числился егерем Речейской тайги. Женя встала пораньше, собрала чемодан, прибралась в квартире. Настроение, как ни странно, было приподнятое. Вспоминая Пашу, невольно на её лице появлялась улыбка. Необычный парень. Таких Женя ещё не встречала. На фоне Павла Андрей теперь выглядел занудой и нытиком. Вечно жаловался, что клиентов в его автосервисе мало, денег мало. Скучные разговоры о машинах, о том, какие ушлые у него мастера, так и норовят стащить что-то или шабашнуть мимо кассы. Из всего раздувал проблему.

Зазвонил телефон. Номер незнакомый.

- Алло?— прижав телефон плечом к уху, произнесла Женя, вытирая стакан полотенцем и убирая в шкафчик.

-Евгения, трубку не бросай. Нам нужно поговорить!- Тон Андрея звучал как-то официально и грозно. Не виновато, нет, а наоборот: решительно, с претензией и даже с наездом. Как будто это она его обманывала и изменяла. Женя попятилась от мойки и от неожиданности села на стул.

- Что тебе нужно? Кольцо вернуть? Так я его в мусорное ведро выбросила вместе с твоими шмотками, милый!- Девушку разрывало от возмущения и обиды. Ещё немного, и нервная дрожь превратится в истерику.

-Нет, Женя. Я, конечно, виноват перед тобой. Нам нужно встретиться и поговорить,— совсем не раскаивающимся голосом прозвучал ответ подонка. Андрей явно не собирался вымаливать прощение за содеянное. Судя по его настрою, вернуть любимую он тоже не хотел.

«Уже вовсе не любимую», — горько усмехнувшись, подумала Женя.

Она была в бешенстве:

- Знаешь, Андрюша, я желаю вам с Оленькой счастья и чтобы сдохли вы вместе как можно скорее. Больше мне не звони! - Отключив телефон, Женя тихо заплакала.

Раннее утро, чуть засеребрился рассвет. Метель, как обиженная дама, хотела, чтобы все вокруг почувствовали её настроение. Она срывала с крыш снег и кружила его по перрону, заставляя людей поднимать воротники и отворачиваться, чтобы переждать очередную порцию ледяного, гневного порыва снежной пощёчины.

Холодный ветер швырнул в лицо сошедшей с поезда Жене сухого колючего снега. Она огляделась по сторонам, натягивая капюшон на голову и прищуриваясь, загрузила в телефоне приложение такси.

«Машина приедет через десять минут», — прочитала Женя на экране телефона и направилась к зданию вокзала.

К посёлку не ехали, а, можно сказать, крались: дорогу местами сильно занесло. Видимость плохая. Со слов водителя, мело уже третий день. Проехали посёлок.

Светало. Справа выглянул знакомый маленький домик, тускло освещённый ночным фонарём в глубине леса. Таксист, худощавый седой мужчина лет пятидесяти, притормозил на трассе, оглянулся и виновато произнёс:

«Подъехать не смогу, простите, придётся идти».

Идти метров сто. С чемоданом Женя пробиралась по маленькой тропинке к дому деда. Она даже взмокла, преодолевая препятствия и местами проваливаясь в сугробы по колено.

Отдышавшись у калитки, Женя просунула руку между штакетником и скинула крючок с железной петли. Прошла к срубу и громко постучала в окно. Свет в кухне зажёгся через несколько секунд. Наверное, родственник не спал.

— Кого там черти принесли? — дед закашлялся, открывая входную дверь.

— Я это, дед. Родню вызывали?

Глава 2

Высунув свой нос из-под одеяла, Женя почувствовала холодный воздух. В избе было зябко и тихо. Она села на диване и завернулась в одеяло. Огляделась. Всё как в детстве: русская печь в углу, напротив, у окна, деревянный стол, накрытый цветастой скатертью. Полосатые дорожки, расстеленные на деревянном полу. Дом деда, крепкий, как он сам, сложенный из брёвен, выглядел сказочно и уютно. Пахло деревом, дедовским куревом и мятой.

«Наверно, чай заварил», — догадалась Женя.

Опустив ноги на пол, пошарила глазами возле дивана. Нашла тапки, нацепила и, прямо в одеяле, пошла к столу. Под накрытым полотенцем обнаружила чайник с горячим свежезаваренным чаем, нарезанный хлеб, сало и яйца.

«Сало? Завтрак туриста, блин!»

Женя выглянула в окно: метель прекратилась. Тишина. Всё вокруг белым- бело. Дед, проворно двигая руками, вооружившись огромной лопатой, разгребал дорогу к калитке.

Отломив кусочек хлеба, девушка сунула его в рот, следом отправила кусочек сала.

«М-м, вкусно как!»

В меру солёное сало нежно расходилось и таяло во рту. Чёрный хлеб подчёркивал лёгкий привкус чесночка.

Девушка посмотрела наверх.

Иконка Божьей Матери стояла в уголочке ещё со времён, когда была жива бабушка Дуня.

Женя её почти не помнила. Бабушка представлялась ей как тень деда: услужливая, тихая, безликая. А вот дед – огромный, как скала, молчаливый и задумчивый, просто воплощение мужественности и силы. Характер у бывшего вояки был тяжёлый, как и рука. Мама рассказывала, что он подстрелил не одного браконьера, желающего поживиться косулей или кабанчиком. Мужики в посёлке его боялись, поэтому никто в лесу не безобразничал.

Даже сейчас , состарившись, он не уступал молодому в силе. Женя с удовольствием наблюдала, как легко дед справляется с огромными сугробами. Отца девушка не знала, наверное, поэтому воспринимала Ивана Семёновича как отца.

Дверь открылась. Дед в тулупе и с охапкой дров появился из клубов морозного воздуха. Прошёл к печке и с шумом бросил поленья возле неё. Присев, старик приоткрыл железную печную дверцу и закинул внутрь несколько дровишек.

—Сейчас потеплеет! Поспала маленько?— скинув тулуп, дед прошёл к столу, уселся напротив Жени и налил себе чаю. На его бороде поблёскивали капли оттаявшего инея.

— Да, немного. У тебя всё в порядке, дед?— внучка внимательно посмотрела на Ивана Семёновича.

— Что со мной может случиться? Медведь, и тот стороной обходит,— он усмехнулся. Женя даже не сомневалась в его словах. Только седая борода, глубокие морщины и мудрые, пронзительные, слегка мутные глаза, хриплый голос выдавали возраст.

— Что за странное письмо ты мне прислал?

— Почему странное? Что здесь рассусоливать? Ты одна, я один. Мы же с тобой как- никак родня.

—Да, родня, родня. Тогда будем кутить! Новый год сегодня, дед! Ёлку-то поставим в доме? — заулыбалась Женя, довольная тем, что у старика всё в порядке, и плеснула себе ещё горячего чаю.

—Ёлок на улице вон полно. Иди вешай свои бирюльки, они на чердаке в коробке. — Дед был очень рад, что Женя приехала. Его суровые глаза стали влажными.

—Так, а что у нас с праздничными угощениями? — Женя по-хозяйски хлопнула в ладоши и направившись к холодильнику, попутно закинула одеяло на диван.

Дед получил от внучки список и уехал в посёлок за продуктами.

Женя, натянув пуховик и шапку, вышла на улицу. Морозный воздух сразу схватил её за щёки. Она прошлась по очищенной дедом тропинке, хрустя валенками по снегу. Выбрала маленькую пушистую ёлочку среди растущих вдоль дорожки елей и сосен. Стряхнула с веток белое покрывало. Вернувшись к дому, забралась по лестнице на чердак и спустила коробку с игрушками. С интересом разглядывая старые игрушки в виде гномов, сказочных домиков и грибочков, Женя как будто вернулась в детство. Только мамы очень не хватало. Руки замёрзли и покраснели. Щёки горели. Закончив наряжать ёлочку, Женя обошла её, довольная своей работой, и, убедившись, что украсила равномерно, вернулась в дом. Изба нагрелась и встретила девушку уютным горячим воздухом. Присев у печки, Женя протянула руку, обжигая пальцы, приоткрыла горячую дверцу и выставила ладони поближе к жару углей.

«Господи, как же здесь хорошо!»