Здравствуйте, я ваша ведьма!

Пролог

– Ты не можешь отправить нашу дочь в эту гадскую Академию! – голос мамы из-за закрытой двери доносился приглушенно, но слова были ясно различимы, будто я… сидела под столом, как бывало в детстве, и подслушивала.

Я замерла на нижней ступеньке, едва занеся ногу на вторую, потом обернулась и тихонько подкралась к папиному кабинету, стараясь даже дышать через раз, чтобы не выдать себя ненароком.

– У нее дар! – ответил степенно папа. Я даже представила, как он в этот момент важно погладил свою бородку.

Брямс! Хрясь! Бумс! – послышался звон. Зная норов матушки, я не удивлюсь, если хрустнула папина голова.

– Она – ведьма! – рыкнула папина любимая женщина. Я сделала вывод, что папина голова уцелела, так как разговаривать с мужем, которому только что проделала дыру в черепе даже мама бы моя не стала, выдохнула чуть громче, чем должна была и сжалась в комок – а ну заметят?!

– Точный маг! – парировал он спокойным голосом.

Я хмыкнула. Надо идти спать, ничего нового я не услышала, а бесконечные споры, ведьма я или маг, продолжались с тех самых пор, когда я случайно в четыре года превратила в жабу заезжего торговца всяким барахлом, а его потом пришлось расколдовывать родителям. Говорят, торговец с тех пор слегка умом тронулся, в полнолуние начиная истошно квакать, но я точно не виновата, оно само! Честное-пречестное слово!

Потом также оно само случилось с моей учительницей словесности. Правда, ее я не в жабу превратила, а всего-навсего подпалила платье, что приличным ведьмам было категорически невозможно сотворить. Так родители узнали, что в любимой младшей дочурке сосуществуют два дара – ведьминский матушкин и маговский папенькин. С этим знанием я и прожила на свете целых пятнадцать лет. Сестра Тильда, к слову, тоже и ведьма и маг, и успешно с этим сосуществует. Правда, муж ее, Тиари, не особенно рад некоторым фактам, вернее, особенно не рад, так как их ушастые дети унаследовали такую взрывную способность и магичить и ведьмачить, что оставалось только прятаться, если одному из них приходило в голову слегка пошалить. К счастью, Точным магом из них никто не родился, все пошли в деда со стороны отца и бабку со стороны матери. Все – это восемь штук ушастых, четверо из которых близнецы, родившиеся друг за другом у моей сестренки, а остальные, как она выразилась, получившиеся случайно и незапланированно. Угу. Знаю я это «незапланированно». Если б не видела, что муж Тильды – эльф, сочла бы, что она вышла за кролика, так как плодовитее этих милых пушистиков только мышки. В те разы, что я приезжала к сестре в гости с ночевкой, они с мужем рано удалялись после ужина в спальню и потом до самого утра из их комнаты слышались разные неприличные звуки. Тьфу, в общем, а не жизнь. Я точно до такого не докачусь, а если и выйду замуж и решу рожать детей, малыш будет один и точка. Я себя к крольчихам не отношу. И мужа не буду в спальню пускать, пусть спит в своей! Вот еще, храп чужой слушать! И одеяло делить! И вообще, в постели я люблю быть звездой – ручки-ножки раскидывать и спать! Так что муж в этом деле будет только досадной помехой.

Хмыкнув, легко взлетела по лестнице к себе в комнату и рухнула на кровать.

– И чего ты такая счастливая? – из подушек вынырнула недовольная морда толстого рыжего фамильяра, смешно щурящего глаза и зевавшего во всю пасть.

– Решила, что замуж не пойду! – ответила ему, беря яблоко с тумбочки и вгрызаясь в него зубами. – А то вон Тильда того и гляди очередного эльфенка родит.

– Ну-ну, – хмыкнул Фафнир и вновь уткнулся носом в постель. – Знаем мы это ваше «не выйду замуж». Встретишь какого-нибудь хмыря, влюбишься в него и пиши пропало. Потом сразу дети пойдут, а там и до старости недалеко, – голос его становился все тише и тише, а под конец так и вовсе раздалось негромкое похрапывание.

Да уж, заманчивые перспективы нарисовал кот. А главное, что будь я – не я, а кто-то другой, то эти перспективы были бы и впрямь самые радужные.

С хорошими мыслями я разделась, лениво провела руками перед лицом, с помощью магии очищая кожу и рот, потом вдоль тела, становясь аки младенчик, и нырнула в прохладные простыни, погружаясь в сладкий сон с розовыми единорогами.

Глава 1

– Алисия! – шепот матушки ворвался в мою голову. – Алисия, проснись!

Я подскочила, непонимающе заозиралась и узрела мать мою ведьму сидящей рядом со мной в образе совы.

На ней был белый чепчик (матушка утверждала, что он сберегает волосы, правда, от чего сберегает – непонятно), длинная ночная рубашка, а глаза казались огромными на бледном лице, круглыми и хлопающими ресницами. Ну чисто филин. Или сова. Интересно, что привело родительницу ко мне в спальню ночью? Вроде, я не храплю, не луначу, кошмары мне не снились сто лет уже… По крайней мере, жалоб до сего момента не поступало.

– Мам? – хрипло каркнула я.

– Бежать надо, дочь, бежаааать!

Что?

– Мам, ты здорова? – я на всякий случай пощупала ее лоб и отодвинулась подальше.

Сумасшествие не заразно, конечно, но вдруг она меня покусает? Мало ли чем они там с папой ночами промышляют? Вдруг зелья экспериментальные испытывают? Я читала о таких сумасшедших ученых, которые всякие отвары в себя вливали, а потом с ними невесть что происходило. Один вон, говорят, заперся в башне, отрастил длинные волосы и сбрасывал их из окна, томно хихикая. В голове у него помутилось, он счел себя прекрасной девой по имени Рапунцель и зазывал всяческих проезжих принцев. К счастью этих самых принцев, мозг у них присутствовал, потому как ни один на «красавицу» не повелся. Так и помер, говорят, тот ученый. Задохнулся под своими же волосами. А может, конечно, врут.

– Мам! – вздохнула я. – Ну ты о чем вообще? Куда бежать?

– Что за возня тут у вас опять? – недовольно муркнул Фафнир, высовывая морду из-под одеяла. – Угомонитесь уже или идите вон… в огород, что ли! Мешаетесь тут, болтаете языками почем зря! Приличным котам спать мешаете!

– Куда-куда! – недовольно проворчала мама. – Знаю я одно место, папа туда не сунется! А если сунется, ему живо покажут, куда идти надобно. В общем, дочь, одевайся, а то утром отправишься покорять Академию Точной магии, вернешься вон как Тильда, без ума совершенно.

– Мам, может, я хочу Точным магом стать? – зевнула я, надеясь, что она отстанет. – У папы вон нормальная жизнь, жена и двое детей. Ты все придумала себе просто.

Ведьма, сидящая на краю моей кровати, очень стала напоминать уже не сову, а персонажа сказки одной, про женщину с волосами-змеями. Не помню, как ту даму звали, но маменька моя очень была похожа на картинку из той детской книжки. Изображение с одной из страниц впечаталось в мою хрупкую психику, так как была там нарисована отрубленная голова этой девицы с шевелящимся клубком гадюк на голове. Фу!

– А ну встала быстро! – рявкнула эта Горгона (ура, память вернулась!) и сдернула с меня одеяло.

Холодок пополз по ногам.

– Мам! – заныла я, пытаясь вернуть тепленькое на себя. – Отстань!

– Изыди, женщина! – взревел Фафнир в мою поддержку. – Ночь-полночь, ты тут орешь!

– Молчи, шерстяной предатель! – маменька кинула испепеляющий взгляд на кота.

Испепеляющий в буквальном смысле, так как простыня вспыхнула, а следом и хвост бедного фамильяра задымился. Я огромными глазами смотрела, как кот подскочил и заметался по комнате аки взбесившаяся комета, вереща при этом незензурными словами, а матушка пуляла в него заклинаниями как заправский маг, пытаясь погасить этот бешеный орущий факел. Как никто этого не услышал и не ворвался в спасительных целях в мою комнату – неизвестно. Да только спустя минут двадцать, угомонившись, родительница внятно объяснила, что меня ждет в будущем. По ее словам выходило, что после выпуска из Академии себе я принадлежать не буду. Это Тильде повезло, за нее сам король вступился соседнего государства, и муж у нее тоже не последний человек, а меня ждала работа на корону, и плевать они там хотели на мои желания и мечты. В общем-то, я все это подозревала, но не думала, что все настолько серьезно. И что теперь делать?

– Поступать тебе надо в школу ведьм, – отдувая с лица прядь рыжих волос, выбившихся из-под чепца, провозгласила матушка.

Усевшись в кресло, она вздохнула и продолжила:

– Я б тебя и не отпускала никуда, конечно, но Гедеон, сама ж понимаешь, будет настаивать на верности короне и все такое.

– А где ж такая школа есть? – я нахмурилась. – Тильда говорила, что нет таких вовсе. Да и ведьм-то, в общем-то, не так много, чтобы целую школу открывать.

– Много твоя Тильда знает! – проворчала мама. – В нашей стране нет ни школ, ни ведьм в значительном количестве, а те, что есть, скрываются или сидят тихо. Не жалуют нашего брата. Но есть другая страна, Гаэллия, а вот там, моя дорогая, все по-другому. Я это точно знаю, так как моя давняя подруга живет, мы с ней общаемся изредка…

– Помню я эту чокнутую ведьму! – вставил свои пять копеек Фафнир, забравшийся на шкаф и взиравший на нас оттуда недовольными глазищами. – Как пить дать, она сбрендила еще тогда! И это к ней ты хочешь отправить нашу девочку?

– Не к ней, а в школу ведьм! Пусть выучится, а там посмотрим! Три года как минимум будет занята, Гидеон к ней не сунется, а там, глядишь, что-то изменится. Ну не к демонам же ее отправлять?!

Фафнир чихнул, потер лапой нос, фыркнул недовольно.

– Навоняла ты тут, женщина! – недовольно пробурчал он, спрыгивая с кровати. – Вообще, план мне нравится. Но ты подумала, что родную кровиночку неведомо куда опять спроваживаешь? А ну она как Тильда вон, ошибется? Той-то повезло, но магический заряд дважды в одну точку, сама понимаешь, не попадает! И останется наша девочка в чужой стране без присмотра!

В голосе кота появились истерические нотки. Он вообще любил приукрасить ситуацию и сгустить краски, а если попросту сказать, то паниковал по делу и без. Чаще без. Потому и спал частенько в моей комнате, так как жена его, Адская кошка, ночами любила поохотиться и возвращалась под утро, распугивая прохожих своей жирной летящей тушкой и наводя страх на всю округу. Кошка была Тильдина, а Фафнир мамин, поэтому жили они периодами то там, то здесь, осчастливливая обе семьи своим присутствием. Первые годы и котят рожали исправно, но потом подутихли. Последний выводок случился аж два года назад, с тех пор Ада наотрез отказалась от воспроизведения потомства, заявив, что уже и для себя пожить хочется. Фамильяр с тех пор еще больше растолстел, спал целыми днями, а если не спал, то ел. Хорошая жизнь. В следующей жизни хочу быть кошкой.

– Мам, может, мы уговорим папу все же? – с надеждой заглянула мамуле моей ведьме в глаза.

– Его-то мы уговорим, – вздохнула она, – да только бесполезно все, за точными магами ведется наблюдение и контроль. Так что собирай манатки и шуруй в школу ведьм. Ишь ты, расселась она! Родную мать расстраивает!

– Может, утрооом? – с надеждой протянула я, заглядывая ей в глаза.

– Сейчас! – рявкнула мамуля, одним выверенным движением пальца вытаскивая из шкафа мой походный рюкзак и шмякая его на пол с ужасающим грохотом.

Ну да, я там вообще-то храню камешки морские, интересные баночки всякие и другие вещи, которые внезапно когда-нибудь могут понадобиться девушке. Эх, все сокровища сейчас выкинут! Абыдна, да?!

По взгляду мамы я поняла, что конец пришел моим сокровищам. Нажитое непосильным трудом было испепелено могучим взглядом ведьмы. Тут бы я, конечно, возгордилась родительницей, но там ведь было все мое. Даже не так – там было ВСЕ МОЕ! Так стало жалко, обидно и горько от такой несправедливости, что я топнула ногой и всхлипнула. Вот честно, сама от себя не ожидала, но в следующую минуту пульнула в мамулю заклинание жабьего поноса. Почему жабьего – не спрашивайте лучше. Цвет там такой… зелененький. И как ни странно, я попала. Ой! Мамочки! На всякий случай лучше влезть под кровать и притвориться мертвой. Собственно, я почти так и собиралась, но не учла, что за последние годы мой зад слегка раздался в разные стороны, и как в детстве уже не получится шмыгнуть от мамули в царство подкроватного монстра. Я банально застряла. То есть, ноги мои торчали снаружи, а голова была внутри, и благополучно чихнула от пыли. Трижды.

– Ой! – схватила меня за ноги родительница, пытаясь вытянуть неразумную дщерь на свет.

Ой – это было верно сказано, так как жабий понос – он такой. В самый неподходящий момент может подействовать. Собственно, по урчанию в ее животе я и поняла, что сейчас мне ноги вырвут и другим концом в то место, откуда они изначально росли, вставят. Вернее, не прямо сейчас. А слегка отсрочено, но наказания это не умаляло. Блиииин, куда деваться?

Фафнир, взобравшийся на шкаф и дававший советы нам оттуда обеим сразу, гнусно захихикал, прикрывая усатую морду лапой. Это я успела увидеть, вылезая все-таки наружу и провожая согнувшуюся мамочку, семенящую к двери с матерными словами на устах. Фух! Ну и угораздило ж меня! Спасите кто-нибудь! Может, к папе пойти? Или не пойти?

И рюкзак жалко. Останки моих сокровищ лежали кучкой пепла возле распахнутого шкафа. Тут тебе и ракушка с моря, подаренная одним мальчишкой, в которого я была влюблена целых три дня, пока мы отдыхали в санатории всей семьей, и дневник с моими девичьими излияниями, в которых описывалось, как я влюблена в Тиари и какой он гад, что этого не замечает. Любить эльфа, кстати, трудная задачка. Не знаю, как Тильда справляется, но такого сноба еще поискать надо. И что я в нем в детстве находила? Из хорошего уши одни смешные длинные, и все. Он даже разрешал мне их трогать, хотя по правилам это можно было делать только жене или невесте. Или такой наглой пронырливой ведьмочке, как я. Откуда я знала, что у эльфов это почти брачное предложение? Тьфу на них, в общем! Но уши смешные.

Жальче всего было, конечно, коллекцию камешков. Их я выменяла у соседа на перья павлина, которые, в свою очередь, немыслимым трудом добыла из, собственно, птички, забравшись к другому соседу в курятник. Или павлинятник? Задумавшись, как называется место для содержания этих райских птичек, пропустила возвращение мамули.

– Алисия! – гаркнула та, напугав меня безмерно.

Оглянувшись, увидела, что ведьма как ведьма буквально, злая и рыжая, стоит надо мной, уперев руки и в бока и даже ногой притопывает.

– Если я узнаю, что ты еще хоть раз хоть на кого-то напустила этот жабий понос… – начала она угрожающе.

В животе у нее тут же громко заурчало. Спасите кто-нибудь! Убиваааают!

Фафнир спрыгнул со шкафа и встал рядом со мной.

– Не со зла она! – муркнул тот. – Спросонья, наверное. Ну и ты сама хороша, дорогая, кто ж так на родную кровинку наезжает? Надо ласково, уговорами. Всему вас учить надо!

– Сейчас я ее ласково и с уговорами укокошу! – мрачно сообщила мама, выдыхая.

Нет, повезло мне, все-таки, что такой умница-котик нам попался. Если б не он, скакать бы мне сейчас одинокой квакушей на ближайшее болото и ждать там своего царевича ненаглядного-залетного со стрелой в зубах. У жаб вообще зубы бывают? Тьфу, Алисия, о чем ты думаешь?

– Значит, так! – припечатала мама. – Сейчас берешь самое необходимое, пару смен белья, платье, одеваешься, и чешешь в школу ведьм. Все! Одну дочь этот сатрап испоганил, так хоть вторую спасти! Отучишься, а там уже поздно будет, ведьмин дар у тебя сильнее, и развивать надо его.

На том и порешили. Сил спорить и сопротивляться у меня уже не осталось. Да и мысль пришла, что вырваться из гнезда и повидать мир – хорошая идея. Так и поступлю. В итоге, через час я стояла, почесываясь от холода, на развилке дорог в ожидании дилижанса. И предчувствие у меня было не самое лучшее. Тьфу!

******

В общем-то, предчувствия – не моя сильная сторона. Это я поняла, когда возница растолкал меня, грубо дергая за плечо. С трудом разлепив глаза и вынырнув из сна, где обыгрывала ушастых эльфов в карты на раздевание, я зевнула. Эх, а такой красавчик уже готов был снять рубашку!

– Приехали? – спросила у мужчины, который хмуро взирал на одну маленькую ведьмочку.

– Давно уже! – грубо сказал он. – Я и не заметил, что не все вышли, уже на стоянку пригнал, а тут ты! Выметайся давай, я жрать хочу и спать. Ишь ты, разлеглась, шельма! Тут тебе не гостиница!

– Полегче! – зыркнула я на него. – А то заквакаешь!

– Чур меня! – испугался возница. – Ведьма, штоль? Ты иди уже по-хорошему, нечего тебе тут делать!

Зевая и поеживаясь от прохладного ветерка, я взяла свой рюкзак, закинула на плечо и выбралась из дилижанса. Где это я вообще оказалась? Знаю, что до Гаэллии ехать и ехать, и то не факт, что быстро получится. Можно, правда, было порталом воспользоваться, в приграничный городок перенестись, а оттуда уже на лошади или дилижансе, но мама сказала, что так меня отследить легко. А тут я, получается, просто в первый попавшийся дилижанс села и приехала неведомо куда.

– А что это за город хоть? – оглянулась на распрягающего транспортное средство мужчину.

– Совсем ку-ку, что ли? – покрутил тот у виска. – Не знаешь, куда приехала? Это Аркарон, ведьма! Ты иди уже, не задерживайся тут, а то темнеет в наших краях быстро, не успеешь глазом моргнуть, как закроется все, останешься ночевать на улице.

Решив внять гласу разума, я вышла за ворота стоянки дилижансов и повертела головой в разные стороны. Да уж… Колоритное местечко. Или мне просто так несказанно повезло, не знаю уж. И, судя по взглядам разных типов, они считали, что и им повезло. Угу. Жабьего поносу вам могу бонусом отсыпать или икоты до седьмого пота. Попробуйте только сунуться.

Решив, что в незнакомом месте лучше идти направо (налево я побоялась, там совсем страшный тип стоял), я круто развернулась и потопала. Фух, кажется, пронесло! Или не пронесло?

Услышав позади себя шаги, я поторопилась. Шаги тоже ускорились. Я пошла еще быстрее. Шаги участились. Тьфу ты, вот так захочешь по-хорошему, а не получается! Пришлось резко обернуться и настороженно оглядеть двоих мрачного вида дяденек. Ну, вернее, они смотрелись как дяденьки, а вообще-то были похожи на бандитов! Оба страшные, волосатые, бороды нечёсаные, в раззявленных ртах торчало по несколько зубов, смрад от которых я чуяла даже на расстоянии.

– Цыпа! – поманил один из них меня пальцем. – Иди сюда, кура, пока мы добрые!

– А вы думаете, я добрая? – хмуро спросила у них, уперев руки в бока.

Тильда мне рассказывала, как ее когда-то подловили разбойники, поэтому ничего хорошего от этих двух товарищей я не ждала. Сейчас они узнают, почем фунт лиха! Незаметно шевельнув пальцами, я стрельнула заклинанием правды. Простенькое, оно, тем не менее, порой приводило к таким последствиям, что лучше его не использовать часто.

– Фу, ну ты и вонючка! – обернулся один бандит на другого. – Смердишь, как пес шелудивый! И выглядишь также. Говорила мне мама, иди в пекари, руки в тепле, живот в сытости!

– Да ты сам смердишь! – второй набычился. – Щас цыпу обработаем, я тебе рыло начищу! Пекарем он хочет быть! Таким как ты только какашки убирать и дозволено!

– Каким – таким? – в голосе первого бандита появилась угроза.

– Таким вот уродам! – припечатал второй, осклабившись.

Так, похоже, дяденьки про цыпу, меня то есть, напрочь позабыли, выясняя, кто уродливее. Пора валить! Какое счастье, что я надела башмаки на низких каблуках, а не туфельки, что мне маменька советовала. Спасибо, Фафнир! Спас меня в очередной раз.

Фамильяр, хоть и был ко мне привязан, в путешествие ехать отказался, заявив, что он старое больное животное, которое от малейшего движения лапой может рассыпаться в пыль. При этом это же старое животное вполне успешно таскало сосиски с кухни, а потом улепетывало с ними по крыше, умудряясь жрать на ходу и громко верещать при этом. Но уговаривать я его не стала. В самом деле, каждая ведьма должна найти своего фамильяра. У нас в семье было принято обзаводиться ими случайно. Так что мой где-то в пути, может, еще даже и не родился. Буду ждать.

Развернувшись в сторону темного переулка, я подобрала юбку и припустила стрелой, слыша, как позади меня разгорелась нешуточная драка. Ох, и славное заклинаньице, и действует аж три часа. Успеют намолотить друг дружке бока вдоволь! А мне тут делать нечего, я девушка приличная, да и смеркается на улице. Поищу себе постоялый двор какой-нибудь, а завтра с утра уже придумаю, как попасть в Гаэллию!

Глава 2

Слышали поговорку – человек полагает, а бог располагает? В моем случае это был, я так думаю, какой-то вредный бог с плохим настроением. Иначе объяснить последующие события я не могла.

В общем, бегу я себе, как заправский атлет, слышу, как слева от меня возникает какой-то странный шум, поворачиваю голову и тут же врезаюсь в кого-то большого и твердого. Ох, е-мое, как же я ушибла ногу! Ну нельзя ж быть таким каменным! Еще ведь и на попу грохнулась, да так шибанулась копчиком, что слезы из глаз вместе с искрами вышибло. Какая-то недоразуведьма прямо!

Закусив губу, подняла голову и замерла – в свете луны и фонаря сверху вниз на меня взирал потрясающий мужчина, и он был вообще не эльф. То есть, я и раньше подозревала, что ушастые несправедливо захватили лавры красавчиков себе, а тут уверилась полностью – вот он, этот образец истинной мужской красоты. Стоит передо мной, вернее, надо мной, взирает с недовольным видом, скривив свои губы в презрительную линию. Но он и так был хорош! Я даже рот приоткрыла от неожиданности.

– Позвольте! – в мою сторону метнулась холеная рука с, я успела рассмотреть, ухоженными ногтями.

Это что, он мне помощь предлагает? Вцепившись в протянутую длань, я ощутила, что меня как пушинку поднимают наверх, и даже ноги мои оторвались от земли, настолько рывок оказался мощным. Ох, и силен красавчик! Вблизи он оказался еще прекраснее. Высокий! Я, тоже не маленькая, была ему примерно до подбородка макушкой, и даже пришлось голову задрать, чтобы разглядеть другие достоинства помимо роста. Два ярко-зеленых глаза, кои можно было смело причислить к вышеупомянутым достоинствам, опушенные длинными черными ресницами, уставились в меня с недовольным видом, брови чуть сползли к переносице, губы все также были сжаты в линию, а весь вид мужчины словно говорил – тьфу, а не ведьма мне тут попалась.

– Извините! – пробормотала смущенно, ощущая, как жар от тела незнакомца охватывает всю маленькую меня и даже как будто жжется.

Отстранилась, но тут же услышала позади крики «держи ее!» и юркнула красавчику за спину, решив не выглядывать оттуда, пока он и дальше меня не спасет. Ну а что, взялся за гуж, как говорится, спасай дальше! Не стой истуканом! А то жабий понос и все дела! Ну или в крайнем случае могу помочь советами.

– В чем дело, господа? – холодный высокомерный голос заставил бандитов-правдолюбцев резко остановиться и начать оправдываться.

Вот это мощь! Мамуля бы моя оценила такое влияние на людей.

– Это наша баба! – заявил один из давешних красавчиков.

Как-то мое заклинание не так на них подействовало, что ли? Или они решили, что раз высказали друг другу претензии, то дальше можно жить счастливо? И что значит – их баба? Я что, лошадь, что ли? Сейчас вот как обижусь!

– Неужели? – в голосе красавчика появились ироничные нотки. – Это она от радости так бежала сюда, наверное.

– А то! – послышался самодовольный ответ.

Ну я ему сейчас покажу! Незаметно пульнула в бандюгу искоркой от своей обычной магии. Я и без ведьминого дара могу кое-что колдонуть!

– Ой! – раздался вопль боли. – Ну ты, мартышка, сейчас получишь у меня!

А что я-то? Я вообще тут стою и не отсвечиваю!

Красавчик вздохнул. Вот я явственно услышала его мысли по поводу помощи всяким там падающим под ноги симпатичным ведьмочкам.

– Господа! – с нажимом произнес он. – Эта баба, как вы изволили выразиться, моя. Не так ли, дорогая? – он особенно выделил последнее слово, чуть повернув голову в мою сторону.

– Да, дорогой! – на всякий случай пискнула я фальцетом.

Ну а что? Женщин надо защищать, холить и лелеять, даже если они ведьмы! Мы такими родились, между прочим, не виноваты в этом, и вообще, что бы ни случилось, оно само!

– Серьезно? – хохотнул второй бандит. – Так это к тебе она так бежала?

Я прям ждала, что мой спаситель сейчас скажет, что да, к нему мчалась, волосы назад. А он отчего-то медлил. Ну не гад ли? Пнуть его, что ли?

– Ко мне бежала, – вздохнул, наконец, зеленоглазый незнакомец. – Так что можете поискать себе другую… добычу.

Я думала, бандиты сейчас нападут, ожидала зрелищ и даже приготовилась перекусить бутербродом, пока они тут разбираются, но все неожиданно легко решилось – те двое хануриков развернулись и, бормоча что-то нелицеприятное про кур, удалились.