- -
- 100%
- +
В ясном синем небе чернела единственная точка. За несколько минут она увеличилась в размерах и превратилась в человека, подлетающего к скале. Было странно видеть его фигуру с распростёртыми руками, летящую безо всяких приспособлений. Он только слегка шевелил пальцами рук, управляя потоками ветра.
Легко и уверенно приземлившись на крохотный выступ, человек засунул руки в карманы летних брюк.
– Не может быть, – сказал некий священный сан, наблюдавший снизу за ним.
Человек на скале услышал его.
– Чего не может быть? – раздалось в голове священника.
– Люди не летают!
– Кто вам сказал?
Тут священник понял, что разговаривает сам с собой, и потряс головой.
– Перегрелся я, что ли?
Он потёр рукой лицо и снова посмотрел на скалу. Там никого не было.
"Почудилось", – с облегчением подумал священник.
– Добрый день! – сказал кто-то за его спиной.
Священник вздрогнул и резко обернулся. Там стоял этот, со скалы.
– Извините, я напугал вас.
– Как вы здесь оказались?
– Спустился оттуда, – человек кивнул головой в сторону скалы.
Священник невольно посмотрел туда. Скала была на месте.
– Вы, должно быть, акробат, – предположил он озадаченно.
– Да нет, ничего подобного. Хотя люблю косточки поразмять. А вы, я вижу, физкультурой не увлекаетесь.
Священник невольно подтянул свой живот.
– Духовная сторона вопроса меня интересует больше, – пробурчал он в ответ.
– Но упираете-то вы не только на духовную пищу? – с улыбкой спросил летун.
– Да, одной духовной пищи мне, безусловно, не хватит, – раздражённо ответил священник. – А что, собственно, вам угодно?
– Просто я решил немножко с вами поболтать. Если у вас есть свободная минутка, конечно.
– Поболтать?
С одной стороны, священник был раздасадован бесцеремонностью собеседника. Но с другой стороны, ему ужасно хотелось узнать, что это за человек. И другая сторона победила.
– Ну, пожалуй, у меня есть полчаса, – наконец ответил он.
– Вот и чудесно! В полчаса мы вполне уложимся! – радостно улыбнулся незнакомец. – Разрешите представиться, – тряхнул он золотистыми кудрями. – Леопольд фон Гольдбрандт.
– Отец Мартин, очень приятно, – представился в ответ священник, приятно удивлённый знатностью собеседника.
– Присядем? – фон Гольдбрандт указал рукой на валун, выступавший из песка ровно настолько, чтобы служить прекрасным сидением для двоих собеседников.
Отец Мартин с удовольствием уселся на камень и вытянул ноги в пыльных сандалиях.
– Итак, я слышал, что вы сказали, будто люди не летают? – начал беседу Леопольд.
– Не летают, – утвердительно кивнул головой отец Мартин.
– Почему же вы так решили?
– Потому что их предназначение ходить по земле.
– Предназначение?
– Да.
– И кто же им это предназначил?
– Господь с вами, вы что же, Библию не читали?
– Признаюсь, почитывал.
– "Почитывал"?! Ну, знаете… – с этими словами священник поднялся, собравшись покинуть этого атеиста.
– Погодите, погодите, святой отец! – остановил его Леопольд, удержав за рукав. – Ну, что вы, право, обижаетесь? Ну, извините меня, что я так опрометчиво сказал. Ну? – он пытливо заглянул в глаза отцу Мартину.
– Не передо мной вам следует извиняться, – проворчал отец Мартин, усаживаясь, однако, обратно.
– Знаете что, давайте оставим эту щекотливую тему. Пойдём от противного. Как же не может быть, что люди летают, если я на ваших глаза летал?
– Пожалуй, я перегрелся на солнце. Это был мираж, галлюцинация.
– Да? А что вы на это скажете? – и Леопольд, оттолкнувшись ногами, взлетел в небо.
Сделав пару пируэтов, он приземлился в двух шагах от священника, засыпав его сандалии песком.
– Как вы это делаете?! – с волнением воскликнул священник.
– Как? – задумавшись переспросил Леопольд. – Пожалуй, вот так.
Он отвёл руку в сторону и стал поводить пальцами так, будто подгребал к себе что-то. Его корпус стало явно заносить вбок.
– Понятно? – спросил он отца Мартина.
Тот только отрицательно помотал головой.
– Не могли бы вы словами объяснить свои ощущения? – попросил он.
– Словами? Ну да, конечно. Когда я отвожу руку в сторону, это уже не рука моя становится, а крыло. И, как вы знаете, у птиц не руки в основном в полёте работают, а пальцы, и тогда я делаю вот так, и… одним словом, вот так. А затем так, так и так. И лечу. Понятно?
Священник, который до этого тщательно повторял за Леопольдом все движения, замер с вытянутой рукой.
– Не совсем. Как вот здесь?
– Здесь? Если взлетаете, то так. А если садитесь, эдак. Да и в полёте по-разному. Всегда по-разному.
– Ага! – священник явно полностью погрузился в процесс осознания полёта. – Значит, когда взлетаете, вот так?
С этими словами он махнул рукой, как его учил фон Гольдбрандт, и неожиданно приподнялся над землёй.
– Силы небесные! – охнул он и тут же рухнул на землю.
– Осторожнее, святой отец! – бросился к нему на помощь Леопольд.
Но отец Мартин уже сам вскочил и с горящими от энтузиазма глазами кинулся навстречу.
– Вы видели? Видели? У меня получилось! – захлёбывался он от восторга.
– А я что говорил! – подтвердил Леопольд. – Здесь вот так, потом так и… Постойте, я что-то не помню, как точно, – он задумался, взявшись пальцами за подбородок. – Ведь если я делаю это движение, то вектор должен уходить сюда. А здесь его гасит противоположный. Странно. Так не должно быть, вы не находите? – обратился он к священник.
Но того уже не было рядом. Только одна пыльная сандалия валялась неподалёку. Леопольд пару раз тоскливо взмахнул руками, но не приподнялся даже на сантиметр. Он посмотрел в небо.
Там медленно уменьшалась в размерах чёрная точка.