Скелеты в шкафу поселка Зябликово

16.

После такого насыщенного дня всем очень хотелось отдохнуть, но дела есть дела. Василий Петрович с Севой пошли ставить охранную систему в дом Бегловых, а Аня с тетей Шурой засели писать приглашения на свадьбу. В салоне невесту снабдили очень красивыми бланками. Сначала долго составляли список гостей. Надо было пригласить всех, кто работал с тетей Шурой в больнице и всех из отделения полиции, где сейчас подвизался Василий Петрович. Это первая очередь. Во вторую часть списка вошли друзья, одноклассники, соседи и просто хорошие знакомые. Первые приглашения получились у Ани очень хорошо, она старалась и это было заметно. Ане самой нравился результат: не приглашения, а картинки. Тети Шурины надписи выглядели поскромнее, у нее красиво выписывать буквы не получалось. Через час работы красивые буквы перестали получаться и у Ани, заболела рука, а до середины списка было еще далеко. Хорошо, что вернулись мужчины. Они, конечно, сразу раскритиковали работу женщин. Кто сейчас что-то пишет от руки? Надо ввести список в компьютер и распечатать. Делов-то на полчаса. Севка взялся все исполнить в лучшем виде, правда с помощью Ани. Аня надулась, Севку хлебом не корми, только дай позаставлять ее работать.

Ребята взяли список гостей вместе с бланками приглашений и пошли домой к Севке. У него принтер лучше. Аня удивилась, но Севка запер дом и закрыл окна. Конечно, вечер – уже не жарко, но и не холодно, можно было бы окна и не закрывать. Все-таки свежий воздух – это хорошо. Что-то с Севкой странное, может он заболел? Нет, не заболел, оказалось, секретной информацией захотел поделиться. У Ани заколотилось сердце: наверняка что-то произошло, когда мужчины ставили камеры, наверняка Лера опять отчебучила какой-то номер.

– Анька, не о том думаешь. Тебя не было, Лерке придираться было не к кому, она во дворе сидела, ни во что не вмешивалась. Беспокоилась только, чтобы камеры можно было отключать, когда хозяева в доме. Не хватало еще, чтобы кто-то за ними подглядывал. Больно нужно. Я с тобой совсем о другом поговорить хотел. Ты себе не представляешь, что тут вчера ночью было!

Аня очень удивилась: «Ты что, ночью не спал?»

– Анька, это ты все продрыхла, а я такое видел, отпадешь. Слушай с самого начала, – у Севки сделался виноватый вид, – Не ругайся! Я сам мешочек Василию Петровичу отдал. Говорю: не ругайся и губы не надувай! Я в мешочек, заглянул, когда один остался, а там камешки блестят, переливаются. Я испугался, что мы с тобой влипли. Кража в особо крупных… Сама понимаешь. Повезло, что я у тебя мешочек взял, а Лерка нас обыскивать не стала. Василий Петрович в мешочек глянул, почти все камешки рассмотрел, сунул мешочек себе в карман, велел молчать и про стразы никому не говорить. Понимаешь сказал: «про стразы», хотя даже ежу ясно, что в мешочке были брюлики. Это он специально, чтобы я ничего такого не подумал и тебе не проговорился. Я еще утром хотел тебе об этом рассказать, но не успел, твои встали.

– Слушай, откуда могут быть брюлики в старом сапоге? Как бы Бегловы быстро не собирались, про брюлики точно бы не забыли. Перво-наперво их с собой бы взяли. Может быть действительно они никуда не собирались уезжать и погибли?

– Аня, Бегловы старшие были не дети. Скажи, стали бы нормальные люди хранить брюлики в детском сапоге в детской комнате. Куда проще взять и под каким-нибудь цветком закопать. Как мешочек в сапог попал непонятно, зато теперь ясно, что Лерке в бегловском доме нужно. Лерка – главная, Андрей у нее в пристяжных. Она им командует, так запугала, что твой принц даже побоялся за тебя заступиться. Понимал, что Лерка недовольна будет. Я завтра эту парочку по социальным сетям пробью, надо разобраться, что к чему.

– Почему это Андрей мой принц? И ничего он Леры не боится. Ты видел, как они в ресторане миловались?

– Видел, но такие, как Андрей, легко любовь-морковь изобразить могут. У нас на курсе есть такой перец. Противно! Ладно, о принцах потом. Я тебе еще не все рассказал. Вернулись мы вчера с Василием Петровичем от Бегловых, я домой пошел, а он в бабе Варе.

– Она-то тут при чем?

– Пока не ясно. Василий Петрович минут через пятнадцать от нее вышел и к Вам в дверь вошел. Я уже спать собрался, но сначала пожрать решил. Туда-сюда, где-то через полчаса глянул в окно, а к дому бабы Вари машина подкатила. Я свет погасил и к окошку. Представляешь, смотрю, а из машины Мироедов выходит. Баба Варя гостя встретила, и они облобызались.

– Они что? Севка, ты ничего не перепутал? Температуру мерил? Или может задрых и не заметил как?

– Так и знал, что не поверишь. Смотри, я машину сфоткал, боялся, что утром сам себе не поверю. Сама понимаешь, что я из дома вышел и засел в наших кустах. Только зря. Ничего не услышал и не увидел. Все окна были наглухо закрыты и шторами занавешены. Я уже домой хотел идти, спать хотелось жуть, но не зря терпел. Примерно через час из дома бабы Вари вышел Мироед. Я его, как тебя, видел. На прощанье Мироед несколько раз повторил, что баба Варя его к жизни вернула, а она его перекрестила. Ты помнишь на мешочке буква М была красиво вышита? Это тебя ни на какие мысли не наводит? Не зря мы сегодня с бабой Варей в мироедовский ресторан поехали. Василий Петрович якобы меню ходил составлять, и баба Варя куда-то выходила. Долго ее не было, дольше, чем просто в туалет ходят. Уже вечером, когда мы с Василием Петровичем камеры ставить пошли, он достал мешочек из кармана и попросил меня его на место в сапог положить. Хорошо, что Лерка на улице сидела, а Андрею вообще все по фиг. Прежде чем мешочек в сапог определить, я заглянул внутрь.

– И что?

– Там были стразы. Точно стразы. Я хотел одну стразу стырить, тебе показать, но побоялся. Анька, дела творятся такие, что правда голова с плеч полететь может. Василий Петрович мне весь мозг вынес, чтобы мы молчали. Так что ты молчи. Я тебе ничего не говорил. Сами потихонечку будем разбираться, очень тихо.

17.

Участь разносить приглашения, конечно, выпала Ане. Хорошо, что Севка еще не начал работать у Василия Петровича, согласился помочь. До чего же Аня не любила всех этих поселковых кумушек. Каждая норовит все у нее выведать, как там тетя Шура и Василий Петрович. Неужели Шура смогла его простить? Нельзя же до такой степени потерять свою женскую гордость. От таких слов Аня приходила в бешенстве. Кто они такие, эти клуши, чтобы тетю Шуру осуждать. Пусть за своими мужьями смотрят, а то все, как один, каждый вечер пьяные. Грубить поселковым теткам нельзя, это Аня хорошо знала – заедят, но и терпеть такие гадости – сил нет. Хорошо Севке. Он близко к сердцу глупости не принимает. «Собака лает – ветер носит, а караван идет» – это Севкино кредо. Молодой человек уловил, что Аня еле сдерживается, взял приглашения и стал раздавать их теткам сам. Аня только рядом для мебели стояла. Почему-то к Севке тетки с вопросами не лезли. Все-таки зачатки сознания у этих одноклеточных есть.

Больше всего Ане не хотелось идти отдавать приглашение бабе Мане, т.к. надо было идти мимо дома Бегловых, и можно было нарваться на Леру. Аня очень боялась сказать что-нибудь лишнее и выдать себя. Надо же –брюлики (!) и где? В каком-то затрапезном старом доме. Брюлики ищет Лера, Андрей делает вид, что ни при чем. Интересно, почему? Если на то пошло – дом его, а значит и брюлики его, а Лера – так, сбоку припеку.

Бабы Мани дома не оказалось, пришлось возвращаться ни с чем. Может бабе Мане тетя просто позвонит и пригласит на свадьбу, тащиться к ней еще раз, ой, как не хотелось. По дороге домой ребята увидели Витьку, он естественно ловил кайф на участке Бегловых. Аня заметила, что радом с забором свалена куча барахла, в том числе сапоги. Интересно, Лера уже нашла мешочек или вся операция по внедрению страз в сапог пошла впустую.

– Витька, где баба Маня? – спросил Севка. У нас здесь приглашение на свадьбу тети Шуры для всей Вашей семьи. Может возьмешь, а то еще раз к Вам тащиться неохота.

– Бабка пошла в парикмахерскую красоту наводить. Видели бабу Варю? Прям модель! – Витька заржал, – А моя бабка что хуже? Интересно в какой цвет покрасится? Надеюсь, парикмахерша, тетя Люба, знает какой цвет у бабы Яги любимый.

– А ты что, хлам сторожишь? – не утерпела и съязвила Аня.

– Почему сторожу? – обиделся Витька. Просто стою и отдыхаю.

Витька начал демонстрировать, как он активно отдыхает: разбежался и пнул сапог так, что он перелетел через забор и чуть не угодил в Аню. Перед тем как сапог упал на землю, из голенища выпал маленький черненький мешочек с вышитой буквой М. Аня сразу поняла, что это другой мешочек, не тот, что был с брюликами. Не такой пыльной и завитушка от буквы М вышита немного по-другому. Аня хотела нагнуться и осмотреть мешочек повнимательнее, но услышала душераздирающий вопль: «Не трогай!!!» Как только эта Лерка разглядела, что из сапога что-то выпало. В три прыжка Лера оказалась рядом с Аней и схватила мешочек. «Это мое!!!» Даже Витька удивился. Андрей выглянул в окно и меланхолично его закрыл. Скандалы ему явно надоели.

– Я сразу поняла, что ты воровка! – Лера толкнула Аню. Не смей близко подходить к нашему участку. Проваливай!

Аня чуть не упала, хорошо, что Севка ее поддержал.

– Знаешь, Лера, мне кажется, что сегодня ты переборщила, – У Севки в голосе появился металл. – Думаю, что нам с Анькой надо сходить в полицию и заявление написать. Мало того, что ты Аню оскорбила, так еще хочешь присвоить себе то, что тебе не принадлежит. Дом и все, что в нем находится, принадлежит Андрею. По-моему, так в завещании написано. Еще не факт, что завещание подлинное, подписи-то нотариуса на нем нет. Пойдем, Аня, подадим заявление. Тебе, Лера, мало не покажется.

Ребята повернулись и пошли. Аню трясло. Это ж надо быть такой стервой. Идти в полицию – это может и перебор, но так оставлять Лерины выходки тоже нельзя. Хорошо, что в мешочке стразы, брюлики стерве не достались. Надо с Василием Петровичем посоветоваться, что делать. Хорошо, что у них в доме теперь есть мужчина, на которого можно положиться.

Аню с Севой догнал Андрей. Он извинился перед Аней за Леру, долго расписывал, какая Лера нервная и, в конце концов, очень попросил не писать заявление в полицию. Аня разозлилась и порекомендовала Андрею держать Леру дома, если она такая психованная, а еще лучше купить ей намордник. Андрей усмехнулся и пообещал, что больше эксцессов не будет. Перед тем, как попрощаться, все же еще раз попросил уважить его просьбу и заявление в полицию не писать.

– Анька, ну хоть сейчас ты убедилась, что Лерка с Андреем мошенники? Приехали, чтобы брюлики стырить. Главная загадка – откуда они про брюлики узнали. Пойдем ко мне, по соцсетям парочку пробьем.

Анька не очень любила ходить к Севке, особенно, когда его родители были в отъезде. Свинарник и есть свинарник. Сколько раз она говорила, что посуду надо мыть каждый раз после еды. Только Анины слова, как об стенку горох. Сразу, как вошли в дом, с кухни потянуло соответствующим амбре. Пришлось Ане сначала всю посуду перемыть, нельзя же жить в таких антисанитарных условиях. Аня еще не успела остыть после встречи с Лерой, а тут еще ворох грязной посуды. Стыдить Севку бесполезно, ему ни капельки не стыдно. Подумаешь грязная посуда! Севка крикнул, чтобы Аня скорее шла в его комнату к компьютеру, а Аня не пошла, решила еще пол подмести и фантики от конфет собрать. Они равномерно покрывали все имеющиеся в наличии поверхности. Судя по всему, Севка завтракал, обедал и ужинал конфетами. Аня умом понимала, что с Андреем что-то не то, но… расставаться с мечтой о Прекрасном принцем очень не хотелось. Зачем ей смотреть соцсети, пускай Севка смотрит, а потом ей все расскажет. Так будет легче пережить разочарование. Севка был спецом айтишником, а вот спецом по тонким материям и девичьим чувствам не был. Притащил ноут на кухню, на наведенную Аней чистоту внимания не обратил.

– Смотри, Анька, какой пердимонокль! Аня посмотрела на экран. Боже мой, до чего же Андрей красивый. Портрет был сделан не просто фотографом, а знатоком своего дела, можно сказать, художником. Фотограф выбрал самый выигрышный для Андрея стиль. С экрана компьютера на Аню смотрел романтический герой, рыцарь без страха и упрека.

– Анька, ты что зависла? Ты что, Андрея не видела? Ты не на фотку, ты на подпись к фотке смотри.

Вот этого Ане делать не хотелось. Зачем разрушать магию, которая струилась с экрана. Судьба иногда бывает снисходительна. У Ани зазвонил телефон, тетя Шура срочно приглашала к столу ужинать. Пришлось закрыть крышку ноута и бежать домой. Естественно, Севка был тоже приглашен, кто из взрослых потерпит, чтобы парень питался одними конфетами. Во всяком случае не Александра Николаевна – врач и по совместительству хлебосольная хозяйка.

Тетя Шура всегда очень вкусно готовила, а сейчас, когда в доме появился Василий Петрович, вообще превзошла саму себя. Аня не заметила, как все съела. Жалко, что в нее влезло только три куска пирога, на большее сил не осталось. Севка съел четыре куска и поглядывал на пятый, однако, стеснялся показаться слишком прожорливым. Тетя Шура это заметила и попросила Севку доесть пирог, а то он до утра зачерствеет. Дважды себя просить Севка не заставил. На лице у него появилась блаженная улыбка. Жизнь, что называется, удалась!

После ужина Василий Петрович принес из своего дома беспилотник, вроде квадрокоптер (если Аня правильно расслышала) и поставил перед Севкой задачу приделать к нему камеру, чтобы фоткать свадьбу сверху. Аня послушала, послушала разговор мужчин о характеристиках беспилотника и особом программном обеспечении, которым его снабдил Василий Петрович, и пошла помогать тете Шуре убирать со стола. Хорошо, что Севка занялся делом, и развенчание Андрея, т.е. перевод его из рыцаря в мошенники отложился. Сегодня вечером еще можно будет помечтать о том, что Андрей влюбится в Аню и о том, как они будут счастливы вместе всю оставшуюся жизнь. Аня уже собралась пойти к себе в комнату, как раздался стук в дверь. Аня открыла дверь и отпрянула. На пороге стоял Андрей. Лицо у него было очень серьезное и немного смущенное. Андрей извинился, что отвлекает людей от засуженного отдыха, но очень попросил Василия Петровича уделить ему несколько минут. Опора семьи отказываться не стал, но для разговора повел Андрея к себе в дом. Аня с Севкой переглянулись, подслушать не удастся. Оставалось надеяться, что все тайное рано или поздно станет явным.

Надо ли говорить, что Аня прилипла к окну, чтобы не пропустить момент, когда Андрей будет уходить. Разговор занял минут сорок. Василий Петрович проводил Андрея до калитки и на прощание пожал ему руку. Значит Андрей не мошенник, чтобы там Севка не нарыл в интернете. Все-таки людям надо верить. Аня успокоилась и быстро заснула.

18.

В день свадьбы Шура проснулась очень рано. Вроде бы все радостно и так хорошо, что даже сердце замирает. К свадьбе все готово: Шура перебрала в голове все реперные точки. Платья для Шуры и Анечки готовы, костюм, рубашка и галстук для Васи поглажены. Из рестораны вчера привезли посуду, столы и еще какие-то причиндалы. Ровно в девять должна подъехать целая команда, которая начнет накрывать на столы, которые уже поставили в тенечек под яблони. Жара никак не спадет, и страхи, что в день свадьбы пойдет дождь не оправдались. Все в порядке, и все же на подсознании теплилось нехорошее чувство, что что-то такое есть, что обязательно надо сделать до свадьбы и что еще не сделано. Хорошо, что у людей есть Ангел-Хранитель, который иногда шепчет подопечным на ушко полезные вещи.

– Васька, вставай, хватит спать. Давай перед свадьбой на кладбище сбегаем, тебе надо с матерью помириться. Повинись, что долго к ней на могилу не приходил. Я с тобой тоже пойду. Надо, чтобы из души все плохое ушло.

– Всё говорят, что женщины дуры, а ты у меня не просто умная – мудрая. Я и сам хотел на кладбище сходить, когда у нас с тобой все устаканилось, только не успел. Побежали короткой дорогой, минут за пятнадцать добежим.

– Нет, Вася, короткой дорогой я не пойду, там ям полно. Один раз я уже ногу сломала, второй раз – не хочу. Я очень боюсь, Вася, что нас опять какая-нибудь ерунда разлучит.

– Шуренок, я с тобой. Я по молодости дураком был, совершенно безответственным. Жизнь меня столько раз за это мордой об стол прокатила, так что я теперь воробей стреляный. Мне без тебя, Шуренок, жизни нет. Ничего не бойся.

На кладбище в ранний час было особенно тихо и благостно. Шура все собиралась привести могилу Ирины Васильевны в порядок, но весной только сподобилась цветы посадить. Сейчас они разрослись, и в целом все выглядело неплохо. Василий прижал к себе невесту и поцеловал. Понял, кто за могилой ухаживал.

– Мать, – тихо сказал Василий, видишь, как все получилось. Не дождалась ты меня… Сегодня мы с Шурой женимся. Порадуйся за нас там, на небе. Лучше Шуры никого на свете нет. Мать, я на тебя зла не держу, Шура тоже. Земля тебя пухом.

Шура с Васей сходили на могилу и к Шуриным родителям. Правильно Шура придумала. Перед таким серьезным шагом надо родителям поклониться. Домой жених с невестой вернулись притихшие, а там уже стоял дым коромыслом. Через полчаса надо было выходить из дома, чтобы не опоздать на регистрацию брака.

19.

Что может быть важнее любви и свадьбы? Когда тебе семнадцать, ответ очевиден – ничего. Аня проснулась и очень удивилась, что тети нет дома. Куда она могла подеваться? Надо же нормально причесаться, подкраситься, одеться. Это же не просто так – на работу, это – на собственную свадьбу. Раз в жизни. Сама Аня быстренько позавтракала и начала наводить марафет. Прическу надо подправлять. Аня вчера сто раз попросила парикмахершу, чтобы прическа до утра дожила, предупредила, что волосы у нее уж очень непослушные. Что-то, конечно, дожило, но уже совсем не то, что вчера. Вчера был класс, хотя вредный Севка долго гундел, что до парикмахерской Анина прическа было лучше. С волосами Аня справилась и достала новое платье. Все-таки, оно просто умереть, заснуть… Ни у кого из девчонок из Аниного класса такого нет. Девушка надела новое платье, посмотрелась в зеркало и призналась себе, что она очень даже ничего. Нос, конечно, чуть-чуть сплоховал, но в целом – жить можно. Надо, чтобы ее Севка сфоткал, все девчонки точно умрут от зависти.

Сфоткаться не получилась. Началась жуткая суета, т.к. жених и невеста вернулись меньше, чем за час до назначенного времени бракосочетания. Добираться до поселковой администрации минут двадцать, поэтому Василий Петрович в приказном порядке велел всем одеться за полчаса. Всего полчаса на то, чтобы одеться невесте! У Ани это в голове не укладывалось. Тетя Шура отнеслась к воле жениха с пониманием. Волосы у тети Шуры вьются от природы, поэтому никакую прическу она делать не стала. Неправильно это, конечно, но под фатой что там на голове особенно не видно. Тетя Шура сбегала в душ на пять минут и облачилась в свое шикарное платье. Гипюровое платье село как влитое. Туфли немного подкачали. Каблук недостаточно высокий, но здесь в тети Шурино положение войти можно. После перелома лодыжки ей на высоких каблуках ходить тяжело. На все про все ушло двадцать минут. Аня придирчиво оглядела тетю Шуру, красота неописуемая, второй такой красивой невесты в поселке нет и быть не может. Аня немножко поправила фату, чтобы фалды красиво падали на тетины плечи, сфоткала невесту и отослала маме. Мама вчера сто раз наказала все фотографировать и сразу же пересылать ей, чтобы видеть всю свадьбу в реальном времени.

Ровно через полчаса раздался стук в дверь и вошел Василий Петрович с букетом цветов. Жених и невеста посмотрели друг на друга и остолбенели. Василий Петрович явно не ожидал, что его Шуренок такая красавица. Сам Василий Петрович в дорогом костюме и белой рубашке выглядел на все сто. Небольшая седина на висках, легкий загар и стать. Прямо английский джентльмен. Судя по всему, тетя Шура не предполагала, что за такого красавца замуж выходит. Единственное, что Ане не понравилось, это то, что Василий Петрович нацепил на пиджак какую-то маленькую медальку, вроде значка. Зачем она на свадьбе?

Довольно большой толпой двинули в Администрацию. У тети Шуры свидетельницей должна была быть баба Варя, а у Василия Петровича – его друг Вячеслав, который специально приехал в гости ради такого случая. Приехал друг не один, а с двумя племянниками – близняшками Сеней и Веней. Отличить Сеню от Вени было совершенно невозможно, до того они одинаковые. «Сила есть – ума не надо» подобрал для них определение Севка. Лучше не скажешь. Веня с Сеней будут помогать Василию Петровичу ремонтировать его дом.

Вчера вечером был семейный совет. Целый вечер старшее поколение по скайпу общалось с Аниными родителями. Договорились, что в будущем тетя Шура с Василием Петровичем будут жить в его доме, а в тети Шурином доме будут жить Аня и ее родители. Забор между домами можно будет убрать, и получится прямо царское поместье. Лаврушка будет доволен. Василий Петрович даже план реконструкции домов и участков нарисовал, но Аня вникать не стала. О чем только у людей голова болит, когда свадьба на носу.

Бракосочетание в администрации Ане не понравилось совершенно. Заезженная пластинка с маршем Мендельсоном и полоумная толстая тетка – регистраторша. Двух слов связать не могла. Даже Севка морщился. Он принарядился: был в длинных штанах и парадной рубашке, которая была почти глаженной. На Аню он смотрел исподтишка, с немым восхищением, чем значительно поднял ее настроение.