Ключ от Тёмного Леса. Незваные гости

Часть первая

НЕЗВАНЫЕ ГОСТИ

Самые яркие сны – те, которые были реальны.

Глава 1

Четыре стены – единственное, что Михаил видел по-следние три недели. Белый потолок, капельница и пи-кающий, непрекращающийся звук… Все настолько запо-мнилось пятнадцатилетнему мальчику, что он мог

с закрытыми глазами рассказать, где вот-вот упадет шту-катурка; где валяется мусор.

Завтрак, лекарства, грустные взгляды и вздохи. Почему

у всех вокруг опустились руки?! Мишка встал бы, да кашель согнет его пополам, как борца на ринге, получивше-го удар в живот. Вряд ли что-то поможет тяжелобольному

пациенту.

Серое утро: солнце выглядывало из грязного окошка

домика. Днем оно светит тусклым зимним светом па-реньку в глаза, заставляя его то и дело жмуриться. Ну

а вечером солнце заканчивает свой поход уже в другом

углу, посылая бледные прощальные лучи своему посто-янному зрителю.

Нервный, некрепкий сон вновь накрыл мальчика, смягчая его черты лица на мгновение, пока кашель не

вырвется из груди. Паренёк с грустными голубыми глазами старался не плакать, хоть и видел, как доктора по-качивали головами: он не вылечится. Уши отказывались

верить в слова мамы, самого родного человека, который

никогда не сдавался, но не в этот раз… Семья почти похо-ронила любимого сына, как трудно им ни было бы.

В ту ночь Михаилу впервые за все три недели при-снился сон. Он оказался на удивление светлым и, казалось, будто был наяву.

5

Вот Миша идет по снегу, что игриво хрустит под ногами, вот на ресницы падают снежинки, и легкие полны

морозным воздухом. Во сне парень словно заново родил-ся, он радовался…

Показался силуэт, который быстро шел к нему, и Михаил тоже ускорил шаг к незнакомцу.

«Беги», – отчетливо прозвучал звонкий и громкий

голос силуэта, чье лицо скрывалось под капюшоном.

И Миша проснулся. Очередной бред, галлюцинации.

Было понятно, что скоро он умрет. Все так считали, но

напрямую не говорили.

Все утро он думал, что бы мог значить этот сон. Бежать… Но от кого? Зачем? Это всего лишь сон, но мысли

сами лезли в голову, от скуки больше толком и не о чем

подумать.

«Беги… – переваривал Миша, глядя в окно, за которым шел пушистый снег. – От болезни и людей?»

Мгновенно мысли о выздоровлении – светлые и теп-лые – окутали разум, обволакивая, словно теплое одеяло. Кажется, парень снова провалился в сон.

Даже во сне он находился в больнице. Все происходило так, будто это был и не сон вовсе. Вот Миша встал, не

обращая внимания на кашель, и оглядел комнату. Поправил больничную рубашку и, пошатываясь, направился к двери. Зачем он идет – не ясно, но он чувствовал, что надо. Какое-то шестое чувство – надо, и все!

В коридоре было пусто: ночью больница затихала, ни-кого не видно – пациенты спят, дежурные врачи отды-хают, а охранник сидит у себя в каморке.

Миша ощущал себя тряпичной куклой. Такие сны

у него уже случались: когда парень бежал, что есть мочи, а не мог сдвинуться с места; а тут его ноги еле слушались, 6

и казалось, что следующий шаг будет последним. Но вот, мотаясь из стороны в сторону, то и дело похрипывая, он

дошел до двери. Пришлось собрать все силы, чтобы за-ставить ее приоткрыться. Холодный морозный ветер тут

же ударил Мишку в лицо, тот кашлянул и от неожидан-ности покачнулся и отпрянул.

Подавляя волну кашля, он огляделся – нужно было

обуться. Зачем, для чего ему нужно было на улицу – он

не знал, да и выяснять не хотелось: сон на то и сон, чтобы

в нём происходили всякие странности, объяснять которые попросту бессмысленно.

Раздевалка была недалеко от входа, там же, где и бахи-лы в корзинке. Найдя среди обуви сотрудников что-то, что на глаз показалось более или менее впору, Миша

взял первую попавшуюся куртку и юркнул обратно в коридор.

В больнице по-прежнему была тишина. Миша снова

навалился на дверь, но на этот раз решил долго не думать

и в следующий миг оказался по ту сторону больницы.

Снег лежал огромными сугробами, а темное небо

словно искрилось от снежинок, падающих с него.

«Бежать… Прочь, нужно бежать…» – бредил парень, убирая темные волосы со лба, кашлял, но продолжал

идти вперед.

Миша не чувствовал холода, даже наоборот. Ему было

жарко, и казалось, что никакой снег не потушит огонь

в его груди. С каждым приступом кашля было всё жарче

и жарче…

Тот силуэт, который он видел недавно в странном яр-ком сне, всё не выходил из головы мальчика – кто это

мог быть? Почему он не видел его лица?

7

Больница осталась позади, а Миша упорно продолжал

идти по очищенной от снега тропинке. Ему было тяжело, в голове не было никаких мыслей, кроме той, что громко

била его по затылку: «Вперёд, вперёд, нужно бежать!»

Но долго мальчик не прошел: от сильного ветра сла-бое больное тело Миши повело в снег, засыпая новой

порцией белой пелены.

Сквозь возню и хрип, через кашель мальчик различил

звук шагов. Кто-то приближался к нему. Может, врач, а может, неравнодушный прохожий, да и вообще – мало

ли кто мог ходить у него во сне, но Миша сдался и перестал барахтаться в снегу, оставшись лежать в сугробе.

Вдруг его кто-то приподнял, потормошил рукой, будто пробуждая ото сна, бормоча и повторяя фразу, как

в забвении: «Пойдем!..»

Тот голос… Он казался знакомым.

Встав на ноги, Миша, поддерживаемый спасителем, старался всмотреться в его лицо. Это оказалась девочка, рыжие кудрявые пряди которой выбивались из-под

капюшона. Под пологом ткани сверкали зелёные глаза, неестественно яркие, будто собрали все краски с деревьев и сочной травы, которых так не хватало зимой. Они

очень выделялись на фоне белого снега, словно два свет-лячка вышли прогуляться в такую плохую погоду. Незна-комка сняла тяжелую шубу и накинула на плечи Миши

поверх куртки. Ухнув под ее весом, тот присел, но упасть

ему не дали руки девочки.

– Пошли, бедняга, – прошептала она и, приобняв

мальчика, чтобы помочь тому идти, направилась прочь

от больницы.

Ей пришлось сбавить скорость: ноги Миши то и дело

заплетались в валенках, оказавшихся на пару размеров

8

больше нужного, путались, спотыкались, в конце концов

мальчик просто висел на плече девочки.

Изредка покашливая, Мишка старался собрать все

мысли в кучу, задать вопрос: а кто эта девочка вообще?

Позже он стал перебирать в голове варианты, где бы он

мог ее видеть в реальности, из-за чего запомнил её так

детально. Одноклассница? Одно… Одношкольница? Со-седка по дому? Нет, таких соседок он не видел, все девчонки были обычными, без таких непривычных ярких

глаз.

Только открыл рот, чтобы наконец-то спросить, как

рыжая загадочная девочка перебила его.

– Молчи! – отрезала она, коротко и чётко заставив

Мишу закрыть рот. – Ты болеешь. Давай, надышись мо-розом, коньки-то точно отбросишь… Сейчас доберёмся

до Лидии, и всё будет хорошо…

Теперь Миша совершенно не соображал: мало того, что его кто-то куда-то тащит, без вопросов и информа-ции, так его и встречать кто-то будет! Может, этот рыжий начинающий бандит-похититель ошибся и перепу-тал мальчика с кем-то ещё? Хотя вряд ли, валяющихся

в сугробе не так-то много…

– Прости, но, кажется, ты меня с кем-то перепута-ла… – прокашлял Миша, стараясь передвигать ногами

в такт шагам девушки.

По её сбитому дыханию было понятно: тащить такого

тяжёлого кабанчика, как он, – нелегко.

После этих слов девочка замерла, убрала пряди с лица

и, не обращая внимания на летающие хлопьями снежинки, вгляделась в лицо Михаила.

– Тебя Мишаней ведь зовут? – сощурилась она, а голос чуть заметно дрогнул. – Или… Или нет?

9

– Кем? А, Мишей… Да, да, это я. – Теперь парень как

следует осмотрел девушку. Она была его возраста, и тут

же возник вопрос: а откуда она его знает? – А ты, кхе, кто?

Девочка, довольно улыбнувшись, будто её похвалили, отстранилась от Миши и сказала:

– Я – Станислава Зеленоглазая, – улыбнулась

она. – Ну, пошли дальше, или ты хочешь, чтобы нас нашли?

Миша машинально покачал головой: он настолько

устал, что все вопросы было решено отложить на потом.

Еле-еле поспевая передвигать ноги за девочкой, которая вновь решила молчать, Миша вдруг вслух подумал:

– Скорее бы проснуться, я так устал…

– В каком смысле? – Станислава перехватила парня

покрепче. Она всё так же вглядывалась куда-то вдаль. —

Так ты не спишь, вот и устал. Придем на станцию, сядем

в поезд, там и поспишь.

Земля ушла из-под ног мальчика:

– То есть «не сплю»?

– Все вопросы потом, лучше помогай мне, а то вообще всем весом на мне повис!

А в это время окружение совсем изменилось: не было

ни города, ни больницы, а впереди простиралось лишь

огромное поле…

Глава 2

Миша не смотрел, куда шёл, куда его ведут. Он старался собрать все мысли в кучку, проанализировать, что

произошло.

Вот он лёг спать, уснул, а когда проснулся – не заметил? Получается, сбежал? Если у него жар, и он до такой

степени бредит, то как у него вообще хватило сил куда-то

идти, да ещё и с кем-то разговаривать? Где-то в подсо-знании он жалел, что сбежал. Жалел, что заболел. В ми-нуту отчаяния даже появились мысли сожаления, что он

спас свою сестру. Но от них парню становилось противно, и он в ту же секунду гнал эти мысли прочь, стараясь

больше ни о чём не думать.

Ребята шли по полю, настолько большому, что не хватало взгляда охватить весь снежный простор. Картина

была красивой, но холод не давал как следует полюбо-ваться. Валенки, которые Миша невежливо позаимство-вал у какого-то бедного врача или медсестры в больнице, уже потяжелели от снега, но он не мог жаловаться – это

было лучше, чем идти в тапочках.

Станислава, укутавшись в капюшон и натянув пуши-стые варежки, уверенно шла вперед, словно видела какую-то тропку, что была скрыта от Миши, и тот послушно

плёлся за ней, лишь представляя, как его хватятся в больнице, как позвонят маме, как будут носиться по городу, разыскивая больного…

Вдалеке показались макушки крыш домов – то ли го-родок, то ли деревня. Миша прикидывал в уме, сколько

они уже прошли.

11

– И куда мы идем? – поинтересовался он, глядя на

Станиславу. – И как ты меня нашла? Может, объяс-нишь?

Девочка, взглянув на него, пожала плечами.

– Узнаешь, я тебе чуть позже всё расскажу, – улыбнулась она, будто знала глубокую и очень тёмную тайну. —

Вон там находится станция, от которой отправляется

поезд, где нас уже заждалась Лидия. Мы аккуратно, чтобы не заметили, проберемся в поезд и отправимся за город, домой… А теперь молчи, ты болеешь, не хватало еще

сильнее простудиться…

Миша, кивнув, замолк, приняв от Стаси шарф, обмотал шею и лицо до носа, как сказала девочка: «Чтобы

было теплее». Она шла в одном лишь свитере и штанах.

Конечно, ей было холодно, и Миша без вопросов мог это

понять. Но отдавать столь любезно предложенную шубу

и шарф он не хотел, хоть и считал себя до этого джентль-меном.

Поздно было возвращаться: Мишка не запомнил дорогу назад, так что даже если ему хватит сил сбежать, даже если он уйдет с поля, то не найдет больницу. Так что

теперь ему ничего не оставалось, как идти за Станиславой, неожиданно появившейся в нужный момент и нуж-ное время. Только вот для кого этот момент и время были

нужнее – Мише пока только предстояло узнать.

Хрустя снегом под ногами, ребята дошли до горящей

огнями станции, где толпились люди с билетами и чемо-данчиками – все ехали кто куда: кто – в путешествие, кто – в командировку по работе, а кто – к семье, домой.

Миша остановился и повис на Станиславе, всматриваясь в толпу. И кто из всех людей – Лидия?

12

– Пошли, – прошипела Стася, немного злясь на не-расторопность напарника, встряхивая его, как наплеч-ную сумку.

Обойдя толпу, девочка оглянулась – проверяющего

билеты не было, что дало возможность юркнуть в поезд.

Пройдя пару вагонов быстрым темпом, волоча за собой

Мишку, Стася остановилась перед дверкой в купе.

Стукнув три раза в определённой последовательно-сти, девочка потянула ручку.

– Ну и где она? – выдохнула стучавшая. – Лидия…

Мы пришли!

«Тук… Тук-тук…» – вновь простучала Станислава, и наконец-то дверь отворилась. За ней стояла маленькая

девочка с длинными светлыми волосами.

– Заходите, – шепнула она, выглянув в коридор. —

Привет, Мишаня. Я – Лидия, ну, или можно Лиля, мне

так больше нравится.

Девочка, впустив новоприбывших, закрыла дверь

и оглядела парня.

– Наконец-то я тебя увидела, – хихикнула она. —

Может, шоколаду?

Мишу уложили на одну из коек, накрыли двумя одея-лами и, высвободив мальчику одну руку из-под одеял, всучили горячую кружку. Шоколад, от которого шел пар, приятно обжигал горло. Казалось, и кашель отступил, стало легче дышать.

И вот ребята сидели с горячими кружечками, обсуждая знакомство. У Лидии были большие синие глаза, смотрящие с детской наивностью и доверием, что заста-вило Мишу улыбнуться. Мальчик удобно лежал на

подушке, заботливо взбитой Станиславой, и слушал бол-13

товню девочек. Ему хотелось спать, но куча вопросов, которые роились в голове, не давали сомкнуть глаз.

– Сколько тебе лет? – поинтересовался он.

Отставив кружечку на стол, Лидия взглянула на него.

– Одиннадцать, а тебе?

– Пятнадцать… – Миша сравнивал внешность и возраст малютки.

Она выглядела лет на шесть: маленькая, худенькая, как соломинка. Волосы были не на шутку длинными.

Мальчик, глядя на них, принялся рассуждать, насколько

это неудобно – иметь такие волосы…

Сейчас ситуация была похожа на сказку для Михаила.

Всё было чудно и необычно, словно фантазии о путеше-ствиях ожили и полностью поглотили мальчика.

– У тебя такая странная фамилия, – сказал Миша, глядя на Станиславу, – да и внешность необычная…

Хотя ничего такого особенного нет. Станислава, у тебя

фамилия Зеленоглазая – совпадает с цветом глаз… А вот

ты, Лидия, какая у тебя фамилия?

– Шелкопрядая, – улыбнулась та. – А твоя?

– Весенник, – усмехнулся Миша, готовясь прини-мать шутки.

Но девочки и не думали смеяться.

– Красивая фамилия… – не закончила Лиля, как

в коридоре раздались тяжелые шаги. – Ой, надо приготовить билеты!

Миша покрутил головой: вот те на, а билет-то он не

купил. Да и вообще, почему его никто не предупредил, почему куда-то везут? Сейчас высадят с поезда, и ходи

думай, куда идти и что делать.

14

А что делать? Вообще Миша должен был быть в больнице, так что паника от мысли ехать без билета удивила его.

– Итак, – в дверном проеме показался грузный мужчина, – ваши билетики.

Ребята притихли, слушая, как Лиля шуршит и плюха-ется на матрас. Стася была спокойна, она сидела и ти-хонько попивала шоколад, а вот Мишка то и дело кидал

взгляд то на неё, то на Лидию. Но вот Шелкопрядая вытянула из сумки три билета и протянула проверяющему.

У Миши сразу пропала паника: предусмотрительные

девочки и ему билет прихватили. Тогда возникает другой вопрос: неужели они были так уверены, что Миша

согласится пойти с ними? И вообще, как они так подга-дали точный день и время отправления поезда? Эти

мысли скручивали голову мальчика тесным обручем, и как он ни старался гнать их, всё равно нет-нет да и за-давался вопросом.

Контролёр ушел, пожелав счастливого пути, и вот ребята снова продолжили пить горячий шоколад.

– Красивый поезд, – вдруг прервал тишину Михаил. – А куда он едет?

– За город, остановка на последней станции. А после – в лес, домой.

Михаил, глянув в окно, опешил:

– Вы живете в лесу?! – зашелся он громким лающим

кашлем, отчего Лиля и Стася зашикали на него.

Вопрос они оставили без ответа. Вместо этого девочки

стали готовиться ко сну, поправляя одеяла и подушки.

Где кто живет, ему пока что было без разницы – уста-лость превратила мысли в тягучий кисель.

15

На дворе глубокая ночь. Под стук колес Весенник старался уснуть, но всё думал: а почему всё так сложилось?

Вот он едет в поезде, непонятно куда, непонятно с кем

и зачем, хотя он думал, что максимум, куда он попадет, —

это в детскую комнату полиции – за побег – или снова

в больницу.

Поезд мчался сквозь белую пелену снега, рассекая

чёрным силуэтом белоснежный пейзаж, расстилающий-ся вокруг.

Завтра будут новый день, новые удивления и странности, новые приключения – Миша уже морально гото-вился к этому…

Глава 3

Лидия, потянувшись, села на матрасе, закутавшись

в одеяло. Несмотря на то, что окна закрыты, было очень

холодно. Девочка выглянула в украшенное инеем окно: поля, поля и ещё раз поля, изредка сменяющиеся поло-сами лесов. Это могло означать только одно…

– Мы почти приехали! – взвизгнула Шелкопрядая, но, вспомнив, что ребята ещё спят, замолкла и, порыв-шись в рюкзачке, достала две плитки шоколада, заверну-тые в бумагу, сахар, какао и чайничек.

Встав и сладко потянувшись, она включила чайничек

в розетку и, поглядывая на спящих Мишу и Стасю, принялась готовить.

Налив в чайничек воды, она достала большую кружку

и насыпала несколько ложек какао. Слушая, как булькает

нагревающийся кипяток, девочка что-то напевала себе

под нос, положив голову в ладошки и упершись локтями

на стол. Когда вода закипела, девочка залила смесь ки-пятком.

Довольная своей работой, Шелкопрядая уселась на

матрас, приготовив три кружки. Теперь девочка принялась за бутерброды с малиновым вареньем, банку которого она достала из рюкзачка.

Позже к завтраку подтянулись и остальные: Стася, из-мазавшись в варенье, уплетала бутерброды и обжигалась

горячим какао.

– Не торопись, – упрекала её Лидия, уже позавтра-кав.

Она смотрела в окошко на мелькающие снаружи деревья.

17

Михаил сильнее кашлял из-за отсутствия лекарств, и с каждым вдохом и выдохом он будто отрывисто посви-стывал, как сломанная игрушка-пищалка.

– На, – протянула дымящуюся кружку Станислава.

Посредине кружечки плавал зефир, аккуратно положен-ный Лидией. – Поможет согреть горло.

Лиля, взглянув на болезненно бледного Мишу, протянула ему маленькую деревянную баночку с зефиром, стараясь поднять настроение.

Весенник, собрав все силы, улыбнулся, чтобы не оби-деть девочку – старалась всё-таки.

В купе было довольно-таки холодно, отчего все укута-лись в одеяла и смотрели в окно, как поезд мчался по

низменности, а склоны по сторонам от него казались белыми стенами, которые одной массой пролетали мимо.

«Сюда бы санки, на такую горку…» – с горечью думал

Миша, осматривая снежную панораму.

Вскоре поезд выехал на ровную дорогу. Вокруг были

одни деревья – ребята ехали через лес. Станция находилась у его начала, и когда поезд остановился, все люди

выходили и шли прочь от леса в сторону города, что находился на хорошем расстоянии и издали казался ку-кольным. Не было ни одиноко стоящих домов, ни фона-рей, ни дороги. Просто поле, а по центру – сбившиеся

в кучку здания.

Лидия, вытащив свой рюкзачок, надела пальто, а шею

обмотала вязаным шарфом. Теперь она была похожа на

колокольчик из-за формы верхней одежды. Станислава, завязав кудрявые волосы в хвост, надела второй свитер, бережно взятый с собой Лидией, поправила на ногах валенки, шапку и шарф и вышла за Лилей. Михаил накинул на себя шубу Стаси и вышел за девочками.

18

Весенник не понимал, почему они не идут за остальными людьми, а направляются к лесу. Неужели девочки

и вправду там живут? В голову приходили старенькие, развалившиеся домики лесников, поросшие мхом и пле-сенью, с огромными дырками в полу, где обычно кишит

разная живность…

Лидия, притормозив, окликнула Михаила, мол, пото-ропись, копуша!

Ребята шли вереницей, обходя деревья, чьи снеговые

шапки нависали над ними, грозясь опрокинуть свой

убор на гостей. Следов на снегу не было – Стася, что

шла впереди, была «первопроходцем». В лесу сугробы

были намного глубже, и местами путешественники про-валивались в них по пояс.

«Заведут в лес и оставят помирать… – думал Миша. —

Ну какой дурак пойдет сюда?»

Мальчик тяжело дышал, хрипел и свистел, легкие

больно жгло, но, на удивление Миши, он не чувствовал

слабости, даже наоборот: был полон сил, а кашель не от-нимал столько энергии, как раньше.

Чем дальше заходили ребята, тем темнее и гуще становился лес…

– Ну вот и пришли! – гулко захлопала в варежках

Лидия в ладоши. – Тебе понравится, Мишаня!

На возглас парень стал оглядываться, стараясь заметить то, куда, по словам Лидии, они пришли, но ничего, кроме деревьев, снега и следов, оставшихся за ребятами, не было.

Станислава, почувствовав, что она уже дома, вдохнула

полной грудью и с новыми силами стала пробираться через снег, высоко поднимая ноги. Заметив, что Весенник

тормозит, она кинула в него снежок и гикнула.

19

– Миша, разуй глаза! – засмеялась Зеленоглазая. —

Мы уже дома!

Это радостное высказывание ещё больше смутило

беднягу, что теперь ходил, нет, ползал между деревьев

и кустов, ища тот самый загадочный дом, которого до

сих пор не было видно.

Лиля, не став ждать ребят, пошла к толстому дереву

и у него, поправив на плечах рюкзачок, свистнула, заставив тем самым Мишу оглянуться.

– Посмотри наверх, – указала пальчиком на густую

крону, – пошли за нами, или тебе гулять нравится?

С этими словами малышка, ухнув, обняла ствол дерева и стала карабкаться вверх, вскоре скрывшись за пологом снега и ветвей. Миша пытался понять, что это за дерево: листвы или иголок нет, но снег настолько плотно

лежал на ветвях, что ничего, ни малейшего проблеска

света, невозможно было разглядеть.

– Давай за нами! – засмеялась Стася, глядя на удивленно-испуганное лицо Весенника. – Догоняй!

Девочка, подпрыгнув, в два счёта очутилась в «слепой

зоне» – за кроной невозможно было увидеть, куда пропали девочки, и поэтому Михаилу оставалось только

следовать за ними.

«Ладно, если у них получилось, то и у меня получится!» – подбодрил он себя и, выдохнув, оглядел гладкую

поверхность дерева.

Пару раз соскользнув и испачкав себе штаны трухля-вой корой дерева, мальчик сдался: плюхнувшись в мяг-кий снег, он старался разглядеть девочек, скрывшихся

наверху. Вдруг откуда-то из-за снега, едва не задев голову

Весенника, упала веревочная лестница. Наверху раздался смех Лидии.

20

«Пожалела болеющего, сжалилась всё-таки…» —

немного раздраженно подумал Миша. Подтянуться и за-браться на пару ступеней – было его рекордом на данный момент. Повисев в воздухе, обнимая болтающуюся

лестницу, Миша решил двигаться дальше и, сделав

несколько нелепых подтягиваний, всё же забрался за

крону. Но вместо неё он увидел доски. Нет, не просто на-валенные кое-как, а полноценный пол, платформу. Твёр-дую, прочную… А в двух шагах от Михаила был домик.

Красивый, аккуратный, опрятный, с покатой крышей

и маленьким фонариком со свечой за стеклом, с дымя-щейся трубой. Домишко выглядел среди деревьев и про-чих громадных красот словно кукольный. Но это завора-живало. Миша несколько минут, не отрываясь, глядел на

эту необычную находку, пока колени, на которых он стоял, опираясь на руки, не стали замерзать, как и ладони, усыпанные снегом.

Послышались шаги, и из маленького окошка у двери

выглянула чумазая Лидия, глядя на Мишку.

Сказав что-то непонятное и продолжив жевать бутерброд, она указала на дверь. Видимо, хотела, чтобы Михаил побыстрее оказался внутри домика.

– Ну, как тебе? – спрашивали девчонки, бегая вокруг мальчика, когда он закрыл за собой дверь.

Домик выглядел маленьким, но всё было расположено

в таком порядке, что места оказалось довольно-таки

много. В основном благодаря полочкам, которые находились под потолком, где виднелись все вещи, начиная

от посуды и заканчивая одеждой.