Я тебя не забуду

Пролог:

Недаром дети любят сказку. Ведь сказка тем и хороша, Что в ней счастливую развязку Уже предчувствует душа. И на любые испытанья Согласны храбрые сердца В нетерпеливом ожиданье Благополучного конца.

В некотором царстве, в некотором государстве…

– Как? Как такое возможно? – сверкая яростью, и непониманием в глазах вопрошал Златозар.

Преславный наследный цесаревич Тридевятого царства ударил кулаком по столу, но, несмотря на его грозный вид, придворный чародей моментом не проникся и даже из уважения к будущему правителю не соизволил изобразить на лице испуг. Ответил сдержанно, с толикой сожаления:

– Сие мне не ведомо, государь.

– Ты же говорил, что сокровищница обвешана охранными заклинаниями так, что не только мышь, комар не проскочит!

– Так и есть, – задумчиво кивнул чародей и даже бровью не повёл, услышав справа ироничное хмыканье. – Сеть не была нарушена и к великому моему стыду, я не могу ответить – как вор смог проникнуть внутрь и украсть амулет. Меня данный факт очень тревожит и интригует.

– Интригует его, – Златозар окатил чародея злым взглядом. – Ты хоть представляешь – что будет, если о пропаже кто-то узнает? И это накануне возведения на престол!

«Великий Сварог! За что мне это? – мысленно простонал цесаревич: – Пять веков провалялся в сокровищнице никому ненужным и вдруг амулет исчезает в тот момент, когда мне предстоит его продемонстрировать волхвам! Заговор?» – Златозар нахмурился. Подозрительно посмотрел на задумчивого чародея, перевёл взгляд вправо, где в тени неподвижным изваянием застыл угрюмый мужчина – главный сыскарь, оборотень-полукровка, и отвлёкся на слова чародея:

– Милостивый государь, дозволь слово молвить?

Златозар кивнул, мнительно пытаясь понять – есть ли предпосылки к мятежу.

– Я провёл ритуал и выяснил, что в данный момент артефакт находится вне нашего мира в руках баб… э-э-э… особы женского полу. Молодой, предположительно – человека и я…

– Что? – взревел яростно молодой наследник.

Новость о том, что амулет находится в руках женщины, его ужаснула. Сжав кулаки, будущий государь вскочил и заметался по кабинету, обдумывая свою невесёлую участь, но заметив недоумённые взгляды подданных, постарался взять себя в руки. Сглотнул сухим горлом и вернулся к столу:

– И что же теперь – его не вернуть?

– Отчего же? – удивился чародей. – Я могу провести ритуал призыва, чтобы выдернуть воровку к нам. Ну а потом её легко поймают мои…

Стук в дверь прервал чародея. После дозволения, в кабинет, низко кланяясь, вошёл секретарь с золотым подносом.

– Подай сюда, – Златозар величаво указал на стол.

– Всё исполнили, как ты велел милостивейший. Отчёт по страже – как наказывал.

Едва не ударившись лбом о столешницу, секретарь переложил бумаги с подноса на стол, при этом, на свою беду, решил отойти немного в сторону. Разогнулся, встречаясь с грозным взглядом сыскаря, икнул от страха, а когда тот скривил губы в хищном оскале, испуганно попятился. Налетев спиною на чародея, едва не свалился от окрика цесаревича:

– Сгинь с глаз моих!

Рассыпаясь в извинениях, секретарь страшась поднять глаза, задом доплёлся до выхода и юркнул за дверь.

– Яромир, – цесаревич посмотрел на сыскаря и едва не вздрогнул, когда столкнулся с хищным блеском в глазах подданного. А вот когда заметил мелькнувшую насмешку в его взгляде, зло сжал кулаки: – Гляжу я – скучно тебе. Вот ты и отправишься за воровкой. Отыщешь и приведёшь ко мне. Эта дрянь пожалеет, что на свет появилась!

Глава 1

Всматриваясь в ночное, звёздное небо, мы надеемся увидеть падающую звезду, чтобы загадать желание…

Это то, что у нас осталось из детства. Годы идут, мы взрослеем, но в душе упрямо верим в чудеса и в исполнение желаний…

– Мила, я дома!

Алина закрыла дверь и, стянув босоножки, направилась в ванную. Улыбнулась, услышав донёсшийся из кухни голос сестры:

– Привет. Беги мыть руки. У меня уже всё готово.

Чуть позже Алина с аппетитом уплетала жаркое, не забывая нахваливать:

– Мила… это обалденно… ну как остановиться? Такая вкуснятина!

– Ешь молча, – пожурила Людмила, при этом уголки её губ на миг приподнялись в довольной улыбке: – не то поперхнёшься.

– Фух, – Алина довольно откинулась на спинку кресла. – Твоё жаркое божественно.

– Как дела на работе? – мимоходом поинтересовалась сестра и Аля скривилась:

– Ничего нового. Всё те же звонки, всё те же ответы. «Здравствуйте, вас приветствует консультант медицинского центра…» У меня от этой фразы уже скулы сводит. Кстати, я по дороге домой встретила Наташку, м-м… ты её не знаешь. Так вот она мастером маникюра работает. Я порасспросила у неё что да как, и вот думаю – может мне тоже начать маникюром заниматься?

Людмила бросила на сестру недовольный взгляд:

– А я ведь говорила тебе – поступай, учись! – вздохнув, поднялась и начала убирать со стола. – А ты…

– Мила, – глухо, но резко оборвала сестру Алина: – не начинай!

Людмила, поставив тарелки в раковину, с грустью качнула головой. Она многое хотела сказать по этому поводу, но, не желая портить вечер, с притворной улыбкой повернулась к младшей сестре:

– А давай фильм какой-нибудь посмотрим?

– А мороженое осталось? – Алина помогла Людмиле убрать посуду.

– Осталось.

– Тогда, чур я выбираю фильм!

Алина с энтузиазмом выбежала из кухни, а Людмила в это время замерла с тарелкой в руках.

– Раз… – прошептала она. – Два…

Раздался виз, после которого Людмила хмыкнула:

– И три.

– Это что? – Алина влетела на кухню с ошалело округлившимися глазами, и ткнула пальцем в сторону гостиной: – Это что там такое?

– Не что, а кто, – фыркнув, Людмила сняла фартук: – Помнишь, я тебе рассказывала про сотрудницу – Светлану? Так вот она с семьёй в отпуск уехала и попросила присмотреть за питомцем. Я согласилась.

– Питомцем? – скривилась Алина, шлёпая за сестрой в гостиную, но остановилась на пороге. – Да кем надо быть, чтобы такую гадость в питомцах держать? – Она передёрнулась от брезгливости, глядя в сторону клетки, которая стояла на тумбочке.

– Не преувеличивай, – отозвалась Людмила. – Ты посмотри – какой хорошенький, какие у него глазки умненькие, – заворковала сестра.

– Люда, это – крыса! – с отвращением крикнула Алина. – Крыса, чтоб её!

– Ну и что? – пожав плечами, Людмила подсыпала корм в маленькую чашечку. – Милое создание и не кривись так!

– Да блин, – Алина брезгливо передёрнулась и бочком прошла к дивану: – у этого чудовища хвост голый и вообще он мерзкий, отвратительный и…

– Чудесный малыш, – оборвала её Людмила, усаживаясь рядом и включая телевизор. – И зовут его – Капитон.

– Вот ночью выползет этот Капитон из клетки и отгрызёт тебе что-нибудь, – буркнула Алина. – Учти – я дверь в спальню на ночь крепко закрою и спасать тебя не кинусь, даже можешь не кричать и не звать. Притащила в дом мерзость – сама и будешь тапками отбиваться.

Перед сном Алина демонстративно хлопнула дверью своей спальни, а утром изумлённо открывала рот, не в силах вымолвить и слова после просьбы сестры:

– Аль, ты же сегодня выходная, а у меня два банкета. Я просто физически не смогу вырваться, чтобы отвезти зверушку к ветеринару. А на приём Капитона давно уже записали и всё оплачено. Ну сходи ты, прошу тебя!

Людмила, прокрашивая ресницы, на миг отвлеклась от зеркала и состроила просящую рожицу:

– Очень, очень прошу.

– Нет! – отрезала Алина и, сжав губы, потопала в ванную. Услышав стук в дверь, включила полным напором воду, крикнув при этом: – Я сказала – нет! Это моё последнее слово!

Через полчаса Алина, сложив руки на груди, сопела как возмущённый еж, которого пнули.

– Алечка, – Людмила надела босоножки: – милая, на тумбочке лежит талон. Как я говорила – визит уже оплачен. Нужно просто отвезти Капитона в ветклинику и занести клетку в кабинет. Большего не требуется, – тараторила Людмила. – Ничего ведь сложного и трагичного.

– Ты пользуешься тем, что я не могу тебе отказать, – проворчала Алина, отворачиваясь от потянувшейся к ней сестры. Но Людмила лишь улыбнулась и обняла младшую:

– Я тебя очень-очень люблю. Ты ведь знаешь?

– Знаю, – буркнула в ответ и замерла после её тихих слов:

– Господи, как ты похожа на маму.

– Мил, не надо, – попросила едва слышно, при этом сама прижалась к сестре. Крепче её обняла и вывернулась из объятий. – Иди уже, на работу опоздаешь. И слёзы утри. И улыбнись! А то сваришь какой-нибудь соус невкусный или траванёшь посетителя вашего ресторана. Иди давай, – подтолкнула сестру в спину, а когда дверь за Людмилой закрылась, подошла к зеркалу.

Посмотрела на своё отражение, вспоминая маму. Алина считала, что от материнской внешности ей достались только ярко рыжий цвет волос и конопушки на носу. Но Людмила утверждала, что у мамы был точно такой же зелёный в ореховую крапинку цвет глаз, маленький, чуть вдёрнутый нос и пухлые губки, да и фигура чуть худощавая, ну и самое главное – характер.

Вздохнув, Алина заглянув в гостиную, посмотрела на крыса, который в этот момент задрал мордочку. Удерживая в лапках зерно семечки, моргнул глядя на неё, отчего Алина передёрнула плечами:

– Ну гадость же! Я даже подходить к клетке не хочу, а придётся тащить её через весь город. Вот за что мне это? – простонав, всё же пошла собираться.

Держа в вытянутых руках накрытую платком клетку, Алина ворча как старая бабулька, залезла в автобус и таким же образом транспортировала крыса до ветклиники.

Приём, вопреки ожиданиям, прошёл быстро. Ей даже не пришлось сидеть в кабинете:

– У меня стойкое отвращение к этому виду, – выпалила она врачу. – Но так как я ответственная и любящая сестра, не смогла отказать в просьбе и привезла к вам это недоразумение. Это я вот к чему – можно я посижу в коридоре, пока вы будете осматривать вот этого? – Алина поставила клетку на стол. Сдёрнув платок, тут же нервно сделала пару шагов назад.

Ветеринар с понимающей улыбкой милостиво разрешил ей не присутствовать при осмотре.

Засада ждала Алину на обратном пути.

Лихорадочно пересмотрев содержимое сумки, она, приговаривая: «Не может быть!» – вытрясла всё на скамейку и плюхнулась рядом:

– Вот же дурында! Кошелёк точно на сиденье в автобусе оставила! Бли-и-ин и что же делать? – Посмотрела в голубое небо с барашками облаков, перевела взгляд на стоящую чуть поодаль на скамейке клетку.

– Придётся пешком топать, – проворчала с досадой. Осмотрела свой длинный, до самых щиколоток сарафан: – Надо было джинсы надеть, всяко удобнее было бы.

Со вздохом покосилась в сторону клетки.

Крыс в это время аккуратно схватив семечку, сел на задние лапки и деловито начал обнюхивать зерно. При этом забавно поддёргивал усами, что вызвало невольную улыбку.

– А ты вроде ничего… но точно не Капитон. Вот ещё! Не дорос до этого имени. Капитошка – будет в самый раз. Ладно, крысяка, пошли что ли.

Подхватив клетку, Алина потащила её по дорожке. Путь был неблизкий. Через микрорайон, оживлённый проспект, затем через парк, проходя через который она пошарила в карманах сарафана и радостно пискнула:

– Ура! Капитоха, гуляем!

Развернула найденные сто рублей, осмотрелась и устремилась к киоску, где купила булку. Устроившись на скамейке стоящую в тени деревьев и прикрытую раскидистыми кустами, смачно откусила край сдобы.

– Ну не так чтобы прям вау, но ничего, – проговорила, жуя, одновременно посматривая в сторону крыса. Тот привстав, вцепился передними лапками в прутья клетки и с интересом следил за нею, при этом забавно поддёргивая кончиком носа.

– Не-не-не. Не смотри на меня так. Мне и самой мало, – прошамкала, и, сглотнув, вздохнула: – Ладно, – отщипнула кусочек булки и кинула в клетку: – жри, изверг.

Только собралась откусить, как вдруг тяжело дыша на дорожку выскочил тощий мужчина в странной одежде. Длинная, похожая на хламиду рубаха болталась на его теле и развевалась парусом от порывов ветерка, открывая вид на широкие, серого цвета штанины. Загнанно осмотревшись, незнакомец заметил Алину и радостно ощерился в желтозубой улыбке:

– Вот ты-то мне и нужна! – Мужчина метнулся в сторону застывшей от неожиданности Алины.

Схватив её за руку, вложил в ладонь странный деревянный кулон на шнурке и, обдав девушку запахом неизвестных пряных трав, зашептал, больно сжимая запястье:

– Запомни! Харчевня «У Кроля». Слышишь? Харчевня «У Кроля»! Пойдёшь туда, скажешь: «Я посланница от Тихослава». Он тебе кров предоставит до моего возвращения. Всё поняла?

Мужчина встряхнул руку ошалевшей от такого поворота Алины, прислушался к чему-то и шарахнулся в сторону. На миг замер, а когда посмотрел на открывшую от изумления рот девушку, в его глазах сверкнули маленькие искорки.

– Не перепутай, дева! – погрозил он длинным пальцем и скрылся за пышно цветущим кустом.

Икнув, Алина опустила взгляд на булку в одной руке, посмотрела на странный кулон в другой и глянула на крыса:

– Это что сейчас было?

Крыс не ответил, при этом глазками бусинками сверлил сдобу в её руке.

Вскочив, Алина выбежала на дорожку, но странного мужчины уже не было. Зато она услышала мужские выкрики, причём щедро присыпанные нецензурной бранью. Смекнув, что ищут того незнакомца, Алина торопливо вернулась на лавку и сев поближе к клетке, сунула кулон в карман.

– Так, Капитоха. Сидим тихо, жуём и никого видели, усёк? – прошептала, нервно кидая кусочек булки в клетку, чтобы крыс писком её не выдал.

Судя по приближающемуся топоту, мужчин было не меньше трёх, а то и больше. Склоняя на чём свет стоит какого-то умыкалу и грозя ему руки вырвать и в энное отверстие вставить, они покрутились за кустами и побежали дальше, а Алина, сжавшись в комочек, тихонько выдохнула.

Схватила клетку, и постоянно озираясь, торопливо припустила в другую сторону.

– Тьфу-тьфу, от греха подальше от этих сумасшедших! – сипела она, задыхаясь от быстрого бега. Выбежав из сквера, свернула в спальный район, спряталась за дерево. Только там решилась достать вещицу, которую ей всучил незнакомец.

Кулон держался на витой веревочке и явно был старинный. Ромбовидной формы, из дерева, а в серединке переливался зелёным сиянием странный камень. Рассматривая его, Алина вдруг ощутила странное чувство, что эта вещица принадлежит только ей. Что если вдруг кто-то попытается отнять у неё кулон, она вгрызётся в того человека ногтями и зубами.

Вздрогнув от своих мыслей, Алина хотела сунуть кулон в сумочку, но не смогла этого сделать. Словно какая-то высшая сила сроднила её с украшением. Нервно подрагивающими руками она надела кулон на шею и спрятав его под воротом сарафана, подхватила клетку.

– А теперь с оглядкой, домой, – проговорила запищавшему крысу.

Петляя как заяц, Алина боясь привести тех, кто искал незнакомца к своему дому, решила пройти через парк. Торопливо шагая по дорожкам, не забывала при этом оглядываться. Вот так и получилось, что, не глядя под ноги, она сошла с дорожки и налетела на колючий куст. Взвизгнув, отскочила в сторону и в этот момент ступни её словно попали в болото.

Бросив взгляд вниз, Алина увидела, как комочки земли с ниточками-травинками закручиваются в маленькое торнадо, засасывая её внутрь. Закричав так, что оглушила саму себя, Алина вцепилась в клетку и ухнула в серо-чёрное марево.

Глава 2

Вот жила себе Царевна-лягушка, не тужила…

Так нет же – явился Иван-Царевич и началось:

пироги пеки, ковры тки, перед гостями пляши,

да ещё и утешай его!

Называется – в сказку попала!

Не переставая пронзительно кричать, Алина пролетела сквозь гудящий, временами потрескивающий тоннель и кувырком вывалилась на зеленеющую изумрудом траву, при этом больно ударившись копчиком.

Очумело осмотревшись, втянула воздух и продолжила:

– А-а-а-а, – постепенно затихая, потому что глаза выхватывали новые детали.

Мягкая трава под растопыренными пальцами, голубое небо, деревья вокруг. Поодаль валялась клетка с открытой дверцей и чуть дальше крыс, который пришибленно тряс головой.

– Что… что это было? – спросила сама у себя. Встала и потёрла пятую точку, которая стрельнула внутри искоркой боли.

– Вот это меня шваркнуло, – раздался рядом явно мужской, но писклявый голос и Алина попятившись, завертела головой в попытках увидеть хозяина. – Вот это подселение корявое.

– Кто это? – спросила испуганно, обняв себя за плечи. – Эй, ты где?

– Да тут я. Тут! – раздалось сбоку и Алина осмотревшись опустила глаза вниз.

Внизу, в метре от её ног встрёпанный крыс пытался встать на задние лапки.

– Мамочки, – прошептав, Алина набрала воздуха для очередного крика, как крыс поднял мордочку и удивлённо уставился на неё.

– А-а-а-а, – всё же вырвалось у неё пронзительное, отчего крыс смешно зажал лапками уши. – Этого не может быть! – замотала головой Алина, всё ещё отступая и прижимаясь спиной к стволу дерева. – Это я головой ударилась. Это у меня галлюцинации начались.

– Что ж ты орёшь как оглашенная? – возмутился крыс, потрясая передними лапками и наконец обращая на них внимания. – А эт чё такое? – завертел он ими, опустил глаза вниз и ощупал белоснежное, пушистое пузо. – Это ты меня в кого запихнула? – возмущённо запричитал грызун, извернулся, увидел голый хвост и негодующе запищав, кинулся в сторону замершей девушки.

– Да я тебя, да ты… кикимора недоделанная! Ты в кого меня запихнула, а? А ну, вертай всё обратно!

Метнувшись в сторону и схватив большую палку, Алина начала лупить ею по земле, но крыс хоть и обалдел от такого поворота событий, всё же ловко уворачивался.

– Ты чего делаешь? – пищал он. – А ну кинь! Иначе я тебя…

– Что… что ты меня? – запыхавшись, спросила девушка и, примерившись, ещё раз ударила по тому месту, где секунду назад стоял крыс.

Тот успел отскочить и победоносно вздёрнул лапку:

– Ага! – Потом посмотрел на конечность, растопырил пальчики и вскинул мордочку вверх, носом к небу: – За что? – пискнул с отчаянием. Посмотрел на застывшую с палкой Алину: – Что я тебе сделал? Зачем ты меня запихнула в это?

– Да не пихала я! – психанув, Алина отбросила палку. – Я тут вообще кукушкой тронулась и не ною, в отличие от тебя!

Ощупав голову и не найдя ни одной шишки, девушка осмотрелась и решительно направилась в сторону.

– Эй, ты куда? – крикнул вдогонку крыс. – А я?

– Я – домой! А ты вали на все четыре стороны, – огрызнулась, прошла за деревья, осмотрелась в поисках парковой дорожки. Вернулась обратно и направилась в другом направлении.

– А домой – это куда? – спросил грызун, торопливо перебирая лапками, чтобы не отстать. – Ты это… ты меня сначала из тела этого выдерни. Не хочу я такого подселения.

– Могу только прибить, – буркнула Алина. Остановилась: – Хочешь палку потяжелее найду и…

– Ты ошалела что ли? – крыс испуганно попятился. – Мне одной смерти хватило. Второй раз подыхать не хочу.

– В смысле – одной смерти? – девушка удивленно воззрилась на грызуна. Сам факт, что она вообще с ним разговаривает, постаралась отодвинуть и обдумать его после.

– Ну так ты же мою душу призвала и в тело это поместила.

– Я? – Алина почувствовала, что у неё от абсурдности происходящего задёргался левый глаз. – Да никого я не призывала!

– Подожди, – крыс плюхнулся на попу, и Алина увидела, как он нахмурился, что совсем не вязалось с её знаниями о грызунах и их мимике.

– Так, спокойно. Это бред моего сознания, глюки. Мне надо домой. Успокоиться, выпить настоечки в виде коньячка. А не пройдёт – похожу к психиатру.

– Так куда – домой-то? – пискнул крыс.

– На Комсомольскую.

– Нет здесь такого! – удивился грызун. – Ведунья, ты точно знаешь – куда идти? Да постой ты! – пискнул гневно, семеня позади.

Алина не обратила бы внимания на его возмущение, но остановилась, потому что вышла на берег большого озера, на глади которого плавали огромные кувшинки. Вот что-что, но она точно знала – нет в их городе такого водоёма. Чувствуя, как по телу бешенным галопом проскакали мурашки, девушка обхватила плечи руками и прикусила губу. Она неимоверными усилиями сдерживала подступающую истерику.

– Что-то тут не вяжется, – послышалось из-за спины, и Алина обернулась. Натолкнулась на внимательный взгляд крыса.

– Ты ведунья?

– Я? Нет! – Алина замотала головой. Часто дыша, наблюдала, как грызун схватился лапками за голову, помассировал уши, выругался и посмотрел на неё глазками бусинами:

– Видишь ли как дело было – я наблюдал за… неважно за кем. Был далеко отсюда, и вдруг меня подхватило эманациями перемещения. Миг и я в этом теле, и ты рядом орёшь как оглашенная. Я сразу подумал – чаровница мою душу в это тело призвала.

– Да никого я не призывала! – выкрикнула с отчаянием Алина. – Меня Людка попросила тебя в ветклинику отвезти. А я кошелёк потеряла и пришлось пешком возвращаться, а когда булку жевала, придурок какой-то появился. Тощий, в одежде странной и кулон мне всучил. Про какую-то таверну говорил. А за ним головорезы какие-то гнались, и я домой помчалась, а тут куст этот долбанный и меня засосало в какую-то глубокую яму!

Алина часто дыша заозиралась. Всё вокруг было незнакомо и куда идти – она не знала. Вокруг деревья, щебечут птицы и ни одного знакомого звука большого города. Ни гудка машины, ни людского присутствия.

Крыс похлопал лапкой по траве:

– Ты присядь, успокойся. Давно заметил, стоит деве заплакать – разум отступает, и мыслить здраво она не может.

Алина покорно опустилась на землю и обхватила колени руками:

– Посижу и дальше пойду. Ну бывает, заблудилась.

– Бывает, – кивнул крыс. – Покажи-ка мне украшение, которое тебе вручили.

Девушка, измотанная случившимися событиями, не стала задавать вопросов. Молча вытянула кулон из-за ворота и продемонстрировала вытянувшемуся на задних лапках крысу.

– Ох ты ж ёшки, Ягиньи ножки. Это что-то очень древнее и нехорошее. – Крыс заметался перед девушкой. – Чую я, чую чародейство и непростое, сильное, женской рукой сотворённое!

– Что ты лопочешь? – нахмурилась Алина.

Крыс остановился, почесал лапкой бок и вновь плюхнулся на попу, при этом озадаченно пошевелил хвостом:

– И как этой штукой управлять? Так, о чём это я? Тебя кстати, как зовут? – посмотрел на девушку пытливо.

– Алина. Родные Алей называют.

– Так вот, Аля, какое дело. Судя по твоему рассказу, не местная ты. Выдернули тебя из мира, что за гранью. Я когда-то слыхал, что подобное возможно. Такое бывает – из вашего мира к нам попадают, но исключительно редко.

– Ты что несёшь? – со скепсисом фыркнула Алина.

– Ну так ты сама факты сопоставь. Случайная, странная встреча, артефакт, прохождение через тоннель. Тебе куда велено было пойти, в какой трактир?

– А я что, помню? – раздражённо отозвалась девушка. – С кроликом что-то связанное.

В этот момент издалека послышалось мелодичное пение, и Алина вздрогнув, начала озираться по сторонам.

– Тьфу ты, русалку нелёгкая принесла, – недовольно буркнул крыс, глядя на белое, прозрачное облачко, которое плыло над водоёмом в их сторону.

Икнув от услышанного, Алина шёпотом спросила:

– Кого?

– Ты чего шепчешь? Вона – русалка плывёт к нам.

В это время туманная дымка начала обретать очертания девушки, в просторном белом платье и опустилось на берег озера.

– Мама, – пискнув, Алина вскочила и начала отступать, а крыс наоборот – поднялся на задние лапки и с издёвкой хмыкнул:

– Чего надобно? Тут не светит тебе ничего.

– Да скучно мне стало, решила посмотреть – кого к нам занесло?

Образ девушки уплотнился, обрёл чёткие очертания и она, обольстительно улыбнувшись, продолжила петь, да так, что отступающая за стволы деревьев Алина остановилась.

– Хватит завывать, – раздражённо поморщился крыс. – Не видишь – нет для тебя здесь добычи!

– Так чую я – духом мужским тянет, – хмыкнула русалка.

– А это от меня, – насмешливо ощерился крыс. – Но здесь тебе, дорогуша, не повезло. Я уже один раз помер.

– Вот же аспид мохнатый, – русалка зло дёрнула плечом и, взлетев, устроилась на ветке дерева, которая нависала над водой. – Ну и, кто такие? Что здесь делаете?

– Оно тебе надо? – фыркнул крыс. – Правильно – не надо. Лучше скажи – где мы?

– Так я прям и расшаркалась перед тобой грызун помоечный.

– Душенька моя, я только с подселения в тело. Кровь моя эманациями насыщенная, вкусная… Могу поделиться, – в голосе крыса проскользнули хитрые нотки. Когда русалка резко метнулась в его сторону, тот быстро закончил: – каплей! Согласие дам на каплю, если скажешь – где мы.