Море, гадалка и видик

– А что ходит только одна маршрутка? – удивилась Соня.

– Нет, народу полно будет, жарко, – Сергей потер глаза и потянулся, – сходим на наш городской пляж.

– Хорошо, – согласилась Соня, но на душе неприятно поскребло, так как хотелось путешествия.

Они по очереди умылись, съели заранее купленную колбасу, пожарили яйца, которые нашли в холодильнике, выпили чая и пошли на пляж. Подойдя к городскому, Сергей поморщился:

– Смотри, тут для грудного ребенка места не найдется, – сказал он Соне.

Она вздохнула – возразить было решительно нечего.

– Пошли на платный, – Сергей решительно взял девушку за руку. На входе Сережа кивнул охраннику, как старому знакомому, он не взял с них денег.

– Ты его знаешь? – спросила Соня.

– Конечно, – ответил Сережа, – друг Юры. Мы часто в его смену сюда приходим.

Они выбрали себе лежаки в уголочке, и занялись своим любимым делом – поцелуями. А потом пошли купаться, волны накрывали их, заигрывали. Соня обнимала мокрое гладкое тело Сергея и умирала от нежности, так ей было приятно и хорошо.

– Смотри, как я загорел, – хвастался парень своим загаром, когда они лежали на гальке. Волна, разбиваясь в пену, накрывала их пузырьками. Сережа назвал это «морским джакузи» и предложил Соне понежиться так какое-то время.

– Я тоже загорела, – ответила Соня, когда волна с очередной порцией пузырьков вернулась в море.

– Нет, – сказал Сергей, придирчиво осматривая Соню, – со мной даже не сравнивай. Я шоколадный, а ты красноватая.

Очередная волна ударила по ним, а девушка обиженно подумала:

«Чтобы тебя в море унесло, гад такой».

Через некоторое время Соня почувствовала себя гладко ошлифованным камешком, голову немного напекло и они пошли к лежакам.

– Ты почему про себя ничего не рассказываешь, – спросил Сергей удобно устраиваясь в тенечке.

– А что я должна рассказать? – спросила Соня, а сама подумала:

«Про Ваню пропавшего или про то, как утомительна была дорога в училище, через весь город на трамвае. И из окон я видела не горы или море, а унылую серую промзону, по которой, к несчастью пролегал путь этого маршрута».

– Расскажи, почему не хочешь работать в медицине, – сказал Сергей и выжидательно посмотрел на девушку.

– Не нравится, – пожала она плечами, – не мое это занятие.

– Зачем тогда училась? – спросил Сергей.

– Глупость сделала, – ответила Соня тихо.

– А кто твои родители? – продолжал расспрашивать возлюбленный. И Соне стало приятно, всегда приятно, когда тобой интересуются, особенно такой красивый и любимый парень.

– Я живу с мамой. Они с папой развелись шесть лет назад, – начала рассказывать Соня, глядя прямо в глаза Сергею, – папа ушел от нас к другой женщине. Что самое интересное, она самая обычная женщина. Ни особой красоты, ни молодости, ничего такого-разэтакого в ней нет. А он бы мог себе другую позволить, за него бы любая пошла. Она бездетная, тетка эта, они никак не могут завести ребенка, от этого она сильно страдает. Все время думает, что ее Бог наказывает из-за того, что нам с мамой горе причинила. Хочет со мной подружиться, а я не могу. Мать уже с отцом давно общается, а я изредка. Не могу, обидно мне…

– Да, – согласился Сережа, переворачиваясь на спину, – ситуация неприятная. У нас родители хорошо живут. Я даже не представляю, что они развестись могут. Вот, квартиру наконец-то получили, сейчас ремонт делать будут.

– Евро? – поинтересовалась Соня.

– Судя по нашим делам не «евро», а «укро», – пошутил Сережа и они от души рассмеялись.

– А почему ты решила, что твой отец может себе любую позволить? – спросил Сергей, пристраивая на нос солнцезащитные очки.

– Так он у меня, можно сказать, богатый. Почти новый русский, – приукрасила Соня финансовые возможности родителя, – только я у него денег не беру. Принципиально…

А зной набирал обороты, Сережа сбегал куда-то за пивом. А Соня подумала, что уже не сможет пить алкоголь. Его и так слишком много в ее жизни за последние недели. Тем более Соня была не любительница. Пивом жажду утолять у нее не получалось. Хотелось простой воды или кваса. А от пива становилось еще жарче и кружилась голова. Поэтому она отказалась от протянутого хмельного напитка, и Сережа сбегал за квасом, который Соня выпила с большим удовольствием.

– Все у нас хорошо, – продолжал Сергей про свою семью, – только нам нужен еще один видик. Приходится у соседей брать.

– Видеомагнитофон? – удивилась Соня, – зачем он вам?

– Так мы монтируем наши фильмы на нем. У твоей тети есть видик? Я бы принес, показал бы тебе наши работы, – Сергей мечтательно посмотрел на море, как будто там вдалеке демонстрировали одну из его «работ».

– Это не моя тетка, а Валина, – задумчиво протянула Соня,– но видика, я, кажется, нигде не видела.

– Жаль, – расстроенно ответил Сергей, – я бы брал иногда у вас его напрокат.

«Какой-то глупый у нас разговор получается», – подумала озадаченная Соня.

Так они провели весь день, наверное, лучший день, с момента их знакомства. Поцелуи, купание, «морское джакузи». Соня чувствовала себя абсолютно счастливой.

– У меня скоро День рождения, – сказала она, когда они выходили из воды.

– Когда? – поинтересовался Серёжа.

– В следующий четверг, – улыбнулась Соня.

– Да, здорово, – оживился ее возлюбленный, – давай покупай видик. А я тебе праздничный фильм сделаю.

***

Сережа проводил ее до дома, чмокнул в щеку и они договорились завтра созвониться. И только, когда Маргарита открыла ей дверь, Соня поняла, какая она на самом деле голодная. Девочек дома не было, они ушли гулять со своими новыми знакомыми, и Маргарита посвятила себя Соне.

– Что же он тебя не кормит совсем? – спросила она, задумчиво наблюдая за тем, как девушка поглощает борщ.

Соня пожала плечами. Она об этом совсем не задумывалась. Разве он должен ее кормить? Не маленькая, надо было с собой денег взять и перекусить в кафе. Просить о чем-то парня? Нет. Соня была далека от этого. Она даже у родного отца ничего не просила. А если бы просила, то имела бы сейчас совсем другой диплом.

«Совсем другой диплом». Соня даже на секунду жевать перестала. Как она не могла до этого додуматься раньше. Стоило приехать уже в другое государство, к синему морю, чтобы понять свои заблуждения. Надо было попросить папу, чтобы он ее ФЛИМС пристроил, для него это не такая трудная задача. Нет, она просила туда, где подешевле, куда можно самой при желании. Вот дура-то!

– Почему ты дура? – встрепенулась Маргарита.

– Неумная, – махнула рукой Соня, – все время глупости делаю. Все не так, неправильно. И сейчас…

Она замолчала, водя ложкой по кругу в густом борще.

– А что сейчас не так? – спросила Маргарита ласково.

– Я не знаю, как Вам объяснить, – начала Соня неуверенно, – но мне кажется, что я нашла свою большую любовь. Я уверенна, что мы созданы друг для друга. Но он почему-то со мной не говорит о чувствах, я не пойму почему, – закончила она уже с нескрываемой горечью.

– А почему ты решила, что это любовь? – женщина забрала у нее тарелку – Сейчас долью тебе горячего борща. Или не надо? Может второе сразу?

– Давайте второе, – ответила Соня. – А что это если не любовь? Я даже по ночам, во сне его присутствие чувствую. Да никто никогда так не влюблялся так, как я.

– Я, по крайней мере, одну такую же знаю, – ответила Маргарита, ставя перед девушкой тарелку с ароматным пюре и котлетками, – Светка моя. Вот своего доктора любила! Тоже на разные лады пела: «Люблю, никто и никогда», И что теперь? Страдает. Так что, ты, того, особо не обольщайся. Все у тебя будет тоже самое. Только ты, как моя Светка, не завязнешь. Потому что уезжать тебе скоро. И мой тебе совет – жизни радуйся, но романтику всю из головы выкинь. Не тот это персонаж, чтобы на всю жизнь. И не забеременей, смотри. Хотя, – она пристально посмотрела на Соню, – ребенок будет очень хорошенький, но не факт, что растить его вы будете вместе.

– А почему Вы считаете, что у меня должно быть как у Вашей дочери? – спросила Соня с набитым ртом, – мы совсем разные.

– Разные да, – согласилась Маргарита, – парни у вас одинаковые.

Потом они попили чая, и Соня пошла в комнату проинспектировать свои финансы. Денег было не много, но и не мало – чуть больше двухсот долларов. Вполне хватит, чтобы нормально закончить отпуск, но совсем не хватает на видик. Он стоит в районе 240 долларов. Ведь нужен не видеоплейер, а нормальный видеомагнитофон.

«Что же делать?» – думала Соня, разглядывая купюры.

Ей почему-то казалось, что она, действительно должна купить этот злосчастный видик. Ей нужно помочь Сергею, а еще найти общую точку соприкосновения.

«Хотя, зачем ему мой видик, если он может брать у соседей», – вполне резонно вклинивался в раздумья разум.

« А если я останусь здесь после отпуска. Даже не если, а я останусь здесь после отпуска, и мой видик станет нашим», – думала Соня, отмахиваясь от неугодных мыслей.

«А вдруг не останешься? – ехидно вмешивался разум – с собой этот сундук потащишь, или Сереженьке подаришь?»

«Не такой он и сундук», – отмахнула она от себя доводы разума и пошла звонить папе.

Трубку взяла новая жена.

– Ах, Сонюшка, – сказала она приветливо, после того как сообразила, кто звонит, – как тебе отдыхается?

– Очень хорошо, – вежливо ответила девушка, – а папу можно?

– Он еще не пришел, – вздохнула жена, – давай он тебе перезвонит, ты номер оставь, пожалуйста.

Соня продиктовала цифры и сухо попрощалась с папиной женщиной.

Домой пришли Валя и Света. Они весело делились впечатлениями между собой и позвали Соню пить чай. Но ей не хотелось, она сидела на балконе, смотрела на гору вдалеке и мечтала о своем. О принятом решении. Она остается и это очевидно. Она не сможет вдали от Сережи. Как все здесь устроится, Соня себе не представляла. Но знала точно – ей поможет видик. Она возлагала на него очень серьезные надежды. В голове родилась даже какая-то теория на этот счет, как казалось Соне очень даже убедительная. Она закурила и, глядя с тоской на улетающие через перила балкона колечки и думала, что и с сигаретами тоже придется расстаться. Сережа пока терпит эту ее привычку, а когда они поженятся и он приведет ее в свой дом? Как отреагируют его родители, его бабушка с дедушкой. А если они решат, что она недостаточно красива для их сына и внука. У Сони разболелась голова. Как же быть?

Из раздумий ее вывела Валя, которая пришла на балкон.

– О чем мечтаешь? – спросила она.

Соня хотела рассказать ей о своих планах, но слова не сошли с языка.

– Да так сижу, просто, – ответила она.

– А мы неплохо провели время со Светкой. Съездили в Ливадию, – начала рассказывать подруга.

– Одни ездили? – спросила Соня и почувствовала, как похожее на зависть чувство царапнуло душу.

– Да, одни поехали, а там с парнями познакомились. В Ялту вместе вернулись, погуляли. Нормальные такие ребята, одни, представляешь, ювелир. Ты когда-нибудь была знакома хоть с одним ювелиром?

Соня с удивлением посмотрела на подругу, она никогда не задумывалась о том, что на свете существуют ювелиры. А сейчас ее тоже почему-то восхитило, что Валя знакома с представителем этой профессии.

– Классно, – искренне сказала она, – а как он выглядит?

– Да ничего особенного, толстенький, кудрявенький, на еврея похож, – пожала плечами Валя.

– Слушай, а может он правда еврей, – оживилась Соня, – у меня в памяти всплывает, что ювелирное дело, очень даже еврейское.

Они рассмеялись.

– Мне все равно,– сказала сквозь смех Валя, – я против евреев ничего не имею.

– И я, – поддакнула ей Соня.

Тут появилась Света.

– Иди, Сонька, там папа твой звонит, – сказала она добродушно и выудила сигарету из пачки, которую держала в руках.

Соня бросилась в коридор.

– Привет дочка, – радостно сказал папа.

– Привет, как дела, – Соня спросила вежливо и холодно, как обычно.

– Спасибо, у меня все хорошо. Как тебе отдыхается, – голос папы стал слегка напряженным.

– Не знаю, рассказывала ли тебе мама, – Соня замялась на долю секунды, – я влюбилась.

Отец закашлялся.

– Это очень хорошо, – ответил он, – как парень? Он к тебе хорошо относится?

– Да, – Соня радостно начала рассказывать о Сереже, – он такой замечательный, работает фотографом и оператором на свадьбах. Только очень красивый, – закончила Соня печально.

– Тебя это расстраивает?– удивился папа, – кажется, все девчонки мира мечтают о красавцах.

– И я мечтала, – вздохнула дочка, – пока сама рядом с таким не очутилась. Он просто Бог. Ты не представляешь. Я рядом с ним мышь серая. Папа, а я очень уродливая? – спросила Соня неожиданно и для себя, и для папы.

– Ты что, девочка моя, – опешил отец, – сразу слова-то какие – уродливая… Ужас, тебе как такое в голову пришло. Или, – папа запнулся, – он тебе такие мысли внушает?

– Нет, что ты, – испугалась Соня, – я от него и слова плохого не слышала.

– Ты как собираешься отмечать День рождения? – спросил папа. А Соня облегченно вздохнула, что самой не придется поднимать эту тему.

– Я еще не знаю, мы с Сережей не обсуждали.

– Тебе денег хватит, – заботливо и осторожно спросил отец, – что тебе подарить?

– Я бы хотела видик, – выдохнула Соня.

– Что? – удивился папа.

– Ну, видеомагнитофон, – зачастила Соня, – у меня никогда его не было, у всех был, а у меня нет. Вот мне и захотелось. Тем более Сереже для работы надо и свои фильмы он мне покажет.

– То есть, ты на свой День рождения хочешь подарить видеомагнитофон своему, как его, Сереже, – в голос папы к бескрайнему удивлению добавились нотки металла.

– Нет, ты меня не понял, извини, – у Сони в горле запершило.

Вот, так и получатся, в кои-то веки решила попросить что-то у родителя, ладно, будет наукой в следующий раз.

– Нет, нет, доченька, не обижайся, – дал задний ход отец, – я понял. Просто тебе захотелось видик. Так?

Соня кивнула, говорить она не могла, слезы душили.

– Что ты молчишь? – заволновался папа.

– Да, – сказала Соня тихо, проглатывая противный комок слез.

– Не плачь, я пришлю тебе денег, экспрессом, мама адрес даст. Ты что думаешь, у меня нет денег на какой-то видик для родной дочери, – говорил папа виновато и ласково, – я тебя действительно, видимо, как-то недопонял. Хочешь не покупай ничего, а деньги прогуляй, ты же молодая. Только Соня, – он запнулся, а потом решительно сказал, – никогда, ни при каких обстоятельствах не давай денег мужикам в долг. И не покупай им ничего. Так нельзя. Ладно?

– Хорошо папа, спасибо, – ответила Соня, вытирая быстрые слезы.

– Я тебе еще позвоню, пока, моя хорошая, – сказал отец, и Соня попрощалась в ответ.

Девочки собирались гулять. Света придирчиво выбирала наряды.

– Может, пойдешь с нами? – спросила Валя, примеряя полосатую футболку.

– А я не помешаю? – рассеянно спросила Соня.

– Нет, не помешаешь, – Валя надела васильковые брюки, – как раз на ювелира посмотришь.

«Почему она все время ходит в брюках, не надоели они ей? – думала Соня, пристально рассматривая подругу, если сейчас все же решиться надеть эту полосатую футболку, то будет, вообще, как моряк».

Валя еще раз приложила к себе белую майку, но тут же отвергла ее, кинув обратно на кровать и надела полосатую.

«Боцман», – подумала Соня.

Света тщательно красила свои красивые полные губы красной помадой. Она стояла у зеркала в трусах и лифчике, непонятно было, что она оденет.

– Я ухожу, – появилась в дверях Маргарита, оглядывая девушек по очереди, – Света, не надо делать такие яркие губы. Летом это не слишком красиво смотрится.

– Да ладно тебе, мама, – лениво ответила Света.

– А Вы куда? – поинтересовалась Соня.

– Мы с Любой пойдем погуляем, посидим в кафе на набережной, – ответила Маргарита.

– С какой Любой? – оторвалась от зеркала Света.

– С Сашиной мамой, соседкой. Мы немного подружились пока вы пропадаете, – улыбнулась Маргарита и вышла.

– Вот так вот, даже мамка решила в загул пойти, – резюмировала Света и вернулась к макияжу.

– Так ты снами? – снова поинтересовалась Валя.

Соня отрицательно покачала головой. Ей очень хотелось побыть одной, помечтать, посидеть в тишине. И поспать. Сна ей не хватало. Она понимала это только когда оставалась одна, без Сергея.

Света одела микроскопические леопардовые шорты и маленькую черную майку.

«Боцман и жрица любви», – подумала Соня, глядя с балкона вслед этой парочке. Но, нужно признать, что Света выглядела очень аппетитно. Она была просто ослепительна, несмотря на кричащую вульгарность и своего наряда и яркого макияжа.

«Похоже, не видать Вальке ювелира», – усмехнулась Соня и вытащила сигарету из пачки

Глава пятнадцатая.

.

Утром Соня проснулась первая, не было еще и шести утра. Она осторожно встала, чтобы не разбудить Валю и прошла на кухню. Заглянула в комнату Маргариты и Светы – они были на месте, сладко спали. Соня заварила себе чая и снова задумалась. Она проспала ночь с мыслями о своем будущем и очень укрепилась в желании остаться с Сергеем. Она даже не представляла себе другого варианта развития событий. Если еще несколько ней назад она была уверенна, что все это должно закончиться, то теперь она даже мысли такой не допускала. Она вытащила счастливый лотерейный билет – великую любовь, как можно такое упустить? Оставаться дома не хотелось, так как она отлично выспалась. Соня взяла сигареты, купальник, полотенце и пошла к морю. Снова ее приветствовал пустынный пляж и единичные купальщики, такие же ранние пташки, как и она сама. Она радовалась морю, небу, воздуху, который еще не раскалился, а нес в себе ароматы Крыма. Соня зашла в бирюзовые волны и поплыла вдоль берега, плавать в глубину она больше не рискнула. Она внимательно следила за собой, чтобы не уплыть далеко. Соня спешила сообщить Морю, своему новому другу, что остается, но Море не шло на контакт. Ей показалось, что оно остается безучастным к ее появлению. Соня не чувствовала любви и поддержки. Она была напряжена и не получила желаемого удовольствия от утреннего купания. Поэтому, поплескавшись немного, Соня вышла и стала вытираться полотенцем. А потом села на берегу, закурила и стала смотреть в бесконечную морскую даль, пытаясь узнать, что же там за линией горизонта. Может, другая жизнь полная счастья, или пустота. Что она себе надумала. Парень ей даже не намекнул, что хочет с ней жить долго и счастливо. Даже не сказал, что будет не против провести с ней вместе август. Они просто вместе сейчас и все. Больше никаких разговоров, все совместное планирование будущего – это только договориться о завтрашнем звонке. И все.

«Что я себе надумала?», – страдала Соня и вглядывалась вдаль, надеясь, что на волнах появиться текст – руководство к действию. Но, разумеется, ничего подобного не случилось. Решение придется принимать самой, ни море не подскажет, ни чайки не надоумят. Надо взять себя в руки и поговорить с Сергеем, и не затягивать, а то можно сойти с ума, разговаривая с морем, потом еще разоткровенничаешься с кипарисами, горами и все, здравствуй шизофрения.

«А что если ребенок?», – мелькнуло у Сони в голове. Даже волны одобрительно зашумели этой мысли. Но это было невозможно, Сергей слишком аккуратен в этом вопросе. Соня вздохнула и стала собираться.

Ужасно не хотелось возвращаться домой. Ей хотелось если не одиночества, то хотя бы благодарного слушателя. А ее окружение было занято всякой ерундой. Соня понимала, что это ерунда для нее, а для них очень даже важные дела. Но никто не хотел отвлечься от своих забот и переживаний и выслушать ее.

«Вот почему такая несправедливость? – Думала Соня, бредя по набережной. – Как у Светочки с Витьком проблемы – все на уши встали. А как у меня душевные муки, так все делают вид, что я все на придумывала. Отмахиваются от меня, точно мои проблемы выеденного яйца не стоят. А у меня сердце остановится, наверное. Я с ума сойду».

Она зашла в небольшое кафе, что бы выпить кофе. Соня никогда особо не любила этот напиток, но надо было взбодриться. К кофе она заказала красивый десерт. Немного подумала и добавила два крошечных пирожных. Как ни странно, на душе стало легче. Но появилось чувство вины перед своей любимой фигурой. И Соня не знала из-за чего переживать сильнее. Поэтому слегка расслабиться получилось не очень хорошо, она доела и пошла домой.

И она снова осталась одна – пришла в пустую квартиру. На столе стояли укутанные кастрюльки и записка:

«Мы ушли на пляж».

Соня облегченно вздохнула и снова предалась своим мыслям. Спать не хотелось, она постоянно ощущала присутствие Сергея. Это было похоже то ли на гипноз, то ли на болезнь. Соне было трудно разобраться, она не была специалистом в этих областях. Книга не читалась, телевизор не смотрелся. Пришла Маргарита, что-то начала рассказывать, но Соня не понимала, она только видела, как шевелятся ее губы, а что они произносят, оставалось за кадром. Девочки вернулись с пляжа, пытались поболтать с Соней, но у них тоже ничего не получилось. Они принарядились к вечеру, но Соню уже приглашать не стали. Она так и сидела на балконе с неизменной сигаретой в руке и отсутствующим взглядом.

– Все куришь? – услышала она снизу добродушный голос Сергея.

– А, привет, – обрадовалась девушка, – проходи.

– Собирайся. Я здесь подожду, – парень сел на лавочку.

Соня молниеносно почистила зубы и, не попрощавшись с Маргаритой спустилась вниз.

Сережа чмокнул ее в губы, и они не спеша пошли в крымский вечер. По Сониному измученному разлукой телу разливалось блаженство. Она даже держа его под руку чувствовала огромную радость, избавление от страданий. Сергей что-то рассказывал о своей работе, а Соня пыталась найти нужный момент. Чтобы начать свой разговор.

– Представляешь, – продолжал ее возлюбленный, – так эта невеста в меня влюбилась.

– Прямо-таки влюбилась, – ревниво встрепенулась Соня, вынырнув из своих размышлений.

– Да, она перед регистрацией сказала маме: «Может, замуж не выходить, мне так оператор нравится». И расплакалась, – гордо рассказал Сергей.

«Неудивительно, – подумала Соня, странно, что только одна».

– А ты поменьше кокетничай, – сказала она почти с раздражением.

– Ты что не знаешь какой я флегматичный? – ответил Сергей несколько удивленно, почувствовав Сонину неприязнь.

Они сели на лавочку под кипарисом.

– Пиво хочешь? – спросил Сергей.

Хоть уже само слово «пиво» вызывало в Соне протест, она согласно кивнула, так как ей хотелось слегка захмелеть, чтобы начать разговор о намерениях.

– Тогда я сейчас, – Сережа поднялся после одобрительного Сониного кивка, – никуда не уходи.

Он обворожительно улыбнулся, и все Сонины внутренние органы сделали кувырок.

«Нет. Это просто невозможно. Такой красоты просто не бывает на белом свете». Соня нервно зашарила по карманам и обнаружила, что сигарет нет.

– Сережа купи мне сигарет, – крикнула она в его удаляющуюся спину.

Он повернулся и отрицательно покачал головой.

– Ну, пожалуйста, – заканючила девушка, – прошу тебя.

Но Сережа был непреклонен.

Соня стрельнула сигарету у проходившего мимо парня и стала настраиваться на нужную волну. Она перебрала в голове все возможные варианты начала разговора. Но, когда сигарета была выкурена практически до фильтра, поняла: она этого сделать не сможет. Как не сможет, например, все это сказать на китайском. Просто невозможно потому, что невозможно. Не сорвутся нужные слова с языка, хотя…если выпить. Но хмелела она в его присутствии плохо. Замкнутый круг.

Сережа пришел. Держа в руках тетропаковские пакеты.

– Это вино, – сказал он на вопросительный взгляд Сони, – я вижу, что пиво тебе не очень нравится, поэтому решил угостить вином.

Соня сделала большой глоток из пакета. Она не разбиралась в винах, но это на вкус ей понравилось, как кисленький компот из вишни. Желанный хмель не наступал, а Сережа опять завел разговор о работе.

«Мы постоянно разговариваем про невест, про чужие свадьбы. Это слова так часто произносится им за время нашей встречи. А я хочу говорить об одной свадьбе – нашей. Именно о свадьбе. Хочу быть вместе с ним всегда, как же мне сказать об этом. Проклятая гордость, дурацкое воспитание», – думала Соня, оглядываясь вокруг. Но кипарис оставался равнодушен, а бледные звезды даже не помигивали, а безучастно обосновывались на темнеющем небе. Лишь ветер шепнул строго:

«Об этом должны разговаривать мужчины. Не женское это дело».

Соня чуть не разревелась от обиды. Вот странно, еще пару недель назад она была счастлива от того, что сумела почувствовать такую любовь. Она была готова на немедленную разлуку, на разбитое сердце. А теперь ей хотелось белого платья и детей от этого парня. И никак не меньше. Жизнь без всего этого казалась ей невозможной. Невозможно жить без воздуха, без воды, без еды. Точно так же невозможно жить без Сергея.