Все будет хорошо. Остросюжетный любовный роман

© Анна Александровна Мирская, 2020

ISBN 978-5-0051-3927-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Table of Contents

Содержание

Все будет хорошо

Анна Мирская

Глава 1

Я поднялась с дивана, покачнулась и задела ногой стоящую рядом бутылку. Она с грохотом завалилась на бок, звук был такой, будто рядом ударили в колокол. Выругалась вполголоса и нетвердой походкой направилась в ванную. Смотреть в зеркало не хотелось, но оно, как назло, висело прямо напротив двери. Опухшее лицо, болезненная худоба, давно немытые, всклокоченные волосы, а вместо глаз какие-то щелочки. На секунду зажмурилась от такого зрелища, но сразу почувствовала как меня повело в сторону.

– Твою мать, – сказала своему отражению и скривилась. Плеснула в лицо прохладной водой, но лучше не стало. Тогда я разделась, залезла под под душ и попыталась вспомнить когда делала это последний раз. Ничего не вышло, я не то что этого не помнила, я даже не смогла вспомнить какое сегодня число. Вода понемногу приводила меня в чувство. Нащупав на полке шампунь, намылила голову и принялась яростно мыть волосы. Шампунь был детский и пах таким родным запахом. Помимо воли на глаза навернулись слезы.

– Не вспоминай… не надо… не вспоминай, – зашептала отчаянно, но было поздно, ноги мои подогнулись и я осела на пол душевой кабины, отчаянно всхлипывая. Постепенно всхлипы переросли в какой-то звериный вой, но выпуская его наружу, мне становилось легче дышать.

Не знаю сколько я так провалялась под струями воды, но когда смогла взять себя в руки и, завернувшись в полотенце, выйти из ванной, в комнате уже царил полумрак. Включила свет, осмотрелась и поморщилась. Продавленный диван, не застеленный даже постельным бельем, рядом батарея бутылок от различного спиртного, начиная с пива и вина, и заканчивая водкой, на старой мебели толстый слой пыли. Одевшись, немного привела комнату в порядок, перетащив всю стеклотару на кухню, и стала искать сумочку. Нашлась она в прихожей, если крошечный закуток, где стоило снимать верхнюю одежду, можно так назвать, на вешалке. Достала оттуда телефон, но обнаружила что он благополучно разрядился. Хорошо привычка таскать с собой зарядное устройство не подвела меня и на этот раз. Включив его, первым делом взглянула на число и обомлела. Если верить технике, а телефон меня еще ни разу не подводил, здесь, на этой съемной квартире, я провела почти месяц, который даже толком не помню. Редкие вылазки в магазин, за спиртным, казались почти сном и практически стерлись из памяти. Спустя несколько секунд посыпались смс сообщения о непринятых звонках, большинство из которых было от мамы. Нажала кнопку вызова и стала с волнением ожидать ответа, почувствовав себя последней дрянью. Мы не общались почти месяц, мама даже не знала что со мной, боюсь представить насколько тяжело он ей дался.

– Юля, это ты? – сквозь слезы, кричала на том конце линии мама, а я поняла, что задумалась настолько, что даже не сразу услышала, как она ответила на звонок.

– Да, мама, – только и смогла произнести я и сглотнула ком в горле. – Это я…

– Юлька, – рыдания на том конце усилились.

– Мама, мамочка, не плачь, пожалуйста. Все хорошо, – попыталась я успокоить ее, но расплакалась сама. Так мы и сидели долгую минуту, показавшуюся мне вечностью, всхлипывая каждая со своей стороны.

– Юля, – первая смогла взять себя в руки мама. – Я ведь уже думала, что больше никогда тебя не увижу, я ведь тебя почти похоронила уже, ты понимаешь это?

– Мамочка, прости, родная, – у меня не было сил оправдываться, – прости.

– Юля… – начала она и замолчала. Я знала о чем она подумала и что хочет мне сказать, поэтому заговорила торопливо, чтобы не дать ей начать.

– Я знаю, мама. Я знаю…

– Но как же так, Юля? – она опять плакала. – Почему тебя не было на похоронах?

– Я все тебе расскажу, но не сейчас, не по телефону, мам. Постараюсь на днях к тебе приехать.

– А ты где, Юля? Почему дома не живешь?

– Потом, все потом, хорошо? Главное знай, со мной все хорошо, я жива, здорова и ты в любой момент сможешь мне дозвониться. Все, мамуля, пока, – торопливо закончила я разговор, боясь снова расплакаться и ещё больше ее расстроить.

Нажала на кнопку отбоя и еще долгое время сидела, сжимая телефон в руке и просто прикрыв глаза. Разговор дался мне очень тяжело, но впереди была еще и встреча, которая будет в сотни, миллионы раз тяжелее. Непреодолимо захотелось курить, а ещё выпить, чтобы опять забыться в пьяном сне, но я понимала, что пора возвращаться к жизни, слишком много мне еще предстояло выяснить. Я встала и пошла на кухню, заглянула в холодильник и, обнаружив там несколько бутылок вина и одну водки, стала откручивать крышки и безжалостно выливать все содержимое в раковину. Покончив с этим, взяла сигарету и устроилась у раскрытого окна. Успело полностью стемнеть, а воздух наполнился прохладой. Компания молодежи с удобствами устроилась на детской площадке, которая в такой час уже опустела от детей и их мамочек, и пили пиво. Я курила, бездумно наблюдая за ними, со второго этажа мне их было отлично видно. Одна из девушек что-то сказала на ухо парню и, развернувшись, пошла прочь.

– Катя стой, – крикнул молодой человек и направился за ней, а я вздрогнула. Одного имени оказалось достаточно, чтоб воспоминания о том страшном дне обрушились на меня сплошным потоком, который я пыталась сдержать с того момента как пришла в себя.

Глава 2. 1 Месяц назад

Я открыла глаза и посмотрела на часы, до звонка будильника еще полчаса, а значит перед тем как начнется обычная утренняя суета можно не торопясь принять душ, наслаждаясь теплыми струями воды. Я любила эти минуты, когда дом еще погружен в сонную тишину, когда не нужно торопиться, чтобы приготовить мужу и дочке завтрак и отправить одну в сад, а другого на работу. Откинув одеяло, встала. Толя спал, подложив руку под щеку и сладко причмокивая. Приоткрыв дверь в детскую, убедилась что Катюша тоже спит, и только тогда спокойно отправилась под душ. Появление мужа, из-за шума воды, я пропустила. Поняла что он рядом только когда такие родные руки легли мне на грудь, обнимая сзади. Тотчас заныло внизу живота, а тело наполнилось теплом. «Надо же, – успела подумать я, – несколько лет мы вместе, а мое тело реагирует на прикосновения мужа так, как будто мы занимаемся любовью впервые». А потом и эти мысли меня покинули, осталось только единство тел, двигающихся в унисон, стоны, которые мы не могли сдержать и бессвязный шепот.

– Юлька, – когда все закончилось и нам удалось выровнять дыхание, сказал Толя, – я тебя люблю. Что бы не случилось, главное помни это. Тогда я не придала значения этим в общем-то обычным словам. Ну признался муж мне в любви, так за шесть лет что мы вместе я их слышала сотни, а то и тысячи раз. Толя был очень внимательным мужем, никогда не забывал, что женщины любят ушами и не скупился на слова любви и комплименты. За все время нашего брака мы всерьез поругались лишь однажды, вскоре после рождения Кати. Наверное у меня была так называемая послеродовая депрессия, а Толе приходилось очень много работать, вот я и вспылила. Тогда муж сначала психанул и ушел из дома, но к вечеру вернулся и предложил нанять няню, благо мы могли себе это позволить, освободив меня от части забот о дочке. Но я представила, как в доме постоянно будет находиться чужая женщина, которая будет заниматься моей девочкой и наотрез отказалась. А потом хандрить стало некогда, сначала дочка мучилась коликами, потом полезли первые зубки и Катюшка постоянно капризничала, в общем за всеми этими заботами на депрессию и ссоры просто не хватало времени.

– Я тоже тебя люблю, – вынырнув из воспоминаний ответила я мужу и прижалась щекой к его ещё не бритому подбородку. – Давай, приводи себя в порядок и спускайся к завтраку, а я пока подниму Катю, ты же знаешь, она очень тяжело встает по утрам. И я отправилась будить дочку, оставив мужа в ванной. Потратив минут пятнадцать на уговоры, мне наконец удалось поднять Катюшку с кровати. Когда она, такая сладкая и теплая со сна, отправилась умываться, я пошла на кухню готовить завтрак. Поставила на плиту турку, быстренько сделала яичницу с беконом нам и кашу Катюшке и, когда мои любимые устроились за столом, стала с умилением за ними наблюдать, прихлебывая свой кофе и улыбаясь.

– Толя, – когда они закончили завтракать, обратилась я к мужу. – Успеешь закинуть Катю в сад? Я сейчас ее быстро соберу.

– Сегодня? – в это время муж стоял ко мне спиной, завязывая галстук, и я обратила внимание, что он слегка напрягся.

– Конечно сегодня, я ведь вчера тебе говорила, что загнала машину в сервис, там в моторе что-то стучит.

– Прости, наверное прослушал. Юль, но я не могу, опоздаю на работу, – сказал Толя, при этом стараясь не смотреть мне в глаза. Мне показалось, что он хочет любым способом отказаться, просто не может найти достойный предлог, чтобы не везти дочь в сад. Потихоньку я начала раздражаться, подошла к мужу и встала прямо перед ним, пытаясь поймать его взгляд.

– Толя, ты директор фирмы, о каком опоздании речь? – довольно резко сказала я. – Я впервые попросила тебя об этом, а ты ищешь предлог чтобы отказаться. Что происходит?

– Да ничего не происходит, Юля. Просто я действительно опаздываю, – раздраженно ответил муж.

– Вот и давай прекращать спор, сейчас одену Катю, – примирительно произнесла я и повела дочь наверх. Уже спускаясь, услышала как на улице заработал мотор и мне даже показалось, что муж сейчас рванет с места и уедет, но машина осталась на месте, а Толя смотрел на часы и нетерпеливо ерзал на сидении пока я усаживала Катю в детское кресло и целовала такую родную щечку.

– Ну все, пока, – я подошла к окну со стороны водителя и мужа тоже поцеловала. – Не переживай, не опоздаешь, времени еще достаточно.

– Ты не понимаешь, Юлька, ты…, – не договорив фразу, он серьезно посмотрел на меня, бросил «пока» и торопливо сорвался с места. А я стояла и смотрела вслед отъезжающему автомобилю и в тот момент не чувствовала никакой тревоги, только легкое недоумение от поведения мужа.

Глава 2. 2

Вернулась в дом, позвонила маме, и, узнав что у нее все в порядке, пообещала навестить ее на ближайших выходных. Мама души не чаяла в Катюше и очень скучала, когда мы долго не приезжали. Ни один раз она предлагала привезти к ней Катю и оставить хотя бы на неделю. Но мне было скучно дома без дочки, и я не могла уснуть если не поцелую на ночь такую родную макушку, поэтому все не решалась, хотя понимала, что у мамы в деревне Кате было бы хорошо. Мы тоже жили в своем доме, но он все-таки находился в черте города, пусть и на его окраине. А в деревне и чистый воздух и свое молоко пошли бы девочке только на пользу. В общем я решила вечером обсудить это с Толей и, если он не будет против, оставить дочку неделю погостить у бабушки. А пока мне предстояло забрать из сервиса машину, а потом можно было сесть за работу, пока не вернется муж. Когда мы поженились, а он уже тогда хорошо зарабатывал, Толя настоял, чтобы я вела домашнее хозяйство, а не бегала по работам, мотивировав это тем, что денег нам хватит и даже еще останутся. Поначалу я с удовольствием сидела дома, следя за тем чтобы у мужа всегда был вкусный обед и чистые рубашки, но вскоре заскучала. Попробовала поговорить с Толей, но он так и остался против. И тогда я стала работать онлайн, консультируя людей через интернет. Сначала клиентов было очень мало, люди недоверчиво относилось к психологу, а я была дипломированным специалистом, который сидит по ту сторону экрана и не имеет своего кабинета. Но постепенно, благодаря рекомендациям тех кому помогли мои сеансы, я смогла набрать клиентуру, многие из которых обращались ко мне уже не раз. Больших денег мне это не приносило, но, во-первых я не маялась дни напролет со скуки, а во-вторых это ведь так здорово, помочь тому, кто нуждается в твоей помощи. А Толя, он так ничего и не подозревал о моей работе, это стало моим маленьким секретом. С появлением Кати сеансы пришлось сократить, дочка отнимала много сил и времени, но все же несколько часов в неделю мне удавалось уделять работе, что отвлекало меня от домашней рутины. Вот и сегодня в планах у меня было немного поработать, но сначала нужно было забрать мою ласточку.

В автосервис я отправилась пешком, благо он находился в паре остановок от дома, да и погода не подвела, радовала почти летним теплом, хотя на дворе был только конец апреля. Уже на полпути поняла, что оставила сотовый дома. Мысленно выругала себя, а потом плюнула. Толя в течении дня никогда мне не звонил, с мамой я поговорила, ну а все остальные, кому вздумается со мной пообщаться, подождут. Забрала машину, оставив механику щедрые чаевые, и поехала в сторону дома. В тот момент я еще не подозревала, что это последние минуты моей спокойной, устоявшейся жизни, что вскоре она разделится на до и после, поэтому ехала, открыв окно и наслаждаясь скоростью и хорошей погодой.

Дома я первым делом нашла сотовый и удивилась, увидев два непринятых звонка от Ирины Сергеевны, воспитателя Кати. И вот тогда впервые меня посетило неприятное предчувствие. Почему-то я сразу подумала, что это не банальная температура из-за которой воспитатель может позвонить и попросить забрать ребенка, у меня появилось предчувствие надвигающейся беды. Номер удалось набрать не сразу, плохо слушались пальцы рук и справилась я только со второй попытки. Пока шли гудки я пыталась успокоить себя, а когда Ирина Сергеевна ответила, нормальным и совсем не взволнованным голосом, я чуть не рассмеялась в трубку от облегчения.

– Юлия Владимировна, доброе утро. Простите, вы наверное еще спали? – тон у воспитательницы был слегка смущенный.

– Нет-нет, Ирина Сергеевна – поспешила я ее успокоить. – Просто уезжала, а телефон забыла дома. Что-то случилось?

– Я просто хотела уточнить, Катя заболела?

– Катя? Нет, с утра все было хорошо, – и опять какое-то нехорошее предчувствие захлестнуло меня. Еще не давая ему вырваться наружу, спросила, – температура поднялась?

– У кого? – оторопело спросила Ирина Сергеевна.-

– У Кати, у кого же еще! – немного раздраженно ответила я.

– Я не знаю, ее ведь сегодня нет, вот и позвонила узнать, – было слышно, что воспитательница говорит немного растерянно.

– Постойте, то есть как это нет? – теперь растерялась я. – Разве Анатолий Станиславович ее не привозил?

– Нет, – тон стал увереннее, видимо она подумала, что в семье совсем не все гладко, если уж жена не знает что делает муж. – Юлия Владимировна, предупреждайте в следующий раз заранее, если не приходите, хорошо?

– Хорошо, – не стала я с ней спорить, хотя в другой раз высказала бы за ее тон. Сад был частный и мы платили немалые деньги не за то, чтобы нас отчитывали как школьников. – Я разберусь, спасибо.

Закончив разговор, сразу же набрала мужа, но услышала что абонент находится вне зоны действия сети. С интервалами в пять минут я набирала его номер еще раз десять, но ничего не менялось. За этот час я то накручивала себя, представляя страшные картины, то успокаивала, убеждая в том, что у мужа деловая встреча, и у него просто не было времени завезти Катюшу в сад. Когда и через два часа ситуация не изменилась, я сообразила позвонить Вите, другу и заместителю моего мужа, но и его телефон был выключен. Тогда я подумала, что они точно решают какие-то деловые вопросы вместе с Толей, но тревога не проходила, а наоборот, нарастала как снежный ком. На исходе третьего часа я все же решила съездить к мужу на фирму. Пусть уж лучше он на меня потом сердится за мою мнительность, чем я буду изводить себя дурными мыслями.

– Юлия Владимировна? – немного испуганно поприветствовала меня Таня, секретарь мужа, когда я, запыхавшись, влетела в приемную.

– Здравствуйте, Таня! Анатолий Станиславович у себя? – переводя дыхание, спросила я девушку.

– Нет, его сегодня еще не было, – она опустила взгляд, избегая моего.

– А где он? У него какая-то встреча?

– Не знаю, мы здесь сами все его потеряли. Встреча у него сегодня была назначена, но здесь, в офисе, а он не пришел. Пришлось Виктору Сергеевичу решать вопрос на свой страх и риск, ведь Анатолий Станиславович никаких указаний не давал, а дозвониться мы до него не смогли, – все это Таня выпалила как из пулемета, все также избегая смотреть мне в глаза.

– Странно, – пробормотала я, достала телефон и в очередной раз набрала номер мужа, но на том конце линии мне снова ответили, что абонент не доступен. – А Виктор Сергеевич сейчас здесь?

– Д-да, – немного замешкавшись, все-таки ответила Татьяна. А у меня сложилось впечатление, будто она не знает сказать правду или соврать.

– Хорошо, пойду с ним поговорю, – на ходу бросила я и увидела как секретарша немного приподнялась со своего места и открыла рот чтобы что-то сказать, но я уже успела пересечь приемную и открыть дверь. – Провожать не надо, дорогу я знаю.

Приемная заместителя Толи Виктора Сергеевича Сухорукова, а для нас просто Вити, находилась в противоположном крыле здания. У него тоже была секретарша, и я со злостью подумала, что сейчас мне придется еще и ей объяснять зачем я пришла, но на мое счастье, девушки на месте не оказалось. Воспользовалась таким подарком судьбы и без стука открыла дверь в кабинет. Витя стоял возле широкого окна спиной ко мне и разговаривал по сотовому.

– Вся эта каша уже заварилась, назад дороги нет в любом случае, – в этот момент он повернулся и увидел меня. Сначала нахмурился, но через мгновение лицо его засияло озорной мальчишеской улыбкой. Жестом он указал мне на кресло и торопливо произнес, – позже поговорим, ко мне пришли.

– Какая там каша у тебя заварилась? – спросила я, поднимаясь с кресла. Витя давно приучил меня, что при встрече обязательны объятия, и сегодняшняя не стала исключением. Мы обнялись, Виктор выглянул в приемную и попросил вернувшуюся секретаршу приготовить нам кофе, а потом пододвинул свое кресло поближе к моему и сел напротив. А я некстати подумала, что он так и остался вечным мальчишкой, которым я его узнала еще когда училась в институте. Мы ведь даже встречались какое-то время, пока Витя не познакомил нас с Толей. Без задней мысли познакомил, а я влюбилась как сумасшедшая. Витя тогда легко нас простил, он вообще к жизни относился легко, как бы шутя шел по ней. И даже согласился потом быть свидетелем на нашей свадьбе.

Секретарь, кажется ее звали Марина, внесла поднос с кофе, прервав мои воспоминания и, бросив на меня какой-то злой взгляд, удалилась. Я сделала глоток и, так как Витя молчал, напомнила о себе. – Так что там с кашей?

– А, – он махнул беспечно рукой, – не обращай внимания. Подружка у меня попала в неприятную ситуацию, долго объяснять. Лучше расскажи как ты?

– Витя, ты знаешь где Толя? – сейчас говорить о чем либо другом я просто не могла.

– Сам хотел бы это знать. У нас чуть сделка не сорвалась сегодня из-за его отсутствия, – ответил Витя и посмотрел мне в глаза.

– Вот черт, – выругалась я. – Надеялась, что ты сможешь мне помочь, я уже часа три не могу до него дозвониться.

– Я тоже не могу. Но мало ли, может какие-то срочные дела появились, вот и выключил телефон.

– Дело в том, что он должен был завести Катю в сад, а ребенка там нет, – сказав это поняла, что сейчас у меня начнется истерика, последние слова я уже почти кричала.,

– Тихо, Юляська, – так называл меня только Витя и только в те времена, когда мы были парой, – не паникуй. Мало ли какие дела у человека, а ты уже готова черти что напридумывать.

– Да, готова. Такого никогда раньше не было, чтоб я не могла так долго дозвониться до Толи. А сегодня с ним еще и Катя. Он ведь не мог не понимать, что я буду волноваться.

– Постой, может он просто не подумал, что ты узнаешь что ребенка в садике нет, – попытался успокоить меня Витя.

– Ты прав, наверное так оно и есть, – самой мне эта мысль в голову не приходила, но когда Витя ее озвучил я подумала, что такое вполне может быть.

– Ну вот видишь, – обрадовался он, – подожди до вечера, я уверен, Толя объявится.

– Хорошо, я подожду. Только вот непонятно мне что за такие срочные дела у него, которые требуют так надолго отключать телефон, – я немного успокоилась и теперь во мне больше играло недовольство, чем тревога.

– Вот вернется, ты у него и спросишь, не злись, Юлясь, – Витя провел рукой по моей щеке и большим пальцем коснулся губ. Жест получился каким-то интимным, он и сам это понял. Но вместо того чтобы отстраниться или перевести все в шутку, резко наклонился и стал меня целовать. В первый момент я растерялась, поэтому не сразу сообразила отодвинуться. Видимо Витя понял это по своему, я почувствовала как мои губы настойчиво раздвигает его горячий язык. И вот тогда окончательно пришла в себя, уперлась руками в его грудь и с силой оттолкнула. Несколько секунд мы молча стояли напротив друг друга.

– Прости, – заговорил первым Витя. Он провел ладонью по своим волосам, отвернулся к окну и замолчал.

– Прости и все?

– Да, и все! А что ты еще хочешь от меня услышать? – удивился он. Я молчала и тогда Витя заговорил вновь, только от того милого, вечного мальчишки не осталось и следа. Теперь передо мной стоял другой человек, которого я никогда не знала и который меня пугал. Тон его стал резким, а в глазах полыхал нехороший огонек. – Ты наверное думаешь, что я должен теперь посыпать голову пеплом за этот поцелуй? Или может мне еще пару раз извиниться? Молчишь? Правильно! Потому что делать этого я не стану. Ни перед тобой ни перед Толей я ни в чем не виноват, а вот вы….

– Что мы? – спросила я когда он резко замолчал.

– Ты вообще представляешь себе что значит для мужчины отдать любимую женщину другому? Мало того, своему лучшему другу! Вы хоть на минуту тогда задумались каково было мне? Думаю нет, раз у вас хватило ума пригласить меня быть свидетелем на свадьбе. А я не смог отказаться, да, просто не смог. Ты даже не представляешь себе как мне хотелось приложить Толю лицом об асфальт, а вместо этого я вместе с вами выпускал в небо свадебных голубей. А все почему? Да потому что понимал, поссоримся и я больше не смогу тебя видеть, а так мне хоть иногда дозволялось бывать у вас в качестве друга семьи, – я стояла и не знала что на это ответить, а у Вити похоже кончился запал. Он резко оборвал себя, а потом, отвернувшись от меня, тихо произнес, – Уходи.

– Прости, – не могла не сказать я прежде чем выйти. Закрыла за собой дверь и услышала как что-то, а скорее всего кофейная чашка, со звоном об нее разбилось. Секретарша, до этого спокойно смотревшая в компьютер, вздрогнула, а я, не задерживаясь возле нее, поспешно вышла из приемной, а вскоре покинула и сам офис.

В машине, не торопясь трогаться с места, прокручивала в голове недавний разговор. Я и не думала что Витя тогда так переживал из-за нашего расставания, он казался совсем не расстроенным, постоянно шутил и улыбался. А оказывается, даже если человек улыбается, это вовсе не значит что он счастлив. Это мы, занятые собой и своими чувствами, даже не подумали тогда, что причиняем ему боль. Мне стало мучительно стыдно за свое тогдашнее поведение. Ведь это даже не я сказала Вите, что мы расстаемся, с ним разговаривал Толя. А когда мы все-таки встретились, он ни словом и ни взглядом меня не упрекнул.

Увидев как вокруг крутится машина, не зная где припарковаться, я наконец тронулась с места. Ехать решила домой, Витя смог меня убедить, что паниковать рано и стоит хотя бы дождаться вечера. На всякий случай еще раз набрала номер мужа, уже не надеясь на удачу. И правильно я на нее не надеялась, сегодня она решила мне не улыбаться, абонент все также находился вне зоны действия сети. Бросила телефон на соседнее сидение и сосредоточилась на дороге. Благополучно доехав до дома и загнав машину в гараж, пошла на кухню и разогрела себе обед. Кусок не лез в горло, но все-таки половину порции смогла в себя впихнуть. А потом сделала то, чего не делала с момента беременности, нашла в шкафу Толины сигареты и, выйдя на крыльцо, закурила. После третьей затяжки меня слегка повело, и я присела на ступеньки, но упрямо докурила сигарету до фильтра. Нужно было как-то отвлечься, чтобы каждые пять минут не смотреть на часы, подгоняя время, но найти себе занятие не получилось, думать ни о чем другом я не могла. Где-то в доме заиграла знакомая мелодия, и я кинулась искать телефон в надежде что звонит муж. Но это был Витя. Сначала думала звонок проигнорировать, но потом все же нажала на зеленую клавишу.