- -
- 100%
- +
Посвящается Марине и Илье из Красноярска, подарившим мне вдохновение написать эту книгу.
Глава 1.
– Вик, ты чем планируешь заняться, когда сессию сдашь? – этот вопрос моя лучшая подруга Лариса задавала мне каждый год, и внутренне я была уже готова к его продолжению. Дело в том, что моя Лариска – отчаянный спелеолог и альпинист. Для неё нет ничего лучше, чем день и ночь спускаться в недра земли и подниматься на вершины мира. Она может всё лето напролёт карабкаться по скалам и лазать по пещерам, спать под открытым небом, съедаемая гнусом, вместе со своими такими же сумасшедшими скалолазами, как и она сама. Я же её страсти абсолютно не разделяю. Мне гораздо приятнее лежать на диване и смотреть интересные фильмы с участием Сандры Буллок или Дженнифер Лопес. А по вечерам я предпочитаю пить кофе в ближайшем летнем кафе. А добровольно лишать себя ванны с пеной и горячих круассанов по утрам…
– Лара, не знаю пока. Вроде бы мы с мамой в Турцию собирались поехать. Но пока никакой конкретики. – начала я отнекиваться заранее. – Сама понимаешь, маме с работы вырваться трудно. Клиенты её просто так не отпустят. – Мама у меня суперский дизайнер интерьеров. Заказов у неё хоть отбавляй, и она не может покинуть город, пока не сдаст все свои объекты. Иначе случится задержка сроков, пени, ругань и много других неприятностей.
– Понятно, – недовольно протянула Лара. – А то с нами в Красноярск, на природу? Воздухом подышишь, на Столбы посмотришь, песни под гитару попоём. Глядишь, мы тебе бой-френда найдём. Надоело небось одной по вечерам куковать в своих хоромах. Ну скажи, чего ты в своей Турции не видела? Жарко только, и арабы уж слишком приставучие. А с нами – новые ощущения, новые лица. Природа – любой курорт отдыхает!
– Ага, и тучи комаров, мошек, мух, полное отсутствие санитарных условий. Люсь, не дави на меня, хорошо? Я подумаю, и сама тебе позвоню. Договорились?
– Договорились… – нехотя отозвалась подруга. – Мы выезжаем в следующий понедельник. Думай быстрее, времени осталось мало.
На сим я повесила трубку и пошла заваривать свой любимый чай каркаде. Впервые я попробовала этот божественный напиток в прошлом году в Египте. Он прекрасно утоляет жажду и очень приятен на вкус. С тех пор кофе в моём списке любимых напитков плавно сместился на второе место. Хотя раньше без чашечки чёрного напитка я не могла провести и часа.
Пока лепестки красных цветов настаивались в фарфоровом чайнике, на меня внезапно напала беспричинная грусть. Вот закончу я свой филологический факультет. И что я буду делать дальше? Перспектива вбивать основы русского языка и литературы в головы несмышлёных школьников меня вовсе не радует. Идти работать секретарём-референтом? И целыми днями выполнять дурацкие поручения шефа-самодура? Тоже удовольствие ниже среднего. Может, книжки начать писать? Говорят, писатели бешеные гонорары за свои произведения получают. Да ещё и известность – неплохо. Хм, а идея не так уж плоха. Словом я владею. Фантазия буйная, дай бог каждому. Стоит задуматься над тем, чтобы стать всемирно известной писательницей.
Единственное, что меня радовало в тот день, – это моя собственная однокомнатная квартира. Это сокровище досталось мне по наследству от моей троюродной бабушки, которую я никогда не видела. Теперь я самостоятельный человек. Живу на законных основаниях отдельно от родителей. Случилось это радостное событие пару месяцев назад, поэтому всякий раз, как я думаю, что мне по утрам не приходится занимать очередь в ванную, не ругаться с братом, когда он торчит в туалете по полчаса, разглядывая журнальчики, я ощущаю истинное счастье. Подрабатываю теперь репетитором, преподаю школьникам русский язык и литературу. На жизнь хватает с трудом, но моя мама иногда подкидывает мне небольшие суммы и привозит по пятницам продукты. Вот и сегодня, почувствовав голод, я заглянула в холодильник. Оказалось, что там мышь повесилась. Я взглянула на календарь. Ну правильно, сегодня четверг. Мама с харчами приедет только завтра. Значит, придётся навестить своих обожаемых родственников, да заодно и поужинать. Мой кот, который за свои проделки в далёком детстве получил кличку Мафия, жалобно замяукал. Тоже есть хочет, бедняжка.
– Ничего, – решила я подбодрить несчастное животное, – потерпи немного. Вот вернусь от родителей, принесу тебе что-нибудь вкусненькое. А сейчас, сам видишь, даже мне перекусить нечем.
Через несколько минут я уже весело вышагивала по аллее нашего небольшого скверика, согреваемого первыми лучами летнего солнца. По телефону мама сказала, что готовит мою любимую курицу, запечённую в духовке. А к ней полагается рис по-фински. Жизнь, оказывается, может быть даже очень приятной.
Вот сдам завтра последний экзамен по русской литературе XX века и буду свободна, как орёл, парящий в небесах над горами. Съезжу с мамочкой отдохнуть, приобрету шоколадный загар, в море побултыхаюсь.
А может, всё-таки стоит хотя бы раз в жизни съездить с Лариской и её ненормальными друзьями в горы? Наверное, это здорово – получить порцию адреналина перед следующим учебным годом. Вдруг действительно познакомлюсь с каким-нибудь приличным молодым человеком. Он будет меня по горам на руках носить, песни под палаткой петь… Ой, что-то я слишком размечталась! Я заметила, что когда я сильно чего-то хочу, то в жизни у меня получается всё с точностью до наоборот.
Глава 2.
Дома всё было как всегда. Папа смотрел по телевизору свой любимый футбол. Его обожаемый «Локомотив» выигрывал, и папочка то и дело взрывался победными воплями, когда кто-нибудь из «наших» забивал гол или передавал удачный пас. Брат таращился в монитор своего навороченного компьютера. Интернет и компьютерные игры заменяли ему абсолютно всё: маму, папу, друзей, учёбу, общение, даже еду, питьё и воздух. Мы с мамой на кухне мирно дожёвывали курицу и собирались варить настоящую арабику.
– Знаешь, доченька, я хочу тебя огорчить, – мама встала со своего места, собрала со стола наши тарелки и поставила их в раковину, а у меня от ожидания «плохой новости» коленки затряслись. – В этом году мы не сможем с тобой поехать в отпуск. (Фу, слава Богу, умеет же матушка напустить туману.) У меня появился ну очень выгодный клиент. Он хочет заказать мне дизайн-проект его трёхэтажного особняка. Сумма гонорара астрономическая, и как только я закончу эту работу, мы сможем купить тебе машину. А на следующие выходные давай съездим в Екатеринбург, прикупим тебе вещей, сходим в твой любимый китайский ресторан.
– Мама! Машина – это самый замечательный подарок, который ты только можешь мне сделать! – завизжала я от восторга так громко, что даже папа и братик прибежали посмотреть, что со мной случилось. – А отпуск – черт с ним! Что-нибудь придумаю.
Значит, всё само собой решилось. Этим летом я еду с Ларой любоваться красноярскими пейзажами. Только подруге об этом надо как-то помягче сказать, а то вдруг от радости она лишится чувств.
Но Ларисина реакция превзошла все мои даже самые смелые ожидания. Она прыгала и визжала от восторга не меньше четверти часа, потом танцевала ламбаду на кухонном столе, и под конец своего приступа безумия повалила меня в кресло.
В понедельник в семь часов утра, нагружённая всякими полезными вещами, я стояла на перроне нашего железнодорожного вокзала. Лара гарцевала неподалёку, строя глазки сразу трём накаченным скалолазам из нашего отряда. Никогда не могла понять, как ей удаётся такой трюк? Этот фокус она проделывает всякий раз, как только в радиусе ста метров появляются штаны. Ведь каждый из этих молокососов (несмотря на их бравый вид) твёрдо уверен, что наша миловидная блондинка смотрит только на него, единственного и неповторимого! Если честно, то Лара очень смахивает на куклу Барби. Естественно, мужчины летят на неё как мухи на мёд! До сих пор не могу понять, почему она выбрала такое неженственное увлечение, как альпинизм. Ей гораздо больше подошли бы танцы или пение. Но факт остаётся фактом – подруга бредит горами и может дать фору даже опытным скалолазам.
Ну что-то я слишком задумалась. Надо получше рассмотреть своих спутников. Мне ведь с ними в горы лезть! Кроме тех трёх красавчиков, с которыми развлекалась неугомонная Лариска, с нами ехали две мужеподобные девицы, для которых скалы стали смыслом жизни. Видимо другого у них просто не было. Тут же, возле мусорного бака, несколько парней, внешне напоминавших горилл. Они активно обсуждали предстоящий поход. И это люди, с которыми я должна провести свой отпуск! Ужас! Кроме Лариски я ведь никого из них не знаю!
– Ну как тебе контингент? – наконец-то Лара обратила на меня внимание. – Ничего мальчики, правда? Особенно вон тот справа, беленький. Это твой! Его Пашей зовут. Всегда тебе всё самое лучшее отдаю. А мой вот тот черненький, посередине. Это Максим. Смотри, увижу, что ты с ним флиртуешь, – оборву твои милые ушки. Очень он мне нравится, – закончила свою тираду Лариса почти мурлыкая.
Со свистом к нашей плацкарте подъехал поезд. Вокзальная толпа ожила, засуетилась, разыскивая свои вагоны. Мы тоже не стали долго думать, подхватили тяжёлые, огромные рюкзаки и направились к нашему плацкартному вагону. Заспанная, слегка помятая проводница проверила наши билеты. Мы прошли внутрь душного вагона и стали устраиваться поудобнее. В общей сложности наш маленький отряд состоял из девяти человек и половину узкого вагона занимали мы и наша амуниция.
– Дэвушка, а дэвушка, пододвиньте вашу сумку, пожалуйста. Пройти хочу, – я повернула голову и обомлела: передо мной стоял самый настоящий горилла… с двумя арбузами под мышками. – Ну, дэвушка, ваш баул мне пройти не даёт, – продолжала как ни в чём не бывало говорящая обезьяна.
– Вик, ты чего спишь? – Лара даже дернула меня за плечо. – Отодвинь наконец свою сумку, дай мужчине пройти!
И тут до меня дошло, что разговаривает со мной не примат, а «лицо кавказской национальности», причём очень обросшее! Со словами «простите», «извините» я носком ботинка сдвинула свой багаж глубже под лавку. Мои щёки горели как надраенная пожарная машина, поэтому я сочла за благо отвернуться к окну и сделать вид, что меня жутко интересуют столбы с электропроводами. А мужчина тем временем со спокойствием сытого удава стал устраиваться на боковом месте, прямо напротив наших спальных мест.
Свою дорожную сумку и один арбуз он положил под скамью, а второй арбуз с видом царя-завоевателя он брякнул прямо на наш стол.
– Дэ-э-эвушки, давайте арбуз есть! – громко возвестил бывший горилла.
От такого нахальства у меня пропал дар речи. Зато моя беззаботная подруга необычайно оживилась.
– Давайте, давайте, – пропела она своим мармеладно-шоколадным голосом. Я с недоумением покосилась на неё. Уж кто-кто, а она умеет выбирать себе мужчин (хотя до добра это её ни разу не доводило). Но что она нашла в ЭТОМ (!) – хоть убей, не пойму.
А кавказец тем временем вытащил откуда-то настоящий кинжал и с видом мясника начал кромсать арбуз на куски. Ларочка тем временем уже что-то бойко вешала ему на уши.
– Дорогая, что с тобой? – с видом доктора я потрогала лоб несчастной, когда эта «красота неписаная» отправилась в туалет. Она точно смертельно больна! Кокетничать с этим чудовищем! Да ни за какие коврижки!
– Ничего ты не понимаешь! На этом мужике бриллиантов, как звёзд на небе! А нож ты видела? Коллекционная вещь. А сумка, в которой он шмотки возит? Натуральная кожа. Тебе-то хорошо, о тебе родители вон как заботятся. А меня кто защитит от напастей, погладит по головке, согреет зимним вечером?
И тут я ничего не могла возразить. Родители Ларисы погибли в автокатастрофе почти сразу после рождения дочери. Воспитывала её бабушка, вбивавшая в голову внучки, что для женщины важнее всего в жизни удачно выйти замуж. С тех пор Лара неустанно ведёт охоту на подходящего кандидата в мужья.
– Если он такой богатый, то почему плацкартом едет? Да ещё на боковой койке? – не унималась я.
– У него мать на родине больна, а билетов ни на самолёт, ни на другой поезд не было. Я спрашивала об этом, если ты не заметила!
– Ну-ну, смотри, не ошибись! – протянула я и отвернулась к своему любимому окошечку. А Лара снова начала щебетать с вернувшимся кавалером.
Глава 3.
Всю ночь поезд гудел: где-то раздавались пьяные песни под гитару, где-то ругались двое десантников, возвращавшихся домой, с завидной периодичностью слышался звук чокающихся стаканов, а характерные вздохи и ахи вообще не давали уснуть. Наша команда тоже всю ночь гуляла, поэтому на следующее утро мы выглядели, как побитые жизнью собаки: замученные, опухшие и с вселенской тоской в глазах.
Зато во время ночного гуляния мне удалось со всеми познакомиться (все равно спать из-за шума я не могла). Одного нашего здоровенного пацана из нашей команды звали Иван, а фамилия у него была ни дать, ни взять – Маленький. Естественно, все звали его только по фамилии, ставшей прозвищем. Девочек, больше похожих на мальчиков, про себя я звала Белка и Стрелка. Они больше двух лет жили вместе и были счастливы, что судьба свела их. Ну, если им хорошо, то чего мне кипятиться?
Еще двоих худеньких мальчишек звали Артём и Влад. Оказалось, они мастера спорта по скалолазанию и опытные спелеологи. Выпив со всеми по бутылочке пива, они посидели с нашей компанией ещё чуть-чуть, пожелали всем спокойной ночи и отправились на боковую. Стоит ли упоминать, что утром они выглядели лучше всех?
Зато наши с Ларой предполагаемые кавалеры отрывались по полной программе. Всю ночь они пьянствовали, клеили всех мало-мальски привлекательных девушек и на меня не обращали никакого внимания. Видимо, мои метр шестьдесят, зелёные глаза и рыжие кудрявые волосы не входили в их представление о красоте.
А жаль, потому что Павел начал мне нравиться. И рядом не оказалось Лариски, чтобы помочь советом, как заполучить этого мальчика. Наверное, она скрылась в каком-то укромном уголке со своим новым обожаемым – этим кавказцем.
Около трёх часов ночи она вернулась на свою полку очень злой. Никому не стала разговаривать, а когда Маленький спросил, в чём дело, она швырнула в него пластмассовую кружку и чуть не разревелась. А «гамадрил» наоборот был в очень приподнятом настроении. К утру моя Лара всё ещё не дуется. Она даже не стала пить кофе и ни словом не перекинулась с представителем противоположного пола. Вот тут я начала беспокоиться по-настоящему! Такое поведение у Ларисы могло быть вызвано только жестокой депрессией.
Когда в Красноярске мы вышли из поезда, я, рискуя быть обруганной с ног до головы, подошла к подруге:
– Лариса, что у тебя вчера случилось? Ты сама не своя ходишь!
Она посмотрела на меня, её глаза вот-вот могли наполниться слезами.
– Знаешь, Вика, все мужики – козлы! – мои брови против воли поползли вверх.
– И что тебя привело к такой глубокой мысли? – спросила я. Раньше Лариса никогда не высказывалась так категорично в адрес мужчин.
– Вчера я была с этим ублюдком Авиком. Сначала всё было чудесно. Но оказалось, что на самом деле он женат! Хотя до этого клялся, что свободен, как птица в полёте. А ещё этот гад сообщил, что едет домой не к матери, а к жене, которая вот-вот должна родить! – и тут она зарыдала в полный голос. – А всё могло быть так хорошо!
– Ну что ты, перестань! – успокаивать Ларису было непросто. – Мало ли нам в жизни козлов встречалось? А сколько ещё встретится! И что теперь? Из-за каждого проходимца руки на себя накладывать?
– Нет, – прошептала подруга, – но всё равно обидно!
– Конечно, обидно, – продолжала я гнуть свою линию. – Но это пройдёт. Это всегда быстро проходит. (Лариса всхлипнула.) Да не убивайся ты так! Посмотри, сколько с нами красивых мальчиков едет. Найдём мы тебе самого лучшего на свете мужа! Только не плачь.
Лариса успокоилась, перестала хныкать и была в состоянии адекватно воспринимать действительность. Мы взвалили на себя тяжёлые рюкзаки и бросились догонять нашу команду.
Добраться до места дислокации пришлось очень долго. Сначала на машине мы ехали около двух часов, а потом ещё километра пять шли пешком. Я устала, как собака, но старалась не ныть. Кто-то мне сказал, что альпинисты этого не любят.
Мы разбили лагерь в очень живописном месте. С одной стороны текла река, достаточно чистая, чтобы в ней мыться, а с другой возвышались знаменитые красноярские Столбы. Маленький сказал, что рядом есть вход в небольшую пещеру, только сейчас его не видно, потому что он скрыт от любопытных глаз молодой еловой порослью.
Пока ставили палатки, разводили костёр, обустраивались, я как-то незаметно и безболезненно влилась в наш уже сплоченный коллектив. И это путешествие стало казаться мне не таким уж безумием.
– Ну что, Викуша, как тебе первый день лагерной жизни? – посмеивался Максим.
– Знаешь, если честно, мне нравится, но всё равно скучаю по своему любимому дивану, хорошему фильму и капучино.
– Не дрейфь, – подбадривал Маленький, хлопая своей огромной ручищей по плечу, – завтра в пещеру полезем – тебе очень понравится! Там такая красота!
Стало смеркаться, мы с Ларисой готовили ужин, Маленький колол дрова, Влад и Артём носили воду из реки, Белка и Стрелка пели песни под гитару. У них оказались очень сильные, чувственные голоса. Ветер доносил до нас запах хвойного леса и вечернее пение птиц. Красота! В каком таком Таиланде или другом курорте можно такое увидеть, услышать, почувствовать? Всё-таки Лариска молодец, что вытащила меня с собой!
Глава 4.
Утреннее солнце нещадно било мне в глаза. С трудом разлепив веки, я обнаружила, что нахожусь в палатке совсем одна. А где же Лариса? Я не успела испугаться, что меня оставили одну в незнакомом месте, как снаружи послышались голоса Маленького и Ларисы. Они о чём-то спорили.
– Она же ни разу не участвовала ни в чём подобном! – кричал Иван, считавшийся в нашей группе главным. – Она же не профессионал! Мы не можем взять её с собой. А вдруг ногу подвернёт? Кто её до лагеря тащить будет?
– Я! Я её буду контролировать! А в случае чего и лечить её! – в том же духе отвечала Лара. – Ты же знаешь, опыта у меня предостаточно, чтобы отлично справиться и с тем, и с другим!
– А что, если она ногу сломает? – не сдавался Маленький.
– Эй, ребята, вы чего кричите? – я с трудом вылезла из палатки. Спина с непривычки спать на земле ужасно болела.
– А-а, проснулась… – огрызнулся Маленький.
– Да вот, решаем, брать тебя сегодня в пещеру или не стоит, – потупив взор, ответила подруга. – Ты-то сама как? Хочешь пойти или лагерь будешь охранять? Только сразу предупреждаю: спускаться под землю – это тяжёлая и не всегда приятная работа. Остаться здесь и приготовить обед куда проще!
– Что значит в лагере?! – оттого, что Лара не воспринимает меня всерьёз, я разозлилась не на шутку. – Ты для чего меня сюда взяла? Чтобы я вела жизнь стряпухи при лагере? Ну уж нет! Конечно, я полезу в пещеру! Ещё чего придумала – обед готовить!
– Ну и чёрт с вами, – выругался Иван. – Только если ногу подвернёшь или устанешь – не ной! Сразу тумака получишь!
– Есть не ныть, товарищ командир! – отбарабанила я, вытянувшись по стойке смирно.
От моего рвения Маленький засмеялся так, что затряслись макушки молодого елового леса. Через некоторое время мы направились к входу в пещеру. Рядом со мной бодрым шагом шёл Артём.
– А ты знаешь, какая странная история связана с этим местом? – спросил он.
– Нет, – если честно, мне не очень хотелось слушать глупые истории, да ещё в исполнении Артёма.
– Так вот. Эта пещера является стоянкой человека примерно X века до н. э., – видимо, пареньку не терпелось блеснуть эрудицией перед такими красотками, как мы. – Рассказывают, что вождь племени был очень сильным шаманом. Ему подчинялись стихии огня, воды, земли и ветра. Но у шамана по непонятным причинам не было наследников, а передавать свои знания и силу кому-то надо было. Своим приближённым он не доверял, подозрительный был мужичонка. Тогда шаман изготовил медальон и вложил в него всю свою магию. Он хотел на смертном одре передать его тому, кто окажется достойнейшим. Было даже придумано специальное испытание, но завершить задуманное он не получилось. В одной из битв маг был убит стрелой в сердце. Его последователи и враги несколько десятилетий искали тот медальон, обладающий невероятной силой, но так и не смогли его найти! Предание гласит, что тот, кто найдёт медальон и возьмёт его в руки, станет самым могущественным человеком на Земле. Хотя если за столько веков побрякушку не нашли даже самые опытные археологи, то теперь его даже и не стоит искать. Бесполезно! – завершил свою историю Артём.
– А ты сам-то веришь во всё это? – ухмыльнулась я и скептически посмотрела на рассказчика.
– Не-е, не верю, – совершенно спокойно ответил Артём, но его глаза блеснули каким-то нехорошим огнём. – Хотя многие великие умы утверждают, что всё это правда от первого до последнего слова. В доказательство они даже представили стрелу, которой, по преданию, убили шамана. А некоторые особо увлечённые этой историей утверждают, что медальон сам ищет себе хозяина.
– Ну да, конечно! – вмешалась в разговор Лара. – Живой медальон! Ты тут нам лапшу на уши не вешай, а то Викуша натура впечатлительная. Вдруг кинется этот самый амулет сама по пещерам искать!
Тем временем мы уже подошли ко входу в пещеру, включили фонарики и осторожно начали спускаться вглубь земли. Сначала проход был очень узким и глинистым. Наш Иван-богатырь шёл впереди, почти согнувшись пополам, и нещадно тормозил экспедицию из-за своей неповоротливости. Затем лаз стал расширяться, и даже Маленький смог идти в полный рост, не опасаясь сбить головой какой-нибудь сталактит.
Ещё через несколько метров ход превратился в довольно просторную пещеру, в которую спускаться приходилось по глиняным выступам, сильно напоминающим ступени. Откуда-то сверху капала вода, не позволяя глине превратиться в камень. Было жутко скользко и грязно. Но делать нечего – мы стали спускаться гуськом.
И надо же такому случиться! На последней ступеньке я поскользнулась и со всего маха рухнула лицом в грязь. В буквальном и переносном смысле. Я пыталась подняться, пытаясь обрести опору, схватила рукой какой-то камешек и зачем-то сунула его в карман штанов.
Маленький с укоризной посмотрел на меня, но от комментариев воздержался. И правильно сделал, иначе ему мало бы не показалось! Остаток пути мы проделали без приключений. Любовались затейливыми сводами пещеры, подземными прудами, ручейками, а иногда и водопадами. Если честно, такой красоты я никогда в жизни не видела! Только мне почему-то всё время казалось, что за нами следит чья-то тень. Хотя от наших фонариков порой возникали такие причудливые тени, что моё больное воображение могло представить себе не только слежку за нами, но и целые сражения давно минувших времён. Поэтому я легко отмахнулась от дурацких мыслей, как от тучки назойливых комаров.
Глава 5.
Вернулись мы в лагерь, когда солнце начало свой путь к реке, словно оно хотело принять ванну перед сном. Есть хотелось неимоверно. Маленький всю дорогу говорил только о том, что готов проглотить целого слона! Причём желательно живого и неразделанного. Ещё бы! Чтобы прокормить такую тушу, одного слона, пожалуй, будет маловато.
Но ужина, увы, не нашлось. А Павел и Максим, оставленные нами в лагере, чтобы охранять его и готовить ужин, валялись в доску пьяные в своей палатке.
Попытки разбудить их и объяснить, кто под землёй редиску красит и в какой цвет, также не принесли плодотворных результатов. Пришлось нам самим в срочном порядке спасаться от голода. Артём с Владом сели чистить картошку, а мы с Ларисой пошли за водой. На мой взгляд, это явная дискредитация – заставлять хрупких девушек таскать тяжёлые вёдра, но Маленький сказал, что Белка и Стрела будут мыть посуду. В ледяной воде! Так что нам ничего не оставалось, кроме как брести с вёдрами вперёд.
Спустя час мы наконец-то подкрепились и решили отправиться на реку, чтобы смыть с себя грязь, которая налипла на нас в пещере и в лесу. Солнце уже совсем скрылось за горизонтом, но алый закат полыхал так, что все предметы были видны как на ладони.
– Ну как тебе пещера? – наконец-то Лариска решила проявить интерес к моим чувствам, стягивая с себя футболку на берегу ледяной речки.