Живые камни. Золотая пыль

Часы на стене тихо и не спеша тикали. В коридоре сейчас было тихо – все школьники корпели на уроках. Одна Ада сидела на лавочке возле двери с угрожающей надписью «учительская». И часы неизменно приближали момент её расплаты.

Вообще-то девочка за свои девять классов успела побывать у директора бесчисленное количество раз. В них входили и потасовки с ребятами, и нарушение дисциплины на уроках, и другие, порой абсурдные причины. Например, сегодня утром Ада встретила в школе местного писателя – краеведа, и, ради интервью для школьной газеты, всеми силами пыталась удержать «жертву» на месте. Это удалось ей из рук вон плохо – при попытке сфотографировать писателя возле окна, Ада нечаянно задела горшок с цветком, и тот, на прощание разбив окно, упал на новенькую машину директора.

Дверь в учительскую скрипнула, и из неё высунулась голова учителя химии – сухонького старичка в жабьих очках на пол-лица.

– Ставридова, иди к директору.

– Угу.

Ада встала, кое-как пригладила растрёпанные короткие волосы и вошла в кабинет. Он был пуст, не считая самого химика и секретарши, скрючившейся над клавиатурой. Девочка прекрасно помнила, куда идти. Толкнув дверь с надписью «директор», она проскользнула внутрь и смиренно встала возле стола.

– Опять ты, Ставридова.

Директору было где-то за сорок, но он выглядел постоянно таким уставшим, что становился похож на дряхлого старика. Перед мужчиной на столе лежала кипа папок, а рядом – ничуть не меньше журналов. Видимо, он работал над ними, пока ему не доложили об инциденте.

– Егор Васильевич, я же не нарочно! – Заканючила Ада. – Я же ради блага школы старалась…

– Ставридова, ты бы поменьше старалась. А то все твои успехи перечёркиваются, – директор внимательно посмотрел на девочку и отодвинул от себя папки. – Скоро выпускной. Не подумала, куда хочешь поступать?

– Поступать? – Ада насторожилась при такой смене темы. – Думала на журналистику. Но мы с мамой пока точно не решили.

– Вот что, Ставридова, – Егор Васильевич указал на девочку пальцем, и та поёжилась. – Бери себя в руки, иначе останешься без своей газеты и без характеристики для твоего колледжа. Договорились?

– Но…

– Договорились? – В голосе директора проскользнули угрожающие нотки.

– Договорились, Егор Васильевич.

– И завтра принеси мне газету твою, надо кое-что обсудить.

Ада кивнула и постаралась как можно скорее выйти из учительской. Как хорошо, что обошлось без наказания! В прошлый раз пришлось помогать завхозу полоть огород целые две недели. А сейчас, кажется, всё в порядке. Девочка с наслаждением потянулась и побрела к своему классу.

На её шее болтался маленький серый фотоаппарат с улыбающимся кексиком в уголке. Со своим «оружием» Ада не расставалась никогда. Этот фотоаппарат она выиграла в конкурсе на лучшую статью три года назад.

Девочка едва открыла двери в кабинет, как прямо у неё над ухом прозвенел звонок, и одноклассники бросились на свободу. Ада отошла в сторону, переждав поток друзей. Последним шёл Лёвка, лучший друг Ады. Он прихватил её сумку. Едва завидев подругу, мальчик подбежал к ней.

– Ты чего такая довольная? Неужели не наказали?

– Не-а. Даже странно, при моей везучести-то, – фыркнула Ада. – Но на счастье грех жаловаться. Пошли, надо заметку про краеведа распечатать.

Ада взяла сумку и первой направилась на нижний этаж, где располагалась каморка, отданная под самоуправление. Там Ада, Лёвка и другие ребята готовили стенгазеты. Девочка включила свет, порылась в сумке и достала флешку. Лёвка кивнул и включил компьютер.

– Вот увидишь – когда-нибудь ты влезешь туда, откуда не так-то легко вылезти, – предупредил мальчик.– Вечно ты в омут с головой.

– Не бойся. Тебя за собой не потащу, – Ада ободряюще улыбнулась и заправила в принтер бумагу. – Давай быстренько справимся и пойдём. Погода чудесная – грех не прогуляться.

Лёвка послушно распечатал заметку. Ада в мгновение ока прилепила её на доску кнопками и отошла полюбоваться на своё творение. Эх, и так сойдёт. Девочка потянулась было за сумкой, как Лёвка придержал её за плечо.

– Слушай, а у тебя никакой родственницы нет с севера?

– С севера?

Ада непонимающе уставилась на друга. Что за вопросы сегодня! Лёвка был абсолютно серьёзен – брови ровной чертой, губы сжаты. Девочка прокрутила в голове свою родословную.

– Нет. А с чего вопросы такие?

– Так и знал, – Лёвка осторожно подозвал Аду, и та подставила ему своё ухо.– Тебя на одной перемене спрашивала тётка какая-то. Сказала, что недавно прилетела с севера, и теперь хочет тебя повидать.

– А ты что?

– А я сказал, что такую не знаю.

– Наверное, перепутали, – отмахнулась Ада. – С кем не бывает.

Ребята потушили свет и вышли в коридор. Девочке стало жутко интересно, кто же ею интересовался. Но, если это насчёт какого-то конкурса, то она бы не стала притворяться тётей с далёкого севера. Ада мотнула головой. Нечего всякую ерунду в расчёт брать. Пора насладиться жизнью.

***

Квартирка у Ады была маленькая. Девочка спала в спальне, а мама в зале. Все полки в спальне были заставлены книгами, в основном флористикой, самоучителями по каллиграфии и фантастикой. Все свои книги Ада знала наизусть и могла читать даже с завязанными глазами. То место, что не было занято под книжными полками, занимали фотографии. Иногда проблёскивали брелоки, подвески и всякая подобная ерунда, купленная на блошином рынке. У Ады компьютера не было, зато стол занимали горшки с зеленью. Девочка обожала цветы, и даже учитель биологии мог позавидовать её знаниям в ботанике.

А вот в зале находился комод с коллекцией фотографий самой Ады и её мамы. Ада и мама, Ада, мама… И всё. Больших ничьих фотографий в доме не было. Ни родственников, ни подруг, ни отца Ады. О последнем мама даже никогда не упоминала. Когда девочка подросла, она облазила всю квартиру в поисках какого-нибудь конверта или альбома. Но так ничего и не нашла.

В этот день мама рано ушла в ночную смену. Ада сама приготовила себе обед – разогрела бутерброды с сыром и навела чай. А затем, устроившись на полу перед телевизором, щёлкнула пультом.

– И теперь о погоде, – сообщила диктор, и сзади неё появилась карта. – С Юго-Запада движется антициклон. Погода становится непредсказуемой, и синоптики пытаются выяснить, в чём же дело и почему на нас обрушиваются всё новые катаклизмы. За последнюю неделю резко сократилась численность растений, занесённых в Красную книгу. Цветы не выдерживают скачков температуры и погибают. О том, что ещё ждёт нас в мае, мой коллега, Олег Алексеев…

Ада переключила канал. В новостях то и дело говорили об иссушенных водоёмах, озоновых дырах, самых разных катастрофах и катаклизмах. Отчего природа так взбунтовалась, не знал никто. Ада затолкала в рот бутерброд и уже собиралась запить его чаем, как в дверь позвонили. Девочка неохотно поднялась, выключила телевизор и поплелась в прихожую. Мама не должна была так скоро вернуться, а Лёвка в гости к ней не собирался. Ада заглянула в глазок.

На пороге стояла женщина с густо накрашенными глазами. На ней было кожаное, и наверняка дорогое пальто. Женщина воровато озиралась по сторонам и вглядывалась в глазок. А потом ещё раз позвонила.

Ада осторожно отошла от двери и выключила свет. Квартира погрузилась во тьму. Гостья всё не желала уходить, но девочка не собиралась ей открывать – холодные глаза этой дамы отбивали всякое желание с ней разговаривать. Девочка села возле порога на колени. Гостья перестала звонить и забарабанила в дверь.

Как некстати вспомнились все фильмы ужасов, но Ада упрямо вытолкнула их из головы. Она терпеливо ждала, когда же эта женщина уйдёт. Наверное, было бы логичнее открыть и спросить, кто это, но девочку что-то останавливало. Может, настойчивость гостьи, а может, недавнее предупреждение Лёвки о тётке, искавшей её.

– Я знаю, там кто-то есть, – сообщила гостья, и у Ады похолодела спина. Она плотно сжала губы. – Ну же, побыстрее выходи, мне нужно лишь кое-что спросить. Позови свою маму.

Ада помотала головой, хотя через дверь её вряд ли кто увидел. Девочка обхватила руками колени и надела наушники, чтобы не слышать этот бесконечный стук.

***

– Так-так-так, это ещё что за номер?

Ада, потеряв точку опоры, растянулась на пороге. Над ней стояла мама. Она с нескрываемым удивлением смотрела на свою дочь. Видимо, Ада уснула прямо здесь, на пороге…

– Мам! Вчера вечером приходила какая-то женщина. Барабанила в дверь, спрашивала тебя. Я открывать не стала, – Ада выглянула в коридор. – Спроси соседей, они должны были её слышать.

– Тебе всё приснилась, зайка, – мама закрыла дверь и покосилась на часы. – А тебе в школу не пора?

– О, нет!

Ада наспех пригладила свои соломенные волосы, втиснулась в брюки и кофту, поменяла тетради и выбежала из квартиры. Лёвка наверняка её уже десять минут ждёт. Нужно поспешить! Девочка скатилась по перилам и пулей вылетела из подъезда. Лёвка ждал её возле остановки – пункта их встречи.

– Эй, ты чего такая бледная? – Мальчик протянул ей свою узенькую расчёску. – Причешись, не пугай прохожих.

Ада показала ему язык и причесалась. Её каре торчало во все стороны, и никакие средства с ним не справлялись. Девочка по дороге застёгивала верхнюю кофту.

– Проспала?

– Ага, – Ада с наслаждением зевнула и потянулась. – Мы не опоздаем?

– Успеем, – отмахнулся Лёвка. – Где наша не пропадала. А где твой фотик?

– Ой!

Ада схватилась за шею, а потом порылась в карманах. По телу прошла волна облегчения – фотоаппарат лежал в кармане кофты. Девочка надела его на шею и уже более спокойно пошла рядом с другом.

В воздухе висела утренняя промозглость. Ада не переставая зевала и тёрла глаза. Лёвка шёл молча, но очевидно хотел что-то спросить. Девочка прекрасно это видела. И, в конце концов, не выдержала.

– Давай, Лёв, говори.

– Ты какая-то напряжённая. Кошмар приснился? Обычно ты меня до смерти заговариваешь.

– Я расскажу. Но это большая тайна, – прошипела девочка, приставляя к губам палец. – И если ты её не сохранишь, мне придётся тебя съесть!

– Ой, боюсь,– улыбнулся мальчик.

– А зря! Я очень страшна в…

Ада, отвлёкшись от дороги, споткнулась и растянулась на тротуаре. Прохожие мимолётно на неё обернулись. Девочка мигом вскочила на ноги. Лёвка согнулся пополам от смеха. Оставшуюся дорогу до школы ему пришлось удирать от Ады, которая пыталась его схватить. Ввалившись в двери, запыхавшиеся и всклокоченные, они почти сразу налетели на химика, Михаила Степановича.

– Ставридова! Ты в школе, в конце-то концов, – покачал головой старичок, ещё сильнее вдавливая в глаза свои жабьи очки. – Рубашку поправь, штанины вытри. И живо оба в класс!

– До звонка ещё есть время, – Лёвка указал на часы. – Мы же не опоздали.

– Вы не забыли, что у вас сегодня?

– Практическая, – простонала Ада.

– Слишком поздно вспомнила, Ставридова. А теперь живо в класс.

Ада, едва учитель отвернулся, показала ему язык. Лёвка дёрнул её за плечо, мол, не нарывайся опять. Девочка негласно с ним согласилась и пошла за другом по коридору, пытаясь оттереть пыль со своих брюк. Да уж, пожизненная везучесть…

Кабинет химии был для Ады одним из самых любимых – там всегда стояли шкафы с манящими цветными жидкостями, на стенах красовались плакаты, а на партах – микро

– лаборатории. Девочка заняла место на задней парте возле окна. Лёвка подсел к ней. Не успела Ада открыть тетрадь, как Михаил Степанович расторопно вошёл в класс и принялся раздавать чистые листы. Прозвенел звонок, но все уже лихорадочно разворачивали свои шпоры.

– Ты же отличница, – прошептал Лёвка. – Чем отличаются нерастворимые основания?

– Дай сюда.

Ада забрала у него листик и быстро ответила на все вопросы. Химия и физика давались ей легче лёгкого. Но на этом феноменальные способности девочки заканчивались.

Ада быстро справилась с задачами, определила, что находится в её колбе, и теперь рассеянно смотрела в окно. Вон по двору прошла шеренга первоклашек с красными флажками, пробежали двое прогульщиков, какая-то девушка в пальто нетерпеливо приплясывает на месте.

Ручка, которую Ада вертела в руках, со стуком упала на парту. Сердце забилось чаще и быстрее. Девочка именно эту женщину видела в глазок двери. Неужели это и вправду ищут её?

– Ставридова! Не отвлекаемся, – напомнил химик.

Ада нагнулась над листиком, но, едва Михаил Степанович отвернулся, она снова уставилась во двор. Женщина явно опаздывала – она шагала туда-сюда и поглядывала на руку, где скорее всего висели часы. А потом взмахнула правой рукой, и произошло нечто, заставившее Аду вынырнуть из сонной тишины класса.

Рядом с дамой прямо из асфальта пробился огромный стебель и за пару секунд свился в кольцо, из которого выпростались большие толстые лепестки. Женщина шагнула в тычинку, которая была с человека ростом, и исчезла – не вышла с другой стороны! Стебель свернулся и исчез под асфальтом, оставив лишь маленькую дырочку.

– Быть не может! – Воскликнула девочка, вскакивая и не отводя взгляда от теперь уже пустого двора.

– Ада, ты чего? – Прошипел на неё Лёвка, тоже выглядывая в окно.

– Ставридова! Опять учиняешь беспорядки! Немедленно выйди из класса!

– Извините, больше так не буду, – пробормотала Ада и снова покосилась на окно. Одноклассники оторвались от заданий и смотрели на неё. – Мне просто кое-что показалось.

– Что такое химия, Ставридова? – Грозно спросил химик.

– Наука о превращениях, – отчеканила Ада, но по блеску в очках учителя поняла, что он хотел услышать другое определение. – То есть, это точная наука.

– Верно! И она не терпит таких слов, как «показалось», – Михаил Степанович обвёл класс таким взглядом, словно ожидал, что ребята в один голос будут возражать. Никто не пикнул. – Сколько раз я уже слышал: «я больше не буду»? Так, выйди из класса, иначе за работу двойку поставлю.

Ада недовольно пробурчала себе что-то под нос, запихнула тетради в сумку и молча вышла в коридор, постоянно оглядываясь на окно. Уже закрывая дверь, девочка сделала знак Лёвке, что они встретятся во дворе.

В коридоре Ада уселась прямо на пол возле стены. Та женщина исчезла! Наверняка, она либо иллюзионистка, либо настоящая волшебница! Если узнать капельку больше, можно забыть о злосчастной статье о писателе-краеведе – успех в школе гарантирован! Девочка ещё немного посидела, а потом вышла во двор.

– Нет, она не могла так просто исчезнуть, – Ада с досадой топнула ногой возле ямки от ростка. – Где же ты…

Словно в ответ на её слова из ямки поднялся шлейф какой-то золотистой пыли. Ада присмотрелась и даже провела рукой – пыль была невесомой и неощутимой. Да и скорее на россыпь блёсток похоже, чем на пыль. Девочка совсем запуталась. Но пока она размышляла, что это за феномен, пыль поднялась до уровня её глаз и полетела в сторону тихой улочки.

Ада оглянулась на школу. У неё в запасе минут двадцать. Можно и прогуляться, раз всё равно с урока выгнали. Девочка немного попрыгала на месте и побежала за золотистым шлейфом.

Пыль искрилась и кружила, увлекая Аду всё дальше от школы. Девочка была абсолютно уверена, что её куда-то ведут. Но вот куда?

– Я не знаю, почему сигнал указал на их дом!

Ада метнулась за ближайший куст. А потом потихоньку высунулась – оказалось, совсем рядом стояла та самая женщина, что исчезла во дворе. Вблизи девочка хорошо рассмотрела стальные серые глаза и каштановые кудри, собранные дорогой заколкой. Но кое-что Ада понять не могла – женщина разговаривала с цветком-незабудкой размером с альбомный лист, которая висела вертикально в воздухе прямо перед ней. А в тычинке, непривычно большой, искрилось что-то золотое. Цветок был абсолютно плоский, а женщина всматривалась в него, как в монитор. Ада почти не дышала – она никогда не видела ничего такого странного и завораживающего.

– Возможно, это снова последствия Истощения, – раздался глубокий голос из тычинки незабудки. Ада вздрогнула от неожиданности, но взяла себя в руки и достала фотоаппарат. – Возвращайся в Иноземию. У нас полно дел.

– Кажется, я заметила следы пыли у квартиры, которую проверяла, – ответила женщина. – Но до тех людей я так и не достучалась.

– Что ж, это дело подождёт. Срочно возвращайся – появились знаки об Образах. Жду тебя в кабинете.

– Хорошо.

Цветок начал медленно закрывать свои лепестки. Ада щёлкнула фотоаппаратом. Раздалось предательское «вжик», полыхнула вспышка. Девочка и женщина замерли. Серые глаза дамы подозрительно обвели улицу, а правая рука едва заметно шевельнулась. А потом Ада со всех ног бросилась обратно в школу, изредка оборачиваясь. Погони не было. Что ж, это хорошо. Нужно немедленно рассказать всё Лёвке!

– Лёв! Я нашла! Это сенсация!!!

Ада влетела во двор, и, найдя мальчика, впихнула ему фотоаппарат. Её ноги гудели, но зато радости не было предела. Лёвка посмотрел на фотографию, почмокал губами и вернул фотоаппарат Аде. По его лицу сложно было понять, о чём он думает.

– Как ты сделала это фото?

– Как это – как сделала? – Опешила девочка, но затем до неё дошёл смысл сказанного. – Это настоящее фото! Я шла по улице, а там появилась эта тётка. А перед ней такой цветок плоский. Она по нему как по «скайпу» разговаривала! Если бы ты всё увидел своими глазами…

– Да ладно, – Лёвка недоверчиво покосился на подругу. – Мы ещё не дожили до того, чтобы общаться через цветы как по телефону.

– Но я это видела! Значит, можно…

– Перемена скоро закончится, – вдруг сказал мальчик. – Тебе же к директору надо, забыла? А с этой фотографией разберёмся потом, хорошо?

Ада кивнула и, заскочив в кабинет за газетой, помчалась на третий этаж – в учительскую. Перед самой дверью она замерла, пригладила волосы, и, стараясь ровно дышать, вошла. Учителей было немного. Они вяло ответили на приветствие Ады и вернулись к своим делам. Девочка, пытаясь удобнее перехватить ватман, постучала в дверь директора, и, не дождавшись ответа, вошла.

– Извините, я слегка задержалась, – выпалила она, стараясь раскрутить газету на весу. – Вы говорили мне прийти насчёт газеты. Но я сейчас нашла изумительный материал, который может изменить весь наш мир, поэтому…

– Простите, а вы кто? – Осведомился женский голос.

Ада опустила газету. За директорским столом сидела пухлая женщина в красном пиджаке. Перед ней стоял ноутбук, а рядом – ровная папка бумаг и вазочка с засушенными цветами. Девочка непонимающе огляделась – кабинет явно был тот же, но всё-таки в нём что-то неуловимо изменилось. И, самое главное – что это за фокусы с директором?

– Извините, – Ада с горем пополам уняла панику. – А где Егор Васильевич? Он заболел?

– Егор Васильевич? – Женщина потеребила пухлыми пальцами по столу. – Может, Егор Степанович? Так он сейчас на уроке…

– Я не про физрука! – Ада от волнения помяла ватман. – Егор Васильевич. Директор. Он здесь уже семь лет директор. Кто вы вообще?

– Не кричите, – женщина грозно поднялась, между тем оказавшись ниже Ады. – И прекратите шутить. Со мной такое не пройдёт. Я занимаю этот пост вот уже двадцать лет! А теперь скажите мне свой класс, чтобы я знала, куда придти с лекцией о нормах поведения.

– О нормах поведения? – Проговорила Ада. Газета выпала у неё из рук. – Да что сегодня происходит?! Почему весь мир сошёл с ума?!

– Вы что себе позволяете? – Пухлое лицо директрисы побагровело. – Немедленно выйдите из кабинета.

– Учтите – я разберусь, что здесь происходит!

Ада вышла из кабинета и обернулась. Теперь табличка под словом «Директор» гласила «Семёнова И.В.». Девочка закусила губу и подошла к учительнице физики. Та подняла голову от журнала.

– А, Ставридова. Что случилось? Опять на чём-то попалась?

– Кто наш директор? – Громко спросила девочка. В учительской наступила тишина. Все уставились на Аду в немом непонимании. – Кто у нас директор?

– Как кто, Ставридова? Опять твои шуточки? – Учительница устало захлопнула журнал. – Ирина Викторовна, кто же ещё.

– Как? – Ахнула Ада и попятилась.

Она задела стопку контрольных, и они ворохом свалились на пол. Девочка на секунду замерла, а потом выбежала из учительской и помчалась на нижний этаж, в студию своей газеты. Как она и ожидала, Лёвка ждал её там, весьма встревоженный. Ада закрыла за собой дверь.

– Ну? Как прошло? Ирина Викторовна сильно ругалась?

– И ты? – Ада подошла к Лёвке и похлопала его по щекам. – Вы что, сговорились? У нас другой директор! Помнишь, ты сам напомнил, что мне надо к директору насчёт газеты!

– Ну да. Ты вчера мне сама это сказала.

Ада обессиленно опустилась на стул и запустила пальцы в волосы. Сначала ночные гости, потом тот случай с цветком, а теперь и директор! Всё словно понеслось по кривой, свернув с наезженного пути. Девочка не знала, что теперь делать. Смириться с этим невозможно. Но, если и дальше доказывать свою правоту, можно и к психологу попасть, что крайне нежелательно.

– Лёв, не обращай внимания, хорошо? – Попросила девочка. – Просто я переволновалась.

Зазвонил телефон. Ада порылась в сумке и открыла крышку мобильника. Мама. Наверняка, ей уже донесли из учебной части… Что ж, Ада, готовься к очередной порции наказания. Девочка обречённо нажала кнопку вызова.

– Алло, мам.

– Зайка, меня увезли в больницу. Не волнуйся.

– В какую больницу? – Ада подскочила со стула. – Мам, я сразу…

– Не надо приезжать, – перебила её мама. – Зайка, я хочу, чтобы ты на время отправилась к своей крёстной, в Волеград. Пообещай, что будешь там, пока я не приеду.

– Моей крёстной? – Ада посильнее сжала телефон. – Ты о ней не говорила.

– Запиши адрес, хорошо?

– Хорошо, – кивнула Ада.

Мама продиктовала адрес и отключилась. Ада подняла глаза на Лёвку. Тот тоже не на шутку переживал. Девочка закрыла телефон и снова села на стул. Так, нужно успокоиться и тихонько во всём разобраться.

***

Ада уже не первый раз ездила на электричке, а за время ожидания на вокзале успела неоднократно выучить все рейсы и правила безопасности, что висели на вокзале. И она была уверена на все сто процентов, что раньше никакого Волеграда в списке не было. Девочка, купив билет, множество раз проверила свой пункт назначения. Всё верно – Волеград.

Ада, отпросившись с уроков, собрала сумку, переоделась и попрощалась с Лёвкой. Мальчик крепко её обнял и пообещал постоянно звонить и не бросать газету. Девочка смогла лишь кивнуть – она не на шутку переживала. А ещё её мучил вопрос, почему раньше она про эту крёстную никогда не слышала. Всё, что говорила мама – что её родители уже умерли, а родственники отца не желали общаться с Адой. На этом знания девочки о собственной родословной заканчивались.

Электричка пришла быстро – Аде не осталось времени на размышления. Девочка по удобнее перехватила огромную спортивную сумку и вошла в вагон. Пассажиры не обратили на неё внимания. Но это даже к лучшему. Ада выбрала место у окна и привалилась к стеклу. Электричка дрогнула, и отправилась в путь, в таинственный Волеград. Ада вяло хмыкнула и снова посмотрела на свой билет.

– Ваш билет?

К ней протиснулась проводница. Ада протянула ей билет. Проводница его надорвала и ушла дальше по салону. Ада вновь прислонилась к окну и уставилась на мелькающие пейзажи. Интересно, далеко этот Волеград?

Девочка прикрыла глаза, а когда открыла, то электричка уже проезжала мимо маленьких аккуратных домиков. Мелькнула табличка «Волеград» – бело-голубая, на столбе, увитом зелёным плющом. Ада встрепенулась и повесила сумку через плечо. Мелькающие мимо домики были такими аккуратными, что больше были похожи на кукольные. Возле них росли цветущие деревья, палисадники с тюльпанами, гуляли ухоженные коты… Девочка так увлеклась рассматриванием местности, что голос диспетчера застал её врасплох.

– Остановка «станция Волеград». Остановка «станция Волеград».

Ада подошла к выходу. Электричка замедлила ход и остановилась. Двери разъехались в стороны, и девочка почувствовала сильный аромат цветов, идущий из города. Девочка обернулась в салон электрички. Больше здесь никто не сходил. Что ж, придётся сделать этот шаг в одиночку. Аду не покидало чувство, что после её сошествия что-то изменится. Отмахнувшись от таких мыслей, девочка широко улыбнулась и спрыгнула на платформу.

Глава 2. Волеград

Волеград поражал своей аккуратностью – чистые тротуары, ухоженные газоны, ажурные кованые ворота, орнамент из цветов и завитушек на шторах. Ада сделала несколько фотографий. Все снимки вышли не реальными, а словно запечатлевшими искусные декорации. Девочка усомнилась бы в том, что город настоящий, если бы не встретила столько людей на улицах. Но на Аду почти никто не обратил внимания, и она смогла без приключений добраться до площади.