Целуй, Лола, целуй!

© Татьяна Александровна Пекур, 2018

ISBN 978-5-4493-2326-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Авантюрно – фэнтэзийный эротический роман

МЖМ, 18+

ГЛАВА 1. Переезд

Я споткнулась об коробку и чуть не улетела носом в раковину, где лежали вавилонской башней остатки завтрака в виде – надцати блюдец и десяти суповых тарелок. Помянув тихо всех по матери, перешагнула препятствие и открыла холодильник. Споры с мамой осушили горло.

– Лола, поехали с нами! – начинала по пятому кругу мама.

– Держите, б..! – добавляли колоритности крики грузчиков. Дядя Петя, наш сосед, командовал ими с таким размахом, будто это его личные рабы. Вот и сейчас он углядел, что один из парней держится за пианино одной рукой, и грозно свёл к носу мохнатые брови.

– Ма! – обречённо закатила глаза я. Ванька рядом с нами переминался с ноги на ногу. Его голубые глаза темнели от тревоги – милый мой братец всегда волновался, когда кто-то скандалил, – Мам, ну не начинай! Я буду искать работу, чтобы помочь вам деньгами. Где ты там заработаешь? В деревне уже давно все развалилось. Только пивнушки растут, как грибы после дождя.

Весь последний месяц, с тех самых пор, как мама приняла нелёгкое решение переехать в старый бабушкин дом, она ни дня не оставляла меня в покое, уговаривая уехать с ними. Ванька отчаянно нуждался в свежем воздухе и чистых же продуктах. Мои аргументы, что я уже нашла себе работу, что первый рабочий день должен был состоятся уже завтра, во вторник, не действовали.

– Обезьяны косорукие! – наградил сосед очередным комплиментом грузчиков. Те пробурчали что-то оправдательное.

– Я буду звонить вам, приезжать на выходные! Ну? Успокойся, – я обняла маму, улыбнулась Ваньке, – Давай лучше посмотрим, ничего не забыли?

Это был железный аргумент. Мама кинулась вслед дяде Пете, уговаривая подождать, пока она просмотрит коробки. Все были рады. Грузчики выдохнули, получив неожиданный перекур, дядя Петя ушел в свою квартиру, которая была на нашей площадке – выпить кофейку, как он сказал. Мы с Ванькой переглянулись и вздохнули.

Наша мама, Анастасия Павловна Матова, бессменный учитель музыки в средней школе номер шесть вот уже тридцать с лишним лет, моложавая брюнетка, немного погрузневшая за свои пятьдесят пять лет. Теперь она редко улыбается, все время озабочена, где достать деньги, что еще сделать для Ванечки, чтобы облегчить его кашель. После смерти папы пять лет назад брат стал кашлять. Всевозможные обследования не выявили ничего, что могло бы объяснить это. Тогда врачи сделали вывод, что это психологическое, как бы реакция на стресс.

Но мама хмурилась с каждым Ванькиным приступом, а теперь решила применить последний аргумент в борьбе с недугом – переехать в деревню. Как можно дальше от города. Она оперативно связалась с нашей соседкой по даче, Ниной Федоровной, расспросила ее, есть ли у кого-то корова, чтобы брать Ване молоко. Ее огорчили, что коровы поблизости нет, зато есть целый выводок коз у другой нашей соседки – Марии Петровны. Мама вытряхнула шкатулку с драгоценностями, честно отделила мне несколько серег и колец, остальное отнесла в ломбард. Обзавелась деньгами она для покупки козы, ну и на первое время в селе.

– Ванечке козье молоко будет даже полезнее!

Брат тоже не был особо рад переезду, но ребёнком он был тихим и неконфликтным, так что делал все, что скажет мама. Только мне позволяли иногда бунтовать и поступать по-своему, ведь мне уже двадцать. Ванька попрощался с немногими своими друзьями, собрал свои видеоигры, книги и теперь ждал часа Икс.

– Я приеду, как только дадут выходной, – уверила я брата. Мы сидели на старом нашем диване. Он издавал предсмертный хрип каждый раз, когда ты вставал или садился, но на нём прошло наше детство, так что старого ветерана мы пока не выбрасывали. Здесь мы смотрели телевизор у папы под боком, он называл нас своими птенчиками и целовал в макушки, обдавая нас крепким табачным духом. Табак и стал причиной его болезни…

– Хорошо, – ответил наш светлый ребенок и доверчиво прижался ко мне. Ванька родился, когда мне было десять. Сначала я ревновала к нему, как и всякий ребенок, который всегда получал любовь родителей в полном объёме. Но его наивные голубые глаза, его любовь ко мне, готовность подчиняться и ходить за мной хвостом, подкупили. И теперь мы близки настолько, насколько могут быть близки брат и сестра с разницей в десять лет.

Мы посидели еще минут пять. Мама залезла в машину и там шуршала пакетами и коробками, даже до нашего окна на третьем этаже доносились её причитания, что грузчики поцарапали вазу, что тарелки теперь все в трещинах.

Наконец, переезд вошёл в финальную стадию, и мама объявила, что они с Ваней готовы. Прохладный весенний ветер пробегал по двору, закручивая высохшую в пыль грязь, шевелил молодые листочки на деревьях. Во дворе, несмотря на ранний час и самый разгар сериалов про любовь, было не протолкаться. Соседки уверяли маму, что присмотрят за мной, не дадут пропасть в пучине порока. Я закатывала глаза и отворачивалась. Можно подумать, их дочки и внучки просто ангелочки. Тетя Лида вообще уже имела двух внуков от своей двадцати однолетней дочери. Незамужней, нигде не работающей.

Машина, загруженная самым необходимым в деревне, отчаянно чадила, двор уже был подёрнут сизой мутью, Ванька стал кашлять, чем привлёк мамино внимание.

– Глуши мотор! – прошипел сосед водителю. Тот флегматично высунулся из окошка, пожёвывая жвачку, как бык на лугу. Пожал плечами, но мотор вырубил. Дым немного рассеялся. Две мамочки с колясками резко сменили траекторию движения на противоположную нам.

– Лолочка! Будь осторожна! Ты такая доверчивая, – причитала мама, прижимая меня к себе. Я скривилась, но против фактов трудно возражать – я как та ворона в мультике, верила всему, что казалось мне хорошим и добрым.

– Буду, – пробурчала я, досадуя на внимательные взгляды соседей. Обняла маму в ответ, наслаждаясь родным запахом духов, мягкостью её щеки.

После долгих, торжественных обещаний соседок докладывать все мои передвижения, моих уверений, что я уже взрослая и сама могу о себе позаботиться, мама, наконец, выдохнула, как перед прыжком в воду, и повернулась к машине. Там уже стоял Ваня. Увидев, что сын живо заинтересовался машиной и теперь с раскрытым ртом внимает пояснениям парней, загружавшим вещи, мама свернула напутственную речь и вырвала Ваньку из лап повелителей грязных выхлопных труб и таких же колёс-кузовов. Они нырнули в фургон, помахали мне на прощание. Я подняла руку с телефоном и пообещала звонить каждый день. Мама покивала, обняла Ваньку и скрылась в облаке дыма.

Я долго стояла у подъезда, всё ещё не веря, что осталась одна. Я никогда не была одна! То семья, то подруги, то сотрудники. А теперь вот…

Соседки разошлись, ушёл и Петр Васильевич. Он, конечно, пенсионер, и делать ему в основном нечего, но телевизор и его манил, обещая тонны информации.

Зашла в подъезд и побрела наверх, домой. Квартира была непривычно тихой и пустой. Из зала исчезло пианино, основной мамин инструмент. Сколько она нас заставляла учить ноты! Я бунтовала, но мама сверкала зелёными, как и у меня, глазами и строго выговаривала мне.

– Лола! Ничего в жизни не даётся без труда! Садись и играй! – и я садилась. И играла. Мама никогда не кричала, но слушаться себя заставляла всех: учеников, соседей, нас с Ванькой.

Особых доходов мамин труд не давал, а папа был болен, и заработать на ремонт и новую мебель тоже не мог. Чтобы помочь семье, я на подработках уже три года. Ни о какой учёбе и речь не идёт. И сейчас меня ждёт работа. Подруга

детства сказала, что в магазин «Тотошка», где она работает уже год, требуется продавец. Магазин расширяется ещё на один отдел – видеоигр.

– Ты такая красотка, Лолка, тебя возьмут тут же! – Валя сказала это без тени зависти. Она и сама была высокой, симпатичной блондинкой.

Я скептично усмехнулась, не веря, что основным аргументом для приёма на работу будет внешность. Но всё оказалось именно так, как сказала Валя – начальник, Виктор Петрович, полный, лысеющий мужчина, сразу же заблестел глазами, забегал вокруг меня, смущая и заставляя засомневаться в том, стоит ли здесь оставаться.

– Чудесно, чудесно! – восхищённо взмахнул он пухлыми ладошками, – Вы нам подходите! У нас дружный коллектив, – дружный коллектив заглядывал через стеклянную стену в начальственный кабинет с видом пираний, с нетерпением ждущих свою жертву, – Девочки вас всему научат, не беспокойтесь. Зарплата у нас хорошая, не обидим.

Когда он сказал мне сумму ставки, я сначала не поверила. Три тысячи? Это ровно в два раза больше моей зарплаты с прежнего магазина! Обещанная премия, ежемесячные процентные надбавки за хорошие продажи – всё это стало железными аргументами. Директор даже не спросил, есть ли у меня образование, чему я была рада. Многие хотят академиков или хотя бы студентов, чем я, разумеется, похвастаться не могу.

Чем же заняться? Ой, посуда! Пока вымыла посуду, пока убрала пол после бравых ребят с ботинками предпоследнего размера, следы от которых отчётливо отпечатались на линолеуме и на дорожках в комнате, прошло три часа. Пора звонить маме, а то будет мне.

– Да, мы уже приехали, милая! – мама была такой довольной, что я несказанно удивилась, – Осторожнее! Не добейте то, что уцелело после вашего водителя! Представляешь, Лолочка, козу нам приведут уже сегодня! И она уже даёт молоко…

Я слушала маму и плакала. Я тосковала по ним, но была так рада за брата! Если Ванька поправится, это будет самой желанной новостью в моей жизни!

От скуки постирала покрывала и шторы, и теперь смотрела на немытые окна, решаясь на подвиг. Ладно! Может потом мне будет некогда… Мой забег с целью занять себя закончился только в восемь вечера, когда желудок буквально вцепился в позвоночник и затряс его как грушу. Тогда я поползла на кухню в поисках чего-то, чем можно будет заткнуть ту чёрную дыру, которая по ощущениям, открылась в моём теле.

– Нет… – обречённо прошептала я, открыв дверцу холодильника. Последние два дня прошли в такой суматохе, что мы с мамой забыли про еженедельный поход за продуктами!

А последнее, что было, отдали в качестве завтрака грузчикам. Те с причмокиванием и жадностью заглотнули пельмени, запили их чаем с бутербродами, а потом уже бодрее взялись за тяжести. Теперь мой белый, холодный друг, мой старенький монстр «Донбасс» зиял первозданной чистотой! Одинокий кочан капусты всем своим скукоженным видом намекал на начало карьеры вегетарианца, но я с гневом захлопнула дверцу и пошла одеваться. Предстоит поход в магазин…

Львиную долю вырученных в ломбарде денег мама забрала с собой. Им нужно будет оплатить там и свет, и газ, и воду, которую должны им провести. И коза ещё. У меня оставалась тысяча с зарплаты, так что я отнекивалась от денег долго, но мама со слезами на глазах заставила меня взять пять тысяч, чтобы я ни в чём не нуждалась, пока буду работать первый месяц в магазине. Мы тогда долго плакали, обнимаясь… Так неожиданно в дом приходит беда, а с нею и перемены. Остались только мы, только мама, я и Ванька. Я готова перевернуть и небо и землю, чтобы с ними всё было хорошо.

Села за стол в кухне и стала составлять список продуктов. Эти списки не раз выручали нас от необдуманных трат. Что там надо? Да много всего! Всё закончилось, что не закончилось, то съели. Список всё увеличивался, полз вниз витиеватой змеёй. Заглянув в ванную, поняла, что листочек нужно пополнить ещё и шампунем, мылом и так далее.

Накинула курточку, замотала горло шарфом и вышла. Закрывая дверь, услышала громкий топот и лай двух бульдогов, спускающихся со своей маленькой хозяйкой с пятого этажа. Мужественно не вздрогнула, хотя поначалу, когда они только поселились, пугалась их громких появлений регулярно.

Какое счастье, что магазин у нас на районе таки открыли! Дело в том, что мы живём на высоком холме, и заехать сюда машиной непросто. Да и домой мы ходим по тропинке, которая круто забирает вверх. С неё открывается невероятный вид на реку и город, зимой полно детей с санками. Рядом парк, площадь.

Пакеты в руках становились всё тяжелее, я шла уже на одном упрямстве. Проходящий мимо парень улыбнулся мне завлекающе, получил мрачный взгляд загнанной лошади, задумался. Голубые глаза перебежали с меня на пакеты, снова на меня.

– Разрешите вам помочь! – он думал, что я гордо откажусь? Нет, если бы пакеты были меньше или до дома было не так далеко, то я бы скорее всего просто отшутилась и пошла себе, но сейчас радостно всучила парню груз, даже не думая его жалеть.

– Спасибо! Меня Лола зовут! – решила я дать ему аванс за помощь.

А он молодец! Вроде бы такой субтильный, а несёт мои покупки без малейшего труда! Теперь уже была моя очередь его рассматривать. В свете фонарей, в девять вечера это было непросто, но я успела разглядеть короткую, модную стрижку светлых волос, аристократичность и гармоничность его лица. Чёрная куртка и тёмные же джинсы.

– Меня – Арсений, – парень довольно улыбался, заметив мой интерес. Я тут же отвела взгляд, – Ты на случай войны что ли скупилась?

Со смехом и шутками мы и дошли до моего дома. Сеня, как он разрешил себя называть, занёс мои пакеты в квартиру, спросил, одна ли я живу.

– Нет, с мамой и братом, – брови парня поднялись, он оглядел пустые гостиную и кухню, в открытой двери спальни тоже никого не было видно, – Они сегодня переехали в деревню. Ваньке нужен воздух… Спасибо, что помог, но я так устала.

Сеня сразу же встал, готовый уйти. Меня стала грызть совесть. Даже несмотря на некую опасность от знакомства с парнем вечером, на такой риск, как привести его к себе домой, ему я почему-то верила.

– Чай будешь? – он застыл. Я и сама растерялась, стала выкладывать покупки, распихивать их по полкам, в холодильник.

– Не откажусь! – как-то незаметно и абсолютно естественно мы стали хозяйничать на кухне вместе. Пока я набирала воду в чайник, включала его в розетку, Сеня порезал батон и колбасу, выложил бутерброды на тарелку, вытащил сыр, масло и варенье.

Мы пили чай, ели и говорили. Парень рассказал, что учится в университете на врача-стоматолога, что живёт в общежитии ещё с двумя студентами.

– Сам я из деревни. Ты как, так же предвзято к деревенским относишься, как и все городские? – настороженно спросил он. Смотрит в упор, будто это для него важнее всего на свете.

– Нет конечно! Что за бред! На каком ты курсе? – решила я увести вопрос в сторону. Сеня сразу расслабился, обаятельно улыбнулся.

– На пятом. Скоро закончу и смогу работать. Не хочу у родителей на шее сидеть, – он опустил глаза в чашку.

– А я… – как же неловко признаваться, что городская жительница, мать которой учитель музыки, интеллигенция можно сказать, не имеет высшего образования. Сеня вскинул на меня свои голубые озёра, – Ещё не знаю, куда поступить. Работаю пока…

Вскоре мой новый знакомый засобирался домой. Перед выходом в подъезд, он прижал меня к себе и поцеловал. Я сначала хотела отпихнуть его, но потом передумала. Как давно я не чувствовала этого! Всё время дом-работа-дом, времени на личную жизнь совсем не оставалось.

– Я позвоню, – прошептал Сеня, а потом замолчал, явно ожидая моего согласия. Его сердце билось, как сумасшедшее, моё тоже.

– Буду ждать, – сказала я и сама потянулась за поцелуем. Если бы он усмехнулся довольно или хмыкнул самоуверенно, я бы мигом его вытолкала за дверь. Но он только погладил горячими руками мою спину и нежно поцеловал.

Дверь захлопнулась за таким неожиданным счастьем, а я ещё долго не могла перестать улыбаться. Влетела в кухню, покружилась счастливо. Даже убирать его чашку неохота. Но я всё же убрала, а остатки бутербродов сложила в пакетик для дворового кота Василия. Пышный хвост и не менее пышное тело манят меня к себе каждый раз, как прихожу выносить мусор. Погладить полосатое мурлычущее чудо стало уже своеобразным ритуалом.

Приняла душ, наконец-то расслабившись после безумного дня. Расстелила постель, поскрипела, укладываясь. Придётся спать с ночником, как в детстве – пустая квартира пугала гулкостью и темнотой. Потянулась к выключателю и включила бра. Фух, теперь я спокойна.

Перед сном написала сообщение маме, что у меня всё в порядке, что я сделала еженедельные запасы и теперь готова к первой рабочей неделе в новом магазине. Про Сеню решила пока не говорить – мама на этот счёт провела со мной содержательную беседу. Её суровые глаза грозили карами, если я потеряю благоразумие настолько, что поддамся наглому совратителю. Чисто гипотетическому, конечно же. Доводы, что парень старше меня и учится в институте, могут и не подействовать.

Думать о том, что надеть в магазин, не нужно было – начальник сказал, что выдаст фирменную блузку и бейдж. Единственное, что нужно взять с собой – это чёрную юбку и туфли. Всё это уже ждало меня в прихожей в пакете. Как я буду работать, как пройдёт знакомство с другими продавщицами, не знаю. Но надеюсь на лучшее. Да и Валя не даст меня в обиду.

Засыпая, я вспоминала ласковые руки Арсения. Он мог бы нагло и напористо напроситься на ночь, но не стал, что вознесло его в моих глазах практически до уровня английского лорда. Хотя лорды тоже развратничали… В общем, Сеня классный! И очень красивый… Лолка, ты дура…

ГЛАВА 2. Магазин

Будильник выдернул меня из сладкой фантазии, где меня ласково гладят горячие ладони, некто невидимый проводил обжигающими губами по шее. И вот теперь я смотрю в потолок, на улице орут коты, шаркает метлой дворник Анатолий, за стеной включил телевизор дядя Петя. Ведущая новостей громко сообщила, что сейчас семь утра, что уже собран блок ужасных новостей о катастрофах, убийствах, насилии, в общем всём том, что любят показывать населению.

Закрыла глаза, пытаясь поймать за хвост жар-птицу счастья, столь приятную и неожиданную гостью в моих снах, но воображение лениво помахало мне ручкой и предложило прекратить маяться дурью. Прохладный душ взбодрил, адски крепкий кофе помог раскрыть глаза и включить режим живого человека. Мама не звонила, значит, они ещё спят. Пусть отдыхают. Оделась, проверила, всё ли взяла. Деньги, документы, ключи, телефон. Пакет с туфлями и юбкой! На часах уже без десяти восемь! Пора выходить – магазин открывается в девять, а мне ещё нужно подъехать три остановки на автобусе.

– На работу? – три вопроса с интервалом в две минуты я получила тут же, как вышла из дома. Кивнула и побежала к горке. Соседки провели меня пристальными взглядами.

Автобус лениво, неспешно тянул своё нагруженное пассажирами тело от одной остановки к другой. Два пенсионера, невесть как попавшие в платный транспорт, нагло прижимались ко мне с двух сторон. Сидящий напротив меня на сидении парень встал и предложил сесть. Но едва я нащупала ногой свободный сантиметр пола, как автобус со всего маху впечатался в зад другой маршрутки. Крики, ругань. Дверь открылась, пассажиры повалили из душного нутра на свежий воздух. Деды спрессовались возле меня ещё сильнее.

– Пустите! – гневно шипела я и пыталась оттолкнуть их локтями.

– А ну отошли! – рявкнул парень на моих мучителей. Те от неожиданности шарахнулись в стороны. Я выдохнула и поспешила выйти на воздух.

– Спасибо! Если бы не ты… – улыбнулась я благодарно спасителю. Он задорно рассмеялся, сверкнув милыми ямочками на щеках и карими глазами.

– Ты куда ехала?

Мы шли по улице в центр. Я сверилась с часами и немного расслабилась – на работу я успевала, даже с учетом утреннего ЧП.

– В «Тотошку». Я с сегодняшнего дня там работаю, – парень забежал вперёд, заставив меня остановиться.

– Тогда понятно, – протянул он, – Туда других и не берут. Только таких… красоток как ты. Юра! – протянул руку. Я подала свою и представилась.

– А ты? Работаешь или учишься рядом? – решила поинтересоваться я. Юра смутился. Глаза забегали, он взъерошил свои каштановые волосы.

– Я от девушки еду, – пожала плечами, показав, что меня его ответ не смутил, да и его жизнь – это его жизнь, мне до нее нет дела. Тогда Юра расслабился и стал рассказывать, что работает он в торговом центре совсем рядом с моим магазином, – Приходи в кафе «Тринити», мы там все обедаем. Недорого и вкусно!

Мы как раз поравнялись с моим магазином, так что я остановилась, пообещала, что приду на обед, благо, что он в одно и то же время с «Тотошкой».

– Ну всё! Вон твои… коллеги, – помахал ладонью парень и скрылся во дворах.

Пять девушек, разных, но схожих фигурой и ростом, стояли у стеклянной двери магазина и разговаривали. Я перешла дорогу и подошла к ним. Валя тут же схватила меня за руку и стала знакомить со своими сотрудницами и подругами, похоже.

– Это Лола! Мы с нею знакомы со школы, так что я за неё ручаюсь, – начала подруга. Кареглазая брюнетка с модным каре пристально меня разглядывала, даже не думая вежливо кивнуть или улыбнуться. Зато милая блондинка справа от неё протянула мне руку.

– Маша, – просто сказала она. Остальных назвала Валя. Две брюнетки, Аня и Тоня доброжелательно улыбались. Сероглазую звали Даша, она на своё имя не реагировала, давая Вале свободу знакомить её без неё.

– Лола, – пожимание руки плавно перешло в сплетни о Юре, потом о нашем начальстве. Оказывается, парень успел уже завести роман по крайней мере с двумя из нас, так что меня вполне серьёзно предупредили на его счёт, – Да я только с ним познакомилась! В автобусе ехали.

Дверь магазина открыла высокая дама в джинсовом костюме. Она подошла строго без пяти минут девять, вытащила связку ключей и провернула их в трёх хитрых замках.

– Доброе утро, девочки! – холодно – вежливо поздоровалась она. Девы в ответ бодро проскандировали такое же приветствие, – Это ты наша новенькая?

– Я… Здрасте… – мельком глянув на меня, дама тут же отвернулась и прошла к щитку, включила свет, назвала код отключения сигнализации на пост охраны.

Девочки уже куда-то умчались, наверно в раздевалку, а я стояла и ждала, когда же дама, она же администратор, о которой меня предупреждали и Валя, и Виктор Петрович, поведёт меня на оформление.

– Меня зовут Анна Сергеевна, – серьёзные синие глаза блеснули из-за стёкол очков, узких и модных. Женщина поправила несуществующий изъян в своей бабетте и вытянула руку в сторону стеклянного коридора, – Пойдём! Оформим тебя, а потом тебе покажут раздевалку и столовую.

Быстро сняв копии документов, набросав заявление и выдав мне папку со сводом правил и обязанностей продавца магазина детских игрушек, Анна Сергеевна передала меня в руки Вале. Подруга уже переоделась в алую с белыми горошинками блузку, на груди переливался радужными бликами вычурный бейдж.

– Да не трясись ты! Все свои, поможем, если что, – девочки выкладывали медвежат, коробки с куклами, вывозили в тележках товар из склада, – Есть у нас грузчики, есть! Просто приходят они к часу, вот и приходится что поменьше самим вывозить.

Коридор, который двумя стеклянными трубками сходился в зал, уводил нас с подругой в подсобные помещения. Две двери на приличном расстоянии друг от друга гласили, что одна из них – это наша персональная «девичья» комната, она же раздевалка, она же переговорная, а вторая – это столовая. Чуть подальше стыдливо спряталась дверца в душ и туалет.

– Вот, это твоя! – протянула мне алую в горох блузку Валя, – Бейдж тебе принесёт чуть позже Аннушка. Да, мы её так называем! – я удивлённо уставилась на Валю, – Ну не при ней естественно, так что имей в виду. Туфли взяла?

Я вытащила из пакета чёрные лодочки на низком каблуке. Подруга покривилась, но кивнула, мол, подойдёт! Я переоделась, сложила свои вещи в шкафчик.

День пошёл своим чередом. Мне показали склад, поручили расставить всевозможных солдатиков и прочее военное счастье на полках в отделе для мальчиков. Справилась я на ура – ничего сложного в работе не было, на прежней мне было в разы труднее. К обеду Анна Сергеевна принесла бейдж. Приходил Гоша, как называют девочки директора, поздравил, похвалил, ещё раз оглядел меня со всех сторон, словно кобылу на базаре.

– Ты молодец, Лола! – похвалила меня Маша.

– Только не лети так к покупателям, а то они пугаются! – подколола меня Даша, сероглазая брюнетка. Она сначала показалась мне стервой, но потом оказалось, что это просто способ держать людей на расстоянии.

– И поменьше папам улыбайся! Мамы за такое знаешь как мстят! – заговорщицки вытаращила свои огромные карие глазки Аня, кудряшки, заколотые, но не покорённые, мотнулись туда – сюда.

Я пообещала, что приму всё к сведению, мы поели и продолжили работу.

Через четыре дня, отработав полную неделю, я получила свой первый аванс. Гоша гордо улыбался, а я боролась с желанием прыгнуть ему на шею и завизжать от радости! Сколько денег! Поблагодарила, пообещала стараться ещё больше, и мы с девочками пошли в «Тринити» – отметить мои первые две тысячи.