Истинная на двоих, или Краденая невинность

– Элияр не ошибается. Она всех нас погубит. Ты ещё вспомнишь мои слова, но будет поздно.

– Мы в связке, сгинем вместе, если не…

Остаток слов я не разобрала. Фамильяр потянул из меня силы, слабо дёрнув магию из груди. Я на несколько секунд прикрыла глаза, а распахнула их, когда что-то холодное коснулось носа.

– Айс… – Я притянула ирбиса к себе за шею и мысленно приказала ему не издавать звуков. Он слепо ткнулся лбом в мою грудь и снова лизнул лицо, затем щёку. Кожу защипало, а мелкие ранки и ссадины тут же затянулись.

Осторожно вывернувшись, я оглянулась через плечо.

По силуэту около едва потрескивающего костра можно было различить только одну фигуру. Я узнала в ней Рэйдена – светлые волосы мягко переливались при свете лона, будто наполнялись силой. Оборотень сладко спал, отвернувшись от меня.

Где сейчас второй зверь, было неинтересно. Я, с присущим драконам идеальным слухом, не смогла в ночном шорохе разобрать его присутствие, а выяснять, куда запропастился враг, не собиралась.

«Спрячься», – приказала я фамильяру.

Ирбис недовольно оскалился, сверкнув белыми клыками, но тут же послушался – юркнул в кусты, где замер, слился с темнотой, будто его здесь вовсе нет.

Я очень тихо поднялась на ноги, скинула остатки юбки, потуже затянула пояс на плаще и, прищурившись, осмотрела поляну. Никого. Тишина вокруг, оборотень спит крепко, дыхание глубокое и спокойное. Убедившись, что никто не будет преследовать, я, как стрела, скользнула за Айсом.

Бегаю я быстро, но по лесу никогда не приходилось – папа не разрешал приближаться к землям оборотней. Чувствуя манящую свободу, ринулась в сторону, намеренно запутывая след, но босиком в темноте бежать было тяжело – я то и дело спотыкалась о коряги и шипела от острых, как лезвия, веток, что разрывали нежную кожу голеней и стоп, цеплялись за рукава плаща и дёргали волосы.

Плевать. Больше крови, чем я уже потеряла, не будет. Главное, выбраться из леса. Добраться до замка. Там меня спасут и помогут.

Лон болтался за спиной нежно-голубым блюдцем, рядом бесшумно скользил фамильяр, мерцая в ночном мраке серебристой шёрсткой. Впереди показался узкий просвет, словно там дорога или озеро. Я припустила, взрывая болью мышцы, пробивая стопы острыми корягами и камнями. Под ногами от крови уже хлюпало, но я всё равно бежала.

Очутившись на каменистом берегу небольшого озера, остановилась, прикидывая, в какую сторону лучше ринуться. Айс неожиданно ощерился и зарычал, принимая хищную стойку. Я проследила за направлением его взгляда и заметила шевеление в кустах. Застыла и, с гулко бьющимся в груди сердцем, всмотрелась в движение листьев. Послышался гортанный протяжный вой, отдалённо похожий на волчий, и я отшатнулась. Ирбис прижался к земле, и его холка встала дыбом. Он приготовился к прыжку на нечто, выходящее из кустов огромной чёрной тушей.

Всплеск воды на секунду отвлёк, а за ним раздался голос где-то позади меня:

– Стой на месте. Не двигайся.

Мельком обернулась и увидела Армана, с тёмных волос которого стекали капли воды. Его грудь вздымалась, а зелёные глаза горели ещё ярче в рассеянном свете лона.

Лесное чудище полностью вышло на берег, и от страха я забыла, как дышать. Мохнатый зверь скалился острыми, как иглы, выступающими клыками. На его жуткой волосатой морде рубинами переливались красные глазищи. Он втягивал чёрным носом воздух и облизывался тонким, раздвоенным, как у змеи, языком, голодно всматриваясь в лужицу крови, что натекла мне под ноги с израненных стоп.

– А сейчас прыгай в воду. – Будто не мужской шёпот прошелестел над ухом, а внутренний голос сказал эти слова.

Но я не смогла. Меня пригвоздили к месту злые красные огоньки глаз монстра. Он жутко ощерился и бросился в мою сторону. Я кувыркнулась, как учил папа, и выбросила в морду сгусток щедрого пламени. Но промахнулась.

Айс с шипением вылетел наперерез чудовищу, чтобы защитить меня, вцепился в огромную косматую лапу, но был с лёгкостью отброшен. Я отчётливо услышала, как хрустнули его кости, и мой волшебный ирбис глухо мяукнул. Магическая нить фамильяра больно дёрнулась, затемнив на мгновение мир вокруг. Я оступилась и спиной сорвалась с обрыва.

Летела кубарем по камням и веткам, вскрикивая от ушибов, а когда добралась до дна оврага, услышала душераздирающий волчий вой. Не смогла подняться. Казалось, переломала все кости. Грудную клетку сдавило тисками так, что было трудно дышать. Дёрнула рукой, чтобы ощупать грудь, но сморщилась от накрывающей с головой волны дикой боли.

– Лили! – ворвался в мою агонию тревожный голос, а затем перед глазами появился его источник.

Рэйден в половинчатой трансформации навис надо мной. Он никак не мог понять, с какой стороны лучше подойти. Я слабо дёрнулась и усилием воли перевернулась на бок. Оборотень подхватил меня на руки, заставив застонать. В глазах снова потемнело от боли, а когда взгляд прояснился, Рэй уже поднялся на берег, где разворачивалась схватка.

Огромный серый волк с жёлтыми глазами крутился в луже крови с чудовищем, а мой Айс лежал неподалёку и жалобно поскуливал, не в силах поднять разодранную лапку.

– Ты только держись, – уложил меня на землю Рэйден и прямо на моих глазах в мощном прыжке превратился в огромного волка. Напал на чудовище, помогая брату его одолеть, и вскоре перегрыз монстру горло. Кинулся к Арману, который, казалось, не дышал. Окровавленный враг лежал на камнях и медленно уменьшался в размерах, принимая человеческий облик.

Я подлила фамильяру совсем немного магии, чтобы поддержать его. Айс встрепенулся, осторожно поднялся и, прихрамывая, подобрался ко мне. Его слюна – очень лечебная, но выдержать пытку языком без визга сложно.

Стиснув зубы, позволила коту зализать глубокую рану на руке и подставила ему сломанное плечо. Кость почти сразу встала на место, но от резкой боли я рухнула на землю лицом вниз. Я едва дышала, но понимала, что времени отдыхать нет, поэтому почти сразу подтянулась, придерживаясь за ближайшее дерево, и побрела в чащу. Ноги, что были измочалены до мяса, пришлось оставить как есть. У Айса не хватит сил вылечить меня всю, а я истратила магию почти до дна, не смогу больше поддержать фамильяру жизнь, и вызвать снова его можно будет только в следующем месяце, после полного оборота лона.

Да, братья меня спасли, но я должна думать о воле и, пользуясь моментом, сбежать от этой парочки.

Рэй ощупывал притихшего Армана, тряс его за плечи, что-то слабо говорил ему, а я тихо пробиралась дальше в лес, прячась за густыми ветвями, но через несколько шагов всё-таки обернулась.

Что-то ёкнуло в груди, дёрнуло так, что я припала на колено. Айс юркнул под ноги, замурлыкал, потёрся спинкой.

– Они плохие, я не могу вернуться…

– Ма-ау… – Ирбис укусил меня за ладонь и потащил назад.

– Айс! Что ты вытворяешь? – зашипела я, прогоняя кота, но он снова подобрался и цапнул меня за руку. – Я не пойду! Отпусти сейчас же, предатель…

В горле что-то заклокотало, сжало до тошноты, забрало физические силы в два глотка. Я не удержалась на ногах, снова упала. Взгляд пролетел вперёд. На окутанной ночной синевой поляне лежали две мужские фигуры. Без движения.

Если они умрут, умру и я?

– Айс… сделай что-то. – Я перевернулась на спину и задышала часто-часто. Смерть склонилась надо мной, заволокла небо чернотой, утянула на дно, холоднее которого только папина ледяная магия.

Лилиан

Я с трудом разлепила тяжёлые веки, и перед глазами полетели серебристые мушки. Не чувствуя собственного тела, медленно возвращалась из темноты. Когда гул в голове утих, я услышала мужской голос.

– Давай же, Арман!

На фоне криков Рэйдена поскуливал мой фамильяр. Я с трудом повернула голову в сторону звуков и увидела, как Айс, еле удерживаясь на лапах, зализывает самую большую рану на шее зеленоглазого.

Оборотень лежал весь в крови, не подавая признаков жизни. Рэйден с яростью отбросил мёртвую тушу лесной твари подальше от брата и снова склонился над ним. Хлестал по щекам, тормошил.

– Арман! – прозвенел в тишине берега душераздирающий крик эртинца.

Я закрыла глаза и немного отпустила нить, связующую с животным. Айс жадно хлебнул магии, выбросив меня, ослабленную, обратно в духоту обморока.

На этот раз я очнулась от болезненного прикосновения к груди и прохлады. Вспышка страха заставила распахнуть глаза, чтобы увидеть лицо сероглазого оборотня, который удерживал меня на вытянутых руках. Он стоял по пояс в воде и прижимался обнажённым торсом к моему голому телу. Наши взгляды на миг столкнулись, и сердце пропустило удар.

Рэйден припал к саднящей ране на моей груди. Шершавый горячий язык прошёлся вдоль метки. Опустился к пульсирующему кому внизу живота, смачивая мою кожу живительной слюной. От интимного прикосновения я невольно пропустила глухой стон и стиснула зубы, до боли прикусывая щёку изнутри.

– Хватит… – Попыталась высвободиться, но только окатила нас обоих водой, барахтаясь на весу. Миасс уже поднялся, утренними лучами запутавшись в золоте волос оборотня, а я от нового прикосновения его языка совсем ошалела. С трудом разлепила губы и выкрикнула жёстко:

– Пусти! Пусти сейчас же!

Рэй будто совсем меня не слышал. Схватил за ногу и подтянул её к себе, сгибая в колене. Припал губами к изувеченной стопе и выпустил язык, от прикосновения которого мурашки расползались по всему телу и боль отступала.

Но я всё равно его лягнула. От толчка погрузилась в воду и вынырнула чуть в стороне. Вода освежила лицо, намочила слипшиеся после ночи волосы.

– Свихнулся?

– Так противны мои прикосновения? Готова терпеть боль? – Он ударил кулаком по воде и брызги окатили его хмурое лицо.

– Да! – вскрикнула я, окунаясь в холодную воду так, чтобы не была видна грудь. – Так противен, представь себе! Ты мой враг! Захватчик! Ждёшь какого-то другого отношения? Ты моего отца убил, сволочь!

– Он был жив, когда мы уходили, – еле слышно проговорил оборотень и медленно пошёл в мою сторону, разрезая воду руками и телом.

– Надо было дать вам сдохнуть, – бросила я зло. – Что твоему братцу, что тебе… Не подходи, слышишь? Если мы связаны, это ещё не значит, что я ваша собственность. А за отца ты ещё ответишь. Клянусь! С такими ранами, как у него, не выживают даже могущественные драконы.

Грудь сильно сдавило от осознания, что никогда не увижу папу, но я отогнала эти мысли, будто назойливую мошкару. Плакать буду не здесь и не сейчас.

Оглянулась, чтобы прикинуть, куда плыть. Озерцо упиралось в скалистый берег, прозрачная вода щекотала нежной лазурью ноги и тело, переливалась всеми цветами перламутра. Было довольно холодно, но разогнанная от прикосновений оборотня кровь всё ещё не успокоилась. Нужно держаться от него подальше, потому что реакция моего тела, отравленного стигмой, меня не устраивала. Мама рассказывала, что с ней происходило, когда их с отцом связало меткой истинной пары. Я такого не хочу! Тем более с двумя мужчинами, которых ненавижу.

Арман в отключке, а этот… – зыркнула на приближающегося оборотня – неповоротливый. Слишком крупный и мясистый, не догонит.

Я бросилась прочь от врага. Разогнала перед собой воду магией, помогая волнам вытащить меня на край озера, и отпустила вал назад, уносящий вместе с потоком и блондина, отталкивая подальше от себя.

Айс ждал на берегу. Облизывался после утреннего сна и, будто ни в чём не бывало, сверкал голубыми глазищами и довольно урчал, подставляя миассу пушистую мордочку. Увидев меня, ирбис лишь ушками зашевелил.

Холодный воздух скользнул по телу, покрывая её мурашками. Вот же… Рэй совсем меня раздел, пёс проклятый.

Я пошарила глазами по траве, но плащ так и не нашла.

Разъярённый моей непокорностью Рэйден вышел из воды и бросил на меня недовольный взгляд. Подошёл к своему подельнику и опустился на корточки. Приложил два пальца к шее оборотня, проверяя пульс. Одобрительно кивнул самому себе, поднялся на ноги и направился к кусту, где лежал плащ, который я не сразу заметила. Встряхнул ткань и тяжёлой поступью направился ко мне.

– Придётся остаться здесь. Будем ждать, когда Арман очнётся. – Подошёл ко мне вплотную и с хитрым прищуром поманил тряпицей, будто дразнил голодного зверя куском мяса. – Из-за твоей выходки мы все чуть не погибли. – Обжёг яростным взглядом сизых глаз и опустил взгляд на мою нагую грудь. Я машинально прижала руки плотнее, отчаянно прикрывая затвердевшие от прохладного ветра соски. – Лес кишит голодными тварями, готовыми напасть в любой момент! – Грубо, со злостью, накинул плащ на мои плечи и приблизился губами к моему уху, щекоча тёплым дыханием кожу: – Я не собираюсь умирать из-за твоей глупости, – прошипел и клацнул зубами. – Ещё хотя бы раз дёрнешься не в ту сторону, надену на тебя магический ошейник. Будешь голая идти рядом с Арманом и не сможешь отойти от меня дальше, чем на пять метров, – пригрозил полушёпотом и, отпрянув, с вызовом посмотрел мне в глаза. – Поняла?

Я шарахнулась от него.

– Ты блефуешь. – Закуталась в плащ, убедилась, что пояс крепко сидит на талии и, мысленно подав сигнал фамильяру, бросилась наутёк, в чащу.

Айс задержит оборотня, а я смогу оторваться.

Фамильяр глухо мяукнул за спиной и затих. Я услышала ускоряющиеся, неминуемо настигающие шаги. Одним яростным движением оборотень сбил меня с ног и поймал у самой земли, подставив ладонь под голову, не позволяя мне разбить её о камень во время падения. Прижал меня огромным мускулистым телом к земле и, связывая запястья мёртвой хваткой цепких пальцев, стиснул мой подбородок свободной рукой и прожёг яростью затопленных тьмой глаз.

– Я предупреждал, Лилиан, – запыхавшись, прорычал мне в лицо и непозволительно близко застыл у моих губ, не сводя с них глаз, опаляя горячим дыханием.

Метка разгорелась под кожей тянущей низ живота па́рной магией. В бедро упёрлось что-то твёрдое и горячее.

– Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.

Холодный ужас подбросил в кровь ярости. Я причиняла себе боль, вырываясь из его плена. Царапалась, кусалась, билась. До последнего.

– Никто меня больше не тронет! – отчаянно закричала ему в лицо. – Я лучше умру! – Высвободила руку и рассекла пощёчиной лицо оборотню. Боль слабо отразилась и на мне, но я не могла остановиться. Била его снова и снова, но ничего не помогало. Он лежал сверху, будто стотонная глыба, лишая дыхания и сил.

– Я не трону, если не захочешь, – говорил оборотень, а сам стискивал мою талию дрожащей рукой. – Это будет сложно, – добавил с рычанием, и серые глаза заблестели, – но я справлюсь. – Сместил ладонь на мою метку. – Она не даёт спокойно на тебя смотреть. Тянет, распаляет до жара в костях. И чем дольше мы будем рядом, тем ярче будут разгораться чувства. – Потянулся к моим губам, заглядывая в глаза.

– Единственное чувство, – я приподнялась и зашипела, как тигрица, – которое могу к тебе, к вам с уродом-братом испытывать – это ненависть! Ты не тронешь меня, потому что я никогда не захочу! Хоть тресни пополам.

Он как-то странно заулыбался и немного отстранился от моего лица, уже не намереваясь поцеловать.

– Тебе всё равно придётся сделать выбор. Чем раньше, тем лучше. Потому что я не стану делить с кем-то свою истинную пару.

– Пошёл ты… Твои слова пусты, а истинную связь я обязательно разорву.

– Разорвёшь? – удивлённо взметнул бровями. – Как, позволь спросить?

– Найду способ, – оттолкнув его, прищурилась я. – А как ты собираешься делить меня с братом, если не убрать метку, позволь спросить?

Он снова навалился на меня так, что ни вздохнуть, ни выбраться.

– Ты не вещь, чтобы тебя делить, – заулыбался Рэй и мотнул головой. – Ты можешь сделать выбор за время пути в Эртин. Думаю, он очевиден, – самоуверенно блеснул звериными глазищами.

– И что станет со вторым, когда я сделаю выбор?

– Я же говорил, что природа появления метки непонятна, поэтому не знаю, что будет. Но точно могу сказать одно – под моей защитой Арман не посмеет тебя тронуть.

– Он уже меня… – Стало тяжело дышать, я отвернулась, чтобы не смотреть оборотню в глаза.

– Лили, – вздохнул оборотень и прижался носом к моей щеке, шумно втягивая воздух. – Я понимаю твою боль, но это уже случилось. Если доверишься, я смогу защитить тебя.

– Я не доверюсь врагу. Нет. – Сжала его напряжённые плечи. – Не проси… и не мечтай…

– Пообещай хотя бы, что не будешь убегать. Это опасно в первую очередь для тебя самой. – Рэйден встал с меня и протянул руку.

Что мне стоит соврать?

– Обещаю. – Я вложила ладонь в его тёплую руку и позволила себе помочь. Поднявшись, отряхнулась от жухлых листьев и посмотрела по сторонам.

– Тогда идём? Надо собираться в путь, – кивнул он на тропу и пропустил меня вперёд.

На берегу я заметила тельце фамильяра, бросилась к нему и чуть не закричала. Он был окровавлен и едва дышал.

– Вот она, твоя хвалёная защита. – Провела по мокрой шёрстке животного, едва прикасаясь, стараясь не тревожить раны. Ирбис дрогнул под ладонью, слабо принял поток магии, но лечение ему теперь вряд ли поможет. В прошлый раз, когда кот не допрыгнул до ветки и сломал хребет, я не смогла его восстановить. Пришлось жить без любимца целый месяц.

Выпустила ещё немного магии, но покачнулась от слабости. Резерв пуст, я истратила все на борьбу с оборотнем.

– Отойди, – слабо толкнул меня в плечо Рэйден и склонился над фамильяром, принимая половинчатую трансформацию.

Я внимательно следила за тем, как зверь залечивает раны на теле ирбиса, поэтому не сразу заметила, что от Армана осталась лишь лужа засохшей крови, а его самого и след простыл. Тревога заставила сердце биться чаще. Я вздрогнула от холодного прикосновения к шее. Не успела обернуться, как кожаный ошейник сомкнулся на горле удавкой.

– Дрянь ты скользкая! Мы чуть не сдохли из-за тебя! – Разъярённый оборотень грубо развернул меня лицом к себе и сжал кулак. На его запястье засветился браслет из того же материала, что и ошейник. – Вот теперь будешь думать, прежде чем что-то делать!

– Я дрянь?! – Отстранилась от него, рванула ошейник, но лишь поранила кожу. – Сними! Я не животное, чтобы на поводке меня держать. – Рванула ещё, поискала застёжку, но она царапала пальцы и не снималась.

– Пока из твоей головы не вылетят мысли о побеге, будешь ходить рядом со мной как собака! – усмехнулся гад.

Я посмотрела на угрюмого Рэя, который поднял на руки Айса и вернулся в человеческий вид. Бросила обоим ублюдкам в лицо:

– Вы пожалеете, что со мной связались.

– Уже жалеем! – Зеленоглазый выхватил из рук Рэйдена спящего ирбиса и вручил мне его тушку. – Бери кошку и шагай к лошадям! – А сам пошёл вперёд не оглядываясь.

– Моё предложение ещё в силе, – прошелестел над ухом едва уловимый шёпот второго оборотня.

Лилиан

Мы шли много часов, пока миасс не закатился за верхушки деревьев. Тени вытянулись, в воздухе появился аромат морозного цветка и птицы запели звонкие вечерние серенады.

Я еле плелась, раны на стопах не полностью затянулись, но фамильяр так и не очнулся и не мог меня полечить. Пришлось нести его на руках всю дорогу и терпеть невыносимую боль. Просить помощи у врагов не буду, даже если упаду замертво.

Я молчала и не смотрела на мужчин, прятала затравленный взгляд за сетью спутанных волос. Да и оборотни не особо проявляли радость быть со мной рядом, особенно зеленоглазый – он если и оказывался близко, то только чтобы подогнать и отпустить по этому поводу противную шуточку.

От блондина я сама шарахалась. Его слишком покладистый характер казался хитростью, фальшью, попыткой оправдаться в моих глазах, но первым папу укусил именно он. Мне за себя, опороченную, было не так больно, как за погибшего отца. И за маму, которая сойдёт с ума от горя.

Я много часов думала, как выбраться из лап захватчиков и не могла ничего придумать. Сама не справлюсь, а помощи ждать неоткуда.

Голод, боль и усталость брали своё. Я шаталась от лёгкого ветра, руки стали тяжёлыми, свинцовыми и, стоило остановиться на привале, я тут же засыпала без памяти.

В очередной раз с трудом открыв глаза, я прислушалась к неидеальной лесной тишине. Закат кровавыми пятнами лёг на листья и травы, в которых перешёптывались мелкие насекомые. Где-то далеко тянулся жуткий волчий вой, ему отвечали другие псы. Мы здесь не одни, но братья почему-то не примыкали к соплеменникам, держались обособленно, а убийство монстра с красными глазами, видимо, тоже перевёртыша, говорило лишь об одном – они изгои среди своих.

Я потёрла отёкшими от усталости пальцами веки и с трудом подняла голову. Всё тело ломило, а две мужские фигуры впереди, сидящие у костра, показались мне призрачными и ненастоящими.

Жар от ошейника на шее никуда не пропал, а под грудью кожу щекотала стигма в виде двух сцепленных полумесяцев. За что Эстиер так меня наказала, связав с извергами из другой страны? Что я сделала? Где согрешила перед богиней? Или это великий Айшур из недр мира смертных насмехается надо мной, первой альеной? Как я продолжу его род, если не представляю, смогу ли вообще выйти живой из эртинского леса?

А ещё волновало то, что обещанная сила ледяного дракона не раскрылась и после потери девственности. Что со мной не так?

Я прижала к себе недвижимого фамильяра и, уткнувшись в его мягкий лобик, чуть не зарыдала, как слабачка.

Мой крошка-ирбис не очнулся. Почему так долго? Он ведь дышит, тёплый и не исчез… Никогда ещё Айс не спал так долго. Провела ладошкой по его мягкой шёрстке, магическая нить питомца задрожала, но не взяла у меня ни капли сил. Он всё ещё в глубоком забытье, будто отравлен.

– Неси его сюда, – бросил в мою сторону Арман. Рэйден в это время лёг на покрывало у костра и закрыл глаза.

Я сжалась, замотала головой и, крепче обняв кота, отвернулась от оборотня. Даже если захочу, не смогу подняться, упаду, потому что ног не чувствую от зудящей боли.

Услышала, как оборотень плавно опустился рядом, посмотрела в его подлые зеленющие глаза и стиснула зубы.

Сняв с плеча походную кожаную сумку на ремешке, он достал из неё стеклянную колбочку с прозрачно-коричневой жидкостью. Разжал челюсти Айса и влил ему в пасть несколько капель.

Зверёк открыл голубые глазки и потянулся в моих руках. Сполз с колен на землю и, лизнув больную стопу, лёг у моих ног пушистым клубочком.

– Выпей. Эта настойка обезболивает, придаёт сил и… Неважно. Пей, – Арман протянул мне колбу, как-то странно, будто по-доброму заглядывая в глаза.

Я упрямо отвернулась. Он зверь, нельзя об этом забывать.

Тяжело вздохнув, Арман вытянул руку с колбой ещё дальше через моё плечо и завис слишком близко от моего затылка. Его дыхание опалило липкую от пота кожу и запуталось в волосах, вызвав сонм мурашек по позвоночнику.

– Давай сыграем в игру? Если согласишься и выпьешь глоток, сниму с тебя ошейник.

– Сними, – огрызнулась. – И я сбегу.

– Сниму, если согласишься. – Подобрался ко мне ещё ближе и почти коснулся прохладной стекляшкой моей щеки.

Я осторожно кивнула. Надеюсь, я быстро умру от его отравы, чтобы больше не мучиться. Хотя котику ведь помогло… Но от этого мужчины я ожидала только удара в спину и ничего более.

Аккуратно, чтобы не коснуться пальцев оборотня, взяла колбу и глотнула противной сладко-приторной настойки. По горлу будто жидкая лава потекла и обожгла желудок. По всему телу прокатилась волна тепла, и ноющая боль, к которой я успела привыкнуть, отступила. На смену ей пришло лёгкое ощущение эйфории, разум затуманился и щедро подкинул в мои фантазии порочные картинки. Кожа покрылась мурашками, а между ног свело пульсирующей истомой.

Но мне было так хорошо, что улыбка сама собой расплылась на устах. Не удержавшись, испустила лёгкий стон и заметила блестящий взгляд оборотня, сфокусированный на моих губах.

– Гуарала запрещена в Эртине, но без неё жизнь не играла бы такими красками. Иногда невозможно в одиночку справиться с той болью, которая гнездится внутри и отравляет день за днём, – он сел напротив прямо на траву. Достал из сумки бутылочку побольше, две деревянные стопки и поставил всё это на пенёк, накрыв его листом лопуха. – Ты не играла в детстве в «Глупые вопросы»?

– Такими глупостями в детстве не занималась. – Я расслабленно легла спиной на дерево, не пытаясь сопротивляться бурлящей в крови приятной истоме, и позвала Айса поближе. Кот довольно замурлыкал и перебрался на мои колени. Прикрыв глаза ресницами, я метнула на оборотня изучающий взгляд. Красивый ублюдок, как мрак… куда смотришь и можно потеряться.

– Ну конечно, ты же принцесса, а это деревенская игра. – Арман махнул рукой и наполнил стопки настойкой. – Правила такие: я задаю тебе вопрос, на который ты должна ответить правду, а если не хочешь отвечать, выпиваешь залпом и задаёшь мне свой вопрос. Правда, – рассмеялся оборотень, – в детстве у нас были другие напитки.