В постели с волками

– Как она умерла? – решилась задать не простой вопрос.

– Тяжело заболела. Она была человеком. Это волки не подвержены болезням, а ее забрал у нас рак.

– И моя мать умерла от рака, – вспомнила я ее бледное лицо и едва не расплакалась.

Он посмотрел на меня с сочувствием, и понимаем той боли, которая навсегда останется в душе. В его необыкновенных глазах застыла та самая боль, а губы улыбались, стараясь ее скрыть.

– Жизнь часто бывает не справедливой, но сегодня мы не будем грустить, – улыбнулся он еще шире, и стало даже теплее.

Сама не поняла, как мои губы растянулись в ответной улыбке.

За последнее время я так часто улыбалась и смеялась, что не припомню подобного за последний год.

– А что мы будем делать? – спросила игриво и вскрикнула от того, что Вишенка споткнулась и пошатнулась.

Мир крепко схватил меня за талию.

– Будем пить горячий чай, – подмигнул он и остановил лошадь.

Я заметила, что отчищенная от снега тропа закончилась. В нескольких метрах под толстым снежным покрывалом посреди густого леса стоял дом, который можно было увидеть только в сказках. Небольшой деревянный с лесенкой и длинным крыльцом. В окнах мерцало что-то желтое.

По своему обыкновению, волк слез с лошади и подхватил меня на руки. Понес к дому, утопая в снегу по колено. И уже на крыльце опустил меня на ноги и стряхнул снег со своих штанин.

– Проходи, – открыл он деревянную дверь и впустил меня внутрь.

Небольшой коридор встретил теплом и уютом. Я разулась и прошла в единственную просторную комнату напротив. В глаза сразу бросился массивный камин, будто вытесанный из куска гранита. На черной шкуре стоял низкий столик с фруктами, сладостями и ароматным чаем. Рядом диван и два кресла, а на стенах канделябры с лампочками в форме свечей. Приятный глазу полумрак и треск костра завораживали.

Пока я разглядывала комнату, Мир подошел к комоду и поставил пластинку на граммофоне. Заиграла тихая спокойная мелодия.

Парень вышел из комнаты и вернулся уже в брюках и футболке. Мне стало невыносимо жарко, и я последовала его примеру. Сняла теплый дутый костюм и осталась в лосинах и тунике.

– Угощайся, – предложил он и сел на шкуру лицом к камину.

Я опустилась на пол напротив волка, наблюдая за тем, как он наполняет чашки горячим чаем. Впялилась в браслет на его руке и сердце зашлось от странного чувства предвкушения чего-то.

Снова мысли унеслись во вчерашний день и руки нервно затряслись. Я обняла ладонями чашку и перевела взгляд на огонь. Оборотень молчал, а я не знала, с чего начать. Пауза затянулась и волнение усилилось.

– Только здесь мы можем поговорить наедине, зная, что никто не побеспокоит, – разорвал гнетущую тишину его приятный голос.

– О чем будем говорить? – состроила недоуменный вид.

– Думаю, ты знаешь о чем, – улыбнулся он и коснулся браслета.

Я так разнервничалась, что почти залпом выпила чай, обжигая нёбо. С грохотом поставила чашку на блюдце и сглотнула ком в горле.

– Догадываюсь, – кивнула в ответ и опустила взгляд.

– Я тебя люблю.

Я резко посмотрела на Мирона и почувствовала, как у меня задергался глаз и вспотели ладони. Щеки обдало жаром и стало трудно дышать. Нервы окончательно сдавали. Это было настолько неожиданно, что я приоткрыла рот, а сказать ничего не смогла.

Он отстегнул браслет и повернул руку запястьем вверх, демонстрируя алую метку. Не знаю почему, но потянулась к ней и накрыла своей ладонью, чувствуя его горячую кожу. Посмотрела ему прямо в глаза и вздохнула, набираясь сил.

– Я понимаю, что значит эта метка для волка.

– Тогда ты должна знать, что теперь я буду жить для тебя и ради тебя. Я сделаю все, чтобы ты ответила взаимностью.