Михей

– Насколько я понял, ты следующая царица в этом городе, и все очарованы тобой. Так что не лги мне. И, главное, я сильнее и твоих сородичей, и, думаю, теней тоже.

– Ошибаешься. Может, ты и сильнее падших, но не теней – точно. Поверь, если они тебя захватят, то сведут с ума. И я не царица, а падшая, заруби себе это на носу.

– Демону это не грозит. – Пробурчал, хотя толика сомнений запала ему в нутро, но этого он не собирался ей показывать. Он – демон, а не какая‑то смазливая ангелица или псевдо царица.

– Как знать, как знать.

Она спрятала ехидную ухмылку, наклонив голову.

Михей фыркнул, как юный даринг, не согласный с нравоучениями, тем более такой пигалицы, хоть и безумно смазливой. Вернее сказать, сексуальной до умопомрачения. Он бы её засадил тогда же, если б она не оказалась девственницей. А в этом случае благородство в нём перевесило желание. И ему это очень не нравилось, однако поделать с собой ничего не мог.

Они вышли и отправились к склепу за заветными склянками.

Девушка продолжала идти, не обращая внимания на его слова. Она знала этот город как свои пять пальцев, каждый переулок, каждую тень, скрывающуюся в полумраке. Он же, хоть и сильный, был здесь чужаком, слепым котёнком, блуждающим в лабиринте.

– Сила – это ещё не всё, – наконец сказала она, не оборачиваясь. – Здесь важны связи, знание правил игры, умение договариваться. Ты можешь быть самым сильным воином, но против сети интриг и обмана твоя сила бессильна. Тени не сражаются в открытую, они играют с разумом, питаются страхами, сводят с ума.

Он промолчал.

Демон и ангелица шли по узким, извилистым улочкам, где свет факелов едва пробивался сквозь плотную завесу влажного воздуха. Вокруг мелькали фигуры, скользящие в тенях, слышались шёпотки и приглушённые голоса. Она чувствовала их взгляды на себе, ощущала присутствие, будто паутина, обволакивающая её кожу.

– Не строй иллюзий, – продолжила, остановившись перед массивной каменной дверью склепа. – Этот город высасывает всё, что у тебя есть: силу, надежду, рассудок. И если ты думаешь, что сможешь сбежать, то глубоко ошибаешься. Однажды попав сюда, ты навсегда останешься здесь, в Городе Теней.

– Ты говоришь загадками. Я был в этом склепе, но… что действительно странно, шёл к нему в прошлый раз по‑другому, совсем не так сложно, как ты вела. Специально меня путала по городу? – снова угрожающе приблизился. Глаза тут же сверкнули.

– Нет. – Девушка не отпрянула, невольно вдыхая от него тонкий аромат жжёных листьев. Что это за запах, не поняла, но он ей не был противен. Скорее наоборот, слегка кружил голову. – Это я тебе и пыталась объяснить. Здесь нет простых дорог никуда. Везде путаница и лабиринты. И даже лес, так легко не найти.

Демон напрягся, подумав, что Верховный инкуб как раз и остался его ждать в лесу.

– А мне нужно именно в лес.

Тон демона не был дружелюбен.

– Его надо искать. Это ещё сложнее, чем постоянно находить этот склеп. Сам не найдёшь. Тени запутают все пути.

Он схватил её запястье и, сжав, процедил:

– Тогда ты поможешь. И станешь моей пленницей пока я и Рианн не найдём выход из этого проклятого города.

Она кивнула.

– В одном ты прав. Именно проклятого. Мы все тут прокляты.

Девушка толкнула дверь, и они вошли в мрачное, сырое помещение, наполненное запахом плесени и смерти. В полумраке виднелись ряды склепов и саркофагов, на которых тускло, мерцали огоньки свечей. Она направилась к дальнему углу склепа, где на каменной полке стояли заветные склянки.

Демон сразу направился к ним, оттолкнув её.

– Тоже мне ангелица, мечтающая стать шлюхой.

Его ироничный тон вывел её из себя.

– Не шлюхой, а ангелом любви! Ты специально меня оскорбляешь?

Он оскалился, обнажая белоснежные ровные зубы.

– Конечно, специально. Ангелов любви не бывает. Какая же ты глупая. Я учился сто лет в элитном пансионе демонов и знаю, что среди вашей братии имеются только Амуры и Купидоны, а это красивые мальчики или юноши. Ты… – усмехнулся. – Безусловно, красива, но, кажется, я видел женские гениталии.

Девушка зарделась.

Он рассмеялся.

– Падшие умеют краснеть?

– Но демоны же краснеют, и мы тоже можем, – пробурчала. – Ты осквернил меня.

– Я не тронул твоей девственности, значит, не осквернил, так что успокойся. Замуж выйдешь в чистоте, если ещё заслужишь этой бабской чести.

– Ты!.. Несносный демон! – вскрикнула, глаза округлись, и она стала ещё красивее в гневе.

– Какой есть. – Ухмыльнулся. – И поверь, до встречи с тобой с женщинами был очень даже сносным. Ты же бесишь меня. Красивая, глупая, лживая и… – однако остальное додумал, решив не произносить: «Соблазнительная. Так и тянет вонзиться в её сладкие недра и оставаться там, пока не надоест».

Девушка посмотрела на него с ненавистью, но внутри всё же шевельнулась искра интереса. Вряд ли она могла себе позволить расслабиться в обществе такого нахала, но противостояние напряжению становилось её вторым яством. Михей тоже чувствовал это напряжение, как будто их перепалки были частью какого‑то более глубокого заговора судьбы.

– Ты смеёшься над моими мечтами, но неужели не понимаешь, что за ними стоит больше, чем просто фантазии? – проговорила, сжав кулаки, чтобы не броситься на него. Разговор с демоном действительно вызывал в ней замешательство, и её гордость начинала медленно трещать по швам.

Он хмыкнул, обводя взглядом опустевший склеп.

– Мечты прекрасны, однако в нашем мире действительность куда более жестока. Ты хочешь стать ангелом любви? Вместо этого подвергнешься опасностям и предательствам, какие не снились ни одному из твоих идеалов. Ты знаешь, каков этот мир?

Девушка отвела взгляд, погрузившись в собственные размышления. Да, он прав – её идеалы часто пересекались с суровой реальностью. Она чувствовала, как стены вокруг сжимаются, а все надежды окутывают мрак, где не удастся найти свет. Но в глубине её сердца зрело отчаяние, готовое противостоять давлению.

– Да, я не идеал, но и ты не такой уж охотник, каким хочешь себя представить, – произнесла, отчеканивая каждое слово, встретив его насмешливый взгляд. – Мы оба запутались в этом проклятом городе, и, возможно, только вместе сможем выбраться из него. А если придётся наступить на горло своим мечтам, то, может, так тому и быть.

Демон слегка приподнял бровь, удивлённый её ответом. Он не ожидал, что эта падшая, держась с такой уверенностью, вдруг окажется готова идти на компромиссы. Будто что‑то, осознав, шагнул ближе, и в его голосе прозвучали нотки заинтересованности.

– Ты готова предать свои мечты? – тон демона стал более осторожным, как будто он запускал свою адскую паутину, проверяя, где она начнет рваться. – Похоже, в этом городе любой шаг может стать последним, и если ты не предстанешь перед реальностью своей истинной натуры, то только потеряешь себя.

Она посмотрела на него с жадностью, как будто искала ответы в его глубоком взгляде. – Я не боюсь потерять себя, – произнесла резко, – а боюсь, что могу остаться невидимой для всего, что мне дорого. Неужели эта реальность – единственный вариант, который нам предложен? Что, если мы сможем изменить её?

Михей скептически усмехнулся, но ей стало видно, что он медленно начинает менять своё мнение о её решительности. Эта искра интереса, которая возникла в ней, заразила и его. Возможно, они действительно могут стать не просто врагами в этом запутанном городе, но и союзниками, готовыми противостоять его жестокости.

– Хорошо, – выдохнул он, вновь отступая на шаг назад, чтобы дать ей пространство для размышлений. – Если ты действительно хочешь бороться, давай попробуем. Но знай, путь этот труден, и, возможно, ты потеряешь больше, чем тебе представляется.

Она кивнула, понимая, что риск сопровождает любые действия. Но в этот момент в её сердце зажглась искра надежды – надежды на то, что они смогут справиться с этим миром вместе, несмотря на тени, что поджидали их за каждым углом.

«Может, этот демон послан мне судьбой? И возможно, он покажет мне тот незримый мир любви, которого мне так не хватает? И может… я вообще не будущий ангел любви? А… суккуб? Нет! Бред! Суккуб – это грязь, множество мужчин».

Демон с интересом наблюдал за её задумчивым лицом, находя его самим совершенством, а то, что у него давно не было секса, сильно давало о себе знать.

– Не хочу! – неожиданно выкрикнула она.

– Чего не хочешь? – приподнял бровь, в его глазах снова плескалась ирония.

Девушка сконфузилась.

– Что? Ой, я вскрикнула вслух? Нет. Ничего.

Он снова приблизился, обдав её таким жаром, что у неё на миг ослабели ноги. Она ещё не осознала того состояния, зовущееся «возбуждением» при виде молодого шикарного юноши.

– Договаривай, маленькая лгунья.

Выставил руки на стену вокруг её головы.

– Я не хочу стать суккуб.

Его глаза расширились. Он усмехнулся.

– Глупая ангелица. Суккуб такие наивные девственницы как ты не становятся. О твоём уделе я тебе уже поведал раннее. А вот моей личной суккуб – был бы не против.

Провёл тыльной частью кисти ей по щеке, шее и опустился на грудь.

Девушка застыла как изваяние, не в силах оттолкнуть его. Глаза демона затягивали куда‑то в такую бездну, что если оступиться, выхода оттуда не будет.

Она почувствовала, как в груди нарастает паника, переплетающаяся с неведомым влечением. Сердце стучало в такт нарастающему волнению, и ужасно хотелось ощутить его дыхание, его тепло. Нет. Это не было теплом. Это было жаром, таким, что казалось, она сейчас загорится, вспыхнет как факел. Напоминание о том, что он демон, отдаляло её, но этот момент был слишком сильным, чтобы отстраниться.

– Ты трудилась так долго, чтобы стать ангелом любви, разве это не кажется тебе глупым? – Михей продолжал, его голос напоминал шёпот ветра в деревьях, нагнетающий атмосферу интимности.

– Зачем прятаться от того, что ты можешь стать сильнее, чем когда‑либо? Тебе не стоит бояться своей сущности. Возможно… ты уже давно не ангел. И потеря белых крыльев лишь первых шаг на пути. Пути в другую реальность. Иной мир и существование.

Её собственные мысли переплетались, создавая мозаичные картинки – образы жизни, наполненной страхом и скрытностью, и другой, полной смелости и открытости, которую она так жаждала. Неужели он прав? Может, внутри неё действительно таится сила, способная изменить всё?

– Я не уверена, что готова к этому, – произнесла в замешательстве, но голос задрожал от желания понять. – Что если я потеряю себя в этом?

– Что, если ты обретёшь себя? – отпарировал демон, его глаза блестели приливом углубляющегося интереса. – Жизнь в аду – это не только страхи, но и чудеса. Так почему бы не рискнуть?

Он снова приблизился, и она ощутила его горячее дыхание на коже, ощущение было как целебный бальзам, заживляющий её внутренние раны. Глаза его светились притяжением, и в этот момент она поняла – возможно, ей стоит сделать шаг вперёд и соединить свои страхи с желаниями, чтобы обрести ту самую невидимую реальность, о которой так давно мечтала.

Девушка закрыла глаза в ожидании чего‑то большего. Демона не надо было уговаривать. Он прижал её к себе и прильнул к зовущим губам.

Поцелуй был безмолвным ответом на все её тревоги. В тот миг, когда их губы встретились, мир вокруг будто растворился, оставив лишь их двоих в густом облаке страсти и загадки. Жар его тела проникал в каждую её клеточку, заставляя забыть о беспокойствах и страхах, что так долго владели ею. Прекрасный демон был, как платиновая нить, протянутая сквозь тьму, готовая провести её в новый мир, о котором она даже не осмеливалась мечтать.

Девушка чувствовала, как его руки исследуют её талию, прижимая к себе. Этот контакт был одновременно обжигающим и удивительно успокаивающим. С каждой минутой её прежние представления о жизни и любви рушились, оставляя место новым ощущениям, новым желаниям. Бывало ли так, что потеря становилась началом чего‑то невероятного?

– Ты не потеряешь себя, – прошептал он, оставляя поцелуй на её шее. Его голос был наполнен уверенности, и она пыталась уловить его суть, будто её душа жаждала его тепла, как земля после дождя. А ведь у неё ещё была душа. Вернее осколки, оставшиеся после всех потерь. Будто сама тьма плясала вокруг, уверяя, что выбор был лишь за ней – поверить в свою силу или остаться в заточении нежелательных норм и страхов.

– Я не готова, но… – прошептала, и на мгновение колебалась. Борьба с собой продолжилась. – Хочу. Я хочу узнать, что скрыто за гранью. Может, это именно то, что я искала все эти годы. И сейчас, когда граница между светом и тьмой размывалась, она почувствовала, как её сердце заполняется смелостью, над которой раньше лишь смеялась.

С каждым шагом навстречу неизвестному, её мир наполнялся новыми красками, формируя новые горизонты. Она готова была начать путь, и этот демон был тем компасом, который указывал направление.

Он помог ей освободиться от одежды, и сам, будто сбрасывая оковы, быстро избавился от своей. Обнажённые, они прильнули друг к другу, кожа к коже, как два магнита, преодолевших все преграды. Демон нежно дразнил её напряжённые соски, поочерёдно лаская губами, будто собирая нектар с диковинных цветов. Его руки скользили по изгибам девичьего тела, обводя каждый сантиметр. Но в каждом его прикосновении чувствовалась сдержанность, как будто он оставлял ей последний шанс отступить. Михея манило к ней с первого взгляда, но сейчас, в этой интимной близости, он отчётливо осознавал: она пришла к нему, движимая отчаянием, заключив сделку в надежде обрести утраченный символ любви. Но это не то, чего он хотел. Их сближение, начатое со лжи, неизбежно приведёт к разочарованию. И когда до неё дойдёт, что все её усилия обрести крылья разбились о скалы реальности, она горько пожалеет.

Он замер, очнувшись от наваждения. Девушка вопросительно посмотрела на него, и на её щеках расцвел нежный румянец.

– Как тебя зовут?

Неожиданный вопрос, прозвучавший в такой пикантный момент, застал её врасплох.

– Что?!

– Как твоё имя? – в его глазах мерцали отблески пламени, а возбуждённый орган упирался ей в бедро, напоминая о желании, которое он обуздывал.

– Ми… ранда.

Демон улыбнулся, и на его щеках проявились лукавые ямочки.

– А меня – Михей. Миранда… ты прекрасна. Но ты совершила ошибку.

– В смысле?

– Ты глупая ангелица, – он легонько коснулся её лба пальцем и отстранился. – Я безумно хочу тебя, но не могу лишить невинности.

– Почему? – её наивный вопрос вызвал у него короткий смешок.

Он начал одеваться, не отрывая от неё взгляда.

– Потому что ты не развратная демоница и не грешница, готовая на всё, лишь бы избежать участи стать кормом для дарингов. Ты – падший ангел. И именно ангел. Пока… давай договоримся, ты отдашь себя тому, кого полюбишь по‑настоящему. А не так, как сейчас, пытаясь купить любовь плотскими утехами. Согласна?

Девушка, сгорая от стыда, тоже начала одеваться.

– Не ожидала, что ты такой…

– Какой?

Он улыбался, наблюдая за её замешательством.

– Правильный. Твоя выдержка совсем не вяжется с образом инкуба.

– Я – не инкуб! – его голос стал жёстче. – Я же говорил тебе.

– Да. Помню. Верю. Теперь верю.

Миранда отвела взгляд, стараясь скрыть смущение. В голове царил полный хаос. Она с трудом пожертвовать собой ради призрачной надежды, а вместо этого получила моральную лекцию и отказ. Этот демон казался совершенно не похожим на тех кровожадных чудовищ, о которых ей рассказывали. В его глазах она видела не похоть, а что‑то совсем другое… сочувствие?

– Я не знаю, что сказать, – прошептала, теребя край своей разорванной юбки. – Я просто… я в отчаянии.

Михей подошел ближе и коснулся её щеки.

– Я понимаю. Но отчаяние – плохой советчик. Не позволяй ему принимать решения за тебя.

Он вздохнул и отвернулся к окну, за которым простирался бесконечный сумрак.

– Возвращайся домой, Миранда. Подумай обо всём. А завтра в полдень приходи сюда. Пойдём к истинному инкубу, и ты вернёшь ему всю откачанную энергию.

Девушка молча кивнула. Она чувствовала себя униженной и одновременно благодарной. Этот демон показал ей, что она достойна большего, чем просто быть разменной монетой в чужой игре.

Миранда вышла из комнаты, оставив его одного в сумрачном убежище. Впереди её ждал долгий путь домой и, возможно, шанс начать всё сначала.