Запелёнатая матрёшка. Иронический женский детектив

Глава 1. Врач

«Всё-таки болезни не от Бога. Не станет родитель так наказывать, в худшем случае лишит денег и роскоши. От дьявола болезни, не иначе. Он-то не скупится на такие подарки».

Полина лежала на кушетке в уютной комнате частной клиники, морщась от неприятных ощущений. Октябрь принёс утомительную боль в шее, заставив больше лежать и меньше выходить во двор, хотя погода никогда ещё так не была благосклонна к Сибири, продляя тёплое «бабье лето».

Мало кому понравится лежать под капельницей, но хорошо ещё когда медсестра оказывается умелой и доброжелательной. Женщина в белом халате дежурно улыбалась Полине, и это скрашивало неприятные минуты процедуры. А вот врач, назначивший лечение, просто поразил Полину: невропатолог обязан иметь железные нервы, но такого безразличия не заслуживает ни один пациент. Врач, по возрасту ровесница Полины, выслушала жалобу, не выразив ни единой эмоции. Единственное, что она спросила: сколько будете делать капельниц.

– А сколько лучше? – удивилась Поля.

– Лучше три.

– Ну, давайте три.

Сегодня Поля пришла в клинику во второй раз, то точно знала, что больше сюда не явится никогда: от лекарств разболелся желудок.

«Да, если хочешь излечить человека, то без души этого не получится. Сначала исцеляющий должен очень захотеть, чтобы пациент выздоровел. Очень захотеть! А уж потом выписывать лекарства».

– Марина, а почему ваш невропатолог такой депрессивный?

– Не знаю, она всегда такая.

Но Поля поняла, что медсестра прекрасно знает причины дурного характера врача. Уже решив, что дождётся Киру и её волшебного массажа, заодно и выговорится, наслушается мудрых советов, а пока никакие таблетки пить не будет – не помогут.

В этот сезон Полина выбрала для благотворительности местный театр кукол и всех, кто занимается с детьми помимо спектаклей.

Пока состоялся только телефонный разговор, дойти до театра не дал противный остеохондроз. К огорчению Поли её подруга знахарка Кира до сих пор жила на даче, и заниматься массажами обещала со следующей недели.

Отлежавшись пару дней, Поля, помня о желании заработать на поездку с сестрой на море, отправилась на встречу с директором театра кукол. Такая работа доставляла Поле больше удовольствия, чем хлопот, тем более спонсоры почти не ограничивали её в средствах. Перераспределение денег Полине всегда казалось занятием справедливым и нужным: тому, кому много дано, тоже надо будет объясняться с Богом – куда потратил.

Благостное настроение быстро улетучилось, как только Поля зашла в здание театра. Задержавшись у входа, Поля вздохнула, вспоминая, как ходила сюда с детьми. Здание обветшало и напоминало Поле о её возрасте.

– Так нельзя одеваться! – услышала Поля громкий, почти истеричный голос. – И где твои каблуки?! Ты встречаешь посетителей, ты лицо театра!

– Алевтина Сергеевна, я не могу ходить на каблуках, – девушка нервно дёргала руками полу пиджака, явно еле сдерживаясь и не глядя на начальницу.

Женщина, достаточно стройная и подтянутая, стояла к Поле спиной, и не видела вошедшую посетительницу.

– Здравствуйте! – громко крикнула Полина.

– Театр закрыт! – женщина повернулась к Поле. – Приходите с утра, билеты в кассе.

Длинные густые волосы обрамляли миловидное лицо, но голубые холодные глаза Поле не понравились.

– Извините, но я не за билетами. Я на счёт спонсорской помощи театру, вернее тем, кто помимо спектаклей занимается с детьми. Меня зовут Полина Алексеевна, а ваш спонсор Олег Буйковский.

– Здравствуйте, – криво улыбнулась Алевтина Сергеевна. – Почему именно для руководителей студий? Театру тоже нужна помощь.

– Театру мы помочь не можем, вас содержат городские власти. А тем, кто за копейки воспитывает детей – можем. Знаю я как оплачивается их труд.

– Хорошо, пройдёмте в мой кабинет, – Алевтина быстрой и лёгкой походкой направилась к двери кабинета, несмотря на высокие каблуки. Пришлось и Поле последовать на ней.

Девушка, обрадовавшись временным затишьем, улыбнулась Поле и убежала в противоположную сторону. Стало как-то слишком тихо, и только стеклянные глаза старых кукол, висящих на стенах холла, с любопытством посматривали на Полю.

Директриса уже сидела за своим столом и с кем-то общалась по телефону, разговаривала как всегда громко – кричала.

– Нет, это нам не подходит! Сделайте всё, как надо, потом и присылайте счета! Я сказала нет, никакого аванса!

Бросив трубку, Алевтина в упор уставилась на Полину, не предложив сесть.

– Простите, но почему вы так кричите? – не выдержала Поля.

– Работа такая, – огрызнулась Алевтина. – Вы пришли, облагодетельствовали и ушли, а мы тут крутимся, экономим на всём. Сколько вы можете нам выделить денег?

– С места в карьер? Вы мне сначала расскажите сколько человек у вас работают с детьми, чем занимаются, в чём нуждаются. Мы закупим всё необходимое, а к Новому Году выплатим денежные премии.

Полина говорила, но не могла толком сформулировать мысль, поражённая неуловимым, но странным сходством Алевтины Сергеевны со знакомым невропатологом, хотя внешне это были совершенно разные женщины. Докторша была лет на пятнадцать старше, коротко стриженная блондинка с крупными чертами лица. Алевтина наоборот, была очень женственна: с чётко отточенными красивыми чертами лица, тонкой талией и пышной грудью. И только холодные глаза портили её очарование. Именно из-за этих глаз женщины казались Поле похожими, как сёстры.

– У меня человек десять ведут занятия. Вам подробный список нужен?

– Желательно. Деньги не мои личные, тоже отчитываться надо.

– Вечером распечатаю список и могу прислать вам по электронной почте.

– Замечательно, так и сделаем. Но этого мало, я приеду на занятия, и сама поговорю с руководителями, узнаю их мечты…

– Без меня вы ни с кем разговаривать не будете.

– Не доверяете своим людям?

– Я никому не доверяю.

– Жаль, в прошлом году я по школам и садикам ходила, там директора не вмешивались, только спасибо говорили.

– Театр – не школа, здесь люди особые.

– Понимаю, тонкое устройство. Алевтина Сергеевна, у вас сестры нет?

– Что? Нет, у меня есть брат.

– Ну, вот и славно. Пожалуйста, покажите мне расписание ваших занятий, и я больше не буду занимать ваше время.

– Подойдите к администратору, Наташа вам покажет расписание занятий. До свидания.

Выйдя из кабинета, Поля потёрла разболевшуюся шея, прошлась вдоль пустого коридора, разглядывая таблички на дверях. Знакомая девушка сама вышла ей навстречу и опять мило улыбнулась Поле.

– Не меня ищете?

– Вы администратор?

– Да. Зовут меня Наташа.

– Очень приятно, Наташа. Мне бы расписание ваших занятий с детьми на базе театра.

– С удовольствием. В моём кабинете есть распечатки, я там вам и отдам.

– У вас тихо так, никого нет?

– Все на местах. Когда Алевтина в театре, все по своим углам разбегаются.

– Наташа, а что у неё с нервами? Кто её так обидел?

– А кто так может обидеть – мужчина. Муж её давно бросил, у него другая молодая жена и сынок.

– Точно, и как я не догадалась. Такие глаза бывают у очень обиженных людей, чаще у одиноких женщин: они или кричат, или впадают в полную апатию.

– Раньше она такой не была. Живёт одна, вся жизнь – работа.

– Так можно сгореть на работе. Как люди терпят эти истерики? Ваш диалог я уже слышала.

– Мне здесь нравится, хотя её немного боюсь.

– Рядом с обиженным человеком выживают только оптимисты, возможно редкие счастливчики.

Глава 2. Людочка

Полина прекрасно понимала почему у неё так разболелась шея: психологи уж точны бы сказали, что шея – это умение быть гибкой и поворачиваться к любой ситуации лицом, даже если глаза не хотят видеть. Красота ранней осени вдохновляла Полю на прогулки и философские мысли – осень любит одиночество. Даже в небольшом Чистогорске одиночество можно позволить себя, лишь не выходя из дома, но как же тогда увидеть всё разноцветье «бабьего лета».

– Полина Алексеевна, погодите, – голос был знакомым, молодым и чувственным.

Повернувшись, Полина увидела бегущую к ней Людочку, знакомую девушку, лет десять назад посещавшую занятия в её музыкальном школьном театре. Поля знала, что Люда вышла замуж за одноклассника и у них есть дочка.

– Людочка! Привет! – улыбнулась Поля.

– Здравствуйте, Полина Алексеевна. Как мне повезло, что я вас встретила.

– Да я тут гуляю, любуюсь…

– Извините, если помешала, но как вас увидела, то сразу поняла, что вы сможете мне помочь.

– А что-то случилось? Рассказывай, как там Сашка, дочка.

– Доча в школу пошла этой осенью, а Саша теперь в другой семье живёт.

– Развелись?

– Почти.

– Ой, Люда, как же легко всё сломать, а вот построить толком не получается. Ты где живёшь? Я пешком к своему дому иду, а тебе в какую сторону?

– Я здесь работаю, на автобусную остановку шла, а тут вы. Можно я вас провожу, где ваш дом?

– На Верхней улице, теперь я живу как барыня в усадьбе, – засмеялась Полина. – Пойдём, пора уже и чаю попить.

– Не до чая, тётя Поля, слава Богу вас встретила. Всё думаю, думаю, но никто не даёт нужных советов, на вас надежда. Мама ничего слушать не хочет, только Сашу ругает и называет дочку сиротой.

– Это она зря, но что-то тебя сильно волнует, не просто развод. Ты же у нас рассудительная, спокойная, в отличии от твоего Саши. В нём я всегда сомневалась.

– Вы о том, что он гулящий?

– Слишком любвеобильный, я бы сказала.

– Это само собой, я почти привыкла. Но произошло кое-что совсем на него не похожее. Понимаете, когда он с друзьями открыл свою фирму, сначала дела шли хорошо, денег хватало. Но потом что-то у них не заладилось, и он нашел себе богатую девушку, ему дали дорогую машину, у них большая квартира на двоих. И теперь он работает на её семью.

– Людочка, увы, история нынче обычная, и уже не считается порочной. Если сказать – слаб человек, то никому легче не станет. Искушение деньгами мало кто преодолевает. Предал тебя сейчас, значит, что предал бы в любую минуту. У тебя ещё куча времени начать всё сначала.

– Я пыталась так думать, пока он однажды не сказал, что с удовольствием ушел бы оттуда, а лучше имел бы две жены.

Поля засмеялась, но девушка сразу осунулась и чуть не заплакала.

– Извини, что смеюсь, но уж слишком нелепо всё. Мне показалось или ты его оправдываешь?

– Его купили, как игрушку.

– Допустим, но если человека можно так легко купить, то цена ему копейка. К тому же что-то в вашей семье было не так, если такое произошло.

– Он всё время проводил на работе, я с ребёнком, пока работать не начала… как у всех, впрочем. Дочку он любит…

– Ты только не плач, хотя полоса у тебя явно не белая, но и не чёрная. Надо набраться сил, дочке не нужна страдающая мама.

– Да нет у меня сил, – всхлипнула Людочка.

– Давай-ка сядем, и ты успокоишься. Вот и славно, вытри слёзы.

Во дворе многоэтажного дома, усыпанного яркими листьями, стояла окрашенная голубой краской скамейка. Поля усадила девушка и присела рядом.

– Ты что-то не договариваешь, Люда. Давай уже на чистоту.

Люда немного помолчала, разгребая носком ботинка груду листьев, и лишь потом тихо заговорила.

– У него были большие долги, очень большие. Он взял кредит, но отдавать было нечем. Его соучредитель сбежал, и он нашел выход.

– Бизнесом управлять – талант нужен, а семьёй – гениальность.

– Как-то раз пришел весь как на иголках, огрызался и кричал, а потом высказался, что никогда не будет бедным, чего бы это ни стоило.

– Погоди, я вспомнила, как он ещё в школе говорил, что у него одна мама и ей трудно жить, поэтому он сделает всё, чтобы она не нуждалась. Похоже – делает.

– Теперь у него дочь нуждаться будет. Если честно, мои родители нам с дочкой помогают, да и ему немало давали. Папа всю жизнь трудился и Саше об этом напоминал.

– Картина ясная, без вариантов. И не вздумай за него бороться, борись за себя.

– Тётя Поля, я не могу сидеть сложа руки. Дочке нужен отец…

– Не дури. Что ты собралась сделать?

– Узнаю, что там за семья, зачем им Саша.

– А дальше?

– Открою ему глаза.

– Наивная, у твоего Сашки глаза прекрасно открыты. Твои родители, как я поняла, и квартиру вам купили, и деньгами помогали. Но ему захотелось больше.

– Нет, его обманули.

– Людочка, ты поезжай домой, дочке ужин готовь, а в таких делах я тебе не помощник. У тебя чувства, а у меня циничный прогнатизм. Голодный ест впрок, а желающий стать богатым – раб своих желаний.

– Погодите, ещё минуточку, есть ещё один момент, который меня пугает.

– Только быстро, что-то у меня опять шея разболелась.

– У него есть идея уехать отсюда в Сочи.

– Прекрасная идея, если честно. Там тепло, не Сибирь. С новой семьёй поедет?

– Мне сказал, что нас заберёт.

– Ага, жди.

– Он мне и маме своей сказал, что разбогатеет и увезёт нас на юг.

– Ты думаешь, что он хочет обмануть тех людей? Разбогатеет за их счёт и уедет?

– Примерно так.

– Вот прохиндей. Но это у него не получится. Сам себя перехитрит. Сашка, Сашка, ума у него никогда не было. Где его можно найти? – Поля спросила, сама не радуясь своему вопросу.

– Он товар в наш супермаркет привозит раз в неделю. Вернее, он сопровождает поставки мебели, они там диваны делают.

– Когда точнее?

– По субботам, с утра.

– Ладно, поговорю с ним, но только ради тебя. Ничего не обещаю, возможно только скажу ему, что я о нём думаю.

Попрощавшись с Людочкой, Поля вернулась домой с приступом остеохондроза.

Глава 3. Зять

Утренняя прохлада и отсутствие желания разговаривать с молодым человеком заставляли Полю зябнуть в салоне автомобиля, хотя оделась она тепло, даже слишком. Муж поинтересовался что за покупки у неё в субботу, да ещё так рано.

– Петя, там сегодня распродажа, хочу зятю подарок купить.

– С чего это, он же в декабре родился.

– Ну, потом распродаж не будет.

– Что-то ты путаешься в показаниях, в декабре всегда распродажи. Ладно, не хочешь – не говори.

– Я всегда хочу с тобой разговаривать, но пока сказать нечего. Приеду, может и будет о чём поговорить.

Но так, как Поля представляла встречу с бывшим учеником не получилось с самого начала. Где находится склад для разгрузки товаров она не знала, зато встретила ещё одну старую знакомую, работающую в супермаркете в отделе детской одежды.

– Полина, привет! Ты за покупками? Заходи ко мне, у меня чудесные вещи для твоих внуков, залюбуешься.

– Вера, ты извини, я рада тебя видеть, но я занята. У внуков одежды девать некуда, я им только игрушки покупаю. Скажи мне лучше, как попасть к вам на склад, куда мебель привозят.

– Ты мебель хочешь купить?

– Если бы я хотела купить, то пошла бы туда, где её продают.

– Тогда скажи зачем тебе на склад.

– Вер, честное слово, шея жутко болит. Ты мне покажи, а в следующий раз обязательно поболтаем.

– Пошли, покажу, если так надо. Там сейчас одни грузчики товар разгружают. Тебе кто из них нужен?

– Знаешь Верочка, никто мне не нужен. Я передумала, не пойду на склад.

– Не обижайся на моё любопытство, мне ужасно скучно с утра, поболтать не с кем. Вон дверь, можешь спокойно заходить. Но потом забеги ко мне, хоть на минутку.

– Постараюсь, – пообещала Поля, открывая тяжелую двухстворчатую дверь.

За дверями оказалось огромное помещение, заполненное стеллажами и ящиками. Пришлось обогнуть их и выйти к распахнутым настежь воротам.

Сашу не узнать было трудно: высокий, спортивного телосложения, он стоял к Поле боком и что-то кричал грузчикам.

То, что Поля пришла вовремя её порадовало: разгрузка заканчивалась. Поля присела на ящик и ждала, когда Саша освободится. Бывший ученик вёл себя уверенно, командовал с удовольствием, наслаждаясь своей ролью. Наконец-то разгрузка закончилась, и Поля подошла к Саше.

– Привет, Александр.

– Ой, тётя Поля, не ожидал вас тут увидеть. Что-то покупаете?

– Я по твою душу.

– В смысле, вы ко мне пришли?

– Угадал.

– Понятно, Люду встретили.

– Да. Мы можем поговорить?

– Можем, конечно. В машине вам удобно будет? Только тема исчерпана, мы разводимся.

– И правильно делаете, – Полю начинало раздражать то, что молодой человек не желал выходить из своей роли.

На заднем дворе супермаркета стояло много автомобилей, и Саша направился к самому шикарному из них.

– Вот мой, – не без гордости объявил он.

– Красиво живёшь.

Полина села на кресло рядом с Сашей, а он сразу погладил новенький руль.

– Что хотите спросить, Полина Алексеевна?

– Не догадываешься?

– Нет, я же не первый, кто разводится.

– Увы, не первый. Но, как я поняла, ты и новый брак собираешься разрушить, и всё ради денег.

– И что в этом такого уж плохого? Жизнь одна, не пропадать же теперь.

– Значит Люда права и ты собираешься на юг?

– Почему бы и нет.

– И маму с собой заберёшь?

– Не сразу, но заберу.

– Саш, ты всегда старался всех перехитрить, но я помню и другого Сашку, способного помочь и понять других.

Немного сжав руль, Саша зло посмотрел на Полю.

– Если все вокруг обманывают, то мне что, лохом быть?

– Прямо так и все.

– Я вляпался в такой кредит, что век не отдать. Да, мне помогли, и теперь я дышу спокойно. Мне нужно было повеситься и повесить кредит на Люду?

– Это понятно, но зачем девушку обманывать?

– Я никого не обманывал.

– А зачем ты такой нищий этой девушке?

– У неё есть физический недостаток, одна нога короче…

– Тем более её нельзя обижать.

– А меня можно?

– Саш, я тебе не судья, но скажу, что думаю. Ты от Люды отстань, не оставляй ей надежды, сама выберется. А девушку свою береги, постарайся сделать счастливой. Выбор ты сделал, поздно суетиться.

– А если я её не люблю?

– Никого ты не любишь. Хотя, возможно ещё и полюбишь. Много ты был должен?

– Много, тётя Поля.

– Тогда будь мужчиной.

Сашка давно отпустил руль, и его руки безвольно лежали на коленях.

– Тётя Поля, я сам себе противен, тошнит от самого себя. Ещё мама…, – Саша резко замолчал.

– Что мама, болеет?

– Сильно не болеет, но как-то резко постарела и ничего не хочет, кроме жизни у моря.

– Так это мамина идея?

Саша кивнул, виновато глядя на Полю.

– Сашенька, мы, люди, иногда не ведаем, что творим. Ладно, я и Люде сказала, и тебе скажу – начинайте всё сначала. Верни эту машину, поезжай в Сочи на заработки, а там уж как получится всех осчастливить.

– Не, не выйдет. Долг слишком большой, далеко не убегу.

– Объяви себя банкротом.

– Пробовал – не получилось.

– Не знаю, ищи выход, но не торгуй собой. Пока, Александр.

Вернувшись в супермаркет, Поля поднялась на второй этаж и зашла в магазин к Верочке. Женщина сидела на стуле, читая книгу, краем глаза поглядывая на вход.

– Полина, ты пришла. А я детектив читаю, страсть как люблю. Народу с утра – никого. Нашла, кого хотела?

– Да, нашла. Вер, ты случайно не знаешь, что за семья такая, которая диваны вам поставляет?

– Знаю, их фамилия Бутенко, они ещё и кресла делают. Ты их искала?

– Не совсем, да не важно. Тёплые костюмчики есть?

– Есть, но лучше их не покупать. Дождись следующего привоза, это прошлогодние. А ты слышала, что об этой семье говорят? Зять у них появился, но они его используют, а потом выбросят на помойку. Претендентов у них уже много было, ни один не задержался.

– Даже так? Я думала, что наоборот.

– Поль, ну расскажи зачем они тебе. До ужаса скучно здесь сидеть.

– А ты всем остальным?

– Клянусь детьми – никому!

Глава 4. Бутенко

Вера, будучи женщиной неугомонной, не любила сидеть на одном месте. Даже знакомство её с Полей, живущей когда-то в соседнем подъезде, произошло во дворе дома на собрании жильцов. Именно она чаще других задавала вопросы городским властям, уговаривая всех жильцов выходить на уборку по выходным. Зная всех детей во дворе, Вера первая здоровалась с ними, называя по имени. Свои дети давно выросли и благополучно жили отдельно, а муж работал и вполне обеспечивал Веру. Но ей не сиделось, и она пошла работать в супермаркет именно из-за скуки. На первый взгляд её внешность отталкивала, тем более её грубый низкий голос. Но человеком Вера была замечательным, честным, любящим веселье и саму жизнь.

– Вера, мне, конечно, нужно кое-что узнать, но без огласки.

– Всё что смогу – узнаю.

– Как ты собираешься это сделать?

– Смотря о ком нужны сведения. Последнее время сюда приезжает Саша, тот ещё надутый петух. А раньше глава семьи приезжал, шустрый такой мужчина. Его кажется Арик зовут.

– Армянин?

– Не знаю, может Аркадий. И его жена часто ходит по магазину, проверяет как продаётся мебель. Тоже не тихая, но культурная, в теле дама. Видела я их дочку хроменькую. Что-то у неё с ногой с рождения, а в 90-е лечить было не на что, так и осталась одна нога короче. Работящие они, такое производство трудно было организовать, я их уважаю. Жаль, что уезжают.

– И ты слышала, что они в Сочи собираются?

– В Сочи? Точно не знала, но слухи были.

– Захотели в тёплые края.

– Да ну, Поля, в тёплые края в отпуск хорошо ездить, а дело бросать глупо. Если это правда, то что-то у них случилось, раз ехать собрались. Хорошо, про это я узнаю.

– Верочка, только без шума. К тебе покупатели пришли, я пойду. Кажется, я опять влезла в чужие дела, муж меня убьёт.

– Не смеши, твой муж – сама доброта.

– Стареет, Вера, Петенька, ворчать начал много. Ну, я пошла.

– Пока, – Вера уже устремилась к покупателям.

А Полина спустилась вниз, выпила капучино в небольшое кафе, купила винограду и вышла из супермаркета.

«Не так многих можно назвать просто плохим человеком, чаще – с отклонениями: жадным, нечестным, грубым, злым. Но рядом с такими недостатками иногда просвечивают и достоинства: любовь к близким, трудолюбие, даже талант. Но когда кто-то хочет перехитрить кого-то, нужно чтобы всё хорошее временно подождало, когда начнут соревноваться не лучшие из достоинств».

– Петь, я винограду привезла. Иди, ешь витамины.

– Спасибо Поль, но я потом. Гостей не ждёшь?

Поля стояла в дверях гаража, а муж возился со старой семейной машиной.

– Ты о чём?

– Вроде Лена собиралась к нам, ты мне говорила.

– Ой, точно, вот я дура, совсем забыла. Нет, нельзя, чтобы голова не работала, занятая всякой ерундой. Если Кира меня не вылечит, то я не знаю, что буду делать.

Поля ушла на кухню собираясь готовить обед. Она достала мясо, овощи, сыр, разложила продукты на противень и отправила его в духовку.

Поля не виделась с лучшей подругой почти всё лето и начало осени, не считая редких разговоров по телефону. Готовя обед, Поля почувствовала, как она соскучилась по подруге. Лена всегда много уделяла время работе, но и отдыхать она любила в тёплых странах: видеть в жизни гармонию из обязательств и вольностей, дружить без условий – лучшие качества для подруги. Такой набор из человеческих качеств восхищал Полю. Находясь в объятии крупных, тяжелых, но мягких рук Лены, всегда было для Поли минутами умиротворения.

– Леночка, наконец-то. Петя с утра мечтал посидеть с тобой за столом, закусывая солёными груздями и икрой.

– А я как мечтала! Иди, Петя, обниматься, – Лена крепко обняла невысокого, худощавого Петю.

Болтая без умолку, Поля рассказывала о летних приключениях, о приезде детей и обо всём, что приходило в голову. Изредка и Лена вставляла фразы о своём осеннем отпуске, показывала фотографии и громко смеялась. Как обычно меньше всех говорил Петя, зато прибывал в благостном состоянии.

– Она опять в какую-то историю вляпалась, – вдруг высказался Петя. – Отговори её, пока не поздно.

Полина удивлённо посмотрела на мужа: – С чего это ты решил?

– А у тебя глаза меняются, когда ты выходишь на тропу поиска приключений.

– Поль, Петя прав?

– Ему кажется, я пока ничем не собираюсь собираться, кроме дома, – замялась Поля, не глядя на мужа.

– Не ври, а лучше скажи кого опять спасаешь.

– Ну, встретила девушку, которая когда-то ко мне на занятия ходила, да и её муж – Сашка. Петя, ты должен их помнить, раньше в гости к нам приходили, лет десять назад. Разводятся они, хотя дочка в школу только пошла. Саша уже живёт с другой девушкой, не бедной, её родители мебель делают. Теперь вот собираются в Сочи уехать, насовсем. Нечаянно узнала, что и эти мебельщики тоже люди странные, как-то используют этого Сашку. Но мне жалко Люду, вдруг она пострадает.