Не пара

Глава 1. Перепутала

Алиса

– Классная вещица, – подруга с восторгом разглядывает светящуюся стеклянную рамку с фотографиями, которую я только что забрала из салона, – ты здесь смешная такая, Алис. Малявка.

– Мне здесь пять.

Мой любимый снимок, на котором Миша кормит меня плюшкой, а я сижу на скамейке с жутко довольным видом, потому что просто обожала, когда лучший друг моей старшей сестры присоединялся к нам во время прогулки и баловал меня сладостями.

– А здесь вообще год. Это мой день рождения был, – указываю пальцем на фото в правом углу. На нём, конечно, помимо нарядной меня, тоже присутствует Мишка. – А здесь уже шестнадцать.

– Ага. И смотришь ты на него так, словно он вкуснее той самой плюшки, – подначивает Карина.

Это факт. Миша для меня всегда был лучше всех плюшек вместе взятых. Я с пяти лет видела его своим будущим мужем, вопреки тому, что они вместе с моей сестрой надо мной тихо посмеивались.

Эта рамка именно для него. Подарок в день рождения, который я хочу ему сегодня вручить.

Мы с ним давно выросли. Мне девятнадцать, ему тридцать два. Он больше не катает меня на плечах, но я для него все – равно остаюсь «мелкой», «мелочью», «малявкой».

Жутко ненавижу эти обращения в свой адрес. Пока была маленькой, эти слова казались уместны, а сейчас раздражают. Миша упрямо отказывается видеть во мне взрослую девушку, которой я стала.

Но я нацелена исправить это. Осипова я в конце концов, или нет?

– Может все—таки возьмешь меня с собой? – строит бровки домиком Карина, когда мы подходим к автобусной остановке. – Я тоже хочу в клуб. По приглашению.

– Не могу, лап. Оно на одного.

Миша отмечает праздник в компании коллег в одном из ночных клубов премиум класса. Завтра он улетает на конференцию, поэтому возможность своевременно отдать ему подарок у меня будет только вечером. Весь день он «в запаре», как он выразился, когда я позвонила его поздравить в обед, поэтому он выслал мне приглашение на вечер.

– Да помню я. Только успокой моё нервное сердце и скажи, что ты пойдешь не в своем извечном прикиде девчонки с района? – Карина окатывает мою рубашку, повязанную на бедрах, скептическим взглядом, – Так ты точно не докажешь своему Мише, что выросла.

Да знаю я. И хоть я обожаю спортивный стиль одежды, для клуба такого уровня в который я сегодня собираюсь, он точно не подойдет.

– Нет, мы с сестрой на днях были в торговом центре и купили мне пару платьев. Одно из них сегодня и выгуляю.

– Ммм, короткое? – играет бровями подруга.

– Не слишком, но с открытой спиной.

Вообще, я не очень жалую платья, особенно короткие. Мне гораздо комфортнее в широких спортивных штанах и топе. Но сегодня я хочу выглядеть так, чтобы у Миши больше не возникало сомнений на мой счет.

– Супер. Я уже не помню, когда тебя в таком видела. И каблуки не забудь.

– Не забуду, – смеюсь прежде, чем поцеловать её в щеку, – всё, я убежала, созвонимся.

– И фотки мне скинь, – крик Карины прилетает мне в спину уже сквозь закрытые двери автобуса.

Фотки ей конечно, скидываю.

Вечером, когда полностью собранная, стою напротив зеркала в коридоре и рассматриваю себя, едва узнаю.

От природы волнистые волосы я выпрямила утюжком, глаза лишь слегка подвела подводкой и накрасила ресницы. Губы решила не трогать.

Осторожно пробегаюсь подушечками пальцев по нежной ткани платья. Оно правда, очень красивое. Не совсем моё, потому что даже такая длина мне кажется короткой, но я в нём другая…

Такие ему нравятся ведь? Сколько помню пассий Миши, все красивые, лощёные, с идеально гладкими волосами.

В груди трепетно стучится предвкушение встречи и его реакция…

Увидь уже наконец меня, Миш.

Глубже вдохнув, кладу рамку в сумочку и выхожу на улицу.

В клуб меня пропускают без вопросов, стоит лишь показать электронное приглашение и айди карту.

Внутри темно, народ танцует под пульсирующие басы музыки. Блики стробоскопа скользят по стенам и рассмотреть кого—то просто невозможно.

Я осматриваюсь, чтобы понять где вообще находятся вип—зоны. Похоже, что на втором этаже, если судить по охране, стоящей около прозрачной лестницы.

Достав из сумочки телефон, набираю Мишу. Лучше пусть он встретит меня. Отойдя к стене, прикрываю одно ухо рукой, пока в трубке раздаются короткие гудки. Занято.

Так ладно. Попробую пробиться наверх.

Чуть оттянув вниз подол платья, который так и норовит задраться выше, подхожу к охране.

– Добрый вечер, мне нужно в ВИП—зал, – и для достоверности демонстрирую двум крепким секьюрити экран с пригласительным.

– Вам на третий этаж, – расступившись, меня пропускают вперед.

Пока поднимаюсь, ищу глазами лестницу, ведущую на следующий этаж. Она оказывается чуть поодаль. По ступеням как раз спускается мужчина. Всё во мне подбирается, потому что в первую секунду мне кажется, что это Миша. Я узнаю его комплекцию: широкие мужественные плечи, узкий торс. На нем легкая светлая рубашка с длинным рукавом, вольготно расстегнутая сверху, и черные брюки. Уже собираюсь махнуть ему рукой, когда понимаю, что ошиблась. Мой Миша идет как раз следом за этим мужчиной.

И он также одет в белую рубашку и черные брюки.

Хорошо, что у нас девочек выбор одежды не заканчивается рубашками и брюками, и вероятность прийти в одном и том же сводится к минимуму.

Миша сворачивает в коридор, я окликаю его, стараясь ускорить шаг.

Но он меня не слышит, потому что говорит по телефону, и еще потому, что здесь, на первом этаже намного громче музыка.

Засмотревшись ему в спину, не замечаю, как налетаю на парня, идущего мне на встречу и едва не оступаюсь прямо на лестнице.

Благо, он меня ловит и удерживает.

– Извините, – с благодарностью прижимаю руку к груди, потому что сердце успело сделать кульбит от перспективы скатиться вниз.

– Да ничего, – улыбается он, – живая?

– Да, – бросив взгляд в коридор, где скрылся Миша, тороплюсь туда же, – еще раз спасибо.

– Обращайся, – доносится весело мне в спину.

Забросив мобильный в сумочку, достигаю коридора. Миша как раз направляется в одну из дальних комнат. По телефону уже не говорит, а мне даже не перезванивает. Вот же!

Ну ничего. Сейчас мы это исправим.

Улыбаясь самой себе, действую по нашему привычному сценарию. Ступая на носочках, догоняю его и тянусь, чтобы закрыть ему ладонями глаза. Это и раньше было сложно, потому что Миша был сильно выше, а сейчас, несмотря на то, что я на каблуках, кажется отчего—то вообще сложно выполнимым, будто он и в росте прибавил, но я справляюсь.

– Ничего не говори, – предупреждаю, уже предвкушая его реакцию. – У меня для тебя подарок. Но нужна темнота, чтобы ты оценил всю красоту в полной степени.

В коридоре и так не сильно светло, но рамка смотрится по—особенному красиво именно в темноте. Она подсвечивается диодами по краям и россыпью крошечных лампочек в середине.

Миша слегка притормаживает.

– Иди—иди, и глаза не открывай, я скажу когда можно.

Мы не спеша, чтобы не упасть, проходим еще несколько шагов.

– Стой, – толкнув дверь в одну из комнат, замечаю, что она пустая, а внутри не горит свет. Похоже еще одна випка, но сейчас без гостей.

То, что нужно. Мы займем её всего на пару минут. Думаю, никто против не будет.

– Иди сюда. Медленно. Не подглядывай!

Ступая задом, завожу его в комнату и прикрываю дверь.

От кромешной темноты реакции организма в миг заостряются. Я чувствую рядом Мишу и инстинктивно сглатываю слюну.

Я всегда мечтала, что именно с ним у меня будут самые настоящие отношения. Серьезные, взрослые. Его присутствие всегда действовало на меня так, словно я оказывалась в защищенном от всего мира коконе.

Сейчас же почему—то ощущения совсем иные.

То ли это его новый парфюм так действует, то ли кромешная темнота… не знаю, но нервные окончания мои без причины натягиваются.

– Итак, подарок, – на ощупь нахожу в сумке краешек рамки и нащупываю кнопку включения подсветки.

Там три уровня. Первый – самый слабый. Включив его, неспешно тяну за край, чтобы не поцарапать стекло о молнию.

– Тебе понравится, обещаю.

Мягкий свет подсвечивает пространство и моё лицо, но не успеваю я достать рамку, как вдруг Миша перехватывает моё запястье, и она падает обратно в сумку, возвращая в пространство темноту.

– Что ты…

– Мне уже нравится, – нетерпеливый шепот ударяется в барабанные перепонки.

По телу проходит мощный разряд электричества, когда мои скулы внезапно обхватывают горячие мужские пальцы, а твердые губы прижимаются к моим.

В организме происходит сбой, эмоции ошалелыми зверями кромсают сознание.

В первые секунды я не могу сообразить, что происходит. Только чувствую давление влажного языка на мой, терпкий мужской аромат и покалывание щетины, пока Миша меня целует.

Миша…меня…целует… Сам!

Да так, что у меня голова идет кругом и мурашки покрывают всю поверхность кожи.

С ума сойти. Это происходит на самом деле!

Я всегда представляла каким будет наш с ним первый поцелуй, но и не подозревала, что вот таким. Диким. Необузданным. Каким—то на грани дозволенного, потому что ТАК меня еще не целовал никто. Переместив ладонь мне на затылок, Миша снова и снова толкается языком мне в рот, а второй рукой притягивает к себе за талию. Сминает платье пальцами и вжимает в себя.

Меня током прошивает от макушки до самых пяток, потому что я чувствую его эрекцию.

Боже…

Неужели он наплевал на все свои «Ты мелочь, Алиска, и всегда будешь такой для меня»?

Значит, не мелочь. Значит, он хочет меня по—настоящему…

Обжигающая энергия, исходящая от Миши, резонирует в меня. Проносится по венам и опускается вниз живота. Жалит, увеличивается подобно шаровой молнии.

Я, охнув, оплетаю мощную шею руками. Ликование заставляет сходить с ума. Я знала, что с НИМ будет неповторимо, но и не догадывалась насколько. Остро, немного болезненно, словно он и не планирует себя контролировать.

Большая ладонь ползет по моему бедру, задирая подол платья. Не успеваю растеряться и испугаться подобного напора, когда хриплый голос доносится в мое воспаленное сознание и заставляет цепенеть.

– Так где там мой подарок?

Действует, как ушат холодной воды.

Это не Миша…

Глава 2. Нежданчик

Алиса

Голос Миши я узнаю из миллиона, потому что наизусть знаю каждую интонацию. Он у него приятный, бархатный, теплый, как мед.

Голос же этого мужчины очень низкий и хриплый. С нотками, от которых у меня в горле пересыхает.

– Погодите, – шепчу ошарашено, пока чужая рука продолжает ползти вверх. Поверить не могу в то, что происходит. Воздуха резко начинает не доставать. – Подождите, остановитесь!

Хватаю его за широкое запястье, останавливая путь к моему белью.

Мне срочно нужен свет. Развеять это помешательство.

Слегка отстранившись, мужчина требовательно касается моего подбородка пальцами.

– Поехали ко мне. Продолжишь дарить то, что начала.

Я не вижу его глаз, но чувствую, как он смотрит на меня. И кем видит. Боже…

– Извините, мне нужно идти… – невнятно лепечу, шокированная произошедшим, и упираюсь ладонями в широкую грудь.

Обычно, я не блею, как овечка, но сейчас мне очень страшно.

Оказаться с незнакомым возбужденным мужчиной в темной комнате совсем не то, что нужно девушке, которая и целовалась—то от силы несколько раз в жизни.

– Не получится, красивая. От меня не убегают.

– Ну Вы же не беговая дорожка, чтобы бежать, но не убегать.

От жара, что исходит от его тела, хочется прикрыться, словно он может испепелить меня.

– Послушайте, пожалуйста, я ошиблась. Перепутала вас с другим.

Извернувшись, мне наконец, удается нащупать дверную ручку и открыть дверь, запустив в комнату свет от настенных бра коридора.

На автомате делаю несколько быстрых шагов наружу.

Меня все еще трясет, ноги ощущаются ватными, а в щеки ударяет краска, когда я встречаюсь с пронзительным взглядом раздраженных глаз.

Боже… это тот мужчина, который шел первым по ступеням. И он… кажется мне смутно знакомым.

Нахмурившись, пробегаюсь взглядом по широким скулам, покрытым короткой щетиной, широким бровям, небольшому шраму на лбу, и бесстыдным губам, которые только что терзали мой рот, и в ужасе отшатываюсь.

– Саша? – вылетает из меня еще более шокировано, чем осознание факта с кем я на самом деле только что целовалась.

Уперев плечо в дверной проем, мужчина складывает руки на груди и вопросительно заламывает бровь.

– Имя своё назовёшь?

– Ты меня поцеловал, и только теперь спрашиваешь имя?

Жмёт плечами, будто подобная ситуация для него так же буднична, как для меня кофе по утрам.

А я понимаю, что он меня не узнает…

Да и не удивительно. Мы виделись последний раз года два назад, а до этого пару раз в год на семейных праздниках.

– Алиса, – развожу руки в сторону, пока его ленивый взгляд ползет по моим обнаженным ногам. – Алиса Осипова.

Взгляд, остановившись на моих коленях, застывает и рывком поднимается к лицу.

Пристально рассматривает меня, а я поднимаю руки и стягиваю на затылке хвост, демонстрируя более привычную версию меня.

Именно так я всегда хожу – в спортивках и с высоким хвостом.

– Блядь… – выдыхает ошарашенно, – Алиса?

– Ага. Нежданчик, правда?

Зависнув на мне все ещё полным неверия взглядом, Саша внимательно всматривается в мое лицо, а потом с шумным выдохом запрокидывает назад голову и смеётся.

Оттолкнувшись от проёма, растирает лицо руками.

Я только сейчас замечаю под манжетами мужской рубашки выглядывающий рисунок татуировки. У него ими вся правая рука покрыта, на сколько я помню и на спине тоже имеется.

Наблюдаю немного растерянно, чувствуя, как меня наконец отпускает страх.

Сашу я тоже знаю давно, но совсем не так близко, как Мишу.

– Ты когда так вырасти успела, девочка? – отойдя от шока, он теперь уже смотрит на меня иначе.

Без угрозы, но с неприкрытым интересом.

Жму плечами, снова краснея. Его взгляд отличается от взглядов моих сверстников. Он более тяжелый и… какой—то волнующий.

– А ты всегда так набрасываешься на девушек, которых не знаешь? – нервно поправляю сумочку.

– Только если они мне очень понравились.

Понимаю, что это его привычная манера общения с противоположным полом, но несмотря на это опускаю взгляд.

В сумочке очень вовремя начинает звонить мобильный. Вздрогнув, тянусь, чтобы достать его, когда сзади раздается.

– Алиска?

Обернувшись, замечаю Мишу, идущего по коридору и прижимающего к уху телефон. Заметив меня, он сбрасывает вызов, и мелодия входящего прерывается.

– Привет, – расплываюсь в улыбке, когда он подходит и сгребает меня в объятия.

Так, как делает всегда – будто медведь, обхватывает большими лапами.

Я смеюсь и… вот такие объятия узнаю.

И как я могла подумать, что Миша вдруг решил поцеловать меня? Господи, наивная..

– С Днем Рождения.

– Спасибо, мелкая, – отпустив меня, закидывает руку мне на плечо и подгребает под себя. – Прости, сегодня закидали поздравлениями, пропустил твой звонок. Но тебе я вижу скучать не дали.

Переводит взгляд на Сашу, а тот сощуривается.

– Так вот кому подарок, – снисходительно находит мои глаза, натягивая мои нервные окончания.

– Какой подарок? – не понимает Миша.

– Тебе понравится, – отвечает Саша, а потом подмигнув мне, разворачивается и уходит по коридору.

Я зачем—то провожаю широкую спину взглядом, все еще ощущая, как горят губы.

Сумасшествие какое—то, Господи…

Он ведь еще старше Миши. Сколько ему? Тридцать четыре—пять?

– Так что за подарок, Алис? Я готов принимать. Только давай не долго, народ ждет.

Точно… подарок.

Тряхнув головой, чтобы отогнать странные ощущения, все еще горящие в теле, показываю ему на дверь все той же комнаты.

– Заходи.

Оказавшись снова в темноте, замечаю, что сейчас мне спокойно. Так же, как и всегда рядом с Мишей. И как я не придала значения своим же ощущениям? Как не распознала сразу?

Достав из сумки рамку, включаю третий уровень подсветки и вручаю Мише.

– Держи. Ещё раз с Днем Рождения, Миш!

Хмыкнув, Миша с улыбкой рассматривает с десяток снимков, которые я поместила внутрь.

– Круто, вот эта моя любимая, – ткнув пальцем на ту, где мы с ним на детском аттракционе, вызывает у меня лёгкий смех.

Я знала, что её он оценит больше всего. Потому что я на ней реву. Мне было семь тогда. Мое красивое платье испачкала какая—то неуклюжая девочка мороженым, а я так злилась на неё, что потянула в отместку за косичку и завалила на землю. Её мама меня отругала, а Миша вступился. Все те минуты я стойко выдерживала её нелестные слова в мой адрес, а когда уселась на аттракцион, разревелась, потому что мне было стыдно находиться перед ним в грязном платье.

– А я все их обожаю. Потому что ты всегда со мной. За что я тебя и люблю.

Поднимаю голову и встречаю с взглядом улыбающихся глаз.

– Спасибо, мелкая. Поставлю себе в гостиную, – Миша привычно тискает меня за щеку, а потом кивает на дверь, – Ну что, идем?

– Да.

Подавив мимолетную вспышку разочарования, выхожу из комнаты.

– Пойдем наверх? Посидишь немного с нами. Правда, тебе скучно скорее всего будет, наш треп тебе не интересен. Но во всяком случае, будет как минимум два человека, которые тебе знакомы.

Два… Точно…

Испытав странное смятение, все же соглашаюсь. Нужно просто вычеркнуть случившееся из памяти, потому что нам с Сашей встречаться еще не раз. Как минимум на следующей неделе моя систер Оля с ее мужем Давидом позвали меня на шашлыки, и сказали, что будут все «свои». А Саша входит в этот круг “своих”.

Глава 3. Хорошая ученица

Алиса

– Симпатичное платьице.

Пока мы поднимаемся на третий этаж Миша окидывает взглядом мой образ.

Заметил все—таки…

С улыбкой приподнимаю подбородок.

– Нравлюсь?

– Ты мне и в пижаме своей с медведями нравишься, – хохотнув, подталкивает меня к одной из комнат, забитой гостями. – Народ, – свистнув, привлекает всеобщее внимание, – Это моя сестра. Алиса. Прошу любить и руки не распускать.

Молодые девушки приветливо улыбаются, а мужчины, возрастом примерно, как Миша с Сашей громко и немного пьяно смеются.

– А с каких пор у тебя появилась сестра? – интересуется молодой парень, не многим старше меня.

– Алиска не по крови. Но в челюсть я за неё втащу, как за родную.

– Яяяясно, двигаемся народ.

Мне освобождают место на одном из диванов и угощают бокалом с шампанским.

Сделав глоток, чувствую, как на языке лопаются пузырьки прохладного алкоголя. Пью я редко, и в основном что—то легкое. Мой папа в свое время страдал сильным алкоголизмом, от чего нам с сестрой приходилось не сладко, поэтому я никогда не пью больше одного или двух бокалов и всегда только в проверенной компании.

Народ произносит тосты в честь Миши, обсуждает что—то на «своем», компьютерном, а я просто радуюсь тому, что могу немножко побыть в его привычном мире. Подсмотреть за тем, как он свободно общается с коллегами, как громко смеётся и чокается рюмками с мужчинами.

Сашу среди присутствующих не обнаруживаю. И это очень хорошо. Пока я не готова к тому, чтобы столкнуться с ним лицом к лицу.

– Есть хочешь? – Миша тянется к середине стола и ставит около меня тарелку с карпаччо, – Не пей на голодный желудок.

– Я не голодна, – но противореча самой себе, тянусь за слайсом мяса и отправляю его в рот.

Люблю вкусно поесть, ничего не могу с собой поделать. А мясо здесь оказывается нереально вкусным, поэтому придвинув ближе к себе тарелку, я цепляю вилкой еще несколько кусочков, хотя дома поужинала.

– Я вижу, – усмехнувшись, Миша щелкает меня по носу. – Ешь давай, тощая вон стала какая.

– Ничего не тощая. Просто платье так сидит.

В моих толстовках обычно не видно фигуры, вот он и думает, что я похудела.

– Как тебя мама в таком только в клуб отпустила?

Закатываю глаза.

– Мне не двенадцать. Я живу отдельно, если ты забыл.

– Вот и плохо. Некому контролировать. Из випки не выходи, чтобы я тебя видел.

В груди теплеет от его заботы.

Все же заметил он изменение во мне, хоть и делает вид, что это не так.

– Слушай, а как так вышло, что Саша у тебя на празднике? – заметив, что Миша собирается взять телефон, пытаюсь продлить наш диалог хотя бы как—то. А то сейчас опять нырнет в поздравления с головой, – Вы вроде не общались довольно близко.

Отложив мобильный, берет бутылку и наполняет свою рюмку коньяком.

– Саня месяц назад из—за бугра вернулся. Его руководителем в отдел продаж назначили. Пересекаемся то в курилке, то на общих сборах. Так уж вышло, что теперь общаемся.

Да, Саша был заграницей два года. Приезжал несколько раз за это время, но мы с ним ни разу не пересекались. Когда у моей племянницы, и его крестницы по совместительству, был день рождения, единственное мероприятие, на котором мы могли увидеться, я валялась дома с ветрянкой.

– Миш, потанцуем? – Мише на плечи ложатся ладони одной из присутствующих девушек, и он, стрельнув в меня мимолетным взглядом, выпивает коньяк и поднимается.

– Конечно, Насть. Пойдём.

В груди неприятно царапает, когда он обнимает её за талию. Близко не придвигается, держится на определенном расстоянии, но это не мешает мне испытать к блондинке ворох самых отрицательных эмоций. Во—первых, за взгляд её собственнический в адрес Миши, когда они начинают танцевать, во—вторых, за то, что обняв его за шею, ее длинные ногти как бы невзначай поглаживают его шею сзади, а в—третьих, просто за то, что он делит с ней такое маленькое пространство.

– Может и мы потанцуем? – звучит мне на ухо дружелюбно.

Поворачиваю голову и натыкаюсь взглядом на того самого парня, что моложе всех здесь.

– Давай, – охотно соглашаюсь.

Встаю и позволяю ему за руку подвести меня к углу, где танцуют парочки.

Вип—комната на этом этаже одна, но довольно большая и открытая. Отсюда видно все, что происходит на втором этаже клуба и частично на первом. Мы будто находимся на огромном балконе со столами и мягкими креслами.

Останавливаемся прямо рядом с Мишей и блондинкой, танцующими у самой балюстрады.

– Я – Олег, – произносит парень.

– Алиса.

– Я помню. Так ты племянница Михи, или… ? А то я не понял.

– Нет. Мы просто знакомы с самого моего рождения. Он мне как брат. – Только вовсе не брат. И я терпеть не могу, когда он представляет меня сестрой. – А ты, я так понимаю, коллега?

– Да. Работаю полгода как всего в компании. Но коллектив супер, мне нравится.

Мазнув взглядом по Насте, кажется, придвинувшейся ближе к Мише на пол шага, замечаю внизу, на этаже под нами Сашу.

Вот почему я его не видела. Все это время он был не здесь. Еще и не один.

По телу табун неуместных мурашек бежит, стоит заметить, как он обольстительно улыбается девушке, сидящей рядом с ним на небольшом кожаном диване. Эффектная брюнетка повернута к нему полу боком, демонстрируя абсолютную заинтересованность в его внимании, а он двумя пальцами неторопливо «шагает» по её голой коленке и что—то говорит. Улыбнувшись, девушка, как мне кажется, немного стеснительно опускает голову, от чего ее темные волосы каскадом закрывают от окружающих, а взгляд Саши загорается.

В нем пляшут бесята, словно ему доставляет сумасшедшее удовольствие её реакция. Он немного склоняет голову на бок, на губах играет самоуверенная полуулыбка. Он будто уже на сто процентов знает, что сегодня эта поверженная будет распята под ним, и предвкушает это. Умелым движением отводит волосы ей за ухо, отчего девушка прикусывает губу и мне даже отсюда видно, как ее щеки наливаются румянцем.

Уголок его губ самодовольно ползет ещё выше.

Чертов обольститель.

Сколько его помню, Саша никогда не отказывал себе в удовольствиях. Даже со свадьбы Оли и Давида ушел не один.

В гости к сестре приходил только пару раз с парой, в остальное время я помню его без сопровождения. Думаю, такие как он, на долго на одной пассии не останавливаются.

Саша – не Миша. Мой Мишка только когда я маленькой была, менял девчонок. Потом вырос и начал заводить серьезные отношения, сильно раздражая меня каждой появившейся в его жизни девушкой. Самые долгие его отношения длились три года. Кажется, он даже жениться хотел, но недооценившая его Кира изменила ему.

Глупейшее создание. Я до сих пор не могу понять, как можно изменить Мише.