Я тебя у него заберу

– Мариам, у нас есть водка с соком, будешь? – одноклассница заговорщицки кричит мне на ухо и сует руку в сумку, чтобы продемонстрировать бутылку из-под апельсинового сока.

Отрицательно мотаю головой.

– Нет, спасибо, я не хочу!

– Точно? Брата твоего не видно. Может, пару глотков? Он и не заметит!

– Нееет, точно нет!

Давид и правда куда-то отошел, да и Оля исчезла. Когда только успела? Поискав их глазами, возвращаюсь к друзьям, по очереди отпивающим из бутылки. По всей вероятности, так проходит каждая их вылазка, но осуждать ребят не в моем праве.

Музыка сменяется на медленную, все разбредаются парами, и топтаться на месте становится глупо. Я уже собираюсь вернуться на скамейку, когда рядом вдруг оказывается какой-то парень, преграждая мне дорогу.

– Потанцуем?

Мужская рука без позволения ложится на мою талию, пока блондин нагло ухмыляясь неприятной сальной улыбкой прижимает меня к себе.

– Нет, я не танцую, – упираюсь, не разрешая уводить себя на танец, и пытаюсь освободиться от чужих объятий.

От парня неприятно пахнет сигаретами и спиртным. Его прикосновения вызывают чувство отторжения, и мне хочется как можно быстрее избавиться от навязчивых рук.

– Да ладно, не ломайся, потанцуем и все. Я на тебя уже полчаса таращусь. Офигенная девочка. Как зовут?

Предпочитаю не отвечать и только сильнее впиваюсь пальцами в довольно крепкие руки. Он выше меня и явно превосходит в силе даже несмотря на то, что выпивший.

– Отпусти, пожалуйста. Я не хочу танцевать.

Верчу головой в поисках брата, но он как сквозь землю провалился. Где же Давид? Куда можно было уйти? Паника начинает распространяться со стремительной скоростью, когда я понимаю, что парень не просто не отпускает меня, а лезет в лицо и что-то еще говорит, обдавая мое лицо мерзким дыханием. Только слов я не разбираю. От страха кровь начинает шуметь в ушах. Мало ли что ему в голову взбредет. Может, он здесь не один вовсе. Господи…

– Эй, отпусти ее, – Ира, заметив мои тщетные попытки избавиться от упрямого негодяя, пытается влезть между нами, – мало девчонок что ли?

– Я эту хочу. Она свободна, правда, детка?

– Нет, – вместо меня из-за спины грубо отвечает до боли знакомый голос. – Не свободна.

Облегчение обрушивается с силой урагана, когда я обернувшись натыкаюсь на лицо Демьяна. Темные глаза, умеющие смотреть на меня с наглой хитринкой, сейчас таят неприкрытую угрозу. От него буквально волнами исходит тяжелая энергетика. Как он вовремя!

Обхватив мой локоть, Демьян тянет меня на себя, заставляя цепкие пальцы блондина расцепиться. Притягивает к себе и по-хозяйски обнимает за талию так уверенно, что даже сомнения не закрадывается в том, что я действительно с ним. Оказавшись на свободе, не замечаю, как сама прижимаюсь к напряженному парню в поиске такой необходимой защиты.

В руках Демьяна спокойно. Они не вызывают отторжения или желания отстраниться. Только сильнее прижаться и почувствовать себя в безопасности.

– Где ж ты был, чувак? Я за ней уже полчаса наблюдаю. Разве можно такую лялю одну оставлять? – со смешком произносит выше на полголовы парень, а мне вдруг снова становится страшно. Только на этот раз не за себя.

Что если этот ненормальный устроит драку и Демьян пострадает?

Мышцы под моими ладонями каменеют, и мне даже кажется, что Демьян еле себя сдерживает. Поднимаю глаза и утыкаюсь взглядом в волевой подбородок. Скулы на источающем предупреждение лице напряжены, глаза почернели, как никогда прежде.

Парень напротив нагло проходится по моему телу пьяными глазами. Настолько неприятно, что меня передергивает. Словно почувствовав мое состояние, уверенные руки Демьяна смыкаются у меня за спиной. Успокаивая. Защищая, пока он произносит без видимой агрессии:

– Насмотрелся? Теперь давай разворачивайся и ищи себе лялю по зубам.

– А то что?

– А то смотреть нечем будет.

– Что здесь происходит?

Голос Давида доносится из-за спины Демьяна. Брат прищуренным взглядом пробегается по нам с Демьяном, в я вдруг понимаю, что стою крепко прижатая к его лучшему другу, и еще и сама обнимаю его. Быстро отрываю ладони от мужской груди, чувствуя, как стыд перед братом затапливает щеки. Что я себе позволяю? Делаю попытку отстраниться, но Демьян не пускает.

– Да тут некто решил твою сестру на танец позвать. Без ее на то разрешения, – кивком головы Демьян указывает на блондина.

– Что?

Кажется, до Давида доходит истинная причина наших объятий. Он резко переводит мгновенно ожесточившийся взгляд на того, кто поняв, что его сила против двух трезвых парней ничто, примирительно вскидывает руки.

– Ладно, ладно, я понял. Ляля занята.

И быстро ретируется.

– Ты в порядке? – Демьян разводит руки в стороны, прячет их в карманы и заглядывает мне в лицо.

Терпкое, неуместное разочарование растекается в груди от того, как в мгновение снова становится пусто вне его волевых объятий.

– Да, спасибо тебе.

– Поехали домой, – брат кивает в сторону выхода из парка, и когда мы оказываемся на аллее, вдруг говорит Демьяну: – Вот именно поэтому у нас и не принято отпускать девушек самих. Из-за таких быдло, что водятся здесь. Уж лучше пусть дома сидит, в безопасности.

Демьян что-то отвечает, и по отрывкам фраз приходит понимание, что это благодаря ему я оказалась сегодня в парке. Глупая улыбка не сходит с лица до самого дома. Он позаботился обо мне. Попросил у брата за меня. Не знаю, чем Демьян руководствовался, но это значит, что я ему небезразлична, ведь так?

Сердце сходит с ума от призрачного счастья. Окрыленное. Глупое. Наивное. Как легко поверить в то, чего нет, но очень хочешь принимать за реальность. И как потом бывает сложно возвращаться из мира грез и видеть серое настоящее…

И пусть сегодня вечер омрачился приставаниями того ужасного парня, где-то в глубине души я была неописуемо рада, что все так произошло. На короткие мгновения появилась возможность почувствовать, каково это быть в объятиях того, кто не выходит из головы ни на секунду. Почему нельзя вернуться во времени и остановить его на мгновение, где ЕГО руки меня обнимали? Я бы вместо того, чтобы испытывать страх, попыталась полностью впитать этот момент в память. Насытиться ощущением его защиты, мужской силы. И хоть шершавая ткань его футболки до сих пор ощущается на подушечках моих пальцев, мне хочется переживать этот момент снова и снова. Как в петле времени.

Дома отец встречает нас и, поинтересовавшись о прогулке, отправляется спать. Мне кажется, я весь вечер парю над землей. Меня нет здесь и сейчас. Существую только в воспоминаниях сегодняшнего вечера. Принимаю душ и ложусь в кровать, когда дверь в комнату открывается.

Мама входит тихо и закрывает ее за собой.

– Нагулялась? – спрашивает недовольно.

Хмурюсь, не совсем понимая ее настроения.

– Да, мы хорошо погуляли, спасибо.

– За что?

– За то, что отпустила.

– Я? Мариам, ты думаешь, что если отпросилась у отца, и он тебе отпустил с Давидом, то я прощу тебе эту выходку?

Я непонимающе сажусь на постели.

– Какую выходку? Я ни у кого не отпрашивалась. Давид сам встретил меня после танцев и сказал, что мы едем в город.

– Еще и врешь. Дожились. Год здесь живем, а ты уже совсем распоясалась.

– Мам, я не..

– Замолчи! – шепотом рявкает мать, приближая ко мне рассерженное лицо.