- -
- 100%
- +
Глава первая. Роман Викторович
Роман Викторович часто задавал себе вопрос: он женился по любви или по расчету? Никакого материального или «продвиженческого» блага от уз Гименея он не ожидал, и поскольку любовь в его сердце тоже не пылала – значит, все-таки присутствовал расчет. Заключался он в следующем: Роман Викторович сразу понял, что наконец-то нашел свой «тыл», надежную «берлогу», убежище – безопасное место, где можно рухнуть, закрыть глаза, оказаться в другом мире, где никто не будет доставать, и ничто не сможет лишить его покоя. К моменту заключения брака у Романа Викторовича было все, о чем он мечтал в полуголодном детстве и юности, недоставало только покоя.
К среднему возрасту, создав прочный материальный фундамент, обладая прекрасной деловой репутацией, Роман Викторович отношения с женщинами строил, как убежденный, не хочется сказать «бабник», это было бы грубо и неточно, скорее, по его же собственному определению, как «хронический и неисправимый любитель прекрасного пола».
Как-то так, само по себе получалось в его жизни, что любое более или менее привлекательное женское существо приемлемого возраста и веса, оказавшееся в поле его зрения и на контролируемой территории, заносилось подсознанием Романа Викторовича в реестр его собственности. А дальше все развивалось в зависимости от обстоятельств…
Роман Викторович оправдывал и даже немного романтизировал свою слабость тем, что возможно им движет какой-то древний инстинкт завоевателя или охотника, а может быть даже главы львиного прайда. В общем, такое поведение вполне вписывалось в образ нормального мужчины, которым он себя считал и просто обязан был им быть.
За всю свою более чем обеспеченную холостую жизнь Роман Викторович никогда не прибегал к услугам «жриц любви», девушек из экскорт услуг и тому подобных представительниц простых понятных и принятых рыночных отношений.
Ему всегда хотелось, чтобы в отношениях присутствовали хотя бы элементы борьбы, интриги, сопротивления. Хотелось верить, что притягивала и побеждала его личность, а не толстый кошелек или перспектива стабильного будущего и прочие пошлые стимулы.
Встречались, конечно, на его пути искусницы, пытающиеся опутать Романа Викторовича паутиной загадочности и недоступности. Но «своего брата – охотника», он узнавал с первых мгновений. Иногда Роман Викторович поддавался на предлагаемую игру, вроде бы «велся на развод». Если охотница была хороша и умна, игра заводила. В такой игре, умело обходя, засады и не попадая в ловушки и капканы, он всегда выигрывал. Проигравшей стороне доставался ценный «утешительный приз». Сердце его всегда оставалось нетронутым.
К своей «страстишке», как ласково и снисходительно называл свой порок, относился спокойно, не собирался с ней бороться, по крайней мере, в ближайшее время, понимая, что рано или поздно все и так пройдет и угаснет. Тем не менее, Роман Викторович старался оттянуть момент неизбежного угасания и внимательно следил за своей физической формой и здоровьем.
Сдержанность в еде и напитках, длительный сон, ежедневная пробежка, силовая гимнастика и закаливание укоренились в жизни Романа Викторовича и позволяли ему не только легко переносить темп и напряжение деловой жизни, но и сохранять внешний вид, достойный ранга сердцееда. Бонусом ему досталась отличная генетика долгожителя.
Конечно, при его финансовом достатке и прочном положении в обществе можно было бы и не так щепетильно относится к собственной внешности. Ведь в наши непростые времена даже прилагаемый, как правило, к состоятельному пожилому мужчине набор возрастных изменений и серьезных заболеваний, в том числе грядущий или уже нагрянувший маразм нисколько не пугает, а наоборот еще сильнее притягивает молодых прелестниц.
Но Роман Викторович держал себя в ежовых рукавицах – ни лишней рюмки, ни лишней ложки.
Глава вторая. Игра по правилам.
Романа Викторовича, как человека образованного, немного старомодного во вкусах и далеко не мажорного «героя нашего времени», слегка тяготили избитость повторяющихся ситуаций и крушение возложенных на него надежд, которые неистребимо селились в сердце любой женщины.
Поэтому для хоть какой-то очистки совести он разработал собственный «кодекс чести» – краткий свод законов отношений с дамами. Состоял «кодекс» всего из трех железных правил – «не болтай», «не навреди», и «не затягивай отношений».
На практике эти правила реализовывались в том, что, во-первых Роман Викторович никогда не позволял себе распространяться о своих победах. Во-вторых, его мимолетные встречи с «чаровницами» не должны были негативно сказаться на их судьбах. И, конечно, исключалась длительность романов. Поэтому второе свидание, если ему и суждено было состояться, становилось последним…
Самым сложным и неприятным был неизбежный момент расставания. Роман Викторович не выносил женских стенаний, упреков, слез, бесконечных сообщений, звонков. Даже мысли о перспективе их появления в своей отлаженной, выверенной жизни вызывали головную боль.
Но ему повезло с «оруженосцем», который легко принял на себя тривиальные моменты. Володя – водитель Романа Викторовича обладал непревзойденным талантом развязки отношений и даром безошибочного определения цены «выкупа» шефа из сладкого плена.
Каким-то непостижимым для Романа Викторовича способом Володя точно знал дату и время наступления «часа икс» – момента прощания и был в полной готовности «разрулить» неловкий момент.
Володя галантно доставлял очередную «радость» восвояси. На заднем сидении отставную чаровницу уже ждал «прощальный набор». В него входили: обязательный букет, корзина сладостей, вина и фруктов, дорогой подарок или конверт с суммой, которую определял сам Володя, не тревожа шефа по пустякам.
На Володин метод прощания «бывшие» Романа Викторовича нисколько не обижались, а, следовательно, и к его шефу никаких претензий не предъявлялось.
Глава третья. Золотая середина.
…Гладко и ровно катилось время по отлаженной годами труда колее. Еще в ранней юности Роман Викторович составил план своей жизни, и пока все шло по задуманному. Капитал прирастал, бизнес крепчал и расширялся, здоровье не подводило.
Роман Викторевич наряду с другими талантами обладал даром занимать правильную ступеньку на карьерной лестнице. Он сразу решил, что «верхние» этажи, как власти, так и бизнеса его не интересуют, а вот «золотая» середина и есть его зона комфорта.
Все в жизни шло Романа Викторовича по составленному еще в юности плану. Единственным нереализованным пунктом жизненной программы оставалось создание семьи. Роман Викторович не мог даже определиться с временным отрезком, в котором должно было свершиться это необходимое и неизбежное событие.
Долгая совместная жизнь с единственной женщиной Роману Викторовичу вообще не представлялась и не вмещалась в его сознании. К тому же у него по-сути отсутствовал опыт длительных отношений.
С другой стороны, как человеку основательному ему претило мелькание браков и разводов, превратившееся в явление обыденное и малозначительное. Нет, если он и решиться когда-либо на брачные узы, то разрывать их не будет.
Пока же одинокая и свободная жизнь с калейдоскопом незатейливых подруг вполне устраивала Романа Викторовича и прочным якорем удерживала от рискованного путешествия в непредсказуемый океан семейных отношений.
Несмотря на привлекательную внешность и успех у прекрасной половины человечества, нарциссизмом Роман Викторович не страдал. Понимал, что никакие диеты, спорт и генетика не могут остановить стремительный поток времени. Одиночество и старость – не лучшие подруги. Но пока ни то ни другое не напоминали о своем существовании…
Глава четвертая. «Неравный брак»
И все-таки женитьба Романа Викторовича состоялась. Случилась это событие неожиданно для него самого. Выбранная им прекрасная половина, ни по каким критериям не вписывалась в принятые стандарты современных состоятельных мужчин.
Познакомились будущие супруги благодаря почти мелодрамной ситуации. Сложившиеся до этой встречи впечатления Роман Викторович от вечера, ночи и утра, перетекали и нанизывались друг на друга, как несвежие куски мяса на грязный шампур.
В тот день он был обязан присутствовать на очередной церемонии заключения «неравного брака».
…Роман Викторович в мужскую дружбу «без интереса» не верил.
Дружил только по делу, трату времени и сил на пустой треп с «задушевными» друзьями считал непозволительной роскошью.
Практически все деловые приятели, с которыми Роману Викторовичу было необходимо поддерживать хорошие отношения, пережили не только второю, но третью молодость. Это не мешало им считать себя парнями «хоть куда» и постоянно менять жен на поколение моложе.
В этот раз Роману Викторовичу было доверено ответственное поручение – организовать венчание по православному обряду. Невеста была в восторге от видео венчания подруги и настаивала именно на церковном браке.
Окружение жениха больше доверяло модным философиям, эксцентрическим восточным практикам и любым древним верования каменного века. Было принято обращаться не к священникам, а к астрологам, нумерологам, шаманам с бубном, гадателям и предсказателям.
Роман Викторович всю эту темную братию считал мошенниками и вымогателями, имел авторитет «продвинутого» в православии, иногда посещал церковь, был крещен и даже знал несколько молитв. По этим причинам кандидатура Романа Викторовича, как организатора венчания, обсуждению не подлежала.
К удивлению Романа Викторовича, в таком несложном, как казалось вопросе, возникли препятствия. Священник, который вначале произвел впечатление добрейшего и приветливого человека, выслушав Романа Викторовича, потребовал личной встречи с молодыми, их исповеди и причастия перед венчанием. Перечислил канонические препятствия церковному браку, в том числе неканоническую разницу в возрасте…
Роман Викторович покивал, поблагодарил, приложился к иконе, поставил свечи, вышел из церкви и тут же поехал договариваться в другой храм, где легко договорился безо всяких условий.
Но, строгого и непреклонного батюшку запомнил и после только к нему ходил на исповедь.
Если к своей «страстишке» сам Роман Викторович относился снисходительно, не видя в ней ничего дурного ни для тела, ни для души, то
духовник на исповеди чуть не плакал: «вот горе какое – блуд привязался. Помоги тебе Господи!»
…Начало дня перед венчанием выдалось суматошным. Неожиданно администрация обязала Романа Викторовича участвовать в прямом эфире на телевидении, естественно все затянулось, и он чуть было не опоздал к венчанию.
Влетел в храм и сначала «промахнулся» с новобрачной – подошел с букетом к интересной даме, но та отрекомендовалась, как бабушка невесты. Соответственно сама же новоиспеченная супруга была явно моложе внуков новобрачного, по-детски радостно хихикала и светилась, если и не любовью, то удачей точно. Невесту ничто не смущало, тем более что все супруги собравшихся богатых старцев были приблизительно ее возраста. Но поразил Романа Викторовича не этот, по его мнению, противоестественный фактор, а мертвые неживые застывшие, как карнавальные маски, лица жен старцев. Полное отсутствие эмоций и мимики. Не ожила молодая женская половина и в ресторане. Старшее мужское поколение наоборот разошлось и веселилось вовсю – лились напитки и пожелания долгой здоровой жизни и многочисленного потомства. Превозносили только жениха, невеста оставалась за кадром, как впрочем, и остальные молоденькие избранницы собравшихся стариков.
…Закричали «горько». Синюшные губы жениха и скрюченные пальцы пергаментных ладоней, украшенных возрастной пигментацией, потянулись за законным молодым поцелуем. Роман Викторович очень хотел отвернуться, его подташнивало, но приходилось «держать лицо» и улыбаться.
…Два шедевра живописи вертелись перед его глазами: «Неравный брак» Пукирева и «Сусанна и старцы». Последняя картина сильно впечатлила его в юном возрасте. Рубенс по ударной силе воздействия – безусловной нокаутер, его картины способны если не свалить неподготовленного зрителя с ног с первого удара, то обездвижить точно. Так и застыл тогда Роман на выставке фламандца. Уже тогда Роман Викторович, в то время просто Рома не стеснялся задавать вопросы. Ему нравилось преодолевать свою стеснительность, руководствуясь постулатом: «не бойся спросить, бойся не знать!». Служительница музея могла только сообщить, что картина написана на библейский сюжет.
Нерешенный вопрос заставил юного Романа на следующий день подойти к школьной учительнице рисования и попросить разъяснения странной, но явно напряженной и видимо широко известной сцены. Молодая преподавательница покраснела, но не от неловкости ситуация, а от пробела собственных знаний. Увы, или к счастью, господство интернета тогда еще не наступило…
Почему Роман Викторович не мог выбросить из головы эти ассоциации, довольно прямолинейные, кстати, для его интеллекта? Первая жертва старческой страсти на картине Пукирева просто умирает от тоски во время венчания – жизнь ее, не начинаясь, кончена. Библейская ложно обвиненная Сусанна готова подвергнуться страшной казни – побиванию камнями, но сохранить целомудрие и чистоту перед Богом и не поддаться похоти старцев…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.