Пришедший извне

Черта

День начинался хорошо. Двое друзей, Максим и Сергей, собирались в лес. В этом году грибов не набирал только ленивый. Пара часов на машине, поглубже в лес – и вот он, грибной рай.

– И походили-то всего пару часов, – говорил Сергей вслух, – а корзины уже битком!

– Да, – удовлетворённо отозвался Максим. – Не ожидал, что мы так быстро наберём. Включай навигатор, и погнали к машине.

Сергей достал телефон и открыл приложение. Спутник с лёгкостью определил их местоположение и указал обратный путь.

Погода начинала портиться. Небо заволакивало серыми тучами.

– Не хватало под дождь попасть, – недовольно пробубнил Максим. – Мы точно правильно идём?Что-то больно долго, тебе не кажется?

– Я уже думал об этом, – ответил Сергей. – Но навигатор показывает, что идём правильно.

Спустя час ребята поняли, что путь им указали неверный. Дождь всё-таки начал накрапывать.

Корзины, полные грибов, с каждым шагом казались всё тяжелее.

– Может, перезагрузить телефон? И заново попробуем, – устало присев на пень, предложил Максим.

Сев рядом, Сергей нажал на кнопку перезагрузки. Издав звук вибрации, телефон потух.

– Это ещё что такое? – сказал он, тыкая пальцем в аппарат. – Не включается!

– Как не включается, почему? – спросил Максим.

– Откуда мне знать, не включается и всё!

– Не нервничай, подожди минуту. Сейчас заработает.

Но телефон упрямо не отреагировал на последующие нажатия.

– Так, Макс, доставай свой телефон, и звоним в 112. Пока не поздно и мы не ушли хрен знает куда. Я вообще не представляю, в какую сторону нам двигать. Куда нас этот долбаный навигатор завёл?

Максим вынул из кармана телефон и тупо уставился вэкран.

– Сети нет, – произнёс он, поднимая глаза на друга.

– Как нет? На моём же была.

– Сам посмотри, – Макс протянул телефон Сергею.

– Та-ак, вот это попадос! – шумно выдохнул Серёжа. – И чего делать? В какую сторону пойдём?

– Пошли куда-нибудь, не здесь же стоять.

Выбрав направление, ребята тронулись в путь. Нудный дождик потихоньку пробирался сквозь плотные кроны деревьев, опускаясь всё ниже.

– Всё, не могу больше, – устало проговорил Сергей, опускаясь на влажный зелёный мох. – Сколько мы уже бродим, как думаешь?

– Не представляю, – отозвался парень, – часа четыре, может, пять. Я мокрый насквозь.

– Может, пора уже остановиться и придумать, как будем коротать ночь? Всё вокруг сырое, костёр будет развести непросто.

– Согласен, надо искать место под привал. Давай ещё чуть-чуть пройдём вперёд, чтоб из этого сырого мха выбраться.

Максим пошёл первым, Сергей понуро поплёлся за ним. Через пару десятков метров Максим резко остановился.

– Ох ты ж! – воскликнул он.

Нагнавший его Серёга тоже встал как вкопанный. Перед ними лежал старый погост.

Каменных надгробий почти не было. Большинство могильных холмов сравнялись с землёй.От времени сгнившие деревянные кресты потеряли свои горизонтальные перекладины, отчего создавалось впечатление, что по всему кладбищу в землю воткнуты колья. В опустившихся вечерних сумерках представшая перед глазами ребят картина выглядела жутко.

– Посмотри, что это там вдалеке? – Сергей указал пальцем вглубь кладбища. – Сторожка?

– Я даже не знаю, что ответить, – отозвался Максим, – этому кладбищу лет сто, наверное! Чего тут охранять?

– Да мало ли, – пожал плечами Серёжа, – выбора всё равно нет, пошли посмотрим.

Идти среди могил было страшно. Каждый хруст попавшейся под ноги палки заставлял дёргаться и озираться по сторонам. Чем ближе ребята подходили к нужному месту, тем яснее понимали, что это никакая не сторожка. Старый каменный склеп стоял перед ними, зияя чёрным проходом.

– Как думаешь, чей склеп? Среди этих поломанных крестов он смотрится нелепо, – произнёс Макс.

– Скорее всего, здесь рядом была деревня, может, и сейчас есть. Видимо, на кладбище хоронили крестьян, а склеп мог принадлежать их барину. Ну или кто там раньше был, – отозвался Сергей. – В любом случае кладбище – это хорошо.

– В смысле? – не понял Макс.

– В том смысле, что раз есть кладбище, значит, где-то рядом есть деревня. Наше счастье, если в ней кто-то живёт. Укажет нам дорогу. Сейчас уже смысла нет искать путь к ней, через полчаса в лесу настанет полнейшая темень. Переночуем в склепе, какая-никакая, а крыша над головой.

– Да ладно, – воскликнул Максим, – ты реально хочешь переночевать в склепе на кладбище?

– Ну, сам посуди, – пояснял Сергей, – куда мы пойдём? Ночь в лесу! Это, я тебе скажу, ещё то удовольствие! К тому же мы мокрые насквозь. Разведём костёр у самого входа, чуток просохнем, а с первыми лучами солнца деревню искать пойдём. Не хватало ещё заболеть!

Доводы были логичными. К тому же вечер принёс с собой неприятную прохладу. Дождь усиливался. Максим достал свой телефон и включил фонарик.

Войдя в склеп, ребята стали осматриваться. В центре стояли две каменные гробницы. Надписи на них прочесть было невозможно. Воздух в склепе был сухой. Несмотря на угнетающую обстановку, здесь, внутри, было всё равно приятнее, чем снаружи, под моросящим дождём.

– Ну что, – начал Серёга, – не пять звёзд, но ночку скоротать вполне можно.

– Как думаешь, на дрова для костра пойдут кресты? – спросил Макс. – Всё равно они уже развалились, а идти в лес не хочется.

– Думаю, никто против не будет, – ответил тот.

Максим вышел из склепа. Вырывать кресты из земли он, конечно же, не стал. Шагая меж могил, парень собирал те палки, что отвалились от основания. Сделав пару заходов, Макс набрал приличное количество дерева, чтоб хватило хотя бы на половину ночи.

Спустя полчаса, промаявшись с отсыревшей древесиной, ребята всё-таки грелись у костра.

Их, уставших от долгой ходьбы и разомлевших у огня, начало клонить в сон. Составив примерный план действий на завтра, они решили не противиться навалившейся усталости и легли спать.

Проснулся Максим от непонятного звука. Открыв глаза, он молча оглядывал помещение.

Костёр почти догорел, и лишь некоторые головешки ещё вспыхивали, изредка освещая помещение мягким и тусклым светом.

Взгляд зацепился за одно из надгробий. Каменная крышка была сдвинута, лежащие на ней вещи ребят были сброшены на пол. Внизу живота неприятно заныло. Приподнявшись на локтях, Макс посмотрел в сторону, где спал Сергей. От увиденного его буквально заколотило.

Там, где лежал его друг, растеклась огромная лужа крови. Руки Серёги были раскинуты в стороны, открытые глаза смотрели в одну точку. А перед ним на корточках сидело нечто, вытаскивая что-то из живота парня, при этом плотоядно порыкивая и чавкая.

От ужаса тело налилось свинцовой тяжестью, сердце бешено заколотилось. Тяжело дыша, Максим старался подняться как можно бесшумнее. Движение сзади привлекло внимание существа. Оно обернулось в тот момент, когда последний всполох огня ярко вспыхнул, осветив помещение склепа. Последнее, что увидел Макс,– это распотрошённое тело своего друга и жуткую морду мертвеца, испачканную в крови Сергея.

Дико заорав, Максим рванул к выходу.Пары прыжков хватило, чтобы оказаться на улице. Ледяной дождь обрушился на парня, он бежал, ничего не видя перед собой. Перескакивая через ограду, Макс зацепился ногой. Потеряв равновесие, он полетел на одну из могил. Больно ударившись головой, молодой человек понял, что теряет сознание. Последнее, что он увидел, был силуэт человека, похожего на растерзанного Сергея. Мир в его глазах померк…

– Ну, ты как? – услышал Максим, придя в сознание. И тут же, вскочив, забился в угол. Перед ним сидел Сергей.

– Тише, тише, ты чего хоть? – спрашивал обеспокоенный поведением друга парень.

– Серый, – отозвался Максим с выпученными глазами, осматривая помещение. – Ты жив? Как так? Я видел, я же своими глазами видел, как этот… он сожрал тебя, – словно безумный, Максим выкрикивал фразы.

– Кого сожрал? Кто? Макс, ты умом, чтоль, тронулся? Вскочил среди ночи, заорал, пока спросонья сообразил, что к чему, ты уже метнулся к выходу. Я за тобой побежал, видел, как ты зацепился за что-то и рухнул на землю. Пока через ограды перелез, ты уже без сознания лежал. Еле доволок тебя обратно. Под дождём проливным.

Максим молчал, его грудь при вздохе высоко вздымалась, было видно, что парень очень напуган.

– Господи, – прошептал он, взъерошивая волосы, – неужели это был сон? Это было так реально. Я видел, я чувствовал…

– Ну, я тебе скажу, ты меня взбодрил! – высказался Серёга. – Может, конечно, напряжение дня сказалось.

– Сколько я пролежал без сознания? – спросил Макс.

– Часов шесть точно. Вскочил ты, когда ещё темно было, а сейчас, судя по солнцу, уже полдень. Пока ты спал, я по местности бродил. Вот, дичку нашёл, яблок с неё стряс. Перекуси, – сказал Сергей, протягивая другу несколько яблок.

– Что про местность скажешь? – спросил Максим, жуя кисловатый фрукт. Было видно, что переживания ночи потихоньку его оставляли, он казался спокойным.

– А чего по местности? Глубже одному уходить страшно. Так, рядом бродил. Чуть левее ручеёк бежит. Воды набрать можно. Вдоль него если идти, топь начинается. Значит, деревню искать пойдём в другом направлении. Не хватало ещё в болото угодить.

Спустя какое-то время ребята уже шагали вдоль кладбища, всё дальше удаляясь от склепа.

Уже на самом краю погоста они остановились перед одним памятником. На общем фоне запустения он выглядел, словно бельмо на глазу. К пирамидальной металлической конструкции была прикручена фотография. Ясными, живыми глазами с той стороны мира смотрел молодой парень. На вид ему было не больше двадцати. Белобрысый, с кудрявой чёлкой. Он улыбался озорной улыбкой, словно приветствуя ребят.

– Памятник древний, на дату смерти глянь: ещё до войны поставлен. А фото словно вчера приделали. Только что не цветное, – произнёс Сергей.

– Интересно, что с ним случилось? Молодой совсем, – спросил Максим, разглядывая фото. – Ладно, пошли. Неизвестно, как быстро мы найдём деревню. И так уже большая часть дня прошла.

В следующую секунду ребята тронулись в путь. Брели недолго, то продираясь сквозь плотный непролазный кустарник, то петляя среди вековых сосен. Низкое серое небо хоть больше и не выливало на путников струи дождя, но и не способствовало поднятию настроения. Из-за этой серости всё вокруг было словно погружено в туманную мглу.

Каждый из ребят со страхом ждал подкрадывающейся ночи. Ночевать под открытым небом не хотелось. В животе урчало от голода. Ветер делал своё дело, и путём не просохшая одежда больше холодила, чем согревала. Настроение было паршивым.

И вдруг, словно в сказке, расступились деревья, и взору ребят открылась старая деревня. Одна из тех, что исчезают с лица земли, оставшись без своих жителей. Идя вдоль заросшей бурьяном улицы, молодые люди крутили головами, рассматривая старые, покосившиеся дома.

Серые от времени брёвна, проваленные крыши, разбитые окна, некоторые из которых были заколочены ставнями… Впечатление от увиденного было удручающим.

– М-да уж, – произнёс Макс, – нашли деревню. В любом случае, отсюда проще будет найти дорогу к цивилизации.

– Глянь, может, тут сеть ловит? – с надеждой в голосе спросил Сергей.

Молодой человек достал телефон: вверху экрана не было ни единой полосочки. Посмотрев на друга, он отрицательно покачал головой.

– Через пару часов опять стемнеет, – грустно произнёс Макс, – что делать будем? Остановимся на ночлег или продолжим искать дорогу?

– Я уже не знаю, что делать. Опять бы не заблудиться на ночь глядя.

И только он закончил говорить, как в доме, у которого стояли ребята, со скрипом отворилась дверь.

Молодые люди резко повернули головы. На крыльцо вышла старуха. Морщинистая, с потемневшей кожей, она смотрела на ребят и что-то молча пережёвывала.Первым из ступора вышел Макс.

– Здравствуйте, – громко крикнул он, – мы заблудились. И вот на вашу деревню вышли. Как к вам обращаться можно?

– Анисьей кличут. Проходите, – без эмоций сказала она и, повернувшись, скрылась в доме.

Ребята в нерешительности стояли на месте.

– Какая-то бабка странная, – начал Макс, – откуда она здесь, как существует?

– Да мало ли, может, родня из города наведывается. Чего ты нагнетаешь-то! Надо разузнать всё. И есть жутко хочется, может, хоть чем-то у неё перекусим.

С этими словами Сергей взошёл на крыльцо.

В доме старухи было две комнаты с кухней. В помещении стоял сумрак, и без того запылённые стёкла прикрывал выцветший тюль. Мебель была старинной. Тёмного, какого-то закопчённого цвета. Комод, стол, несколько табуреток и кровать с металлическими пружинами стояли в большой комнате. Во второй же, кроме покосившегося фанерного шкафа и дивана, больше не было ничего.

Пол под ногами ходил ходуном, того и гляди одна из досок сломается пополам, захоронив неуклюжего гостя в недрах подпола. По углам лежали клубы пыли. Сергей рассматривал обстановку и думал о том, что если бы перед ним не маячила спина хозяйки дома, то он бы решил, что жилище необитаемо.

– Слепая я, вот и не прибираюсь. Потому и окна не раскрываю. Белого света всё одно не вижу, – словно прочитав мысли парня, сурово произнесла старуха.

– В смысле слепая? – уточнил Сергей.– Вообще? Или что-то видите?

– Совсем слепая, – ответила она.

– Как же вы здесь живёте? Одна. К вам, может, родня приезжает?

– Нет у меня родни.

– А ориентируетесь как? Кругом же лес.

– А по запаху, – ответила старуха и внимательно уставилась на парня.

По спине Сергея пробежали мурашки. Глаза Анисьи не двигались, но понять, видит она или нет, было невозможно. За спиной Сергея раздалось шуршание. Обернувшись, он увидел входящего в дом Макса.

– Бабуль, где у тебя тут умыться можно? – спросил он. Старуха вывела их в сени, показала, где стоит ведро с ковшом, и ушла обратно в комнату. Через пять минут ребята вошли за ней.

– Садитесь к столу, – бабка махнула рукой на собранный нехитрый обед.

При виде еды у ребят заурчало в животах. Сев за стол, они с удовольствием принялись уплетать старухино угощение.

– Баба Анисья, а далеко ли отсюда до трассы? – спросил Максим.

– Далеко будет, – отозвалась бабка. – Сегодня точно не дойдёте. А уж утром… Может быть.

– Как это – может быть? – переспросил Сергей.

– Это я к слову, – ответила старуха и снова уставилась на парня в упор.

– И всё же страшно, лес же кругом, болото рядом, да и кладбище в принципе не так уж далеко. Не боитесь в беду попасть, сослепа? – поинтересовался Максим.

– Всю жизнь здесь прожила, каждую травинку знаю. Да и не в моём возрасте кладбищ бояться. Ну, – перевела тему бабка, – спать у меня в доме будете, или ещё где?

– Если не стесним, то у вас бы остались, – отозвался Максим.

– Тогда постелю вам в задней комнате.

Спустя пару часов вымотанные ребята уже спали. Сергей проснулся ночью. Сильно хотелось пить. Поднявшись с кровати, он пошёл на кухню. Идя через комнату, где спала старуха, парень старался шуметь как можно меньше, чтоб ненароком не напугать старого человека. Взгляд Сергея упал на её кровать. Она была пуста. Обведя глазами комнату, молодой человек понял, что хозяйка дома отсутствует. "Странно, – подумал он, – ночь на дворе, а её нет. Может, в туалет пошла?"

Выйдя на кухню, парень зачерпнул ковшом из ведра и припал к нему губами. Напившись, Сергей встал перед окном. Бросив взгляд во двор, он чуть не выронил ковш из руки. На заборе перед домом кто-то сидел. Вернее, это была старуха, Сергей был точно в этом уверен. Она сидела на тонкой жёрдочке на корточках и крутила головой из стороны в сторону.

В небе светила огромная яркая луна, и всё происходящее Сергей видел с потрясающей ясностью. Он мог бы совершенно точно описать, во что старуха была одета. И вдруг бабка замерла, словно почувствовав нечаянного наблюдателя. Её голова начала медленно поворачиваться, при этом тело оставалось абсолютно неподвижным. Сергея охватил ужас. Шея старухи продолжала выкручиваться, пока не сделала оборот на сто восемьдесят градусов, и остановилась. На Сергея смотрело лицо с пустыми глазницами.

Молодой человек попятился, не отводя взгляд от окна, пока не упёрся во что-то спиной. Резко развернувшись, он громко вскрикнул. У входа в комнату, прямо перед ним, стояла старуха и молча смотрела исподлобья.

– Чего ночами шляешься? – резко спросила она.

– Я попить встал, а там за окном…– начал он.

– Что там? – прервала его старуха.

– Нет, ничего, – замялся парень. – Почудилось. Я пойду.

Сергей лёг в кровать. Его сердце бешено колотилось, на лбу выступил холодный пот. Перед глазами стоял образ старухи с неестественно вывернутой шеей. Только под утро парень провалился в тревожное забытьё.

Максим проснулся раньше друга. Решив его не будить, он вышел из комнаты. В зале за столом сидела бабка Анисья и пила чай.

– Бабушка, пока Сергей спит, я пойду по окрестностям пройдусь. Может, телефон где ловить будет.

Старуха ничего не ответила.

Выйдя из дома, молодой человек шёл вдоль улицы. Стояло раннее осеннее утро. Прохладный воздух приятно освежал. Лёгкий ветерок был не по-осеннему тёплым. Радовало уже то, что дождь прекратил моросить.

Медленно шагая, Максим рассматривал сохранившиеся дома. И сам не заметил, как оказался на конце улицы. Чуть дальше снова простирался лес. Макс достал из кармана телефон – сети не было. Он уже решил идти обратно, как вдруг у кромки леса заметил какое-то движение. Присмотревшись, увидел молодого человека. Незнакомец махал ему рукой, подзывая к себе. Не раздумывая, Макс направился к нему.

Приветливое лицо парня располагало. У Макса мелькнула мысль, что где-то он его уже видел, ну или кого-то очень похожего на него.

– Вам нужно срочно уходить из деревни, – без всяких вступлений произнёс незнакомец.

– Не понял? Почему, и кто вы? – спросил Максим.

Тот в ответ улыбнулся.

– Скажем так, я местный житель, – ответил он.

– Житель? – спросил Макс. – Только не пойму, где живёте – в деревне, кроме бабки Анисьи, точно больше никого нет.

– От неё-то вам и нужно бежать, и как можно быстрее. Возможно, у вас ещё есть время и возможность уйти без помощи.

– Что значит, возможно, не понимаю! Нас никто не держит. Сегодня ближе к обеду мы уйдём. Я просто жду, когда проснётся мой друг,и тронемся в путь.

– Ты не понимаешь, – продолжал парень. – И даже если расскажу, не поверишь. Пойдём.

Повернувшись спиной к Максиму, он направился в сторону кладбища.

– Эй, постой!– только и успел крикнуть Макс. Спина незнакомца скрылась за деревьями. Любопытство взяло верх, и парень бросился догонять его.

Спустя какое-то время вдалеке замаячило уже знакомое кладбище.

Незнакомец меж тем не собирался на сам погост. Взяв чуть-чуть левее, он остановился и произнёс:

– Ты видишь остатки этой ограды? Когда-то ей было обнесено всё кладбище. Сейчас лишь в некоторых местах можно понять, где была кладбищенская земля, а где нет. Так вот,смотри – эта палка стоит за оградой погоста. Человека, над чьей могилой поставили этот знак, нельзя было хоронить на освящённой земле.

Максим стоял и не понимал ровным счётом ничего.

– Почему ты говоришь про палку, ведь это остаток от креста?

– Нет, – ответил парень, – это именно палка, осиновый кол. А теперь подними табличку, что валяется рядом с ним.

Наклонившись, Максим послушно поднял проржавелую табличку. Год жизни разобрать было невозможно, год смерти был довоенным. Инициалы на табличке гласили: "Анисья Чернова".

– Ну и что это значит? – спросил Максим. – Похоронили какую-то женщину за оградой.

– А то и значит, что похороненная женщина – это бабка Анисья, у которой вы сегодня ночевали.

– Что ещё за шутки! Эта умерла, когда ещё война не началась, а старуха, приютившая нас, живее всех живых. Слепая только.

– Оттого и слепая, – произнёс незнакомец, – что перед смертью ей глаза выкололи, чтоб не видела, кто расправу над ней творить будет, да род тот не прокляла.

– Бред какой-то! – воскликнул Максим. – Городишь мне тут стоишь! Ты под наркотой, чтоль? Откуда вообще взялся!?– Максим начинал распаляться. Его и так бесило уже то, что они второй день не могут выбраться из этого проклятого леса, так он ещё и на кладбище это опять вернулся. Пока до дома старухи дойдёшь, опять стемнеет! И опять придется ночевать у неё! В груди Макса закипал гнев. Весь вид незнакомца теперь приводил его в бешенство. "Повёлся, как дурак! – думал он. – Поплёлся в этот чёртов лес! Серёга наверняка уже проснулся, ждёт, а я тут время теряю". Руки Максима сжались в кулаки.

– А ты ударь, – вдруг произнёс незнакомец, смотря прямо в глаза.

И взбешённый Макс ударил наотмашь. Словно сквозь туманную дымку прошёл кулак, не встретив никакой преграды.

В ту же секунду, вскрикнув от неожиданности, он с ошалелыми глазами попятился назад. Незнакомец молча начал надвигаться на него.

Остановился Макс, когда понял, что спиной упёрся в толстый берёзовый ствол.

– А теперь внимательно слушай, – сказал незнакомец.

"Когда за месяц пропали две девочки, деревня встала на уши. Все попытки их найти были тщетными. И вдруг лесник увидел, что на поверхности топи плавает что-то яркое. Находкой оказался платок с головы одной из пропавших девочек.

Погоревали и затихли, списав всё на коварство болот. Когда спустя несколько месяцев пропали ещё два ребёнка, деревенские перепугались не на шутку. Были организованы отряды поиска. Первым делом прочёсывали районы болот. Ничего найдено не было. Родители стали бояться выпускать детей на улицу.

В один из дней я возвращался домой из соседней деревни, сильно припозднившись. И чтоб не взбаламутить всех дворовых собак, решил пройти задами домов.

Там я её и заметил. Старуха несла за спиной огромный мешок. Было видно, что он тяжёлый. Я уже хотел окликнуть тётку Анисью с предложением подсобить, как вдруг увидел, что мешок зашевелился, и в ответ на это бабка рявкнула: "А ну сидеть тихо, а то живьём съем".

Я замер и, дождавшись, пока она скроется из виду, пробрался к ней в дом.

В избе была тишина и темнота. Я не знал, зачем здесь и что хочу найти. Но, видимо, кто-то сверху решил иначе. В какой-то момент я услышал шум. Он доносился из подпола. Найдя люк, ведущий вниз, я открыл его. Там внутри, в темноте подвала, сидели две пропавшие девочки. Голодные, зарёванные, но живые. Увидев меня, они наперебой начали кричать, что бабка Анисья— это баба Яга, что она их закрыла здесь. Двух девочек старуха уже перетащила на кладбище и должна прийти за оставшимися двумя. Ведьма грозилась съесть их, чтобы продлить себе жизнь.

Разве мог я поступить иначе? И даже если перепуганные дети придумали про бабу Ягу, то я же сам видел, как она тащила в лес тяжёлый мешок.

Я помог девочкам выбраться из дома, а сам бросился в лес к кладбищу.

В старом склепе я заметил всполохи света. Подкравшись и заглянув внутрь, я остолбенел. Старуха разводила в центре костёр, что-то шептала, бросала в огонь. А в углу, прижавшись друг к другу, сидели маленькие девочки.

Я не знал, что она хотела с ними делать. Только раздумывать я не стал и ворвался внутрь. Бросившись на старуху, я крикнул девчонкам, чтоб они убирались отсюда и бежали к дому.

Первые две девчонки, выбравшись из подпола ведьмы, побежали к родителям и рассказали им всё.

Те пошли по деревне и подняли народ. Всей толпой они направлялись к кладбищу. Да только всё одно мне было уже не помочь.

Потерявшая своих жертв Анисья словно озверела. Это уж потом я узнал, что это и не Анисья вовсе была к тому времени. Демон, к которому она обращалась, полностью завладел ей. Именно ему нужны были жертвы.

Самое страшное было в том, что тогда в склепе я стал жертвой для демона. Я не смог совладать с силой, вселившейся в неё. Произнеся заклинание, Анисья прокляла меня посмертно. С тех пор этот лес и кладбище – моя клетка. Не могу уйти отсюда никуда. А тогда я видел всё, что произошло в ту ночь. Разгневанные люди схватили ведьму. Она кричала, сыпала проклятиями, обещала, что вернётся. Тогда-то люди и решили сначала выколоть ей глаза, чтоб, если она и вернётся, то не знала, кто убьёт её телесную оболочку. Они сожгли её и зарыли за оградой кладбища, как и полагается ведьмам. Меня же схоронили на том конце погоста",– незнакомец пальцем указал направление.

В голове Макса словно щёлкнуло. "Вот где я его видел, – подумал он, – фотография белобрысого парня на памятнике!" Незнакомец улыбнулся, словно поняв мысли Максима.

– Да, это моё фото вы с другом видели. Позволь представиться: меня звали Николаем.

– Но как же так?– воскликнул Макс. – Получается, ты призрак. А старуха? Как она вернулась, что стало с деревней, неужели она всех изжила?