Пришедший извне
- -
- 100%
- +
Старуха приблизилась к монахине совсем близко. Её острый нос почти касался лица Марии.
– Вкусная, – шепотом произнесла ведьма, и от этого шёпота по спине женщины пробежали мурашки. – Оставить бы на десерт, да очень уж жрать хочется.
– Жри, да не подавись, – набравшись смелости, бросила ведьме в лицо Мария. – Не будет твоей власти скоро.
Монашка подняла руку, сложив пальцы троеперстием, чтобы перекрестить ведьму. Но та резко перехватила её руку и, вывернув ладонью кверху, припала к ней носом.
Старуха взревела нечеловеческим голосом и наотмашь ударила монахиню по лицу. От удара Мария отлетела к бревенчатой стене сарая и затихла. Она видела, как ведьма бросилась внутрь дома, и тут же вновь раздался вопль, полный злобы и разочарования.
Старуха-демон вышла на улицу и, подойдя к Марии, склонилась над ней с перекошенным от ненависти лицом.
***Сергей столкнулся с ребятами посреди леса. Они бежали к деревне на выручку другу и монахине.
– Разворачиваемся, – крикнул он им, – у нас мало времени, нужно успеть разбить камень, пока демон не причинил Марии вреда.
Через некоторое время все трое были на месте. Павел насобирал сухих палок, Максим сложил их "домиком" и поджёг. Вскоре робкие язычки пламени принялись лизать сухостой. Сергей подложил доски потолще, и вот уже хороший костёр готов. Склеп ярко осветился оранжевым цветом.
Серёжа немного раздвинул палки, намереваясь положить внутрь медальон.
И вдруг с улицы раздался утробный вой. Волосы на голове ребят зашевелились, по спине пробежал холодок. Они вышли из склепа и увидели, как старуха мечется вдоль сломанной кладбищенской ограды, но так и не решается переступить черту.
– Твари-и-и! – почти рычала она, хватаясь за голову и вырывая и без того хилые волосы. – Я убью вас всех, я сожру и растолку ваши хилые кости! Верните, верните-е-е-е!!!
Сергей вернулся в склеп и бросил медальон в самый центр костра. Металл вокруг камня словно заиграл яркими красками и стал насыщеннее. Огонь как будто очищал его, делая блестящим.
– Верни-и-те-е! – вновь раздалось с улицы. – Верните, и я отпущу вас, обеща-а-ю-ю-у!
Максим смотрел на старуху, не отводя глаз. Теперь она казалась не страшной, а какой-то жалкой. Завывая, она то падала на колени, то вставала на четвереньки, мечась вдоль невидимой преграды.
Сергей оглядел склеп на наличие предмета, которым можно было бы разбить камень в медальоне. Взгляд выцепил увесистый камень, лежащий в самом углу. Он подобрал его и подошёл к огню.
Почуяв неминуемую гибель, старуха завизжала ещё пронзительнее. С невероятным усилием перешагнув опасную черту кладбищенской земли, нежить устремилась к склепу.
Она бежала и кричала, словно что-то жгло её изнутри. Сморщенная старческая кожа стала краснеть и покрываться пузырями, но она всё шла и шла вперёд.
– Разбивай! – заорал Пашка, видя, что ведьма идёт на всё ради сохранения медальона. – Не тяни, Серый, ломай его!
И Сергей, размахнувшись, со всей силы обрушил булыжник прямо в центр костра, на медальон. Искры взметнулись вверх, языки пламени выросли вдвое и устремились в сторону, обжигая Сергея. У самого входа в склеп юлой завертелась старуха. Её кожа пузырилась и лопалась, источая смердящее зловоние. Она вскрикнула в последний раз и вспыхнула, как спичка, через пару секунд окончательно затихнув.
Макс и Павел бросились в склеп к Сергею.
– Ты как? – спросил Макс, помогая другу подняться. Брови, ресницы и волосы парня были опалены. Рука, разбившая рубин, была красной и местами покрылась волдырями.
– Рука болит, воняю палёной курицей, – констатировал Серёга, – но вроде жив. Что там произошло?
– Она вспыхнула за секунду, – пояснил Павел. – Сейчас уже не горит, но дымит знатно.
– Мужики, нам надо срочно в деревню, к Марии, – напомнил им Максим. Сергей подошёл к кострищу и постарался в пламени разглядеть, во что превратился медальон. Металлическая оправа, ранее блестевшая от огня, сейчас лежала почерневшей. От камня не осталось и следа.
***Они стояли втроём и смотрели на распластанное тело монахини. Ни один из них не считал нужным сдерживать слёзы. Мария лежала, раскинув руки. Её живот был разворочен, и внутренности чёрно-красной кашей валялись, разбросанные вокруг. Было ясно, что перед смертью женщина испытала нечеловеческие муки. Но её лицо!!! Оно изменилось до неузнаваемости. Уродливая синюшная борозда исчезла, и теперь кожа была ровной и белоснежной. На фоне обрамляющего овал лица чёрного апостольникаона казалась фарфоровой. Два распахнутых глаза василькового цвета были устремлены в небо. Робкая улыбка едва касалась бледно-розовых губ. Выражение лица было спокойным и одухотворённым.
– Что мы теперь будем делать? – озабоченно изрёк Максим, неловко смахнув слезу. – Хоронить тут – это неправильно, не по-христиански. А везти через кучу областей труп в машине – это безумие.
– Она получила своё прощение, – тихо произнес Павел, словно не слышал вопрос Максима. Он припал на одно колено и рукой закрыл монашке глаза.
– Ценой своей жизни, – мрачно добавил Макс.
– Я думаю, она приняла эту смерть с радостью, – подытожил Сергей.
И словно в подтверждение его слов, тело Марии вспыхнуло голубым огнём. От неожиданности ребята отпрянули и ошарашено смотрели на необычное пламя.
За секунды огонь стёр с лица земли тело, не оставив и пылинки.
– Вот и разрешился твой вопрос, – обратился Серёга к Максу. Тот ничего не ответил, поражённый зрелищем.
– Ну? – обратился к ним Пашка. – Теперь ваша совесть чиста?
– Аки стёклышко, – улыбнулся в ответ Сергей и хлопнул Максима по плечу. – Отправляемся домой.
***На обратном пути ребята заехали в монастырь и, как смогли, объяснили настоятельнице, что монахиня Мария к ним не вернётся, и они должны знать, что теперь её необходимо поминать за упокой. Впрочем, оказалось, что настоятельница была к этому готова и ничуть не удивилась, лишь произнесла, перекрестившись: «Царствие небесное рабе Божией Марии».
***Наконец-то в мыслях Макса и Сергея поселилось спокойствие. То ощущение, которое приходит, когда ты довёл гнетущее тебя дело до конца. А в душе каждого из ребят родился трепет от понимания, что тогда, в забытой деревне, перед ними открылась великая тайна милости и жертвы.
Сонный человек
– Первый раз его заметили дети. Деревенская детвора неслась с речки домой. Подходило время обеда, и нагоняй от родителей получить не хотелось никому.
Как обычно, с визгами и смехом летела детвора через лес, когда вдруг бегущая впереди всех Полинка остановилась как вкопанная.
Посреди лесной дороги стоял человек. Безвольно свесив голову, он словно смотрел себе под ноги.
Человек был одет в плотную куртку защитного цвета, какие обычно носят грибники или мужики-рыболовы, и такого же цвета штаны. На ногах его были короткие резиновые сапоги.
– Эй, – осторожно позвала Полинка. И человек, словно дёрнувшись от испуга, вскинул голову. На детей смотрели два подёрнутых пеленой глаза.
С диким визгом детвора кинулась сквозь кусты врассыпную, благо были почти на самом краю леса. А выбежав в поле, так и визжали, пока не влетели в деревню.
Ближе к вечеру пяток мужиков-отцов прошлись по окраине леса, да по дороге той никого так и не встретили.
А дня через два на том самом месте, где встретили "сонного" человека, какой-то неместный лихач с полной машиной девчонок и безумно громко оравшей музыкой сбил маленького Дениску. Мальчика спасло лишь то, что, подлетев от удара о капот, он приземлился на мягкие ветки кустарника.
Лихач просто не заметил мальчика, спокойно идущего по лесной дороге с речки.
Машину так и не нашли, а самого Дениску приметила бабулька, неподалёку собиравшая травки. Бабуля оказалась прыткой и, заметив ребёнка, со всех ног понеслась в деревню, где и вызвали скорую помощь.
Второй раз "сонного" человека заметили спустя месяц у окраины деревни. Парочка, миловавшаяся на завалинке, засобиралась домой и, завернув за угол дома, столкнулась нос к носу с ним, безвольно свесившим руки и смотрящим вперёд пустыми белёсыми глазами.
Девушка от неожиданности и страха грохнулась в обморок, а молодой человек пока к ней кинулся, пока сообразил, что делать нужно,"сонного" из виду и упустил.А как захотел поймать, так того уже и след простыл.
Единственное, чем отличалось описание "сонного" человека парнем от рассказа детей, это то, что куртка, бывшая на нём, словно выгорела на солнце спереди.
А через пару дней у молодого человека скончался тяжело болевший отец.
В третий раз "сонный" появился через недели полторы. Он стоял посреди дороги, безвольно свесив голову на грудь. Одна его рука была поднята, и пальцем он словно указывал направление. Ночью его заметила старая бабка Нюра, не к месту решившая выйти из дома и проверить, заперта ли калитка.
В следующую ночь в той стороне, на которую указывал "сонный" человек, занялся огнём дом. Пострадавших среди людей не было, но хозяйство понесло большой урон.
– С тех пор-то и заприметили, что если "сонный" появляется, то жди беды, – закончила свой рассказ баба Тоня. – Сам он зла никому не делал, как появлялся, так и пропадал. Единственное что – от встречи к встрече одёжа его словно тлела на нём. На непонятное тряпьё больше похожа стала. Сапоги вот только как были, так и есть.
– Дичь какая-то, – отозвался Борис. – А кто-нибудь хоть раз пытался узнать, кто он, чего ему надо?
– Да как же узнаешь-то? Он же не с рукопожатием к тебе навстречу идёт, – ответила баба Тоня.
– И впрямь, Борь, как ты себе представляешь разговор с призраком? – встрял в разговор Михаил.
Ребята оказались у старушки случайно. Путешествуя по российским глубинкам, они оказались в тихой деревушке где-то под Архангельском. Прошлись по деревне, просясь на ночлег; баба Тоня их и пустила. И сейчас, сидя за столом и потягивая ароматный чай, они разговорились о сверхъестественном. Антонина Николаевна и поведала им историю про "сонного" человека.
– Баб Тонь, а давно его в последний раз видели? – заинтересованно спросил Миша.
– А с полмесяца назад. У Нинки муж как раз после его появления с крыши упал. Дыру латал да оступился, на кучу кирпичей вниз так и полетел. Жив, но лежит пока, ушибы да переломы залечивает. Нинка-то его за околицей своей и заприметила. Заголосила с испугу, Васька её пока на крик прибежал, того и след простыл. Говорит, совсем страшно выглядеть стал. Одёжа лохмотьями, волос почти нет. Скулы кожей обтянуты и цвета сине-зелёного.
– Ну если даже днём приходит, значит, чего-то ему нужно? – гнул своё Борис.
– Может и нужно, да кто ж его поймёт, – подытожила баба Тоня, давая понять, что разговор пора заканчивать, и пошаркала к себе в комнату.
– Вы, ребятушки, пока у меня гостить будете, уж не сочтите за труд кое-где мне дом подлатать да дров поленницу на зиму наколоть, – устало сказала старушка.
– Не переживай, баб Тонь! Всё сделаем, – улыбнувшись, заверил Михаил Антонину Николаевну.
– Ты веришь в это, Борьк? – допивая чай, спросил Миша.
– Да шут его знает, Миш. С одной стороны, его не один человек видел, а с другой… Как-то не верится.
– Пошли спать, завтра с утреца на рыбалку сгоняем да посмотрим, что у старушки починить нужно.
На том и разошлись. Незаметно пролетела неделя. Ребята и крышу починили, и фундамент подправили, и поленницу дровами забили до самого верха. Осталось только подправить сруб колодца, истлевший от времени. А в остальном – рыбалка, грибы, вечерами душевные разговоры за парным молоком или ароматным чаем из самовара. Отпуск ребят проходил замечательно!
В одну из ночей Борис проснулся от непонятного звука. На часах было три часа ночи. Дом спал, равно как и все его обитатели. Через минуту звук опять повторился: как будто по стеклу чем-то скребли. Поднявшись с кровати и потихоньку подойдя к окну, Борис отодвинул занавеску. По ту сторону окна стоял человек. В свете луны это было зловещее зрелище: полулысый череп, щёки местами сгнили, обнажив ряд жёлтых зубов. Но самыми жуткими были глаза. Два мутных белых пятна смотрели в упор на Бориса. От ужаса парень отпрянул от окна. Занавеска снова легла на своё место, скрыв страшное видение.
Через минуту придя в себя, Борис снова резко отдёрнул занавеску. За окном никого не было.
Утром Боря встал хмурый и первым делом вышел из дома в огород.
– Борь, ты чего там крутишься? – спросил Мишка,выглянув в окно и увидев друга, топчущегося под окном своей спальни.
– Да так, приснилось, – буркнул Борис в ответ, пристально смотря себе под ноги. Он искал следы. "Если все говорили, что видели его в ветхой одежде, но в целых сапогах, может, хоть что-то выдаст его присутствие",– думал парень, внимательно вглядываясь в землю. Не найдя никаких следов, Борис вернулся в дом и решил, что всё увиденное ночью – просто плод фантазии, замешанной на прошлых разговорах о "сонном" человеке.
– Ребятушки, – начала разговор баба Тоня, – я сегодня в город собралась. В магазин и знакомую навестить. Дома буду только к вечеру.
– Хорошо, баб Тонь, а мы на сегодня всё подготовим, и завтра можно будет начинать колодец поправлять, – отозвался Михаил.
– Ох, миленькие мои, что б я без вас делала, – приложив руки к груди, умилилась бабуля и пошла готовиться к поездке.
– Миш, пошли на реку искупаемся, – предложил Борис. – Солнце уже с утра припекает, а ближе к вечеру подготовку начнём.
– Не, Борь, – ответил Миша, – ты, если хочешь, иди, а я пока нужные инструменты поищу да посмотрю, что с материалом.
– Ок, я мигом, – отозвался Борис, – ты только один не начинай. Доски сруба еле держатся, не ровен час, обрушатся.
– Дождусь тебя, – пообещал Михаил и направился к сараю.
Войдя в дом, Борис взял полотенце и направился к реке. Солнце палило нещадно. Но идти к реке через лес было приятно. Высокие сосны прикрывали от солнечных лучей и одновременно защищали от сухого горячего ветра.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.